karanira (бета: хочется жить)    закончен

    История о магии, маглорожденной волшебнице и чудом спасшемся волшебнике.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гермиона Грейнджер, Северус Снейп, Гарри Поттер, Рон Уизли
    Общий / / || джен || PG-13
    Размер: миди || Глав: 6
    Прочитано: 327 || Отзывов: 0 || Подписано: 0
    Начало: 04.02.19 || Последнее обновление: 04.02.19

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

>>

Magic is Might

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Да, Хогвартс действительно магически хорош в июне — об этом всегда с теплотой вспоминают его выпускники.

Гермиона сидела на траве недалеко от хижины Хагрида с кейсом для документов в руках и задумчиво глядела на оставшихся учеников, садящихся в кареты. Никто из них не видел фестралов. Сверкали вспышки шутливых заклятий, был слышен смех — последние моменты колдовства перед летним перерывом.

Магия этого места была располагающей, доброй и древней. Величественный замок на фоне голубого неба и верхушек далеких гор, прохлада озера, приглашающая растянуться в тени растущих около него деревьев, бабочки, ловко минующие сбежавших из теплиц Невилла цветков-пираний. Даже Запретный лес выглядит мирно и дружелюбно, а дамблдорову белую гробницу отсюда не видно. Но конечно, раньше у нее не получалось все это оценить. Посмотрела бы она на человека, рискнувшего указать ей на красоту озера в преддверии экзаменов.

Стоит ли учитывать данные из четвертой главы дополненного издания по вещественным заклинаниям вместо стандартной главы школьного учебника? Нужно ли прочитать в восьмой раз о взаимоотношениях троллей и вампиров в Лихтенштейне восьмидесятых годов XVII столетия? — вот что ее интересовало.

После экзаменов обстановка накалялась еще больше: ей показалось, или контрольное зелье получилось недостаточно светло-лиловым? Почему она не указала тот необычайно важный факт о знаменитом гоблине-завоевателе Кипурке Остроносом из сноски на пятьсот двенадцатой странице? Ей обязательно снизят баллы за такую оплошность!

Но потом экзамены отошли даже не на второй план, ведь начиная с четвертого курса, в конце года уже не случалось ничего хорошего: смерть Седрика, смерть Сириуса, смерть Дамблдора. А июнь после битвы за Хогвартс и вспоминать лишний раз не хочется.

Какие уж тут бабочки. Впрочем, даже сейчас, в вынужденном ожидании отхода Хогвартс-экспресса с учениками, с радостью несущимися навстречу летним каникулам, а для кого-то — и новой жизни, ей сейчас было слишком нервно, чтобы осознавать прекрасное вокруг, лучше уж сконцентрироваться на той сумасшедшей авантюре, которую она собирается (а ведь действительно собирается!) претворить в жизнь.

Идеально выбранное время: ученики вот-вот уедут, преподаватели заняты подведением итогов и последними приготовлениями, чтобы на два месяца забыть о шумных детях, старательно или не очень написанных сочинениях и носах, превращенных в мухоморы (несомненно, случайно). Кроме того, поездка в поезде вызвала исключительно приятную ностальгию по школьным временам. Правда, позавчерашний выпуск «Трансфигурации сегодня» увлек лишь сносной статьей Химельды Страутсон о детализации преобразований предметов мебели, а все остальное время в пути она бездумно следила за тем, как сменялись картинки шотландской природы, и сомневалась по поводу своего дурацкого плана.

Что ж, пора идти.

Гермиона со вздохом поднялась, отряхнула строгую мантию, попыталась пригладить непослушные волосы и медленно, неуверенно двинулась в сторону замка.

Ее шаги гулко и одиноко звучали на мраморной лестнице — в холле никого не было. Похоже, Филч тоже не ожидал посетителей в такое время, и это соответствовало ее расчетам, потому что он обязательно бы попытался затащить ее выпить чаю и посудачить об их общих друзьях. Но этот визит не должен быть никем замечен.

Какая поразительная вещь — магия. После волдемортовых великанов, огромных пауков и разрушительных заклятий, которыми в ту ночь швырялись, сражаясь не на жизнь, а на смерть, все выглядело так, как и в годы ее обучения. И ничего не напоминало о войне. Восстановление замка прошло без нее — она пыталась восстановить саму себя.

Глубокий вдох перед тем, как спуститься в подземелья. А если его здесь нет? Подниматься в класс защиты от темных искусств гораздо рискованней, можно кого-то встретить. Все-таки она повела себя слишком самоуверенно, решив, что обойдется без мантии-невидимки Гарри.

Магия — вот причина, по которой она стояла сейчас перед дверью в кабинет ее бывшего учителя зельеварения, волновалась до тошноты, но взяла себя в руки и постучала.

Дверь бесшумно открылась, а холодное «Войдите» из глубины комнаты отрезало все пути назад.


* * *

Кабинет такой же мрачный, как и всегда. И даже мутные заспиртованные уродцы на месте. Свет поглощался глазами хозяина кабинета, словно черными дырами.

Последний раз они виделись почти пять лет назад. Работа в отделе Альбертины Бердинг не предполагала присутствия Гермионы на том закрытом заседании, хоть она и готовила некоторые документы, но личная просьба Гарри чего-то да стоила, особенно тогда, в первые месяцы после победы, поэтому пришли все втроем; они с Роном старались не смотреть друг на друга. Сидели недалеко от визенгамотовских «шишек» и ждали вердикта по поводу присвоения Северусу Снейпу ордена Мерлина III степени посмертно за большой вклад в победу над Волдемортом. И они, как и все присутствующие, были абсолютно шокированы появлением вполне живого виновника торжества, который презрительно забрал из рук онемевшего с открытым ртом судьи свой посмертный орден, небрежно засунул его в карман мантии и, зыркнув своим тяжелым взглядом на Гарри, безошибочно найдя его среди сотни людей в колпаках, вышел из зала в полной тишине.

— Мисс Грейнджер? Не помню, чтобы я назначал вам встречу. От меня что-то нужно отделу принятия магических законов?

Ей до сих пор интересно, как он выжил. Да и не только ей, стоит заметить.

— Э-э-э… Здравствуйте, профессор Снейп, — Гермиона нервно заправила топорщащиеся волосы за ухо, — мой визит не имеет ничего общего с моей работой, я здесь э-э-э… по личному делу.

— Вот как? Какие же у нас с вами могут быть личные дела?

А еще интересно, почему он вернулся в Хогвартс. Сидит, столь же мало изменившийся, как и его подземелья, хотя еще неизвестно, кто был больше разрушен во время битвы. Черные волосы, черная мантия, черные глаза. Так и вспоминается детская страшилка про «в одном черном-черном лесу». Хотя воротничок-то поднял. Ну конечно, шрамы от укуса магической змеи невозможно залечить — так же, как и шрамы от укусов оборотня.

— Мне нужно, чтобы вы оказали мне услугу.

Выражение лица у него уже стало из скучающего раздраженным. Как-то не так стоило начать.

— Мисс Грейнджер, пожалуй, я ощущаю некую толику благодарности за то, что вы поспособствовали окончательному исчезновению Темного Лорда, но все же я никогда не говорил вам, что я «к вашим услугам». И перестаньте так трястись, где ваша гриффиндорская храбрость, раз уж хватило безрассудства сюда явиться?

Выкладывайте, что там у вас, и покончим с этим.

И уткнулся в свои бумажки. Так, спокойно, не выгоняет — это уже успех. Ох уж эти факультетские стереотипы. Ему ли не знать, что во взрослой жизни они не работают. Да и вообще, у нее даже зимний шарф давно синий.

— Профессор, прошу прощения, но прежде чем перейти к сути дела, я вынуждена просить вас дать гарантии, что этот разговор останется между нами. Могу я присесть?

Снейп проигнорировал ее просьбу.

— Какие еще гарантии?

— Магические, я… — она полезла в кейс в поисках нужного пергамента, но Снейп истолковал паузу по-своему:

— Вы хотите чтобы я дал Непреложный обет из-за какого-то разговора? Не слишком ли вы большого о себе мнения, Грейнджер? Выметайтесь из моего кабинета! — прошипел он.

Ой-ой, ну где же эта дурацкая бумажка! Профессор уже в ярости, и неудивительно, учитывая его историю с Малфоями. Может, если бы руки так не дрожали…

— Вот! — Гермиона извлекла наконец пергамент, который потянул за собой другие, в итоге все рассыпалось по полу. Она кинулась их подбирать.

— Ой! Простите, сэр. Не нужно магических клятв, достаточно коснуться палочкой внизу, и наш договор вступит в силу. Он касается только разговора, ничего более. И уж конечно, не грозит смертью. Обычная формальность.

Отлевитировал к себе ни в чем не повинный пергамент, взял двумя пальцами, как отвратительное насекомое. В какой-то момент его взгляд остановился и стал совсем непроницаем.

Скорее всего, нашел уточнение про то, что ему нельзя использовать на ней не только веритасерум, но и легилименцию, а также иные магические способы получения информации. Подумать только, она сначала забыла о такой важной вещи, и это с человеком, одурачившим аж Волдеморта!

Сама Гермиона, несмотря на относительную проницательность в отношении людей, не имела ни малейшего таланта к манипуляциям чьим-либо сознанием.

Пробежал глазами и уставился на нее.

— Я смотрю, вы хорошо подготовились, мисс Грейнджер. Очень толково, — поморщился, — составленный документ. Ну же, чего вы от меня хотите? Развели тут бумажную волокиту, раздуваете собственную значимость…

Тем не менее он небрежно коснулся палочкой пергамента.

— Ваша очередь, — протянул Гермионе пергамент.

— О, нет, мне не нужно, это изобретение Министерства, — а точнее, ее изобретение, — достаточно поставить зачарованную печать на пергамент, и это уже считается подтверждением. Очень удобно, — она затравленно улыбнулась.

Уф, даже ноги подкосились. Он не предложил ей присесть, но стоять она больше не может. Гермиона рухнула на стул. А ведь эта часть не казалась ей самой сложной.

Еще один глубокий вдох, Muffliato — с вызовом, под прищуренным взглядом Снейпа (да, ну и что, что это его изобретение), и она выпалила:

— Мне нужно, чтобы вы на меня напали.


* * *

Кажется, он удивился. Но затем явно начал думать, что по ней плачет палата в Мунго по соседству с Локхартом. Что ж, может, и плачет. Но в Мунго она планировала попасть чуть позже.

— Грейнджер, вы с ума сошли? Воплощайте в жизнь свои нездоровые фантазии с мистером Уизли, я-то тут при чем? — он брезгливо поморщился.

Когда она выбирала претендентов на главную роль в своем плане, в первую очередь в голову пришел, конечно, Малфой. В меру безразличный, в меру Пожиратель, и уж конечно готовый на многое ради своей выгоды. Она уже начала шерстить архив с целью найти то, что заставит его забыть о ее происхождении, как тут ей в руки случайно попала информация про другого слизеринца, и к версии Малфоя она уже не возвращалась. В конце концов, тот мог и напакостить, случайно или намеренно.

— Простите, сэр, я не совсем корректно выразилась. Мне нужно сымитировать нападение на себя в публичном месте. Но не нужно, чтобы именно вы на меня напали. Оборотное зелье… — она смешалась.

— Так-так. Интересно… — его левая бровь явно выражала насмешку. — Зачем же вам этот спектакль? Отвлечь внимание в Министерстве? Здесь будут замешаны магические зверушки, всецело поглотившие ваше внимание? Впрочем, вы сказали, это личное дело. Значит, наоборот, привлечь внимание к вашей персоне? Согласитесь, странное желание для сотрудника отдела магических законов.

Конечно, странное. Но выхода-то нет. Давно уже нет.

— Извините, профессор, но я не могу дать вам достаточно объяснений. Скажу лишь, что это касается только меня и никого больше, никто не пострадает, не будет несправедливо ни в чем обвинен, и лично на вас никак не повлияет.

— Почему же вы не попросили об этой своей услуге одного из дружков? Как же, неразлучное трио героев войны, — последние слова он будто выплюнул. — Они слишком хороши и правильны для ваших целей? Не хотите упасть в их глазах?

Гермиона молчала. Конечно, он был прав.

Смотрит своими пустыми глазами, но вроде не как на таракана.

— Но вот что любопытно, мисс Грейнджер. Я знаю, вы отлично понимаете, что у меня нет ни одной причины, чтобы гореть желанием участвовать в вашей эскападе. Значит, вы убеждены, что у вас есть что-то, что может меня заинтересовать, и это «что-то», по-видимому, я не способен получить самостоятельно, — он неприятно усмехнулся. — Просветите меня, что же это может быть, учитывая, что я в своем нынешнем положении чист перед законом и силами мистера Поттера даже считаюсь, с позволения сказать, героем?

Снейп с Гарри разговаривали после того вручения ордена. Все-таки воспоминания нужно было вернуть, да и профессор совершенно справедливо заслужил некоторые объяснения по поводу планов Дамблдора, который, если бы чуть больше доверял своим марионеткам, ох, простите, сторонникам, возможно, не подставил бы профессора под змеиные клыки. Но как он все-таки смог выжить?..

— Я узнала, что Рита Скитер собирается писать книгу о вашей жизни, сэр. Предполагаю, что вы знакомы с ее предыдущими биографиями м-м-м… некоторых знаменитых магов.

И как решиться произнести «Дамблдор» в его присутствии?

— Какой замечательный эвфемизм, — он скучающе побарабанил пальцами по столу. — Боюсь вас разочаровать, мне нет дела до побасенок мисс Скитер, она вольна сочинять что угодно, потому что мне в равной степени нет дела и до читателей ее опусов.

Гермиона внутренне напряглась. Конечно, профессор — не тот человек, которого волнует собственная репутация. Но неужели она просчиталась? Нужно унять подступающую панику.

— Я знаю имя человека, с которым она хочет побеседовать о вас в первую очередь.

— И кто же это?

— Мэри МакДональд.

И тут впервые за весь разговор он взглянул на нее серьезно.


* * *

О, она сильно рисковала. Ткнула пальцем в небо, доверилась интуиции. Но ведь правда, если Скитер решила побеседовать о Снейпе с какой-то женщиной даже раньше, чем с Гарри, — это подозрительно. Снейп и женщина? Бр-р-р. Гермиона перерыла весь архив, но нашла о ней очень и очень немного: факультет Гриффиндор, в противостоянии с Волдемортом не замешана, работает в Мунго в отделе отравлений, не замужем, детей нет.

Снейп тем временем поднялся и, уперев руки в стол, навис над Гермионой.

— Что вы знаете, Грейнджер? Это не могло быть в воспоминаниях, что побывали у Поттера. Отвечайте, живо, — шелковый голос профессора всегда сулил что-то нехорошее, а сейчас, когда его хозяин подозрительно сверлил ее взглядом, Гермиона порадовалась, что упомянула в договоре про легилименцию.

Как будто снова на уроке зельеварения. Только она больше не его ученица. Она тоже встала, чтобы не давать ему преимущества.

— Гарри не показывал никому ваши воспоминания, профессор, и он не знает, кто это, я спрашивала.

— Какая поразительная тактичность.

— Все, что я знаю, так это то, что Мэри МакДональд — единственная выпускница Гриффиндора из вашего потока, которая все еще жива. Больше ничего, правда. Я просто подумала…

Снейп опустился обратно на стул и изучающе посмотрел на Гермиону.

— Ах, вы подумали, — протянул Снейп.

— Профессор, я…

— Что у вас есть на Скитер? — резко спросил он.

Оставаться стоять было глупо, и она степенно уселась, расправив складки на мантии.

— Я узнала… кое-что… о ней в конце четвертого курса. И впоследствии просила ее делать для меня некоторые вещи.

— Это называется шантаж, мисс Грейнджер. Давайте называть вещи своими именами, — Снейп почти одобрительно хмыкнул, и оттого ей стало не по себе. — Гриффиндорский шантаж, надо же. Не ожидал.

Пусть смеется сколько хочет, лишь бы согласился.

— Она заслужила это, нечего было писать гадости про меня и моих друзей.

— Какая жажда справедливости. Жаль, что сейчас она вся достается лишь магическим зверушкам, — и тут его глаза слегка расширились: — Так то трогательно обличающее интервью Поттера в год Амбридж, в «Придире» — это ваших рук дело?

Вообще-то она уже хочет домой. И столько дел в Министерстве…

— Да, моих. Профессор Снейп, так вы заинтересованы в моем предложении? Я попрошу Риту об отсутствии контактов с мисс МакДональд, а вы поможете мне.

Снейп с минуту пристально смотрел на нее, и Гермионе стало еще более не по себе.

— Я пришлю вам ответ с совой. А сейчас можете быть свободны.​
>>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Rambler's Top100
Rambler's Top100