Добавить в избранное Написатьь письмо
Asti Martini (бета: velvetrix)    в работе

    Продолжение фанфика "По ту сторону магии. Перемены" Все возможно, когда бывшие враги объединяются, любовь и дружба создают невозможное, а мир переворачивается с ног на голову.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гермиона Грейнджер, Драко Малфой, Гарри Поттер
    Общий /Драма / || гет || PG-13
    Размер: макси || Глав: 4
    Прочитано: 3034 || Отзывов: 11 || Подписано: 50
    Предупреждения: ООС
    Начало: 11.11.16 || Последнее обновление: 05.06.17

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

>>

По ту сторону магии. Сила любви

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Легкая расписная карета, рассчитанная на четырех пассажиров, мчалась по воздуху вслед за прекрасным абраксанским конем, распахнувшим огромные крылья, которые отливали золотом в свете заходящего солнца. В карете находились три человека, которых вряд ли кто-то ожидал бы увидеть вместе. И вполне вероятно, что они и сами не ожидали столь близкого соседства. Во всяком случае Малфой и Поттер были явно не в восторге сидеть напротив друг друга и пытаться не наговорить гадостей — по личной и весьма убедительной просьбе Гермионы, в ярости направившей палочку в их сторону. Сердито чеканя каждое слово она пообещала проклясть того, кто продолжит агрессивный спор, который возник, стоило лишь Малфою переступить порог кареты. В том, что проклятье не будет приятным или простым для снятия никто не сомневался. Как и в том, что Гермиона, доведенная до точки кипения возникшей враждебной атмосферой, выполнит свою угрозу.

Сейчас Гермиона вычитывала последние страницы их совместной с Малфоем работы, которую они закончили буквально пару дней назад. Драко сидел рядом, дописывая финальную главу о планах по доработке получившегося устройства для общения — магофона. Они так и не смогли найти название лучше. Любая попытка придумать что-нибудь более грандиозное встречала шквал критики и насмешек друг друга. «Все временное становится постоянным», — вздохнула однажды Гермиона и после этого они оба смирились с раздражавшим их обоих названием.
Гарри сидел напротив и хмуро поглядывал на быстрые переговоры своей подруги и недруга. И, несмотря на его молчание, Гермиона чувствовала исходившие от него волны недовольства. Изумрудные глаза сверкали из-под очков, грозя испепелить Малфоя, если он вдруг перейдет границы дозволенного в общении с Гермионой. Что это были за границы не знал даже сам Гарри, он просто чувствовал, что категорически не желает, чтобы Малфой был так близко к его лучшей подруге.

Драко, конечно же, тоже замечал эти взгляды и получал несказанное удовольствие от возможности подразнить Поттера. Молча. Практически ничего для этого не делая. Но так эффективно. Это просто не могло не греть душу. Задавая вопросы Гермионе (по делу, исключительно по делу — ведь это была ее отдельная просьба), он непременно привлекал внимание… кто бы сомневался — конечно же обоих, легким прикосновением к ее плечу или ладони, усмехаясь при виде того, как Поттер нервно вздрагивает при этом. А иногда легким мимолетным движением касался под столом колена Гермионы, заставляя ее дергаться и краснеть: совсем слегка — кажется она уже смогла немного научиться контролировать свои эмоции. Столь длительное общение летом не могло ее не научить этому.

Несколько дней назад Гарри, Гермиона и Драко получили приглашение на собеседование от лучшего в Европе преподавателя структурной магии Стивена Уилсона. До Франции, где располагалась пригласившая их Академия Высших Магических Искусств Крез-сен-Дени Гермиона и Гарри добрались в сопровождении Дамблдора. А уже в карете, которая должна была довезти их к самому замку Академии, к ним присоединился Драко Малфой.

Академия скрывала свое местонахождение и попасть в нее можно было лишь конными экипажами, которых на станции под Парижем было множество. Отлично вышколенные абраксанские кони прекрасно знали дорогу, а вид из окна повторялся вот уже в пятый раз — леса, поля, реки и озера и никаких шансов узнать хотя бы направление в котором они перемещались.

Напряженная обстановка в карете невероятно раздражала Гермиону и она пыталась абстрагироваться от нее, пытаясь с головой уйти в чтение уже готовой работы. Но это не помогало — зная практически каждое слово наизусть, она просто не могла отвлечься на текст.

Почувствовав очередное легкое прикосновение к своей ладони она быстро обернулась на сидящего рядом Драко, заметив, как изумрудным блеском сверкнули глаза Гарри.

— Не мог бы ты не трогать Гермиону? — не выдержал тот, уставившись на Малфоя.

Драко ухмыляясь протянул свою законченную работу Грейнджер и ехидно процедил, глядя на Поттера:

— Мог бы, — и продолжил, чуть наклонившись вперед, вглядываясь в прищуренные глаза Поттера и добавив обманчивой мягкости голосу, — но что мне за это будет?

— Я не проткну палочкой твой глаз, — Гарри разозлился и его рука потянулась к карману, в котором лежала палочка.

— Грейнджер не позволит тебе сделать мне больно, — почти пропел Драко и, ядовито улыбнувшись, продолжил, — она слишком меня любит.
Гарри в бешенстве вскочил, но не успел ничего сделать, потому что палочка Гермионы уже упиралась в шею Малфоя, а она яростно прошипела:

— Сейчас я вышвырну тебя из кареты и скажу всем, что ты сам выпрыгнул, осознав свое несовершенство по сравнению с нами, а мы не успели тебя остановить. Ты. Меня. Достал.

Драко осторожно приподнял руки вверх, сдаваясь, и произнес с самым невинным видом:

— Дорогая, я больше не буду раскрывать твои тайны! — в серых глазах танцевали черти, потому что от этих слов кулаки Поттера сжались, а палочка в руках Гермионы, казалось, затрещала. Но все же она сдержалась и, выдохнув, отвела руку в сторону, убирая палочку на стол перед собой.

— Малфой, уймись, пожалуйста, пока мы тебя не покалечили, — ее голос прозвучал почти спокойно. Она подняла лист пергамента заполненный витиеватым почерком Малфоя и перестала обращать на Драко внимание. Гарри опустился на диванные подушки совершенно не понимая, почему Гермиона терпит наглые выходки слизеринского хама и продолжает с ним работать. Самому ему уже не терпелось придушить гаденыша, заставив его молчать. Но что-то в поведении подруги не давало ему начать открытые боевые действия по отношению к Малфою. А попросту — пустить в ход кулаки. Он вглядывался в Гермиону, внимательно изучавшую текст, силясь понять, что происходит. Неужели этот их совместный проект был столь важен для нее. Или было что-то еще, связанное с Малфоем? И он перевел взгляд на белобрысого засранца, разглядывающего что-то в окне кареты — и на что там можно было смотреть, ничего нового. Драко тут же лениво поинтересовался:

— Что, Поттер, не можешь отвести от меня взгляд? Хочу тебя огорчить, но я предпочитаю лиц противоположного пола!

Заметив, что Гарри уже почти не контролирует себя, Гермиона поспешила вмешаться:

— Не льсти себе, Малфой, Гарри тоже предпочитает девушек.

— Ты уже успела это проверить?.. — Драко почти поперхнулся следующим словом, скривившись в улыбке, — Гермиона от души наступила ему на ногу.

Язва, какая же он все-таки язва — Гермиона нервно вертела в руке перо и делала вид, что вычитывает главу. Но в том то и дело, что лишь делала вид. На деле думая лишь о том, что же ее заставило связаться с Малфоем. Терпеть его вредный характер. Да, порой он мог быть милым и галантным — удивительно, но факт. Порой — разве этого достаточно? В любом случае в нем всегда проскальзывала искра вредности и никогда нельзя было знать, что от него ждать в следующий момент. Неужели именно это ее и заинтересовало? Это или проскальзывающее порой восхищение ее персоной? Друзья, конечно же, тоже восхищались ее умом и талантами. Скорее всего. Вечная помощница в домашних заданиях — разве это могло быть тем, что нужно… А вот восхищение ее умом от человека, который мог вести с ней даже научную беседу, обсудить прочитанную недавно… энциклопедию? Это несомненно подкупало. Да, действительно, они обсуждали новые достижения в мире магии, энциклопедии, учебники и новые заклинания. И он не фыркал недоуменно, когда она пыталась поговорить и о квиддиче. А как-то довольно легко объяснял ей суть спортивных новостей, заинтересовывая ее даже столь странным на ее взгляд видом спорта. И, если задуматься, разве так уж редко он был галантным? В таком случае ее друзья были и вовсе далеки от этого слова. А его колкости зачастую останавливали занудство Гермионы — черта, о которой она знала и не всегда была ею довольна. И она научилась легко включаться в шутливую пикировку, от которой получала удовольствие.

Но сейчас, изводя Гарри, он переходил всякие границы…

От размышлений ее прервал вкрадчивый шепот Драко — тихий ровно настолько, чтобы Гарри непременно услышал его голос:

— О чем задумалась, дражайшая? Вспоминаешь наше жаркое лето?
Наблюдая за пошедшим красными пятнами Гарри, за его сжатыми кулаками, Гермиона пожалела, что не придумала еще какое-нибудь занятие Малфою — разве можно было оставить его скучать? Она с трудом выдернула зажатую в руке Гарри палочку, своим умоляющим взглядом попросив его не вмешиваться. Потом медленно повернулась к довольному Малфою.

— Давай назовем нашего сына Скорпиус, — произнес он нежнейшим голосом, трогательно заглядывая ей в глаза.

Гермиона опешила и смогла лишь выдавить изумленное:

— Скорпиус??? Что за дикость?

Малфой заулыбался и потянулся к ней в попытках обхватить ее ладошки:

— Ну, я вижу, что с первым пунктом ты согласна — когда приступим к осуществлению? — Гермиона выдернула свою ладонь из его руки и выставила вперед палочку. — Хорошо, над именем можем еще подумать!

По палочке проскользнула искра и Драко, слегка отшатнувшись, но по-прежнему с самым довольным видом напомнил:

— Ты не можешь здесь колдовать, дорогая, у тебя заберут палочку!

— Ох, верно, — Гермиона сердито нахмурилась и, задумавшись буквально на секунду, убрала палочку в лежавший рядом рюкзак, а потом вдруг испуганно взглянула на Малфоя:

— Что это у тебя? — и быстро протянула руку к его волосам, легко раздавив на его голове розовую кляксу. Пряди волос Драко вспыхнули красным пламенем и рассыпались пеплом, испачкав его белоснежную рубашку. Заметно укоротившись, они в беспорядке разметались по его голове… окрасившись в ядовито-розовый цвет.

Гермиона хмыкнула:

— Знаешь, дорогой, тебе даже идет… ну, не цвет, конечно.
Драко молча достал зеркальце магофона и взглянул в него, оценивая ущерб. Из зеркальца донеслось хихиканье. Драко аккуратно убрал его в карман, а потом все так же молча посмотрел на Гермиону. Она слегка стушевалась, стараясь не подавать виду. Собственно результата действия подарка Джорджа, предложившего ей при встрече оценить новое изобретение по изменению внешности, она не знала.

— Я обещала тебя проклясть, если ты не успокоишься, — холодно произнесла она. И добавила, слегка все же смутившись: — Действует ровно сутки, завтра после обеда твоя любимая внешность будет радовать тебя своей безупречностью.

— Значит завтра на презентации нашей работы тебя будет сопровождать клоун, — совершенно спокойно произнес он, но Гермионе почему-то стало не по себе.

— Уверена, что это будет лучшим вступлением!

И тут Гарри, до того момента молча наблюдавший за перепалкой, вдруг фыркнул и расхохотался. И Гермиона, смущенно улыбаясь, тихо пробормотала, надеясь, что Малфой ее услышит:

— Я все исправлю.

Драко хмыкнул, покосившись на хохочущего Гарри, и, расслабленно откинувшись на спинку дивана, закрыл глаза. Она провела его, лишь делая вид, что забыла о невозможности пользоваться палочкой и, убирая ее в сумочку, легко достала свой мерзкий прикол. Что ж, она быстро училась — и Драко чуть улыбнулся.

Они прибыли на место почти сразу после случившегося. Дамблдор, выходя из своей кареты и добродушно улыбаясь, кивнул ученикам. Казалось, что он даже подмигнул Малфою, оценив его внешний вид. Но тут же, распрощавшись, направился навстречу к такому же пожилому, как и он сам, старику, оживленно приветствуя его.

Остальных встретила милая женщина, представившаяся профессором лечебного зельеварения. Выдав каждому присутствующему план замка и огромной территории вокруг него, она сопроводила их в жилое крыло и показала комнаты, в которых им предстояло провести несколько дней. По пути она успела коротко рассказать об истории замка, о его нынешних обитателях и о том, что можно найти вокруг. А закончив свой небольшой рассказ, она посоветовала обратиться в библиотеку, где они могли узнать обо всем намного больше.

Гермиона открыла дверь своей комнаты, оглянувшись на Гарри и Драко. Они остановились возле двери напротив, абсолютно недовольные своим соседством. Надеясь, что эти двое не поубивают друг друга за три дня, которые им предстояло провести столь близко, Гермиона вошла к себе.

Комнаты были рассчитаны на трех человек, довольно просторные, они имели зоны для сна, учебы и отдыха. Судя по всему, на комнаты накладывалось заклинание расширения пространства — иначе было непонятным, как при столь близком расположении входных дверей, внутри помещения было столько места. Насколько Гермионе было известно, в летний период Академия проводила несколько курсов для повышения тех или иных знаний: общей медицины, бытовых заклинаний, практического зельеварения и других. Но группы были не очень большими и большая часть жилых комнат сейчас пустовала.

Оставшись одна, Гермиона быстро приняла душ и уселась за столиком, чтобы привести в порядок все бумаги к завтрашней презентации. Но не прошло и десяти минут, как в комнату кто-то постучал. Она приоткрыла дверь и Драко, стоявший по ту сторону, не дожидаясь приглашения, вошел, легко внося Гермиону перед собой и не дав ей и рта раскрыть. Она даже не возмутилась, тихонько хихикнув — мокрые волосы Малфоя в прежнем беспорядке лежали на его голове и были все такого же насыщенного розового цвета — выглядел он весьма забавно.

— Как думаешь, какое наказание тебя ждет, Грейнджер? — вместо приветствия произнес он.

Но Гермиона уже пришла в себя и, вывернувшись из рук Драко, несколько сердито поинтересовалась:

— Что на тебя такое нашло? Зачем ты всю дорогу доставал Гарри!

— И тебя, — он плотоядно облизнулся.

— Меня ты доставал лишь потому, что это злило Гарри, — проницательно заметила она, следя за каждым его движением. И потихоньку отступая назад. Разве можно было предсказать зачем в действительности он пришел — коварства ему было не занимать.

— О, он так забавно бесится, ты не должна лишать меня этого удовольствия, — он капризно надул губы, но в его глазах танцевали черти. Он продолжал наступать. За спиной Гермионы оказался подоконник и Драко оперся руками о раму стекла по обе стороны от нее.

— И что же ты теперь хочешь? — осторожно спросила она.

— Жажды мести, — прошептал он ей в самое ухо, а потом добавил совершенно нормальным тоном: — исправляй уже свое творение!

Гермиона едва заметно улыбнулась и вынула из кармана палочку. Светлый цвет к его волосам возвращаться не желал и Гермионе удалось убрать оставшийся розовый оттенок, сделав его волосы несколько темнее, чем обычно. Удлинять прическу она отказалась.

— Иначе потом тебя придется стричь, — пояснила она и тут же добавила, улыбнувшись, — но если ты очень хочешь…

Драко взглянул на себя в зеркало и решительно отказался. Выглядел он вполне неплохо. И тут же поймал за руку Гермиону, попытавшуюся прошмыгнуть мимо него:

— Но если завтра все не вернется как было, то я неделю буду твоим личным парикмахером!

Гермиона от души понадеялась, что слова Джорджа о том, что заклятье будет действовать лишь сутки — правда. Она попыталась осторожно освободить руку, но Малфой приблизился к ней вплотную, обхватил ее голову, вынуждая смотреть ему в глаза:

— А как же месть?

И тут его лицо перекосило и он обхватил рукой свое предплечье, отпустив Гермиону. С каждым разом попытка сопротивляться зову метки становилась все болезненнее. Отец разрешил сыну не посещать пока собрания — в юных Пожирателях cмерти сейчас не было необходимости, но сила призыва вынуждала его прибыть как можно ближе, чего Драко не делал. Расплата за неповиновение горела на руке огненным знаком, и он зашипел сквозь зубы. А Гермиона едва дыша осторожно спросила:

— Метка?

Драко тяжело взглянул на нее. Она впервые вновь заговорила о метке с того раза, как он отказался общаться с ней на эту тему.

— Мы… Я и Гарри… Можем попробовать структурную магию, если ты позволишь.

— Поттер? — хрипло переспросил Малфой, с трудом переводя дыхание. — Он что тоже в курсе?

Гарри в своих видениях наблюдал за тем, как Драко получил свою метку, но Гермиона не имела права выдать его. Она отвернулась, собираясь налить в стакан воды, — может быть так Драко не заметит ее вранья?

— Гарри видел твою метку, когда тебя ранил Блейз, он оказался рядом почти одновременно с профессором Снейпом.

— Снейп ничего мне об этом не говорил, — в голосе Малфоя, сквозь боль, сквозило недоверие.

Гермиона протянула ему стакан воды и посмотрела в его прищуренные глаза:

— Может он не обратил на него внимания? Знаешь, не до того было.
Она потянула его к дивану, вновь отворачиваясь, — любое яркое вранье четко вырисовывалось на ее лице и она знала, что Малфой легко замечает ее обман.

— Я и сама его не заметила — Гарри рассказал мне об этом позже.
Драко опустился на диван, выдыхая — зов метки отступал и жжение становилось все меньше.

— В любом случае, Гарри знает. И он, готов помочь.

— Поттер? Мне? — в голос Драко вернулась ироничность, а подозрительность зазвучала с новой силой. — С чего бы это, а, Грейнджер?

Гермиона смутилась:

— Ну… Это была моя просьба. Он может и не верит в то, что ты получил эту метку не по своей воле…

Драко перебил ее, глядя прямо в глаза:

— А с чего ты взяла, что не по своей воле?

— Ты сам мне говорил, что не выбирал такой судьбы, — тихо ответила она, не отводя взгляд. Драко поморщился — он не помнил этого разговора.

А Гермиона продолжала: — Если ты позволишь убрать нам эту метку, то значит ты говорил правду.

— А ты уверена, что я хочу что-то кому-то доказать?

Она отрицательно качнула головой:

— Нет. Но мне кажется, что ты бы хотел от нее просто избавиться.

И она протянула руку, желая коснуться его, но Драко перехватил ее ладонь и сжал в своих руках, всматриваясь в ее глаза. И потянулся к ней, останавливаясь в нескольких сантиметрах от ее губ — молчаливый вопрос. И Гермиона ответила согласием, преодолев оставшиеся сантиметры. Всего несколько дней назад она сама просила не усложнять их отношения столь близким общением. Понимая, что в школе они не будут даже друзьями. Для всех, кроме Блейза. Не желая мучиться, надеясь отвыкнуть или хотя бы не привязаться еще больше. Но не удержалась.

Он первым разорвал этот поцелуй. Она не смогла бы — успела соскучиться по его теплу. Но не отпустил, касаясь ее еще непросохших волос, вдыхая аромат свежести.

— Ты уверена, что у тебя получится?

Гермиона тихо, но твердо ответила:

— Я в это верю.

— А если твой дружок подведет? — прежняя ухмылка вернулась на его лицо, стоило ему лишь упомянуть о Поттере.

— А вот в нем даже не сомневайся, — она заулыбалась, уверенная в силах Гарри. Воспоминание о том, как ему удалось поднять структуру защиты Волан-де-Морта, не позволяло сомневаться в том, что с поднятием структуры метки Гарри точно справится.

— Мне не нравится твою отношение к очкарику, — хмуро произнес Драко, наблюдая за ее улыбкой. — Вы вообще слишком много общаетесь.

— Неужели ревнуешь? — заинтересовалась Гермиона, поднимаясь с дивана.

— Вот еще, — хмыкнул Драко, — ты никуда не денешься от моего обаяния.

— Не уверена на счет обаяния, — подмигнула Гермиона и направилась к двери, — твоя самоуверенность затмевает все твои положительные качества.

И вышла за дверь.

Гарри открыл сразу, стоило лишь раздаться стуку.

— Мне нужно с тобой поговорить, — шепнула Гермиона.

— И мне тоже, — он кивнул, пригласил ее войти и тут же спросил возмущенным тоном: — Что происходит между тобой и Малфоем?

Но Гермиона перебила его:

— Гарри, ему нужна наша помощь… Помнишь, мы обсуждали как-то можно ли с помощью структурной магии убрать метку?

— И ты решила сделать это? Думаешь, Малфою действительно это нужно? Что он хочет избавиться от своего великого звания и причастности к долбанной армии самого главного темного мерзавца? — Гарри просто кипел от возмущения — Малфой сегодня окончательно его достал.

— Гарри, — Гермиона положила руку на его плечо и доверчиво посмотрела в его сверкающие праведным гневом глаза, — Гарри, послушай: вспомни как он получил эту метку, неужели ты забыл об этом? Вспомни, как при этом погибла его мать. Как ты считаешь, забыл ли он об этом?

И Гарри притих. Видение, как Волан-де-Морт убивает Нарциссу Малфой лишь за то, что она вступилась за своего сына, вспыхнуло перед его внутренним взором и всколыхнуло в нем волну отвращения к убийце… и жалость к видевшему все происходящее своими глазами Драко. Он отвел глаза и пробормотал:

— Ладно, ты наверное как всегда права. Хочешь заняться этим прямо сейчас?

— Да, — Гермиона благодарно улыбалась.

— Идем. Ты знаешь, где сейчас этот мерзавец?

— В моей комнате.

Гарри тут же вновь взорвался:

— И что же он там делает? Чаю попить зашел или как?

Гермиона лишь закатила глаза:

— Гарри, завтра презентация нашего с ним проекта, нет времени пить чай! — и она хихикнула.

— Ты изменилась, — Гарри укоризненно посмотрел на свою подругу, но она лишь мило улыбнувшись погладила его по спине, чтобы успокоить.


Драко сидел на кресле, закинув ноги на журнальный столик и прикрыв глаза. И, казалось, не обратил ни малейшего внимания на раздавшиеся рядом шаги.

— Зачем ты убрала этот прелестный розовый цвет, Гермиона, — недовольно произнес Гарри, разглядывая новую прическу Малфоя, — он ему так шел.

— О, — Малфой оживился и открыл глаза, — а я ведь говорил, что интересую тебя, Поттер.

— А тебя похоже волнует мое внимание? — буркнул Гарри, тоскливо глядя на подругу. — Может ну его, Гермиона?

Она сощурила глаза и погрозила Драко кулаком так, чтобы Гарри этого не увидел.

— Малфой, снимай рубашку, — скомандовала она, не давая разгореться очередной ссоре.

Малфой неторопливо поднялся, сделав шаг ближе к Гермионе и начал медленно расстегивать пуговицы:

— Ты уверена, что стоило звать Поттера? Может попросим его зайти чуть позже?

Гермиона шепнула заклинание и качнула палочкой. Учебник, до этого лежавший на столе, подскочил и довольно ощутимо треснул Драко по затылку.

Тот недовольно потер голову и укоризненно произнес:

— Грейнджер, ты совершенно не знаешь, что такое прелюдия!

— Повторить? — холодно произнесла она, наблюдая за тем, как Драко снимает рубашку и аккуратно вешает ее на спинку стула.

Малфой лишь молча подмигнул ей и уселся на ближайший стул.
Гермиона кивнула Гарри — начинай. И он поднял структуру Малфоя вместе со структурой метки. Глаза Драко в изумлении расширились, когда он увидел пусть лишь часть результата — ему раньше никогда не доводилось наблюдать за поднятием подобных сложных структур. И он даже пожалел, что не может увидеть себя со стороны — структуры не отражались в зеркалах.

Гермиона осторожно начала работать со структурой метки. Аккуратно убрав нити связанные с темным облаком, прикоснуться к которому она побоялась, она начала рассматривать остальные связи. Заметив структуру огненного заклинания, она отвязала и его. Оставшись непривязанным, огненное заклинание моментально исчезло, а вот зловещее темное облако таяло гораздо медленнее. Саму татуировку Гермиона убрать не рискнула — оно было связано со структурой Драко, а одна нить тянулась даже к его сердцу. И еще одну связь Гермиона, подумав, решила оставить — заклинание направления. Могло ли оно им понадобиться, она не знала. Еще раз осмотрев все оставшиеся связи, она решила, что ничего опасного в татуировке больше нет… кроме ее внешнего вида, который связывал Драко с Пожирателями смерти. И Гермиона решительно изменила рисунок змеи, выползающей из черепа, на рисунок дракона, что был на застежке мантии Малфоя, лежавшей неподалеку. Дракончик неожиданно свернулся клубочком, прикрыв нос крылом — лишь его глазки, казалось настороженно поглядывали на Гермиону, которая в изумлении не могла отвести от него своего взгляда. Наконец она повернулась к Гарри:

— Я закончила.

Гарри убрал структуру, разглядывая дракончика. А он, словно заметив его взгляд, поднял дыбом свои костяные шипы на загривке.
Драко подошел к зеркалу, чтобы посмотреть на результат и ухмыльнулся — его личный герб на руке ему понравился.

— Он выглядит живым, — произнесла Гермиона, показывая на дракончика, — и шевелится.

— Змея тоже шевелилась, когда метка работала на призыв, — поморщился Драко. — Так что видимо это свойство татуировки. А почему ты ее не убрала совсем?

— Она слишком сильно соединена с твоей собственной структурой и я не уверена, что не задену ничего лишнего, — Гермиона смутилась. Но Малфой повернулся к ней и серьезно произнес:

— Спасибо тебе.

А затем развернулся лицом к Гарри:

— И тебе, Поттер, признаться честно, я не ожидал такой мощи, даже не подозревал, что такое бывает, — в его голосе послышалось уважение. — Спасибо.

Он протянул руку, и Гарри, неожиданно для себя, ответил ему крепким рукопожатием. Но тут же добавил:

— Оденься, нечего расхаживать перед Гермионой в таком виде!

Драко тут же ухмыльнулся и накинул рубашку:

— Здесь у входа на территорию школы есть бары, кафетерии и прочие заведения, я угощаю.

Но Гермиона наставительно произнесла:

— Мы еще не готовы к завтрашней презентации!

— Уймись, сумасшедшая, в твое отсутствие я проверил всю папку — для презентации у нас есть все, что нужно, главное — не пропить мозги, — Драко подмигнул ей, чего Гарри, к счастью не заметил, и добавил: — тебе нужно расслабиться!

— Даже я за, Гермиона, — вдруг проговорил Гарри, — тем более, что хочется есть.

Гермиона недовольно посмотрела на парней, но, вздохнув, согласилась. Выходя из комнаты, Драко коснулся ее плеча и шепнул в самое ухо:

— С меня подарок, когда найду что-нибудь достойное сделанному тобой.

— И для Гарри тоже? — Гермиона тихонько хихикнула.

— Обойдется ужином и кружкой эля за мой счет, — открестился Малфой, брезгливо поморщившись и отрицательно качая головой.


В коридоре, по которому они шли к выходу из замка, их остановил звонкий голос:

— Драко Малфой! Какая встреча!

Гермиона оглянулась и заметила невысокую черноволосую стройную девушку с довольной улыбкой смотревшую на Драко и совершенно не замечавшую его спутников. Что-то в душе Гермионы недовольно заворочалось. Драко подошел к своей знакомой и галантно поцеловал ее руку:

— Кейли Эниволдсен, рад тебя видеть.

— Кали, Драко. Для тебя я всегда буду Кали, — мило улыбнулась она.

И Гермиона вспомнила, что видела ее и раньше — она была старостой школы вместе с Перси Уизли… или годом позже? Кажется ее звали Кейли Керк.

Гарри потянул подругу за руку:

— С тобой все в порядке? Идем, нам необязательно ждать.

Она, кивнув, пошла рядом с Гарри, спиной ощущая все кокетство Кали, направленное на Драко.


Они устроились в небольшом уютном кафе. Гермиона устало потерла виски в ожидании ужина — разговор о Малфое, по дороге, ее вымотал. Гарри пытался понять их отношения, а ей не хотелось это обсуждать. Стараясь не обманывать, Гермиона все же попыталась убедить друга, что кроме проекта между ней и Малфоем ничего больше нет. Ну, а то, что было помимо, она и сама не понимала.

А чуть позже их разговор ушел в обсуждение Волан-де-Морта и его приспешников. И медальона, который мог быть крестражем, поисками которого занимался Дамблдор. Гермиона, заметив однажды рисунок Драко, на котором был изображен тот самый медальон, о котором рассказал ей Гарри, нашла способ, как разговорить Малфоя на интересующую ее тему. Ожидая его на очередную встречу по проекту, она, словно случайно, оставила на самом видном месте свои записи исторических справок о медальоне с его зарисовками. Драко попался на эту уловку и спросил почему ее так интересует этот артефакт. И Гермиона начала долго и пространно рассказывать об истории медальона. И о том, что ей было бы интересно взглянуть на столь древнюю вещицу. Драко довольно подозрительно посмотрел на нее, но все же сказал, что видел этот медальон на Амбридж. И это было все, что удалось от него узнать. Гарри рассказал об этом факте Дамблдору, однако, обнаружить среди вещей Долорес медальон не удалось. А позже Гермиона отметила тот факт, что Дамблдор, общавшийся с преподавателями, медальона не заметил, не смотря на то, что искал его. А вот Малфой заметил. И это было странно. И об этой странности Гарри директору уже не рассказал.

— А может и зря? Может стоит поговорить с ним об этом? — задумчиво поинтересовался Гарри, разламывая последнюю котлету и отправляя кусок в рот.

Гермиона пожала плечами. Сдавать Малфоя директору, как и защищать его перед Гарри, ей не хотелось. Их странные отношения с Драко мешали принимать ей взвешенные и разумные решения относительно его поведения. И это ей не нравилось. Гермиона нахмурилась. Гарри, не замечая перемены в ее настроении продолжил:

— А может у тебя есть мысли, как узнать от него что-нибудь еще? — он с надеждой посмотрел на Гермиону, но она лишь покачала головой.

— И, кстати, Гермиона, почему он заигрывает с тобой? — вдруг спросил Гарри.

Гермиона поперхнулась от неожиданного перехода, но все же смогла ответить довольно спокойно:

— Потому что это злит тебя, неужели ты этого до сих пор не понял? — Гермиона вновь потерла виски — ее голова уже начала болеть от этого разговора. — Гарри, Волан-де-Морт собирает армию или что-то задумывает. А может и все вместе. Магическое сообщество не верит в его возрождение. Ни твоим словам, ни словам Дамблдора. И это ужасно. Нам надо думать о более серьезных вещах, а не о том, что Малфой тебя дразнит.

— Он сын Пожирателя смерти, а может и шпион среди нас. Мы не можем ему доверять.

Гермиона устало закрыла глаза.

— Гарри, пойдем спать, пожалуйста. Завтра мне предстоит защита проекта. А тебя ждет собеседование и тестирование твоих способностей. Это будет непростой день.

Гарри посмотрел на измученную подругу и кивнул. Они расплатились и вышли из кафе, направляясь в сторону замка. Драко Малфой так к ним и не присоединился.

Засыпая, Гермиона видела толпу Пожирателей смерти в масках, во главе которой шел Малфой, обнимая невысокую черноволосую девушку, которая смеялась и высокомерно смотрела на Гермиону.
>>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100