Добавить в избранное Написатьь письмо
jasmin_noir    в работе

    «─ Ты злишься, не принимая во внимание одного: нами всеми распоряжается судьба… ─ мягко замечает Дамблдор, но Риддл вскидывается на него разъяренной коброй: резко поднимаясь с места, он нехотя гасит свечу, и оба – учитель и ученик – оказываются в кромешной темноте». Сиквел к фанфику «Щелк». История о том, как душу Гарри Поттера забрал дементор, а вакантное тело ─ хоркрукс. Отзывы приветствуются. Иллюстрация к фанфику: http://i.imgur.com/eAL0sve.jpg?1
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Том Риддл, Альбус Дамблдор, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Вольдеморт
    Angst /AU /Драма || джен || PG
    Размер: макси || Глав: 17
    Прочитано: 12002 || Отзывов: 10 || Подписано: 49
    Предупреждения: AU
    Начало: 10.04.15 || Последнее обновление: 27.02.16

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

>>

Все, что от меня осталось

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Сандал


Август. Звездный и душный, он клубами теплого воздуха проскальзывает в распахнутое окно и нависает над Томом, шепотом напевая знакомую детскую песенку. Навязчивая мелодия щекочет барабанные перепонки, добирается до самого сердца и заставляет проснуться:
And one for the little boy
Who lives down the lane.


Звучно втянув носом горький запах старого накрахмаленного постельного белья и приторный – лоснящихся от вязкого нектара лип, Том резким движением руки скидывает с себя одеяло и, следуя то ли военной, то ли спортивной привычке, в секунды оказывается на ногах.
─ Вижу, ты чувствуешь себя лучше, мой мальчик, ─ мягкий голос из глубины комнаты затягивает на шее невидимую петлю. ─ Как много ты помнишь из последнего? ─ Том безуспешно пытается увидеть своего собеседника в темноте, и Дамблдор замечает совсем несвойственный Гарри Поттеру цепкий, кусачий взгляд.
─ Кажется, там были дементоры, ─ мальчик удивленно вслушивается в собственные низкие, теплые обертона. ─ Я не смог с ними справиться, сэр, больше ничего не помню, ─ он опускает голову, чтобы избавиться от липкого, навязчивого беспокойства человека, который так и не пожелал выйти на свет.
─ Гарри, ─ подавить дрожь, ─ мисс Грейнджер сказала мне, что, проснувшись первый раз, ты назвал себя чужим именем, ─ и еще раз.
─ Я не помню этого, сэр. А каким именем?

Неуютная, неловкая тишина колется в уши.
─ Ты назвал себя Томом, ─ Дамблдор делает шаг вперед, и Том читает на старом и морщинистом лице отголоски былого величия, ─ Но сейчас я вижу, что это всего лишь последствия твоей встречи с дементорами, ─ и невероятную слабость.
─ Боюсь, что не только это, сэр, ─ искренне, скользя взглядом вдоль такой знакомой глубокой складки над переносицей. ─ Я действительно больше не помню ничего, ─ последнее слово Том произносит с несвойственным ему нажимом. Низкое и теплое ─ в скрежет металла, в рев старого покорёженного замка.
Тогда, кажется, тоже был август.
— Кто вы такой?
— Я уже сказал. Меня зовут профессор Дамблдор, я работаю в школе, которая называется Хогвартс. Я пришел предложить тебе учиться в моей школе — твоей новой школе, если ты захочешь туда поступить.

Тряхнуть головой, чтобы сбросить с себя это болезненно-короткое наваждение: Том зло щурится, когда черные лохмы, щекоча веки, перекрывают обзор.
Baa, baa, black sheep,
Have you any wool?


Альбус, обреченно вздохнув, окидывает его взглядом, полным необъяснимого сочувствия, и Том отчетливо ощущает, как где-то в районе солнечного сплетения его заполняет обжигающий августовский воздух.
─ Мне очень жаль, Гарри.
─ Вам не в чем винить себя, профессор.
Глаза Дамблдора искрятся весельем.
─ Так уж и ничего, мой мальчик?

Протяжный скрип пружины: неловко передернув плечом, Том с ногами забирается обратно на кровать.
─ Я вспомнил вас, когда увидел, ─ нехотя. ─ Мы были близко знакомы, сэр?
После недолгой паузы Альбус ограничивается простым кивком.

Бой часов заставляет Тома вздрогнуть от неожиданности. Два часа дня.
─ Думаю, мадам Помфри меня не похвалит, если сегодня я еще побеспокою тебя, Гарри, ─ разочарованно произносит Дамблдор, направляясь к выходу.
К выходу откуда?
Тяжелая дубовая дверь с грубыми железными петлями, высокая каменная кладка.
Старый волшебник оборачивается, словно прочитав мысли:
─ До конца лета ты останешься здесь, мой мальчик. В Хогвартсе.
Том улыбнулся. Что-то давно забытое шевельнулось в его груди.

***
Август – преддверие, сладкое ожидание волшебства; долгий, щемящий самое холодное сердце – путь домой. Том по безмолвному и пустому замку движется почти на ощупь: он любовно ведет ладонью по гладкому камню стены, словно хочет напитаться его древней магией, вслушивается в грузные повороты лестниц и перешептывания портретов, чтобы навсегда запечатлеть в своей памяти одиночество неприступной крепости. Единственное желание – остаться здесь навсегда. Слиться с этими стенами, стать с замком одним целым, стать его историей, вечностью. Бессмертием в камне.
Сначала пальцы, а затем и вся ладонь скользят по рельефной поверхности двери. Том жадным рывком дотягивается до ручки и нетерпеливо крутит ее против часовой стрелки. С порога в голову шибает терпкая смесь запахов: пыльная выцветшая бумага и сандал.

В кабинете трансфигурации пахнет книгами и еще чем-то неуловимым и пряным. Том всегда уходит с занятий последним: он то и дело расспрашивает Дамблдора о предмете, который его совершенно не интересует, только ради того, чтобы подольше вдыхать таинственный аромат.
─ Могу ли я остаться на лето в замке, профессор? ─ мальчик отводит взгляд, но Альбусу не нужно смотреть, чтобы почувствовать до краев заполняющее душу отчаяние. Без единого просвета.
─ Ты же знаешь, что это невозможно Том. Не в моих силах нарушать правила, установленные директором, ─ не верит: передергивает уголком губ.
«Вы просто не хотите, профессор».
Дамблдор до синевы в пальцах сжимает подлокотники кресла.
─ Но вы бы могли его попросить, сэр, ─ Альбус уверен, что в природе не существует такого темного цвета, но некогда тонкая антрацитовая радужка детских глаз становится непроницаемо черной.
─ Боюсь, Том, это действительно не в моих силах.


─ Боюсь, Альбус, это действительно не в моих силах, ─ чуть брезжащий, как замедляющая свой ход маггловская пластинка, раздраженный голос целительницы через глухую пелену сна болезненно достигает острого мальчишеского слуха. ─ Я не могу держать его взаперти неделями. Ему нужно двигаться. Осмотр не выявил никаких отклонений, мальчик в норме, я не понимаю, почему он упал в обморок, ─ Том, затаив дыхание, вжимается в больничную кровать.
─ Знаю, Поппи. Я лишь надеюсь, что, когда начнутся занятия, Гарри будет чувствовать себя полноценным ребенком, ─ говорит Дамблдор и следом совсем тихо бормочет куда-то в бороду: ─ Насколько это возможно.
Апчхи!
Уверенные, совсем не стариковские шаги, медленно, но неизбежно приближаются к мальчику. Директор садится на самый край постели справа от ребенка, отчего та жалобно трещит. Его малиновая мантия с серебряными звездами, казавшаяся Тому совершенно нелепой, находится так близко, что он не может не чувствовать этого едва заметного, пряного аромата, тонкими струйками проникающим в нос и затуманивающим рассудок.
Том поднимается на локтях: он смотрит на Дамблдора удивленно, в растерянности переводя взгляд с одной блестящей звезды на другую.
─ Профессор! ─ Альбус ничего не успевает сказать, как голова мальчишки со вздохом утыкается в солнечное сплетение, выбивая из груди весь воздух.
Том глубоко дышит, не замечая, что приятная пряность заполняет легкие до предела: в глазах щиплет от поступающих слез, которые он незаметно смаргивает на душистую малиновую ткань. Дамблдор теплой ладонью накрывает подрагивающие плечи.
─ Ну, полно, Гарри, мой мальчик, ─ Том до крови закусывает губу.
«Я не Гарри, я – Том».
>>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100