Добавить в избранное Написатьь письмо
Avada36 (бета: Katrina de Vagrant )    закончен

    В Тайной комнате Гарри принял единственное возможное решение — вонзить клык василиска в старый дневник. Но Том Риддл не исчез, а занял пустое тело Джинни Уизли. Двое сирот говорят по душам и обнаруживают, что у них больше общего, чем они подозревали. Текст опубликован выложен на Фикбуке: https://ficbook.net/readfic/4881055 Там же выкладывается продолжение: "Паззл. История продолжается"
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гарри Поттер, Том Риддл
    Общий / / || джен || G
    Размер: мини || Глав: 1
    Прочитано: 744 || Отзывов: 1 || Подписано: 1
    Предупреждения: ООС, AU
    Начало: 19.11.16 || Последнее обновление: 19.11.16

Весь фанфик Версия для печати (все главы)


Паззл

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


«Какую-то долю секунды оба, и Риддл, и Гарри, смотрели на него. Затем, не раздумывая, как бы по наитию, Гарри схватил лежавший на полу клык василиска и воткнул его прямо в сердцевину дневника.
Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Чернила потоком хлынули из дневника, по рукам Гарри потекли ручьи, заливая пол. Риддла корчило и выворачивало, он бился и визжал, а потом…
» («Гарри Поттер и Тайная комната», Дж. К. Роулинг)
Гарри повалился на пол, его шрам взорвался такой болью, словно его насквозь проткнули металлическим прутом. Мальчик прижал руки ко лбу и закричал, казалось, что его голова раскалывалась и из нее выползало что-то огромное и обжигающее. В глазах потемнело, и Гарри потерял сознание.
Очнулся он от громкого восклицания:
— Мерлин, какой же я идиот!
Головная боль прошла, словно ее и не было, и Гарри сумел приподняться и сесть. Посреди Тайной комнаты чуть в стороне от туши василиска стояла совершенно здоровая Джинни. Выражения лица он разглядеть не мог — очки слетели, когда он упал, — но ругалась именно она.
— Какой же я невообразимый идиот, — повторила Джинни и, заметив, что Гарри пришел в себя, прикрикнула: — Поттер! Очки рядом с твоей правой рукой.
Кусочки головоломки сложились, и Гарри, быстро надевая очки, вскочил на ноги:
— Где Джинни? — спросил он резко.
— Думаю, нигде, — ответила Джинни, то есть Волдеморт. — Она отдала мне слишком много своих сил, всю свою душу. Ты пока не поймешь, но это необратимый процесс.
Гарри опустил голову. Он проиграл. Теперь Волдеморт обрел тело, вернулся и наверняка убьет его. Вряд ли мамина защита сможет в третий раз спасти его, и он просто погибнет, а в мире снова настанут темные времена.
— Что, умирать собрался? — спросил Волдеморт. — Зря, ты мне еще пригодишься.
В груди у Гарри вспыхнула надежда. Если бы удалось вывести Волдеморта наверх, Дамблдор легко одолел бы его!
— Чего ты хочешь?
Волдеморт рассмеялся, и, хотя смех у него был высокий, как у любой девчонки, прозвучало это жутко.
— Гарри, ты такой наивный ребенок! Твои мысли написаны у тебя на лбу. Да-да, как раз рядом со знаменитым шрамом. А теперь сядь.
И Волдеморт первым последовал своему совету, опустившись на каменный мокрый пол. Впрочем, мантия Джинни и так была мокрой насквозь, так что хуже не стало. Гарри бросил взгляд на топчущегося возле продырявленного дневника Фоукса и все-таки сел, хотя общаться с убийцей родителей не хотелось. Было страшно, к тому же он знал, что должен попытаться убить Волдеморта.
— Итак, что тебе нужно, — Гарри сглотнул и добавил, — Волдеморт?
Тот усмехнулся:
— Гарри, тебя в детстве не учили мыслить логически? «Я — лорд Волдеморт» — анаграмма, ее нельзя разрывать. Все равно что обращаться к тебе «Гапотр».
— Тебя все так называли, и ты не жаловался, — отозвался Гарри, стараясь не глядеть на собеседника.
— Ошибка. Я cам себя так называл, а вот остальные называли меня либо по-старому, Томом, либо Повелителем. Хотя последних я плохо помню.
Гарри ошарашенно поднял глаза на Тома:
— Что значит «плохо помнишь»?
Том задумался, сложив руки на груди:
— Подробности расскажу позднее, пока тебе будет достаточно того, что мои подлинные воспоминания ограничиваются шестнадцатью годами. Сейчас я на каких-нибудь пять лет старше тебя, и даже о смерти твоих родителей знаю только от малютки Джинни.
— Расскажешь позже? С чего ты взял, что я стану слушать тебя, а не… — Гарри осекся, поняв, что чуть не выболтал свой план.
Том снова рассмеялся:
— А не выдашь меня любимому тобою Дамблдору? Это ты хотел сказать, Гарри?
Гарри прикусил язык и принялся лихорадочно соображать, как бы ему усыпить бдительность врага. Ему сильно не хватало Гермионы: она бы точно придумала, что делать!
— Скажи мне, Гарри, почему ты так мечтаешь убить меня?
Гарри чуть не задохнулся от удивления и возмущения, услышав этот вопрос.
— Ты убил моих родителей, из-за тебя я жил у Дурслей, и ты — самый злой волшебник в мире.
Выговорив это, Гарри покраснел: обвинение получилось несолидным, но ведь он никогда и не готовился к тому, чтобы высказать лорду Волдеморту все, за что его ненавидит.
Том помолчал, дав мальчику возможность осознать, как по-детски прозвучали его слова, а потом мягко сказал:
— Клянусь, я не помню, как убивал твоих родителей. Но судя по тому, что я знаю, шла война. На войне убивают и умирают. Твои родители боролись с моими приспешниками. Зачем я пытался убить тебя, годовалого младенца? Мне самому интересно. Я не чувствую в себе желания убивать детей — это бесполезно, а смерть, особенно чужая, должна нести пользу.
Гарри торжествующе вскинул голову.
— Ты действительно чудовище!
Том пожал плечами, смешно наморщив конопатый нос:
— Убийство — не худшее из преступлений. Некоторым людям просто не стоит жить. Вот, например, моему отцу.
— Ты убил своего отца?
— Да, и не жалею. Богатый, самодовольный маггл бросил мою мать на седьмом месяце беременности, просто вышвырнул ее на улицу, как собаку. Мне было пятнадцать, когда я познакомился с ним, — он расхохотался мне в лицо и заявил, что с отродьем шлюхи ничего общего иметь не желает. Я убил его.
Гарри почувствовал, как слюна во рту становится вязкой от отвращения. Это существо говорило о чужой смерти, как о завтраке или об Истории магии: со скукой и равнодушием. С другой стороны, Гарри представил себе, как вдруг узнает, что его отец жив, разыскивает его, бросается к нему на шею и вдруг слышит такое. Как бы он поступил? Совесть, говорившая голосом Гермионы, утверждала, что он простил бы отца и вернулся бы к Дурслям, но сердце подсказывало, что, возможно, он поступил бы так же.
— А что это за Дурсли, в которых ты меня обвиняешь? — спросил Том, прервав его размышления.
— Мои родственники. Они магглы и ненавидят все магическое, меня в том числе. Я жил у них до одиннадцати лет, а теперь только на летних каникулах.
— Они бьют тебя? — с каким-то болезненным интересом спросил Том.
— Старшие — нет, разве что подзатыльники дядя отвешивает, да за ухо таскает. А вот кузен с друзьями могут и избить, — сказал Гарри и, чуть помолчав, прибавил: — Если поймают. А еще я до одиннадцати лет в чулане жил.
Том как-то странно хмыкнул и сообщил:
— Завидую, — а увидев удивление Гарри, пояснил: — Собственный чулан — это круто. Я не отказался бы в детстве.
Судя по лицу Джинни, Том не врал, и Гарри спросил:
— А где ты жил?
— В приюте. По четверо в комнате, один душ на двенадцать человек. Поверь, собственный чулан меня бы порадовал.
Гарри почувствовал стыд. С одной стороны, он сидит и болтает с врагом — это ужасно. С другой стороны, он ничего не знал об этом враге, и теперь слышать такие подробности было неприятно. Легко ненавидеть грозного темного мага, и очень трудно — ребенка из приюта, который завидовал ему, Гарри, потому что у него был темный чулан под лестницей.
— Не хочу особенно говорить о приюте. Если кратко, то там было отвратительно. Знал бы ты, как я ненавидел Дамблдора в те годы!
— Дамблдор-то тут причем?
— А, старый спор. Я был лучшим учеником своего курса, а потом и факультета, и несколько раз обращался к директору Диппету с просьбой разрешить мне остаться в школе на летних каникулах. Он был готов на это пойти, но каждый раз в последний момент отказывал. А в конце третьего курса я услышал, как Дамблдор убеждал его в том, что мне полезно будет поддерживать связь с миром магглов, а значит, нужно снова вернуться в приют. Убивающее проклятье я выучил именно тогда. Применить не решился, но любил мечтать о том, как удивится профессор, получив от идеального студента Тома Риддла «Аваду».
— Дамблдор наверняка хотел как лучше, — тихо сказал Гарри, не веря самому себе. Он тоже хотел бы оставаться в Хогвартсе, но у него хотя бы была причина возвращаться к Дурслям — мамина защита, а у Тома ничего подобного не было. Неужели нельзя было разрешить ему пожить в школе?
— Том, — спросил Гарри после минутного молчания, — вот ты сейчас разговариваешь почти нормально, только смеешься жутко. А в прошлом году ты был просто психом.
Упоминание прошлого года Тома заинтересовало, и Гарри рассказал ему историю с философским камнем, спросив в конце, неужели тот не помнит.
— Ладно, Гарри, мне все равно понадобится твоя помощь, так что расскажу. Но потом я сам сделаю тебе защиту от чтения мыслей, а то тайна перестанет быть тайной в тот момент, когда ты встретишься взглядом с Дамблдором.
— Что? — ошарашенно спросил Гарри и с ужасом узнал, что, оказывается, некоторые маги могут читать мысли. И Дамблдор тоже. Мальчик сглотнул: знать, что в его голове ковыряются, было страшно.
— Итак, когда я был подростком, Лондон несколько раз бомбили. Вокруг умирали сотни людей, каждый день. Мне было страшно, и в какой-то момент у меня появилась просто-таки навязчивая идея — защититься от смерти. Был я, как ты, возможно, уже слышал от меня же, идиотом, и форму защиты выбрал крайне опасную. В итоге в мире оказалось семь кусочков Тома Риддла.
При этой цифре у Гарри чуть не вылезли глаза на лоб. Думать о семи лордах Волдемортах ему не хотелось.
— Чем на большее число частей я рвал себя, тем большим психом становился. То, что в итоге погибло в доме твоих родителей, разве что заклинаниями кидаться могло — мозгов там уже не осталось, про эмоции вообще молчу. Я сам — половина с небольшим довеском. Думаю, чувствую, но вот с воспоминаниями о собственной жизни — беда. Да и взрослым волшебником себя не ощущаю, скорее, как раз на шестнадцать. И теперь я очень хочу получить себя обратно, да и от собственного тела не отказался бы. А в этом мне понадобится твоя помощь.
— Что ты будешь делать, когда полностью… э-э… соберешься? — поинтересовался Гарри с опаской.
Риддл довольно потер руки:
— Спасать этот мир!
— Убивать людей? — уточнил Гарри, но Том возразил:
— Вовсе нет, положусь на свое обаяние и твою славу. Обойдемся мирным переворотом: магов и так мало, убивать их просто жалко, — а потом уточнил: — Ну что, по рукам?
Гарри посмотрел на совершенно не по-девчачьи выглядевшую Джинни с подозрением, вздохнул, сказал себе, что еще пожалеет, но протянутую руку пожал, подтвердив:
— По рукам.
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100