Сын Филифьонки    закончен

    Слегка маразматичная реальность; сон Уилсона.
    Сериалы: House M.D.
    Джеймс Уилсон, Эмбер Волакис, Грегори Хаус
    Общий / / || гет || PG
    Размер: мини || Глав: 1
    Прочитано: 103 || Отзывов: 0 || Подписано: 0
    Предупреждения: Смерть второстепенного героя
    Начало: 31.10.20 || Последнее обновление: 31.10.20
    Данные о переводе

Весь фанфик Версия для печати (все главы)


Никогда не было

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Уилсон спал, и ему снился сон. Он точно знал, что это сон, потому что в этом сне он был счастлив.
Достаточно сказать, что в этом сне Эмбер была жива.
И они с ней спорили из-за вопроса, связанного с их ребёнком. Довольно серьёзно спорили, на повышенных тонах, практически ссорились, и ни один из них не хотел уступить, но всё равно он был счастлив.
И это было странно, но всё равно замечательно, так что он был не против.
И пока они так ссорились, их малыш, вполне довольный жизнью, сидел в таком складном детском стульчике с надувным сиденьем — Уилсон не знал, как они называются, хотя и видел десятки детей, блаженствующих в них. Но ребёнку в нем было хорошо, и Уилсон был рад. И Эмбер, несмотря на то, что вид у неё был крайне решительный и даже свирепый, тоже была счастлива — уж Уилсон-то это знал! — так что не было ничего предосудительного в том, что он не мог сказать, как называется этот милый детский предмет.
Зато он точно знал, как зовут младенца: Иисус. Не «Джизус», как обычно произносится имя исторического лица и предполагаемого Сына Божия, а «Хесус» — имя, которое иногда встречалось у его испаноговорящих пациентов. И да, он знал, что обычно имя «Хесус» даётся в честь Иисуса, но их ребёнка так звали не поэтому.
А потому…
Он не мог вспомнить, почему они назвали своего малыша Иисусом (то есть Хесусом!). Можно было спросить у Эмбер, она-то должна это знать, но она уже вошла в раж, и он не мог прервать поток её слов.
Предмет спора состоял, конечно, в том, сколько их малыш пьёт. Да, Уилсон соглашался, что об этом давно пора было поговорить, но волноваться рано. Всё под контролем. И потом, это же просто водка — бога ради! — это же не что-нибудь крепкое!
Эмбер же ничуть не поколебали его разумные и здравомыслящие доводы, и она продолжает стоять на своём, что Хесус должен придерживаться рекомендованной санэпиднадзором нормы — не более двух миллилитров в день.
— Миллилитров? — удивляется Уилсон. — Да что мы, в Канаде?
Хесус на это фыркает, и Уилсон горд — он смог рассмешить своего сына! Они с сыном «дают друг другу пять» — ну, конечно, какое там «дают пять», ребёнку всего три месяца, и он не может по-настоящему дотянуться. Ему три месяца, у него голубые, как у Эмбер, глаза, и кудрявые волосы с рыжеватым отливом, который он унаследовал неизвестно откуда. Ни от Уилсонов, ни от Волакисов.
А просто — откуда-то.
В этом сне Хауса не было в живых. Его, в парадной военной форме, с торжественными рядами наград на груди, засунули в простой сосновый ящик и зарыли в шестифутовой яме. Он был похоронен на заднем дворе дома семьи Уилсонов-Волакисов (Уилсон хотел совсем сменить фамилию после рождения ребенка, но Журнал Клинической Онкологии и Журнал Клинической Практики ни за что бы ему не позволили, слишком сложно вносить изменения в архивы) под кизиловым деревом. Тем самым, что немедленно засохло, когда Хауса похоронили под ним, три месяца назад, за три дня до того, как у Эмбер начались схватки.
Ещё в этом сне были блохи, они всё время кусали Уилсона за лодыжки — он был в шортах, и малыш тоже был в шортах — но это не имело особого значения.
Эмбер набирает воздуха для своего последнего аргумента (она и так выиграла спор, это всем понятно, но это их привычный, излюбленный сценарий, и они будут следовать ему до конца), но тут ребёнок издаёт странный звук, похожий на бульканье.
Обеспокоенные, они бросаются к нему, позабыв о перепалке. Рука Эмбер в руке Уилсона, и он обнимает её другой рукой за плечи, а Хесус смотрит на них своими прекрасными голубыми глазами и произносит своё самое первое слово.
Эмбер вся сияет, и глаза её блестят от счастливых слёз. Уилсон заключает её в объятия, сам невероятно счастливый и гордый, а она подхватывает на руки Хесуса и поднимает его высоко над головой.
Столько любви, столько радостных обещаний, и Уилсона переполняет ликование, потому что даже в своих снах он — мастер отрицания очевидного и не позволяет себе ни секунды думать, что на самом деле вряд ли при каких-либо обстоятельствах первым словом ребёнка может быть:
— Простите…
Проснувшись, Уилсон недоумённо моргает в темноте. Он не пытается вспомнить свой сон или забыть его — он просто переворачивается на другой бок и снова засыпает, и к утру в его памяти не остаётся ничего от этого сна, как будто его никогда не было.
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Top.Mail.Ru