Добавить в избранное Написатьь письмо
Мёриел (бета: Кислое Яблоко)    в работе

    Война с Волдемортом выиграна, и кажется, что самое сложное наконец-то позади. Но когда в судьбы героев вмешиваются новые обстоятельства, мир переворачивается с ног на голову. Как жить в мире после войны, если внутри — новая война. И вот уже завершённая история вновь раскручивает спираль, вовлекая в свой водоворот давно знакомых нам героев. Все они вернутся туда, откуда всё начиналось: Хогвартс вновь распахнёт свои двери. Каждому из них предстоит осознать и отпустить прошлое, чтобы жить и бороться в настоящем. Но только будущее покажет, чем завершится эта борьба — борьба после Войны.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Драко Малфой, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Гарри Поттер, Джордж Уизли, Анжелина Джонсон, Пэнси Паркинсон
    Общий /AU || гет || PG-13
    Размер: макси || Глав: 25
    Прочитано: 26967 || Отзывов: 22 || Подписано: 90
    Предупреждения: AU
    Начало: 28.07.15 || Последнее обновление: 23.04.17

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

>>

После Войны

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Пролог


Война с Волдемортом выиграна, и кажется, что самое сложное наконец-то позади. Но когда в судьбы героев вмешиваются новые обстоятельства, мир переворачивается с ног на голову. Как относиться к себе и на что надеяться, если впереди — лишь тьма. Как разобраться в своих чувствах, когда на действия толкает безысходность. Как жить дальше, если смерть отобрала самое дорогое. Как сделать правильный выбор, если выбора больше нет. Как жить в мире после войны, если внутри — новая война. И вот уже завершённая история вновь раскручивает спираль, вовлекая в свой водоворот давно знакомых нам героев. Все они вернутся туда, откуда всё начиналось: Хогвартс вновь распахнёт свои двери. Чтобы встретить давних друзей и обрести новых. Чтобы найти ответы на сложные вопросы. Чтобы сделать выбор или отказаться от него. Каждому из них предстоит осознать и отпустить прошлое, чтобы жить и бороться в настоящем. Но только будущее покажет, чем завершится эта борьба — борьба после Войны.

AU финала 36-й главы и эпилога.
------------------
Публикация/размещение текста полностью на других ресурсах осуществляется ТОЛЬКО автором. Публиковать/размещать текст полностью на других ресурсах кем-либо, кроме автора, ЗАПРЕЩЕНО.
------------------

1. Группа в вк https://vk.com/adparnassum
2. Сколько планируется глав http://goo.gl/pFlPnF
3. AU Анжелины Джонсон https://goo.gl/qc7cCH
4. Фанфик — победитель Russian Dramione Awards 2016 в номинации "Лучший фанфик «в процессе»" https://goo.gl/EgcazL

Благодарности: Кислому Яблоку (SourApple) и Алонси за помощь в написании текста и хранение военных тайн; just-orson — за обложки и невероятно атмосферные коллажи к главам, всем остальным коллажистам — за обложки и коллажи к фику; Mystery_fire — за помощь с юридическими вопросами; Zewana, kathyin.corso и Ойей — за оказанную в трудный момент поддержку; Джоан Роулинг — за мир Гарри Поттера; Ledi Fiona — за «Цвет Надежды»; всем активным читателям — за отзывы и мнения о фике.


От автора: Идея написания этого фанфика пришла ко мне ещё в сентябре 2012-го года, когда я впервые прочитала серию книг о Гарри Поттере. Первая версия текста была публично выложена в 2013-м году. Впоследствии фанфик прошёл четыре полноценные редактуры, превратившись из банальной истории о любви Драко и Гермионы в объёмное и серьёзное повествование с множеством героев и уклоном в философию.
Я надеюсь, что эта история станет для вас не просто очередной прочитанной книгой, а затронет в ваших сердцах и умах самые тонкие струны, что вы проживёте эту историю вместе с её персонажами так же, как её проживаю я.

Всегда ваша, Мёриел

___________________________

Коллаж к прологу от just-orson https://vk.com/photo-74495728_378959674
___________________________

Вместо эпиграфа:
Здесь нет ни правых, ни виноватых. Только субъективизм.
А с субъективной точки зрения правы все — и никто не прав.


ПРОЛОГ

— Профессор МакГонагалл?

Минерва МакГонагалл отвлеклась от созерцания пейзажа за окном и повернулась на голос. Высокая, тонкая, строгая — казалось, всё в ней осталось прежним. Но от Филиуса не укрылась блёклость некогда ярких серых глаз.

— Профессор Флитвик, — Минерва кивнула в знак приветствия. — Проходите.

Филиус проковылял к середине кабинета и с усилием взобрался в кресло.

— Вы уже оповестили членов совета попечителей о дате нашего собрания? — сухо осведомилась Минерва, проходя на своё место за столом.

Филиус подавил тяжёлый вздох, глядя, как практически полностью поседевшая Минерва сцепляет слегка дрожащие морщинистые пальцы, глядя на неестественно прямую спину и словно окаменевшие плечи.

— Да, Минерва, — ответил он, поудобнее устраиваясь в кресле. — И должен заметить, что ряды совета поредели.

— В каком смысле?

— Некоторые приняли самостоятельное решение покинуть совет. События последнего года больно бьют по репутации нашей Школы.

Минерва опустилась в своё кресло с высокой спинкой, положив по-прежнему сцепленные руки на стол.

— И как по-вашему, Филиус, можно ли что-то сделать? — доверительным тоном спросила она.

— Право, я не ведаю, Минерва. Люди страшно напуганы. Особо их тревожат сообщения о том, что не все Пожиратели смерти понесли наказание, более того, некоторые из них по-прежнему на свободе. От «Пророка» ничего не утаишь. — Филиус понуро вздохнул.

Минерва высвободила пальцы и нетерпеливо забарабанила ими по столу. Филиус с интересом наблюдал за человеком, которого знал не просто не первый год — не первое десятилетие. Такой Минерву МакГонагалл Филиус Флитвик не видел ни разу за всё время их знакомства.

— «Пророк»… — пробормотала она, глядя куда-то на поверхность стола. — Вот что мы сделаем, Филиус, — вскинула голову директор и устремила острый взгляд на него. Он весь подобрался. — Если «Пророк» имеет такое влияние на умы общественности, то мы сделаем его нашим союзником.

— Но… Как мы сможем этого добиться?

— С помощью Министерства, конечно, — уверенно ответила Минерва, перестав барабанить по столу. — Кингсли назначен на пост министра магии, и, признаюсь честно, более удачную кандидатуру мне и представить себе трудно. Я уже связалась с ним, отправив сову в Министерство с просьбой о помощи. В письме я рассказала о нашем положении, сделав акцент на нехватке времени: до первого сентября всего лишь два месяца, а мы ещё даже не начали поиск уничтоженных сведений о маглорождённых волшебниках. Он обещал помочь нам восстановить авторитет Школы в глазах магического сообщества.

— Что ж… — Филиус подёргал редкую седую бородку, обдумывая услышанное. — Если всё сложится удачно, такой союзник сыграет очень важную, а возможно, и решающую роль в разрешении нашей проблемы. Ваше предложение очень разумно, поддерживаю.

— Прекрасно, — резюмировала Минерва. — Засим, полагаю, наша встреча окончена.

Она поднялась. Филиус соскользнул на пол.

— Завтра я отбываю в Школу авроров на неопределённый срок, — сказал он. — Тамошние специалисты не справляются с потоком новичков, а посылать на сложнейшие операции неоперившихся юнцов… Кто же возьмёт на себя такую ответственность? Они хотят, чтобы я и ещё несколько приглашённых профессоров как следует поработали с ними.

— Значит, увидимся через две недели на собрании совета попечителей, Филиус.

— Я постараюсь быть. Всего доброго, директор, — прокряхтел Филиус, оправляя мантию и покидая кабинет. В дверях он обернулся. — Правда на нашей стороне, Минерва. Мы оба это знаем. — Он улыбнулся так мягко, как только мог.

— Идите, Филиус, — откликнулась она, благодарно кивая в ответ.

Филиус пересёк порог, и дверь директорского кабинета с глухим скрипом затворилась.


* * *

Минерва МакГонагалл в нетерпении мерила шагами кабинет истории магии. Вот-вот должны были прибыть члены совета попечителей, а также сам министр магии, Кингсли Шеклболт. Преподаватели ещё не подошли, и она то и дело поглядывала на часы в ожидании их появления. Наконец дверь кабинета открылась, и вошли профессора. Каждый поприветствовал директора и занял свободное место за партой. МакГонагалл поднялась на кафедру и вцепилась в неё так, что побелели пальцы.

Через несколько минут появился министр. Это был высокий чернокожий мужчина лет пятидесяти в тёмно-лиловой мантии. Между густых чёрных бровей на широком лице пролегла напряжённая складка. Кингсли Шеклболт чуть задержался у входа, обведя взглядом всех присутствующих, и тяжело прошагал к кафедре.

— Добрый день, директор МакГонагалл.

— Министр, — кивнула та. — Весь преподавательский состав в сборе. Ждём только членов совета попечителей, — сухо отрапортовала МакГонагалл, но крылья её тонкого носа красноречиво раздувались.

Спустя ещё четверть часа явились члены совета. На лицах некоторых из них с лёгкостью читались испытываемые эмоции. Кто робко присел на галёрку, кто уверенным шагом прошествовал к кафедре, кто с независимым видом остался где-то посередине. Чьи-то лица выражали беспокойство, чьи-то — явный настрой против ещё не важно чего; чьи-то были серьёзны, а чьи-то — непроницаемы.

Минерва МакГонагалл дождалась полной тишины, коротко взглянула на министра и, получив его согласный кивок, откашлялась.

— Прежде всего, добрый день и спасибо тем, кто пришёл. — Она заметно волновалась, но голосом владела отменно. — Сегодняшнее собрание посвящено решению очень большой и очень серьёзной проблемы, касающейся нашей Школы и её учеников.

Профессор Вектор вынула лист пергамента, перо и чернильницу и принялась вести протокол собрания.

— Первого сентября мы должны принять учеников в нашу Школу чародейства и волшебства «Хогвартс». Однако есть некоторые… трудности, связанные с тем, что авторитет Школы заметно пошатнулся в глазах общественности по всем известным причинам. Я допускаю, что есть обстоятельства, которые могли бы дать достойное объяснение, почему сегодня на нашем собрании присутствуют всего восемь из положенных двенадцати членов совета попечителей. И я могу понять страхи родителей за своих детей, хоть в большинстве своём они и не обоснованы, но о закрытии школы не может быть и речи! Это самое первое и самое важное заявление, которое я хотела сделать до начала обсуждения. — МакГонагалл бросила вопросительный взгляд на Септиму Вектор, чьи длинные тёмные волосы сейчас были непривычно стянуты в тугой пучок на затылке; та оторвалась от пергамента и обмакнула перо в чернильницу. — Итак. Приступим к обсуждению проблем, вынесенных на сегодняшнее собрание. — Тут она осеклась и обозрела аудиторию поверх квадратных очков. — Собственно говоря, я жду ваших вопросов. Мы с министром готовы ответить на них, дабы прояснить ситуацию.

Шеклболт заложил руку за отворот мантии и приподнял подбородок.

— Профессор МакГонагалл, — обратился к директору сидящий в среднем ряду представительный мужчина в зелёной мантии. — Если позволите, я задам первый вопрос: как вы собираетесь вести набор в этом году? Будете ли вы набирать на первый курс одиннадцатилетних детей?

— Безусловно, будем.

— В таком случае, — неспешно продолжал мужчина, — как решать вопрос с маглорождёнными волшебниками, которые в прошлом году не смогли пойти в школу?

— Мы также предоставим им места. Правда, к сожалению, их придётся принять на первый курс, поскольку год учёбы они пропустили, пускай и не по своей вине.

Мужчина кивнул. И тут же эстафету перехватил волшебник в коричневой мантии журналиста. Он сидел за первой партой и недобро взирал на директора и министра исподлобья.

— И как же вы собираетесь искать их? Все записи о маглорождённых волшебниках, появившихся на свет за определённый период времени, были уничтожены.

— Мы уже занимаемся этим. Часть данных нам удалось восстановить. Зачаровано новое перо учёта. Список в работе.

— Но как вы будете разговаривать с родителями этих маглорождённых волшебников? Как объясните им, почему их дети не пошли в школу в назначенный срок?

— Так и объясним, — с нажимом ответила МакГонагалл. — Нет смысла утаивать то, что и так всем известно…

— Иными словами, скажете правду? — бесцеремонно прервал её мужчина, растягивая слова.

МакГонагалл сжала губы в тонкую полоску.

— Именно так.

Она всматривалась в нахальное лицо молодого волшебника. Это был не кто иной, как мистер Бекер, представитель независимого издания «Магия и право», пользующегося не меньшей популярностью, чем «Ежедневный пророк». «Магия и право», пожалуй, единственная газета, издававшаяся на территории Британии, которая была неподвластна Министерству. Именно поэтому Морган Бекер столь вольготно ощущал себя в этот момент.

— Но вы же понимаете, что реакция этих родителей… — начал было он, но директор его перебила.

— Мистер Бекер, я прекрасно отдаю себе отчёт, какой может быть реакция родителей на мой рассказ. Но иного выхода из положения я не вижу. Я не могу закрыть двери школы для этих детей, но и утаивать правду я тоже не намерена.

Бекер вскинул брови, и по его губам пробежала лёгкая усмешка.

— Вы хотите сказать, что предоставите родителям этих детей, которые являются — я прошу это подчеркнуть! — маглами, красочный рассказ о зверствах, творившихся в стенах этой школы весь последний год? При всём уважении, профессор МакГонагалл, но это же безумие чистой воды.

— Вы можете предложить мне другой вариант? — холодно осведомилась она. — Вот то-то и оно. В этих, как вы сказали, зверствах принимали участие исключительно приспешники Волдеморта. Наши же преподаватели…

— …оказались не в силах защитить собственных учеников, — закончил Бекер и с видом триумфатора откинулся на скамье.

МакГонагалл молча впилась в него взглядом. Вся её фигура была пряма, как стрела, но пальцы сотрясала дрожь.

— Мистер Бекер, — её голос опустился на несколько тонов ниже обычного, — чего вы добиваетесь?

— Я? — притворно удивился тот. — Я ничего не добиваюсь. Я всего лишь хочу понять, какова сейчас ваша тактика.

— А мы хотим, чтобы дети, рождённые в семьях маглов, не оставались один на один со своими способностями, объяснения которым они никогда не смогут найти. Мы хотим, чтобы они не стали изгоями в мире, где чураются магии. В конце концов, мы хотим, чтобы в случае опасности эти дети были готовы к тому, что их может ожидать.

— И что же может их ожидать?

— Мир магии сейчас неспокоен. Вы сами прекрасно об этом знаете. И мир маглов не застрахован от вмешательства магии, поэтому прятать своих детей попросту бесполезно. Можно сколько угодно отрицать очевидное, но правильное решение одно: позволить ребёнку попасть в тот мир, где он не будет чувствовать себя одиноким и непонятыми, где он встретит множество таких же, как он, найдёт друзей и покровителей.

— То есть вы признаёте, что вступление в мир магии — рискованный шаг для этих детей?

— Рискованно не вступление в мир магии, а отречение от него. Мистер Бекер, мне очевидно, что вы совершенно меня не понимаете. В случае реальной угрозы родители-маглы не смогут уберечь своих детей с волшебными способностями. Это, мне кажется, ясно, как белый день. И самым разумным в данном случае будет доверить их в руки профессоров нашей Школы, чтобы они были готовы хотя бы защититься. Но есть и ещё кое-что. Вы знаете, что магические способности со временем никуда не деваются, а выбросы стихийной магии с годами становятся всё более сильными и непредсказуемыми, если не научиться их контролировать. А теперь представьте себе жизнь ребёнка, рождённого маглами, который обладает сверхъестественными способностями и при этом вынужден жить в обществе всё тех же маглов. Как по-вашему, какова будет реакция тех, кто станет свидетелем странностей, происходящих с ребёнком? Большинство простецов до паники боятся всего, чему не могут найти разумного объяснения. В такие моменты они бывают очень жестоки. Я не первый год живу, и, поверьте, я знаю, о чём говорю. Если родители переживают за судьбу своего чада, они не должны противиться его поступлению в нашу школу. У ребёнка со способностями к волшебству нет иного выхода. Магия, проявившаяся в нём, предрешает его судьбу и делает выбор до того, как он научится ходить.

В кабинете повисла тишина. Бекер едва не скрипел зубами от злости.

— Скажете что-то ещё, мистер Бекер?

Мистер Бекер потеребил застёжку мантии на горле. Он словно задался целью выискать ту лазейку, которая позволила бы ещё больше очернить Хогвартс в глазах общества.

— Да. Как вы объясните ситуацию с… — Бекер замялся. — Если говорить точнее, я имею в виду прецедент с одним из учеников этой школы, которого… по подозрению в причастности к делам… не так давно в «Пророке» писали об этом…

— Вы говорите о деле Малфоя-младшего?

— Да! — с облегчением выпалил Бекер. — То есть… да, о нём я и говорю.

— Здесь нет никакого прецедента. И что конкретно вас беспокоит?

Бекер изумился уже вполне искренне. Его брови взлетели вверх.

— В каком смысле что? — Он принялся оглядываться по сторонам, очевидно, ища таких же недоумевающих.

Кое-кто из членов совета и впрямь с любопытством воззрился на профессора МакГонагалл. Но ответил вместо неё министр магии.

— По делу Малфоя-младшего, — неторопливо начал он своим густым басом, — было проведено следствие. Были опрошены свидетели, составлены протоколы, после чего Малфой-младший предстал перед судом и выслушал свой приговор, который сейчас приводится в исполнение. Я повторю вопрос директора: что конкретно вас беспокоит?

Казалось, Бекер окончательно растерял весь свой апломб.

— Но, господин министр, что скажут люди? Это… это немыслимо! Как вообще можно было…

— Вы подвергаете сомнению решение судебной коллегии Визенгамота? — мягко поинтересовался министр, но от его взгляда впору было лезть на стену.

— Нет, но… Такое решение…

— Вы бы вынесли мальчику иной приговор?

— Мальчику? — эхом повторил Бекер и ошеломлённо уставился на Шеклболта. — Вы говорите: мальчику?! Ему восемнадцать! Он вполне взрослый, чтобы отвечать за свои действия, как взрослый!..

— Он и ответил, как взрослый, — бесстрастно откликнулся Шеклболт.

— В самом деле! — язвительно воскликнул Бекер.

— В самом деле, — спокойно подтвердил Кингсли. — Видите ли, мистер Бекер, между мной и вами в этом вопросе есть одна ощутимая разница: вы не присутствовали в зале суда во время слушания по делу Малфоя-младшего. В отличие от меня.

Бекер не нашёлся, что ответить, только насупился. Шеклболт отошёл от его стола и обратился к аудитории.

— Уважаемые члены совета попечителей. Я, министр магии, от лица всего Министерства заявляю: Школа чародейства и волшебства «Хогвартс» безопасна. Письма будут разосланы всем тем, кто уже учился в Хогвартсе, а также потенциальным ученикам. Директор МакГонагалл и её заместитель профессор Вектор лично посетят дом каждого новичка и ответят на любые вопросы. Сегодня вечером я сделаю официальное заявление в прессе, касающееся этой проблемы.

Из-за самой дальней парты поднялась светловолосая женщина в серебристой — очевидно, достаточно дорогой — мантии.

— Директор МакГонагалл? — почтительным, но отстранённым тоном обратилась она.

— Да, миссис Гринграсс?

— Как вы поступите с теми, кто этим летом должен был окончить Хогвартс? И как насчёт остальных студентов, которые оканчивали, например, пятый курс? Для меня это очень важно, как вы понимаете.

— Разумеется. Ваши дочери… Мне понадобилось некоторое время, чтобы обдумать это хорошенько. Был собран весь преподавательский состав. В итоге мы пришли к единодушному мнению, что не имеем права держать в школе тех, кто оканчивал седьмой курс. Конечно, требования не изменились, и для достойной карьеры по-прежнему требуются результаты ЖАБА. Однако если ученики имеют достаточно за душой, чтобы сдать экзамены без восстановления на седьмой курс, или у них иные планы, нежели карьера, мы обеспечим их дипломами, подтверждающими прохождение полного курса в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс», — Министерство дало на это своё разрешение. — Тут она обменялась взглядами с Шеклболтом. — По ученикам с шестого по первый мы пришли к такому решению: все они остаются на тех же курсах, что были в прошлом году. При всём понимании ситуации, я не могу перевести шестикурсников на седьмой курс, а пятикурсников — на шестой. Нам просто необходимо восстановить пробел в их магических знаниях.

Миссис Гринграсс чуть нахмурила тонкие брови, но спустя секунду лицо её разгладилось, и она улыбнулась одними губами.

— Вероятно, в ваших словах есть смысл.

— Миссис Гринграсс, даже при учёте деликатности положения, я не могу…

— О, не стоит, директор МакГонагалл, я всё прекрасно понимаю, — с холодной вежливостью прервала директора та и опустилась на место так грациозно, словно видавшая виды скамья была по меньшей мере троном.

МакГонагалл ограничилась сухим кивком.

— Я полагаю, эту часть условленной программы нашего собрания мы выполнили. Предлагаю приступить ко второй части: выборы нового совета попечителей.

На этих словах Бекер вскинул голову.

— Извините. — Он встал. — Я отказываюсь от членства в совете. Я не удовлетворился вашими заверениями и объяснениями причин, поэтому свою одиннадцатилетнюю дочь отдам в другую школу, а также забираю из Хогвартса своего племянника. Я немедленно переговорю с братом.

— Это ваше право, — ответила МакГонагалл.

Бекер обернулся на сидящих позади него членов нынешнего совета попечителей и профессоров Школы. Затем вновь посмотрел на директора и министра.

— Всего доброго.

Он отрывисто кивнул и быстро вышел из кабинета.

— Думаю, подобного можно ожидать и от других родителей, — заметила Септима Вектор. — Ведь глядя на одно и то же, мы видим полностью противоположное.

— Ваше замечание справедливо, профессор Вектор. Но это не повод для нас сидеть сложа руки. Предлагаю отпустить министра и приступить к процедуре выбора нового совета. Нас ждёт очень трудный год.
>>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100