Ладушка    закончен

    История о том, что не надо бояться разговоров по душам
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гермиона Грейнджер, Рон Уизли
    Любовный роман /Hurt/comfort / || гет || PG-13
    Размер: мини || Глав: 1
    Прочитано: 865 || Отзывов: 2 || Подписано: 1
    Начало: 15.07.18 || Последнее обновление: 15.07.18

Весь фанфик Версия для печати (все главы)


Просто волшебница

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Перед самой входной дверью она остановилась. Вся решительность, с которой она сюда направлялась, вдруг улетучилась.

«Зачем я это затеяла?» — вопрос, который она уже в тысячный раз себе задавала, остался без ответа.

Подавив малодушное желание развернуться и уйти, она вздохнула, подняла руку и постучалась.

Дверь открылась сразу, словно кто-то стоял по ту сторону. На пороге показалась невысокая женщина средних лет. Она дружелюбно улыбнулась.

— Добрый день!

— Здравствуйте. Мисс Коннор? – последовал утвердительный кивок. — Я… я на прием. Мы созванивались на прошлой неделе.

— Ну, конечно, мисс…

— Миссис. Миссис Уизли.

— Прошу прощения, миссис Уизли, входите, — улыбка мисс Коннор стала еще шире.

Кабинет был просторный и очень светлый, однако позитивных мыслей не прибавлял.

«Что я здесь делаю?»

— Хотите чаю, миссис Уизли? — не дожидаясь ответа, мисс Коннор взяла чайник. — Да вы присаживайтесь, устраивайтесь поудобней. Итак, — поставив чайник на плиту, она обернулась к своей собеседнице, – чем могу быть вам полезна? Знаете, что, — быстро добавила она, — может, будем звать друг друга по именам? Мне кажется, так будет проще. Я — Розанна, — она протянула руку.

— Гермиона.

Чайник засвистел. Гермиона сцепила руки в замок, наблюдая за тем, как Розанна ловко расставляет чашки на подносе и разливает чай. Нет, она точно зря все это затеяла!

— Так чем могу помочь? – Розанна протянула Гермионе чашку.

— Я…

И что ей сказать? Как объяснить причину своего прихода? А вдруг на самом деле не все так плохо, как кажется, и это просто… Гермиона зябко повела плечами и стиснула чашку, грея руки.

Розанна не торопила с ответом и в свою очередь рассматривала посетительницу. Молоденькая, совсем юная. Вряд ли больше двадцати. На безымянном пальце тонкой полоской блеснуло обручальное кольцо. Выражение лица серьезное, вертикальная морщинка на лбу. И в глазах грусть, словно обреченность.

— Я… — повторила Гермиона и опустила плечи. — Простите…

— Расслабьтесь, — Розанна снова улыбнулась. — Если не знаете, с чего начать, начните с главного.

— С главного… — задумчиво повторила Гермиона.

— Да. И помните, нет такой проблемы, которую невозможно было бы решить. Ну, кроме смерти, конечно, — добавила она, и тут же пожалела — Гермиона вздрогнула. — Послушайте, — поспешно сказала Розанна, — если сегодня вам не удобно…

— Дело в том… — громко, словно боясь передумать, сказала Гермиона, — дело в том, что я… Я замужем.

— Давно?

— Уже год, — Гермиона слегка улыбнулась, но тут же снова нахмурилась. — Сначала все было прекрасно. Мы были очень счастливы, но теперь… — она стиснула чашку еще сильнее.

— Ну, это типично для молодых пар, — Розанна взяла в руки большую записную книжку. — Первые месяцы проходят в эйфории, а потом начинается быт. Пара присматривается друг к другу, и конфликты неизбежны…

— Все не так просто, — Гермиона покачала головой. — Мы с Роном знаем друг друга уже очень давно, нам не нужно было присматриваться… — она прикрыла глаза, а потом резко, со стуком поставила чашку на стол. — Мне кажется, мы совершили ошибку, именно поженившись, но тогда это казалось самым правильным решением. Осознание того, что жизнь продолжается…

— Тогда? — удивленно переспросила Розанна.

Гермиона виновато взглянула на нее:

— Наверное, стоит рассказать все с самого начала?

Розанна только кивнула.

— Мы вместе учились в школе, — Гермиона сделала паузу, словно бы обдумывая следующую фразу. — В частном закрытом пансионе. С нами учился один парень, Гарри. Мы подружились, — она улыбнулась. — Дружим до сих пор, мы… мы как одна семья, понимаете?

Розанна внимательно слушала, вертя в пальцах карандаш.

— Так вот, — продолжила Гермиона, — когда Гарри был маленьким, его родители погибли. Их убил один… — она запнулась, — один человек. Что-то вроде кровной мести… — она поморщилась, словно была недовольна своими словами. – Много лет спустя этот человек нашел Гарри и попытался убить и его.

Розанна нахмурилась.

— А так как мы — Рон и я — всегда были рядом с ним, то… то тоже подверглись опасности.

— Вы что же, не обратились в полицию?

— Обратились. Только понимаете, этот… этот человек был очень опасен. Его было трудно поймать.

Розанна изогнула бровь, но ничего не сказала.

— В опасности были не только мы, — продолжила Гермиона, — но и наши близкие, родители. Это было страшное время… — почти шепотом закончила она.

Некоторое время они сидели молча. Розанна терпеливо ждала продолжения.

— Так вот, — наконец продолжила Гермиона, — этот кошмар длился больше года, и за это время мы с Роном узнали друг друга с разных сторон.

— Например? — Розанна отложила записную книжку в сторону.

Гермиона закусила губу.

— Так получилось, что полиции нужна была наша помощь, — медленно, с расстановкой произнесла она, — нужно было добыть… кое-какие документы, которые могли помочь в поимке преступника. Это было очень тяжело, и в какой-то момент Рон сорвался.

— Что же он сделал?

Последовала долгая пауза.

— Он бросил Гарри и меня, — тихо ответила Гермиона. — Оставил нас одних и ушел. Испугался за жизнь своих родных. Правда, потом вернулся и очень нам помог. Видите, — она опять виновато улыбнулась, — у нас было время очень хорошо друг друга узнать.

— И что было потом?

— В конце концов этого человека… того, кто угрожал Гарри, удалось поймать и… обезвредить. Кошмар закончился, это было так здорово! — взгляд Гермионы посветлел. — Мы хотели делать все и сразу! Жизнь казалась такой прекрасной! Вскоре после этого Гарри сделал предложение сестре Рона, они поженились. А потом, — она снова улыбнулась, но ее взгляд остался грустным, — потом Рон сделал предложение мне. И тогда это казалось таким правильным! — ее глаза заблестели, и она тут же опустила голову.

Розанна протянула ей коробку с бумажными салфетками. Гермиона вытерла лицо.

— А сейчас… — она скомкала салфетку. — Каждый день я думаю о том, что мы поторопились.

— Почему вы так считаете?

— Мы разные. Раньше мы этого не замечали, или не хотели замечать. У нас разные интересы и порой нам совсем не о чем поговорить.

— А конфликты случаются?

— Пару раз мы ссорились, даже крупно. Сейчас нет. Сейчас нам даже поругаться не из-за чего. Думаете, это конец? – она в отчаянии посмотрела на Розанну.

— Я могу задать вам один личный вопрос?

— Конечно!

— Какие отношения у вас с вашим другом, с Гарри? Вы когда-нибудь думали о нем, как о потенциальном…

— Нет, — перебила Гермиона. — Я знаю, что вы хотите сказать, но Гарри для меня всегда был только другом. Он мне как брат, и между нами никогда не могло быть других отношений.

— Вы говорили с ним о ваших проблемах?

— Нет.

— Почему?

— Не хочу его нагружать.

— Хм-м-м… — Розанна долго смотрела в окно, прежде чем продолжить. — Скажите, а какие у вас отношения с родителями вашего мужа? Они же… — она с тревогой посмотрела на нее, — они же в порядке?

— Да, — Гермиона вытерла глаза. — С ними все в порядке, и отношения у нас хорошие, а почему вы спросили?

— Как они отнеслись к вашей идее пожениться?

— О, — Гермиона улыбнулась и на этот раз по-настоящему, — они очень обрадовались.

— А ваши родители?

Улыбка тут же слетела с лица Гермионы.

— Конечно… — она неловко потерла плечо, — они… они тоже счастливы…

— В чем дело, Гермиона? — Розанна подалась вперед.

— О чем вы?

— С вашими родителями… — Розанна помедлила.

— С ними тоже все хорошо, — хмуро ответила Гермиона. – Но мы не обсуждали мою свадьбу.

— Хотите поговорить об этом? — осторожно спросила Розанна.

— В связи с этой историей мои родители попали под… под программу защиты свидетелей, — проговорила Гермиона. – Они хотели, чтобы я уехала с ними, но я не могла оставить друзей. Сейчас они снова дома, но… — она судорожно вздохнула, — но у нас довольно натянутые отношения. Я не хотела еще больше их усугублять.

Она снова замолчала и закрыла глаза. Мерлин, как же тяжело рассказывать о своей жизни маглу!

— Гермиона… — тихо начала Розанна.

— Я не хочу обсуждать мой брак с Гарри, с родителями или еще с кем-то, — твердо проговорила Гермиона, хотя в ее голосе слышались слезы. — Именно поэтому я пришла к вам, как к семейному психологу. Мы с мужем друг другу чужие люди, наш семейная жизнь трещит по швам, и если вы можете хоть что-то мне посоветовать, хоть что-то изменить… — она сорвалась на крик.

Розанна подалась вперед и взяла ее за руку.

— Ну тише-тише, — почти с материнской заботой в голосе сказала она и провела большим пальцем по ее ладони.

Гермиона почувствовала, что ей стало немного легче дышать.

— Хотя иногда покричать очень полезно, — Розанна подмигнула. — Не стоит держать негативные эмоции в себе.

Гермиона слабо улыбнулась.

— Вы хотите развестись? — Розанна слегка сжала ее руку.

— Не знаю, — призналась Гермиона после долгой паузы. — Я… я уже думала об этом, но…

— Вы боитесь, — утвердительно сказала Розанна и кивнула. — Это нормально.

— Боюсь, — Гермиона вжала голову в плечи и неосознанно сжала руку Розанны еще крепче. — Боюсь совершить ошибку. А вы считаете, это правильное решение? — глаза снова заблестели.

— Вы говорили, что однажды он вас бросил, так? — дождавшись кивка, Розанна продолжила: — Это могло как-то повлиять на ваши настоящие отношения? Может, вы копили на него обиду, и теперь она выходит?

— Нет, — Гермиона покачала головой, — об этом случае мы с ним говорили сразу после во… — она запнулась и покраснела. – Сразу, как все закончилось, — поспешно исправилась она. — Когда Рон вернулся, он очень много сделал для того, чтобы поймать и обезвредить того человека. Это полностью искупило его вину.

— Хорошо, тогда такой вопрос, — внимательно глядя на нее, сказала Розанна, — только прошу ответить на него честно. Пытались ли вы представить себе жизнь без своего мужа?

— Простите? — в недоумении переспросила Гермиона.

— Представляли ли вы свою жизнь без Рона? Словно его никогда не существовало?

Гермиона смотрела на Розанну с широко раскрытыми глазами.

— Без него?

— Да.

Они некоторое время смотрели друг на друга, потом Гермиона вздрогнула и отвела взгляд.

— Нет, не представляла.

— Потому что не хотели?

— Потому что никогда не думала об этом, — рука Гермионы выскользнула из руки Розанны.

— Вы его любите?

Гермиона снова вздрогнула — такого вопроса она совсем не ожидала.

— Я…

— Знаете, что мы сделаем? — Розанна не стала ее больше мучить. — Сейчас мы закончим сеанс, вы пойдете домой или сначала погуляете и вспомните все лучшие моменты жизни с вашим мужем. Начиная от знакомства и до настоящего времени. А потом, точно также — худшие. Если понадобится — запишите. И затем сравните, чего было больше — плохого или хорошего. Затем, представьте себе всю вашу жизнь без него, словно вы никогда его не знали. И подумайте, было бы вам хорошо или плохо. И после поговорите с мужем. Знаю, — перебила она, увидев, что Гермиона хочет возразить, — будет трудно, но хотя бы попробуйте.

— А потом снова прийти к вам?

— Как пожелаете, — Розанна развела руками.

— Это все? — Гермиона поджала губы.

— Пока да.

— Тогда, до свидания.

— Всего хорошего, — Розанна с улыбкой проводила ее взглядом.

Не говоря больше ни слова, Гермиона вышла на улицу. Ее лицо горело от возмущения и стыда. Она прижала руки к щекам.

Зачем? Зачем она вообще решила обратиться к магловскому психологу? Вот уж кто совсем ничем не помог! Да и не смогла бы Гермиона все толком объяснить, не упоминая про магию.

— Мисс, с вами все в порядке? – раздался рядом осторожный голос.

Гермиона отняла руки от лица. Рядом с ней стоял молодой человек и с тревогой смотрел на нее.

— Все нормально, — она слабо улыбнулась.

— Уверены?

— Да, спасибо.

Молодой человек кивнул, с интересом скользнул по ней взглядом и пошел дальше, несколько раз оглянувшись.

Гермиона сунула руки в карманы пальто и с удивлением заметила, что забралась почти в самый центр магловского Лондона. Как там говорила Розанна? Погулять? Что ж, хоть одна идея неплохая.

Поплотнее закутавшись в шарф, она медленно пошла по улице, изредка бросая взгляд на витрины. В одной из них стоял манекен в свадебном платье. Гермиона подошла ближе. У нее не было такого шикарного платья, когда она выходила замуж за Рона, хотя этого и не было нужно. Он смотрел на нее с таким восхищением, когда она шла к алтарю! Интересно, что бы он сейчас сказал? Она невольно улыбнулась.

«Рон, и вечно этот удивленный тон!»

А может Розанна и права, и ей действительно стоит разделить воспоминания на хорошие и плохие?

Она огляделась. Прямо перед ней стояло небольшое, но уютное на вид кафе.

— Чего желаете? — официантка дружелюбно улыбнулась.

— Кофе, пожалуйста.

— Одну минутку, — официантка удалилась, а Гермиона достала из сумки записную книжку.

Итак, с чего же начать? С хорошего или с плохого? Она прочертила на листе записной книжки вертикальную линию, деля лист пополам.

Их знакомство началось не лучшим образом, он часто ее обижал, иногда даже сам того не понимая. А Святочный бал? Она так готовилась, так надеялась! А то ужасная ссора на шестом курсе? Гермиона вздрогнула, вспомнив, чем эта ссора закончилась. Тогда она была готова простить ему хоть двадцать, хоть сто Лаванд, лишь бы он выздоровел!

Официантка принесла кофе, Гермиона улыбнулась ей и снова ушла с головой в раздумья.

День, когда Рон бросил их в лесу, Гермиона считала самым тяжелым. Он просто испугался и сбежал. Она нарисовала в одном столбце минус. Затем подумала и несколько раз провела по нему карандашом, едва не протерев бумагу. Но потом же он вернулся, принес Гарри палочку, поддержал ее в желании навестить мистера Лавгуда… Она улыбнулась, вспомнив, как Рон всячески пытался ей угодить.

Без его помощи и поддержки ее восстановление после пыток Белатриссы длилось бы намного дольше. В первые дни после их появления в коттедже «Ракушка» он буквально не отходил от нее ни на шаг. Они впервые проводили так много времени наедине, впервые так много разговаривали друг с другом. Тогда она заметила, что Рон хочет ее поцеловать. Лишь внезапное и такое досадное появление Крюкохвата помешало этому случиться.

Зато во время битвы за Хогвартс им ничего не помешало. Ни Гарри, стоящий в каких-то нескольких метрах от них, ни полные руки клыков Василиска, ни сверкающие молнии заклинаний, пролетающие над их головами… Тогда на долгое мгновение она просто забыла, где находится.

И именно Рон предложил свою помощь в возвращении ее родителей, был рядом, поддерживал, успокаивал…

А после войны… После войны у них тоже было очень много позитивных моментов. Взять хотя бы ту спонтанную поездку на море, где они целую неделю провели в магловской гостинице… Она снова улыбнулась, вспоминая, как Рон открыл для себя программу «все включено» и быстро вошел во вкус.

Она отставила полупустую чашку и взглянула на свои записи. Плюсов в столбиках было определенно больше, чем минусов. Она посмотрела в окно, где серой стеной лил дождь. Тогда в чем же дело? Может, это, действительно, быт, как выразилась Розанна?

«Вы когда-нибудь представляли себе жизнь без Рона?»

Она перевернула страницу записной книжки.

Если бы Рона не было, она наверняка бы сблизилась с Виктором Крамом… Хотя нет, с Крамом бы она не сблизилась, потому что бы просто не додумалась. Если бы Рона не было, она никогда бы не подружилась с Гарри, и вряд ли с кем-нибудь вообще, потому что просто бы зарылась в учебники с головой, а к четвертому курсу и подавно превратилась в настоящего книжного червя.

Он неуклюжий, упрямый, иногда любит крепко выругаться, громко храпит по ночам, много ест и совсем не умеет убирать за собой. Он не знает многих элементарных вещей и иногда ведет себя как большой ребенок! Карандаш мелькал в ее пальцах.

У них разные интересы. Она терпеть не может квиддич, а он не разделяет ее любви к книгам. Однако Гермиона иногда словно невзначай просматривает спортивную колонку «Ежедневного пророка», а Рон пару раз попадался за внимательным чтением «Магического торгового кодекса».

«Вы его любите?»


А еще он очень добрый, заботливый, веселый и не боится работать. Он честный, совсем не жадный и он такой… хороший.

Последнее слово она почти произнесла вслух.

Так почему же в последнее время они так отдалились друг от друга?

От раздумий, переживаний и кофе на практически голодный желудок разболелась голова. Гермиона оторвалась от своих записей и села прямо. Дождь на улице уже закончился, вышло на удивление яркое солнце, каждым своим лучиком касаясь мокрых капель на асфальте, от чего казалось, что на мостовой рассыпались алмазы.

Гермиона огляделась. Очень милое кафе. Почему они никогда сюда не заходили?

Решение пришло быстро. Расплатившись с официанткой, Гермиона вышла на улицу, прошла квартал, свернула в неприметный переулок и, убедившись, что ее никто не видит, аппарировала.

Дом встретил тишиной. Рон, видимо, еще был в министерстве. Она не раз замечала, что эта работа ему не по душе. А совсем недавно слышала, с каким увлечением он обсуждал с Джорджем магазин фокусов.

Нет, Розанна права — бытовые проблемы полностью загрузили их. Все что нужно, это дождаться его с работы и поговорить. Просто поговорить. Для начала спросить, как прошел его день…

На втором этаже что-то упало. Гермиона вздрогнула, но потом улыбнулась. Значит, он все-таки дома! Взбежав по лестнице, она подошла к двери спальни.

— Рон! — громко позвала она, нажимая на ручку двери. — Ты пришел?

Ей показалось, что земля ушла из-под ног. В ушах загудело, кровь прилила к лицу, а из легких вышел весь воздух. Вцепившись в дверную ручку, Гермиона закричала от ужаса.

***

— Плохой день? — Гарри проследил, как очередной черновик служебной записки испепелился в воздухе одним взмахом палочки.

— С чего ты взял? — кисло проговорил Рон, снова взмахивая палочкой и подзывая к себе новый пергамент.

— Твое «счастливое», — Гарри поставил пальцами кавычки, — выражение лица просто с утра кричит об этом. Выкладывай, что стряслось?

— Все в порядке, — буркнул Рон, опуская перо в чернильницу.

Он уже хотел написать первое слово, но неловко зацепился пером за край пергамента и тут же посадил жирную кляксу. Выругавшись, он смял пергамент и швырнул в корзину для мусора.

— Значит, в порядке? — Гарри выгнул бровь. — Давай, не финти, дома что-то случилось?

— Дома, на работе, — неопределенно бросил Рон, еще немного помолчал, но под вопросительным взглядом Гарри сдался и продолжил: — По-моему, ни к чему хорошему мы с Гермионой не пришли.

— Это как понять? — удивился Гарри.

— Уже месяц почти толком не разговариваем, — Рон отбросил перо в сторону и тяжело вздохнул. — Сложно у нас все.

— Вы поругались?

— Нет, — Рон пожал плечами. — Просто как-то… — он покачал головой. — Говорить особо не о чем, понимаешь?

— Честно, нет.

— Она допоздна сидит на работе, я тоже. А дома видим друг друга, пару слов скажем и спать. Забыл, когда последний раз ходили куда-то. Мне кажется… — он взлохматил свои волосы. — Мне кажется, ей со мной больше не интересно. Отдалилась совсем.

— Вот как, — протянул Гарри, — быт заел?

— Чего?

— В работе увязли вы, ребята, вот чего, — хмыкнул Гарри.

— Далась мне эта работа! — в сердцах воскликнул Рон, но тут же взял себя в руки: — Не мое это, понимаешь?

— Ну я давно это заметил, — кивнул Гарри. — Не лежит душа в аврорат?

— Не лежит, — согласился Рон. — Когда пришел сюда, думал — горы сверну, а сейчас… — он махнул рукой.

— И что думаешь делать?

Услышав вопрос, Рон переменился в лице, огляделся вокруг — вдруг, кто сможет подслушать, потом подошел к двери кабинета, осторожно открыл, высунул голову в коридор и, лишь убедившись, что любопытных не наблюдается, повернулся к Гарри, который с недоумением смотрел на него.

— Я с Джорджем говорил, — он вернулся за стол. — Хочу работать вместе с ним.

— В магазине?!

— Да не ори ты так! — зашикал на друга Рон.

— Извини, — покаялся Гарри, — просто не ожидал…

— Да я и сам не ожидал. Никогда об этом не думал, а недавно разговорился с ним и просто загорелся.

— А он что об этом думает?

— Обрадовался. Даже блеск в глазах появился, — Рон довольно улыбнулся, но тут же снова посерьезнел. — Не знаю вот, только как Кингсли сказать.

— А при чем здесь Кингсли? –— Гарри пожал плечами. — Он тебе точно возражать не станет. Только дело-то здесь не в Кингсли, верно?

Рон тоскливо вздохнул, потер шею, посмотрел в окно и, не выдержав внимательного взгляда Гарри, сказал:

— А что на это скажет Гермиона?

— Это легко узнать, — Гарри снова хмыкнул. — Поговори с ней.

— Не так-то это просто, — Рон потер лоб. — Говорю же, у нас в последнее время не слишком хорошо получается с разговорами. К тому же, не думаю, что идея с магазином ей понравится.

— Почему ты так решил?

— Ну… — Рон замялся. — Она всегда так гордилась тем, что я пошел в аврорат. Получается, я ее разочарую?

— Ты думаешь, она решит, что работа в магазине хуже, чем работа в аврорате? — удивился Гарри. — Мне кажется, ты плохо знаешь свою жену!

Рон не ответил, только сосредоточенно смотрел на чистый лист пергамента.

— Уверен, она тебя поддержит, — продолжил Гарри.

— Я вот иногда думаю, может, зря мы с ней поженились?

— Вот тебе раз! — Гарри от изумления выронил палочку. — И с чего такие мысли?

— Да как-то… Она… Понимаешь, она всегда была такая… такая… — Рон развел руками, пытаясь помочь себе сформулировать мысль, — такая умная, уверенная во всем! А я… — он не договорил и махнул рукой.

— Слушай, по-моему, ты сгущаешь краски, — Гарри подсел поближе.

— Я все никак не могу забыть, как вас бросил, — словно не слыша его, продолжил Рон. – Ума не приложу, как она меня простила? Тогда слово дал, что никогда ее больше не расстрою. А если сейчас из аврората уйду, вдруг она не одобрит?

— Ну а сам-то ты чего хочешь? Работать с Джорджем или ждать мнения других?

— Гермиона не другие!

— Тогда не тяни, иди домой и поговори с ней, — Гарри встал. — Идея с магазином ей понравится, вот увидишь.

— Твои слова, да Мерлину в уши, — буркнул Рон, но тоже поднялся. — Ладно, Джинни привет.

К камину он шел в глубоких раздумьях. Он все чаще ловил себя на мысли, что между ним и женой словно появилась огромная пропасть, которая со временем становилась все шире и шире. Они всегда были очень разные, но за последние несколько месяцев эта разница стала слишком заметной. Даже поговорить не о чем. Нет, они, конечно, разговаривали, но все это мало походило на их прежние беседы. Так, стандартные, ничего не значащие фразы. Может, Гарри прав, и они действительно слишком сильно погрузились в быт? Да еще эта идея насчет магазина Джорджа… Он очень хотел помочь брату, даже поделился с ним мыслями по расширению торговли (для этого внимательно прочитал «Магический торговый кодекс»). Но что, если Гермионе это придется не по душе? Получается, он ее опять подведет?

Каминное пламя закружило его в коротком вихре, и менее чем через минуту он оказался дома. Надо просто дождаться Гермиону с работы… Додумать мысль до конца он не успел, потому что со второго этажа их дома раздался крик, полный ужаса. Крик Гермионы!

Рон выхватил палочку и почти в три прыжка преодолел лестницу. Добежав до спальни, он рывком распахнул и остановился как вкопанный.

На полу, раскинув ноги и руки в стороны, лежал… он сам! Лицо его было в крови, а застывший взгляд устремлен в потолок. Рядом стояла Гермиона, прижав ладони к белым как мел щекам. Она обернулась на шум и, увидев живого Рона, побелела еще больше.

Ему понадобилось две секунды, чтобы понять, что происходит. Он выхватил палочку и, направив ее на своего лежащего двойника, громко выкрикнул:

— Ридикулус!

Его труп на полу исчез, но вместо него тут же появился труп Гермионы, такой же изломанный и окровавленный. Рон побелел не хуже Гермионы, зажмурился, но еще раз взмахнул палочкой и громко крикнул:

— Ридикулус!

Тело вспыхнуло тысячами искр и исчезло.

Гермиона слабо вскрикнула, прижала ладонь к губам и покачнулась. Рон рванул вперед, чтобы ее поддержать.

— Ты… ты… — повторяла она, хаотично хватая его за плечи, за руки, ощупывая лицо, словно не могла до конца поверить, что он стоит перед ней — живой и здоровый.

— Я, — он взял ее за руки, — успокойся, это был боггарт. Всего лишь боггарт!

— Боггарт? — переспросила она и вдруг разрыдалась.

Слезы хлынули из ее глаз, словно ливневый поток. Казалось, она сама этому очень удивилась.

Рон крепко прижал ее к себе.

— Это просто боггарт, слышишь? Все хорошо, мы живы!

— Живы… — глухо повторила она, уткнувшись ему в грудь и почти икая от слез. — Живы!

Он погладил ее по волосам. Гермиона подняла голову.

— Я не знала, что у тебя изменился боггарт, - сиплым от слез голосом проговорила она.

— Я и сам не знал, — признался он. — И у тебя изменился.

— Да, — она кивнула и боязливо оглянулась на то место, где только что лежал боггарт. — Но я тоже не знала.

Рон испугался, что она снова заплачет, но она вытерла глаза.

— Это и есть твой самый большой страх? Потерять меня?

— Да.

Мерлин, ну он и осел! Несколько месяцев не мог толком поговорить с женой, боялся, что она его не поддержит… Вот чего стоит бояться на самом деле! А если бы действительно случилось что-то ужасное?!

— Я такая глупая…

— А какой я идиот… — он снова крепко ее обнял.

***

Они сидели в гостиной на диване, укрывшись пледом и крепко держась за руки.

— Мне нужно тебе что-то сказать, — тихо сказал он. — Это очень важно.

— Что случилось? — она села прямо.

— Я… — он вздохнул, пытаясь унять внезапно возникшую нервозность, — я хочу уйти из аврората.

— Вот как? — в ее голосе послышалось легкое удивление.

— Да, — он обрадовался ее реакции и продолжил увереннее: — Это не мое. На днях я разговаривал с Джорджем и решил вместе с ним заниматься магазином.

Гермиона несколько секунд смотрела на него, а потом вдруг порывисто обняла.

— Мерлин, это же так здорово!

— Правда? — он почувствовал себя так, словно бы с плеч упала огромная каменная плита. — Ты правда так считаешь?

— Конечно, — она улыбнулась. — Я же вижу, как тебе нравится магазин. А как к этой идее отнесся Джордж?

— Он тоже рад, ну, знаешь… впервые за все это время, по-настоящему.

— Я так горжусь тобой, — она снова его обняла, но тут же снова отстранилась: — Тогда мне тоже надо кое-что тебе сказать.

— Что?

Она встала.

— В последнее время… — она вздохнула. — В последнее время мы как будто отдалились друг от друга, тебе не кажется?

Рон осторожно кивнул.

— Ты много работал, я тоже, мы почти не виделись. К тому же, ты знаешь, ситуация с родителями у меня не самая лучшая.

Рон нахмурился. Родители Гермионы долго не могли простить ее за то, что она стерла им память. Казалось, их шокировал не сам факт стирания памяти, сколько то, что она осталась с друзьями и приняла участие в войне, а потом еще и умудрилась выйти замуж за волшебника! В конце концов, они кое-как помирились, но отношения между ними до сих пор были натянуты, сколько бы Гермиона не пыталась это изменить.

— Мне казалось, что и наши отношения дали трещину…

— Но это не так! — перебил Рон. — Всему виной моя глупость. Если бы я не так долго собирался с мыслями…

— Нет, Рон, ты здесь ни при чем. Это я, как всегда, слишком много думала и переживала о вещах, которых не было. Я решила, что стала тебе не интересна…

Она посмотрела на него, опасаясь его реакции.

— Я думал то же самое, — в изумлении ответил он.

— Правда? — она нервно хихикнула.

— Да, и не мог найти в себе достаточно смелости, чтобы поговорить с тобой об этом, — он смутился.

— Какие-то мы оба недостаточно смелые, — она улыбнулась, но улыбка получилась натянутой.

— Верно. Что-то не так?

— Все так. Просто… я переживала, мне не с кем было поговорить, посоветоваться, поэтому я… — она глубоко вздохнула. — Я решила пойти к семейному психологу.

Рон ничего не ответил, и она продолжила:

— Сегодня я была у нее на сеансе и рассказала, что чувствую…

— И что она сказала?

— Много чего. Предложила представить себе жизнь без тебя, — Гермиона обхватила себя руками за плечи, словно ей стало зябко. — Словно тебя никогда не существовало. Только я… — она обернулась к нему, — у меня не сильно это получилось. А теперь, когда увидела боггарта…

— И у меня бы не получилось, — Рон встал и притянул ее к себе. — Послушай, за последнее время мы много чего себе насочиняли, и я рад, что это всего лишь фантазии. Прости, что так долго не решался поговорить с тобой.

— И ты меня…

— Знаю, — продолжил он, — со мной нелегко и я вряд ли когда-нибудь стану для тебя идеальным, но обещаю, что очень постараюсь!

— Ты для меня и так идеальный, — прошептала она, пряча лицо у него на груди, — и кроме тебя мне никто не нужен…

Уже лежа в кровати и почти засыпая, Рон вдруг спросил:

— Ты еще пойдешь к этому психологу?

— Думаю, нет, — Гермиона повернулась к нему. — Только если поблагодарить. Она помогла мне во всем разобраться.

— Она хороший специалист?

— И очень хороший человек, — Гермиона улыбнулась. — Ее зовут Розанна. Красивое имя, правда?

— Слишком вычурное, — Рон наморщил нос. — Роза звучит гораздо лучше.

— Мне тоже нравится.

— А она магл?

— Да, — ответила Гермиона, глядя в темноту, — но знаешь, сейчас я думаю, что она просто волшебница!

***

Далеко от их дома в своей квартире Розанна сидела в большом кресле с чашкой кофе в руке и наблюдала за огнем в камине. Блики пламени отражались в ее глазах. Она посмотрела на свой именной бейдж, лежащий рядом на столике, и тот под ее внимательным взглядом превратился в волшебную палочку. Розанна довольно усмехнулась и сделала глоток кофе.

— Маглы, волшебники… — прошептала она. — Главное, вовремя поговорить по душам, вот и вся магия…
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Rambler's Top100
Rambler's Top100