Добавить в избранное Написатьь письмо
merry_dancers    закончен   Оценка фанфикаОценка фанфикаОценка фанфика

    У Драко выдался отличный денек, а у Гермионы — хуже некуда. Жизнь Гарри просто отвратительна, зато Рон так счастлив, что визжит от восторга. The Best Day от sunnyjune46, перевод SadSun и merry_dancers.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Драко Малфой, Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер, Рон Уизли
    Любовный роман /Юмор / || гет || PG-13
    Размер: миди || Глав: 1
    Прочитано: 27623 || Отзывов: 10 || Подписано: 100
    Начало: 09.04.12 || Последнее обновление: 09.04.12
    Данные о переводе

Весь фанфик Версия для печати (все главы)


Один прекрасный день

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Название: Один прекрасный день
Название оригинала: The Best Day
Автор: sunnyjune46
Переводчики SadSun и merry_dancers
Рейтинг: PG-13
Пейринг: ДМ/ГГ
Саммари: У Драко выдался отличный денек, а у Гермионы — хуже некуда. Жизнь Гарри просто отвратительна, зато Рон так счастлив, что визжит от восторга.
Ссылка на оригинал: http://community.livejournal.com/dmhgficexchange/155789.html
Разрешение на перевод получено.


У Драко выдался просто отличный денек! Котировка ценных бумаг повысилась на восемнадцать процентов; «Пушки Педдл» проиграли «Малолетстон Юнайтед», и это значило, что его «Фолмаусовские Соколы» проходят в полуфинал; к тому же едва миновал полдень, а он потерял только двух домовых эльфов. В довершение всего, он пробрался в квартиру Гермионы Грейнджер и услышал шум воды в душе. Это означало лишь одно: вся в пене, голая, мыльная, голая, мокрая (он уже упоминал голую?) Гермиона Грейнджер находилась в зоне близкой досягаемости.

Разве жизнь может быть лучше?

Драко Малфой, в расстегнутых и приспущенных брюках, прыгая на одной ноге и пытаясь скинуть второй ботинок, пришел к выводу, что нет.

Чем ближе он подходил к заветной комнате для утех нагишом, тем сильнее колотилось сердце, порочно ликуя. Прошло добрых сорок восемь часов, с тех пор как Драко в последний раз видел Грейнджер, а он отнюдь не праведник и не привык к столь долгому воздержанию.

То, что начиналось в некотором роде как эксперимент (интересно, каково это — целоваться с магглорожденной), переросло в крайнее любопытство (а как выглядят голые грязнокровки?) и привело к череде тайных свиданий со всенародной любимицей (ну а раз они так классно смотрятся голыми, то каковы же они в постели?). Два месяца Драко и Гермиона тайком встречались, чтобы продолжить «изучение», развить «теории», и с каждым разом дело шло все лучше и лучше.

Драко облизнулся от буквально растущего предвкушения.

Он открыл дверь, и его тут же окружил пар — заструился вокруг и обволок, словно пытаясь затянуть дальше в комнату. Драко охотно уступил, так как сквозь туман виднелись смутные очертания фигуры Гермионы, и это его безмерно возбуждало. Потирая руки, будто лелея коварный замысел, Малфой подмигнул своему размытому отражению в зеркале. Сейчас он кое-кого поимеет — да-да…

Не обладая терпением, Драко недолго любовался затуманенными формами Гермионы на расстоянии. Со скоростью, способной посрамить самого суперского из супергероев, он сбросил остатки одежды и направился прямиком к занавеске — последнему препятствию между ним и его добычей. Радостно ухмыляясь скорому осуществлению задуманного, Драко ловким движением отдернул занавеску, дабы открыть взору всю в пене, мыльную, голую, мокрую и (не говоря уже про голую)

— Ты не Гермиона! — в ужасе завопил он.

***

У Гарри Поттера выдалось ужасное десятилетие. Не прожив на свете и двадцати двух лет, он уже не меньше десяти раз побывал в смертельной опасности, в семнадцать сразился с Темным Владыкой, получил больше травм головы, чем способно вынести человеческое тело, и его имя мешали с грязью так часто, что и не упомнишь. В итоге Гарри все-таки спас мир, и это значило, что каждый последующий день он просыпался с папарацци, засыпал с папарацци, ел и пил (спасибо, что хоть в туалет не ходил) также с папарацци.

А иногда Гарри сдуру появлялся на публике, плохо замаскировавшись, — например, как сейчас, собираясь сходить за покупками. Пережив ужасную погоню через рынок, вниз по переулкам, вверх по аллеям и, наконец, через грязную парковку, он отделался от репортеров, оставшись без бейсбольной кепки. К счастью, покрытый грязью герой очутился всего лишь в квартале от дома Гермионы.

Гарри вошел внутрь, зная, что подруга не станет возражать, так как он и раньше использовал ее квартиру в качестве убежища. Он решил принять душ, набраться сил и после передышки вернуться домой через каминную сеть.

Гарри уже смывал пену, когда его планы были грубо нарушены, и он ознакомился с той частью тела Драко Малфоя, которую никогда не хотел (и не желал) увидеть. На мгновение его даже ослепили отблески света на белой коже слизеринца, прямо как сверкание снега в солнечный день. Утешением служило одно — ослепнув, он больше не сможет видеть голого Малфоя. Но, к несчастью, картинка продолжала стоять перед глазами и наверняка будет преследовать его в кошмарах до скончания дней.

Малфой выскочил из ванной, и, пока он натягивал трусы (задом наперед), Гарри оглушил его, пролевитировал в кухню и привязал к стулу единственным, что попалось под руку, — тесемкой. Наложив на узлы специальное закрепляющее заклинание и надежно вставив кляп куда следует, Гарри оставил пленника и поспешил за подкреплением. Да уж, день определенно не задался.

Зато у Рона день оказался просто замечательным! Хотя начался не очень. Ранее утром, команда, в которой он был вратарем, «Пушки Педдл», проиграла «Малолетстон Юнайтед» и таким образом выбыла из борьбы за место в полуфинале. Рон как раз сидел дома и топил горе в огромной кружке огневиски, когда из камина, моля о помощи, выпал растерянный Гарри — в полотенце, обернутом вокруг талии.

И вот тут-то день стал поистине счастливым, потому что, прибыв в квартиру Гермионы, Рон увидел на кухне гигантского хорька-альбиноса, привязанного к стулу и с кляпом во рту. Рон чуть не завизжал от радости и, выслушав от крайне сконфуженного Гарри укороченную версию событий, принялся за работу.

Сперва он взял со стола лампу и подвесил ее над головой Драко так, чтобы свет бил хорьку прямо в глаза, и если бы тот умел убивать взглядом, Рон давно бы уже лежал с кинжалом в спине. Рон всегда мечтал стать аврором, но вместо этого, повидав достаточно кровавых сражений во время войны, решил играть в квиддич (потому что все-таки должен был получить свою долю кровопролитий на поле).

Далее Рон потратил добрых десять минут, просвещая Малфоя по следующим вопросам: 1) какой Драко похабник и идиот, 2) совершенно бездарный ловец и 3) урод и наглец каких поискать. После этого Рон продолжил обзывать Драко всеми обидными прозвищами, которые придумал заранее и специально берег для подобного случая. И впрямь, возможность оскорбить Драко Малфоя в лицо, не опасаясь расплаты, свалилась на голову как внеочередной рождественский подарок и стократно восполнила утренние потери.

Когда Драко, к его удовлетворению, был достаточно унижен, начался допрос с пристрастием.

— Гарри, — приказал Рон настолько сурово, так что сам профессор Снейп, услышав его, удавился бы от зависти. — Принеси пинцет.

***

У Гермионы выдался такой денек, знаете, когда все идет не так, как хочется, и в конце концов ты начинаешь чувствовать себя полным неудачником. Бестолковым, глупым, наивным неудачником. Да, день был именно такой.

В общем, у Гермионы было хреновое настроение. Прошение, которое она составила с целью улучшить систему социального обеспечения и гарантировать домовым эльфам социальную защиту, вновь не прошло. В этот раз она проиграла страхолюдине из отдела Ленивых Лоботрясов и Тупых Тунеядцев, которая ходатайствовала о том, чтобы включить в форму одежды министерских работников мини-мантии. Видимо, в отделе страхолюдины считали, чем длиннее твои ноги и короче юбка, тем больше ты достойна чьего-либо внимания. А если ты еще и готова переспать с кем угодно, лишь бы получить желаемое, то за твою программу проголосует большинство.

И неважно, что той, кто носит мантию установленной длины, чьи единственные нескрываемые изгибы — это мозговые извилины, чью работу всегда задвигают на второй план и кто постоянно борется с системой (системой, за которую дралась зубами, ногтями и палочкой несколько лет назад) — ей даже не дают отдельного кабинета! Нет, она должна делить каморку с этим, как его звать, придурком, который всегда опаздывает на двадцать минут и который, проработав уже четыре месяца, до сих пор спрашивает у Гермионы как пройти к туалету! Иногда ей так и хочется указать неправильную дорогу, чтобы он наделал в штаны, но каждый раз Гермиона сдерживается, понимая, что в таком случае именно ей придется вытирать за ним лужу.

Итак, в этот наипаршивейший из всех паршивых дней Гермионе больше всего на свете хотелось попасть домой, переодеться в пижаму регламентированной длины, насладиться чашечкой горячего чая, погладить кота и почитать книгу. Уходя с работы на полдня раньше и не испытывая при этом никаких угрызений совести, Гермиона лишь укрепилась в своем решении, когда столкнулась со страхолюдиной на выходе из лифта и опрокинула единственную за весь день разрешенную самой себе чашку кофе на свою новую мантию. Разумеется, мантию регламентированной длины.

Угрюмо ворча себе под нос, что Страхолюдине с Придурком надо пожениться и нарожать полуголых детей-имбецилов — и те будут мочиться в постель, но по иронии судьбы все равно обойдут ее собственных гениальных отпрысков — Гермиона добралась до каминной сети и повлачила свое уставшее тело из этого ужасного места (где никто ничего не делает), называемого работой (кроме нее), направляясь домой (в дом, милый дом).

К несчастью, по закону подлости в плохие дни все идет чем дальше, тем хуже. Подтверждением тому служил привязанный тесьмой к кухонному стулу Драко Малфой — в черных шелковых трусах, надетых задом наперед. Над ним нависал Рон Уизли — он светил в лицо Драко настольной лампой, приставив к малфоевской брови маленький серебристый инструмент. Гарри Поттер в одном полотенце сидел на соседнем стуле, спрятав лицо в ладони и что-то бессвязно бормоча.

Когда Гермиона поняла, что отдых и расслабление во второй половине дня отменяются, ее постигло горькое разочарование. Правду знать совершенно не хотелось, однако Гермиона все же спросила:

— Какого черта тут творится?

***

— Грейнджер! Помоги мне! — взмолился Драко. Его единственный шанс остаться в живых только что в ее лице вернулся домой.

— Цыц! — буркнул Рон, дав Малфою подзатыльник. — Гермиона! — с огромным удивлением воскликнул он и быстро спрятал руки за спину, надеясь, что девушка не заметила пинцет. — Что ты здесь делаешь?

— Я здесь живу, болван, — ответила Гермиона, переводя взгляд с Рона на Драко, а затем на Гарри, который на секунду перестал бормотать, отвесил челюсть и уставился на подругу, выпучив глаза. — А вот что вы делаете?

— Не то, что кажется, — соврал Рон, пока Гермиона внимательно изучала представшую перед ней крайне подозрительную сцену.

— Не слушай его! Как раз то, что кажется, помоги мн… Ай-й, подонок! — прошипел Драко, когда Рон стукнул его снова, уже сильнее.

— Хорошо, все именно так, как кажется, — вздохнул Рон, понимая, что ситуация выглядит не лучшим образом. — Малфой вломился в твою квартиру, мы его поймали и уже полчаса допрашиваем. Мы успели прийти к выводу, что он не сотрудничает ни с какой злодейской организацией, которая собирается тебя убить. Но пока не решили – вдруг Малфой замышлял убить тебя самостоятельно. Если ты дашь мне еще пару минут, я обязательно докопаюсь до истины, — Рон снова приставил пинцет к брови Драко.

— Отпусти его. Сейчас же, — Гермиона скрестила руки на груди, приняв, как она надеялась, угрожающую позу. Что было вовсе не обязательно, так как и Рон, и Гарри основательно побаивались Гермиону чуть ли не с первого дня знакомства.

— Нет, ты не понимаешь, — запротестовал Рон. — Мы его поймали! Он залез в твою квартиру и пытался соблазнить Гарри!

Вытаращив глаза, Гермиона резко повернулась к Поттеру. Тот заерзал в кресле и начал размеренно биться головой об стол, приговаривая:

— Выпытай все! Выпытай все!

Тогда Гермиона посмотрела на Драко.

— НИЧЕГО ПОДОБНОГО! — завопил он, покраснев до такой степени, что переплюнул даже Рона с его густым румянцем. — Ничего подобного! — повторил Драко, заметив тень сомнения в ее взгляде. — Грейнджер! Не слушай его! Я НЕ соблазнял Поттера!

— Но пытался, — пробормотал Гарри.

— Заткнись, шрамоголовый! — выкрикнул Драко.

— Сам заткнись! Извращенец!

— Я НЕ ИЗВРАЩЕНЕЦ! — Малфой забился в веревках. Нужно было срочно выбираться отсюда, он не только увидел голого Поттера (видок у того был ПОТЕРтый, прямо как фамилия), но и прошел через садистский допрос Уизли — в одних трусах и тех надетых задом наперед. В мгновение ока день из прекрасного стал просто кошмарным, и Драко страшно захотелось вернуться домой и утопиться в бочке с огневиски, пожелав никогда больше не проснуться.

— Нет, извращенец! — заорал Рон, присоединяясь к общему хору. — Зачем ты подглядывал за Гарри в душе, да еще и присоединиться хотел в чем мать родила?

— Вот-вот! — добавил Гарри.

— Может, вы все помолчите минутку? — рявкнула Гермиона. Она попыталась сложить все факты воедино. Очевидно, Гарри принимал душ, тут вошел Драко, принял Гарри за нее и решил сделать сюрприз любимой девушке. Вместо этого сюрприз достался Гарри, и тогда тот оглушил Драко, связал его и вызвал Рона для допроса. Дураки. Если голый Малфой зашел в ванную, ожидая увидеть Гермиону, то даже самый безмозглый троглодит (до интеллектуального уровня которого ее лучшие друзья частенько не дотягивали) мог бы догадаться, что между Драко и Гермионой существуют кое-какие отношения.

Слава богу, ее друзья такие тугодумы, в противном случае пришлось бы многое объяснять.

— Драко — не извращенец, — твердо заявила Гермиона, ясно давая понять Рону и Гарри, что если они будут перечить, то покинут квартиру, лишившись жизненно важных частей тела.

Рон вздохнул, почти сдавшись.

— Ну, — начал он, — во всяком случае, Малфой — взломщик. И не спорь, Гермиона, — он явно прокрался в твою квартиру с какими-то нездоровыми и, возможно, непристойными намерениями.

— Чушь! — завопил Драко, с удвоенной силой задергавшись в оковах. — Черт, что это за хрень? Тесьма со стальной арматурой?

— Бога ради, — вздохнула Гермиона. — Отпустите его!

— Нет, пока мы не докопаемся до сути, — Гарри встал с кресла, слегка пошатываясь после лобового столкновения со столом.

Рон повернулся к Драко и вновь принялся выжигать ему сетчатку светом настольной лампы.

— Ну хорошо, Малфой. Если ты не извращенец и не взломщик, скажи нам, почему ты здесь.

— Не твое дело, — прищурившись, огрызнулся Драко.

— Да неужели? Сейчас быстренько станет моим.

— Уверен, история тебе не понравится, Уизлик, слишком велика плата. Где тебе понять своим умишком.

Рон покраснел от гнева.

— Малфой, говори, или я тебя задушу!

— Твой сарказм неуместен, Малфой.

— Это защитная реакция психики против тупизны окружающих, Поттер.

— Говори, или последствия будут мучительны, — пригрозил Гарри.

— Прекратите, — приказала Гермиона, поняв, что ситуация выходит из-под контроля. А поначалу все было так прекрасно организовано, думала она, рассматривая розовую тесьму, которой Малфоя привязали к стулу. Гермиона оплакала потерю, так как тесьма предназначалась для починки платья.

— Терпение, Поттер. Сейчас я страдаю от передоза ужасов, благодаря Уизлику. Когда это пройдет, у меня будет время как следует испугаться тебя. До тех пор можешь валить отсюда оберегать добродетель девственниц или чем там вы, герои, занимаетесь в свободные минуты.

— Не заставляй меня вновь взяться за пинцет, Малфой.

Драко поежился при воспоминании о недавнем общении с садистским инструментом Уизли. Он уже лишился клочка с таким трудом выращенных волос на груди и части идеально очерченной брови. И не собирался терять еще больше.

— Жалкие угрозы от жалкой личности, — насмешливо улыбнулся он, вопреки своему благоразумному решению.

Рон злобно воззрился на Драко и поднес пинцет к его носу.

— Нет, — возразил Гарри, и Рон застыл с занесенной рукой, готовый приступить к ощипыванию. — Есть идея получше. Неси Веритасерум.

Рон удивленно посмотрел на Гарри. Гарри ответил многозначительным взглядом.

— О-о, точно. Отличная мысль.

Драко грозно нахмурился, поглядывая то на одного, то на другого. Расплывшись в улыбке, Рон рванул из комнаты и через мгновение вернулся с бокалом, по мнению Драко, наполненным до краев не чем иным, как Веритасерумом.

Гермиона вопросительно подняла брови, но Рон заслонил бокал ладонью и с видом превосходства покосился на нее через плечо. Гермиона недобро прищурилась, но Рон лишь хитро ухмыльнулся, и тогда она взглядом разрешила ему продолжать. Будь что будет.

Она смирилась с тем, что тайное вот-вот станет явным. Рано или поздно это все равно должно было случиться. Не сказать, что они с Драко особенно таились – скорее, были неосторожны. Целовались в коридорах, где их могли видеть соседи; обедали в ресторанах маггловского Лондона, прекрасно зная, что их часто посещают волшебники; назначали тайные рандеву на аллеях за министерством… Гермиона собралась с духом перед встречей с неизбежным и перебрала в уме несколько возможных отговорок:

Я споткнулась и упала губами на его губы — тридцать или сорок раз. Какая же я неуклюжая!

Всем нужно есть, и вероятность встретиться в тех десяти или около того ресторанах в маггловском Лондоне довольно высока, если подумать и все правильно рассчитать. Четыре миллиона магглов, поделенные на пятьдесят тысяч ведьм… два переносим…

Конечно, вы не видели, как мы с Малфоем обжимались за мусорным баком. По-вашему, в волшебном мире только у Драко такой цвет волос? Нет, с Люциусом Малфоем я тоже не сплю!


Что-нибудь в этом роде.

У Драко не было ни единого шанса. Он жалобно поглядывал на Гермиону, а той ничего не оставалось, кроме как таращиться в немом ужасе на Рона и Гарри, похожих сейчас на детей-переростков, которые играют в Хорошего и Плохого авроров.

Гарри попытался взять Драко за подбородок и силой открыть ему рот, но у пленника были другие планы.

— Ай! — вскрикнул Гарри. — Он меня укусил!

Радостно ухмыляясь свой маленькой победе, Драко не заметил, как Рон занес кулак. В ушах зазвенело, в затылке поселилась тупая боль.

— О, черт! Сделаешь так еще раз, Уизлик, и ты тр…

Гарри ухватил Драко за подбородок под другим углом и, несмотря на яростное сопротивление, открыл слизеринцу рот, а Рон залил сладкую жидкость ему в горло. Малфой дергался и плевался, поэтому больше половины зелья оказалось у него на подбородке, груди и коленях.

Рон поставил кубок на стол и обменялся с Гарри торжествующими взглядами. Драко откашлялся и обреченно понурил голову. Вот и все. Кажется, поимели именно его, и процесс не имел ничего общего с его недавними фантазиями.

— Так, для начала легкий вопрос. Твое второе имя, Малфой.

— У меня его нет.

— Конечно, есть. Оно у всех есть.

— А у меня нет.

Рон и Гарри переглянулись с таким видом, будто Драко сказал нечто ужасно кощунственное. Как это нет второго имени? Извращенец.

— Хватит валять дурака, — заявил Гарри. — Почему ты здесь, Малфой?

— Потому что давным-давно мои мама и папа решили, что они настолько богаты и привлекательны, что просто не могут эгоистично оставить все это себе. Так что они принялись трахаться как кролики, пока им не даровали красивого мужчину, которого вы видите сейчас перед собой.

Гарри закатил глаза, Рон шлепнул Драко по темечку. «Как только выберусь отсюда, — решил Малфой, — первым делом пройду энцефалограмму, потом отсужу у Рона все его имущество и куплю на вырученные деньги пакет со льдом. И мороженое, если останется сдача».

— Я имею в виду, почему ты сегодня здесь, в квартире Гермионы, в час тридцать дня, шестнадцатого сентября две тысячи второго года, — уточнил Рон, стараясь не оставить ни одной лазейки для Веритасерума и для Малфоя с его хоречьими уловками.

Драко разочарованно застонал. Все, теперь не отвертеться. Черт бы побрал Уизли с его внезапной дотошностью! На висках Драко выступил пот. «Грейнджер убьет меня, если ее не опередят Поттер и Уизли. Сейчас как раз подходящий момент, чтобы отработать умение превращаться в невидимку, о чем я всегда мечтал. Сейчас-сейчас. Сейч…»

Тем временем Гермиона воспользовалась возможностью изучить зелье. Веритасерум очень сложно достать, еще сложнее сварить, тем более без разрешения министерства. Конечно, Гарри — это Гарри, и ему предоставляют некоторые поблажки, учитывая, что он спас мир и все такое. Но даже Гарри Поттеру нелегко было бы раздобыть столько Веритасерума. И он уж точно не потратил бы такую ценность на Малфоя.

Гермиона взяла бокал и принюхалась. Знакомый запах. Она сделала маленький глоток. На вкус прямо как…

— Отвечай, Малфой!

— Нет, Малфой, это просто…

— Мы с Грейнджер тайно встречаемся!

— …тыквенный сок, — выкрикнула Гермиона секундой позже.

Гарри подавился воздухом. Рон сплюнул. Драко уставился на Гермиону широко открытыми глазами.

— Гарри после душа сушит пальцы ног! — завопил Драко, пытаясь отвлечь внимание от своего сокрушительного провала.

— Ты же сказал, что ничего не видел! — возмутился Гарри.

— Что-что ты делаешь? — переспросил Рон, насмешливо блеснув глазами.

— Ну и что! — начал оправдываться Гарри. — Терпеть не могу, когда у меня мокрые ноги.

Драко признательно рассмеялся, в душе аплодируя своему идеальному исполнению отвлекающего маневра. Гарри резко обернулся.

— Заткнись. Нечего тут ржать, у тебя маленький…

— Эй! Это удар ниже пояса!

— Намного ниже, — уточнил Гарри.

— Ничего подобного! У Драко очень… — Гермиона прижала ладони ко рту.

— Ага, значит, ты признаешься! — Рон обвиняюще ткнул пальцем в ее сторону.

— Гарри спит с Джинни! — ужаснувшись, Гермиона зажала рот рукой еще сильнее.

— Гермиона! — с негодованием воскликнул Гарри.

— Извни, — пробормотала она сквозь ладонь.

Улыбка на лице Рона мгновенно сменилась свирепой гримасой.

— Что-что ты делаешь с моей сестрой?

— Гермиона спит с Малфоем!

— Эй!

— Хочешь сказать, что ты спишь с моей маленькой сестренкой?

— Гарри назвал свою метлу в честь Джинни!

— Гермиона спит с Малфоем!

— Это мы уже знаем, шрамоголовый! Лучше скажи нам что-нибудь новенькое!

— Малфой переходит в «Пушки Педдл»!

— ЧТО?

— Рон до сих пор девственник!

— Неправда!

— Ничего себе! Это что, шутка?!

— Гермиона спит с включенным светом!

— А у Драко страх неудачи в сексе!

— Не обо мне, Гермиона, что-нибудь о них!

— Прости, я запуталась!

— И я!

— А я тем более!

— Я тоже, болван!

— Молчи, Гермиона, ты спишь с хорьком!

— Не сплю!

— Ах, так? А как же восемь недель необузданной страсти…

— Я имела в виду, что ты не хорек, Драко!

— А-а…

— Просто не верится, что ты спишь с Малфоем. Ты не стала встречаться со мной, зато встречаешься с ним!

— Заглохни, Уизлик! Очевидно, у леди есть вкус.

— Скажи-ка, Гермиона, что в нем такого, чего нет у меня?

— Помимо высокоразвитого интеллекта, очарования, неподражаемых магических способностей и безупречного вкуса? Я даже не знаю…

— Заткнись, хорек. Я в сто раз лучше тебя.

— Уизли, я тебя умоляю, талант замечательно тупить не считается.

— А звание почетного студента академии идиотов, значит, считается?

— Ребята, прекратите!

— ХВАТИТ! — заорал Гарри.

Все повернулись к нему — раскрасневшиеся, тяжело дыша, с ужасом, написанным на лицах. Гарри пару раз глубоко вздохнул.

— Сегодня мы наговорили достаточно.

Гермиона отвела взгляд, Рон прикусил губу, а Драко стиснул челюсти, пытаясь, подобно Гудини, выбраться из оков.

В комнате повисла тишина. Каждый пытался осмыслить сказанное. Гермионе было невыносимо стыдно за то, как она обошлась со своими друзьями. В тоже время она чувствовала облегчение оттого, что правда о ней и Драко наконец-то выплыла наружу.

Рон продолжал кусать губу, злясь на лучшего друга за то, что тот спит с его сестрой. И вдвойне бесясь из-за того, что Джинни потеряла девственность раньше него.

Гарри молился, чтобы Рон его не убил.

Драко рассматривал возможность отгрызть собственную руку, если это поможет сбежать из комнаты подальше от неловкой ситуации. Ловцом можно быть и с одной рукой, коли на то пошло…

— Забудем все и пойдем по домам? — предложил Гарри.

— Согласна.

— Да, черт побери.

— Вытащите меня отсюда!

С этими словами Гарри и Рон отправились по своим собственным каминам. Первый надеялся, что второй не замышляет убийство; второй придумывал самый быстрый, легкий и надежный способ лишиться девственности; Драко, которого отвязывала Гермиона, лихорадочно изобретал наиболее мучительный вариант кончины для них обоих.

— Что ж, все прошло не так уж плохо, — осторожно заметила Гермиона, поглядывая на Драко, который, чертыхаясь вполголоса, потирал ободранные запястья. Тот неожиданно расхохотался.

— Не так уж плохо? Не так плохо! Дорогая, это было просто потрясно!

Гермиона не верила своим глазам – Драко смеется! Она ожидала услышать потоки ругани, возмущение по поводу произвола, который учинили ее друзья. Хоть какого-то проявления малфоевского взрывного характера. Смеха — нормального, не безумного смеха — Гермиона ожидала меньше всего.

— Я не понимаю, — сказала она.

— Ну как же? Мы вышли сухими из воды! Наши отношения выплыли наружу. А твои телохранители сидят по домам и бесятся от своего кретинизма, абсолютно наплевав на то, что мы с тобой спим.

— Ну, если посмотреть с этой стороны…

— А самое главное, меня не убили! В общем и целом, все прошло успешно. Как считаешь?

— Думаю…

— Ничего не думай, мы будем отмечать!

— Отмечать? Что отмечать?

— Самый лучший день в нашей жизни!
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100