Добавить в избранное Написатьь письмо
Georgie Alisa Black    закончен

    Мидорима и Такао после проигрыша команде Ракудзан
    Аниме и Манга: Kuroko no Basuke (Баскетбол Куроко)
    Мидорима Шинтаро, Такао Казунари
    Общий /Hurt/comfort / || джен || PG
    Размер: мини || Глав: 1
    Прочитано: 277 || Отзывов: 0 || Подписано: 0
    Начало: 20.08.16 || Последнее обновление: 20.08.16

Весь фанфик Версия для печати (все главы)


Пополам

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Вечером, когда Синтаро и Кадзунари вышли из дворца спорта, то оказалось, что внезапно похолодало. Морозный воздух щипал за щёки, ветер, пронизывающий и неприятный, задувал под одежду. Это была зима в самых худших её проявлениях. И Синтаро подумал, а Кадзунари пробурчал, что всё-таки велорикша сейчас бы не помешала. Решительно отказался от неё днём сам Синтаро, рассудив, что талисман маленький и лёгкий, а силы Кадзунари стоит поберечь для ответственного матча.

Теперь дорога домой казалась невероятно длинной, хотя Синтаро не так уж и торопился туда — ему совершенно не хотелось рассказывать о результатах сегодняшней игры родным. Естественно, слёзы поражения давно высохли, но неприятный и едкий осадок на душе так или иначе остался. Можно сколько угодно смотреть в будущее, обещать, что в следующий раз обязательно выиграешь, но в вечер после проигрыша это всё равно не работает.

К тому же Акаси — любой из двух — всегда знал толк, как раздавить противника, чтобы его собственная победа казалась абсолютной и безоговорочной. Ещё в Тэйко Синтаро десятки раз видел это, но когда он был по другую сторону, то никогда не переживал этого ощущения так остро. Конечно, он регулярно уступал Акаси в сёги, но сёги было только хобби, баскетбол же, которому он отдавал много времени и сил, — жизненно важным.

Синтаро совершенно не предполагал, что у него не выйдет ни противостоять глазу императора, ни разгадать стратегию Акаси. В итоге восемнадцать (1) очков безнадёжно отделили Сютоку от победы. Он то и дело возвращался мыслями к игре, пытался понять, мог ли ещё что-нибудь сделать, предпринять какой-либо сложный или неожиданный тактический приём, но понимал, что сейчас не видит никакого выхода. Он с горьким раздражением думал, что даже не представляет, за счёт чего ещё можно было выиграть.

В общем, Синтаро размышлял о многом и обратил внимание не сразу, что ему — невиданное дело! — никто не мешает. Кадзунари никуда не исчез, разумеется, просто шагал рядом с ним и молчал. Молчал, глядя себе под ноги. Возможно, сам Синтаро ещё мгновение назад выглядел таким же сосредоточенным, но Кадзунари подобное поведение было совершенно не свойственно.

— Почему молчишь? — требовательно спросил Синтаро, остановившись.

— А? — Такао поднял на него глаза. — Я просто задумался, Син-тян.

— Тебе не идёт, ясное дело (2).

Кадзунари в ответ рассмеялся, но смех вышел довольно безрадостным. Синтаро знал точно, что смеяться тот умел очень по-разному. Сейчас смех отдавал вполне понятным разочарованием. Сам Синтаро испытывал что-то похожее.

— Прости-прости, Син-тян, — сказал Кадзунари, а потом, ткнув пальцем на вывеску рамэнной, предложил: — Может, зайдём? Знаю, ты не в восторге от рамэна (3), но я умираю с голода.

Громкое ворчание в животе подтвердило его слова на все сто. Синтаро равнодушно пожал плечами, не отказываясь идти, хотя он и в самом деле недолюбливал рамэн, предпочитая более полезную пищу.

В маленькой рамэнной не оказалось ни одного посетителя. Учитывая, что дворец спорта, где проходил Зимний Кубок, находился не так уж и далеко, это было очень удачно. Во всяком случае Синтаро меньше всего хотел бы сейчас наткнуться на кого-нибудь из других команд.

Они заняли самый дальний от входа столик, и к ним тут же подлетела с громким приветствием невысокая, но чересчур активная девушка, которая, вероятно, уже заждалась посетителей. Кадзунари, даже не просматривая список других блюд, сразу заказал кимчхи-рамэн (4). Он терпеть не мог пресную пищу, предпочитая что-нибудь поострее и погорячее. Синтаро же, внимательно изучив меню, выбрал удон с темпурой (5).

После того как девушка принесла их заказ и суматоха прекратилась, опять повисла тишина. Синтаро разъединил палочки и бросил на Кадзунари быстрый взгляд. Он хотел что-нибудь сказать, но понятия не имел, что именно. Это Кадзунари обычно болтал без оглядки.

— Мне опрокинуть удон тебе на голову, Такао? — немного нервно спросил Синтаро, припоминая якобы случайно улетевший окономияки в тот вечер, когда они проиграли Сэйрин. Через секунду этот вопрос ему самому показался невероятно нелепым. Естественно, нужно было сказать что-нибудь другое.

Кадзунари же, услышав это, засмеялся, но смех получился снова совсем невесёлым.

— Пытаешься меня поддержать? Не стоит за меня бояться, Син-тян. Это, знаешь ли, не самое страшное поражение в моей жизни, — возразил Кадзунари, а потом, шумно хлебнув бульон, заметил: — Ух, какой острый!

Слова «Не самое страшное» заставили Синтаро насторожиться. Какое именно поражение Кадзунари мог считать самым страшным, он догадывался. Ответ напрашивался сам собой — их игра друг против друга в средней школе. Синтаро, сколько бы ни старался, до сих пор не мог вспомнить тот матч, где судьба впервые свела его с Кадзунари Такао. Но на самом деле, он давно хотел понять, за что именно тот на него злился. И почему именно на него?
Он даже собирался несколько раз написать СМС Момои, чтобы та передала ему запись, которая наверняка у неё была. Но каждый раз взявшись за телефон и набрав сообщение, он так и не нажимал кнопку «отправить». Его всё время что-то останавливало — и он уже не понимал в такой момент, нужно ли ему знать или нет, так как он сам в подобной ситуации предпочёл бы, чтобы никто не видел его проигрыша.

Возможно, в любой другой день Синтаро так бы и не спросил, предпочитая оставаться в неведении, но именно сегодня — в этот вечер после разгромного поражения, после отчаянной совместной битвы, он почувствовал в себе силы это перейти.

—Такао, — медленно сказал Синтаро, не глядя на него. — Расскажи о худшем.

Кадзунари поперхнулся бульоном.

— Син-тян, ты не находишь это немного странным? — спросил он, откашлявшись.

Но Синтаро уже не смог бы повернуть назад.

— Это же был тренировочный матч, Такао? — предположил он. — Раз ты никогда не сталкивался с Акаси до этого…

— Знаешь, что самое смешное, Син-тян? Ты будешь первым, кому я это расскажу. Да. Это был летний лагерь в третьем классе. Когда наш тренер договорился о матче с Тэйко, я радовался как последний дурак. Сыграть с легендарной командой — что может быть круче. Да только на поле вышло не Поколение чудес, а какие-то неумехи. В первой половине мы даже вели в счёте на два очка.

— Эти неумехи, как ты выразился, — не мог не перебить Синтаро, — были по большей части нашей скамейкой запасных. Первый состав, ясное дело.

— Правда, что ли?

— Не сбивайся, Такао, — он догадался, что Кадзунари как всегда шутит, говоря про неумех. Как тот мог шутить, переживая сегодняшний проигрыш и рассказывая о ещё худшем поражении, Синтаро не очень понимал.

— Ты же сам меня сбил, Син-тян. Всё изменилось, когда во второй половине вышел четвёртый номер. До того он сидел на скамейке и держал в руках теннисную ракетку, я ещё смеялся, что он немного перепутал матчи. К тому же у него были перебинтованы пальцы, и я не понимал, в чём смысл выпускать на поле травмированного игрока.

Кадзунари замолк ненадолго, отправив в рот очередную порцию острого кимчхи из своего рамэна.

Синтаро, когда пытался вспомнить, совершенно упускал тот матч из поля зрения. Примечательной для него самого эта игра была лишь тем, что он тогда единственный раз надел майку капитана вместо Акаси, который, естественно, нашёл куда более разумное применение времени на каникулах, чем поездка в тренировочный лагерь. Но деталей того матча Синтаро не запомнил. Все игры в последний год в Тэйко сливались в памяти единым комком.

— Я понятия не имел тогда ни об Оха-Аса, ни о том, зачем ты мотаешь пальцы. Но ты забрасывал трёхи и забрасывал, словно я был пустое место. Тридцать бросков за двадцать минут — ты был монстром, Син-тян.

— Это всё чем я тебя тогда разозлил? — осторожно спросил Синтаро. Он ожидал, что сказал что-нибудь такое, что Кадзунари долго не мог простить, или ещё чего похуже.

— Этого мало? — возмутился тот. — Ну, знаешь, Син-тян!..

— Нет, — быстро признал он, прикидывая возможную разницу в счёте.

— Мы проиграли восемьдесят очков, Син-тян, — кисло усмехнулся Кадзунари, подтверждая самые худшие опасения. — Я даже не представлял, что настолько бесполезен, — в его голосе зазвучала откровенная горечь, которую он даже не подумал прикрыть смехом. Он не смотрел на Синтаро, а только медленно перебирал палочками кимчхи в своей тарелке. — Поэтому я ушёл и всё бросил. Но как бы я ни старался не думать и не вспоминать, каждый вечер я не мог заснуть, потому что перед глазами стояли эти бесконечные трёхочковые без единого намёка на промах. В какой-то момент я даже выпросил у кого-то из своих диск с записью того злосчастного матча. Я думал, вдруг если внимательно и детально буду изучать, как этот гений играет, тогда у меня тоже получится… когда-нибудь его одолеть. Но я каждый раз тупо пялился, восхищался и ни фига не понимал. Хотя нет, кое-что было ясно как день: да у меня никогда не выйдет дотянуться до его уровня, даже если изучу все его приёмы.

Синтаро крепче сжал палочки в руке. По сути эта история была не нова, обыденна до банальности, и, возможно, нашлась бы ещё сотня таких же парней, которых сломал или едва не сломал проигрыш Тэйко, и Синтаро никогда бы не нашёл причины просить у них прощения за это, даже если бы умел извиняться.
Но кое-что в рассказе Кадзунари его задело.

— Ты НЕ бесполезен, Такао, — сказал он твёрдо, почувствовав то же возмущение, что и во время матча на несправедливое замечание Мибути об обузах.

— Я знаю, Син-тян. Конечно, мне сейчас паршиво, но точно лучше, чем тогда. Сейчас я бы не бросил. Потому что мне нравится играть в Сютоку. И ещё я рад, что играю с тобой, — вдруг добавил Кадзунари, ткнув в него палочками. — Теперь можешь выливать на меня удон — это самый подходящий момент, — засмеялся он.

— Он закончился, — констатировал Синтаро. Действительно его тарелка уже была пуста, и даже если бы он и собирался сделать такую нелепость, будто невоспитанный маленький ребёнок, то возможности у него не осталось. — Но я тоже рад, Такао.

— Э-э-э... Кто ты, и что ты сделал с милейшим стариной Син-тяном? — засмеялся Кадзунари, и Синтаро так и не разобрал, чего за этим смехом скрывалось больше — смущения или гордости. — Но всё же признай, Син-тян, наши трёхочковые были хороши, — он с какой-то особой важностью произнёс «наши».

— Признаю, — не стал спорить Синтаро. — На эти броски работала вся команда.

Вдобавок к этому он подумал, что выйди бы он таким же, как в первом матче с Сэйрин, то не имел бы и шанса хоть что-то противопоставить Акаси.

Кадзунари допил бульон, и его тарелка тоже оказалась пуста. Оставаться в рамэнной больше смысла не было. Они и так долго задержались, и их обоих, наверное, уже заждались дома. Во всяком случае, телефон Синтаро пару раз дёргался в кармане, явно принимая СМС с вопросом, где он пропадает, от сестры. Но отвечать или хотя бы читать во время рассказа Кадзунари было просто невозможно.

Они вышли на улицу. Стало ещё холоднее, но ветер немного поутих.

— Так ты обо всём этом думал, Такао? — спросил Синтаро, поправляя шарф.

— Не совсем, Син-тян. Конечно, ты можешь сказать, что это не моё дело… — начал было Кадзунари, но когда в ответ услышал скептическое хмыканье, то продолжил: — Я видел, как ты хотел пожать ему руку.

Синтаро ничего не ответил: обсуждать поведение Акаси сейчас не хотелось. Возможно, Синтаро и впрямь изменился, но не настолько, чтобы говорить о таком личном. Но Кадзунари тоже изменился не до такой степени, чтобы у него получилось смолчать:

— Ты сильно… разочарован, Син-тян? — спросил он. — Всё-таки абы кому ты руку не протянешь.

Унизительный отказ пожать руку и впрямь вызывал досаду, равно как и неприятные слова о том, что в нём хотят видеть только врага. Синтаро знал, что прежний Акаси никогда бы такого не сделал и не сказал, но тем обиднее было такое поведение. Оно явственно доказывало, что Синтаро потерпел ещё одно горькое поражение. Он настолько ценил Акаси, что продолжал надеяться на перемену в нём до сих пор. И он собирался стать причиной такой перемены сегодня, хотя и знал, что это было бы сродни чуду. Теперь приходилось признать, что не вышло.
— Знаешь, Син-тян, я не думаю, что это возместит, но… вот, — сказал Кадзунари очень серьёзно и решительно протянул руку.

От неожиданности глаза Синтаро округлились. Сколько же ещё сюрпризов скрывается в его неугомонном напарнике? Этот смелый жест дружеской поддержки, такой внезапный и между тем такой естественный не мог не подействовать на него. Поэтому через секунду он с признательностью крепко сжимал его тёплую ладонь.

Отказ Акаси это рукопожатие действительно не возмещало, потому что поражение есть поражение, да и Синтаро не искал замен. Нет, протянутая рука Кадзунари значила для него нечто другое, и не менее важное. После того как Сютоку уступили Сэйрин, Синтаро понял, что иногда невозможно победить в одиночку, сейчас же, припоминая грустную историю Кадзунари, пришёл к выводу, что проигрывать в одиночку — ещё сложнее.

Впрочем, наверняка он этого не знал, так как благодаря Кадзунари они всегда делили поражение пополам.


Примечаниz:

1 Мидорима не считает бросок Акаси в свою же корзину.
2 Ясное дело — мой вариант любимого «Nanodayo» Мидоримы
3 Рамэн — японское блюдо с пшеничной лапшой. Фактически представляет собой недорогой фастфуд, обладающий большой энергетической ценностью и хорошим вкусом.
4 Кимчхи — блюдо корейской кухни, представляющее собой остро приправленные квашеные овощи, в первую очередь, пекинскую капусту.
5 Удон с темпурой — домашняя вермишель с морепродуктами.
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100