Добавить в избранное Написатьь письмо
Black vagrant       Оценка фанфикаОценка фанфика

    Продолжение истории семьи Блэк и юного Гарри Поттера, по стечению обстоятельств играющих ведущие роли в войне с Лордом Волдемортом и подступающей Тьмой. В фанфике присутствуют вампиры.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гарри Поттер, Сириус Блэк, Ремус Люпин, Амелия Блэк (Эйр), и т.д.
    Общий/ AU/ Драма || гет || PG-13
    Размер: макси || Глав: 21
    Прочитано: 53512 || Отзывов: 104 || Подписано: 140
    Предупреждения: Смерть второстепенного героя, ООС, AU
    Начало: 23.09.09 || Последнее обновление: 07.03.11


Проклятый Дар 2. Темные истоки

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Часть 1. Tara Românească*


Глава 1.

Warning!!!
Фик я решила полностью переписать, начиная с первой главы. Причин для этого несколько: во-первых, когда я начинала вторую часть, четкого сюжета у меня не было, хотя были некоторые наброски относительного оного. Со временем, неудовлетворенная результатами писательства, я забросила продолжение "Проклятого Дара", хотя персонажи этого фика мои самые любимые (с ними разве что моя Хеспер сравниться хД). С течением времени идей, которые я хотела бы воплотить в жизнь именно с этими персами, становилось все больше, и постепенно они приняли относительно четкий вид. Более того, некоторые из них явно стоит оставить для третьей части)
Во-вторых, я не люблю останавливаться на полпути. Если уж я начала эту историю, то я ее и закончу. Хотя, с моим напряженным графиком реальной жизни иногда регулярно писать становится затруднительно.
И в третьих... ну разве можно оставить такую историю незаконченной?)

Беты у фика пока нет, увы. Так что просьба указывать на обнаруженные в тексте ошибки. Так же буду рада рассмотреть кандидатуры желающих стать бетой.

Ссылка на первую часть: http://www.hogwartsnet.ru/fanf/ffshowfic.php?l=0&fid=20189

* в переводе с румынского языка - Валахия

-----------------------------------------------

Особняк семьи Блэк, находившейся на Гриммаулдплэйс, 12, еще чуть более десяти лет назад производил на его редких посетителей гнетущее впечатление. Миссис Блэк после смерти мужа, предательства чистокровных традиций старшего сына, и сомнительных метаний между двух огней младшего, постепенно отдалилась от мира, добровольно похоронив себя в мрачных комнатах зловещего дома. Кто знает, долго ли Вальбурга прожила бы после всех несчастий и позора, которые обрушились на нее. Но, в смутные восьмидесятые годы Сириус, ее старший сын, связал свою жизнь с Амелией Эйр, женщиной неоднозначной даже для волшебного мира. На тот момент Вальбурга медленно варилась в котле собственных принципов, которые оказались непригодны для современного общества, но, что бы отказаться от них, не старой еще, в общем-то, женщине требовалось нечто на самом деле потрясающее. В прямом смысле… Этим «чем-то» и стала Амелия, перевернувшая мировоззрение свекрови с ног на голову, помирившая ее с сыном-предателем, и давшая Вальбурге надежду на возрождение величественного Дома Блэков.
Война, можно так сказать, пощадила эту семью. Миссис Блэк потеряла младшего сына, но после него осталась прелестная девочка, да и Сириус с Амелией, не побоявшись кровавого времени, обзавелись наследниками.
Вскоре Волдеморт пал от собственного заклятия. Можно было бы вздохнуть спокойно и продолжить жить дальше, постепенно отвоевывая потерянные ранее позиции в обществе, но теперь Блэки были не просто еще одной аристократической семьей…

Амелия устало вздохнула и провела ладонью по лбу, оглядывая результаты своих действий. Детская, до этого напоминавшая поле боя, теперь выглядела более-менее прилично, хотя отставшие от стен обои так и не захотели вернуться на место. Всплески магии у ее двойняшек – Альтаира и Астреи – ввергали в ужас почти всю семью. Одна только Вальбурга относилась философски ко всем тем разрушениям, которые следовали за этими стихийными проявлениями у четырехлетних сорванцов.
В этот раз магическая защита комнаты для игр была напрочь снесена расшалившимися детьми. Кажется, между братом и сестрой разгорелась ссора, перешедшая сначала в обычную драку, а потом принявшая и более серьезный оборот. Сейчас оба находились далеко друг от друга, но это не слишком-то успокаивало Амелию, прекрасно осведомленную о достаточно скверных характерах своих детей. Нет, они были милыми и чудесными малышами, но иногда на них, что называется, «накатывало». Вкупе с необычными способностями обоих, это обычно скверно заканчивалось… Вот и сейчас, Амелия наводила порядок в комнате, пытаясь отскрести копоть и непонятную жижу со стен наравне с домовыми эльфами. Бытовая магия не действовала на это и приходилось работать руками. Вальбурга проводила разъяснительную беседу с Астреей, которая и была в этот раз виновницей, а Сириус забрал Альтаира и Гарри на прогулку. Впрочем, Мэл не слишком-то расстраивалась из-за того, что ей досталась самая трудная часть работы – что-то ей подсказывало, что свекровь, в отличие от нее самой, обойдется с девочкой в достаточной мере мягко. У самой Амелии руки чесались, что бы выдрать дочь как сидорову козу.
Повод для очередной ссоры маленьких Блэков был, в общем-то, бредовый. Они подрались из-за того, что не смогли сойтись во мнении, кого им больше надо – сестру или брата. Амелия была на втором месяце беременности, но откуда малолетние сорванцы прознали об этом, могла только смутно догадываться. Еще более поразительным была их осведомленность о том, как и откуда берутся дети… В первый момент, когда все взрослые сбежались к детской, Амелия и Сириус испытали пару неловких минут, выслушивая прочувственную обвинительную речь Альтаира в сторону его сестры. Вальбурга давилась смехом и с превосходством поглядывала на сына и невестку. Недавние уверения Амелии о том, что Астрея не может читать посторонние мысли ввиду юного возраста, рассыпались прахом… Иначе откуда малыши могли почерпнуть столь деликатную информацию? В библиотеке Блэков они с большей вероятностью научились бы чему-нибудь темненькому и опасному, нежели нашли бы книги по семейной этике…
С каждым днем контролировать двух малолетних дарований становилось все труднее. Иногда Амелия искренне ненавидела свой Род, наделивший ее детей столь поразительными способностями. В редкие ночи, когда и она, и Сириус не спали допоздна, они обсуждали способности малышей. И с каждым разом информация была все более тревожащая.
Альтаир чувствовал эмоции окружающих. Рядом с ним было практически невозможно притворяться – любое даже мизерное изменение в эмоциональном фоне человека малыш схватывал с поразительной точностью. Даже Амелия, считавшаяся одним из лучших ныне живущих окклюментов в Англии, не могла полностью закрыться от него. Что уж говорить о Сириусе, Вальбурге или других вхожих в их дом друзей и родственников. Пару раз наивное дитя ставило некоторых из них в щекотливое положение…
Но настоящим, если так можно выразиться, бриллиантом их семьи была Астрея. Девочка унаследовала дар матери. Но, если у Амелии способность читать мысли после снятия Проклятия Рода пошли на спад, то Астрея уже сейчас превосходила мать по силе. И что-то подсказывало Эйр, что со временем способности и сына, и дочери только усилятся… и смогут, возможно, развиться в неожиданную для них сторону.
Размышляя обо всем этом, женщина не заметила Сириуса, который уже несколько минут наблюдал за ней, промывавшей влажной тряпкой подоконник огромного окна в викторианском стиле. Мужчина стоял, небрежно опираясь плечом о косяк двери, и осматривал результаты грандиозной уборки, которую затеяли домовики и Амелия. На его губах застыла едва заметная шкодливая ухмылка. Кажется, ему доставляло удовольствие лицезреть следы погрома, устроенного детьми.
- Мэл, милая, оставь эту, без сомнения, интересную работу для домовиков.
Она вздрогнула и обернулась в сторону двери.
- Так быстрее будет.
- Ты просто оттягиваешь момент, когда придется с ними поговорить.
Амелия раздраженно кинула тряпку в ведро с водой. Сложив руки на груди, женщина внимательным взглядом окинула фигуру мужа.
- Тебя, как я посмотрю, это все просто забавляет! Может, ты тогда сам им расскажешь о предполагаемой сестричке?! Хотя, судя по всему, наши детки и без нашей помощи справились. Только интересно, из чьих голов они почерпнули столь интересные сведения!
- Не заводись, - примирительно вскинул руки Блэк.
Амелия прикрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Снизу доносились голоса Гарри и Альтаира, обосновавшихся в малой гостиной. Кажется, любознательные дети решили штурмом взять шкаф с реликвиями семьи, которые представляли наименьшую ценность, и их можно было хранить не в надежных тайниках, а на виду у посетителей дома. Амелия отстраненно подумала о том, что с таким напоров, как у этих двоих, охранные чары долго не проживут…
- Ну что ты, Мэл? – Сириус подошел к жене и обнял ее.
- Устала, - неохотно ответила она, - да и, знаешь ли, если Астрея и дальше будет так делать… Сириус, будем честными, ее уже даже мои ментальные щиты с трудом сдерживают. А ведь я накладывала защиту и на ее собственное сознание.
- Ну… - Блэк явно не знал, что ответить, - ищи и положительные стороны…
- Это какие же?
- Объяснять, откуда берутся дети, нам уже не понадобится.
Амелия подозрительно посмотрела на мужа, но, увидев на его лице улыбку, не выдержала и сама рассмеялась. Что ж ,это и впрямь было положительной стороной… Единственной среди вороха отрицательных. Улыбка с лица Амелии пропала так же быстро, как и появилась.
- Альтаир будет расстроен. Он-то хотел брата…
Сириус ухмыльнулся и, притянув ее ближе, поцеловал нежно и одновременно требовательно. Прервав поцелуй, он голосом чеширского кота протянул:
- Детка, если Ал хочет, то мы ему и брата обеспечим…
Амелия несильно толкнула мужа в плечо.
- Не вздумай об этом даже подумать в их присутствии! Рожать, вообще-то, мне, а это намного труднее, чем твое непосредственное участие в зачатии ребенка, уж поверь!
Блэк не ответил, но его смех показался Амелии уж слишком радостным…

Тем же вечером все многочисленное семейство собралось в гостиной. Вальбурга читала какую-то волшебную сказку Гарри, Альтаиру и Астрее, которые сидели тесной группкой у ног пожилой женщины. Сириус читал письмо от Люпина. Амелия же бездумно смотрела в огонь, размышляя на излюбленную тему – дети.
Точнее, тем было две – дети и война. Одно неизменно тянуло за собой другое, ведь Амелия даже несмотря на годы затишья, прекрасно знала, что Лорд Волдеморт еще заявит о себе… И прекрасно развитая интуиция – еще одна особенность женщин ее рода – буквально кричала о том, что жить им в мире осталось не то, что бы долго. Иногда Амелия видела такую же тревогу, что снедала и ее, в глазах мужа и друзей. Все они знали, что это далеко не конец. Самым ярким тому доказательством была частица души Волдеморта в теле маленького Гарри Поттера, которого воспитывали Сириус и Амелия.
Обнаружила это Мэл случайно. Даже не обнаружила, скорее, собрав разрозненные факты, пришла к такому выводу. А потом, уже зная, что искать, убедилась в своих догадках. Душа Тома Редлла дремала в Гарри, никак себя не проявляя. И если бы Амелия не была Провидицей Проклятого Рода, то вряд ли смогла бы найти это. Даже с несколько деградировавшими после снятия Проклятия способностями женщина была поразительно сильна.
Так был обнаружен крестраж Волдеморта.
Конечно, знание о том, что часть души Волдеморта находится в Потере, была очень и очень важна, но как уничтожить ее, не повреждая «сосуд» хранения, никто из них до сих пор не придумал. У Альбуса Дамблдора, конечно, были мысли по этому поводу, но Амелия, узнав о его выкладках, в порыве ярости разгромила директорский кабинет… Любившая Гарри как своего женщина ни за что бы на свете не подставила ребенка под Аваду, тем более, никто не мог поручиться за то, что уничтожен будет именно крестраж, а не душа юного Поттера. Это был тупик. И гарантия того, что Лорд Волдеморт наверняка вернется.
Кроме Гарри беспокойство вызывали и ее собственные дети. Точнее, не они сами, а то, какие планы могли возникнуть и у Света, и у Тьмы в отношении юных дарований. Амелия до сих пор помнила ту попытку похищения дочери в ноябре прошлого года, когда они едва не потеряли ее. Безобидная прогулка в маггловком сквере закончилась грандиозной бойней с участием авроров. Конечно, на горе-похитителях не было белых масок и специфических мантий Пожирателей, но кому еще могла понадобиться их девочка?
А уж от мыслей, иногда проскальзывающих в сознании директора Хогвартса, Амелию начинало трясти. Она иногда думала, что старик был фанатиком. А такие не погнушаются вылепить из невинного ребенка любое оружие, лишь бы сокрушить Тьму. И неважно, что обычно Герои умирали в конце своего нелегкого пути…
Сигнал оповещения о посетителях вырвал женщину из ее тревожных мыслей. Вскинув голову, она переглянулась с мужем, и встала с кресла.
- Пойду посмотрю, кто там.
Сириус отложил начатый уже было ответ Ремусу и тоже поднялся на ноги.
- Возможно, стоит лучше мне.
- Сириус, этот дом защищен заклятием Фиделиуса, - Амелия говорила снисходительным тоном, - не будь параноиком. Не думаю, что Вальбурга стала бы разбалтывать об адресе первым встречным.
- Я еще тут, - ворчливо протянула миссис Блэк, - не надо говорить обо мне в третьем лице.
Взгляд Сириуса скользнул по животу жены. Амелия, обычно не лезшая в голову Блэка без насущной необходимости, в этот раз не сдержалась. Как и обычно, в голове Сириуса царила мешанина из чувств, эмоций, отрывочных мыслей, ярких воспоминаний. Строки из письма Люпина, информация о страной магической активности на севере страны, вчерашняя выволочка от Грюма за опоздание на работу, причина этого самого опоздания – сама Амелия, тревога за нее и детей, раздражение на Вальбургу, опять утром заведшую привычную уже шарманку о том, что им надо чаще выходить в свет… Встряхнувшись, Амелия вновь закрыла свой разум, и мягко улыбнулась Сириусу.
- Прекрати, Бродяга. Это наверняка Цисси или Роуз.
- Или парочка придурков, которым покоя не дает Гарри, - пробормотал Блэк. Еще одной проблемой этой семьи были репортеры, даже спустя четыре года после смерти Волдеморта, не желавшие оставить маленького Героя в покое. Легкиму на расправу Сириусу нередко потом приходилось расхлебывать последствия своих вспышек раздражения, которые для журналюг обычно заканчивались в Святом Мунго.
Амелия пожала плечами.
- Уж их-то я сумею вывести. Без кардинальных мер воздействия, - с нажимом добавила женщина. Сигнал раздался еще раз. Амелия пошла к выходу из комнаты, - допиши письмо Ремусу, наконец, а то на тебя бездействие плохо влияет.
Вальбурга едва слышно хмыкнула и вновь вернулась к книжке со сказками – дети уже начинали терять терпение, взрослые разговоры их мало волновали. Сириус усмехнулся и сел обратно за стол. Его жена была права – иногда ему стоило проще относиться к этому миру. Вряд ли кто-то рискнет нападать на дом, где живут один из лучших авроров Министерства, могущественный ментальный маг и сильная, несмотря на возраст, темная ведьма.
Амелия спустилась в холл, подошла к входной двери и активировала заклинание, делавшее эту дверь полностью прозрачной с одной стороны. На пороге стояла Альбус Дамблдор и… Северус Снейп. Мэл изумленно вскинула брови, на всякий случай скользнув ментальным щупом по сознаниям обоих поздних посетителей. Ни показное добродушие Альбуса, ни мрачное ожидание зельевара не оставляли сомнений, что они самые что ни есть настоящие. Углубляться в чужие мысли женщина не стала.
Открыв дверь, Амелия нацепила на лицо приветливую улыбку, которая, впрочем, ни одного из них не обманула – директор был нежеланным гостем в этом доме, а со Снейпом они общались только в крайних случаях, да и то, по делам пока что официально распущенного Ордена Феникса. Амелии не нравилось глухое раздражение, появляющееся в мыслях Северуса каждый раз, когда он видел Гарри. Его любовь к Лили Эванс явно не способствовала положительным чувствам в отношении ее сына. Да и Сириус негативно относился к бывшему оппоненту в школьных ссорах…
- Добрый вечер, Амелия.
- Альбус, Северус? Что-то случилось?
- Ты так и будешь держать нас на пороге, дорогая?
Передернув плечами, Амелия посторонилась, пропуская обоих в дом, и закрыла дверь. От нее не укрылся изучающий взгляд директора, словно он пытался что-то вычислить. Сознание мага было надежно закрыто, хотя она пока что и не пыталась в него залезть. Ментальные атаки в нынешнем ее положении здорово выматывали Амелию.
- Проходите в гостиную, - чуть раздраженно предложила Мэл, уже предвидя сомнительное удовольствие слушать взаимные пикировки Сириуса и Северуса, - там сейчас как раз все собрались.
Как и следовало ожидать, поздний визит Блэкам пришелся не по душе. Вальбурга, не сдержавшись, окинула Дамблдора неприязненным взглядом.
- Старый проходимец, - буркнула женщина, захлопывая книжку со сказками.
- И тебе добрый вечер, Вальбурга.
- Идемте, дети, думаю, немного пудинга компенсирует вам недочитанную сказку.
Дождавшись, пока миссис Блэк с детьми выйдут, остальные разместились возле камина. Снейп остался стоять, отвернувшись к окну. Тревожное молчании порядком нервировало чету Блэк. Наконец, Сириус не выдержал первым.
- Не думаю, что вы оба явились к нам со скуки, - неприязненный взгляд мужчины скользнул по Снейпу.
- Чуть больше уважения, псина, - сквозь зубы процедил зельевар. Амелия сжала ладонь мужа.
- Спокойно. Так мы слушаем, Альбус.
- Я бы попросил минуту собраться с мыслями, но… В конце концов, новость, которую я сейчас скажу, невозможно преподнести в чуть более мягком свете. Сибилла Трелони сегодня в полдень произнесла еще одно пророчество.
Повисшее было молчание было прервано насмешливым фырканьем Амелии.
- Ты знаешь, как я отношусь к ее пророчествам…
- Тем не менее, вам стоит его прослушать. Амелия, Сириус… с большой вероятностью могу утверждать, что относится оно к вашим детям.
- Прости?
Вместо ответа директор достал из кармана прозрачный стеклянный шарик и протянул его Амелии.
- Пока что пророчество еще можете услышать вы. Вскоре мне придется отдать его в Отдел Тайн.
Амелия и Сириус переглянулись, потом женщина медленно протянула руку и взяла шарик. Супруги склонились над его прозрачной поверхностью.
«Тьма покроет земли и сердца. Проклятый Род возродиться в своем могуществе, но скинет покров с последней Великой Тайны, но будет плата за это горька… Они – опора и помощь… боль и разрушение. Они вернут в этот мир величие»


Глава 2


Амелия оторвалась от созерцания туманной фигурки предсказательницы и посмотрела на Дамблдора.
- Не понимаю, почему ты связываешь этот бред с нашими детьми.
Шарик перекочевал в руки к Сириусу, и пока он повторно прослушивал пророчество, Амелия внимательно вглядывалась в лицо директора, расцвеченное всполохами каминного огня. Глаза Альбуса были непроницаемы – верный признак того, что он держит сильнейший ментальный блок. Впрочем, ни для кого из находящихся здесь не было секретом, что при должном усилии ни один блок не смог бы скрыть мысли от Амелии. Раньше, во всяком случае… Во время беременности ее способности падали в геометрической прогрессии. Пока что она могла бы покопаться в его мыслях, но далось бы это Мэл с большим трудом. Директор едва заметно улыбнулся.
- Проклятый Род, Амелия. Вполне конкретное указание.
- Я принадлежу роду мужа, раз уж на то пошло, - резко ответила она, - мы заключали магический брак. Давно ли ты перечитывал Хартию Чистокровных Родов, Альбус?! Мои дети – Блэки, и все влияние моего рода на них сводится к минимуму.
- А по ним и не скажешь, миссис Блэк, - подал голос от окна Снейп, - поразительные способности для столь юного возраста.
Амелия скользнула по зельевару неприязненным взглядом и вновь обратила все свое внимание на директора.
- Северус прав. Уже сейчас они по силе почти догнали тебя, причем, оба.
- Врожденное умение читать мысли и чувствовать эмоции еще не показатель того, что они несут угрозу, - резче, чем собирался, ответил Сириус, - в конце концов, никто еще не отменял генетическое наследование…
- Сириус, твоя жена умеет считывать эмоциональный фон?
Сириус и Амелия переглянулись. Чтение мыслей подразумевало и умение чувствовать эмоции, но это у Амелии было скорее побочным умением от ее основного – трудно не чувствовать эмоции при копании в чужих мозгах. Альтаир же при полном отсутствии способностей к легилименции обладал именно этим умением.
- Нет, но…
- Альбус, скажи мне, что тебя смущает в этом пророчестве? – перебила мужа Амелия, - я что-то уловить ход твоих рассуждений не могу. Здесь же не говорится, что они несут некую угрозу…
Амелия умолкла, не договорив свою мысль до конца. Нахмурившись, она внимательно вгляделась в лицо директора. Что-то подсказывало ей, что его насторожили прежде всего последние слова пророчества. Ни для кого не было секретом, что Альбус Дамблдор к чистокровной аристократии относился довольно прохладно, тогда как маглорожденные пользовались у него определенной любовью. По мнению Амелии это не было чем-то плохим – в волшебном мире все имели право на относительно равные права, хотя, влияние магловского мира и несло некоторые отрицательные стороны. К соблюдению традиций воспитанная в аристократической среде женщина относилась достаточно трепетно. Величие… Альбус мог воспринять слова о возращении в магический мир величия вполне определенно – возвышение чистокровной аристократии. Но ведь это не вело за собой угнетение маглорожденных! Амелия нахмурилась, просчитывая возможные варианты.
Рядом заерзал Сириус. Ему в голову пришли примерно такие же мысли.
- Все равно, я не понимаю.
- Не в обиду будет сказано, Амелия, но ваша с Сириусом наследственность… Я имею в виду политические взгляды ваших семей… Так вот, это увеличивает шансы юных Блэков выбрать неправильную сторону. Я уж не говорю о Гарри. Оставить его в магическом мире было большой ошибкой.
На это почти обвинение выдержки Амелии не хватило. Вскочив с дивана, она злобно уставилась на директора, едва сдерживаясь, что бы не применить к нему какое-нибудь проклятие посильнее. В этот момент взглянувшему в ее сторону Снейпу она показалась разъяренной фурией… или прекрасной валькирией, готовой собрать свою кровавую плату. Ткнув пальцем в директора, женщина тихо и зло процедила.
- Знаешь что, Альбус, твои далеко идущие планы на Гарри меня мало волнуют. Как и твои обвинения, впрочем. Джеймс и Лили считали нас с Сириусом достойными воспитать их ребенка, и, если уж на то пошло, не мы оказались предателями. Где была твоя хваленая интуиция, когда ты строил интриги против меня? То, что наши семьи не с тем окрасом, который тебя устраивал, еще не признак того, что Гарри будет новым Темным Лордом. Ты ведь об этом думаешь, старик?
В гостиной повисла напряженная тишина. Столь резких слов в отношении Альбуса Амелия себе не позволяла уже очень давно. Почувствовав руку Сириуса, сжавшую ее ладонь, Мэл почувствовала облегчение. Во всяком случае, поддержка у нее была…
- Что ты хочешь. Дамблдор? Только конкретнее, пожалуйста. У меня нет желания разводить с тобой полемику на идиотские темы.
- Гарри должен отправиться к своим магловским родственникам.
- Отлично. Тогда уж отправь всю нашу семью в Азкабан. Мы же рассадник, прямо-таки, юных Темных Лордов, - сарказм в голосе Амелии не скрыл от всех присутствующих и обиду, которую она испытывала.
- Я не говорил…
- Подразумевал. Этого вполне достаточно. я знаю, что ты никогда не питал ко мне доверия. Про Вальбургу и Сириуса я вообще молчу, но, Альбус, неужели ты даже сейчас считаешь, что ни твоя дочь, ни внук, не смогли бы увидеть в нас гнильцу, если бы она была? Знаешь, отсюда следует только один вывод, черт возьми. Что за личные мотивы тобой движут?
На лице Дамблдора не дрогнул ни один мускул, но Амелия седьмым чувством поняла, что попала в точку. Опять она мучительно пожалела, что не знает слишком многих семейных тайн.
- Разговор окончен, Альбус. Если тебе неймется, попробуй еще раз оспорить завещание Поттеров. Но Гарри в любом случае останется с нами. В конце концов, я его тетя по крови.
Северус, все еще разглядывавший пейзаж за окном, едва слышно хмыкнул. Директор медленно поднялся из кресла.
- Ты делаешь большую ошибку, Амелия, пытаясь играть по своим правилам.
- Я не играю. Чужими жизнями, во всяком случае, уж точно.
Намек в ее словах не уловил бы разве что клинический идиот.
Выпроводив гостей, Амелия вернулась в гостиную и без сил буквально упала в объятия мужа. Сириус обнял ее и зарылся лицом в густые волосы женщины.
- Мне кажется, тебе не стоило столь резко реагировать на его слова, Мэл, - голос мужчины звучал глухо, - официально враждовать с Дамблдором опасно.
- Ты прекрасно знаешь, что в его присутствии у меня просто тормоза сносит.
- Он влиятельный волшебник, родная, - Блэк отстранился и посмотрел в лицо жены, - это сулит много проблем.
- Гарри… не понимаю, как он может строить интриги по отношению к собственному правнуку?
Блэк пожал плечами, не зная, что следует ответить на ее слова. Оба прекрасно знали, что больше всего на свете Альбус Дамблдор желал победы света. Его фанатичные стремления вполне могли поступиться благополучием маленького мальчика. Но почему-то весь магический мир упорно упускал из виду то, что Гарри выполнил условия пророчества, однажды уже уничтожив противника. Ему совсем не обязательно было это делать еще раз…
- В Англии нам покоя не будет, - прошептала Амелия.
- Уехать?
- Как можно быстрее.
Уединение супругов было прервано Вальбургой. Зайдя в гостиную, она подошла к креслу напротив дивана, где полусидели-полулежали Амелия и Сириус, и грузно опустилась в него. Не было сомнений, что старая миссис Блэк слышала их разговор прекрасно. У нее были свои способы знать, что происходит во всех закоулках родового поместья Блэков.
- Что ж, я всегда считала, что Дамблдор потрясающе фанатичен. Так он еще и двуличен при этом. Поразительно, каких людей собирает вокруг себя Свет.
- Вальбурга, - чуть раздражено откликнулась Амелия, - Свет тут ни при чем. У директора свои мотивы вставлять нам палки в колеса.
- Грязное бельишка вашего милого семейства? – женщина одарила невестку пронзительным взглядом, - я, конечно, понимаю, что ты решила не лезть в семейные дрязги, но Амелия, право слово, стоило бы хотя бы выяснить, из-за чего старый пройдоха так сильно тебя не любит, что готов пожертвовать даже благополучием своего правнука.
- Откуда? У нас, знаешь ли, семейные хроники не велись.
- Зря, - лаконично ответила миссис Блэк, - сколько бы проблем исчезло…
- Мама, - устало прервал ее Сириус, - Мэл еле разобралась с собственным Проклятием. Мы, в конце концов, после всего пережитого имеем право пожить спокойно.
- Дорогой мой сын, фамилия Блэк и эпитет «спокойно» несовместимы. Особенно, когда под нашим крылышком еще и Избранный обретается. Кстати, это пророчество, о котором вы разговаривали, доверия мне не внушает. Проклятый Род возродиться… - процитировала Вальбурга, - если у тебя, Амелия, не завалялись пара-тройка неизвестных родственничков с фамилией Эйр и правами наследования, то это возможно только в одном случае. Если своего сына вы посвятите в род Эйр. Но Альтаир у вас один, и он первенец, значит, не иначе, как Блэк. Ты беременна девочкой…
- Мне не нравится ход твоих мыслей, - пробормотала Амелия.
- Дай закончить. Если ты хочешь следовать пророчеству, то вам стоит подумать об этом, ребятки… О еще одном сыне.
Амелия страдальчески застонала и спрятала лицо на груди у мужа, что бы не видеть насмешливую улыбку свекрови. Правда, сделав это, она не увидела и довольную ухмылку Сириуса, который, переглянувшись с матерью, заговорщицки подмигнул ей. Вальбурга хмыкнула.
Примирение матери и сына было довольно долгим и болезненным – слишком разные взгляды на жизнь, застарелые обиды, взаимное неприятие стиля поведения друг друга… Но в одном они сходились абсолютно – Вальбурга считала, что у чистокровной семьи должно быть не менее трех отпрысков, Сириус же просто хотел большую и дружную семью. Чем старше становились двойняшки, тем чаще он стал задумываться о том, что им стоит завести еще одного малыша. Амелия, в общем-то, была не против, хотя седьмое чувство подсказывало ей, что и в этом случае без сюрпризов не обойдется. Если старшие дети оказались наделены столь неординарными талантами, то и младших это наверняка не могло обойти стороной…
- Я не хочу об этом говорить! – проворчала Амелия, - Проклятый Род, Проклятый Род… надоели! Почему бы не забыть о Эйрах раз и навсегда?
- Потому что ты Эйр.
- Я Блэк, черт возьми! – воскликнула женщина, - я жена Блэка и дети мои будут Блэками. Отстаньте от меня, - с какой-то детской обидой в голосе протянула Амелия. Сириус не выдержал и рассмеялся.
- Ладно, милая, сбавь обороты. Никто не заставляет тебя следовать словам чокнутой бабы, которая даже преподавать толком не умеет. Мама просто высказала свое мнение на этот счет.
Амелия возмущено фыркнула, когда Вальбурга разразилась тихим смехом.
- Я иду спать!
- Детей я уже уложила, - крикнула Вальбурга, когда Сириус и Амелия уже выходили из комнаты. Но стоило им выйти, как улыбка исчезла с лица миссис Блэк, уступив место гнетущей тревоге. Позицию Амелии относительно пророчеств Трелони Вальбурга понимала, но не разделяла. Эйр всю жизнь провела, если можно так сказать, в среде этих пророчеств, предвидя будущее каждый день. Хотя она и потеряла эту способность со снятием Проклятия, но предвзятое отношение ее никуда не делось. Вальбурга же была более осторожна… И куда более дальновидна.
Да и слова о величии не давали старой женщине покоя. Перспектива стать участником могущественного действа, пусть она и не знала, в чем нон будет заключаться, очень грела тщеславную душу миссис Блэк…

Утро следующего дня началось не в пример приятнее предыдущего. У Сириуса с утра было игривое настроение, да и на работу ему было только к трем часам, так что на завтрак они спустились позже, чем обычно. Дети играли во дворе, третируя несчастного щенка ротвейлера Бо – подарок Ремуса на пятый день рождения Шанталь, дочери Регулуса и Роуз Джонс, который временно обретался у Блэков, пока хозяева были в отпуске. Вальбурга сидела в столовой с чашечкой кофе и читала утреннюю прессу, уделяя особое внимание финансовым обозревателям как магловского, так и магического мира.
В такой обстановке вчерашний визит и тяжелый разговор казались просто ночным кошмаром, приветом из прошлого, которое никак не хотело отпустить молодых людей. Поедая свой завтрак, Амелия думала о том, что всего через три месяца четвертая годовщина смерти Лили и Джеймса, а боль где-то в области сердца была все такой же острой. Они так слепо верили в идеалы Света… а тот не погнушался отправить их на заклание ради возвышенных целей. Не будь Сириуса и Амелии, отчаянно боровшихся за то, что бы Гарри остался с ними, и юного героя в конце концов ждала бы такая же участь. Амелия не питала излишних иллюзий относительно того, что сумеет провести ребенка через войну и кровь без каких-либо серьезных последствий, но оградить его от навязанных идеалов она была вполне в состоянии.
Женщина отнюдь не считала, что для достижения цели все средства хороши. Тот, кто ставил на кон чужие жизни, уже не мог считаться Светом. Дамблдор был фанатиком, опасным и хитрым, но прямо выступить против них он бы не решился еще очень долго – семья Блэк была не последними людьми в волшебном мире. Подмочить себе репутацию Альбус бы не осмелился…
- Так что вы решили с переездом? – Вальбурга глянула на сына и невестку поверх газеты. Вопрос был задан таким тоном, словно это уже было решенное дело, и оставалось уладить лишь пару-тройку неурядиц. Амелия и Сириус озадачено переглянулись.
- Ммм… надо бы все обсудить…
- Список поместий Блэков по всему миру предоставить? – в голосе Вальбурги появились ядовитые нотки, - или вы еще полгода будете обсуждать, куда же лучше перебраться.
- Мама!
-Предлагаю этот дом, - как ни в чем не бывало продолжила Вальбурга, - прекрасный особняк в надежно укрытом древними чарами месте. Три этажа, просторные комнаты, таинственный лес вокруг… что еще нужно ребятне?
- Тебе бы в турагенстве работать, - буркнула себе под нос Амелия, разглядывая протянутую Вальбургой фотографию. На ней был изображен красивый величественный особняк из темно-серого камня с обвитым плющом фасадом. Вдалеке виднелись вздымающиеся ввысь горы, чуть ближе – небольшое поле, а перед парадными дверьми выбрасывал струи воды вверх фонтан, изображающий Нептуна верхом на трех дельфинах. Усмехнувшись, Амелия передала фото мужу, и взглянула на свекровь.
- Румынское поместье? Это такая глушь…
- Эта глушь как раз то, что нам надо. При всем желании Дамблдор не сможет нас там достать, так же, как и многочисленные недоброжелатели. Хотя я считаю, что нет смысла просто исчезать. Достаточно будет сообщить о своем решении уехать из страны тем, кому мы желаем нужным… и жать некоторым из них доступ. К тому же, особняк недалеко от Бухареста, а Валахия всегда славилась обилием интересных волшебных мест…
- Идея не плоха, но… - Сириус помедлил, но все же продолжил, - мы же все равно вернемся.
- Никто не говорит о том, что бы жить там вечно. Да и провесить постоянный портал – дело пары дней, Сириус. Ты даже сможешь продолжить работу в Аврорате Англии, если это для тебя что-то значит.
- Твое мнение? – Сириус взглянул на жену, задумчиво рассматривавшую потолок столовой. Та пожала плечами.
- Раз мы собрались переезжать, то почему нет? Этот вариант не лучше, не хуже всех остальных.
- Тогда я отправлю туда эльфов сегодня же.
Сириус усмехнулся. Его мать трудно было обвинить в том, что она слишком долго думала… Встав из-за стола, мужчина обратился к обоим женщинам:
- Пойду напишу Рему, Роуз и Цисси.
Амелия возмущенно посмотрела на домочадцев.
- И что, мне разговаривать с детьми?! Почему самая тяжелая работа всегда сваливается на меня?
Сириус вышел из столовой, давясь смехом.


-----------------------------------------------------------

Указывайте на ошибки, пожалуйста! И очень хотелось бы услышать отзывы)

Глава 3


Глава 3.

Пять лет спустя

В свой десятый День Рождения Гарри Поттер вскочил ни свет, ни заря. Вчера они до позднего вечера спорили с Драко о том, что же его ждет в этот день, но так и не пришли к одинаковым выводам. Правда то, что в особняк Блэков, затерянный среди густых буковых лесов Южных Карпат, пожаловали и Малфои, и Ремус, и Роуз с Шанталь, уже говорило о том, что готовится нечто грандиозное. Но, как и всегда, впрочем, взрослые постарались на славу, и эту тайну двум неугомонным мальчишкам раскрыть не удалось.
Выглянув в окно, Гарри с удивлением заметил на широкой террасе, спускавшейся почти к самым конюшням, Бетельгейзе. Пятилетняя девочка сидела, свесив ноги через решетчатые перила, и внимательно смотрела вниз. Поттер пожал плечами и отошел от окна, решив, что раз все равно еще слишком рано, то можно спуститься и к Бетти. Малфой наверняка проспит до полудня, как, впрочем, и Шанталь с двойняшками.
Одевшись и умывшись, Гарри выбежал из комнаты и, перепрыгивая через три ступеньки, быстро достиг холла. Здесь, впрочем, ему пришлось немного притормозить – из столовой доносился голос Вальбурги, которая не слишком-то приветствовала скачки на лестницах, вполне обосновано считая, что это ни к чему хорошему не приведет. Быстро заглянув в проем двери, ведущей в столовую, мальчик разочаровано вздохнул – никаких признаков подготовки к празднику там не наблюдалось, зато порядком раздраженная миссис Блэк за что-то отчитывала одного из домовиков, который стыдливо прижал уши к голове, и покорно выслушивал гневную речь. Гарри немного удивился – обычно Вальбурга относилась к этим забавным созданиям довольно снисходительно.
Ругала его старая женщина на французском, причем в таком быстром темпе, что Гарри от силы понимал лишь треть слов. Но и то, что понимал, не внесло никакой ясности. Послушав еще немного, мальчик пожал плечами и тихонько выскользнул из дома. Ему нестерпимо хотелось узнать, что же такое рассматривала Бетельгейзе.
Младшая сестра Альтаира и Астреи была, пожалуй, самым необычным человеком, которого встречал в своей жизни юный Поттер. Умение читать мысли Реи не шло ни в какое сравнение с тем, что делала Морвен, как ее называли взрослые, не слишком-то любившие первое имя девочки, данное ей Вальбургой. Точнее, для Гарри способности Астреи были чем-то повседневным, ведь точно так же умела делать и Амелия, его тетя и мать девочки. А вот попробуй-ка ты общаться с любыми животными, которых только видишь! Бетти умела. Гарри тоже умел, но понимал только змей, что было вдвойне обидно, ведь эти создания нравились ему меньше, чем, скажем, собаки или кошки…
Подойдя к малышке, Поттер сел рядом с ней и заглянул за ограждение, пытаясь увидеть то, что привлекло ее внимание. Бетельгейзе лишь на секунду отвлеклась, подняв на Гарри серые глаза, и тут же вернулась к своему занятию.
- Привет, Гарри. С Днем Рождения.
- Доброе утро, Бет. Спасибо. Что ты там рассматриваешь?
- Жука, - отстранено ответила девочка, - он говорит, что я большая. А я ведь не большая, но он не верит мне.
Поттер пожал плечами и взглянул вниз. Никакого жука он не видел.
- Ну, для него ты большая. Я же тоже для тебя большой, а бабушка Вальбурга говорит, что маленький.
- Нет, папа больше, - авторитетно заявила Бетельгейзе.
Поттер пожал плечами и посмотрел вдаль, на кромку густого букового леса, который начинался сразу за защитным куполом поместья. Чуть ближе, у внутренней границы паслись лошади, которых для собственного удовольствия разводила Амелия. День обещал быть просто чудесным – на небе не было ни единого облачка, а в кронах деревьев шумел легкий ветер. В такой день вся малышня, обитающая в поместье, обычно резвилась или где-нибудь в большом поле рядом с домом, или в речке, протекавшей неподалеку. Но сегодня был День Рождения Гарри, и что-то подсказывало юному магу, что этот денек будет особенным. Дождаться бы, когда Драко проснется…
Морвен дернула его за рукав, привлекая внимание.
- Гарри, там, - девочка указала рукой в сторону густого леса, - кто-то смотрит на нас.
- С чего ты взяла?
Бетти нахмурилась, а потом и сосредоточенно засопела. Мальчик с каким-то внутренним содроганием смотрел, как ее светлые глаза постепенно заволакивает темная пленка. Так бывало и с Астреей, и с Альтаиром, и даже с тетей Амелией. Как когда-то рассказала она, так можно было узнать, когда их особые способности «работали на полную мощность». Зрелище было жутким, хотя и забавным. Видеть малышку Бет с абсолютно черными глазами без признаков белков было странно.
- Он думает, что я очень хорошо выгляжу. Что я… подойду ему? – Морвен удивленно оглянулась на Гарри, - еще, что в лесу очень скучно, но что-то его не пускает к нам, а он бы очень хотел подойти.
- Кто он? – Гарри не испытывал страха, хотя всплывшие в его памяти слова старика Грюма, друга Сириуса, о «постоянной бдительности» заставили мальчика насторожиться.
- Он большой и темного цвета, и у него очень длинные усы.
- Собака?
- Неа, - глаза Бетти постепенно посветлели, и теперь девочка вглядывалась в кромку леса еще внимательнее, - он ушел. Решил, что мы не хотим его видеть. Гарри, а я хочу! Очень хочу!
- Может, он хочет тебя съесть? – неуверенно спросил Поттер.
- Нет, он добрый, - убежденно ответила Бетельгейзе, - Гарри, давай пойдем туда?
Мальчик неуверенно посмотрел в сторону леса. Взрослые не раз говорили, что за территорию поместья выходить нельзя ни в коем случае, иначе может случиться беда. Они могли свободно перемешаться между английским домом и этим, но в лес их никогда не пускали… Но, несмотря на опасения, Гарри почувствовал необычайное воодушевление.
- Знаешь, Бет, давай дождемся, пока проснутся Драко, Шани, Рея и Ал. Они обидятся, если мы их с собой не возьмем. И сегодня же мое День Рождения! Нас, наверное, поведут есть мороженое и будут мне дарить подарки!
Девочка после слов о мороженом довольно улыбнулась.
- Давай! А мне тоже дадут мороженое?

Ждать, пока проснутся остальные, им пришлось недолго. Первыми на террасу вышли Шанталь и Драко, которого девочка, скорее, тащила на буксире – блондин отчаянно зевал и выглядел крайне мрачным. Гарри хихикнул, догадавшись, что юная Блэк просто бесцеремонно вытащила парня из постели.
- Не, Шани, я на тебе точно не женюсь, - проворчал Малфой, плюхаясь на террасу рядом с Поттером, - ты мне спать не дашь.
- Очень надо, - фыркнула девочка, устраиваясь с другой стороны, рядом с Морвен, - Гарри, с Днем Рождения!
Девочка вытащила из кармана своего летнего сарафана продолговатую коробку в яркой праздничной упаковке и, смущено взглянув на друга, протянула ее вперед.
- Я купила это сама, на сэкономленные карманные деньги в Косом Переулке. Надеюсь, тебе понравится.
Гарри принял подарок с благодарной улыбкой и быстро содрал упаковочную бумагу. Внутри оказалась красивая, украшенная резной вязью, авторучка с золотым перышком. Мальчик восхищено присвистнул.
- Шани, я боюсь спросить, сколько тебе дают карманных денег! Эта штука целое состояние стоит.
- Вообще-то, я копила целый год. Она вечная, Гарри, никогда не закончится!
Малфой заглянул через плечо черноволосого мальчика.
- У отца есть такая. Ну знаешь, Шани, ты, наверное, миллионерша, раз смогла накопить на это всего лишь за год!
- Эээ… ну, вообще-то, я еще и работала, - на щеках девочки появился румянец, - лимонад продавала. И бабушка Вальбурга добавила…
Мальчишки переглянулись и прыснули от смеха. Пожалуй, слова Шанталь можно было расценивать примерно так – треть денег она скопила сама, а вот остальное заплатила миссис Блэк. Шанталь исподлобья уставилась на мальчишек, сжав ладони в кулаки. Намечающийся было скандал, впрочем, был прерван появлением двойняшек.
Брат и сестра вместе смотрелись… колоритно. Альтаир был точной копией своего отца, даже мимика и привычки жестикулировать у них были похожими. Сероглазый и уже сейчас привлекающий внимание мальчик был еще и веселым, беззаботным и любящим пошалить. Не редко после очередной проказы Вальбурга начинала ворчать, что мало ей было Сириуса, так еще одно наказание свалилось на ее голову… Астрея же была похожа на свою бабку Эйлин – зеленоглазая и светловолосая, с изящными руками и красивым лицом, на котором, увы, чаще можно было заметить выражение глубокой задумчивости или печали. Девочка была очень тихой и не по возрасту серьезной, что иногда беспокоило ее родителей. К сожалению, и объяснение такому поведению ребенка было – к восьми годам для Реи уже не был препятствием ни один даже самый сильнейший ментальный блок, но чтение чужих мыслей сыграло с ней злую шутку – она морально взрослела намного быстрее своих друзей и брата с сестрой. Впрочем, кое-что было неизменно. Их ссоры с Альтаиром сошли на нет годам к пяти, и теперь двойняшки всегда держались вместе, доверяя друг другу даже самые заветные тайны.
Альтаир тащил Астрею за руку, та явно опять была погружена в глубины чьего-то или, в виде исключения, своего сознания. Мальчик иногда морщился, иногда весело хмыкал, что говорило еще и о том, что с сестрой он общался ментально.
- Доброе утро! – радостно завопил юный Блэк, - Гарри, с Днем Рождения тебя!
Легкий теплый толчок в сознание и в голове Поттера раздался тихий голос, вроде и безэмоциональный, но тем не менее, мальчик решил, что Астрея говорит радостно.
«С Днем Рождения. Я очень рада за тебя!»
- Спасибо. И, Рея, говори вслух, пожалуйста.
Девочка пожала плечами, но потом ее взгляд остановился на личике младшей сестры. Несколько минут девочки глядели друг на друга в упор, потом Астрея возмущено воскликнула:
- Это опасно!
Все кроме Гарри, с любопытством уставились на них.
- О чем ты? – первым полюбопытствовал Альтаир.
- Они, - Рея ткнула пальцем в сестру и Поттера, - собрались в лес за границу защитного поля. Морви, откуда тебе известно, что это существо, на которое ты собралась поглядеть, безопасно?
- Я говорила с ним.
Гарри ухмыльнулся, упорно делая вид, что пишет новой ручкой на перилах свой автограф.
- Это будет весело, Рей. Не становись похожа на тетю Роуз, тебе это не идет.
Возмущенный возглас Шанталь заставил его замолчать.
Малфой подсел ближе к Гарри и оба мальчишки зашушукались, то и дело хитро поглядывая в сторону леса. Астрея тревожно посмотрела на них, потом обернулась к Шанталь.
- Ну хоть ты скажи!
- О чем? – меланхолично переспросила девочка, откидывая за спину густые и длинные волосы цвета темного шоколада. Астрея раздражено фыркнула и отошла к перилам, явно собираясь обидеться на весь свет. Альтаир смотрел на сестру задумчивым взглядом, потом повернулся к Гарри и Драко.
- Родители нас прибьют, если узнают, что мы решили сделать. И вообще, как вы собираетесь скрыть свою задумку от мамы?
Мальчишки тревожно переглянулись. Малфой задумчиво почесал в затылке.
- Не думать?
Красноречивое фырканье Астреи лучше любых слов говорило о глупости затеи. Поттер смотрел себе под ноги, о чем-то усердно размышляя, потом неожиданно вскинул голову и радостно воскликнул:
- Знаю! Рейка закроет наши мысли так, что бы тетя Мэл не узнала ничего.
- С чего ты взял, что я буду это делать?
- Астрея, не будь ты такой правильной! Да мы тут пять лет прожили и ничего, ни разу ничего страшного в этом лесу не было. Мы посмотрим, что за зверь хотел познакомиться с Морви, и вернемся обратно. Это будет недолго. Мы же не будем уходить далеко.
- Пожаааалууууйстаааа, - плаксивым тоном протянула молчавшая до этого Бетельгейзе и заглянула в глаза сестре преданным взглядом, - только одним глазком!
Облизнув губы, девочка с сомнением посмотрела на друзей, которые глядели на нее с такой откровенной надеждой, что становилось даже как-то неловко отказывать в такой просьбе. Вздохнув, Астрея неохотно кивнула головой, подтверждая свое согласие, и инстинктивно обернулась в сторону дома, почувствовав, как проснулись родители.
Поттер запрыгал на месте и заключил Рею в объятия, наградив поцелуем в щеку.
- Спасибо, Рейка!
Шанталь и Морви захихикали, увидев, как покраснела сестра.
Астрея одарила обеих красноречивым взглядом и в сознаниях девочек мелькнула довольно яркая картинка грозящего им из пустоты кулака. Высвободившись из объятия Гарри, она подошла к брату.
- И все равно, это плохая идея.
- Ну и что? Зато будет весело, - Альтаир был любителем авантюр, и идея отправиться в лес на поиски неизвестно чего казалась ему крайне занимательной. Поняв, что поддержки все равно ждать неоткуда, девочка сложила руки на груди и хмуро посмотрела на компанию детей, собравшихся на террасе. Потом прикрыла глаза, сосредотачиваясь на их сознаниях, и накрыла всех разом ментальным щитом, постаравшись сделать его как можно менее заметным. Обычно Амелия не стремилась читать мысли детей, но меры предосторожности все равно бы не помешали.
- Готово, - со вздохом прокомментировала свои действия девочка, - только давайте все хорошо обдумаем, прежде чем соваться туда.
- Не знал, что ты такая трусиха, - насмешливо протянул Драко, - боишься страшного леса?
- Слушай, Малфой, если тебе влетит ремнем по… попе, - запнувшись, ответила Астрея, - то, будь добр, не ной так громко, как в прошлый раз.
На бледных щеках блондина вспыхнул яркий румянец.
- Только попробуй нас сдать… - угрожающе начал он, но был прерван Поттером, который примирительно вскинул руки, пресекая очередную ссору.
- Да ладно вам. Рея не подведет, правда, Рей?
Девочка молча кивнула.
- Отлично. Тогда отправимся туда вечером, когда взрослые не обратят внимания на то, что мы решили вдруг все вместе пропасть. Можно будет сказать, что мы решили пойти поиграть на конюшни!
Альтаир согласно кивнул, но потом неуверенно возразил.
- Морви не отпустят так поздно на конюшни, Гарри. Ее спать отправят!
- А она сбежит. Правда, Бет?
Бетельгейзе согласно кивнула и окинула старших товарищей взглядом, полным гордости. Правда, радость ее немного поутихла, когда она наткнулась на осуждающий взгляд сестры.
- Вот и отлично! Так, Шани, ты стащишь немного еды. Ты, Драко, должен взять чью-нибудь волшебную палочку, она нам пригодится. И захватите с собой теплые куртки, я читал, что в лесу по ночам бывает холодно.
- Мы даже не знаем, где будет проходить праздник, - ворчливо прокомментировала Астрея, - а ты уже наперед рассчитал.
- Ну вечером же мы все равно вернемся домой, - убеждено ответил мальчик.
Астрея лишь неопределенно покачала головой.
Начавшееся было обсуждение похода было прервано голосом Амелии, которая звала всех в большую столовую.


Глава 4


Глава 4.

Просыпалась Амелия долго и с наслаждением, то выныривая из сна, наполненного безмятежностью, то вновь окунаясь в волшебный мир сказок собственного подсознания. Окончательно проснуться ей помогли пальцы Сириуса, игриво ласкающие ее бедро.
- Мэл, пора вставать, - голос мужа был сонным, - еще столько всего делать.
- Да, и первым делом ты решил снять с меня ночную сорочку, - пробормотала Амелия, вытягиваясь на кровати во весь свой рост. Повернув голову, она встретилась взглядом с Сириусом и усмехнулась. Ладонь мужчины скользнула выше, задирая шелковую ткань, и Амелии пришлось приподняться на локтях, что бы Сириус мог снять мешающую деталь гардероба полностью. Сев в постели, она наклонилась вперед и коснулась его губ своими, но почти тут же прервала поцелуй, услышав детский смех с улицы.
- Сколько времени? – озабочено поинтересовалась Амелия, перегибаясь через Сириуса, что бы взять его часы с прикроватной тумбочки. Блэк перехватил ее руку.
- Еще рано, - ловко уложив жену обратно на подушки, мужчина навис над ней, одновременно стягивая резинку с волос Амелии, - нам вполне хватит.
- Озабоченный, - восхищенно прошептала Мэл, обнимая мужа за шею.

В это же самое время к сидящей за обеденным столом Вальбурге присоединилась Нарцисса Малфой, гостившая у Блэков уже несколько дней вместе с сыном. Люциус никогда надолго не задерживался здесь вместе с ней, предпочитая возвращаться в Англию сразу же, как это позволяли приличия. Цисси знала, что отчасти причиной этому была холодная враждебность между ее мужем и Сириусом, которая сохранилась даже спустя годы. Хотя, интуитивно чувствовала, что была и еще одна причина…
Так или иначе, но этой ночью она впервые за долгое время спала одна. Поэтому сон был тревожным и поверхностным.
Читавшая газету Вальбурга взглянула на племянницу поверх печатных страниц и кивком головы поприветствовала ее. Несмотря на общественное мнение, этикет в повседневной жизни некоторые чистокровные семье не считали нужным соблюдать. Во всяком случае, строгий этикет и официоз.
- Доброе утро, леди Блэк. Хорошо спалось?
- Вполне. Ты выглядишь бледноватой, Нарцисса.
- О, - белокурая женщина пожала плечами, - непривычно просыпаться в… не в своей постели. Тем более, без Люциуса.
Вальбурга кивнула и вновь углубилась в чтение новостей из далекой Англии, а миссис Малфой принялась за свой завтрак. Впрочем, аппетита у женщины не было, и вскоре она распорядилась, что бы домовик просто принес ей чашку крепкого кофе. Погруженная в свои мысли, она не заметила, что Вальбурга то и дело поглядывала на нее с любопытством.
- Нарцисса, так что с тобой происходит?
- Простите?
- Твое поведение не кажется мне нормальным для здорового человека.
Блондинка тревожно глянула на родственницу, а потом осторожно пожала плечами, не совсем уверенная в том, что стоит ответить. Она в самом деле чувствовала себя не слишком хорошо в последнее время, но видимых причин для беспокойства не было. Такое и раньше случалось и вполне могло оказаться обычной простудой.
- Честное слово, миссис Блэк, не о чем беспокоиться.
Вальбурга неопределенно качнула головой и вернулась к чтению газеты. Если Нарцисса не хотела говорить, то она просто не видела достаточных оснований, что бы надавить на нее. Захочет – сама расскажет. Или, что вероятнее, вскоре поделиться проблемой с Амелией или Роуз.
В общем-то, Вальбурга не была столь уж озабочена этой внезапной загадкой – Малфои были не ее семьей, хотя и приходились родней, а значит, она за них никакой ответственности не несла. Если молодая женщина будет благоразумной, то она позаботится о решении своей проблемы, если нет… что ж, Люциус всегда будет в состоянии найти себе новую, такую же чистокровную, жену, да и наследник у него уже есть. Если, конечно, все окажется настолько серьезно.
Хотя будет жаль эту девочку с навечно застывшим печальным выражением серых глаз.
Ленивое течение мыслей старой женщины было прервано появлением Роуз и Ремуса, появившихся на пороге столовой держась за руки. Ни для кого не был секретом статус их отношений на протяжении уже многих лет, но Вальбурга неизменно поджимала губы. Формально мать Шанталь никем ей не приходилась, с Регулусом она даже не успела обручиться, но это не меняло сути вещей – эта женщина была с ее сыном. Со временем Вальбурга научилась любить несостоявшуюся невестку, хотя и препятствовала их браку когда-то. Возможно, проживи ее младший сын немного дольше… Увы, мечты не имели тенденции сбываться. И то, что Роуз спуталась с оборотнем, который пусть и был лучшим другом ее старшего сына, Вальбургу не устраивало. Какой пример эта пара подавала юной Шанталь, живя вместе и даже не удосужившись за столько лет оформить отношения?
- Доброе утро, - вежливо поздоровались влюбленные и устроились напротив Нарциссы. Завтраком, в отличие от миссис Малфой, они пренебрегать не стали.
- Доброе, - на лице Нарциссы появилась слабая улыбка, - хорошо выглядишь, Ремус. Лучше, чем вчера.
- Полнолуние было всего пару дней назад, - невозмутимо ответила за него Роуз, намазывая тост джемом, - Рему просто требовалось время, что бы восстановиться.
Нарцисса кивнула и вновь погрузилась в свои мысли, не стремясь продолжить разговор. Вальбурга перевернула страницу газеты, даже не собираясь начинать новый.

Когда в столовую спустились Амелия и Сириус, им оставалось только мысленно подивиться. Непривычное молчание, нарушаемое лишь стуком вилок о фарфоровые тарелки, да шелестом страниц, сразу указало супругом на то, что или здесь недавно произошла ссора, или у всех сразу с утра пораньше случилась меланхолия.
Супруги Блэк расположились друг напротив друга с противоположного конца стола от Вальбурги.
- У нас кто-то умер? – лениво поинтересовался Сириус вместо приветствия.
Нарцисса подняла на него озадаченный взгляд.
- Нет, а что?
- Это была шутка, Цисси, - ответила за мага Роуз, невольно покосившись в сторону Вальбурги.
- Вообще-то, судя по вашим траурным лицам это вполне может быть и не шуткой. Сегодня День Рождения Гарри, а у вас словно случилось что-то, - спокойно ответила Амелия.
- Нарцисса себя плохо чувствует, - Вальбурга соизволила отложить газету и теперь смотрела на присутствующих за столом немного надменным взглядом, словно говоря, что уж ей-то известно о чем-то побольше, нежели им. Теперь уже Амелия смотрела на свекровь с нескрываемым интересом. В последнее время приступы плохого настроения случались у старухи все чаще и чаще, но Эйр почему-то была уверена, что их причину стоит искать за пределами их уединенного дома, куда доступ был довольно ограниченному кругу людей. Правда, между старшей миссис Блэк и более молодым поколением существовало негласное правило – они не лезли в дела друг друга, пока это не начинало касаться непосредственно их самих.
Несмотря на перемирие, их отношения так и не обрели теплых доверительных тонов.
Мотивы большинства поступков Вальбурги для Амелии были непонятны. Во всяком случае тогда, когда она не трудилась выуживать их из ее мыслей.
- Что-то случилось, мама? – Сириус, как и всегда, впрочем, мыслил примерно в том же направлении.
Миссис Блэк изогнула бровь в жесте немого недоумения.
- С чего ты взял?
- Вчера вечером наша компания не напоминала эпицентр бури на Северном полюсе. Или тебя так расстроил уход мужа Нарциссы?
Пока Сириус говорил, улыбка, еще остававшаяся на лице Амелии, медленно сошла на нет. Женщина пристально смотрела на свекровь. Повернувшийся в этот момент в ее сторону Люпин вздрогнул от неприятного чувства – глаза Амелии медленно заволакивала чернильная дымка. Вздохнув, оборотень сжал ладонь Роуз под столом и кивком головы указал на подругу.
- Это она зря, - пробормотала Джонс себе под нос, прекрасно зная, что обычно бывало вслед за тем, когда Мэл занималась чтением мыслей свекрови. Бывшая равенкловка обречено подумала, что устраивать грандиозный скандал в День Рождения Гарри было не самой блестящей идеей Амелии. А то, что сейчас две миссис Блэк – старшая и младшая – сцепятся, не оставляло сомнений.
Роуз перехватила тревожный взгляд Нарциссы, которая тоже заметила манипуляции подруги. Все трое вздрогнули, когда раздался громкий возмущенный голос Вальбурги.
- Не смей!
Сириус подавил тяжелый вздох. Обычно Амелия ладила с его матерью намного лучше, чем он. И нельзя было забывать о том бесспорном удовольствии, которое испытывала Вальбурга, когда нянчила всех четверых детей, живущих в доме Блэков. Вальбурга потрясающе изменилась за прошедшее со смерти Регулуса время. В общем-то, именно смерть младшего сына перевернула ее мир с ног на голову.
Правда, от одной дурной привычки не избавила миссис Блэк даже она – ее потрясающую любовь к всевозможным интригам. Вальбурга была слизеринкой до мозга костей, и, хотя могла стерпеть двух возмутительных гриффиндорцев у себя под боком, подстраиваться под них не желала. Более того, мирно они жили ровно до того момента, пока она не задумывала какую-нибудь очередную чудную интригу. Судя по тому, как возмутилась его мать на этот раз, Сириус понял, что касалась она непосредственно их семьи.
Улыбнувшись напряженной Нарциссе, мужчина беззаботно прокомментировал безмолвную борьбу взглядов женщин своей семьи.
- Расслабься, Цисси. У тебя есть редкая возможность наблюдать первый раунд кошачьих боев.
- Ты еще предложи ставки, Блэк, - раздражено откликнулась Амелия, продолжавшая пробивать щиты свекрови, пока та извергала на нее все мыслимые и немыслимые ругательства. Пока что не вслух.
- Молчу.
Роуз не удержалась от скептического хмыканья.
Наконец, Амелия тряхнула головой, возвращая глазам привычный небесно-голубой цвет и с неодобрением посмотрела на Вальбургу.
- Черт возьми! Ну сколько уже можно-то?
- Амелия! Следи за языком, - скорее по привычке буркнула Вальбурга, - и ты могла бы просто культурно меня спросить об этом.
- О да, и ты бы вот прям так все на блюдечке и выложила, - женщина с такой силой кинула вилку на стол, что та несколько раз перевернулась и застыла вне ее досягаемости, - отлично. Еще нет и полудня, а я уже чувствую себя как в старые, добрые времена. Словно ушат грязи вылили. Просто ностальгия сейчас замучает.
Яда в ее голосе хватило бы и на десяток Волдемортов, что, впрочем, ни на кого за столом особого впечатления не произвело.
- Может, ты и нас просветишь, что тебя так задело? – вмешался в обмен колкостями Сириус.
- О нет, я лучше поступлю. Наложу на тебя Силенцио до конца жизни!
- Не понял.
Неожиданно Роуз тихо рассмеялась.
- Боже, началось. Рем, у нас еще остался поп-корн после нашего последнего похода в кино?
Оборотень расплылся в улыбке.
- Определенно, нам его не хватит.
- Спасибо за моральную поддержку, - ядовито прокомментировала Амелия, - Сириус, твоя мать тобой определенно должна гордиться. И я тебе с удовольствием что-нибудь откручу, если ты еще раз что-нибудь подобное выкинешь.
Нарцисса обречено вздохнула. Кажется, только что разгорался очередной скандал, который закончится не менее бурным примирением между Амелией и Сириусом. И, кажется, Цисси опять прекрасно знала его причину – острое желание Вальбурги следовать тому пророчеству, которое Трелони произнесла чуть более пяти лет назад. Судя по обреченному взгляду Роуз, подруга тоже примерно догадалась о причинах намечающейся бури. Только Люпин смотрел в стол, тщательно пытаясь сдержать улыбку.
- Знаешь что, Сириус, для аврора ты слишком много болтаешь, особенно в присутствии слизеринских змей, - Амелия посмотрела на свекровь тяжелым взглядом, - и мне казалось, что разговоры, которые мы ведем в пределах нашей спальни, не для посторонних ушей.
Блэк быстро сообразил, что она имела в виду.
- Мэл, то, что я заикнулся о нашем… наших мыслях по поводу еще одного ребенка, еще ничего не зна… - он умолк и внимательно посмотрел на мать. Вальбурга закатила глаза.
- О, теперь я понял, в чем дело. Знаешь, я на себя сам наложу заклятие Немоты, не утруждай себя.
- Вы все равно обсуждали возможность ребенка, так почему бы…
Амелия не выдержала и вскочила.
- Да потому что это был шуточный разговор, во-первых! Потому что я не буду рожать ребенка по указке безумной идиотки, о чем говорю тебе уже на протяжении пяти лет! И в-третьих, не лезь в дела этого Рода!
Вальбурга тоже поднялась со своего места, но сделала это с куда большей аристократичностью, нежели невестка.
- Не орите на меня, леди Блэк. Немного больше уважения к матери своего мужа, - в голосе старухи мелькнуло раздражение, - судьба дает нам шанс утвердиться в этом мире и вознестись на невиданные высоты. Разве ты никогда не думала о том, что все, что бы ты хотела изменить в этом мире, станет тебе доступным? Величие, Амелия! Величие!!! Это не пустые слова.
- Для меня эти слова ничего не стоят, Вальбурга. Ты вкладываешь в предсказание свой смысл и помяни мои слова, он окажется весьма далек от того, что они означают на самом деле. Но я и пальцем не пошевелю, что бы вернуть род Эйр к жизни.
- Куда ушли те времена, когда молодежь слушала стариков? – Вальбурга явно задала риторический вопрос, на который ответ был не нужен, - твои детские обиды…
- Мои детские обиды? – Амелия изумлено смотрела на свекровь, - один Сириус знает, что на самом деле из себя представляют эти обиды. Тебя не было тогда, когда обезумевший призрак всаживала мне кинжал в грудь. Или, может, ты слышала, какими словами Белинда Эйр открыла мне наличие мертвого брата? Или, о, наверняка, ты знаешь, что весь мой род – это летопись сконцентрированного в веках безумия! Опомнись, Вальбурга! Да твой род белый и пушистый по сравнению с моим, и ты хочешь приложить к этому лапу?! Хочешь, что бы фамилия Эйр вновь была на устах? С примесью отвращения и страха? Что ж, мои аплодисменты! Но мои дети никогда не вернутся к тому, от чего едва спаслась я.
Амелия остановилась только тогда, когда почувствовала руку Сириуса, сжавшую ее пальцы. Женщина несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь, и обвела тяжелым взглядом собравшихся за столом. Роуз смотрела на нее, задумчиво прикусив губу, видимо, вспоминала то время, когда сама ходила по грани безумия. Нарцисса сверлила взглядом свою тарелку, и на ее щеках горел едва заметный румянец смущения – женщина стала свидетелем подобной сцены впервые. Амелии стало немного неловко перед подругой. Люпин смотрел на миссис Блэк отрешенным взглядом, словно оценивал ее.
- Очень прочувственная речь, Амелия, - подала голос старуха, - и, все же…
- Аааргх, - нечленораздельно прорычала Мэл, - все, я больше не хочу слушать этот бред!
Выйдя из-за стола, Амелия послала Сириусу тяжелый предупреждающий взгляд, и скрылась в дверях столовой. Из холла послышался ее голос, зовущий детей в дом. Вальбурга проводила невестку задумчивым взглядом.
- Может, она, все-таки, беременна? Такая пылкая…
- Моргана нас спаси, - пробормотал себе под нос Сириус, - Вальбурга, это даже хуже, чем если бы ты решила захватить мировое господство. Амелия права, эта твоя идея-фикс с величием… Отправься к кому-нибудь из родственников, в конце концов, отведи душу, если тебе надоело сидеть в четырех стенах, но отстань от моей жены.
- Молодой человек!
- Знаешь, матушка, - в голосе мужчины прорезалось раздражение, - дни, когда я тебя опасался, остались в таком далеком прошлом, что даже вспоминать стыдно. Прекрати балаган. Я, все-таки, глава Рода, и пока только рекомендую воздержаться от осмотрительных поступков.
Сириус вышел из столовой вслед за женой.
Нарцисса и Роуз переглянулись.
- Что ж, они жили мирно целых полгода, пора бы было случиться чему-нибудь такому, - едва слышно пробормотала Джонс.
- Ну да. Какое счастье, что родители Люциуса во Франции.
Ремус не выдержал и рассмеялся.


Глава 5


Глава 5.

День Рождения Гарри решили справлять в особняке, устроив на южной парковой аллее нечто вроде большого навесного купола, под которым располагалась сцена для приглашенных музыкантов и актеров, и многочисленные столики вокруг нее. Возле пруда заранее поставили установки для пускания фейерверков, а все окружающее пространство насколько хватало глаз было украшено магическими огнями, праздничными флажками и парящими в воздухе ненастоящими атрибутами квиддича, которым увлекался не только Гарри, но и Альтаир.
Детей временно заперли в доме, с наказом ни в коем случае не соваться в парк, пока там не доведут все до ума, поэтому все собрались в комнате Гарри и от нечего делать или без конца пялились в окно, или начинали играть в какие-нибудь игры, что, впрочем, им быстро надоедало. В конце концов, Гарри и Драко уселись на кровати Поттера и начали обсуждать план поиска неведомой зверюшки, которую так хотела увидеть Морвен. Сама девочка обосновалась под кроватью, напевая себе под нос какую-то детскую песенку и хватая за пятки брата, который специально дрыгал ногами, лежа на полу в компании Астреи. Игра невероятно веселила обоих, хотя Рея то и дело морщила нос от их звонкого смеха. Сама девочка была занята тем, что разглядывала кружащиеся в солнечном свете пылинки, пытаясь сосчитать их количество – занятие совершено бесполезное, но оттого не менее увлекательное. Шанталь, как и всегда, в общем-то, уселась в дальнее кресло с книгой, полностью погрузившись в чтение.
Малфой задумчиво почесал затылок, рассеяно глядя в окно.
- Нет, и все-таки, ты точно уверен, что за границу защитных заклинаний можно вот так вот просто взять и выйти?
- Я видел, как местный егерь обходил границы парка, Драко, - Поттер с некоторым превосходством посмотрел на блондина, - никаких проблем.
- Что-то не нравится мне эта затея…
- Астрея номер два? – фыркнул Гарри, - брось, это же интересно! И мы не уйдем далеко.
- Ну… окей, хорошо, а чью волшебную палочку мне стырить?
- Лучше всего бабушки Вальбурги. Она меня хорошо слушается.
- Почему это я должен брать палочку, которая слушается именно тебя? – прищурив глаза, поинтересовался Малфой, - я тоже хочу ею попользоваться!
- А ты Экспеллиармус накладывать умеешь? Или Ступефай? Я умею, меня Сириус научил! А за границей щита нам это может понадобиться.
- Но ты же сказал, что там будет безопасно.
- Ну… эээ… на всякий случай!
С пола донеслось насмешливое фырканье. Перегнувшись через край кровати, Гарри встретился взглядом с серо-зелеными глазами Астреи, на лице которой опять появилось тоже выражение неудовольствия, что и этим утром.
- Ну что опять не так?
- Все, Гарри. Дурацкая затея.
- Она будет учиться на Факультете Жутких Зануд, - прокомментировал слова девочки Драко, - специально для нее создадут.
- Заткнись, Малфой!
- Ах, забыл добавить. На Факультете Жутких Невоспитанных Зануд.
Астрея скривила губы и демонстративно отвернулась, что, впрочем, особого эффекта ни на кого не произвело – девочка все еще лежала на полу. Поттер пожал плечами и вернулся в исходное положение, подмяв под себя подушки. За окном уже начало темнеть, значит, скоро начнется праздник…
- Идем в поход, когда совсем стемнеет, - сказал мальчик. Ответом ему было одобрительные восклицания и одно едва слышное фырканье.

Праздник получился просто потрясающим. Несмотря на то, что все приглашенные гости были исключительно взрослыми, Гарри совершено не было скучно – его вполне устраивала нынешняя дружная и устоявшаяся компания. К тому же, сегодня все явно стремились оказать ему повышенные знаки внимания, без конца тиская, сюсюкая и просто не давая проходу. Впрочем, это скорее относилось к нескольким престарелым дядюшкам-тетушкам Блэкам. Остальные общались между собой, планомерно наливаясь алкоголем из блэковских запасов и наслаждаясь выступлением приглашенных актеров. Детям было позволено бегать, прыгать и веселиться, и лишь в редких случаях кого-то из них могли одернуть, напомнив, как следует себя вести.
Но, несмотря на веселье, Гарри не мог не заметить злых взглядов, которыми периодически обменивались Амелия и Вальбурга. Да и Альтаир то и дело хмурился, стоило ему оказаться поблизости от этих женщин – верный признак, что их эмоциональный фон был далек от положительного. Но обычно эти мысли занимали мысли Поттера всего лишь пару мгновений, когда он отвлекался от детских игр. Куча подарков, которые ему надарили, выглядела весьма внушительно, но мальчик не спешил их распаковывать, справедливо рассудив, что до утра они никуда не денутся, а сейчас можно и порезвиться вдоволь, не рискуя быть загнанными в дом в связи с поздним временем. Правда, ближе к «часу Х» дети начали потихоньку успокаиваться, то и дело подмигивая друг другу с видом заговорщиков. В конце концов, Поттер и Малфой собрали всю компанию за стволом огромного раскидистого дуба.
- Короче, Бет, ты сейчас идешь и говорить Амелии, что хочешь спать. Потом мы тебя заберем из спальни, ты только отошли домовика и скажи, что сама разденешься, но не раздевайся. Поняла?
- Поняла! – с готовностью воскликнула девочка.
- Шани?
Кареглазая шатенка потрясла перед носом Гарри туго набитым рюкзаком.
- Я собрала еду, не беспокойся.
- С такими запасами мы и до Дурмстранга дойти сумеем, - насмешливо протянула Астрея, за что получила подзатыльник от кузины.
- Отлично. Мы с Драко идем уламывать Сириуса, что бы нас отпустили до речки. Пойдем туда все вместе, только Ал заберет Бет из комнаты.
Дети дружно кивнули и разбежались, каждый выполнять свою часть плана. Одна Астрея осталась в нерешительности стоять у старого дуба, прислонившись спиной к его шероховатой поверхности. У девочки не было дара предсказания, но что-то подсказывало ей, что прогулка за защитный купол кончится очень и очень печально. Присев на корточки, девочка обняла согнутые ноги руками и подняла взгляд к звездному небу. Сомнения переполняли ее, но идти и жаловаться родителям Рея не стала бы даже под угрозой порки. Вздохнув, она уткнулась подбородком в колени. Она пойдет в поход и постарается, что бы он доставил им как можно меньше неприятностей, ведь именно ее дар пока что был самым действенным среди трех детей Блэков.
Из размышлений ее вырвал веселый голос Гарри, который сидел на коленях Сириуса и смеялся какой-то его шутке. Встав с земли, Астрея отряхнула нарядное платье и подошла ближе к столикам, за которыми сидели взрослые.
- Идите, идите, только Гарри, дальше речки ни шагу!
Тревожное чувство вновь завладело Реей. Она стояла на границе светового круга от огней сцены и напряженно вслушивалась в мысли окружающих людей. Все хорошо. Все в порядке…
- Рей?
Девочка вздрогнула, но почти сразу же расслаблено улыбнулась – рядом стоял Альтаир.
- Ты беспокоишься.
- Все нормально. Лучше узнай, как дела с мамой.
- Она наслаждается праздником, зла на бабушку и собирается устроить взбучку папе.
- Это хорошо для похода, но лучше бы она о нас беспокоилась.
- Рей…
- Ладно, я не буду больше говорить на эту тему.
Дернув плечом, девочка прошла вперед и остановилась возле Драко, который взял ее за руку. Альтаир побежал к дому вызволять из собственной спальни Бетельгейзе. Шани сосредоточено бубнила себе под нос то ли формулу заклинания, то ли детскую считалочку. Поттер оглядел всю дружную компанию.
- Готовы? Ал и Бет догонят нас возле речки. Эй, Драко, нашел палочку?
- Как ты заказывал. Бабушкина.
- Отлично, - зеленоглазый мальчик в предвкушении потер руки, - нас ждет отменная шалость!
- И отменно за это влетит, - пробормотала себе под нос Астрея, за что получила щелбан по носу от Драко. Тот, смеясь, ловко увернулся от ответного тумака.
- Кончай хандрить, Рейка! Когда еще такая возможность представится?
Астрея хмыкнула, но не смогла сдержать улыбки. Гарри, подошедший к ним, потрепал девочку по голове.
- Ты не была такой букой раньше.
- Мы раньше не сбегали в темный лес черт знает зачем и без сопровождения взрослых.
Драко и Гарри переглянулись, а потом одновременно рассмеялись.
- Все будет отлично!
Вскоре вся компания вместе с подтянувшимися к ним Альтаиром и Бетельгейзе медленно двинулись вдоль речки, удаляясь от безопасного поместья в сторону леса. Они старались не шуметь, но это не слишком-то удавалось, если учесть, что самому старшему в этой группе было всего десять. Приглушено посмеиваясь, толкая друг друга и рассказывая страшилки об ужасных чудищах, водящихся в лесу, они дошли до границы лошадиных загонов, пройдя вдоль которых можно было добраться до границы защитного купола.
- Бет, ты не устала?
Девочка подняла на брата светлые глаза.
- Нет, - в голосе малышки слышался неприкрытый энтузиазм, - идти легко.
- Это хорошо. Скоро уже до леса дойдем, - прокомментировал Гарри.
- Мы идем уже полчаса. Думаете, еще не заметили, что мы ушли?
- Вряд ли, Шани. Я сказал Сириусу, что мы в излучине. Что бы ее увидеть, надо уйти на конную дорожку. Ты же знаешь, она далековато от дома. А взрослым сейчас есть, чем заняться.
- Да, там сейчас танцы, - подала голос Астрея.
- Откуда… ааа, ну да, - Драко уважительно покосился на светловолосую девочку.
- Смотрите! – воскликнула Бетельгейзе, вскинув руку в сторону леса. Не дожидаясь, пока кто-нибудь обратит внимание на ее возглас, девочка побежала вперед и легко преодолела защитный купол, слегка заискрившийся в месте ее перехода. Астрея и Альтаир испугано ахнули и бросились вперед, следом за ними побежали и остальные.
- Стойте, не так быстро! – Шанталь, бежавшая позади всех, неожиданно споткнулась и упала, громко охнув от боли. Малфой обернулся.
- Гарри, - крикнул Драко, но Поттер, уже добравшийся до границы защитного купола, его не услышал. Блондин с отчаянием посмотрел на друга, который так же легко, как и трое Блэков, преодолел защиту, и еще раз крикнул, вкладывая в свой голос все силы. Гарри обернулся, несколько секунд медлил, а потом бросился обратно, но неожиданно защита оттолкнула его, не позволив вернуться. Мальчик испугано ахнул.
- Гарри!
- Драко, ой! Защита не пускает его обратно! Вот почему никто никогда не переходил границ…
- Но как же рассказы Гарри…
- Значит, этим людям было дано особое разрешение.
- Драко!!! – Гарри ударил кулаком по воздуху и одернул руку, ушибив ее о вспыхнувшую красноватым светом границу. Альтаир, Астрея и Морвен вернулись к Поттеру и теперь тесной кучкой жались друг к другу, не зная, что делать.
- Я приведу взрослых, - в голосе блондина появилась паника, - отведу Шани и приведу взрослых!
- Эй!
- У тебя же есть палочка Вальбурги, Гарри, только подождите немного.
Поттер кивнул и обернулся к своим спутникам.
- Мы попали.
Астрея подошла ближе к границе защиты и коснулась ее ладонью, наблюдая за красноватыми лучиками силы, расползающимися в стороны от ее руки. Вздохнув, девочка отряхнула ладонь и посмотрела на Гарри.
- Нам надо ждать здесь. Морв, кого ты увидела, когда побежала сюда?
- Большого зверя, - тихо ответила девочка, - черного большого зверя, но он… он не захотел меня слушать. Не захотел отвечать. Я не знаю, почему.
Альтаир запустил пятерню в волосы и взлохматил их, напряжено оглядываясь вокруг.
- Я не чувствую ничего.
- Я тоже, - пробормотала Астрея, - только это ни о чем не говорит. Звери – это больше по части Морв.
- Мы все равно останемся здесь.
- Уверен, Гарри? – Рея зябко поежилась, оглядываясь вокруг, потом ее взгляд остановился на Драко и Шанталь, бредущих в сторону поместья, - если Морви видела большого зверя…
- Но он же ушел?
- Да, наверное, ты прав…
Четверка ребят пристроилась на коряге, что находилась неподалеку от границы защитного заклинания, и молча уставились в сторону дома, едва-едва виднеющегося отсюда. Вскоре им это наскучило, но заняться было решительно нечем. Первой молчание нарушила Астрея.
- Странно, да? Шли за каким-то там непонятным существом, которого хотела посмотреть Морвен, а в итоге сидим на кусе дерева и ждем, когда нам влетит по самое не могу.
- Нет, странно, что ты не заявляешь ничего в духе тети Роуз.
- Ага, - подхватил Альтаир, - типа «Ну я же говорила!»
- И так же руки в бока упереть, - хихикнула Морвен.
- Не думаю, что это будет самая удачная идея, - буркнула уязвленная Астрея, совершено неосознанно принявшись отряхивать порядком замызганный подол белого платья, - это же не остановит вас от последующих идиотских занятий?
- Ну…
Договорить Гарри не успел. За спинами детей раздалось злобное рычание, и все четверо кубарем скатились с бревна, испугано оборачиваясь, что бы разглядеть, что же угрожало им. Морвен изумлено вскрикнула, почувствовав ненависть этого существа, тогда как трое остальных увидели лишь горящие красные глаза. Зверь прятался в высокой траве и листве кустарников, не давая возможности себя разглядеть. Поттер дернул Бетельгейзе за руку, толкая к себе за спину. В дрожащей руке мальчик сжимал волшебную палочку Вальбурги, судорожно пытаясь вспомнить хоть какое-нибудь заклинание. Астрея до боли сжала руку Альтаира, расширившимися от испуга глазами наблюдая за шевелением кустов. Раздался еще один громоподобный рык.
Астрея схватилась за голову.
- Ох…
- Рей?
Зверь начал медленно двигаться вперед.
- Рей!
- Сколько… ненависти… Морви, Морви, думай о чем-нибудь другом! Пожалуйста!
Рычание.
- Надо бежать!
- Куда?!
Гарри махнул рукой в сторону высокого дерева справа от зверя. Альтаир кивнул и побежал туда, таща Астрею за собой – девочка едва переставляла ноги, не способная закрыться от мыслей собственной сестры, которые сейчас представляли собой скорее спутанный клубок из лихорадочно сменяющих друг друга картинок и сильнейших эмоций ужаса и ненависти зверя, которое Морви неспециально транслировала через себя. Альтаиру было проще – он играючи закрывал свое сознание от чужих эмоций. Гарри толкнул Бетельгейзе, заставляя девочку бежать за братом и сестрой, а сам кинул камень в зверя, оказавшегося здоровенным волком, привлекая его внимание.
- Эй, ты!
Волк перевел взгляд горящих глаз на мальчика.
- Эй!
Альтаир уже забрался на дерево и теперь тянул за руку Морвен, которую подсадила Астрея. Старшая девочка едва держалась на ногах, не в силах бороться с потоками чужого сознания. Стоило только Бетельгейзе оказаться наверху, Ал подтолкнул ее, заставляя лезть выше и протянул руку Рее.
- Ну же!
Гарри пытался запустить в волка Ступефаем, но тот уже перестал обращать внимание на него. Медленно ступая, зверь направился к дереву и пытающейся на него залезть Астрее.
- Рей!
- Я не могу! Не могу… - девочка схватилась за голову, отпуская руку брата и, не удержавшись на ногах, упала на спину.
- Астрея!!!
Волк прыгнул, целясь в пытающуюся встать девочку. Поттер еще раз взмахнул волшебной палочкой.
- Ступефай! – луч заклятия ударил в спину зверю, но тот даже не замедлился. С ужасом мальчик смотрел, как огромная туша подмяла под себя Астрею. Пронзительный крик девочки резко прервался.
- Сестра!!!
В следующее мгновение волк с изумленным визгом был отброшен на границу защитного купола. Серая размытая тень протащила зверя вверх, одновременно разрывая на части, и с силой вмяла в купол. Спустя секунду то, что осталось от волк, некрасивой окровавленной массой упало вниз. У стоящего совсем близко Гарри от испуга подкосились ноги, и он медленно сел на траву, не сводя пораженного взгляда с расползающейся кровавой лужи.
Серая тень превратилась в человеческую фигуру. Незнакомец присел рядом с потерявшей сознание Астреей и осторожно коснулся пальцами ран на ее груди. Вскинув голову, он нашел взглядом Альтаира и Морвен.
- Слезайте. Надо уходить.
Еще одна серая тень, появившаяся из леса, оказалась миниатюрной темноволосой девушкой. Подхватив на руки Гарри, она ни слова не говоря, двинулась в обратном направлении. Парень поднял Астрею.
- Живее, дети, - его мягкий, бархатный голос был на удивление спокоен. Кивнув, Альтаир утер глаза рукавом рубашки, и начал спускаться вниз, одновременно помогая Бетельгейзе.

------------------------------------------------------------

Я, все же, надеюсь на отзывы...)

Глава 6


Глава 6.

Небольшое предупреждение!
С этой главы в фанфик вводятся совершенно новые персонажи - вампиры. Их образ лично у меня - этакая сборная солянка из персонажей разнообразных книг, фильмов и даже анимэ, так что не надейтесь увидеть здесь какой-то особый конкретизированный образ. Вампиры будут играть на протяжении всего фанфика вполне конкретную роль, которая будет тесно переплетаться с двумя сюжетными линиями - война с Волдемортом и возрождение Проклятого Рода.

И, естественно, очень бы хотелось услышать ваши мысли по поводу моей писанины, поэтому отзывы только приветствуются, в том числе, и отрицательные. Даже, более того, я буду очень рада обоснованной и, может быть, жесткой критике) Впрочем, буду рада почитать любые комментарии.

------------------------------------------------------------

Амелия была в ярости – целый день назойливые мысли Вальбурги о Пророчестве Проклятого Рода, как она теперь его называла, не давали ей покоя. Решившая не снимать ментального контроля с сознания свекрови женщина очень скоро об этом пожалела. Кажется, миссис Блэк не могло ничто убедить – она раз за разом возвращалась к излюбленной теме, которая Амелию неизменно ранила. Она могла бы предоставить Вальбурге сотни несбывшихся пророчеств, относившихся к ее роду, которые звучали не менее напыщенно, и все равно, это ничего бы не изменило. Вальбурга хотела власти. И у нее было сразу два варианта, как ее добиться – Гарри и юные Блэки. Иногда Амелия думала о том, что манипулятор Дамблдор был ей даже как-то ближе к сердцу, ибо его действия она просчитывала намного легче, нежели действия собственной свекрови…
Неудивительно, что в течение дня все взрослые старались держаться от раздраженной хозяйки дома подальше. Дети сидели в спальне и особых хлопот не доставляли, да и не стала бы женщина в любом случае орать на них. Вся ее злоба копилась только для одного человека…
В конце концов первым не выдержал Сириус. Когда Амелия в очередной раз почем зря рявкнула на какого-то домового эльфа, мужчина схватил ее за руку и ни слова не говоря выволок на веранду, подальше от любопытных глаз.
- Сириус!
- Так, а теперь заткнулась и выслушала меня. Что с тобой вообще происходит?!
- Твоя мать…
- Моя мать здесь ни при чем, верно?
Амелия открыла рот, чтобы разразиться гневной отповедью, но промолчала. Вздохнув, женщина устало потерла пальцами виски.
- Ладно уж, не ори. В общем-то, это из-за нее, Сириус, в самом деле. Я… я просто вспомнила Жозефина и…
- Лучше бы не вспоминала, - Блэк притянул жену к себе и обнял, - какая же ты… ранимая, Мэл. Вы друг друга в гроб загоните.
- Скорее, я ей все мозги выжгу для успокоения собственной совести.
Мужчина фыркнул и притянул ее ближе, целуя. Амелия с готовностью ответила, в очередной раз ловя себя на мысли, что Блэк прекрасно выучил способ манипулирования ею… Опомнилась Мэл только тогда, когда ее пальцы уже расстегивали третью пуговицу на рубашке мужа. Отстранившись, она смущено кашлянула.
- По-моему, это было…
- Слишком? – в глазах Сириуса зажегся озорной огонек, - никого нет, милая, и, судя по тому, как все тебя обходят десятой дорогой, и не будет…
- Сириус! Ты просто…
Мужчина рассмеялся и вновь привлек к себе жену.
- Я тебя люблю.
- Я тебя тоже, - она удивлено посмотрела на него, - ты обычно не говоришь мне это… ну, без повода.
- О, святые панталоны Мерлина! Амелия, не становись параноиком. Мне уже с лихвой хватило десять лет назад.
- Прости. Я просто немного перенервничала.
- Знаю я, как ты нервничаешь, - проворчал Блэк, - что нас ждет на этот раз? Пришествие нового мессии? Алчные призраки? Воскрешение из мертвых какого-нибудь Эйра?
- Пошел ты, - смеясь, ответила женщина и залепила мужу шутливый подзатыльник, за что тут же была вскинута на плечо.
- Эй, куда ты идешь? – возмущено воскликнула Амелия, тщетно пытаясь выкрутиться из его объятий. Ответ она получила спустя пару секунд – добравшийся до фонтана Сириус просто окунул туда жену, не особо церемонясь с ней. Мэл возмущено ахнула и в долгу не осталась – утащила мужа за собой. Немного подурачившись, они кое-как вылезли из воды.
- Моя палочка в доме, - проворчала Амелия, выжимая свои густые длинные волосы, - твою мать инфаркт хватит, когда она нас увидит.
- Зато ты расслабилась, - снимая рубашку, что бы выжать ее, ответил Сириус, - признайся, нам не хватало именно таких вот шалостей. Помнишь школу?
- О да, неплохо было. Жаль, что война после школы нас захватила настолько, что бы мы даже толком и не… хм… Перескочили из детства прямиком во взрослую жизнь, минуя конфетно-букетную стадию… Как-то даже…
- Ты никогда об этом не жалела.
- Нет, конечно нет! – Амелия возмущено посмотрела на мужа, - но если бы мы не воевали, и за мной не гонялся обезумевший призрак… как думаешь, Сириус, мы бы все равно стали парой или так бы и осыпали друг друга язвительными насмешками?
Мужчина пожал плечами.
- Разве это сейчас важно?
Амелия опустила взгляд.
- Да, ты прав. Надо бы уже заканчивать с оформлением танцплощадки.
Сириус коснулся ее подбородка пальцами и заставил поднять голову, встречаясь с ней взглядом. Мягко улыбнувшись, Блэк тихо ответил:
- Ты слишком много думаешь, милая, о том, что уже не вернешь.
- Это плохо?
- Это больно… Иди сюда, - он обнял Амелию, прижимаясь лицом к ее влажным волосам.

Вечер начался идеально. Приглашенные гости, треть которых составляли пожилые родственники Блэков той или иной степени брюзгливости, общались между собой и, что было совсем уж удивительно, почти не было ссор. Дети носились взад-вперед немного в отдалении от столиков, только Гарри то и дело приходилось выслушивать поздравления прибывающих. Подарок прислал даже Альбус, которого Амелия в довольно грубой форме известила, что на праздник он приглашен не будет. Но, кажется, директора это ничуть не расстроило.
Амелия легко перемещалась от одной группы болтающих к другой, принимая поздравления по поводу отлично организованного вечера. Сама женщина была уже порядком раздражена – идея устроить званый вечер принадлежала Вальбурге и, кажется, старуха имела на него совсем иные виды, нежели просто празднование Дня Рождения. Она о чем-то разговаривала со своими родственниками, и на ее лице то и дело мелькала довольная улыбка. Снявшая ментальный контроль со свекрови Амелия только лишь досадливо морщилась – лезть в голову к последней у нее не было ни сил, ни желания, да и копаться во всех этих интригах не хотелось. Несмотря ни на что Амелия чувствовала себя в относительной безопасности – вряд ли Вальбурга пойдет против семьи…
Нарцисса сидела в компании Роуз и Ремуса и была еще мрачнее, чем утром. Такое поведение казалось Амелии странным, но женщина не спешила приставать к подруге с расспросами – захочет, сама расскажет, а на идиотские догадки Вальбурги Мэл предпочитала не обращать внимания. Конечно, у нее были и свои мысли по этому поводу. Например, мрачное состояние Нарциссы вполне могло быть связано с Люциусом, который в последнее время стал еще более отстранен и холоден с окружающими, чем обычно. Амелия старалась общаться с ним не более необходимого, не желая видеть ту тоску во взгляде Малфоя, которая неизменно появлялась, стоило ей оказаться рядом. Они знали изначально, что у них разные судьбы, и Люциус первый пошел по выбранному для него другими пути… Это уже была проблема не Амелии. Она смогла построить свою жизнь почти так, как всегда в тайне мечтала. Во всяком случае до того времени, как начала желать себе смерти. Слава Мерлину, что на ее пути оказался Сириус, вытащивший ее из пучины отчаяния и мерзкого страха, да и Регулус в свое время не дал ей сломаться.
Как давно это было…
Погруженная в свои мысли, Амелия совсем не обратила внимания на то, что Гарри выпросил у Сириуса разрешение пойти поиграть на речку. Только когда вокруг стало на порядок тише и пропали звуки звонких детских голосов, женщина обратила внимание, что и самих детей нет поблизости.
- Сириус, а куда смылись все дети?
- Я им разрешил пойти поиграть на речке. Сейчас жарко, так что вряд ли они там простудятся.
Амелия нахмурилась.
- Стоило отправить с ними домовика.
- Брось, Мэл, что может случиться с ними на территории особняка?
Женщина неуверенно пожала плечами.
- Ты опять за свое? – с нотками обвинения в голосе поинтересовался Сириус, - опять придумываешь себе проблему?
- Мне ее придумывать не надо. Она сидит в непосредственной близости, - раздражено огрызнулась женщина, находя взглядом Вальбургу. Потом вздохнув, уже более мирным тоном продолжила, - ладно, извини.
- Да уж. Извини.
- Сириус…
- Я не хочу с тобой ссориться, Мэл, но, честно, это иногда начинает раздражать.
- Знаю, - она наклонилась вперед и коснулась щеки мужа ладонью, - но ты сам предложил выйти за тебя замуж.
Несколько мгновений Сириус непонимающе смотрела на нее, а потом рассмеялся.
- Ладно, уела. Но давай не будем портить чудесный вечер глупыми подозрениями.
- Если бы они были глупыми, - тихо прошептала женщина, откидываясь обратно на спинку стула. Сириус ее не услышал, отвлеченный каким-то вопросом Ремуса. Взгляд Амелии рассеяно скользил по лицам собравшихся. Несколько пар, в основном, пожилые супруги, топтались на танцплощадке. Женщина оценивающим взглядом посмотрела на Сириуса, но потом усмехнулась – ей самой было лениво куда-либо идти и что-либо делать. Было хорошо сидеть и так – тихо, молча, слушая чужие разговоры и ощущая тяжесть руки мужа на своих плечах.
- Амелия.
Она повернулась к Нарциссе, перегнувшейся через спинку своего сидения, что бы лучше видеть подругу.
- Да, Цисси?
- Ты знаешь… что происходит с Люциусом?
Женщина изумлено вскинула брови.
- Нет, со мной он не делится своими проблемами. Ты знаешь… мы уже не так близки, как в… юности.
- О, - Нарцисса отвела взгляд, - знаю. Амелия, у него Метка горит.
Блэк несколько минут смотрела на подругу, прежде чем тяжело вздохнуть и устало потереть пальцами виски.
- Ясно. Тогда понятно, почему он такой. Горит как при вызове?
- Нет, просто… дает о себе знать.
- Значит, еще нет. Странно, что Он не спешит с возрождением. Мы знаем, что у него есть хоркруксы, хотя и не знаем, какие именно. Но так долго…
- Избавь моего мужа от Метки, пожалуйста.
Амелия посмотрела на отчаянное выражение лица Нарциссы и медленно покачала головой.
- Ты же знаешь, вас тогда сразу перебьют. И считается, что Метку нельзя свести.
- А ты можешь.
- Потому что я потомок Темного Иоганна, Цисси. Это кое-что да значит. Но Люциус сам отказался избавляться от Метки. Это его выбор.
- Он мог бы сказать мне, - едва слышно прошептала Нарцисса. Амелия сжала ладонь блондинки, но почти тут же отпустила. Она не желала лезть в чужую жизнь, даже если это была жизнь одной из ее лучших подруг. О том, что еще и Люциус был ее первой любовью, женщина решила не думать.
Перехватив вопросительный взгляд Сириуса, Амелия едва заметно качнула головой. Вряд ли он упустил хоть слово из их разговора – у анимагов невероятно чуткий слух, но пояснять что-либо сверх этого Амелия не хотела. В конце концов, это были просто женские разговоры ни о чем.
Неприятное чувство надвигающейся опасности заставило женщина вздрогнуть. Внезапно раздался едва слышный сигнал тревоги – нарушение границ защитного купола поместья. Никто, кроме обитателей особняка, не мог его слышать. Амелия и Сириус тревожно переглянулись.
- В чем дело?
- Сириус! – оба обернулись на крик Вальбурги.
- В чем дело?
- Моя волшебная палочка пропала…
- Куда ты их, говоришь, отпустил?- едва слышно прошептала Амелия, уже догадываясь, что сигнал тревоги и внезапное желание детей поиграть у речки взаимосвязаны, - Долли!
- К вашим услугам, госпожа, - перед Амелией появилась домовиха, укутанная в аккуратную наволочку с гербом Блэков.
- Проверь, пожалуйста, дети на речке или нет.
- Черт, - Сириус выругался сквозь зубы, - надо было догадаться, что симбиоз Поттеров, Блэков и Малфоев до добра не доведет.
- Что случилось? – к ним подошли Роуз, Ремус и Нарцисса, все трое выглядевшие весьма встревоженными.
- Пока еще…
- Госпожа, маленьких господ нет на реке.
- Случилось! – ответил за жену Сириус, - Мэл, ты сможешь их найти?
- Постараюсь, - пробормотала женщина. Остальные смотрели, как ее глаза заполняет тьма. Нарцисса тревожно закусила губу, обшаривая взглядом пространство вокруг себя. на них начали коситься остальные гости, но Вальбурга, быстро смекнувшая, что что-то происходит, поднялась на сцену и начала разливаться соловьем, рассказывая о достоинствах именинника и вновь поздравляя отсутствующего Гарри с Днем Рождения.
Наконец, Амелия встряхнулась и несколько раз моргнула.
- Они у северной границы защитного купола. Сириус, наши дети и Гарри перешли границу…
- А Шани?
- Драко?!
Амелия посмотрела на подруг.
- Они идут обратно. Шанталь ранена.
Роуз прижала ладонь ко рту. Сириус сжал ладонь жены.
- Идем туда.
- Конечно.
- Все идем, - подал голос Ремус. Оборотень был непривычно сосредоточен, и Амелия внезапно обратила внимание, как он усилено нюхает воздух. Бросив взгляд на небо, она невольно вздрогнула – луна была почти полной. Неудивительно, что Люпин беспокоился…
- В чем дело? – неслышно подошедшая Вальбурга переводила сосредоточенный взгляд с лица сына на невестку.
- Дети отправились к границе защиты. Нарцисса, останься с Вальбургой. Вы, если что… в общем, просто останьтесь.
Роуз коротко сжала плечо Нарциссы.
- Все будет хорошо.
Четверо взрослых поспешили к пристройке, где хранились метлы. Идти пешком было бы слишком долго, а за границей защитного купола малыши могли оказаться в опасности. Амелии пришлось отказаться от постоянного контроля за детьми с помощью своих способностей – расстояние было слишком большое, и у нее бы просто не хватило бы сил.
- Все будет нормально, - пробормотала себе под нос женщина.
Спустя пять минут после того, как они вылетели, все четверо увидели Драко и Шанталь, которые брели вдоль конной ограды. Роуз крикнула что-то неразборчивое и начало резко снижаться, что бы помочь дочери и мальчику. Ремус, Сириус и Амелия продолжили свой путь, понимая, что уж с доставкой детей обратно домой Роуз справится.
Красные искрящиеся следы на месте нарушения границ защиты подсказали им, куда двигаться. Вскоре, побросав метлы, они стояли с внутренней стороны границы. Амелия испугано вскрикнула, увидев кровавую кучу непонятно чего, возвышающуюся с другой стороны.
- Гарри! Альтаир! Рея! Бетти!
Женщина бросилась вперед, легко преодолев разграничительный барьер, и огляделась, пытаясь понять, что же здесь произошло. Мужчины прошли вслед за ней.
- Боже, Сириус, их нигде нет! Мерлин! – Амелия в ужасе оглядывалась по сторонам, не понимая, куда могли деться малыши. Заклинание Поиска не дало результатов. Мэл очень старалась не обращать внимание на то, как тряслись ее руки, но это ей плохо удавалось – она прекрасно знала, в каких случаях не срабатывали заклинания, направленные на поиск человека…
- Спокойно, Мэл…
Внезапно Ремус издал низкий звук, очень похожий на волчье рычание. Сириус и Амелия резко обернулись и посмотрели на оборотня, который напряженно вглядывался в темноту позади них.
- В чем дело?
- Вампиры… - едва слышный шепот Люпина был прерван мягким смехом незнакомца, который стоял в тени деревьев, наблюдая за магами.
- Вы, кажется, кого-то потеряли?
- Ты…
- Спокойнее, госпожа. Дети в безопасности. И нам стоит поговорить в более подходящей обстановке…


Глава 7


Глава 7.

Для Гарри все происходящее было словно поддернуто серой дымкой. Мальчик находился в шоке, с трудом воспринимая реальность вокруг, перед его глазами все еще стояла картина кровавой расправы над волком. И хотя часть его прекрасно осознавала, что если бы не убийство зверя, тот бы съел Астрею, другая половина была в ужасе от увиденного. Странные люди, доставившие их в большую светлую комнату с ярким камином, ненадолго покинули детей, что бы унести бессознательную девочку куда-то в другие помещения.
Гарри хотел пойти за ней, но его мягко усадили на диван, всунув в руки чашку с горячим шоколадом. Странная девушка, которая несла его на руках, куда-то исчезла, и в огромном помещении остались только он, Альтаир и Морвен, прижимающаяся к брату так сильно, что он то и дело ерзал, пытаясь принять более удобную позу. По лицу девочки не переставая текли слезы.
- Не плачь, - неуверенно прошептал Альтаир, погладив сестру по голове. Потом поднял взгляд и посмотрел на Поттера.
- Где мы?
- Не знаю, - тихо ответил Гарри, - но главное, что не в лесу.
- Я хочу домой, - заплакала Бетельгейзе, - я хочу к маме!
- Не плачь, Морв, пожалуйста, - с отчаянием пробормотал Альтаир, сильнее прижимая к себе девочку, надеясь, что его объятия успокоят сестру. Куда там – Бетельгейзе разревелась еще сильнее. Гарри и Альтаир переглянулись, не представляя, что делать – обычно они с плачущими девчонками дела не имели. Шани была слишком гордой, что бы плакать у них на виду больше необходимого на побег времени, а Астрея вообще никогда не плакала. Бетельгейзе же была настолько жизнерадостным ребенком, что ее слезы можно было увидеть лишь в крайнем случае, да и то, рядом всегда находился взрослый, который сам мог успокоить девочку.
Внезапно дальняя дверь в комнату отворилась, и на пороге появился совсем молодой парень со спутанными светлыми волосами и голубыми глазами, столь яркими, что именно они в первую очередь приковывали внимание. В остальном лицо юноши было довольно приятным – правильные черты лица, мягкая улыбка на губах…
- Что это за странные звуки? – продолжая улыбаться, поинтересовался юноша, - неужели кто-то плачет?
Морвен, продолжавшая рыдать, подняла голову и, посмотрев на вошедшего, тут же потеряла к нему всякий интерес, вновь уткнувшись лицом в рубашку брата. Альтаир погладил девочку по спине.
- Даа… не получится из меня хорошего утешителя, - со вздохом продолжил парень.
- Она домой хочет, - после паузы ответил Гарри, - и мы тоже.
Парень подошел к ним и присел на корточки, переводя взгляд с одного лица на другое.
- Вы пойдете домой, когда за вами придут родители. Увы, по-другому никак.
- Почему?
- Неужели ты думаешь, что мы сумеем преодолеть защиту вашего поместья, если даже вам это не удалось? Не бойтесь, все будет хорошо. Кстати, меня зовут Соломон.
- Гарри.
- Альтаир.
- А эта прелестная девочка, которая рискует тут все залить слезами? – Соломон легко коснулся щеки Морвен, привлекая к себе внимание. Она вскинула голову и поспешно утерла глаза рукавом платья.
- Я Бетельгейзе… то есть, Морвен… то есть…
- Я обычно зову ее Морв, а Гарри – Бет, кому как больше нравится.
Соломон улыбнулся.
- У тебя очень красивое имя, Морви. Я могу называть тебя так?
- Да, - после секундной заминки ответила девочка, - можете.
- Вот и хорошо.
Соломон пересел в кресло, стоящее напротив дивана, где устроились дети, и снова ласково улыбнулся им.
- Что с нашей сестрой? – тихо спросил Альтаир.
- С девочкой в белом платье? – улыбка исчезла с лица парня, - ммм… она жива, но этот монстр… понимаете, я видел ее только издалека. Сейчас ею занимается мой брат, он сделает все, что сможет.
Бетельгейзе вновь всхлипнула и уткнулась лицом в плечо брата, стараясь заглушить начинающееся рыдания.
- Это я виновата, - голос девочки звучал глухо, - это была моя плохая идея. Это я…
- Нет, Бет, виноват я, - перебил ее Гарри, - я предложил пойти и посмотреть на этого зверя!
- Но…
- Не надо спорить, - перебил их Соломон, - вы, конечно, поступили опрометчиво, решив пойти в лес на ночь глядя. Но вы же дети… это в порядке вещей.
- Нет, я должен был знать, - упрямо возразил Гарри, - я должен был понять, что раз есть такая сильная защита, то это не просто так. А я… из-за меня…
Мальчик опустил голову и тяжело вздохнул.
- Астрея из-за меня пострадала… я должен был прислушаться к ее словам.
- Астрея поправится, - мягко ответил Соломон, - мой брат умеет лечить… таких, как вы.
Вздохнув, парень на секунду прикрыл глаза, что бы дети не заметили алого отблеска в его зрачках. Кажется, ни один из них не обратил внимания на странное построение фразы, которое использовал Соломон, что было, несомненно, к лучшему. Вряд ли им будет спокойнее, если они узнают, что находятся в одной комнате с вампиром. Более того, что они находятся в замке вампиров…
Юноша еще раз прокрутил в голове события этого вечера. Если раньше он удивлялся приказу Самаэля, который настоял на том, что бы границы патрулирования проходили как можно ближе к владениям магов, то теперь такая мера становилась ему понятна. С другой стороны, чем могли привлечь эти дети его брата? И вообще, как он узнал о них? Соломон был безгранично предан Самаэлю, хотя иногда его потрясающая дальновидность вгоняла в ступор – как можно было просчитывать все на несколько шагов вперед даже не имея возможности предугадать ход событий?
Не удивительно, что Совет Старейшин признавал Самаэля как равного себе, хотя ему и было мало лет. Впрочем, эти полукровки-аристократы все равно не смогли бы пойти против Самаэля – чистокровный вампир даже в столь юном возрасте без проблем мог их всех развоплотить в мгновение ока…
- Уснула, - прервал размышления вампира тихий голос Альтаира. Соломон посмотрел на свернувшуюся калачиком на коленях брата Морвен – на заплаканном лице девочки сейчас было выражение абсолютного спокойствия. Если бы не следы слез и не то, что плакала она при нем, Соломон не поверился бы, что это правда.
Наклонившись вперед, вампир осторожно поднял девочку на руки.
- Если вы не против, я отнесу Морви в постель.
Гарри и Альтаир переглянулись, а потом кивнули. Ал не удержал широкого зевка.
- Да вам и самим стоит поспать.
- Нет, мы дождемся маму и папу, - твердо ответил юный Блэк.
Когда Соломон вернулся в комнату, мальчики спали, пристроившись на диване голова к голове.

Астрее казалось, что боль не прекратиться никогда. Перед глазами плыло красное марево, иногда чуть расступающееся, что позволяло девочке на мгновение увидеть окружающую обстановку, но в следующую секунду боль вновь пронзала ее тело, заставляя метаться в чьих-то объятиях. Ей казалось, что это отец… Но на самом деле Астрея даже не пыталась понять, кто ее несет и куда, ей было слишком больно. Кажется, пару раз она слышала плач своей сестры.
Вскоре не осталось даже слез, она лишь металась в чужих руках, пытаясь избавиться от всепоглощающего ощущения разрывающей изнутри боли, словно под ее кожей переливался жидкий огонь, стремящей наружу. Не в силах терпеть, Астрея громко закричала. Кто-то нежно погладил ее по спутанным волосам.
Вскоре ее аккуратно уложили на прохладные простыни, и сквозь все тот же кровавый туман Астрея с трудом увидела затемненную комнату и силуэт человека, присевшего на край постели. Ее еще раз погладили по волосам, а потом девочка почувствовала чужие пальцы, осторожно касающиеся краев ее ран на груди. У незнакомца вырвался тяжелый вздох. Раздался звук открывающейся двери и тихий женский голос поинтересовался:
- Господин, я могу чем-то помочь?
- Подойди, Кармилла. Это дитя укусил волкодлак.
- О. Я думала мы истребили всех этих демонов.
- Видимо, нет. Этот был слабым, да и способность обращаться обратно в человека потерял совсем недавно. Ребенку нужна помощь, иначе она… умрет.
- Господин… но ведь от укусов волкодлаков…
- Это дитя, - чужие пальцы коснулись горящего лба девочки, - уникально, Кармилла. Единственная в своем роде. Ты разве не чувствуешь?
Астрея вовремя открыла глаза, что бы увидеть, как над ней склоняется молодая девушка с коротким ежиком фиолетовых волос. Незнакомка жадно втянула воздух и почти тут же отпрянула.
- О…
- Да, Кармилла. Ментальный маг потрясающей силы и с чистейшей кровью. Не каждую ночь встретишь таких в наших лесах, правда?
- Господин, но ведь…
- Я знаю. Иди, Кармилла. Я сам займусь девочкой.
На лоб Астреи мягко опустилась чужая прохладная рука, и девочка чуть повернула голову, пытаясь рассмотреть того, кто ее собрался лечить. Незнакомец оказался совсем молодым парнем лет пятнадцати с черными спускающимися неровной лесенкой до подбородка волосами и темными глазами, цвет которых она смогла определить, хотя ей и почудился фиолетовый оттенок. Постаравшись поглубже вздохнуть, Рея закашлялась от боли и с ужасом поняла, что у нее на губах кровь. Парень тут же осторожно стер ее.
- Не надо так делать, малышка.
- Кто…
- Я? – юноша улыбнулся и, смочив в какой-то пахнущей травами жидкости тряпку, начал осторожно обтирать рану на груди Астреи, - меня зовут Самаэль. Я забрал тебя и твоих друзей из леса. Там сейчас опасно…
- Имя… - Астрея прикрыла глаза, собираясь с мыслями, - демона…
- Это просто имя. И я так и не знаю твоего.
Отвернувшись, Самаэль медленно слизнул с пальцев кровь Астреи, и едва заметно улыбнулся, покачав головой. Рея тихо ответила:
- Астрея… Рей.
- А теперь Астрея, - он наклонился совсем низко, почти коснувшись ее щеки губами, - ничего не бойся…
Девочка вскрикнула, когда почувствовала укол чего-то острого на своей шее, и вцепилась в плечо парня ладонями, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли наоборот, прижаться ближе. Острая боль, еще сильнее той, что владела ею совсем недавно, разлилась по ее телу, и Астрея в последний раз вскрикнула, прежде чем потерять сознание.
Спустя пару минут Самаэль отстранился и осторожно оттер с подбородка каплю крови. Задумчиво посмотрев на Астрею, он еще раз погладил ее по волосам, и, ни к кому конкретно не обращаясь, прошептал.
- Так вот, значит, какова на вкус кровь наследницы Эйров… а я и не… хм…
Вампир поднял голову, когда дверь в комнату тихо скрипнула. На пороге стояла такая же молодая, как и Самаэль, девушка с серебристо-белыми волосами и светлыми глазами. Отвесив неглубокий поклон, она тихо проговорила:
- Трое детей спят, Самаэль. Соломон отправился встречать их родителей.
- Так долго?
- Они уже на пути к замку.
- Хорошо. Проследи, что бы месторасположение портала осталось в тайне, Властимирка. У меня нет желания заниматься еще и дополнительной маскировкой.
- Слушаюсь.
Девушка задержалась на пороге лишь на секунду, что бы бросить обеспокоенный взгляд на Астрею. Запах ее крови, витающий в воздухе, странно будоражил, словно бы будя старые, забытые воспоминания… Властимирка встряхнулась, прогоняя наваждение, и скрылась за дверью, не увидев улыбки, появившейся на лице Самаэля. Обернувшись, он еще раз окинул девочку взглядом, потом натянул на нее одеяло.
- Спи, дитя. Скоро ты отправишься домой.
Вампир поднялся, аккуратно сложил окровавленное полотенце, которым вытирал кровь вокруг раны, и вышел из комнаты, тихо притворив дверь. Пройдя по галерее до двери в следующую комнату, он бесшумно проскользнул внутрь и остановился возле ближней кровати, на которой спала пятилетняя девочка. Присев на корточки, он коснулся подбородка малышки, а потом поднял голову, встречаясь взглядом с застывшей в тени Кармиллой.
- Ее зовут Бетельгейзе Морвен, господин.
- Морвен, - повторил Самаэль, погладив щеку девочки, - тоже очень необычный ребенок.
- Да, господин. Кажется, она умеет разговаривать с животными.
- В самом деле?
- Вылва Маришка так и рвется сюда… Кажется…
- Кажется, у нее наконец-то появится хозяин…
- Да, господин.
Самаэль встал и перешел к постели Альтаира. Некоторое время поразглядывав ребенка, он усмехнулся и отправился к постели Гарри.
- Ну надо же… Кармилла, на этом ребенке Печать Смерти.
- Простите, господин, но разве Печать – не прерогатива вампиров?
- Хм. Нет. В редких случаях ею наделяется и маг потрясающей силы. К тому же, этот мальчик связан Пророчеством, посмотри внимательнее. Его аура пронизана… этим. Очень плохо, ему бы получить Кровную Защиту, но, увы, из его ныне живущих родственников никто не сможет это сделать. Это ведь Гарри Поттер, Кармилла?
- Да, господин. Соломон с ним говорил.
- Что ж, - вампир осторожно отодвинул волосы со шрама мальчика, - вполне возможно, что мы могли бы этим заняться…
- Господин?
- Это мысли вслух, Кармилла, не более. К тому же, - Самаэль вскинул голову, - к нам пожаловали гости.


Глава 8


Глава 8.

Стоило только Ремусу прорычать неразборчиво «Вампиры», как в руках всех троих тут же оказались волшебные палочки. В Аврорате их учили расправляться с вампирами, но по службе Амелия никогда с ними не сталкивалась, а когда ушла из Аврората, так вообще забросила занятия боевой магией. Судя по сосредоточенному лицу Сириуса, он тоже сталкивался с ними совсем не часто. С Люпином происходило что-то странное – его буквально трясло, словно в лихорадке, а в обычно спокойных глазах зажегся опасный звериный огонек. Таким Амелия его видела лишь пару раз – когда он стоял над трупом Дафны, и когда узнал о предательстве Петтигрю. Невольно женщина поежилась.
Но вампир, стоящий перед ними, совсем не походил на то описание кровожадных полубезумных существ, как их обычно представляло Министерство Магии. Более того, на его лице появилась снисходительная ухмылка, словно направленные в его сторону волшебные палочки только лишь позабавили вампира. Он сделал шаг вперед, игнорируя их оружие, и Амелия изумлено ахнула – в лунном свете теперь хорошо было видно его лицо, и вампир оказался совсем молодым парнем с растрепанными светлыми волосами и ярко-голубыми глазами, в которых легко угадывался озорной огонек, присущий людям беспечным и довольным жизнью. Женщина невольно чуть опустила руку с волшебной палочкой – она с трудом верила, что парнишка, младше ее лет на десять-пятнадцать, мог быть кровожадным монстром.
- Где наши дети?
Вампир слегка поклонился.
- Доброй ночи. Мое уважение к чистой крови… - юноша склонился еще ниже, потом выпрямился и улыбнулся, - меня зовут Соломон Арденн, и я здесь, что бы проводить вас к вашим детям, которых мы спасли от волкодлака.
- Волкодлак? – сдавленным шепотом переспросил Ремус, - не может быть, они все вымерли!
Вампир молча кивнул за спину оборотню, где лежала кровавая бесформенная куча «чего-то».
- Нет.
- Рем?
- Сириус, ты знаешь, как я отношусь к своей сущности, но лучше быть оборотнем, чем волкодлаком. Намного лучше…
Мужчина не сдержал дрожь и даже отвел палочку, приложив ладони ко лбу. Теперь он понимал, почему ему так не по себе, и это было отнюдь не из-за присутствия вампира. Кровь волкодлака будила в нем древние волчьи инстинкты, которые обычно просыпались не раньше полнолуния, до которого было еще три дня.
- Простите мое невежество, мистер Арденн… - Амелия помедлила, - но вы не похожи на…
- На вампира? – весело переспросил Соломон, - еще бы. То убожество, которое обычно убивают люди, и вампирами-то назвать стыдно. Но идемте, вам все объяснит глава нашей… ммм… общины.
Амелия сжала руку мужа и с сомнением оглянулась назад. Ей было крайне неуютно – все попытки прочитать мысли вампира пошли прахом… словно он был или потрясающей силы легилементом, или просто не думал, что само по себе было абсурдом.
- Надо идти. Ремус?
- Я не уверен, что выдержу кровососов в непосредственной близости от себя. Но я иду.
- Рем…
- Все нормально, Сириус. Гарри и ваши дети мне дороги так же, как и вам. Я иду.
- Как знаешь.
Сириус опустил волшебную палочку, но убирать ее в рукав не спешил. Взяв Амелию за руку, он посмотрел на вампира.
- Какие гарантии, что мы вернемся целыми и невредимыми?
По лицу Соломона пробежала судорога, и люди со страхом отпрянули, увидев, как его светлые глаза вспыхнули алым огнем. Спустя секунду все прошло, только теперь юноша смотрел на них с искренней обидой.
- Мы, аристократы, никогда не опустимся до того, что бы пить кровь чистокровного, - и уже совсем тихо себе под нос добавил, - да нам и не позволят.
- Идем?
- За мной. До портала десять минут человеческим шагом.
- Портал?
- Ммм… ну вы же не думали, что вампирская резиденция будет терпеть у себя под боком человеческое жилье?
Амелия и Сириус с тревогой переглянулись. Шедший рядом Ремус неприязненно дернул плечом.
- Надеюсь, Роуз уже привела Шани и Драко в дом.
- Надеюсь…

У портала их встречали. Стоило только трем людям в сопровождении вампира ступить на огороженную каменную площадку, с противоположного края которой светился мягким голубоватым светом овальный портал, как из тени вышли двое – парень и девушка, чем-то неуловимо похожие и одновременно очень разные. Юноша был высоким, крепко сложенным, с каштановыми вьющимися волосами, серыми глазами и симпатичным лицом, которому совершенно не шло то выражение абсолютного равнодушия, которое на нем застыло. Девушка была с серебристо-белыми волосами, но глаза ее были точно такого же цвета, как и у парня. Оба были одеты во что-то, сильно напоминающее школьную форму, хотя и более фривольное – симпатичный пиджачок и короткая юбка у девушки, жилет и брюки у юноши, все черного цвета.
Соломон приветственно махнул рукой.
- Михай, Властимирка… Это гости.
- Мы знаем, Соломон, - с легким раздражением ответила девушка, - нам приказали проследить…
Она не закончила и посмотрела куда-то левее портала. Соломон едва слышно хмыкнул.
- Идемте, - махнул он рукой гостям, - думаю, вы как маги знакомы с правилами передвижения по статическим порталам?
- Еще бы, - пробормотал Ремус, окидывая двух вампиров, вытянувшихся с двух сторон от портала, неприязненным взглядом. Внезапно оборотень остановился.
- Рем?
- Я не могу идти дальше, - немного удивлено пробормотал Люпин, - что-то не пускает.
- Зверям на нашу территорию ход запрещен, - прошипела Властимирка, и на ее красивом личике появилось выражение такой сильной ненависти, словно Ремус был ее личным кровным врагом. В глубине глаз девушки заиграли кроваво-красные огоньки.
- Властимирка! – повысил голос Соломон, - они под защитой Самаэля!
Девушка закрыла лицо руками и отвернулась, делая шаг назад.
- Ты опять плохо спала, - тихим, глубоким голосом протянул Михай, смотря в противоположную сторону от нее. Трое людей переглянулись – фраза казалась абсурдной и вырванной из контекста, да и все, только что произошедшее, внесло еще большую путаницу.
Соломон несколько секунд перевод взгляд с девушки на парня, потом обернулся к гостям.
- К сожалению, Властимирка права, господа. Всем, кто имеет в себе волчью сущность, проход на территорию вампиров закрыт. Но вы можете подождать своих друзей здесь, рядом с порталом, мистер…
- Люпин.
- Да… ммм… только не провоцируйте Властимирку. Она… нервно относится к оборотням.
Властимирка оскалилась, демонстрируя обнажившиеся клыки, и трое магов вскинули волшебные палочки, но Соломон оказался быстрее. За доли секунды оказавшись рядом с вампиршей, он стремительным движением ударил ее под колено, заставив упасть, и схватил за воротник рубашки, слегка встряхнув. В голосе парня слышалась неподдельная злость.
- Прекрати немедленно, черт тебя возьми! Сколько раз повторять?
Глаза девушки стремительно наполнились слезами.
- Прости…
- Обращайся ко мне по всем правилам, Властимирка Плогожовиц!
- Простите, господин Арденн… этого больше не повториться, я потеряла контроль над собой…
- То-то же, - он помог ей подняться и поправил сбившийся галстук, - позже ты должна будешь зайти к Самаэлю и получить свое наказание, Властимирка. Пока же оставайся на посту.
- Прости, - еще раз повторила девушка и опустила голову, что бы скрыть свои слезы. Соломон закусил губу и потрепал ее по плечу. Потом, обернувшись, тяжело вздохнул и сделал знак магам подойти ближе.
- Извините. Она иногда бывает слишком импульсивна…
- Ее накажут? – тихо переспросила Амелия.
- У Самаэля на этот счет очень четкие... ммм… понятия. Но наказания у нас всегда соизмеримы с поступками, так что не беспокойтесь. Скорее всего, это будут дней десять домашнего ареста.
Рядом едва слышно вздохнул Михай и слегка поморщился, словно слова Соломона не понравились вампиру.
- Вы готовы?
- Ремус, жди нас, но если что-то покажется тебе подозрительным…
- Я знаю, - оборотень глянул на белокурую девушку, все еще стоявшую с опущенной головой, - удачи.
Супруги Блэк переглянулись и последовали за вампиром, смело шагнув в голубую муть портала.

Вампирская резиденция, как ее назвал Соломон, оказалась величественным замком из темно-серого камня с множеством башен и высокими крепостными стенами, кое-где увитыми плющом так сильно, что не оставалось никаких сомнений в древности сего произведения архитекторского гения. Сам замок располагался в живописной долине, окруженной с трех сторон горами, а с четвертой – большим озером, в свою очередь утопающем в дубовом лесу. Сейчас бы ни Амелия, ни Сириус не смогли бы даже примерно предположить, где находятся. Они тревожно оглядывались по сторонам, следуя за Соломоном, и у каждого в голове крутился один и тот же вопрос – а правильно ли они поступили, согласившись отправиться с вампиром непонятно куда? Но мысль о детях немного успокаивала их тревогу.
Пройдя по навесному мосту, они оказались во внутреннем дворе замка, посередине которого возвышался фонтан, изображающий деву-воительницу с воздетой к небесам рукой, в которой она сжимала копье. Вторая ее рука покоилась на шее пегаса, вставшего на дыбы. Из пасти волшебного животного била сильная струя воды, подсвеченная магическим алым огнем. С этой площади была видна дорожка в сад, уставленный несколькими беседками, и явно ухоженный. Рассмотреть что-то лучше им не удалось – Соломон стремительно подошел к главным дверям, отворившимся перед ним, и ввел их в богато, но сдержано оформленный холл.
На широкой лестнице, ведущей наверх, стоял высокий молодой человек с небрежно взъерошенными черными волосами и темными глазами. Его прическа напомнила Амелии Сириуса в молодости, а еще на ум женщине пришла странная мысль, что, видимо, расчесок вампиры в жизни не видели. Или ленились ими пользоваться… В этом юноше хищная сущность была заметна намного сильнее, нежели во всех тех, кто встречался им до сих пор. Более того, и в его позе, когда он стоял, и движениях, когда начал спускаться вниз, была ленивая грация готовой к броску кошки.
Сириус чуть сильнее сжал ее руку – он тоже почувствовал исходящую от вампира опасность.
Соломон учтиво поклонился.
- Самаэль…
На красивом лице Самаэля мелькнуло раздражение.
- Оставь этот официоз, Сол. Что случилось у портала?
- Этих людей сопровождал оборотень…
- Властимирка, - не дослушав, кивнул Самаэль, - ясно. Что ж, добро пожаловать в замок Эсте, или иначе Академию Эсте. Вы мои гости, лорд Блэк и леди Блэк.
- Академия?
Самаэль бросил короткий взгляд на Соломона, и тот тут же ушел куда-то в левое крыло здания, двигаясь бесшумно, словно тень. Черноволосый вампир спустился до конца лестницы и слегка склонил голову, выражая свое уважение магам. Потом едва заметно улыбнулся.
- Академия для остатков вампирской аристократии, если быть точным. То, что вы видите… жалкое отражение былого могущества вампиров. Академия создана моим отцом для детей вампиров, которых хотели укрыть от межклановых и межвидовых войн. Все, кто сейчас здесь находятся, по сути, сироты, или не пожелавшие возвращаться под крыло своих семей. У молодого поколения зачастую совсем иные взгляды на жизнь, знаете ли.
Амелия едва заметно улыбнулась.
- Значит, вампирская аристократия?
Самаэль сделал приглашающий жест рукой, предлагая подняться им вслед за ним, и отправился вверх по лестнице, на ходу отвечая на вопрос женщины:
- Да. Есть низшие классы, а есть мы. К сожалению, после недавних событий нас осталось слишком мало, что бы продолжать держать контроль над всем вампирским сообществом в своих руках. Как я говорил, мы сироты… наши родители в большинстве своем были уничтожены в войне… или перешли на сторону врага, который не считал необходимым усмирять низменные инстинкты наших собратьев.
- Я не совсем понимаю, о какой войне идет речь, - вмешался Сириус, - мы должны были слышать…
- Ах, да, вас могло ввести в заблуждение то, как я отзываюсь о временных рамках, - Самаэль усмехнулся, - но мы живем до пятисот лет в среднем, мой род вообще… долгожители. Я имел в виду войну с Волдемортом.
Амелия и Сириус изумлено смотрели в спину поднимающегося впереди них вампира. Обоим было известно, что в свое время Темный Лорд активно использовал оборотней и вампиров. Во всяком случае тех, кто соглашался идти ему в услужение. Но они никогда не слышали о какой-либо особой организации вампирского сообщества, так же, как и сообщества оборотней. Конечно, Ремус пару раз упоминал об особой иерархии… Но что бы эти сообщества были организованы настолько хорошо, никто из них до сих пор особо не задумывался. Амелия опустила взгляд – то, против чего она всегда выступала, не обошло стороной и ее саму. Оказывается, в ней крепко угнездилось то самое пренебрежение к якобы низшим существам, которое так раздражало ее в политике нынешнего Министерства Магии. Это открытие женщине совсем не понравилось.
- И кто шел на службу к Волдеморту?
- Те, кого не устраивала монархия в наших рядах, лорд Блэк, - Самаэль пропустил супругов вперед себя, открывая двери в уютную, обставленную в красных тонах, гостиную, - или те, кто не умел усмирять свои инстинкты.
Самаэль прошел в другой конец комнаты, открыл бар и обвел взглядом полки с бутылками.
- Что будете? Виски, бренди? К сожалению, магических напитков нет, у нас они не пользуются популярностью. Мадам, вина?
- Бренди, пожалуйста.
- Да, пожалуйста, - Амелия напряжено оглядывала комнату, отмечая явный вкус, с которым ее обставили. Сириус, напротив, держался достаточно расслаблено, но женщина по опыту знала, что как раз в такие моменты он и был наиболее опасен. Напускная расслабленность скрывала за собой готовность бойца немедленно среагировать на любую угрозу. Хотя, что-то ей подсказывало, что против этого казавшегося еще школьником, вампира и первоклассный аврор будет бессилен. А она – тем более. Самаэль, так же, как и Соломон ранее, был абсолютно закрыт от ее способностей. Нахмурившись, Амелия припомнила, что Михай и Властимирка в этом плане намного уступали своим родичам – их мысли она плохо, но все же слышала…
От размышлений ее прервал подошедший Самаэль, протянувший женщине бокал. Теперь, когда вампир наклонился так низко, она увидела, что глаза у него были удивительного цвета – темно-синего с явным фиолетовым оттенком. Таких глаз женщина еще не встречала…
- Спасибо.
Ей показалось, что ноздри вампира раздулись, словно он нюхал воздух. Но в следующий момент парень уже садился в кресло напротив дивана, на котором сидели супруги.
- Я остановился на том, кто служил вашему Темному Лорду. Так вот, много веков в нашем обществе существовала монархия. Правил один род, один из самых древних. Ему подчинялся Совет Старейшин, которые по сути были теми, кто следил, что бы нейтралитет между вампирами и другими расами не нарушался и, следовательно, занимался истреблением нарушивших его. Это не устраивало Совет. И, в конце концов, в лице этого Лорда они обрели возможность расправиться с правящей семьей, что и почти удачно осуществили. Вот уже почти десять лет вампирское общество представляет собой жалкую кучку выживших аристократов, поделенных на два лагеря – тех, кто хочет вернуть монархию и восстановить порядок, и тех, кто этому всячески препятствует. Ну, еще всяческий сброд, вроде низших вампиров, которые не умеют себя контролировать… - Самаэль усмехнулся, - волею судьбы вы оказались в Академии Эсте, последнем оплоте монархического строя вампиров.
- Это все, конечно, интересно, но мне хотелось бы знать, что с нашими детьми, - не слишком вежливо ответил Сириус.
Вампир взболтал вино в своем бокале и мягко улыбнулся.
- Что ж, страх родителя редко способствует конструктивной беседе. Малыши спят, в том числе и Астрея, хотя ее мне пришлось погрузить в сон насильно.
- С ней что-то случилось?
- Соломон должен вам был сказать про нападение, мадам Блэк. Волкодлак не просто напал на них… он покусал вашу дочь.
- О Мерлин, - женщина прижала ладонь ко рту.
- Мне пришлось укусить девочку, что бы остановить распространение яда…
- Что это значит?
Вампир опустил взгляд. На его лице теперь не было улыбки. Отставив бокал в сторону, Самаэль сложил перед собой руки и устало ответил:
- Нам предстоит долгий разговор. Долгий и, возможно, для вас неприятный…

------------------------------------------------------------

Мне, конечно, импонирует количество подписавшихся на фанфик, но Вы хоть отзывы оставляйте... Честное слово, даже желание писать пропадает, когда не видишь никакой реакции на собственное творчество.
С уважением, автор.

Глава 9


Глава 9.

Амелия рассеяно запустила руку в волосы, по привычке принимаясь накручивать локон на палец, как всегда делала, когда нервничала или волновалась, и очень хотела скрыть сей факт от окружающих. Сириус, отлично знакомый с привычками жены, слегка нахмурился. Для него было странным, что явные признаки беспокойства женщина принялась проявлять только сейчас. Словно знала о вампирах что-то такое, что делало ее страхи необоснованными… Но Амелия никогда не упоминала ничего о кровососах, и у Блэка не было причин подозревать ее в утаивании важной информации. Тогда что? Неужели это было что-то, связанное с ее родом, о котором женщина так не любила говорить?
Переведя взгляд на вампира, Сириус был неприятно удивлен серьезным выражением его лица. Беспокойство за дочь начало овладевать им все сильнее.
Но первой заговорила, как не странно, Амелия.
- Ментальные маги не подвержены вампиризму.
Самаэль разнял руки и откинулся на спинку кресла, сосредоточив все свое внимание на женщине.
- Не буду спорить с этим утверждением, но… - вампир замолчал, словно задумался, что следует говорить дальше, - вам вряд ли известно о последствиях укуса чистокровного вампира, не так ли, миссис Блэк, или лучше – мисс Эйр? Ни в одной родовой книге… даже вашего рода не дается такой информации.
Амелия вздрогнула и передернула плечами, словно ей внезапно стало холодно. Она была одета в платье с глубоким вырезом на спине, и Сириусу было прекрасно видно, как ее спина покрылась мурашками. Теперь уже даже посторонний мог заметить, что она нервничает. Амелия опустила руку и сжала ладонь мужа тонкими пальцами, ища в привычных жестах поддержку. Блэк наклонился вперед, привлекая внимание вампира, и вместо жены ответил:
- Что это за последствия?
- Подожди, Сириус, - Амелия умоляюще посмотрела на него, - что ты сказал про мой род? – она волновалась так сильно, что даже пренебрегла правилами уважения, обращаясь к Самаэлю, как к какому-то мальчишке. Впрочем, для людей он и был мальчишкой, ведь они судили по внешнему облику…
Возможно, Амелия делала ошибку, намерено откладывая выяснение последствий укусов для ее дочери, но еще со времен детства она хорошо усвоила, что большинство явлений, болезней и насильственных магических воздействий для ментального мага были абсолютно безвредны, а то и пользу могли принести, поэтому брошенное вскользь упоминание о роде занимало ее мысли сильнее.
На лице Самаэля появилась слабая улыбка.
- Одно связано с другим, миссис Блэк, разве нет? Откуда вам известно о иммунитете ментальных магов к вампиризму?
Женщина несколько минут молчала, пытаясь вспомнить, потом покачала головой.
- Из родовой библиотеки, естественно. Но, по правде говоря, точно не из Родовой Книги. Я ее никогда толком не читала. Проклятие, наложенное на род, никому не давало это сделать.
Вампир кивнул.
- Значит, Проклятие все еще действует?
Амелия невольно коснулась пальцами бедра, на котором остался старый шрам от ножа Жозефины.
- Не совсем… не полностью. Родовой Гобелен и Родовая Книга все еще остаются недоступными членам рода. Впрочем, из таковых осталась только я, мои дети – Блэки. И откуда вам известно о роде Эйр?
Самаэль опустил взгляд и чуть нахмурился, обдумывая слова Амелии.
- Значит, Родовой гобелен все еще скрыт? – повторил слова Амелии вампир, - занятно.
Смутное предчувствие заставило Амелию поморщиться.
- Как ваша фамилия, Самаэль?
- Строго говоря, у меня нет фамилии, - спокойно ответил вампир, - как и у всех вампиров, принадлежащих к старым кланам. Но я представитель клана Ллевелин, что дает мне право использовать его название как фамилию.
Амелия откинулась обратно и нахмурилась, разглядывая мелкий узор шитого золотыми нитями подола платья на своих коленях. Смутное предчувствие, видимо, было всего лишь проявлением ее страха. Женщина не заметила, как на лице вампира вновь появилась и тут же исчезла едва заметная улыбка.
- Кланы назывались по именам их основателей? – вмешался Сириус, что бы хоть чем-то заполнить затянувшуюся паузу, которую ни Самаэль, ни Амелия не стремились нарушить.
- Да, - вампир посмотрел на мужчину проницательным взглядом, - основателя моего клана звали Ллевелин…
- Эйр, не так ли? – закончила за него фразу Амелия. На ее лице застыла бесстрастная маска. Сириус по опыту знал, что это плохой признак.
- Поэтому столь повышенный интерес к роду, - продолжила женщина, - и мою принадлежность к нему, так же как и детей, ты мог узнать, испив крови Астреи. Я читала об этой способности вампира – узнавать родича, даже если его кровь была многократно разбавлена. Но наша-то как раз концентрирована до высшей степени, потому что Эйры никогда не вступали в браки с простолюдинами. Если я не ошибаюсь, то чистокровные вампиры признают чистокровных магов равных себе, не так ли?
- Я начинаю терять нить разговора, - вмешался Сириус, - Мэл…
- Я объясню, - перебил мужчину вампир, - но прежде, что бы ваша супруга не заподозрила злого умысла, хочу предупредить, что о том, что вы живете в непосредственной близости от Академии Эсте, я до этого вечера не подозревал. Занятное стечение обстоятельств, не правда ли?
- Не стечение обстоятельств, - раздраженно откликнулась женщина, - просто никому в мире еще не удалось обойти исполнения ни одного Пророчества.
Наконец-то Сириус увидел на лице вампира явные проявления эмоций. Самаэль был удивлен, более того, удивление начало медленно перерастать в тревогу. Взгляд его удивительных темно-синих глаз не отрывался от лица Амелии.
- Я не знаю никаких Пророчеств рода Эйр, которые могли бы быть связаны с его вампирской ветвью…
- Я тоже. Но есть одно, которое затрагивает род в целом. И произнесено оно было чуть менее пяти лет назад.
- Амелия…
- Я, кажется, начинаю кое-что понимать, Сириус, - повернувшись к Блэку, ответила она, - Вальбурге определенно это понравится, - теперь в голосе женщины звучала печаль.
Вампир сжал подлокотники кресла с такой силой, что дерево начало осыпаться на пол мелким крошевом. Ему понадобилось несколько минут, что бы вернуть прежнее самообладание. Тяжело вздохнув, Самаэль медленно заговорил:
- Ллевелин был изгнан из рода еще до этой темной истории с Иоганном, миссис Блэк. Тогда у рода даже фамилия была иной, как вы знаете. Укус какого-то залетного вампира стал роковым в судьбе мужчины. Если я не ошибаюсь, это произошло лет за 400 до рождения Иоганна. Примерно одиннадцатый-двенадцатый век. Точнее трудно судить, потому что при изгнании Ллевелин был стерт из анналов рода, а прожил он порядка 500 лет. Может, история Эйров-вампиров насчитывает и больше… кто знает? У нас не принято раскрывать все карты даже собственным детям.
Амелия кивнула. Противоречия в словах Самаэля с теми крупицами из истории Эйров, которые знала она сама, не было.
- Обращенные вампиры рано или поздно скатываются в безумие. Считается, что это из-за того, что они не в состоянии принять свои вампирские инстинкты и человеческий разум просто-напросто разрушается под воздействием противоречий в человеческих чувствах и вампирском мировоззрении. Оно, как вы понимаете, очень сильно отличается от человеческого. Еще одним занятным фактом является то, что маг, укушенный вампиром, теряет свою магию.
Сириус нервно дернулся, подумав об Астрее, но усилием воли заставил себя сдержаться, вспомнив слова Амелии о том, что ментальные маги не были подвержены вампиризму.
- Но, - Самаэль нагнулся к столику и взял свой бокал, - Ллевелин магию сохранил.
Амелия изумлено ахнула.
- Невозможно.
- Тем не менее, это так. Вообще-то, это не единичный случай. Все, кто находятся в Академии Эсте, представители родов вампиров, в которых умеют обращаться с магией. Но пришли они к этому разными путями… В основном за счет браков с чистокровными магами, так что, это делает Ллевелина своего рода легендой среди вампиров. К тому же, именно в нашем клане всегда рождались вампиры с наиболее выдающимся магическим потенциалом.
- Отдает показухой, - хмыкнул Сириус.
Самаэль усмехнулся.
- Но правда. И Ллевелин же ввел в пользование тот политический строй в европейское сообщество вампиров, который поддерживался до недавнего времени. Клан Ллевелин был, да и остается, в общем-то, правящим. Хотя сейчас все, кто еще поддерживают монархию, собраны здесь, это не значит, что нас меньшинство. Внутриусобицы и ваш Темный Лорд изрядно потрепали нашу популяцию.
- Ваш отец?
- Мертв. Как и моя мать. Их убили, когда мне исполнилось пятнадцать вампирских лет. Как только подвернулась возможность пошатнуть монархический строй, Совет ею воспользовался. По меркам моего народа я был весьма юн для управленческой деятельности, поэтому Совет быстро прибрал власть к своим рукам. Нашлись и недовольные… Так началась наша война, а потом и ваш Лорд подвернулся. Незадолго до своей смерти мой отец основал Академию Эсте, куда многие вампиры, особенно приверженцы старого порядка, отправили своих детей в надежде уберечь их от влияния всей этой неразберихи… Тогда еще многие верили, что мы обойдемся малой кровью. Теперь многие из живущих здесь или сироты, или больше ни за что не вернутся в лоно семьи.
Самаэль сделал глоток вина.
- Вернемся к роду Эйр. Несмотря на изгнание, Ллевелин не спешил отказываться от родового имени. Более того, спустя поколение от добился от тогдашнего главы признания себя членом рода. Его женой стала его внучатая племянница Рут Эстель Лайл, представительница ныне вымершего рода, активно роднившегося с Эйрами. Говорили, что когда Иоганн навлек на род Проклятие, последний представитель Лайлов убил себя и жену, которая была из Эйров, не вынеся такого позора. Полагаю, это вы слышали, миссис Блэк?
- Да, это была довольно популярная байка в нашей семье, - устало откликнулась Амелия, - но я никогда не придавала ей значения.
- Человеческая память несколько коротка по сравнению с нашей… Факты превращаются в сказки, и наоборот. Что ж, продолжу. Пожалуй, стоит более подробно рассказать об Ллевелине. Ни один обращенный вампир не проживает более пятидесяти лет по причинам, о которых я упомянул выше. Но Ллевелин… мало того, что он сохранил магию, он сумел продлить жизнь и своей жены, кормя ее собственной кровью. Заметьте, она оставалась человеком.
- Так могут все вампиры?
- Не уверен. Прецедентов, знаете ли, не было. Вампиры несколько высокомерны, и большинство даже чистокровнейшие магические семейства не прельщают, тем более, когда они и собственной магией вполне владеют… Всех секретов Ллевелина не знает никто. Но вот в чем он просчитался, так это в желании вернуть себе родовое имя. Проклятие Иоганна затронуло и моего предка. Думаю, ярость вампира вы можете себе представить… В день, когда он обнаружил изуродованный Родовой Гобелен, говорят, погибло немало слуг в его замке… Но Проклятие, затронувшее общее для обоих ветвей, более на вампиров не распространилось. Нам осталась только память о столь прискорбном инциденте, да испорченный отрез ткани, на котором под действием эмоций, Ллевелин стер все, что относилось к людям, и наложил запрет на остальные Гобелены, не позволяющий проявиться на них представителям вампирской ветви. Поэтому я был несколько удивлен, когда вы, миссис Блэк, упомянули о Пророчестве. Нас ничто не связывает, кроме дальнего родства.
Амелия кивнула и потерла виски пальцами. Головной болью она не страдала, но эту привычку переняла от деда.
- Значит, я ошибаюсь?
- Не знаю. Трудно судить о Пророчествах, пока они не сбудутся. Родовой Гобелен все еще скрыт, не так ли? Возможно… возможно, магия хочет возвращения в мир истинного имени Эйров, которое никто не знает.
- Но это уже по определению невозможно. Я – последняя из Эйров, даже если бы я родила сына специально для введения в род…
- Что вы знаете о родовых наследованиях, миссис Блэк?
- В Хартии Чистокровных этому целая глава посвящена, - несколько раздраженно ответила Амелия, - все, что написано там…
Она внезапно замолчала. Сириус нахмурился.
- «Дети наследуют родовые особенности родителя, принадлежащего к магически более сильному роду. Из этого следует, что по крови они принадлежат более к роду того родителя, который магически более силен, независимо от вступления в права и родового имени», - процитировал мужчина.
- Все три ваших ребенка – ментальные маги.
- Мы никогда не рассматривали Астрею, Альтаира и Бетельгейзе как кандидатов на вступление в род Эйров, - перебила вампира Амелия, - тем более, что девочки в любом бы случае не смогли передать родовое имя своим детям, если только в случае неравного брака.
Самаэль кивнул, никак не прокомментировав слова женщины.
- Тогда странно, что мы вообще говорим о Пророчестве, - подал голос Сириус, - если только у вас, Самаэль, нет желания выйти из тени, вернув фамилию Эйр в мир?
- С этим не все так просто. Я прежде всего вампир, и даже, владея магией, никогда не смогу стать полноценным представителем магического общества. У нас, знаете ли, специфические умения…
- Слишком просто, - добавила Амелия, - если бы… если бы это было возможно, Сириус, у меня вообще не было бы проблем.
Самаэль поднял голову и прислушался. Спустя пару минут в дверь тихо постучали и на пороге появилась молодая девушка в похожей на школьную форму одежде, с коротким ежиком фиолетовых волос, взлохмаченных да так и закрепленных с помощью геля, и с лицом фарфоровой куклы, красивым, но абсолютно безэмоциональным.
- Господин, мальчики проснулись.
Самаэль бросил короткий взгляд на наручные часы.
- Мы проговорили почти два часа… Быстро время пролетело, однако. Спасибо, Кармилла. Будь добра, проводи их сюда и принеси младшую девочку. Не стоит ее будить.
- Слушаюсь.
Дождавшись, пока шаги Кармиллы стихнут, Самаэль повернулся к Блэкам.
- Пока мы еще одни… По поводу Астреи…
- Да, кстати, начинали-то мы с нее, - в голосе Сириуса послышалась досада.
- Вампиром ваша девочка не станет, впрочем, как и волкодлаком, чей яд я нейтрализовал. Но и последствия, к сожалению, имеются… - Самаэль неосознанно коснулся пальцем своих губ, но почти тут же отнял руку, слишком поспешно, что бы люди не обратили на это внимания. Амелия недоуменно нахмурилась, - я теперь связан с Астреей, как и она со мной…
- Что?!
- Принцип связи?
Самаэль медлил, сомневаясь, следует ли отвечать. Вряд ли они были в состоянии оценить то, что он собирался им поведать. К сожалению, иного выхода не было…
- Я упомянул Рут Лайл… Так вот, Ллевелин в свое время спас девушку точно так же, как я спас Астрею сейчас, использовав Магию Смерти, которой владеют вампиры. К сожалению, заклинание, которое я активировал во время укуса, создает непрерывную циркуляцию жизненной силы между вампиром и человеком. Это явление получило название sanctus concilium, буквально, священный союз. Теперь, для поддержания жизни нам периодически необходимо обмениваться… ммм…
- Чем? – в голосе Амелии звучал неприкрытый ужас.
Самаэль подавил в себе желание немедленно смыться из комнаты и заставил свой голос звучать ровно.
- Достаточно и крови.
- О Мерлин мой!
- Всю жизнь? – сдавленно спросил Сириус.
- Обмен прервется со смертью одного из нас, тем самым, освободив другого и сделав его сильнее, ведь жизненная сила двух существ сконцентрируется в одном.
- О нет, нет, нет, нет! – Амелия вскочила и заходила по комнате, не в силах справиться с собой. Резко обернувшись к вампиру, женщина ткнула в него пальцем.
- Неужели не было другого выхода?
- Превращение вашей дочери в волкодлака? Или смерть? – Самаэль позволил раздражению вырваться наружу, - вы должны радоваться, что…
- Зачем? – вопрос Сириус заставил всех троих замолчать, не сводя пристального взгляда друг с друга.
Появление Кармиллы в сопровождении мальчишек, несущей на руках посапывающую Морвен, избавило его от необходимости отвечать. Вампир несколько поспешно встал, стремясь скрыться от изучающего взгляда Сириуса, и повернулся к мужчине спиной.
Гарри и Альтаир, завидев родителей, с громкими криками бросились вперед и повисли на Сириусе, принявшись наперебой рассказывать, что с ними приключилось. Блэк едва заметно улыбнулся, но почти сразу же принял суровое выражение лица.
- Молодые люди, не думайте, что пережитое избавит вас от порки дома.
- Но это Морв виновата! – возмущенно воскликнул Альтаир, за что получил подзатыльник от Гарри.
- Нечего на девчонку сваливать, - сурово сказал Поттер, - порка, значит, порка.
Амелия приняла из рук Кармиллы спящую дочь. Платье девочки было ужасно испачкано, а волосы, еще недавно тщательно уложенные, растрепались и теперь представляли из себя гнездо спутанных кудряшек.
- Мама? – приоткрыв один глаз, сонно прошептала девочка.
- Спи, детка. Скоро будем дома.
- Я не хочу, - зевая, ответила Морвен, - тут киса ходит…
- Куплю я тебе кису, куплю, - устало ответила женщина, - а Астрея?
- Я сам ее принесу.
Самаэль вышел из комнаты, оставив людей на попечение молчаливой Кармиллы.

------------------------------------------------------------

Надеюсь, новая глава вас не разочарует. Как вы заметили, я немного нарушила установленный в начале порядок - глава за детей, глава за взрослых, но не думаю, что вам бы было интересно читать про спящих сорванцов)
Еще хочу напомнить, что сейчас у меня сессия и продолжится она весь июнь, так как учусь я одновременно в двух институтах. Поэтому обновления всех трех фанфиков, которые сейчас пишу, будут нерегулярными.
Беты у меня нет, так что указывайте на ошибки! Буду благодарна.
И, естественно, отзывы стимулируют работоспособность автора))

Глава 10


Глава 10.

Когда Самаэль вошел в комнату, Астрея крепко спала, перевернувшись на живот и подсунув руки под подушку. Ничто не говорило о том, что всего пару часов назад на груди девочки зияла жуткая рана, нанесенная клыками и когтями волкодлака. Самаэль присел на край постели и внимательно вгляделся в безмятежное лицо девочки. Она уже сейчас была очень красива, а лет через пять обещала превратиться в настоящую королеву… Впрочем, все трое детей Блэков обладали идеальными чертами. Единственная блондинка среди них, Астрея к тому же унаследовала и необычный цвет глаз: серый и зеленый цвета сменяли друг друга, чередуясь кольцами – серый у внешней и внутренней границы радужной оболочки, и зеленый посередине. Воистину, потрясающие глаза.
Самаэль поймал себя на том, что осторожно перебирает мягкие локоны девочки. Печально усмехнувшись, он убрал руку.
Появление Кармиллы избавило вампира не только от ответа на вопрос Сириуса, но и необходимости пояснять все последствия укуса. Вряд ли родителям девочки понравилось, если бы он сказал, что sanctus concilium связывает его и Астрею не только необходимостью обмена кровью или какими-либо иными жидкостями, но и их души. В этом плане сильнее не повезло, если можно было так сказать, самому вампиру – он активировал заклинание, и он же в итоге будет отдуваться. Уже сейчас Самаэль начинал чувствовать мистическое влияние на себя – Астрея с каждым мгновением становилась ему все более необходима. Прикрыв глаза, вампир некоторое время сидел неподвижно.
Жаль, что с ней придется расстаться.
Астрея была избавлена от смутного желания обладать, а значит, ее сердце будет свободно. Вдали от него девочка вполне сможет найти себе другую привязанность… И шанс того, что вампиру она не достанется, был очень велик.
Самаэль еще раз коснулся волос малышки. Красавица.
Она была еще слишком мала, и не могло быть и речи о том, что бы стараться быть к ней ближе. В конце концов, ее родители вряд ли пожелают для дочери сомнительной участи быть возлюбленной вампира. Самаэль не питал иллюзий и на счет того, что ему будет позволено видеть ее в редкие моменты, когда им необходимо будет обменяться кровью друг с другом. Достаточно будет законсервированной магией порции… Астрее даже не обязательно будет знать, что у нее вообще берут кровь.
В принципе, Самаэль мог бы и не считаться с мнением Блэков, но не стал бы делать этого в любом случае. Все еще были свежи его воспоминания о собственном детстве… Он не собирался принуждать девочку.
Когда они встретятся, все решится само.
А не встретятся… что ж, поступиться собственными чувствами будет никогда не поздно, тем более что оставлять клан Ллевелин без наследника в планы Самаэля не входило.
Он осторожно сжал плечо девочки.
- Астрея.
Она шевельнулась, пытаясь сбросить его руку, и что-то неразборчиво пробормотала.
- Проснись, малышка.
- Папа? – девочка повернула голову и приоткрыла один глаз. Потом полностью перевернулась на спину и широко зевнула. Самаэль отметил, что ее платье было целым – скорее всего, Кармилла постаралась. Как раз в этот момент Астрея широко открыла глаза и изумленно уставилась на вампира.
- Ой.
- Твои родители ждут тебя.
- Самаэль? – в голосе девочки слышалось сомнение. Она медленно подняла руку к шее, потом опустила взгляд вниз, рассматривая свое платье. Нахмурив брови, Астрея вновь посмотрела на вампира.
- Не понимаю. Меня укусил не оборотень, но что? И как ты это сделал? Как меня вылечил? Ты не человек?
- Почему ты так думаешь?
- Я не могу читать твои мысли. Я еще не встречала ни одного человека, который смог бы закрыться от меня.
- Даже твоя мама?
- Даже она, - девочка подтянула колени к груди и уткнула в них подбородком, - здорово, что я не могу читать твои мысли.
- Почему?
- Я отдыхаю, - тихо ответила Астрея, - я – это я, а не чужие мысли и желания. Я не умею закрываться от них, и мне приходится постоянно контролировать себя, угадывая – думаю ли это я сама, или человек, находящийся рядом со мной.
Лицо Астреи приняло отстраненное выражение. Она рассматривала узор на простынях, пока Самаэль рассматривал ее. Одно дело было рассуждать о ментальных магах, и другое – видеть воочию. Без сомнения, в девочке заключалась грандиозная сила, и именно поэтому она не могла ее контролировать, в отличие от своей матери. Вампиру остро захотелось чем-нибудь помочь Астрее, но он не знал ни одного способа, что бы облегчить ее страдания. Вместо этого он протянул руку и погладил девочку по голове.
Она неуверенно улыбнулась.
- Так кто ты?
- Вампир, - просто ответил Самаэль. Глаза Астреи расширились, но вместо испуга он заметил в них лишь сильнейшее любопытство. Она радостно улыбнулась и, встав на колени, положила ладонь на плечо вампира.
- А можно… можно посмотреть на твои клыки? – с восторгом прошептала девочка.
Теперь Самаэль смотрел на нее с неподдельным изумлением. Ему были непонятны причины такого поведения девочки, к тому же, он не питался слишком давно, а те пару глотков крови Астреи не стоило брать в расчет. И теперь, когда она находилась так близко, он слишком остро реагировал на запах ее крови. Вампиру пришлось еще раз напомнить себе про железный самоконтроль…
Медленно, стараясь не напугать ребенка, он приподнял верхнюю губу и обнажил клыки. Восторгу Астреи не было предела. Во все глаза глядя на вампира, она не сдержалась и протянула руку, пальцем коснувшись правого клыка. Самаэль испытал разве что не священный ужас. Отвернув голову, он сомкнул губы.
- Совсем не боишься?
- Нет, - она вновь села, сложив руки, как примерная девочка, на коленях, - здорово, наверное, быть вампиром?
Внезапная дрожь прошла по телу Самаэля.
- Нет, - резко ответил он, потом, смягчившись, добавил, - человек не сможет стать полноценным вампиром.
Астрея не ответила.
- Твои родители ждут тебя.
- Спасибо.
- Что?
- Спасибо, что спас меня. У меня больше не будет возможности сказать тебе это еще долгое время.
- Почему ты так думаешь?
Девочка пожала плечами.
- Иногда я просто… знаю о том, что говорю.
Самаэль подумал о том, что перед ним, вероятно, сидит сильнейший за всю историю ментальный маг. Невольный восторг от осознания этого факта был немного омрачен словами девочки. Впрочем, она не говорила, что они вообще никогда не увидятся. Это вселяло надежду…
Астрея спустила ноги с кровати, но, встав, почти тут же села обратно, прижимая ладонь ко лбу. У девочки потемнело перед глазами. Самаэль невольно задумался о том, сколько же она потеряла крови, когда ее поранил волкодлак, да и он сам не особо скромничал, кусая ее.
- Ты еще слаба, - вслух сказал вампир, - позволь, я тебя донесу.
Астрея молча кивнула и уткнулась лицом в его плечо, когда Самаэль осторожно поднял ее на руки. Ей опять нестерпимо захотелось спать. Вампир же, идя по темным коридорам и ощущая тепло человеческого тела, неосознанно замедлял шаг, не желая так быстро расставаться с этой девочкой. Она была необыкновенна.
В комнате помимо Кармиллы и людей обнаружился Соломон и Радана, его невеста, молчаливая, немного стеснительная девушка с темно-каштановыми вьющимися волосами до плеч и теплыми карими глазами. Возле нее, примостившись на подлокотнике ее кресла, сидел Гарри, глядевший на девушку во все глаза и едва ли не раскрывши рот, слушая ее тихий голос. Острый слух Самаэля уловил отрывок разговора – Радана говорила о вылвах. Переведя взгляд на ухмыляющегося Соломона, вампир понял, в чем причина их визита – на руках у Арденна сидел здоровенный угольно-черный кот с ярко-желтыми глазами и хитрым выражением на усатой морде. Он то и дело косился в сторону крутящейся на руках матери Морвен, которая едва ли могла спокойно сидеть, несмотря на строгие оклики Амелии. Откровенно зевающий Альтаир положил голову на колени отца и сонным взглядом следил за сестрой.
Увидев Самаэля, присутствующие вампиры почтительно поднялись, но почти тут же опустились на свои места, стоило ему махнуть рукой.
Получившая возможность вырваться из рук матери Бетельгейзе почти тут же подбежала к Соломону и бесцеремонно вскарабкалась на его колени, стремясь быть ближе к диковинному коту, который размерами не уступал хорошо откормленному спаниелю.
- Наконец-то, - с восторгом прошептала Морвен и заключила кота в объятия. Соломон, на коленях которого это все и происходило, ойкнул, когда кот вцепился когтями ему в ногу.
- Бетельгейзе!
- Мама! Это же киса!!!
- Какая, к черту, киса? – устало поинтересовалась Амелия, - это какой-то монстр…
- Его зовут Мариус.
- Ну, вообще-то, это вылва Маришка… - подала голос Радана, - лесной дух…
- Это мальчик, - возмущенно перебила вампиршу девочка, - мальчик! Какие-то вы глупые все! Он у вас столько жил, а вы даже не знаете. Пощупали бы, что ли!
Секундное молчание было нарушено взрывом хохота. Даже Кармилла, застывшая у дверей, улыбнулась. Самаэль очень постарался, что бы его судорожный смех не разбудил Астрею, которая крепко спала у него на руках.
Морвен, потянувшая кота на себя, без церемоний уселась поудобнее на коленях Соломона и зарылась лицом в плотную шерсть животного. Судя по выражению ее лица, девочка обиделась на взрослых за их смех.
Внимание Амелии было приковано к старшей дочери. Самаэль, понявший, что дольше стоять на пороге просто глупо, подошел к женщине и осторожно передал ей девочку. Выпрямившись, он отвернулся и взглянул в сторону кузена.
- Радана, кажется, у тебя появилась конкурентка, - глядя, как Морвен что-то горячо шепчет на ухо хихикающему вампиру, прокомментировал Самаэль.
Вампирша одарила его снисходительным взглядом.
- Ну так что там про вылв? – дернул ее за рукав Гарри.
- Вылвы – лесные духи. Я не в курсе, как они называются на твоей родине, Гарри. Обычно они принимают или облик юной девы, или кошки, или какой-нибудь мелкой лесной живности. Вообще-то, говорить о них, как о лесных духах – не совсем правильно. Есть вылвы шахт, вылвы болезней, вылвы, охраняющие конкретного человека. Маришка… или Мариус, - увидев, как насупилась Бетельгейзе, поправилась Радана, - была вылвой Петроса, Хранителя нашей библиотеки. К сожалению, он был простым человеком, и когда умер, вылва осталась одна. Теперь ей нужен новый хозяин и им должен быть тот, кто ее… его поймет.
- Строго говоря, - вмешался Соломон, - вылвы пола не имеют. Но женщинами их как-то чаще видят…
- Хотите сказать…
- Да, мистер Блэк, ваша дочь отправилась в лес именно за Маришкой. Сожалею, что так получилось, вообще-то Маришка – очень спокойное существо. Не представляю, что заставило ее выбраться так далеко от замка, да еще и портал пройти. Но она, кажется, вполне этим довольна, ведь нашла себе нового хозяина.
Самаэль нахмурился, глядя на вылву.
- Я бы наказал тебя, Мариус, но теперь у тебя есть хозяин…
- Наказывать Маара?! – возмущено воскликнула Морвен, - да ни за что.
Кот в ее руках потянулся и довольно мяукнул, заслужив бурный восторг новой хозяйки. Девочка разулыбалась во весь рот и счастливо посмотрела на мать. Самаэль внимательно наблюдал за этим зрительным контактом. Наконец, Амелия отвернулась от дочери и посмотрела на мужа.
- Переубедить ее не удастся, Сириус. Этот кот – ее и точка. Словно она его всю жизнь ждала, что, впрочем, меня почему-то совсем не удивляет.
- Это ее мысли?
- Никакого постороннего вмешательства, - Амелия потерла лоб пальцами, - кроме эмоций этого кота… вылвы… как угодно. Эмоции животных меня раздражают.
- А меня – нет, - подал голос Альтаир, - они забавные. Простые. Хотя, вот у этого что-то странное.
- Опять началось, - прокомментировал в пространство Сириус, - так, давайте обсуждение своих умений вы отложите на потом. Мы еще здесь не закончили.
- Так, значит, вы в самом деле ментальные маги? – полюбопытствовала Радана.
- Я – нет, - откликнулся Гарри.
- Кармилла хочет спать, - подал голос Альтаир, - тебе очень интересно, мама беспокоиться, а отец чем-то недоволен. Гарри… эээ… ну, наверное, ты ему нравишься. С Морвен все и так ясно. Это же Морвен… А про Соломона и Самаэля я ничего не могу сказать. Я их не чувствую.
- А Астрея?
Мальчик нахмурился.
- Я не рассказываю про Астрею. И она про меня.
- Детская клятва, - пояснила Амелия, рассматривая сына, - Альтаир единственный, кто способен улавливать Астрею на ментальном уровне. Полагаю, это из-за связи двойняшек, потому что ни один ментальный маг не способен проникнуть в ее голову.
- Девочка сильна, - подтвердил Самаэль, - потрясающие способности.
В комнате повисло молчание. Поттер, спрыгнувший с подлокотника кресла Раданы, сел на диван рядом с Сириусом и теперь рассматривал свои ботинки. Самаэль окинул мальчика задумчивым взглядом.
- Гарри знает о своем предназначении? – его вопрос прозвучал неожиданно.
- В общих чертах, - ответила Амелия, - когда настанет время идти в школу, я расскажу ему все более подробно.
- Хм… вы в курсе о Печати Смерти на этом ребенке?
- Что это такое?
- Способности к магии вампиров.
- Но… как такое может быть? – Сириус и Амелия переглянулись.
- В роду Гарри были вампиры?
- В роду его отца – очень сомнительно, - медленно ответила Амелия, - они все как на подбор – светлые маги. А мать у него маглорожденная.
- Полукровка, значит, - задумчиво протянул Самаэль, - интересно. Но, вообще-то, магловское происхождение еще ни о чем не говорит. Способности к нашей магии могут проявиться и через десять поколений, хотя, Печать довольно сильна… Впрочем, это не так уж и важно.
- Я могу стать вампиром? – с тревогой переспросил Гарри.
- Нет, не думаю, что это хорошая идея, - улыбнулся Самаэль, - а вот овладеть нашей магией ты вполне способен. Кроме той, которую вампиры используют во время… ммм… укусов.
- Что вы предлагаете? – голос выдал напряжение, охватившее Амелию.
- Обучение.
При словах Самаэля Соломон изумленно охнул. Вампирши оказались более сдержаны и не проронили ни слова, хотя по изменившейся позе Раданы можно было понять, что и ее новость удивила. Самаэль бросил короткий взгляд на подчиненных.
- Мальчик избран. Приход к власти Темного Лорда вампиров устраивает едва ли больше, чем людей.
- Ты говоришь за всех вампиров?
Самаэль усмехнулся и в выражении его лица мелькнула тень хищника, которая так испугала Амелию в первые минуты их знакомства. Сейчас было нетрудно поверить, что этот с виду молодой парнишка крайне опасен.
- С другими мы вопрос уладим.
- Мам, - Гарри был так удивлен и очарован перспективами, что даже назвал Амелию мамой, что было крайне редким явлением, - я хочу.
Сириус и Амелия вновь переглянулись и на этот раз очень долго не прерывали зрительный контакт. Она читала мысли мужа, кивая или отрицательно качая головой на то или иное замечание. Наконец, она заговорила вслух, но все еще обращалась к Блэку.
- Ладно, допустим. Но, Сириус, как решить вопрос с Альбусом? Вампирская магия по определению наших министерских умов уже темная. Его же заклеймят новым Темным Лордом… А это отличный рычаг влияния на ребенка…
- Если об этом узнают.
Амелия повернулась к Самаэлю.
- Ты гарантируешь анонимность? И у Гарри есть только год. К сожалению, в Хогвартс ему придется поступить.
- Недостаточно, но если продолжать еще и на каникулах обучение… Вполне. Таланты следует развивать.
- Круто! – вскинул кулак Поттер, - мне это нравится!
- Да кто бы сомневался, - пробормотала Амелия.

------------------------------------------------------------

Вот и новая глава. Кто-то жаловался, что в фике много супер-сильных Блэков? Но мой Гарри не так уж прост, вы не находите? Надеюсь, глава вам понравится.
И помните, работоспособность автора отзывы очень даже стимулируют))) Для тех, кто ждет обновления и других фиков у меня не очень радужные новости - пока что мое время полностью забито между работой и сессией, так что главы я выкладываю только тех фиков, которые пишу наперед, с запасом, а из таких пока только "Проклятый Дар". Но не расстраивайтесь, последний экзамен у меня 15-го числа.

Глава 11


Глава 11.

Амелия оттянула ткань платья на груди Астреи и внимательно осмотрела гладкую, совершенно неповрежденную кожу. Любопытный Альтаир, как-то ненавязчиво перебравшийся с отцовских колен под бок к матери, с легким недоумением разглядывал целое платье сестры. В его сознании Амелия увидела довольно четкую картину того, как волкодлак покромсал Рею, и невольно содрогнулась – причин не верить сыну у нее не было, а это значило, что укус Самаэля, как минимум, совершил чудо. Женщина шумно вздохнула и облизнула вмиг пересохшие губы. Не сдержавшись, она прижала спящую девочку к себе и зарылась лицом в ее волосы, едва сдерживая слезы. Сириус с тревогой следил за едва ли не плачущей женой – видимо, все произошедшее впечатлило женщину сильнее, чем она старалась показать. Обычно при посторонних она не позволяла себе столь явные проявления чувств…
Наблюдавшие за этим вампиры тактично отводили глаза.
Альтаир коснулся щеки сестры ладонью.
- Она видит хороший сон, - задумчиво прокомментировал свои ощущения мальчик, - а когда мы пойдем домой?
- Домой? – удивленно переспросила Морвен, - а мне здесь нравится.
- Маленьким девочкам пора спать, - ответил ей Сириус, - к тому же, никто не отменял того, что вы все будете наказаны за самоволку.
Дети дружно вздохнули и покосились друг на друга, молчаливо признавая правоту отца.
В этот момент Астрея открыла глаза и сонно заморгала, глядя на мать.
- Мама?
- Что, детка?
- Мне такой сон странный сни-и… - Астрея нахмурилась и умолкла, пристально глядя на Амелию. Потом вздохнула и выпрямилась в ее объятиях, - не сон. Что это за вылва такая? Мы, значит, ради нее в лес полезли? Передай ему, что мне приятно познакомиться, Морв.
- Значит, это она и есть потрясающей силы телепат? – полюбопытствовала Радана.
- Да, потенциал у Астреи огромен, - ответил Самаэль.
Рея повернула голову на звук голоса вампира и застенчиво улыбнулась ему. Потом слезла с колен Амелии и села рядом с братом, взяв его за руку. Блондинистая и черноволосая головы склонились друг к другу и дети полностью погрузились в своеобразный мысленный разговор между собой, перестав обращать внимание на окружающих.
Сириус поманил к себе Гарри.
- Ты точно уверен, что хочешь изучать вампирскую магию? Это может отрицательно сказаться на… ммм… отношении других людей к тебе, если они узнают.
- Но ведь это поможет мне стать сильнее?
- Да, - со вздохом ответил мужчина, - но за каждую силу надо платить.
- В этом случае это будет изменение относительно светлого потенциала твоей ауры, Гарри. Ты станешь темным волшебником, как твои опекуны, - проницательный взгляд Самаэля скользнул по поморщившимся Сириусу и Амелии, - но, если не ошибаюсь, они тоже пришли к этому не сразу. Не так ли?
- Трудно перебороть природу, - проворчал Блэк, - впрочем, я никогда и не говорил, что мне противны все Темные Искусства. Но Амелия родилась такой. Знаешь, Гарри, окрас твоей магии, факультет и даже семья ни в коем случае не должны повлиять на то, как ты сам будешь воспринимать себя. Главное, что здесь и здесь, - Сириус коснулся рукой груди и головы мальчика, - а что там другие думают, это дело десятое. Чего ты хочешь?
- Я хочу стать сильным, что бы уничтожить Темного Лорда раз и навсегда. И еще хочу, что бы никто и никогда не диктовал мне условия… как это сделали с моими родителями, - помедлив, ответил Поттер, - не хочу идти на поводу у других.
- Хорошее желание, - одобрительно кивнул головой Сириус, - значит, рискнуть ты готов?
- Да.
- Мэл? – мужчина обратился к жене, - а ты…
- Только ради перекошенного лица директора, - усмехнулась женщина, но почти сразу же стала вновь серьезной, - это большой риск, на самом деле. Самаэль, мы все еще не знаем твоих мотивов.
Вампир сложил руки на груди и криво усмехнулся.
- Неужели вам мало того, что я просто хочу намерено вмешаться в войну с Темным Лордом? Это возможность вернуть порядок в иерархию вампиров, уничтожить недовольных и… отомстить.
В комнате повисла зловещая тишина. Амелия заметила, как сжала подлокотники своего кресла Радана, как резко выпрямился Соломон и даже Кармилла, больше похожая на ледяную статую, переступила с ноги на ногу, выражая беспокойство.
Амелия вспомнила слова о том, что большинство обитателей Академии Эсте или круглые сироты, или никогда уже не смогут вернуться в свои семьи… Неужели все эти дети?.. А дети ли? Внезапно женщина задумалась о том, как сильно различаются исчисления возраста у людей и вампиров.
- Сколько вам лет? – обращаясь к вампирам, вслух поинтересовалась Амелия.
Самаэль не медлил с ответом.
- По человеческим меркам мне около сорока пяти лет. По вампирским я едва ли вошел в пору юности. Соломон одних лет со мной, Радане тридцать девять. Кармилла… Кармилла – полукровка, так что выглядит она на свои реальные годы. Ей шестнадцать.
Амелия покачала головой. Никому из этих четверых нельзя было дать больше пятнадцати-шестнадцати лет. Она слышала, что чистокровные вампиры растут и развиваются медленнее людей, но никогда не представляла, что настолько… Это было удивительно.
- В чем заключается смысл вашей мести?
- Как я уже говорил, все вампиры, обитающие здесь, представители родов, поддерживающих монархический порядок. Единицы – те, кто принял самостоятельное решение уйти из семьи, которая разделяла иные взгляды. Из таких Радана. Ее отец… хм… убил собственную жену, когда она не поддержала его решение о том, что бы присягнуть на верность Совету и отречься от служения роду Ллевелин. Позже он встал под знамена вашего Лорда. Родители остальных или убиты наемниками Совета, или… или их постигла более страшная для вампира участь.
- Что это? – дрогнувшим голосом спросила Амелия.
- Голодное безумие, - за Самаэля ответил Соломон.
- Считается, что низшие вампиры в конце концов скатываются в безумие. Но почему-то большинство имеющих представление об истинном устройстве общества вампиров не думают о том, что безумию подвержены и рожденные вампирами. Долго ли продержится человек без пищи? Месяц, хотя сомнительно… В конце концов, он умрет. У вампиров все обстоит несколько сложнее – сначала начинает деградировать разум, постепенно уступая инстинктам хищника. Исчезает память… Осознание себя как личности… Остается только одно желание – выжить, а это значит, есть.
- Совет пользовался этой пыткой как своего рода забавой, - продолжил светловолосый вампир, когда Самаэль умолк. Голос Соломона звучал глухо и безжизненно, - они доводили неугодного вампира до безумия, а потом… - голос вампира сорвался и он замолчал, не в силах продолжать дальше. Молчал и Самаэль. За время разговора он переместился к окну и теперь смотрел куда-то поверх верхушек деревьев, полностью погрузившись в свои мысли. В конце концов, заговорила Радана.
- Потом безумца выпускали на Кровавую Арену. Она находится в замке клана Николеску, это огромная арена на месте подземного озера, место многих кровавых расправ. Туда же выпускали и тех близких вампира, которые были пойманы, - Радана сглотнула, но продолжила, - в конце концов, или он убивал их всех, или убивали его, но… Узы брака и крови в наших семьях очень сильны. Мало найдется вампиров, которые смогли бы пережить ужас от осознания, что своими руками убили того, кого любили едва ли меньше жизни. А если и так… Совет не отпускал никого.
- Так поступили с родителями Соломона и моей матерью, - продолжил Самаэль, - мать Сола была ее родной сестрой.
- Отец не смог ее убить, - Соломон вздрогнул, - тетя Дезире тоже. Мама убила себя сама. Вырвала себе сердце, когда… наверное у нее был минутный проблеск разума.
Амелия только сейчас поняла, что все сказанное не минуло ушей и присутствующих здесь детей. Морвен, сидевшая на коленях Соломона, притихла и выглядела непривычно печальной. Руки девочки безостановочно гладили шесть Мариуса, а сам кот буквально обвился вокруг нее, мурлыча ей почти в самое ухо. Гарри тоже сидел ниже травы, тише воды, но он был, скорее, серьезен, переводя внимательный взгляд зеленых глаз с одного вампира на другого. Амелия поборола искушение прочитать его мысли и перевела взгляд на двойняшек. По щекам Астреи текли слезы. Она остановившемся взглядом смотрела на Соломона, а сидевший рядом Альтаир гладил ее по волосам, пытаясь успокоить. Страшную догадку Амелии озвучила сама девочка, когда спросила у вампира полным боли голосом:
- И тебя заставили смотреть?
Самаэль резко отвернулся от окна, впившись взглядом в Астрею, а Сириус еле справился с дрожью, пронзившей его тело – мужчина прекрасно понял, что все, что было сказано на словах, Рея только что увидела в воспоминаниях Соломона.
- Ты видела? – не справившись с эмоциями, воскликнул Соломон.
- Да, - Астрея вытерла рукой щеки, но слезы все еще продолжали капать, - все видела.
Амелия охнула и прикрыла рот ладонью.
- Рея…
- Все нормально, мама, - девочка глубоко вздохнула и попыталась улыбнуться, - я видела похожие вещи. В мыслях прохожих на улицах. Бродяги иногда видят такое… Я… мне очень неудобно, что я это увидела без спроса.
- Ничего…
Соломон переглянулся с Самаэлем. В головах вампиров крутилась одна и та же мысль – если уже в таком возрасте Астрея могла «прочитать» Сола, второго по силе в Академии Эстре, то что будет через несколько лет? Конечно, до Самаэля даже Соломону было очень и очень далеко, но возможность того, что когда-нибудь его магическая защита разума будет подвластна Астрее, была вполне реальной.
Все вампиры поголовно, кроме обращенных, имели естественную защиту, не позволявшую кому-либо манипулировать с их разумом. Чем сильнее был вампир, тем надежнее была защита. Одновременно с тем у чистокровок почти всегда имелась какая-либо родовая особенность, умение или дар, а иногда и несколько одновременно.
- В общем, уничтожение вашего Лорда даст нам возможность уничтожить Совет, - все еще пристально глядя на Астрею, медленно проговорил Самаэль.
- Почему вы не сделаете это сейчас, пока Волдеморт якобы мертв?
Вампир отошел от окна, медленно прошелся по комнате и остановился за диваном, на котором сидели Амелия и двойняшки. Положив ладони на спинку, он немного наклонился вперед.
- А почему вы не уберете из своего правительства тех Пожирателей, которые там еще остались?
- У нас нет доказательств.
- У нас ситуация примерно такая же, - Самаэль выпрямился и посмотрел на Соломона, - Совет сейчас поддерживают вампиры, не входящие в аристократию, но и не обращенные… Среднячок, на котором, по сути, и держится Совет благодаря их многочисленности. Эти вампиры пойдут за своими сюзеренами и в огонь, и в воду. Но это пока… пока они думают, что Совет дает им больше свободы, чем монархия. Как только возродится ваш Лорд, они вновь ощутят на себе ярмо рабов, и это им не понравится. Как только начнутся сомнения, Совет потеряет свои позиции. Сейчас они дают им свободу, которую те требуют, но Темный Лорд никогда не рассматривал вампиров как равных себе, так что он не будет считаться с обещаниями, которые надавал Совет своим обожателям.
- Что из себя представляет этот «середнячок», как ты выразился?
- Полукровки. Вампиры, рожденные от союза человека и вампира.
- Человека-немага, так?
- Ммм… или нечистокровного мага. Мать Кармиллы была полукровной волшебницей, а отец – младший сын Филиппа Кюртена. Кэрри?
Девушка чуть склонила голову.
- По бабушке я принадлежу к магическому роду Сазерлендов. Она вышла замуж за маглла и ее выжгли с Родового Гобелена. Моя мать встретила отца, когда проходила практику по колдомедицине в госпитале Святого Лазаря в Голландских Альпах. Там есть отделение для вампиров… Спустя два года после моего рождения они были убиты по приказу моего деда Филиппа, он состоит в Совете.
- Убиты? Почему?
- Из-за меня, полагаю, - спокойно, даже отстраненно, ответила Кармилла, - из-за моей нечистокровности.
- Абсурд.
- У вампиров с этим строго, - подал голос Самаэль, - во главе рода не может встать полукровка. Кузен Кармиллы, Януш, не восприимчив к Магии Смерти. Редкое и ужасное явление среди нас – неумение манипулировать привычной для вампиров магией. Это приравнивает его к «низшим», к обращенным из людей. При таком раскладе наследницей клана становилась Кармилла. Филипп предпочел убить семью младшего сына и положиться на удачу, понадеявшись на рождение второго ребенка в семье старшего.
- Мне некуда было идти… Господин Ллевелин спас меня от смерти.
- Кэрри, - укоризненно перебил девушку Самаэль, - зови меня по имени.
Кармилла не ответила. На ее лице вновь появилось выражение абсолютного спокойствия.
Самаэль запустил пятерню в волосы и взъерошил их.
- Так что… У нас у всех есть счеты к Темному Лорду и Совету. Ходят упорные слухи, что подбил на смену власти вампиров, входящих в совет, как раз сам Лорд. Так ему легче было бы контролировать вампиров, а мы, как не крути, стоящие бойцы.
- А еще говорили, что Волдеморт не успел наворотить дел на континенте, - пробормотал Сириус, - это все началось задолго до того, как о нем заговорили в Англии.
- Полагаю, он собирал армию.
- Да, - задумчиво протянула Амелия, - а ведь вампиры участвовали в нападениях на магллов. Мы с тобой, Бродяга, с ними не сталкивались. Потому что на такие задания отправляли обычно бывалых авроров, а не вчерашних выпускников.
Сириус не успел ответить жене, так как его перебила Астрея.
- Как ты спасся оттуда?
Соломон облизнул губы и неуверенно покосился на Ллевелина.
- Меня спас отец Самаэля. И еще нескольких вампиров, которые были в плену у Совета. Кайен пришел за женой, но не успел.
- Один против Совета?
- Мой отец был очень сильным вампиром, как и все в роду Ллевелина, - со странной досадой в голосе ответил Самаэль, - что бы убить его, Совет положил головы трех десятков вампиров из аристократии, которые фактически пошли на самоубийство, решив штурмовать наш дом… Но даже уничтожив здание… перебив всю прислугу… Отца сгубило предательство. Его ударили в спину, а потом добили.
Вампир вновь подошел к окну и, сложив руки за спиной, посмотрел вдаль.
- До Академии они не добрались. Портал можно преодолеть только с одним из тех, кто имеет допуск и решил провести по собственной воле. А место, где располагается Академия, неизвестно никому, кроме меня. Никто из живущих здесь вампиров даже примерно не представляет, в какой части Карпатских гор мы находимся.
- Нельзя прятаться вечно, - горячо воскликнул Соломон, чем заработал предупреждающий взгляд Раданы. Вампирша неодобрительно покачала головой и сцепила пальцы в замок, с опаской глядя на Самаэля. Тот никак не отреагировал на слова кузена. Более того, он даже не обратил на него внимания. Отвернувшись от окна, Самаэль пристально вглядывался в лицо Амелии.
- Так каким будет ваше решение, миссис Блэк?
Женщина закусила губу и посмотрела на приемного сына. Она вспомнила никогда не унывающую Лили, ее тонкие пальцы, сжимавшие ее запястье с неожиданной силой, и слова, сказанные подругой в редкий момент, когда она позволяла себе показать свой страх… «Если со мной что-то случился, Мэл, я верю, что ты сможешь воспитать моего сына достойным человеком. Я хочу, чтобы он жил. Бог знает, я так хочу, чтобы он выжил!» Амелия посмотрела на Сириуса. Как бы отреагировал Джеймс, узнав, что его сын станет темным магом? Но ведь Сохатый никогда не относился к темным магам, как к врагам. Он видел прежде всего человека… Научился видеть, после того, как встретил Лили. Даже его юношеская ненависть к Снейпу в конце концов сошла на нет, ведь детские предрассудки без подпитки в конце концов исчезают… Он не отвернулся от нее, от Сириуса, когда они сделали свой сознательный выбор, впустили в свою жизнь тьму… вернулись к истокам собственных семей. Если это сделает Гарри сильнее, почему она должна препятствовать? Амелия тоже хотела, что бы мальчик жил…
И Сириус уже принял решение. Она читала это в его мыслях.
Если это поможет Гарри, если вампирская магия даст ему силы победить Лорда Волдеморта… Человек – это не окрас его магии, не факультет, не семья. Человека определяет его выбор, и даже если Гарри выберет путь темного мага, станет ли он от этого плохим?
Ведь они же не стали.
Амелия посмотрела на вампира и медленно кивнула головой.
- Мой ответ – да.


Глава 12


Глава 12.

До портала их провожали Самаэль, Соломон, Радана и Кармилла. Уже была глубокая ночь и на территории Академии было людно, как в полдень на главной площади какого-нибудь туристического городка. Вампиры – ночные существа – предпочитали в это время суток бодрствовать. Процессию с двумя магами и четырьмя людьми провожали любопытствующие взгляды, а некоторые вампиры даже осмеливались дружелюбно здороваться. Амелия отметила, что выглядели они все очень молодо, а некоторые были совсем детьми, внешне не отличаясь от двенадцати-тринадцатилетних детишек. Совсем юные даже по меркам людей.
Все без исключения почтительно здоровались с Самаэлем. Девушки приседали в изысканных реверансах, юноши кланялись, и шли дальше по своим делам. Самому вампиру это, видимо, не особо нравилось, хотя он не делал никаких попыток повлиять на подчиненных, как это делал с Соломоном, Раданой или Кармиллой. Видимо, официоз он не приветствовал только между ним и наиболее приближенным к нему вампирам.
Амелия вела за руки Альтаира и Астрею, которые без стеснения глядели по сторонам и вообще вели себя так, словно попали куда-нибудь вроде Косой Аллеи – интересное и безопасное место. Оно было отчасти понятно – дети не чувствовали отрицательных эмоций или плохих мыслей, и ощущали себя в абсолютной безопасности. Морвен, которую нес на руках Сириус, отчаянно вертелась и пыталась дотянуться до Мариуса, сидевшего на руках Соломона. Разлука с новым питомцем ее явно не устраивала.
Гарри же был полностью поглощен разговором с Самаэлем, который в полголоса что-то говорил ему. Возможно, рассказывал о том, где мальчику предстоит жить следующие полтора года до Хогвартса. Обязательным условием вампира было то, что бы Гарри переехал на территорию Академии Эсте, где и будет обучаться новой науке. Естественно, под личную ответственность Ллевелина…
- Мам, а почему мы не можем учиться с Гарри? – подала голос Астрея.
- Потому что вы ментальные маги, детка, к тому же, тебе это совершенно ни к чему. Темного Лорда убивать не тебе.
- Но мам, я тоже хочу быть сильнее, - в голосе Реи послышалась досада.
Амелия посмотрела на младшую дочь.
- Тебе-то это зачем?
- Ну… просто хочу.
- Хотеть не вредно, - Амелия с тревогой подумала, что после известий о странной связи Самаэля и Астреи, к дочери она вампиров подпускать что-то совсем не хочет, - в любом случае, твоих способностей с лихвой хватит на десяток сильных магов. А вот чему тебе стоит поучиться, так это умению обращаться с ними.
- Я…
- Если бы ты научилась ставить более-менее приличный щит на мысли, то волкодлак бы тебя не достал.
- Я не виновата…
- Я не говорю, что ты виновата, Астрея, но… Боюсь, что ты не сможешь жить в обществе, пока не научишься контролю над собой. Ты и сама это прекрасно знаешь.
- Знаю, - тихо ответила девочка.
Амелия покосилась на Астрею и тяжело вздохнула. С дочерью у нее редко получалось вести себя, как с обычным ребенком девяти лет. Рея была уже взрослой, как бы это странно не звучало. Да и трудно оставаться милой маленькой девочкой, когда ты с младенчества умеешь читать мысли, но не умеешь от них закрываться. Амелия тревожилась за дочь и вспоминала годы своей юности. У нее ментальные щиты получались великолепно, но даже это порой не спасало от «белого шума» чужих мыслей на самой границе сознания. Что уж говорить об Астрее? Она могла потерять себя, растворившись в чужих разумах… Потерять свое Я.
- Мам, ты думаешь о слишком мрачных вещах, - подал голос Альтаир, - мне неприятно, когда ты страдаешь.
- Мне самой это неприятно, Ал, но твоя сестренка заставляет поволноваться.
- Знаешь, если у нее не получаются щиты, почему бы не сделать ей ненастоящий щит?
Амелия удивленно посмотрела на сына.
- Что ты имеешь в виду?
- Он хочет сказать, - наклонившись вперед, что бы видеть брата, ответила Астрея, - что можно создать искусственную ментальную защиту. Ха-ха, он вычитал это в приключенческом романе!
- И вовсе это не смешно, - обиженно буркнул парень.
- Да, идея неплоха, но вот ее воплощение… - Амелия покачала головой, - мои юные гении.
- Рады стараться, мам, - ответил довольный Альтаир.
Астрея согласно кивнула.
Никто из них троих не заметил, что Самаэль, закончивший объяснять Гарри распорядок его будущей учебы, внимательно прислушивался к разговору. Идея Альтаира ему понравилась, и вампир решил подумать над ней на досуге более подробно… Ему хотелось помочь Астрее.
Наконец, они подошли к порталу и остановились. Соломон передал Мариуса слезшей с рук отца Морвен, которая едва могла удержать на весу огромного кота, но упорно не желала его отпустить. В конце концов, девочка перехватила вылву под передние лапы так, что его задняя часть тела буквально волочилась по земле, что, видимо, кота ни в коем разе не расстраивало. Зрелище было настолько забавным, что взрослые невольно начали улыбаться.
- Он же сам идти может, - прокомментировал это Гарри. Морвен посмотрела на него снисходительным взглядом.
- Это мой кот, и я должна о нем заботиться.
- И как таскание кота относится к заботе?
- Ты глупый, - вынесла вердикт девочка и демонстративно отвернулась.
Поттер пожал плечами.
- Ну да…
- Спасибо вам, - обратилась Амелия к вампирам, - за моих детей и, прежде всего, за Астрею. Это просто чудо, что вы оказались рядом.
Соломон и Радана переглянулись, и девушка залилась сильным румянцем.
- Ну… ммм… думаю, теперь мы будем патрулировать лес намного чаще, - смущенно ответила Радана, - так, на всякий случай.
Соломон улыбнулся.
- Да, обычно так далеко от портала никто из вампиров не заходит. Но у нашей породы острый слух… Не хотелось бы давать лишний повод для сплетен дежурным у портала. Мы там, знаете ли, не только патрулированием занимались…
Радана покраснела еще сильнее.
- Наглец! – буркнула она, вызвал у Соломона приступ сдавленного смеха.
- Ладно, ладно, я шутил! Никто бы не посмел нарушить приказ Самаэля! – на лице парня появилась хитрая улыбка, и Радана сжала кулаки.
- Не смешно.
Самаэль покачала головой.
- Вечно вы балаган устраиваете. И я в самом деле просил проверить лес рядом с порталом, а не у границ человеческих поместий, так что…
- Ооо, я не хочу это слышать! – Радана демонстративно отвернулась. Самаэль и Соломон переглянулись. На лицах обоих застыли проказливые улыбки.
Амелия строго посмотрела на Астрею.
- Постарайся не читать их мысли.
- Поздно, - буркнула залившаяся краской девочка, - но я очень старалась!
- О Господи, - возвела глаза к небу женщина, - с ума сойти.
Сириус только хмыкнул.
- Нам уже пора. Наверняка Ремус уже извелся весь.
- Мы встретим Гарри завтра вечером, - обратился Самаэль к Блэкам, - пожалуй, у границ вашего поместья. Я сомневаюсь, что вы дойдете до портала самостоятельно.
- Мааам, - дернула Амелия за руку Морвен, - а они к нам в гости ходить будут? Пожаааалуйста!
- Да, мама!
- И я хочу!
Амелия и Сириус переглянулись.
- Ну, вообще-то… - Мэл посмотрела на вампиров, - для доступа на территорию поместья нужно особое разрешение главы рода. Вы хотите его получить?
- Если можно, - вежливо ответил Самаэль, - думаю, это будет неплохо. Более того, мы всегда сможем помочь, если что.
- Тогда все, что нам нужно, это закрепить разрешение магией, - Сириус протянул руку Самаэлю, - ритуал занимает всего пару минут.
Вампир кивнул и сжал ладонь мага.
- Я, Сириус Орион Блэк, даю разрешение на пребывание на территории Блэков Самаэлю Ллевелину при условии неразглашения тайны месторасположения поместья.
Между ладонями вампира и человека вспыхнул и тут же погас слабый золотой свет.
- Могу ли я тоже получить доступ? – поинтересовался Соломон, - и Радана…
- Кармилла? – поинтересовалась Амелия у молчаливой девушки. Та, подумав, кивнула и немного неуверенно посмотрела на Самаэля, словно спрашивая у него безмолвно разрешение.
- Ну, напомню, на всякий случай, - улыбнулся Соломон, - я из клана Арденн, у Раданы и Кармиллы фамилии соответственно Саровская и Кюртен.
- Я не настолько чистокровна как эти двое, - решила пояснить Радана, - четыре поколения назад мой предок сочетался браком с девушкой из магической семьи… ну, не совсем древней. Вообще-то, такое не так уж редко, но больше среди относительно молодых кланов. Ллевелины, Арденны, Кюртены и десяток других не мешали свою кровь с людьми уже на протяжении двух или трех десятков поколений. Они – особая каста чистокровок, не просто аристократия, а немного выше их…
- Кроме меня, - вмешалась в разговор Кармилла, - я досадное недоразумение.
Самаэль неодобрительно посмотрел на девушку – видимо, у этих двоих уже давно был застарелый спор о том, какое положение занимает Кармилла.
- Может быть, тогда будет лучше, если мы… придем к вам в гости? – помедлив, спросил Ллевелин.
Амелия усмехнулась, представив лицо Вальбурги, когда к ним заявится компания вампиров.
- Отличная идея.
Самаэль кивнул и подошел к порталу.
- Что ж, пора уже идти, иначе детям останется для сна слишком мало времени.
Они один за другим шагнули в голубое свечение.

На другой стороне их ждал взволнованный Ремус, злая Властимирка и откровенно развлекающийся Михай. Судя по всему, последние несколько часов вампир наблюдал за тем, как оборотень и девушка переругивались между собой. Властимирка то и дело сжимала и разжимала кулаки, кидая в сторону Люпина злобные взгляды. Оборотень же сидел на бревне недалеко от портала и хмуро смотрел в землю, стараясь не обращать внимания на рычание, периодически издаваемое Властимиркой.
Когда Блэки в сопровождении вампиров появились из портала, они застали часть «милой» беседы.
- От тебя псиной за версту несет, - злобно прошипела вампирша.
- Молчи уж, кровососка, - фыркнул Ремус.
- Урод!
- Властимирка! – чуть повысил голос Самаэль. Вампирша вздрогнула и мгновенно залилась краской. Люпин вскочил с бревна.
- Вернулись!
Гари с радостным криком бросился к оборотню и буквально повис на нем.
- Дядя Ремус! Я тебе сейчас тааакое расскажу!
- Ох, Гарри, ты меня сейчас задушишь, - обнимая мальчика, пробормотал Люпин, - Сириус, Амелия?
- Все нормально, Рем, - ответил Блэк на невысказанный вопрос друга, - они не причинят нам вреда…
- Пообщавшись с этой, я не так уверен в твоих словах, - с откровенной ненавистью в голосе ответил Ремус.
- Властимирка? – Самаэль внимательно посмотрел на стремительно бледнеющую девушку, - разве у тебя не было четких инструкций относительно этого человека? Если я правильно понял Соломона…
- Ппрростите, - заикаясь, прошептала девушка, - я… я…
- Твоя личная нелюбовь к оборотням объяснима, но если она мешает исполнять тебе обязанности стража, то я вынужден отстранить тебя от этой работы. Более того, тебя ждет еще одно наказание. Михай, а ты-то почему не вмешался?
Вампир неуютно поежился.
- Ну, вообще-то, они просто разговаривали.
- Тогда ты просто будешь наказан вместе с сестрой, - ядовитым голосом ответил Самаэль, - работу и развлечения разделять надо.
- Простите, господин.
Самаэль хмыкнул и отвернулся.
Властимирка всхлипнула и спрятала лицо в ладонях. Девушка едва сдерживалась, что бы не разрыдаться. Опять она не угодила Самаэлю, а все из-за ее несдержанности, в который уже раз…
- Что ж, здесь я вас оставлю, - Самаэль бросил мимолетный взгляд на Астрею, - отправлюсь подготовить все для прибытия Гарри и обговорю некоторые аспекты с учителями.
- Я не видела ни одного взрослого…
- Ммм… ну, наверное, потому что когда мы шли, шла большая перемена, если можно так сказать, - Самаэль улыбнулся, - нам еще, кстати, влетит за прогул занятий. Все наши учителя обучают, в общем-то, тех, кто не смог получить образование в собственных семьях. Примерно две трети – вампиры, преподаватели по общим наукам – люди.
- Общие науки? Магические или маглловские?
- Маглловские. Будет забавно, если вампир, умеющий вызывать Духов Смерти, будет не в состоянии написать свое имя. Человеческую магию мы можем использовать, но не любим, так что она у нас идет как факультатив. А вот Руны, Нумерологию, Астрономию и еще ряд предметов мы изучаем в обязательном порядке.
Гарри, стоящий рядом с Сириусом, театрально вздохнул.
- И здесь математика?
- Ммм… я чего-то не понял, - вмешался в разговор Ремус, - при чем ты-то здесь?
- А я туда учиться иду!
- Сириус?! – в ужасе воскликнул Люпин, - к вампирам?
- Мы тебе все дома объясним, Рем, и не злись, а?
- Роуз на тебя нет, - ухмыльнулась Амелия, уловив трехэтажные маты в мыслях оборотня, - давай дома уже все обсудим. Я устала как собака, что уж о них говорить? – женщина кивнула в сторону своих детей, которые привалились друг к другу, сидя на том бревне, которое раньше занимал Ремус. Альтаир был более-менее бодрым, а вот Морвен уже откровенно спала, удобно устроившись на плече брата. С другой стороны от него сидела Астрея и едва сдерживала широкие зевки.
- Соломон и Радана вас проводят, - добавил Самаэль, с интересом рассматривая оборотня, - до встречи.
- До встречи, - кивнул Сириус.
- До завтра.
- Пока! – Гарри помахал рукой.
- Д завтра! – в один голос сказали Альтаир и Астрея, а Морвен что-то неразборчиво буркнула и шлепнула брата по руке за то, что он задвигался. Самаэль улыбнулся и шагнул в портал, за ним ушла и Кармилла.
- А теперь шустренько все домой, - хлопнул в ладоши Сириус, - милая, давай-ка я тебя на руках понесу, - подхватив Морвен на руки, мужчина зашагал в направлении границы поместья. Девочка сонно запротестовала.
- А Мариус?
- Тут твой Мариус, - ответил Сириус, - рядом идет.
- Еще один питомец? – поинтересовался Ремус у Гарри. Мальчик кивнул.
- Самый кошмарный. Такая зверюга!

Глава 13


Глава 13.

Когда дети были уложены, близкие, ждавшие вестей, успокоены, а вампиры выпровожены обратно к себе, Амелия почувствовала просто ужасную усталость. Сидя на кровати в спальне, женщина с каким-то отстраненным равнодушием думала о том, что у нее нет сил даже на то, что бы снять платье.
Скрипнула дверь и в комнату вошел Сириус. Окинув оценивающим взглядом жену, мужчина хмыкнул и неодобрительно покачал головой.
- Я тебе сразу говорил, что бы ты шла спать. Но тебе, как обычно, больше всех надо, - с напускным раздражением в голосе сказал он.
- Иди ты, - лениво отозвалась Амелия, - тоже мне, заботливый какой нашелся.
Блэк усмехнулся, обошел кровать и, скинув обувь, забрался на нее с ногами, подсев поближе к жене. Осторожно распустил ей волосы и взъерошил их, с удовольствием чувствуя в своих ладонях мягкую шелковистость. Амелия прикрыла глаза.
- Я так устала.
- Знаю. По тебе видно. Как тогда, помнишь? Работа по трое суток подряд, бесконечные рейды, и сухие пайки…
- Кошмарное время, - женщина подняла руку и начала расстегивать воротник своего платья, который плотно обхватывал шею. На воротнике держалась вся передняя часть платья из шелковой ткани, украшенной мелким золотым шитьем. Спина же была полностью открыта. Платье Сириусу нравилось, только вот чужие взгляды, которые периодически он ловил на своей жене и во время приема и когда они находились на территории вампиров, его не устраивали. Тем более, что при достаточной длине вырезы с обоих боков доходили до середины бедер. Эффектно, но спокойствия ему точно не прибавляло…
- Ну-с, если так все пойдет и дальше, то нам придется вспомнить бурную юность.
- Сириус, - Амелия помедлила, но продолжила, - как думаешь, мне стоит вернуться в Аврорат?
Блэк вздохнул и убрал руки от волос жены.
- Нет.
- Почему? Почему ты каждый раз говоришь «Нет»? Неужели будет лучше, если я буду сидеть дома и ждать вестей от тебя или твоих коллег, которые опять сообщат, что ты оказался в Святом Мунго? – женщина раздражено взмахнула руками, - я уже не жду ребенка и, в общем-то, мне не надо с ними сидеть, так что эти твои отговорки не прокатят.
- Ладно, - Сириус растянулся на кровати, подложив руки под голову, - как насчет того, что я боюсь за тебя?
Амелия стянула платье и подошла к гардеробу. Вытащив ночную сорочку из черного шелка, она начала медленно переодеваться.
- Я тоже за тебя боюсь.
- Это не то, - внимательно наблюдая за ней, ответил Сириус, - ты – женщина.
- Что-то мне подсказывает, что сейчас началась дискриминация по половому признаку, - присев за туалетный столик, Амелия принялась снимать косметику, - я хороший боевой маг. Такие на особом счету.
- Я не умаляю твоих достоинств, любимая, но мне будет спокойнее, если ты останешься дома. Почему бы тебе вновь не заняться Древними Рунами?
Она закончила с косметикой и, резко крутанувшись на стуле, посмотрела на Сириуса недобрым взглядом.
- Почему бы тебе не заткнуться? – миролюбивый тон совершено не вязался с выражением лица Амелии, - у меня начинает создаваться впечатление, что ты просто решил запереть меня в четырех стенах. Очень мило, знаешь ли. Предлагаешь мне стать второй Нарциссой?
- Отлично, - Сириус перевернулся на живот и уткнулся лицом в сложенные руки, - теперь ты меня обвиняешь непонятно в чем. Мало нам проблем.
Амелия внезапно устыдилась своих слов. Вздохнув, женщина встала и подошла к кровати. Усевшись на нее, она наклонилась вперед и прислонилась к спине мужа, прижавшись щекой к его плечу.
- Ну ладно, прости. Вообще-то, я все-таки вернусь в Аврорат.
- Что и следовало доказать, - голос Сириуса звучал приглушено, - я высказал тебе свое мнение, ты не послушалась. Как обычно.
- Ты все еще злишься?
- Да, но не на твое решение, а на то, что ты решила, будто я тебя к чему-то принуждаю, - Сириус резко перевернулся на спину и обнял Амелию, - когда такое вообще было?
Она слабо улыбнулась.
- Ну прости.
- Вот так всегда, - возвел глаза к потолку Блэк, - кто тут говорил о половой дискриминации?
- Дурак!
Сириус усмехнулся, но почти тут же вернул себе серьезный вид.
- Ладно, давай поговорим о том, что тебя подвигло на возвращение в Аврорат. О Гарри.
Амелия застонала и уронила голову на грудь мужа.
- Эта тема… Мерлин, я не знаю… вампиры… Сириус, ты точно уверен, что это правильно? То есть… Просто вампиры – еще куда не шло, но этот Самаэль! Эйр! Тебе не кажется, что… Это как кошмар с Жозефиной. Я не знаю, что и думать.
- Как насчет того, что бы поверить парню?
Амелия вздохнула.
- Я поверила Жозефине и в итоге оказалась на жертвенном алтаре с ножом в сердце, как ты утверждаешь. Мы ведь до сих пор не знаем, почему я выжила. Может, нож прошел мимо, а может…
- Не вспоминай это. Я тогда пережил кошмарные минуты.
- Я тоже.
- Так что тебя смущает в вампире? Кроме того, что он вампир? – Сириус намотал на палец один ее локон и легонько дернул его.
- И кроме того, что он Эйр?
- Ты слишком зацикливаешься на этом.
- Сириус! Ну как я могу иначе? Да еще это пророчество старой шарлатанки… И Астрея! Знаешь, мне кажется, что он нам не все сказал по поводу этого укуса. Жаль, что мысли Самаэля мне недоступны.
- Да, - мужчина немного помолчал, размышляя над словами жены, а потом спокойно ответил, - но даже если так…
- Надо отправить Астрею подальше отсюда, - перебила его Амелия.
Сириус приподнялся на локтях, вынуждая женщину выпрямиться и сесть, и с любопытством посмотрел на нее.
- Я тебя не совсем понял. Что… это значит?
Амелия запустила руку в волосы и взъерошила их, как всегда делала, когда волновалась. Неуверенно улыбнувшись, она повторила:
- Надо отправить Рею отсюда. Подальше. За границу, может быть.
- Зачем?
- Мерлин, ты что, совсем не понимаешь? – Амелия стукнула кулаком по покрывалу, - неужели тебе не приходила в голову мысль, что кроме крови ему от нее может еще что-либо понадобиться?! Ну не знаю… жизнь, например?
Сириус откинулся обратно и закрыл лицо ладонями, чувствуя непомерную усталость. В словах Амелии был резон, ведь Самаэль так и не ответил на вопрос Блэка. Что еще он скрывал? И насколько это было безопасно для Астреи? Непонятно. То, что Самаэль принадлежал к роду Эйров, еще ни о чем не говорило. Как правильно выразился сам вампир, их мировоззрение отличалось от человеческого, а значит, границы моралей и понятия «хорошо-плохо» могли быть изрядно сдвинуты. И для чего именно Самаэль мог использовать девочку… Он так активно восхищался ее силой…
- А как же необходимый им обмен кровью?
- Кровь можно законсервировать и отдавать без непосредственного контакта. Сириус, я боюсь. И не хочу, что бы Астрея еще раз встретилась с Самаэлем. Он не производит впечатление плохого человека, но он – вампир. Мы не знаем всего о них, что бы чувствовать себя в безопасности.
- Знаешь, у меня эта идея возражений не вызывает. Но, Мэл, мы не может отправить куда-то Астрею и оставить здесь Альтаира. Они с ума сойдут друг без друга. Помнишь, когда Ал пролежал две недели в больнице с лихорадкой? Она вся извелась от тревоги.
- Отправить сразу… двоих? – голос женщины дрогнул, когда она представила перспективы, - дом станет таким пустым…
- Да, - Сириус наконец-то отнял руки от лица и посмотрел на жену, - это будет нелегко.
- Очень… - она отвела глаза, а потом неуверенно коснулась его руки, - ты думаешь, я неправильно поступаю?
- Прочитай мои мысли, если сомневаешься, милая, - Сириус сжал ее руку в ответ, - но я не думаю, что это неправильно. Просто… куда мы их отправим? И даже если отправим, ты прекрасно знаешь, что это не будет способствовать нашим хорошим отношениям в дальнейшем, даже если мы будем навещать их. Дети должны жить в семье. Ты и сама это знаешь.
Амелия кивнула, вспомнив свое детство, проведенное в четырех стенах пансиона. Это был кошмар.
- Сириус?
- М?
- Я плохая мать?
Блэк внимательно посмотрел на жену, а потом выпрямился и, протянув руку, взял ее за подбородок и заставил посмотреть на себя.
- Не говори глупостей. Ты просто хочешь уберечь Рею и это нормально.
Амелия кивнула и вымучено улыбнулась. Сириус прекрасно понял, что его слова мало убедили жену – несмотря на то, что дети ее боготворили, она всегда считала, что недостаточно хорошо выполняет свои обязанности. Она всегда чуть-чуть не дотягивала до того уровня идеальной матери, который сама себе выдумала. Который не был бы похож на Эйлин Эйр… И, естественно, к уверениям в обратном Амелия была глуха.
Иногда Сириус искренне удивлялся, как она может не замечать очевидного, но со временем мужчина начала понимать, что некоторые детские страхи так никогда и не проходят окончательно. Она редко делилась с ним тем, что считала только ее, но благодаря странной мистической связи между ними - отсутствию щитов, когда они занимались любовью или просто были слишком близко друг к другу, Сириус все равно прекрасно знал о том, что, возможно, Амелия хотела бы скрыть от него. О ее страхах, ночных кошмарах, приступах бессонницы, и мучительных размышлениях о том, что сделали с ней… с ее Родом, с ее жизнью.
Даже спустя годы эта ноша все еще довлела над Амелией Эйр, последней из Рода Провидцев.
Сейчас противоречия разрывали ее даже сильнее, чем в годы юности. Сильнее чем тогда, когда Жозефина заставила сделать ее выбор между ним и его братом. Связано это было с детьми – ее страхи расцвели во всей красе, когда один за другим малыши начали проявлять все те яркие таланты, которыми издревле гордился род Эйр. Они стали ментальными магами. Все трое. Не этого Амелия желала им, мечтая навсегда распрощаться даже с воспоминанием об Эйрах, позволив им существовать только в семейных хрониках.
Но история не любит недосказанности.
Жозефины нет, но это не значит, что некому больше будет напомнить о том кошмаре, что случился с Амелией. Что может случиться с их детьми.
Оба не заметили, как уснули в объятиях друг друга поперек кровати, слишком вымотанные, что бы и дальше продолжать этот тяжелый разговор.

Самаэль стоял у окна, наблюдая за тренировками младшей группы, которые сегодня проходили вызовы потусторонних сил. Небольшая кучка собравшихся – в основном вампиры младше двадцати лет – сидели широким кругом вокруг магически нанесенной пентаграммы и под руководством учителя устанавливали связь с очередным духом. Скоро им придется иметь дело с демонами… Забавно на это будет посмотреть.
Вампир покрутил в руке бокал с вином и посмотрел в сторону бара, где в нижней секции лежали запасы донорской крови. В последнее время этот способ питания становился все популярнее, хотя холодная вязкая жидкость, разбавленная антикоагулянтами, и не могла сравниться с горячей «водой жизни», ощущением нежной кожи под своими губами, громким звуком учащенного сердцебиения… Самаэль поморщился, почувствовав, как заныли десны при этих мыслях. Теперь ему придется ощущать это намного чаще, ведь ни одна кровь, кроме крови Астреи больше не насытит его полностью.
Ллевелин вновь посмотрел вниз.
Зачем он это сделал?
На его глазах умирали люди и вампиры, и некоторые из них были ему знакомы, некоторые считали, что он – их друг. Но правда была в том, что за сорок пять лет жизни Самаэль никогда и ни к кому ничего не испытывал. Были родители, но они оставили его. Предали. Ушли в вечность, которая была, видимо, светлее счастья родителей, раз они даже не захотели приложить чуть больше усилий для борьбы. Может, это и была детская обида, но Самаэль не хотел думать о них иначе – это было бы слишком больно.
О sanctus concilium известно мало. Более того, его применял единственный раз Ллевелин, создатель этого заклинания. Ходили слухи, что оно, правильно использованное, дает могущество. Кому? Это было тайной. Но не зря же род самого Ллевелина с тех пор был сильнейшим?
У Самаэля и в планах не было связывать свою жизнь с девчонкой Блэк. Существовали иные способы ее вылечить, но все они, в конце концов, сводились к тому, что он бы заразил ее вампиризмом. Несмотря на то, что ментальные маги ему неподвержены, обращающий укус может быть для них смертельным.
Если бы он не был силен в достаточной мере, что бы распознать в ней ментального мага, она бы умерла из-за него. Умерла, потому что он почти сделала это – почти толкнул ее на путь обращения. Стала бы «низшей» еще быстрее, чем смогла бы осознать себя как вампира, потому что детский разум неустойчив и, в конце концов, разрушается под давлением вампирских инстинктов намного быстрее, чем это происходит у взрослых.
Но стоило ему только заметить… Чувство, словно он вернулся домой.
Но сначала Самаэль обратил внимание именно на необычность ауры девочки, ее абсолютно открытый профиль, что и позволяло ментальным магам быть именно такими. Это так поразило вампира – ведь он считал, что менталистов почти не осталось, считанные единицы, да и те… слабаки. Ему потребовалось всего несколько секунд, что бы выстроить цепочку взаимосвязей в своих мыслях и понять, что именно означает появление этой девочки здесь.
Родная кровь.
Разве можно поступать с ней иначе? Возможно, у людей слишком короткий век, что бы осознать всю значимость родства, да и некоторые вампиры со временем теряют ощущение реальности. Но это не значит, что такими вещами можно пренебрегать. Самаэль еще сам точно не понял, как произошедшее отобразится на его судьбе, но «первые ласточки» его уже встревожили. Людям могло показаться, что он давно продумывал свою речь, обращаясь к ним с предложением помощи, но правда была в том, что до их появления у него были совершенно иные планы…
Еще раз вздохнув, Самаэль поболтал вино в бокале и вылил его в горшок фикуса, приютившийся на подоконнике. Достав из бара пакет с донорской кровью, он не стал церемониться и надкусил его зубами, в несколько глотков выпив безвкусную и холодную кровь.
- Мерзость.

Единственным, кто толком не поспал в эту ночь, был Гарри Поттер, до позднего утра сидевший в своей комнате за письменным столом. В руках он держал фотографию своих родителей – смеющихся, улыбающихся и таких беззаботных. Живых. Но уже не для этого мира…
Мальчик то хмурил лоб, то грустно улыбался, думая о том, правильно ли он поступил. Тот ли выбор сделал? Если в его ауре будет Тьма, не поселится ли она в его сердце, и тогда, возможно, миру потребуется еще один Избранный, который придел убивать уже самого Гарри.
Для десятилетнего ребенка это было слишком сложно. Откинувшись на спинку стула, мальчик начал бормотать вслух бессмысленную детскую считалочку, которая нравилась Морвен. Очевидная бессмысленность помогла ему немного оторваться от тяжелых мыслей и даже немного подняла настроение, стоило ему вспомнить веселую мордашку Бетельгейзе, когда она декламировала эти стишки. Вот уж кому повезло так повезло – такие малявки разве могут задумываться о серьезных вещах? Гарри в этом здорово сомневался, но Морвен все равно казалась ему очень милой…
Взгляд мальчика опять остановился на фотографии. Протянув руку, он коснулся пальцами силуэта Лили, которая ласково ему улыбнулась и помахала рукой.
- Мама… - неуверенно пробормотал Поттер вслух, - мамочка.
Неожиданно он почувствовал подступающие к горлу слезы. Закусив руку, он несколько раз сильно зажмурился и глубоко вздохнул. Нет, он не будет плакать. Волдеморт отобрал у него родителей, а Гарри отберет у Темного Лорда жизнь.
И если для этого надо стать темным, он это сделает. К тому же, тетя Амелия всегда говорила, что свой путь каждый выбирает сам. Гарри свой уже выбрал.


Глава 14


Глава 14.

Следующий день у Поттера не задался. Надо было столько всего собрать, но каждые полчаса Гарри разбирал чемодан и снова принимался за инспекцию своих вещей. Сначала ему казалось, что брать с собой игрушки как-то глупо, он же едет учиться в серьезную школу, но потом пришедшая ему на помощь Амелия смогла убедить мальчика, что пара-тройка любимых игрушек не помещает. Пара-тройка плавно превратилась в десяток, и теперь главной проблемой стало то, как бы все это утрамбовать в один чемодан. И снова на помощь пришла Амелия, расширив не такой уж большой чемоданчик до поистине гигантских размеров изнутри с помощью магии.
Но, в конце концов, Амелия так и осталась собирать чемодан Гарри в одиночестве, потому что примерно спустя два часа после начала сборов радостный девчачий визг, заставивший выглянуть в окно мальчика, известил всех в доме о том, что на территории вампиры. Верещала от счастья Морвен, увидевшая Соломона и Радану. Забыв поздороваться, малышка тут же сбивчиво начала рассказывать о своем «чудесном котике», который за утро уже успел выловить всех рыбок из аквариума Вальбурги, который старуха бережно охраняла от детей в течение долгих лет, но вот с котом справиться не смогла. От немедленной расправы Мариуса спасла его хитрость. Он просто обосновался в комнате Сириуса и Амелии и не выходил оттуда, пока Вальбурга бушевала. Компанию ему составляла Морвен, позже подтянулись двойняшки, и нормального утра у супругов Блэк не получилось. Даже подушка, натянутая на голову, не смогла приглушить сдавленный, но от того не менее звонкий детский смех.
Правда, в отличие от Амелии, у Сириуса с хорошим настроением проблем не было. Утихомирив мать, он виртуозно выпроводил расшалившуюся малышню на улицу и отправился туда сам – следить за процессом игры. Немногие, оставшиеся на ночь в поместье, гости уже разошлись, Нарцисса разговаривала с мужем по каминной сети, Ремус и Роуз спали, а Шани сидела в кресле-качалке на веранде с перевязанной ногой и толстой книгой из Блэковской библиотеки. Рядом крутился и Драко, чувствовавший себя неуютно из-за того, что все приключения прошли без него. Впрочем, ему было чем гордиться – он зато Шанталь в беде не бросил.
Но оба ребенка, естественно, не устояли перед соблазном поглядеть на вампиров. Драко и Шанталь устроились рядом с сидящей на деревянном настиле веранды Астреей, которая, свесив через перила ноги, болтала ими в воздухе.
- Слушай, Рейка, а эти вампиры похожи на людей-то? – поинтересовался у девочки Малфой. Та подняла на него глаза и усмехнулась.
- Драко, тебе Гарри все ведь рассказал! Я слышала, как вы утром в коридоре шушукались.
- Вот ты вообще… - мальчик засунул руки в карманы, - что, сказать трудно?
- А зачем? - флегматично переспросила девочка, - сейчас все сам увидишь.
Подняв голову, она внимательно посмотрела туда, где начиналась граница леса, и вновь опустила голову.
- Скоро увидишь, - еще раз повторила Астрея и поморщилась – мигрень, начавшаяся еще ночью, никак не проходила. Такое с ней бывало и раньше и хуже всего было то, что не имея возможности поддерживать нормальный щит, девочка страдала от болезненных ощущений, которые приносило ей ненамеренное чтение мыслей окружающих. Даже когда закричала обрадованная Морвен при виде вампиров, Астрея не подняла голову, предпочитая смотреть вниз в землю – так было легче.
- Эй! – девочка вздрогнула, когда ей на голову легла ладонь Сириуса.
- Пап?
- Опять мучаешься? – Блэк присел рядом со старшей дочерью, наблюдая за здоровающимися с детьми, Амелией и Нарциссой вампирами.
- Да, - Астрея неожиданно чихнула, - я не хочу болеть.
- Понятное дело, но, детка, что ж сделаешь. Может быть, мы пойдем на речку все вместе? Тебе у воды легче становится.
- Не, - девочка пожала плечами, - пройдет скоро… наверное. Пап, вы нас хотите увезти куда-то?
- Из чьей головы выудила?
- Из маминой. Я не хочу уезжать.
- Малышка, - Сириус мягко улыбнулся дочери, - я тоже не хочу этого. Но есть вещи, нам непонятные, и мы бы хотели оградить от них тебя, пока точно не выясним, что это не будет тебе угрожать. Поэтому ты уедешь.
- И Ал?
- И Ал, - с тяжелым сердцем подтвердил Сириус, - я буду очень скучать по вам. И часто навещать.
- Это неправильно, папа, - тихо ответила девочка, - почему вы бежите от проблем? Я не понимаю.
Сириус открыл рот и тут же закрыл, поняв, что сказать ему, в общем-то, нечего. С Астреей разговаривать всегда лучше всего получалось у Амелии, которая хотя бы отчасти понимала, что испытывает их ребенок. Сириус в таких случаях терялся – она была такой маленькой, с большими глазами и шелковыми волосами… Маленькая фарфоровая куколка, их сокровище, их ребенок. И одновременно, Астрея поражала Сириуса своим видением мира, пропущенным через призму других разумов. Маленькая взрослая девочка.
Блэк в замешательстве запустил пятерню в собственные волосы, приводя их в беспорядок.
- Не отвечай, пап, - добавила Астрея, когда молчание затянулась, - я и сама… уже знаю.
- Прости меня.
Девочка выпрямилась и посмотрела на отца.
- Наверное, это тяжело, иметь ребенка-урода.
Сириус буквально почувствовал, как его окатило ледяной волной ужаса. Астрея была абсолютно спокойна и смотрела на него, ожидая ответа на вопрос.
- Я могу… узнать, - девочка закусила губу, - но слова – это немного лучше.
- Я люблю тебя, потому что ты моя дочь, Рея, - наконец выдавил из себя Сириус, - и что бы с тобой не случилось, кем бы ты не стала… ты моя маленькая девочка и всегда ею будешь. Моя дочь.
Астрея сделала движение, словно собиралась обнять Сириуса, но остановилась на полпути. Вздохнув, она вновь уставилась в землю и едва слышно ответила.
- Да, надеюсь, так и будет.
- Астрея…
- Сириус! – мужчина вздрогнул и посмотрел в сторону Амелии, которая помахала им рукой, приглашая подойти поближе и поздороваться с гостями, как того требовали правила приличия. Мужчина протянул дочери руку, которая та крепко сжала. Поднявшись с помощью отца на ноги, девочка болезненно поморщилась.
- Что-то тебе совсем нехорошо, - прокомментировала Амелия внешний вид дочери, когда они подошли ближе, - может, пойдешь в кровать?
-Мам, - Астрея укоризненно посмотрела на мать и поймала руку брата, крепко сжав его ладонь. Альтаир улыбнулся – занятная привычка Реи везде и всегда искать его общества умиляла всю семью, хотя ни один из двойняшек никому не говорил, что в этом заключался немного больший смысл. Щиты Астреи были лучше в присутствии Альтаира.
- Привет, - девочка повернулась к компании вампиров и застенчиво улыбнулась, - рада увидеться снова.
- Мы тоже, - на лице Самаэля появилась вежливая ответная улыбка. Вампир больше ничего не добавил и никак не проявил хоть какой-то интерес к Астрее. Амелия, во время непринужденного общения на веранде наблюдавшая за ним, не знала даже, радует ее это или нет. С одной стороны, прояви Самаэль хоть что-то по отношению к ее дочери, женщина могла бы примерно представить, что стоит ждать от вампира. С другой, это его ровное добродушно-вежливое поведение ничего не говорило – он вполне мог строить коварные планы, а они об этом даже не узнают.
Незаметно минул полдень. Обитатели особняка и вампиры удобно расположились в гостиной. Вскоре после того, как посетителей пригласили в дом, сверху спустились Ремус, Роуз и Нарцисса. Оборотень на вампиров отреагировал сдержаннее, чем в прошлый раз, хотя и постарался устроиться в дальнем от ближайшего кровососа кресле. У Роуз «мохнатых» проблем не было, поэтому ей общение с новыми знакомыми совершенно не доставляло проблем. Даже Нарцисса несколько оживилась и влилась в беседу, хотя Амелия все равно отметила странную бледность подруги, о которой не уставала напоминать и Вальбурга. Сама старая миссис Блэк предпочитала помалкивать, кидая на Самаэля странные заинтересованные взгляды, словно что-то ей не давало покоя. Для Амелии это было более чем странно, ведь о принадлежности вампира к роду Эйр они Вальбурге не рассказали. Поверхностное чтение мыслей разъяснило дело – Вальбурга была верна своим привычкам и просто пыталась просчитать, какую выгоду они получат из знакомства с Самаэлем.
Вскоре Амелия уложила спать Морвен, которая все еще придерживалась режима послеполуденного сна. Пока женщина отсутствовала наверху, Сириус и Самаэль, извинившись, покинули компанию собравшихся и отправились на кухню, обустроенную в этом особняке по магловской моде и с использованием некоторых магловских приспособлений, таких, как газовая плита, холодильник, комбайн и еще несколько штучек, которыми пользовалась Амелия. Все это долго и упорно подстраивал под магию Сириус, и вполне преуспел в своих начинаниях.
- Надо же. Я слышал, ваша магия и электричество не уживаются вместе.
- Мне пришлось неплохо поработать, что бы это было не так, - вежливо ответил Блэк. Вампир и маг устроились за длинной высокой кухонной стойкой, выскобленной эльфами до стерильной чистоты.
- Что ж, Самаэль, ты так настоятельно просил, что бы мы вышли…
- Вашей дочери понадобится моя кровь, не так ли? – вампир улыбнулся, - думаю, стоит оставить ей запас, ведь вы собрались ее куда-то отправлять?
На лице Блэка не дрогнул ни один мускул.
- Да, так. Они с Альтаиром отправятся в… частную школу.
- Подальше от меня, - вампир поднял голову и встретился взглядом с мужчиной. В глубине темно-синих глаз горел алый огонек, но стоило Самаэлю чуть повернуть голову и радужка приняла фиолетовый оттенок. Сириус моргнул, пытаясь решить для себя, было ли это галлюцинацией или он в самом деле видел алый цвет – признак голода или ярости вампира, как считалось у людей.
- Ты ошибаешься.
- Не думаю, - вампир усмехнулся и повернул голову чуть в сторону, прерывая зрительный контакт. Приподняв одну ладонь над столом, он провел ею в воздухе и жестом фокусника извлек из пустоты мерный стакан, обычный медицинский шприц и небольшую бутыль из темного стекла, светившуюся странным красновато-оранжевым светом.
- Думаю, что ваши ограниченные знания о вампирах не дают вам покоя. И почти уверен, что вы подозреваете меня в грехах заочно, считая, что я могу… причинить вред вашему ребенку, - вампир медленно расстегнул манжет рубашки и начал закатывать рукав, - возможно, будь я на вашем месте, думал бы именно так, но разве не спас я Астрею, рискуя своей жизнью и ничего не прося взамен?
- А ее кровь?
- А моя кровь? – вопросом на вопрос ответил Самаэль, беря правой рукой шприц, - кровь одного из самых чистокровных вампиров. За такое дорого дают, мистер Блэк.
- Я не понимаю, какая выгода от твоей крови будет для моей дочери, кроме поддержания жизни. Но этим заклятием вы связаны теперь обоюдно, так что это просто необходимость.
- Да, возможно. Но, как я уже говорил, вы так мало знаете о вампирах, люди…
Самаэль аккуратно ввел иглу в свою вену, переключая все свое внимание на процесс кровопускания. Сириус следил за отточенными движениями вампира, обдумывая только что сказанные слова, в которых слышались нотки снисходительности. Что Ллевелин хотел этим сказать?
После того, как вампир доверху наполнил бутыль и закрыл ее пробкой, он подвинул ее Сириусу.
- Это особая вампирская магия, мистер Блэк. Кровь не свернется и не остынет. Когда ее температура равна температуре тела, пить ее намного приятнее. Уж поверьте моему опыту, - Самаэль оскалился, - думаю, раз в пару месяцев достаточно.
- А ты? Тебе нужна ее кровь?
Вампир отвернулся и некоторое время молчал, приводя рубашку в порядок.
- Нет. Ближайшие несколько лет – нет. Я о себе смогу позаботиться, не беспокойтесь. Для меня жажда… это привычно. А необходимость в ее крови достигнет критического уровня еще нескоро, я достаточно ее выпил вчера.
Встав, вампир движением ладони заставил исчезнуть использованный шприц. Потом пододвинул к бутыли с кровью мерный стаканчик.
- Пара миллилитров, не больше, иначе это начнет замедлять ее физическое развитие.
Направившись к выходу из кухни, Самаэль на мгновение замер у порога. Полуобернувшись, он едва слышно сказал:
- Знаете, мистер Блэк, некоторые вещи одинаковы и в мире вампиров, и в мире людей. Насколько сильна ваша зависимость от жены? Сможете ли вы понять меня?
Сириус не успел ответь, потому что вампир скрылся в дверном проеме. Переведя взгляд на бутыль с кровью, Блэк едва заметно передернул плечами, думая о том, что сказал ему Самаэль. Возможно, страхи Амелии и не обоснованы, но имел ли он право переубеждать ее, когда она все еще страдала от кошмаров прошлого? К тому же, несмотря на то, что вампиров даже Ремус признал неплохими ребятами, они все еще оставались представителями совершенно другого вида. И у них могут быть совсем другие понятия о правде, лжи и морали…

Уменьшенные чемоданы Гарри уместились в кармане его джинсовой ветровки. А сам мальчик был непривычно тих и серьезен, когда они вышли прощаться с ним на заднее крыльцо. Уже сгущались сумерки и людям приходилось напрягать зрение, чего не скажешь о четверке вампиров, явно чувствовавших себя комфортнее ночью.
Соломон и Радана стояли в стороне вместе с супругами Блэк и обсуждали, когда им можно будет прийти в следующий раз. Морвен, которая уже спала, закатила потрясающую истерику, когда ей не разрешили провожать вампиров. Пришлось пообещать, что они еще раз придут в гости.
Пользуясь моментом, что на них никто не обращает внимания, Самаэль подозвал к себе Астрею. Присев перед девочкой на корточки, он ласково улыбнулся.
- Ну как ты себя чувствуешь?
- Да нормально! – Рея улыбнулась в ответ, - ты же мне помог.
- Да. Помог. Послушай, Астрея, мы сможем еще нескоро увидеться…
- Я знаю. Я уже прочитала мамины мысли. Мне нужна твоя кровь, а тебе – моя. Это плата за жизнь, так?
- Ты очень умная девочка, - Самаэль усмехнулся и покачал головой, - очень умная. И тебе не противно?
Астрея закусила губу и посмотрела вверх, на небо, размышляя над словами вампира. Пока он не задал ей этот вопрос, девочка совсем не думала об этом. Ведь едят же люди мясо. Ремус, например, предпочитал непрожаренный бифштекс с кровью, значит, в этом нет ничего страшного…
- Нет, нисколечки.
- Хорошо. Ты будешь мне писать?
- Я не знаю, куда писать.
- Вот. – Самаэль вложил в ладонь девочке сложенный вчетверо лист бумаги, - только никому не показывай, хорошо? Кажется, твоей маме не нравится, что мы можем подружиться.
- Ладно, - Астрея посмотрела на листок в своей ладони, а потом спрятала его в карман платья. Самаэль еще раз улыбнулся девочке и, потрепав ее по голове, встал.
Наконец, все наговорились вдоволь. Вампиры вышли вперед и спустились с крыльца, давая Гарри возможность спокойно попрощаться с родственниками и друзьями.
- Малыш, вот это – портал до дома, - Сириус вложил в ладонь Поттера медальон с гербом Блэков, - он многоразовый, так что приходи на выходных чай пить.
- Ну конечно! – мальчик благодарно улыбнулся, - я даже чаще буду, если разрешат.
- Разрешат, - с усмешкой ответила Амелия, - у тебя теперь свободный доступ на вампирскую территорию благодаря протекции Самаэля. Он обещал, что не будет ограничивать тебя.
- Хорошо, - мальчик подошел к женщине и обнял ее, - я буду скучать.
- Ну, мы не так уж и далеко друг от друга, малыш, - потрепав его по голове, ответила Амелия.
Гарри шмыгнул носом и послал угрожающий взгляд Драко, который наверняка будет непрочь как-нибудь пройтись по поводу того, что Поттер чуть не разревелся, когда прощался с родными. Впрочем, плакать Гарри, как настоящий мужчина, и не собирался, просто что-то в глаз попало… Поджав губы, брюнет отстранился от Амелии и опустил голову, делая вид, что поправляет одежду. Женщина, заметившая его манипуляции, едва улыбнулась и положила руку на его плечо.
- И еще. Гарри, запомни: что бы не случилось, мы всегда будем на твоей стороне. Так что, можешь смело творить маленькие безобразия, - она усмехнулась, - а насчет крупных, будь добр, советуйся с Сириусом. У него по этой части бооольшой опыт.
Взрослые рассмеялись.
Поттер по очереди подошел к Драко, Шанталь и двойняшкам и всех обнял.
- Будем писать друг другу.
- Конечно! А в гости пригласишь? – Шани застенчиво улыбнулась.
- И меня тогда, - глянув на девочку, поспешно добавил Малфой.
- Эээ… - Гарри оглянулся и посмотрел на вампиров, - ну не знаю, Драко. Просто… это же вампиры… там… ну…
- Ладно, - Шани махнула рукой и рассмеялась, - тогда ты приезжай к нам в гости. Остаток лета я проведу у Драко! А мама и па… эм… Ремус едут в отпуск.
- Без тебя?
- Да не, я сама отказалась! Драко же меня пригласил к себе раньше.
- Ммм… - Поттер неопределенно покачал головой, чувствуя странную злость на Малфоя. Но почти сразу же это прошло, не оставив и следа. Еще раз обняв Шанталь, мальчик потрепал по плечу Астрею, пожал руку Альтаиру и отошел к вампирам. Сказав еще раз слова прощания, компания скрылась в сгущающихся сумерках.
Сириус, приобняв жену за талию, притянул к себе.
- Знаешь, я опять думаю…
- О чем? – Амелия задрала голову, что бы видеть лицо Сириуса.
- Ну… благими намерениями вымощена дорога в Ад. Не то, что бы я не желал расправиться с Волдемортом, но правильный ли способ мы выбрали?
Амелия вздохнула и посмотрела вслед вампирам и Гарри. Все остальные уже разошлись – дети по комнатам, взрослые заниматься своими делами. После непродолжительного молчания женщина неохотно ответила.
- Если ты судишь с позиции Света и Тьмы, то… И там, и там есть фантики, но Волдеморт – просто спятивший псих. Если Гарри… станет Темным, так ли это плохо, Сириус? Пока он в состоянии оценивать свои и чужие поступки, сохранять рассудок и быть непредвзятым судьей себе, он не станет таким, как Том Риддл.
- Ты хочешь сказать, что пусть он убьет Волдеморта, а остальное уже не важно?
- В самом деле, Сириус, когда это мы ратовали за Свет? Я просто хотела свести счеты…
- И я…
Амелия грустно улыбнулась.

------------------------------------------------------------
Отзывы очень даже приветствуются! Я хочу знать ваше мнение, дорогие читатели)

Глава 15


Глава 15.

- Ладно. Отлично. Сегодня уже двадцать девятое августа. А мы еще должны отправить Альтаира и Астрею в эту школу… Погоди, что ты говоришь? Ах, ну да, конечно. Это в самом деле отдаленное место – остров в Тихом Океане, совершено скрытый от маглов и поэтому полностью принадлежащий Школе Магии Антовейф. Ох, подожди… - Амелия отняла трубку от уха и прислушалась, - ммм… Да мне показалось, что Морв или Рея меня зовут. Все в порядке. Так вот, Роуз. О чем я? Она обиделась. Очень. Говорит, что не хочет уезжать и совершенно не понимает, какую опасность представляют вампиры, ведь Гарри же с ними весело и он уже показывает разные чудеса вампирской магии. Последний месяц – форменный кошмар. Разговаривает только с Алом и Морв… да, да… Нет, Шани и Драко приезжали в гости, но… Ну конечно, она никогда не была особо близка… Погоди. Я не это хотела сказать. Но между ними год разницы, так что…
Амелия замолчала, слушая Роуз, которая говорила о том, что ей стоит быть помягче с Астреей, хотя куда уж было мягче – Мэл не повышала на дочь голос, пыталась с ней поговорить и всячески демонстрировала ей свою любовь, но все было без толку. После ухода Гарри они с Сириусом нашли отличную частную школу магии довольно далеко от Европы, где детей не могли побеспокоить ни вампиры, ни Пожиратели, если такое вдруг вздумают устроить охоту на Блэков. Правда, все было бессмысленно – Астрея знала истинную причину, почему они хотели отправить ее так далеко. Знала, что родители не хотят ее встреч с Самаэлем. Но в виду малого возраста, не могла расценить их смутные догадки по поводу возможных взаимоотношений между ней и вампиром по достоинству. В конце концов, Астрея была ребенком. Умной, но ребенком.
- Хорошо, Рози. Но, знаешь, я не думаю, что у тебя с Шанталь когда-нибудь будут проблемы такого масштаба, - Амелия рассмеялась, - поговорить… Звучит отлично, но у меня так ничего и не получилось, хотя я старалась много раз. Мы просто отправим их в школу на острове… В конце концов… Ну да. Да. Ладно, пока.
Амелия положила трубку и, сложив руки на груди, посмотрела в окно. В Карпатах в это время года было довольно жарко, и женщине было видно, как Астрея, Альтаир и Морвен плескаются в запруде на изгибе ручья, играя в водные салочки. На берегу среди вороха одежды устроился Мариус, вальяжно вытянувшийся пузом кверху под жарким солнцем. Кот лениво следил за играющими детьми. Увидев это, Амелия невольно улыбнулась. Из Мариуса получилась великолепная нянька – он был умным и всегда находился при детях, ненавязчиво их оберегая.
Опершись плечом о раму окна, Амелия тяжело вздохнула. Она сделает ошибку, если оставит дочь здесь. И сделает ошибку, если отправит ее в эту частную школу… Выбор невелик.

Гарри проснулся за пять минут до звонка будильника. Вообще-то вставать так рано – в пять вечера – не было смысла. Хоть какая-то активность в Академии начиналась ближе к полуночи, тогда же надо было идти и на первый урок. Но сегодня у него были дела в библиотеке, да и пару писем друзьям стоит написать, так что мальчик решил пожертвовать своим сном ради этого.
Приведя себя в порядок, Гарри вышел из комнаты и спустился на этаж вниз. Библиотека занимала все северное крыло второго этажа. Библиотекарем там служил Юджин, фамилию которого Поттеру так и не получилось выяснять за тот месяц, что он находился здесь. Все звали его просто Юджин или «Эй, парень!», хотя ему и было уже порядком сорока лет. Впрочем, это было неудивительно. Даже вампиры, выглядевшие ровесниками Гарри, были в среднем старше него лет на десять-двадцать.
Иногда это доставляло проблемы.
Открыв дверь в библиотеку, Гарри тихо вошел и направился к полкам с книгами по Защитной Магии. На прошлой неделе мистер Альто задал ему написать реферат о взаимодействии защитной магии, имеющей разные окрасы – Светлой. Темной и магии Смерти, которой владели вампиры. исследование было интересным, но сложным, особенно, если учесть, что многие нужные книги были на других языках. Универсальный переводчик не всегда помогал. Гарри порадовался, что решил себе взять дополнительными занятиями изучение латыни и древнегреческого. Когда-нибудь он сможет читать эти книги так же непринужденно, как и написанные на простом английском языке.
Обложившись книгами, мальчик принялся за выполнение домашнего задания, изредка поглядывая на часы. В особняке было так тихо, что, казалось, можно услышать журчание фонтана, стоящего во внутреннем дворике. Все вампиры без исключения предпочитали ночной образ жизни и немногим живущим здесь людям невольно приходилось подстраиваться под такой распорядок жизни. В первое время Гарри было трудно, но сейчас он даже был рад, что перешел на ночной образ жизни… Это было потрясающе – мир вокруг совершено менялся с наступлением сумерек. Даже не будучи вампиром, мальчик чувствовал очарование ночной тьмы.
Вообще-то, ничего зловещего в Академии Эсте Гарри не видел. Школа как школа, только ее ученики имеют набор острых клыков и в школьной столовой в меню есть такие «блюда», как «Первая положительная», «Вторая отрицательная», и так далее. На специфический запах теплой крови Поттер научился не обращать внимания еще к концу первой недели своего пребывания здесь.
Вообще-то, он думал, что здесь будет намного сложнее. Но учиться получалось очень легко – все эти кровавые на вид ритуалы, в которых, как оказалось, используется совсем немного собственной крови, и никаких тебе убийств младенцев и юных девушек; после применения вампирской магии, в которой использовались так называемые «знаки» вместо обычных заклинаний, оставалось странное ощущение… жар внутри. Самаэль говорил, что это оттого, что для магии Смерти не применяют волшебные палочки или какие другие амулеты концентрации, поэтому использующему ее приходилось находить точку опоры внутри себя, так называемый магический центр. Для Гарри, не являющегося вампиром, но способным применять их магию, это выливалось в физические ощущения. Еще были хождения в тенях, общение с потусторонним миром, боевая магия смерти, некромантия… Все это будет доступно ему, только если он решиться продолжать обучение.
Гарри уже знал, что решиться. Магия Смерти окутывала его таким странным родным теплом, словно объятия матери. Он не хотел отказаться от этого.
К тому же, как сказал Самаэль, Лорд Волдеморт не владел этими умениями. В один из вечеров, когда занятия еще не начались, Гарри зашел в гости к Ллевелину. Тогда у него было еще более хмурое (или грустное) выражение лица, чем обычно. Вампир сказал мальчику, что в этот день умерла его мать. А потом добавил, что Кровавая Арена все чаще используется для развлечения высокопоставленных гостей замка Николеску. В ту ночь таким гостем был сам Лорд Волдеморт.
Еще чаще Лорд использовал пленных вампиров в своих экспериментах в попытках понять суть магии Смерти. Самаэль не ответил на вопрос Гарри о том, что именно с ними делали, но мальчик понял по лицу вампира, что это должно было быть нечто очень страшное.
А еще он однажды заглянул в оставленную кем-то книгу из Секции Особого Назначения, где находились книги, доступ к которым был у ограниченного числа вампиров и людей. Книга называлась просто «Хроники» и была довольно современной. Во всяком случае, фотографии там были магическими, а текст набран печатным шрифтом.
В той книге велась речь о восхождении Совета. Страница, на которой была она открыта, пестрела фотографиями истязаемых вампиров. Иногда виденное снилось Гарри в кошмарах – истерзанные, полуживые с ободранной кожей, вывернутыми суставами, горящими от жажды глазами… Некоторые просто были прикованы к стене. Но были еще и те, кого мучили на старинных пыточных агрегатах, наверное, еще времен самой Святой Инквизиции. Это было ужасное зрелище… И за всем этим незримой тенью стоял Лорд Волдеморт.
Гарри не понимал, как можно быть таким безжалостным и жестоким. Пожиратели Смерти нагоняли на людей ужас одним только своим названием благодаря собственному безумному желанию мучить и убивать. Они были сильны, искусны в магических науках и безумно любили все, что было связано со страданиями и смертью. И над всеми ними возвышался Лорд, способный вогнать в безумие какого-нибудь беднягу одним своим видом.
Самаэль говорил, что Темный Лорд лично убил немало вампиров… Тогда как сами вампиры редко могли одолеть друг друга в одиночку.
Том Ридлл был так силен... Гарри страстно мечтал убить его, теперь не только за собственных родителей, но и из-за той вечной грусти, которая жила в глазах всех здешних вампиров – изгнанников собственного мира, который преклонил колени перед этим чудовищем.
Задумавшись, Гарри не сразу понял, что возле него кто-то есть. Вздрогнув, он выронил ручку (вампиры предпочитали пользоваться магловскими приспособлениями для письма) и поднял голову. На его столе, сложив по-турецки ноги, сидела девочка лет двенадцати и весело улыбалась. Это была Фэй Ла Фее – двадцатилетняя вампирша из знатного рода, который все еще оставался верен Ллевелинам. В школе она пользовалась почти таким же уважением, как и Самаэль, благодаря своему необычному дару – способности управлять «полями вероятности», или, попросту говоря, влиять на свою и чужую удачу. Но, как и все несовершеннолетние вампиры, носила ограничивающий силы амулет, позволявший использовать ее дар едва ли на треть возможностей.
- Приветик, малыш, - Фэй наклонилась вперед и звонко чмокнула мальчика в нос.
Поттер почти тут же густо залился краской.
- Ааа, Фэй. Привет.
- Ой, не красней. Мне сразу же хочется тебя укусить, - девочка кокетливо улыбнулась, - ты такой миленький.
- Эм… - Гарри выдавил слабую улыбку, - твоя прямолинейность… эээ… смущает.
- Это она вас, людей, смущает, а мне нормально. Вон, даже Юджин не понимает меня, - Фэй расстроено вздохнула, - скорее бы уже тридцатый десяток минул, а то все ко мне, как к ребенку относятся.
- Но ты же и есть ребенок, как и я.
- Да, ты прав, - Фэй задумчиво прикусила губу, - но это все равно ужасно утомительно. Фэй, ложись спать вовремя, Фэй, не гуляй по Бухаресту после полуночи, - передразнив голос матери, протянула девочка, - я не виновата, что из-за дурацких человеческих законов и своего внешнего вида не могу как следует повеселиться!
Поттер принялся складывать книги аккуратной стопкой. Все равно сейчас ему уже не дадут позаниматься.
- Ну… эээ… а как ты хочешь повеселиться?
- Парк аттракционов! – с обожанием в голосе воскликнула Фэй, - я хочу в парк аттракционов! Там так здорово и он работает по ночам!
- Почему бы не пойти туда днем?
- Днем я сплю, - капризно протянула девочка, - вампир должен спать днем.
- Ааа… - неопределенно протянул Гарри, - ну… тогда жди, когда станешь большой.
- Я не хочу ждать, - Фэй внезапно стремительно подпрыгнула вверх и приземлилась на ноги в паре метров от стола, - ожидание утомляет.
- Как же ты будешь жить свою долгую жизнь вампира, если тебя утомляет ожидание?
Фэй замерла на месте и задумчиво уставилась на Гарри. Поттер как ни в чем не бывало продолжил наводить порядок на столе, пока юная вампирша раздумывала над его вопросом.
- Не знаю, - наконец ответила она, - мне рано об этом думать.
- Ты просто не хочешь. В таком случае, тебе рано думать и о том, что бы ходить по улицам после полуночи.
- Зануда.
Показав мальчику язык, вампирша отошла на несколько шагов в тень и бесследно исчезла, словно ее там и не было. Гарри только пожал плечами. С Фэй он познакомился на третий день своего пребывания здесь и с тех пор не раз пожалел об этом – взбалмошная девчонка доставляла немало проблем. Впрочем, иногда с ней было даже очень весело.
Невольно Гарри улыбнулся. Определенно, Фэй была ужасно похожа на Морвен. Та тоже была непосредственная, слишком живая и такая смешливая…

- Что это?!
Альтаир обернулся к Астрее как раз вовремя, что бы увидеть, как она презрительно морщит нос, оглядывая окружающий пейзаж. На вкус мальчика место было просто потрясающим – бескрайний океан, яркое солнце, пальмы и белоснежный песок под ногами. Почти как Гавайи, где они отдыхали прошлым летом, только здесь было безлюдно. Вышедшие следом за детьми Амелия и Сириус с удовольствием вдохнули чистый воздух.
- Прекрасное место.
- Ну так и оставайтесь здесь, - сложив руки на груди, буркнула Астрея.
Альтаир с тревогой посмотрел на сестру. Их родители синхронно тяжело вздохнули и переглянулись.
- Ммм… знаете что, мы с мамой сходим к директору школы, а вы… посидите на пляже.
Проводив родителей взглядом, Астрея обернулась к Альтаиру.
- Знаешь, это школа трех ступеней обучения. Мы на год опоздали на первую ступень, так что будем на первом курсе первой ступени, но с детьми младше нас на год. Хотя, если они уговорят директора, прикрывшись разговорами о том, что мы гениальные детки…
- Нехорошо, - неопределенно протянул Альтаир. Ему по большей части было все равно, с кем учиться.
- Я хочу домой.
- Сестра…
Астрея резко развернулась и пошла к воде, старательно не обращая внимания на стремительно набивающийся в обувь песок. Ал только пожал плечами. Наклонившись, он стянул с ног сандалии, закатал штанины легких летних брюк и тоже отправился следом за девочкой, думая о том, что, кажется, обучение в этой школе рядом с постоянно злой Астреей будет нелегким делом.
Сам Альтаир воспринял новость о переезде спокойно. В конце концов, они и так целыми днями сидят дома, так почему бы не провести это время в таком прекрасном местечке? Гарри учится у вампиров, Шани и Драко ходят в пансион Роуз… Дома осталась, конечно, Морвен, и он будет по ней скучать, как и по родителям. Но благодаря магии расстояния можно сделать незаметными.
Здесь же должно быть весело, так что мальчик просто не понимал, почему Астрея бесится.
Ну, в самом деле, они поедут на каникулы и там увидят вампиров. Гарри наверняка позовет их в гости…
- Чего ты там копаешься?
Альтаир поднял голову и посмотрел на махнувшую ему рукой сестрой. Кажется, деньки у него будут совсем плохими…

Амелия не зря считала себя сильной женщиной, но ей едва хватило сил, что бы дойти до места, где бы их не заметили собственные дети. Потом женщина горько разрыдалась. Сириус сжал ее за плечи и помог дойти до какого деревянного настила под навесом из пальмовых ветвей. Усадив жену, он присел рядом и попытался ее успокоить.
- Ну, Мэл, она уже делала так. Не принимай это близко к сердцу. Она просто расстроилась…
- Нет, Сириус, она просто хочет нас довести!
Амелия спрятала лицо в ладонях и изо всех сил постаралась, что бы рыдания были не слишком сильными. Немного успокоившись, женщина утерла слезы.
- Прости. Конечно, она еще ребенок, но ее действия… Я больше не могу. Что я делаю не так?
Сириус вздохнул и погладил жену по плечу. Он и сам не знал ответа. С Астреей всегда было сложно, но сейчас… Притянув к себе Амелию, он уткнулся лбом в ее лоб и посмотрел в заплаканные глаза женщины.
- Милая, просто наберись терпения. Она как кошка, которую погладили против шерсти. И ей будет здесь одиноко без нас, поэтому она пытается делать нам больно, пытается показать, что больно и ей тоже.
- А Альтаир? Почему он не делает так?
- А он мальчишка из благополучной семьи. Для него это приключение, - вздохнув, Блэк продолжил, - я знаю, что значит сомневаться в любви собственной матери.
- Но я же… Она же читает мысли, в конце концов!
Сириус усмехнулся.
- А тебе было бы достаточно одного сухого факта любви? Ты боишься подойти к ней, потому что она не позволяет тебе сделать это. Но Астрея воспринимает такое поведение как… ну, не знаю… наверное, как то, что ты устала любить ее.
Амелия прикрыла глаза.
- Неужели ты так же страдал в детстве?
Сириус неопределенно пожал плечами.
- Поговори с ней перед тем, как мы уйдем отсюда. У них будет нелегкий год вдали от дома, так что не стоит оставлять это на потом.
- Ладно, хорошо. Я постараюсь, но… я так напоминаю себе собственную мать, что становиться тошно, - Амелия неуютно поежилась, словно ей внезапно стало очень холодно, - будто бы следую ее мнению, что дети прелестны, пока они маленькие, а потом о них можно забыть. Неужели я настолько отвратительна?
- Мэл, Мэл, ну что ты… Просто у нас в семье есть наш личный, самый любимый, дьяволенок, - Сириус сжал лицо жены в ладонях, - прекрати себя терзать. Ты так же далека от Эйлин, как и от Жозефины. Они в прошлом, а ты… ты можешь попытаться. Астрея - умная девочка. И она нас любит.
- Спасибо. И откуда в тебе столько мудрости?
- Уж точно не наследственное.
Они одновременно рассмеялись.


Часть 2. Академия Эсте


Глава 16.

- Я хочу провести Рождество с тобоооой!
Гарри перелистнул страницу книги, которую читал, и медленно поднял голову. Перед его столом, уперев руки в бока, стояла Фэй и щенячьими глазами смотрела на него, ожидая ответа. Мальчик тяжело вздохнул. С тех пор, как она узнала, что Самаэль, Соломон и прочая компания запросто шляются в Блэковское поместье на праздники и выходные вместе с Гарри, она просто покой потеряла. Впрочем, ничего против Фэй Поттер не имел. Правда, Соломон, посмеиваясь при этом, посоветовал быть Гарри осторожнее с вампиршей, особенно собираясь ей что-нибудь обещать. А то мало ли… Сначала Гарри думал, что это связано с силой Фэй, но позже ему объяснили, что она, как потенциально опасный вампир, носит запирающий амулет. Такие амулеты имелись у всех вампиров, не прошедших обряд посвящения, в ходе которого их признавали взрослыми. До той поры снять такую безделушку никому кроме главы рода не представлялось возможным.
Поэтому Гарри недоумевал, от чего предостерег его Соломон.
- Ну, не думаю, что мои родственники будут против присутствия еще одного вампира. Их и так уже дофига.
Фэй сморщила нос и уселась на край стола.
- Ты так говоришь, словно это ничего не значит.
- М, - Гарри рассеяно поглядел на девочку, - ну… эээ… мне придется покупать на один подарок больше?
- Дурак!
Фэй взвилась в воздух и убежала прочь. Гарри с легкой завистью подумал, что так легко, как это делает она, ему никогда не прыгать, даже несмотря на те тренировки, которыми были заняты многие часы его бодрствования. Впрочем, завидовать было глупо – Фэй Ла Фее была здоровым, только входящим в расцвет сил вампиром, а Гарри при всей своей врожденной гибкости был всего лишь человеком, хотя, у него определенно, были другие таланты, которые юной вампирше никогда не будут доступны…
Прошло уже три месяца с тех пор, как Поттер приехал в Академию Эсте, где ему суждено было изучать вампирскую магию наравне с самими вампирами. Странная прихоть судьбы, по которой он стал восприимчив к Магии Смерти, оказалась довольно просто объяснима – после непродолжительных манипуляций с кровью Гарри Самаэль определил, что у того были в роду вампиры по материнской линии. Только было это очень давно, и с тех пор его предки были исключительно людьми… Но, несмотря на это, вампирская сущность его предков не исчезла без следа, а сконцентрировалась в нем, одарив неплохим потенциалом. Было чем гордиться, тем более что, в отличие от вампиров, человеческая магия подчинялась Поттеру беспрекословно.
Пока что он изучал только основы магии, как человеческой, так и вампирской. Благо, в Академии хватало самых разнообразных учителей. Были даже преподаватели простых магловских наук, разнообразных боевых искусств, языков, этикета и т.д. и т.п. Примерно половина из них были, ко всему прочему, еще и смертными людьми. Но, если Гарри и опасался, что над ним могут смеяться из-за его природы, то это были совершенно беспочвенные опасения – вампиры не питали к магам каких-либо особых отрицательных чувств. Маглы, это да, они были едой… А маг, если он не нес угрозу вампиру, воспринимался им почти как равный.
Это было странно. Почему-то сами маги, как знал Гарри, всех, кто не были как они, считали или просто недоделками, или грязью. Как вампиры могли терпеть такое отношение? Непонятно.
Но Гарри нравилось здесь.
Конечно, колдовать в десять лет было трудновато. Тем более, что вампирская магия не признавала никаких способов аккумулирования кроме как собственные мысли. Когда тетя Амелия говорила ему, что беспалочковая магия трудна, она даже не представляла себе, насколько хуже дела обстояли с вампирской. И дело здесь было прежде всего в способе собирать силу для магического взаимодействия. Невелика задача послать заклинание через кусок деревяшки, набитый магическими артефактами. А вот попробовали бы маги обходиться без нее каждый Божий день и при этом считать, что это вполне естественно! Гарри было очень трудно избавиться от строгой убежденности в том, что магию можно творить исключительно при помощи волшебной палочки.
В общем-то, получалось у него пока довольно плохо. Единственные уроки, на которых он делал успехи, были Ритуалы Крови. Магические письмена кровью, наговоры на кровь, исцеляющая и защитная, боевая, скрытая… Какая хочешь магия, но основанная на непрямом манипулировании силой, проводником которой в этих случаях обычно являлась кровь и то, что ею было изображено. Хочешь поймать врага в ловушку? Легко. Нарисуй тройной круг, нашептывая специальный наговор, собственной кровью и первоклассный капкан, способный удержать даже демона, готов. Нужно избавиться от раны? И это не проблема – капля собственной крови, заряженная специальным заклинанием и даже шрама у твоего пациента не останется… Потрясающая магия. А главное, почти неизвестная за пределами общества вампиров.
Но, к сожалению, на изучение этого искусства даже вампиры убивали кучу времени. А у Гарри был лишь год до поступления в Хогвартс и по три месяца летних каникул между учебными курсами. Поттер иллюзий не строил – сейчас его целью было понять хотя бы основы, заиметь в рукаве пусть не самый сильный, но несомненный козырь, которым если не победить, то удивить можно будет наверняка. К тому же, вампиры предоставляли ему удивительную возможность изучить и что-то, совершенно не относящееся к их магии.
Все, что он бы хотел изучить.
Жаль, что на это и жизни не хватит…
Гарри провел рукой в воздухе и собранные учебники бесследно растворились. Отправлять вещи в немирье его научил Самаэль еще к исходу первой недели обучения. Что такое это немирье, которым вампиры пользовались сплошь и рядом, Гарри до конца не понимал, но уяснил четко – пользуясь несложными чарами, можно здорово облегчить себе жизнь, по желанию убрав или призвав к себе то, что тебе нужно. Естественно, достать из немирья можно было только то, что предварительно туда отправил, но все равно, это было чертовски удобно.
Восхищенный Гарри донимал Самаэля вопросами о том, что же такое немирье довольно долго.
- Ну, знаешь, - вампир по своему обыкновению держал в руке бокал, на этот раз с подогретой донорской кровью. Рассвет уже занимался и они сидели на террасе, примыкавшей к покоям Самаэля, отдыхая после напряженных уроков, - ты задаешь такие вопросы, что я даже теряюсь.
- Почему?
- Как ты объяснишь слепому от рождения ребенку, как выглядит красный цвет?
Поттер закусил губу и нахмурил лоб, пытаясь найти ответ на вопрос Ллевелина.
- Не знаю, - наконец выдохнул мальчик.
- Вот, передо мной такая же проблема. Только вампиры в полной мере понимают, что такое немирье. Ты можешь им манипулировать благодаря толике вампирской крови, но чувствовать его ты не способен.
- Я много теряю?
- Да, - просто ответил Самаэль. Голос вампира стал отрешенным, словно он думал о совершенно иных вещах, - да… Немирье обладает большим потенциалом и щедро делиться им с умелыми манипуляторами. Понимаешь… немирье – это словно другое измерение, где вещи из нашего мира как бы имеют свою копию. Нематериальную и неощутимую, но достаточно вдохнуть в нее жизнь, отдать аналог из нашего мира немирью, и копия станет реальной. Это, по сути, мы и делаем, используя вампирскую магию. Вещи в немирье сохраняются вне времени и пространства, и ты можешь отправить туда цветок, и вытащить его через двадцать лет точно таким же.
- И это все?
Самаэль с улыбкой посмотрел на собеседника.
- Умница. Схватываешь на лету, - вампир сделал глоток из своего бокала, - нет, не все. Далеко не все. Мы, вампиры, умеем ходить по немирью. Людям такое явление известно под названием «Вхождение в тень».
- О! – Гарри не смог сдержать восхищенного вздоха. Он уже не раз видел этот трюк, очень, кстати, любимый тем же Соломоном – найти тень, даже малейший ее признак, и просто раствориться в ней. Поттер очень сомневался, что когда-нибудь сможет так делать.
- Да, очень полезная вещь, если хочешь оказаться где-нибудь в другом месте, хоть на другом конце земного шара. Главная опасность состоит в том, что бы правильно выбрать тропу.
- Тропу?
- Ммм… ну да, тропа, след, предчувствие… неважно. Это то направление, которое выведет тебя туда, где ты хочешь оказаться. Вампиры умением чувствовать его обладают, люди – нет, хотя тоже при желании могут войти в немирье. Но, если они не смогут найти направление, то так там навсегда и застрянут. Поэтому немирьем пользуются только вампиры.
- А жаль, - расстроено вздохнул Гарри, - это, наверное, приятнее, чем аппарация. Знаешь, что это такое?
- Знаю, - Самаэль усмехнулся, - определенно, приятнее.
- А что еще можно сделать с немирьем?
- Ты неугомонный парень, - прокомментировал вампир интерес мальчика. Улыбнувшись, Самаэль одним глотком допил кровь и отставил стакан на столик, - хочешь фокус?
- Конечно!
- Смотри, - ленивым движением Самаэль столкнул бокал с края стола. Гарри ойкнул, но ожидаемого им звона разбитого стекла не произошло – вампир едва заметно махнул рукой и бокал словно провалился в темную дыру, а спустя секунду выпал из точно такой же дыры на стол, едва слышно тренькнув при соприкосновении со столешницей. Гарри неверяще распахнул глаза. Одно дело было отправлять в немирье вещи и доставать их оттуда, и совсем другое – манипулировать пространством так, словно оно было послушной цирковой собачкой.
- Оооого!
Самаэль рассмеялся и потрепал мальчика по волосам.
- На самом деле, это совсем просто. Я переместил бокал в немирье, заставив его сместиться относительно нашего пространства, и открыл обратный проход для бокала. Но это, конечно, потруднее будет, чем просто прятать вещи с помощью легонького заклинания. Года через три постоянной практики у тебя тоже это может получиться. Особенно, если ты инстинктивно чувствуешь дыры в пространстве…
- Как это?
- Сейчас тебе для открытия прохода нужно заклинание. А я им не пользуюсь, заметил? Я просто помогаю маленькой дыре, а их тут вокруг нас сотни, стать на пару мгновений больше, и на это у меня уходит совсем мало магической энергии.
Гарри нахмурил лоб, пытаясь переваривать полученную информацию. Потом неожиданно просиял.
- А, понял! Это как профессор Снейп, который читает мысли с помощью заклинания, а Астрея делает тоже самое просто если захочет!
- Д… да, - если бы Гарри был старше, он бы, возможно, обратил внимание на странное выражение лица, появившееся у Самаэля при упоминании девочки. А может, и нет, ведь Ллевелин не зря принадлежал к одному из самых могущественных родов и умению держать лицо приобрел еще в раннем детстве. Отвернувшись, вампир прищурился и посмотрел на расцветающую розовыми и оранжево-зелеными полосами зарю.
- Да, Гарри, аналогию ты привел вполне верную. И, кстати, кое-кому уже стоит идти к себе. Ты клюешь носом.
- Но…
- Никаких но. Тебе еще домашнее задание днем делать. Продолжим нашу беседу потом.
- Спокойного дня!
- И тебе, малыш.
Гарри улыбнулся и, легко соскочив со стула, побежал в свою комнату. Что не говори, а Самаэль был прав. Перед занятиями было жизненно важно хорошо высыпаться. Обычно, чем лучше себя чувствуешь, тем лучше поддается магия. А у Гарри, который не был вампиром, это приобретало особую важность – ведь он не мог пить кровь для поддержания своих магических ресурсов…

Следующий вечер выдался на диво спокойным. Гарри немного проспал, но, так как он заводил будильник всегда на пять часов, это не было большой проблемой – занятия начинались только в полночь.
Решив, что раз такое дело, то он и в библиотеку не пойдет, Гарри помылся, оделся и сел за стол, собираясь написать ответы на письма друзей и семьи. В последнее время он откладывал это на потом, занятый учебой, разговорами с Самаэлем, играми с младшими вампирами.
Взяв стопку раскрытых писем, Гарри начал их перечитывать.
Драко и Шанталь писали почти одно и то же – в пансионе Роуз весело, они живут в соседних комнатах, и ночью, три недели назад, когда они хотели подвесить ведро воды над дверью какого-то придурка, они видели целующуюся парочку в коридоре. Шанталь еще добавляла, что ее ротвейлер Бо прибавил два килограмма в весе и наконец-то научился исполнять команду лежать.
И конечно же, оба чуть с ума от любопытства не сходили, требуя, что бы Гарри подробно описал, как ему живется в Академии Эсте. Поттер только улыбнулся – в прошлом своем письме он описал свою жизнь очень даже подробно, но, видимо, Блэк и Малфою этого было недостаточно.
Амелия вежливо интересовалась, как ему тут, не сильно ли он скучает и, может быть, если Гарри хочет, она могла бы приехать в гости. Мальчику показалось, что это будет здорово, но он сам собирался на эти выходные домой, так что, в общем-то, у нее не было причин ехать. Гарри было приятно, что она так волнуется о нем. Совсем как мама… Как обычно, Амелия подробно описала, что происходит дома и передала в своем письме еще и небольшую записку с прыгающими каракулями Морвен, которая старательно написала, что очень скучает и нарисовала что-то, должное, видимо, изображать ее и Мариуса. Получилось, в общем-то неплохо, но Поттер никак не мог взять в толк, почему у кота пририсована пятая нога. Только спустя десять минут разглядывания рисунка он сообразил, что это хвост.
Но самые интересные письма были от Астреи и Альтаира. Во-первых, Гарри удивляло, что пользовались близнецы не обычным пергаментом, а магловской бумагой – явно дорогой, гладкой, плотной и глянцевой, с симпатичным бледно-серым рисунком по краю. Как писал Альтаир, эту бумагу использовали все в Школе Антовейф. Аккуратные почерки двойняшек как нельзя лучше подходили для такой бумаги, как думал Гарри, не то, что его каракули.
Альтаир обычно писал обо всем. Что ему приходило в голову – начиная от описания урока по магловской этике и кончая размышлениями о том, почему в лагуне на северной стороне острова кораллов больше, чем на южной. Судя по всему, Блэку там нравилось и он завел себе довольно много друзей.
Астрея, наоборот, ограничивалась лишь довольно сухим описанием повседневных дел, которые у нее были заняты учебой, учебой и еще раз учебой. Гарри знал, что она не хотела туда ехать и так же знал, что Рея не писала писем Амелии, о чем ему по большому секрету сообщил Альтаир. Мальчик с трудом понимал, чем ее не устраивала жизнь на острове. Судя по всему, там было очень весело.
Поттер придвинул к себе листы пергамента и, окунув перо в чернильницу, принялся за ответы.
Вообще-то, это было довольно утомительно – писать всем почти одно и тоже. Пожалуй, только Альтаиру и Астрее письма получились интереснее, ведь у него у самого была куча вопросов, которые Гарри и не скупился задавать в своем письме.
Иногда Поттер думал, что письма – это крайне утомительно. Вот в их доме был же обычный магловский телефон, которым, конечно, чаще всего пользовалась Амелия, болтая с Роуз, но ведь, если такие штуки будут везде, то жизнь станет намного легче? Почему же маглы до этого додумались, а они, маги, нет? Иногда, когда Гарри хотелось помечтать, он представлял себя великим изобретателем, придумывающим такую штуку, как телефон, только для магов. Он хорошо помнил, сколько провозился Сириус, пытаясь настроить технику в магическом доме, и какими словами он комментировал желание Амелии заполучить телефон для своего удобства.
Судя по всему, это было очень сложно.
Неожиданная мысль заставила Поттера отложить перо. У вампиров ведь была совершенно другая магия, и он даже видел магловскую технику, вроде магнитофона и телевизора, в некоторых комнатах… Наверняка здесь есть и телефон!
Победно ухмыльнувшись, мальчик вновь взялся за перо и дописал в письме Астреи последнюю строчку: «А у вас там есть телефоны?»
Кажется его проблема с нелюбовью к написанию писем решена.


Глава 17


Глава 17.

Извините за долгое отсутствие - семейные проблемы. Фанфик ни в коем случае не заброшен и будет обновляться по мере сил и возможностей.

------------------------------------------------------------

Когда Гарри ворвался в гостиную Самаэля, даже не утруждая себя стуком, вампир еле успел спрятать письмо Астреи. Не то, что бы это было большой проблемой, если Поттер заметит, но вот у Реи могут быть неприятности, когда информация об их переписке дойдет до Амелии. Ллевелин не тешил себя напрасными иллюзиями, что Амелия Блэк передумала насчет того, что ее дочери опасно общаться с ним.
Конечно, она была не так уж далека от истины, но немножко ошиблась в мотивах самого вампира.
Появление Поттера Самаэля немного удивило. А еще он подумал о том, что непосредственность мальчика его здорово веселит – попробуй какой другой вампир проделать то же самое, и ему бы пришлось очень несладко. А вот человеческому детенышу все сходит с рук… Занятно.
Поттер застыл на пороге.
- Ой! Эээ, щас! – Самаэль даже не успел ничего сказать, как Гарри выскочил за дверь, постучал по ней три раза и всунул свою вихрастую голову обратно, - можно?
- Заходи, - едва сдерживая смех, ответил вампир, - что-то случилось?
- Ммм, - Гарри плюхнулся на диван, - эээ, да нет. Просто вопрос есть.
- Так задавай его, - Самаэль отвернулся к окну, под которым стоял небольшой секретер и положил письмо Астреи в верхний ящик. Дочитать его он сможет и позже, а пока стоит уделить внимание и мальчишке. В последнее время Гарри к нему очень привязался, что вызывало в душе вампира странную радость.
Он так редко позволял кому-либо быть к нему близким… Поттер был ему вроде младшего брата – маленького и пока несмышленого, но, определенно, подающего большие надежды. И почему с ним не получалось держать дистанцию, как с другими вампирами? Непонятно.
- У нас тут есть телефоны?
Самаэль отвернулся от секретера и вопросительно посмотрел на мальчика.
- Зачем тебе?
- Ну, я подумал… - Гарри поболтал ногами в воздухе, - что я не люблю писать письма.
- И?
- У нас дома есть телефон, в пансионе Роуз тоже. Значит, я могу болтать с Амелией, Сириусом, Драко и Шанталь по телефону. И с Морвен тоже… А тогда письма писать надо будет только Альтаиру и Астрее. Всего два. Разве это не здорово?
Вампир рассмеялся.
- Неплохо придумано, Гарри. Вообще-то да, у нас тут есть телефоны. В холле, в гостиных некоторых… ммм… моей, например. У Соломона и Раданы, у Фэй, если не ошибаюсь. В общем, у всех, кому понадобились отдельные линии.
- Ооо, здорово! – Гарри улыбнулся, - правда, я не очень-то интересовался, как им пользоваться, когда жил дома…
- Это тоже не проблема, - Самаэль улыбнулся мальчику в ответ, - ты хочешь поговорить с миссис Блэк? Тогда лучше это сделать уже завтра и пораньше. Скоро одиннадцать вечера, мне кажется, это будет поздновато для звонка.
- Да? – озадаченно пробормотал Поттер. Об этом он как-то не подумал.
- Да. Кстати, сегодня у тебя будет новая тема, если не ошибаюсь.
- В самом деле?
Самаэль усмехнулся.
- Кровавые Ритуалы, которые тебе так нравятся. Вы уже прошли общие основы взаимодействия заклятий, рисунков и крови, а теперь начнется углубленное изучение. Ближайший год ты будешь изучать защитную магию Ритуала.
Самаэль провел рукой по волосам, задумавшись над своими словами.
- Вообще-то, если бы ты обучался в Академии Эсте нормально, то изучал бы все это в течение пяти лет, как минимум. Наравне с другими доступными подразделами Магии Смерти. Но ты будешь здесь урывками… У тебя особый учебный план и все основы работы с нашей магией ты изучишь ускоренно за год, плюс самое необходимое более углубленно, но лишь основные моменты. Не то, что бы это было хорошо – такое вот рваное обучение, но потом, когда-нибудь…
Гарри вздохнул.
- Я иногда думаю…
Самаэль поднял голову и посмотрел на мальчика.
- О чем?
- Волдеморт. Он такой сильный… Иногда мне кажется, что потом… что я не смогу… Я же маленький, а он великий маг столетия.
Самаэль отвел взгляд. Опасения Гарри он прекрасно понимал – Лорд Волдеморт был не просто великим магом столетия, а чем-то пострашнее. Вампир прекрасно помнил темные времена, когда таких же, как он, этот свихнувшийся на власти волшебник убивал десятками. Никогда еще Самаэль не видел, что бы человек так легко мог расправиться с вампиром… Не удивительно, что его называли Великим.
- Ты еще вырастешь, Гарри. И тоже станешь великим магом. Я умею чувствовать такие вещи.
Мальчик невесело усмехнулся.
- А ты думаешь, мне дадут спокойно вырасти?
- Здесь тебе не о чем беспокоиться.
- А там, в Англии? – Гарри посмотрел на вампира, - тебе ведь никто не рассказывал, но на нашу семью несколько раз совершали нападения. Из-за меня.
Самаэль почувствовал смутное беспокойство.
- Нападения?
- Да. Один раз пострадал Сириус, еще сгорел дом в магловской части Лондона, где мы жили летом, а еще… Астрея…
- Что с ней случилось?
Гарри поежился.
- Не знаю точно. Вообще-то, никто не любит об этом говорить. Астрее тогда было шесть лет. Мы играли в парке, который недалеко от Площади Гриммо. Это наше любимое место, там классные качели… были. И… тот человек… он был таким добрым, дал нам мороженое… а потом… - Гарри сглотнул, - он сказал, что пришел меня убить.
Самаэль почувствовал, как холодеют кончики пальцев. Голос мальчика был таким спокойным, словно такие вещи были в порядке вещей.
- Вообще-то, мы сами были виноваты. Сбежали втроем – я, Ал и Рея… Амелия запрещала нам делать такие вещи. А мы не послушались… И получилось так, что… у него была волшебная палочка в руках, и он сказал, что даже жаль будет убивать таких милых деток. Представляешь? – мальчик вздрогнул, - всех нас… Там был зеленый луч. Кажется, это было Смертельное Проклятие, только Астрея меня толкнула и оно прошло мимо. Этот человек сказал, что раз она… он назвал ее «маленькой блэковской сучкой»… Сказал, что она умрет первая…
Поттер замолчал и прикусил губу, пытаясь сдержать непрошенные слезы. Тот случай, в общем-то, уже давно изгладился из его памяти, но вспоминать сейчас это все было мучительно.
- И что дальше? – почему-то шепотом спросил Самаэль.
- Астрея очень испугалась. У нее проблемы с ее магией, ну ты знаешь… то щит не держит, то… еще что-нибудь… И тогда… Он схватил ее за плечо и это было очень больно, поэтому она вскрикнула. И она очень-очень-очень испугалась…
- Почему ты постоянно говоришь, что она испугалась?
Поттер вздрогнул и поднял на Самаэля испуганный взгляд.
- Но ведь иначе бы она не убила его?
- Чтоооо?! – Самаэль едва справился с собой, что бы не заорать во всю силу своих легких. Новость была ужасной.
- Эти ее способности… Они в самом деле кошмарны, - пробормотал Гарри, - и когда кто-нибудь думает так, для Реи это больно. Поэтому она такая… такая нелюдимая.
- Как она это сделала?
- Просто заставила его направить волшебную палочку себе в лоб и убить себя.
- Она умеет управлять другими людьми?
- Ну… эээ… больше у нее так не получалось, но она и не сделает так больше. Она очень боится этого… что она убила… так мне Альтаир говорил.
Самаэль кивнул и отвернулся, что бы Гарри не видел его лица. Сейчас вампир был не уверен, что сможет сдержать свои эмоции. Новость была ошеломляющей.
- Ладно, я пойду, - Гарри шумно вздохнул и улыбнулся, - найду Фэй. С ней весело, а такие разговоры меня расстраивают.
- Ясное дело. Хорошо… спасибо, что сказал.
- Ты только Рее не говори, она может обидится, что я это рассказал.
- Конечно. Ну беги.
Гарри кивнул и соскочил с дивана. Мальчик вышел за дверь не оборачиваясь, поэтому не заметил гримасы боли, появившейся на лице вампира.

Фэй нашлась на дальней тренировочной площадке.
Вампирша совершала умопомрачительные кульбиты в воздухе, периодически используя турники для того, что бы совершить прыжок или переворот. Так же девочка активно использовала уход в тень, исчезая в никуда и появляясь на противоположной стороне площадки. На траве поодаль сидели трое вампиров постарше, наблюдающие за ее тренировкой.
Гарри подошел к ним.
- Привет.
- А, человек, - дружелюбно улыбнулся парень с темными волосами, - Гарри, кажется?
- Друг Фэй, - хихикнув, добавила одна из девушек.
- Да хватит вам, - добавила вторая и ласково улыбнулась мальчику, - он такой миленький.
Гарри почувствовал, что краснеет.
- Я вас помню, - посмотрев на парня и первую девушку, ответил он. – Вы на страже стояли у портала, да?
- Правильно. Меня зовут Михай, а это моя сестра Властимирка.
- А я Ангел! – добавила третья девушка, очень похожая на Властимирку, только глаза у нее были не голубые, а золотистого цвета, - их троюродная кузина.
- О, ну приятно познакомиться, конечно. А у тебя странное имя!
- Ты не первый, кто мне это говорит, - девушка приветливо улыбнулась, - и еще говорят, что оно мне подходит.
- Да. Подходит, - Гарри присел на траву рядом с вампирами, - а что вы тут делаете?
Властимирка вздохнула и посмотрела в сторону Фэй, которая как раз выполнила тройное сальто назад и ушла в тень.
- Смотрим за ней. Она только недавно научилась уходить в тень, так что пока мы на подстраховке. Если что, вытащим ее из немирья.
- Это здорово, наверное, вот так вот… где надо, там и появился.
- Не все так просто, Гарри, - Ангел отбросила свои серебристые волосы за спину таким изящным движением, что мальчик невольно залюбовался, - из немирья нельзя выйти там, где ты никогда не был или не видел это место.
- Ого, я и не знал.
- Ну, хождение в тени – это же фишка исключительно вампиров, - Михай ухмыльнулся, - незачем остальным знать наши секреты, разве не так?
- А это будет очень плохо, да? Если узнают…
Гарри невольно поежился, когда лица вампиров приняли одинаковые суровые выражения. Девушки переглянулись между собой, но промолчали, предоставив право отвечать на вопрос Михаю. Тот недовольно дернул плечом, словно столь сомнительные почести ему были вовсе не по вкусу.
- Да, Гарри. Именно так. Очень плохо, или вообще, хуже не придумаешь.
- Но почему? Самаэль говорил…
Раздраженное восклицание Ангел прервало его на середине.
- Ну знаешь. Из Самаэля вообще сомнительный источник информации!
- Ангел!!! – в голосе Властимирки послышалось приглушенное рычание. Ее кузина только раздражено фыркнула.
- Брось уже свои фанатские замашки. То, что ты побывала в его посте… Ай! – девушка схватилась за руку, на которой вспух омерзительного вида ожог, впрочем, почти тут же исчезнувший. Испуганный Гарри увидел, как затухает оранжево-красный огонек в глазах Михая. Его ума хватило на то, что бы понять, что только что вампир применил свой дар - воспламенение огнем, но вот почему он так сделал, для мальчика осталось загадкой.
- Прекрати, Ангел, здесь ребенок, - очень спокойно, почти добродушно сказал Михай.
- Ты ее всегда незаслуженно защищаешь, - Ангел прищурила свои красивые глаза и опустила руки, в упор глядя на кузена. Гарри почувствовал вполне конкретное беспокойство – не то, что бы все вампиры обладали какими-то уж очень выдающимися способностями, но у каждого второго в запасе была способность управлять огнем, или взрывать предметы… или еще что-нибудь довольно смертоносное. Если они вздумают драться, плохо будет всем.
Пока он мучительно раздумывал, что же делать дальше, помощь пришла оттуда, откуда ее совсем не ждали. Фэй буквально свалилась из воздуха им на головы, умудрившись в полете вывернуться так, что ее голова оказалась на коленях Ангел, а ногами она дала изрядного пинка Михаю. Несколько секунд все тупо пялились на девочку, а потом заговорили все разом:
- Ну ты, блин, коза!
- Аааа, моя юбка!
- Классно получилось! – с энтузиазмом воскликнул Гарри. Фэй ухмыльнулась и, подмигнув ему, взвилась в воздух в своей излюбленной манере – с кувырком назад, и плавно приземлилась рядом с Властимиркой.
- Твою юбку можно постирать, Ангел, а вот ваши рожи отреставрировать после драки будет немного труднее. Кровь, знаешь ли, не водица. У нас ее ограниченный запас.
Ангел издала низкое горловое рычание.
- Я этого не начинала.
- Ты оскорбила чувства Властимирки. Посмотри на нее, - Фэй махнула рукой в сторону вампирши, все это время молча плакавшей, - это, по-твоему, нормально?!
- Но…
- Никаких но, Ангел. Ты разменяла уже четвертый десяток, а тупее меня, блин! Знаешь ли, кто кого траха… эээ… кто с кем состоит в близких отношениях, не твоя забота, а вот потактичней тебе стоило бы быть! Не маленькая уже.
Ангел клацнула зубами, словно ее что-то заставило с силой сжать челюсти. Но потом на ее лице появилась злобная ухмылочка.
- Ммм… ха-ха, как мило, Фэй. Решила стать главным миротворцем? Только ничего не получится. Властимирка может перед Самаэлем стелиться, да только он будет ее лишь использовать! Ее кровь нечиста, а значит, у нее нет шансов!
- Да прекрати ты, наконец! – взвыла Властимирка и, стремительно встав, шагнула вперед, исчезая в тени. Михай, выругавшись, кинулся за ней. Ангел тоже вскочила, но только лишь для того, что бы вовремя увернуться от удара Фэй. Злобно зарычав, среброволосая девушка отскочила назад и в несколько стремительных бросков скрылась за линией парковых деревьев.
Странная тишина испугала Гарри больше, чем скандал до этого.
Фэй выдохнула и покачала головой.
- Прости, Гарри. Тебе не стоило этого видеть.
- Да я… я и не понял ничего.
- Нет, понял, - Фэй присела рядом и обхватила колени руками, уставившись в землю. Сейчас от смешливой двенадцатилетней девочки, каковой она обычно всем казалась, не осталось и следа. Гарри невольно вспомнил, что вампирше никак не меньше двадцати. Но разве в двадцать можно быть такой усталой, да еще и с лицом маленькой девочки?!
- Или потом поймешь, когда вырастешь. У вас, людей, это проще… меньше боли.
- О чем ты?
Фэй посмотрела на мальчика.
- Ангел и Властимирка… как бы тебе сказать… любят одного и того же человека. Только Властимирка… она… ей удалось стать к нему ближе, а Ангел… у нее только имя такое чудесное, а на самом деле, она – это худшее порождение самолюбия и порочности, которое я только встречала. Я вообще не понимаю, что она делает среди нас. Сэм умен и не подпустит ее к себе и на пушечный выстрел…
- Сэм – это…
- Ну да, - на лице Фэй расцвела улыбка, - только не говори никому. Лучше не выносить сор из избы, знаешь ли. Ангел ревнует и пытается всеми силами унизить Властимирку. И никто в расчет не берет, что у Самаэля есть свое мнение на этот счет. Ни та, ни другая нахрен ему не нужны. Впрочем, на его месте я вела бы себя также. У одной кровь нечистая, у второй… у второй душа и тело. Такие не принесут ничего, кроме проблем.
- Я совсем запутался…
Фэй замолкла и пару минут в упор смотрела на Гарри, потом неожиданно рассмеялась. Теперь перед Поттером вновь сидела милая двенадцатилетняя девочка и приветливо улыбалась ему. Столь стремительная перемена изумила мальчика едва ли меньше, чем отвратительная ссора старшего поколения вампиров.
- Да ты в голову не бери! – Фэй вскочила на ноги, - пошли играть!
- Погоди, Фэй, я хотел… эээ… - Гарри замолчал, внезапно поняв, что, возможно лезть сейчас к вампирше со своими просьбами неуместно. Ведь эта ссора наверняка задела и ее, пусть девушка и не показывала своих эмоций. Поттер не раз замечал, что если Фэй хотела, невозможно было понять, о чем она думает или как относится к происходящему.
- Что ты хотел? – вампирша склонила голову набор и этот жест показался Гарри таким собачьим, что он не смог не улыбнуться.
- Это… эээ… ну, наверное, сейчас не время… как бы…
- Да говори уже, мямля! – воскликнула девушка и картинно всплеснула руками.
- Да мне телефон нужен. Не люблю писать письма… вот.
На лице Фэй медленно появилась улыбка.
- Хм… ну тогда идем! Заодно покажу тебе мою коллекцию кинжалов.


Глава 18


Глава 18.

Комнаты Фэй располагались этажом выше над комнатами Гарри. До этого дня мальчик ни разу здесь не бывал, хотя и слышал не раз, как наверху собирались шумные вечеринки. Вампиры вообще были любители повеселиться, когда выпадала такая возможность. Только Самаэль, как знал Поттер, никогда не участвовал в такого рода сборищах, подолгу или пропадая где-то вне Академии или работая у себя. Кажется, даже уроки он посещал только из видимости, хотя, по сути, он и был главой Академии.
Гостиная Фэй была оформлена в довольно классическом стиле – приглушенные постельные тона, строгие линии и ничего лишнего. Даже удивительно, как эта комната не вязалась с озорной и веселой вампиршей. Гарри не удержался и сказал ей об этом.
- Ну, эти комнаты мне достались такими от предыдущего владельца, - голос девушки был абсолютно ровным, но почему-то Гарри показалось, что она не слишком-то хочет об этом говорить, - я не стала ничего переделывать. В моем родовом замке уже есть комната исключительно для меня, а я не люблю… не хочу… быть особенной более того, что уже есть.
Вампирша отвернулась и скрылась за дверью, которая, как прикинул Гарри по планировке, вела в спальню. Оглядевшись, мальчик приметил несколько фотографий, стоявших на кофейном столике между двумя большими французскими окнами. Подойдя ближе, он вгляделся в лица присутствовавших там вампиров – без сомнения, это были родители Фэй. Конрада и Ли он видел пару раз, когда они приезжали навещать дочь. Кажется, они были очень молодыми по меркам вампиров – меньше стапятидесяти лет каждому. И, как и все вампиры, удивительно красивы. Поттер взял в руки фотографию, чтобы получше рассмотреть их лица и тут заметил еще одно, очень маленькое фото, задвинутое за большие рамки. Отставив в сторону фотографию с родителями Фэй, он взял это фото и поднес к глазам. На нем был изображен светловолосый юноша лет шестнадцати на вид. На его лице застыла ироничная полуулыбка, а светлые глаза были слегка прищурены, словно он рассматривал Гарри в ответ. Одет парень был в белую рубашку и черные брюки. Поттер удивленно нахмурился – несомненно, этот парень был похож на Фэй. Брат? Но почему тогда он не здесь и Ла Фее никогда о нем не рассказывала?
Вампирша возникла за его спиной абсолютно бесшумно. Гарри вздрогнул и выронил фото из рук, когда девушка дунула ему в самое ухо.
- Фэй!!! Я чуть дубу не дал от страха! Разве так можно? – Поттер потер шею, чувствуя, как мурашки бегут по коже. Все-таки, осознавать, что около его шеи недавно были клыки вампира, не слишком приятно.
- А что? – Фэй наклонилась и подняла фотографию с парнем. Широкая улыбка, до этого освещавшая ее лицо, внезапно исчезла. Вампирша остановившемся взглядом глядела на фотографию. Гарри робко дернул ее за рукав.
- Эй, ты чего? Кто это?
Вампирша встряхнулась, словно сгоняя наваждение, и подняла взгляд на мальчика.
- Брат.
- Я так и думал. А почему он не тут? Выглядит очень молодым для вампира.
Фэй задвинула фото юноши за остальные фотографии и отошла к дивану, на который и села, по своему обыкновения развалившись на полсидения. Гарри только сейчас заметил, что в ее руке был телефон, шнур от которого тянулся куда-то за дверь спальни. Поставив телефон на стол, девушка сложила руки на груди и посмотрела куда-то за окно.
- Хочешь сказать, тебе еще никто не поведал о нашей семейной истории?
- Ммм… нет. Какая история?
Ла Фее спрятала лицо в ладонях и глухо застонала.
- Черт.
- Эй, да в чем дело?
- Дилан. Моего брата зовут Дилан, - девушка тяжело вздохнула, - он в замке Николеску.
Гарри показалось, что он ослышался. В замке Николеску… Не там ли существует печально известная Кровавая Арена? И что тогда делают с братом Фэй или делали?
- Это… это там, где… Кровавая Арена?
- Да, там.
- И… что с твоим братом? Почему вы не вызволите его оттуда?
Фэй хмыкнула, а потом похлопала по сидению рядом с собой, приглашая Гарри сесть. Подтянув колени к груди, девушка обхватила их руками и задумчиво уставилась куда-то в противоположную стену. Поттер сел рядом, ожидая, что она скажет.
- Его не надо вызволять.
- Поздно?
- Нет… или да. Дилан там по своей воле.
Гарри помотал головой, сначала не совсем въехав в смысл слов Фэй. После всего, что он узнал о замке Николеску и вампирах, поддерживающих Совет, Волдеморта и прочую дрянь, слышать о том, что брат Ла Фее добровольно присоединился к ним, было дико. Видимо, на его лице отразился весь спектр испытываемых им эмоций, потому что вампирша невесело рассмеялась.
- Да… мой братик многих удивил. Хочешь знать, почему я избегаю Самаэля?
Поттер закусил губу.
- Ну… тебе стыдно за брата?
- Нет, - Фэй отвела взгляд, - позор нашей семьи смыт кровью. Господин нас простил. Нет… Дилан… Он просто хотел власти. Ла Фее – вторые после Ллевелинов. И Дилану было… обидно, что не первые. Он привел мать Самаэля в замок Николеску. Помог ее убить.
Гарри содрогнулся, вспоминая давний разговор вампиров и супругов Блэк.
- Когда Самаэль видит меня… Знаешь, он великолепно скрывает эмоции, но я чувствую… чувствую, как ему хочется свернуть мне шею, ведь я так похожа на Дилана… Слишком похожа, - пальцы Фэй судорожно сжались и она прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Гарри неуверенно улыбнулся и, протянув руку, коснулся плеча вампирши.
- Если ты с нами, то непохожа. Ведь ваша семья смыла позор кровью.
- Ты не понимаешь, Гарри, - Фэй горько усмехнулась, - есть вещи, которые, даже прощенные официально, навсегда возводят стену между людьми… вампирами… неважно. Да, я смогу когда-нибудь участвовать в Совете, с условием, конечно, что он вновь будет возвращен под контроль Ллевелинов, но быть столь же близкой к Самаэлю, как были близки наши родители, не смогу. Мой родной брат мучил его мать. Такое даже спустя несколько поколений помнят. Неужели ты не заметил, что со мной мало кто общается достаточно близко? У вампиров долгая память…
- Но… - Гарри хотел было возразить, но не нашел нужных слов. В самом деле, у Фэй было мало близких людей здесь. Даже вампиры, присматривавшие за ней сегодня, присматривали по чьему-то указанию… Неужели она вынуждена платить за чужую ошибку? Гарри не мог этого понять.
Видимо, испытываемые эмоции отобразились на его лице, потому что Фэй еще раз грустно улыбнулась, а потом сжала его ладонь.
- Не расстраивайся из-за меня. Это не самое страшное, что могло бы произойти с нашей семьей. И вообще, пойдем смотреть мою коллекцию кинжалов!
Поттер постарался улыбнуться как можно более жизнерадостно, но на душе у него скребли кошки.
После того дня Гарри стал внимательнее приглядываться к вампирам, желая усвоить как можно больше нюансов их существования и взаимоотношений. Казалось, что эти ребята дружелюбны и веселы, но теперь Поттер ловил себя на мыслях, а так ли беззаботны эти хищники в обличии людей, как они хотели бы казаться? Все же, теперь он лучше понимал Амелию, которая с опаской относилась к вампирам. Может быть, родители и не зря стремились оградить Астрею от их влияния? Гарри пытался уловить связи и следствия жизни в вампирском обществе, но он был всего лишь десятилетним мальчиком, пусть и очень умным для своих лет.
К тому же, юному Поттеру был неизвестен тот факт, что благодаря приказу Самаэля рядом с ним вампиры обязаны были вести себя как можно более человечно, хорошенько контролируя большинство своих порывов и желаний.
Сам Ллевелин предпочитал проводить время вне Академии. Из-за этого Гарри очень редко удавалось поговорить с ним, желая услышать ответы на некоторые свои вопросы.

Но, за три недели до Рождества кое-что произошло. Поттер листал книгу по ритуалам на крови, устроившись на широком подоконнике в своей спальне. Через пару дней у него должен был быть зачет и мальчик усиленно повторял материал. В какой-то момент подняв взгляд, Поттер изумленно ахнул – по аллее в сторону замка шла женщина, закутанная в хорошо знакомый мальчику плащ. Хотя лицо Амелии и было скрыто капюшоном, но он ее легко узнал.
Соскочив с подоконника Гарри рванул к двери, но на полдороги притормозил. В его голове возник резонный вопрос – а что она здесь делает? На первый взгляд, никаких причин у нее здесь появляться не было. Поттер подошел к двери и немного приоткрыл ее, что бы видеть коридор второго этажа и дверь в комнату Самаэля. Почему-то у него не возникло и секундного сомнения, к кому направлялась Амелия. Мальчик решил, что если бы визит был запланирован к нему, то тетя Мэл обязательно ему об этом сообщила, тем более теперь, когда они могли общаться по телефону. Хотя, конечно, Фэй каждый раз корчила страшные рожи, когда Гарри опять зависал у аппарата, болтая с родными, но это его ничуть не пугало. Он считал Фэй неопасной, совершенно забывая о ее вампирской сущности. Более того, это опасное заблуждение теперь распространялось на большинство живущих в Академии вампиров. Впрочем, десятилетнему мальчику это было простительно – он был в неплохой компании, а что еще нужно ребенку, что бы чувствовать себя в безопасности?
Амелия в самом деле вошла в комнаты Самаэля. Выйдя в коридор, Гарри прислушался, но ничего не услышал. Вздохнув, мальчик вернулся к себе.

Если бы этого можно было избежать, ноги бы Амелии в замке Эсте не было. Увы, несмотря на все ее нежелание признавать очевидное, трудно было не понять, сколь сильно магия связала ее дочь и вампира. Амелия не была дурой и уж тем более не была наивной. Она просто желала идти на поводу своих материнских чувств, что и делала с переменным успехом. Но, как это обычно бывает, дорога благих намерений привела прямиком к воротам Ада. Пока что образного…
Конечно, Астрея ни разу за все это время не написала ей письма. Но был еще Альтаир, да и способы узнать о жизни дочери существовали. Другой вопрос в том, что Амелия предпочла бы узнавать новости от самой Астреи. Школа Антовейф была хороша, но главная проблема состояла в том, что там были люди. Очень много людей. И юной Блэк, не умеющей держать более-менее прочные ментальные щиты, там приходилось нелегко.
Когда Сириус вернулся из школы Антовейф, где проходили каждонедельные Дни Свиданий с родителями, Амелию ждала неприятная новость.
Она уже почти засыпала, сидя в кресле у камина, когда Сириус зашел в гостиную. На руках Амелии сонно сопела Морвен, которая в ожидании папы отказывалась подниматься в комнату и требовала рассказывать ей сказки. Вальбурга опять отсутствовала, навещая с длительным визитом особняк Малфоев.
Присев на подлокотник, Сириус осторожно погладил жену по щеке.
- Я не сплю, - прошептала Амелия, отчаянно стремясь сдержать широкий зевок. Справившись с собой, она вопросительно посмотрела на мужчину.
- Все нормально. Альтаир подрался с мальчишкой на три года старше, Астрея опять в больничном отсеке. Думаю, ее придется забрать оттуда.
Амелия вздохнула и откинула голову назад, глядя на пламя камина сквозь полуопущенные ресницы. Морвен заерзала и женщина автоматически погладила дочь по голове.
- Дергать детей туда-обратно… Это не кажется мне хорошей идеей.
- Мне вообще в последнее время все наши действия не кажутся хорошей идеей, - немного раздражено ответил Сириус, - черт возьми, мне это нравится все меньше и меньше.
Амелия поморщилась, почувствовав его эмоции.
- Сириус…
- Каждый раз, когда я слышу этот тон, мне заранее становиться тревожно, - буркнул Блэк, - ну что?
- Будешь так говорить, я вообще с тобой общаться перестану, - огрызнулась женщина. Немного помолчав, она примирительно добавила: - даже если мы заберем их оттуда, им надо где-то получать начальные знания, разве не так? В пансионе Роуз Рею будет поджидать та же проблема, что и в школе Антовейф. Обучать дома?
Блэк пожал плечами. У него, как и у Амелии, не было никаких удачных мыслей по этому поводу. Конечно, домашнее обучение было пока что лучшим вариантом, но тогда проблема была в Альтаире – в новой школе ему нравилось и он даже завел там парочку друзей, с которыми расставаться не был намерен. Вряд ли их единственному сыну придется по душе идея вернуться домой. Даже ради любимой сестры.
А связь близнецов тоже нельзя было игнорировать, тем более, такую, которая существовала между Алом и Реей.
Ситуация была тупиковая.
- Нам нужна помощь, - озвучил Сириус вслух свои мысли.
- Чья?
- Не делай вид, что не понимаешь меня, - с усмешкой ответил Блэк. Амелия поежилась, легко проникнув в мысли мужа и поняв, о чем он говорит.
- Ммм… Сириус. Что это, старческий маразм?
- Очень смешно, ха-ха, - мужчина тихо хмыкнул,- ни ты, ни я не знаем способов уберечь сознание Астреи от влияния посторонних разумов, дергать их туда-сюда мы оба признали плохой идеей, оставить ее там – еще хуже. Обратись к вампирам. Может быть, они знают способ…
Амелия откинула голову назад и закрыла глаза. Злиться на мужа было бессмысленно, конкретно сейчас он был прав – они не знали способа помочь их девочке, но, возможно, чуждая им магия имела в своем арсенале средства, которые могли сдержать сей сокрушительный дар. В данный момент Амелии была важно жизнь дочери, а не ее сохранность от вампиров.
Сириус явно придерживался того же мнения.
- Это так глупо, любимый, - прошептала женщина, - я чувствую, мы совершаем ошибку.
- Строго говоря, рожать с такой наследственностью было самой первой нашей ошибкой, - Блэк глухо рассмеялся, - и что теперь? Брось, Мэл, вампиры, конечно, опасны, но даже если у Самаэля есть планы относительно Астреи, твоя просьба никаких обязательств с нашей стороны не несет. Хотя бы потому, что если он заинтересован в нашей девочке, то он просто обязан помочь сохранить ей рассудок, а может даже и жизнь.
Амелия кивала в ответ на слова мужа, но твердой уверенности у нее так и не появилось. Они опять, как в старые времена, ходили по лезвию ножа, балансируя на грани. Но если тогда в их руках были только собственные жизни, то что сейчас? Амелия теперь несла ответственность за три маленькие жизни и за жизнь сына своих лучших друзей, а этим не разбрасываются… Игры с вампирами опасны, и кто знает, что может принести им будущее?
Впервые за долгие годы Амелия пожалела о том, что утратила свой Дар.
Морвен заворочалась и Сириус легка, словно пушинку, подхватил младшую дочь на руки.
- Пойду уложу ее, - глядя на жену сверху вниз, сказал мужчина. Амелия молча кивнула, провожая его взглядом.
Что-то они упускали из виду. Что-то столь элементарное, что становилось мучительно стыдно за свою глупость. Амелия вновь закрыла глаза, позволяя себе чуть расслабиться. Может быть, ответы лежат в истоках семьи Эйр? Но времени на то, что бы рыться в пыльных фолиантах, не было.
Когда вернулся Сириус, она все еще сидела с закрытыми глазами. Блэк легко, едва касаясь ее кожи кончиками пальцев, погладил шею жены. Потом скользнул ниже, медленно массируя ее плечи. Обойдя кресло, он опустился перед ней на колени и заглянул в лицо.
- Что ты решила?
- Пойду. Наверное, ты прав, Сириус, ставить свои предрассудки выше здоровья Реи по меньшей мере бесчеловечно.
- В принципе, если тебе так тяжело, это могу сделать я.
На лице женщины появилась ухмылка.
- Ну нет, думаю, этот разговор стоит вести на правах дальних родственников. И, - она чуть помедлила, - на сегодня давай закончим с этими разговорами. Поцелуй меня.
Уговаривать себя дважды Блэк не заставил. Чувствуя тепло его губ и отвечая на его настойчивые поцелуи, Амелия внезапно подумала о том, что она уже столько раз могла лишиться этого простого счастья – ощущать любимого рядом, что в пору было ужаснуться.
Это было странно. Неужели война подняла планки их страхов на недосягаемый уровень, что даже мысль о смерти или разлуке не так уж и пугала? Или это она была от природы черствой?
- Тебя все равно что-то тревожит, - прошептал Сириус, отстраняясь.
Амелия взглянула на него и вымученно улыбнулась.
- Не обращай внимания.
Сириус кивнул, признавая ее просьбу, но что-то в ее интонациях Блэку не понравилось.

------------------------------------------------------------

Работа над фанфиком продолжается, что бы Вы не думали хД Я просто попала на длительное время в больницу.
Надеюсь, глава вам понравится.

Глава 19


Соблазн улизнуть, пока никто не заметил, был почти невыносим, но Амелия напомнила себе о дочери и, несколько раз глубоко вдохнув для успокоения нервов, прошла в главный холл и поднялась по лестнице, свернув в крыло, где располагались комнаты Самаэля и Гарри. Вообще-то, она ни секунды не сомневалась, что вампир уже был осведомлен о ее визите, но трусливая часть ее души упорно нашептывала, что пока разговор не начат, его можно избежать. И сделать вид, что все в порядке? Нет, на такое миссис Блэк была неспособна.
Самаэль сидел в кресле у камина и что-то пил из бокала. Женщина невпопад подумала, что еще ни разу не видела Ллевелина без крови или вина. Болеют ли вампиры алкоголизмом? В любом случае, спрашивать Амелия не собиралась.
При ее появлении Самаэль встал и учтиво поклонился, сделав приглашающий жест рукой.
- Стражи доложили, что вы пересекли границу Академии, миссис Блэк. Но, право слово, я не ожидал, что своим визитом вы почтите именно меня.
Вампир был сама любезность. Патока разве что из ушей не сочилась. Амелия мысленно напомнила себе о приличиях и правилах хорошего тона и вернула Ллевелину сладенькую улыбочку.
- Увы, меня сюда привели довольно печальные события, но, как бы там ни было, я вас рада видеть, Самаэль.
- Вина?
- Нет, спасибо, - Амелия сняла плащ и небрежно бросила его на спинку дивана. Потом прошла к креслу и села вполоборота к камину. Ей не хотелось смотреть на огонь, обычно он ее расслаблял, а сейчас это было неприемлемо. Женщина невольно пожалела, что сейчас рядом нет Сириуса. В его присутствии было бы как-то спокойнее. А может, она просто искала предлог не начинать разговор, который ее пугал.
- Что ж, тогда… - Самаэль сел в кресло напротив и взял бокал в правую руку, пристально глядя на нее своими удивительными глазами. Сегодня Амелии казалось, что они цвета бордо, но ее могло подвести ненадежное человеческое зрение. Кроме того, единственным источником освещения в комнате оставался камин.
Вампир улыбнулся.
- Признаться, слова про печальные события меня немного волнуют, Амелия… Я могу вас так называть, миссис Блэк?
«Никогда не забывай о том, кто ты есть...» Слова Жозефины неприятным холодком пробежались вниз по позвоночнику. Что-то в вампире неприятно напоминало о спятившем призраке. А может, она опять накручивала себя, желая видеть проблему там, где ее не было. Что плохого было в том, что Ллевелин спас ее девочку? Астрея еще слишком мала, что бы пара минут наедине с вампиром могли иметь далеко идущие последствия… Но лишь одна мысль об этом холодном и загадочном существе рядом с ее дочерью навевала на Амелию непонятный ужас. Проклятый Род проступал тысячами скалящихся лиц сквозь его черты, постоянно напоминая о том, от чего бы она хотела оградить своих детей. Может быть, это было просто беспокойство матери… А может, кошмар из ее прошлого, пророчество пятилетней давности, появление вампиров и удивительный дар Астреи были взаимосвязаны. Пока все это не свести вместе – не поймешь. Но Амелия уже однажды доверилась… Мысль о том, что Астрея рискует пережить тот же ужас, что и она, не позволяла женщине допускать даже мысль о возможности развития событий в этом направлении. Пусть древнее могущество, или проклятие, или великая благодать и дальше дремлют, а миссис Блэк хотела счастливую семью и немного покоя.
Ей всегда казалось, что они слишком долго воевали и просто разучились жить мирно.
Откинувшись на спинку стула, Амелия выдавила вежливую улыбку.
- Конечно, Самаэль. Раз уж мы перешли к именам, но не вижу смысла тянуть резину. Я пришла из-за… - «Святые Небеса, только бы это не было ошибкой!» - Астреи. Кажется, нам нужна помощь.
Вампир отставил бокал. Его лицо осталось бесстрастным, но Амелия неплохо читала в душах людей. И сейчас была почти уверена, что в глубине этих завораживающих глаз мелькнуло нечто, весьма смахивающее на беспокойство.
- Какие-то проблемы с ее… питанием?
При напоминании о связи, связавшей Астрею и вампира до конца жизни дочери, Амелия чуть скривилась и отвела взгляд. Справиться с собой, оказывается, было труднее, чем ей казалось.
- Нет. С этим все в порядке.
- Тогда? – поторопил Самаэль. В неверном свете каминного огня он казался ожившей греческой статуей со своей белой кожей и точеными чертами лица. И теперь на его лице проступали и другие испытываемые им эмоции, помимо вежливой заинтересованности. Беспокойство. Любопытство. Расчет… А может, воображение опять играло с ней злую шутку, и Амелия выдавала желаемое за действительность.
Амелия неосознанно тронула бедро, на котором красовался шрам от кинжала Жозефины. Дурная привычка, но поделать с собой женщина ничего не могла – отметина неизменно напоминала ей, что с собственным Родом шутки плохи. Это не позволяло расслабляться.
- Она больна.
- Чем? – видимо, вампир был сверхъестественно терпелив. Во всяком случае, Амелия бы на его месте вытрясла бы из себя все до последнего слова. Вздохнув, она взяла себя в руки, и спокойно ответила:
- Тем, что она унаследовала от меня, - на лице женщины появилась нехорошая улыбка, - Астрея не поддерживает со мной связь из-за… обиды. Но я получаю информацию о ее состоянии. В последнее время она все больше времени проводит в медблоке своей школы, а из писем Альтаира мне стало ясно, что она не в состоянии находиться среди людей.
Амелия прикрыла глаза и глубоко вдохнула воздух, пытаясь сохранить спокойствие. Слова, которые вылетали из ее рта, рвали душу на мелкие кусочки.
- Амелия, - кресло вампира скрипнуло и она быстро открыла глаза, но Самаэль продолжал все так же сидеть в расслабленной позе, только бокал вновь был в его руках, - почему при столь выдающихся ментальных способностях ваша дочь не в состоянии контролировать их?
- Я не знаю, - не задумываясь, ответила она, - у меня есть предположения… но не обязательно, что они… корректны.
- Часть проклятия?
- Может быть, да. А может и нет. или, вероятно, это просто шутка крови, занятный генетический дефект, игры магии… Откуда мне знать на самом деле? Астрея не умеет контролировать свою силу и, если не научилась до сих пор, не сможет сделать этого никогда. Следовательно, - Амелия сжала челюсти, борясь с внезапно подступившими всхлипами, но быстро взяла себя в руки, - моя дочь умрет.
- И вы пришли за помощью ко мне. К вампиру.
- К члену семьи Эйр, - она вскинула голову, впиваясь пристальным взглядом в его лицо, - к существу, чью природу я не понимаю, но чье право крови не могу не признавать. И вы уже однажды спасли ее.
Самаэль тонко улыбнулся, а потом неуловимым глазу движением переместился из кресла к окну. Амелия вздрогнула и едва удержалась от острого желания поплевать через плечо. Эту дурацкую магловскую привычку она подцепила от одной суеверной женщины, жившей по соседству с их магловским домом. Но зрелище и впрямь было… шокирующим. На первый раз.
Вампир смотрел в небо, Амелия молчала, ожидая сама не зная чего.
Наконец, Ллевелин вернулся из своих дум на грешную землю и, обернувшись к своей собеседнице, наградил ее взглядом горящих алым огнем глаз. Зрелище было жутким и завораживающим.
Он моргнул и перестал чем-либо отличаться от обычного человека.
- Существо. Очень изящное определение, Амелия Эйр. Вы, люди, никогда не принимали и не примете нас за равных себе. впрочем, это лирическое отступление. Перейдем к нашей проблеме. Вы думали над тем, какую плату мне предложить?
Не то, что бы этот вопрос вызвал у Амелии шок или недоумение. Она подозревала, что что-то он может от нее потребовать, но понять вампира мог только другой вампир. Хотя, в отношении Ллевелина она бы еще поспорила с этим утверждением. Мэл решила положиться на удачу, но та ей изменила. Вампир таки вспомнил про плату…
- Что ж, - Самаэль сам же и прервал затянувшееся молчание, - что ж. Тогда… предложение сделаю я.
Соблазн выпустить свои способности из-под контроля был почти непреодолим. Амелия с жалостью вспомнила о том, что у вампиров есть естественная ментальная защита. Чертовы кровососы! Эволюция, определенно, была к ним крайне благосклонна.
- Для вас, Амелия, это будет совсем ничтожная цена.
- Может быть, не стоит тянуть резину и дальше? – раздражение все-таки вырвалось наружу, но женщина не стала особо заморачиваться по этому поводу. Разговор с вампиром, кажется, тянул все соки из организма. Никогда еще она не уставала так сильно во время простой беседы. А ведь миссис Блэк была частой гостьей в кабинете директора Хогвартса…
Внезапно Самаэль улыбнулся и стал похож на простого мальчишку, лет семнадцати от роду. Улыбка у него была совершенно особенная – лукавая, добрая и немного наивная. Так улыбался Сириус в то первое лето после их знакомства, когда думал, что Амелии нет поблизости. Так он улыбался Джеймсу. А потом перестал улыбаться вообще, и ей пришлось постараться, что бы вновь вдохнуть краски жизни в его лицо.
Но, в отличие от мужа, от вампира Амелия не ждала ничего хорошего.
Даже потеря Дара не сказалась на ее интуиции. Амелия оказалась права.
- О, не стоит так нервничать. Мне достаточно пока всего лишь того, что вы мне будете обязаны, Амелия… Эйр, - Самаэль сделал ударение на последнем слове, не переставая сверлить ее пристальным взглядом. Теперь его улыбка напоминала оскал, а верхние клыки были заметно крупнее, чем всего минуту назад.
Он не зря выделил ее девичью фамилию. Самаэль не сказал прямо, что ждет от женщины выполнения просьбы не как семейного долга перед спасшим ее дочь человеком, а как личную взаимную услугу. Это было очевидно, но она никак не могла взять в толк, что же могло потребоваться вампиру от нее такого, его бы не было у ее семьи.
Нынешней семьи…
Амелия сглотнула горький комок, вставший в горле. Все это очень сильно напоминало игры Жозефины. Она опять один на один с представителем своего рода, пусть и очень дальним, но родственником, и совершено не понимает его мотивов, выгод и целей. Не зря люди не считали вампиров равными себе. Во всяком случае, по уровню интеллекта, умению плести хитроумные ловушки, загоняя свою жертву в угол, человечество точно было им не чета. Про все остальное женщине думать не хотелось. Она была уверена, что захоти Самаэль разорвать ей глотку, сделал бы это в течение одной секунды. Во что она ввязалась?
Мысль о том, что этому существу они добровольно отдали Гарри на обучение, была пугающей. К Амелии опять вернулись все ее сомнения. А потом она представила личико дочери. Слезы, стоящие в поразительных двухцветных глазах… Гримасу боли, исказившую детские черты… За Астрею она не раздумывая отдала бы свою жизнь. Всего лишь одна просьба в обмен на здоровье девочки, разве это такая уж большая плата? Десять лет назад Мэл Эйр готова была умереть за души незнакомых ей родных, заключенных в потустороннюю тюрьму древнейшим проклятием, а теперь сидит и медлит, взвешивая все за и против, когда ответ был только один.
Устыдившись этой заминки, женщина подняла голову и встретилась взглядом с вампиром.
- Я исполню любую твою просьбу, не направленную во вред моей семье и моей крови, в обмен на помощь Астрее. Но… Я хочу знать, что ты можешь предложить.

Запах теплой человеческой крови приятно бодрил, но, увы, на его долю опять выпадала донорская бурда в пластиковом пакете. Ведя полуголодный образ жизни, Самаэль в последнее время начал замечать за собой повышенную чувствительность к присутствию людей поблизости. Женщина Блэк ушла, а запах остался. Может быть, все дело было в том, что в ней текла родственная кровь, иначе чем объяснить тот факт, что его инстинкты вампира никак не реагировали на близость Гарри Поттера?
Соблазн был велик. Останавливало только то, что при всем своем могуществе заколдовать после укуса он ее все равно не смог бы. Ментальная магия – забавная штука, доставляющая так много хлопот…
Самаэль вздохнул, позволив себе расслабиться в полном одиночестве в собственной комнате. Как приятно было знать, что ближайшие полчаса – твои. Никто не собирался врываться с кипой очередных документов или важной информации, или просто поболтать на ночь глядя. Все гадают, что человеческая женщина так долго делала в комнатах вампира… И вышла оттуда, не неся на себе запаха собственной крови. Самаэль почти наяву видел внимательный и злой взгляд Ангел. Или жалостливо-безнадежное выражение лица Властимирки. Глупые куклы, неспособные ни на что, кроме не менее глупых предположений.
Что ж, переубеждать их Самаэль ни в коем случае не собирался.
Голод терзал изнутри, сбивая с мыслей, но вампир лишь привычно поморщился и сделал большой глоток из бокала, стараясь не чувствовать мерзкий вкус мертвой донорской крови. Возможно, его хватит еще на год… на полгода, если уж быть честным с самим собой до конца. А потом придется потребовать полагающуюся ему кровь Астреи, и окончательно привязать себя к маленькой белокурой девочке с разрушительными талантами. Самаэль еще не был до конца уверен, что все происходящее – то ли проклятие, то ли знамение, но это не мешало ему видеть будущее в самых темных красках. Куда как легче было вообще не спасать девчонку, но первые порывы иногда так сложно остановить…
Вампир поболтал бокал, наблюдая за пузырьками на поверхности крови, и тяжело вздохнул. Ходить вокруг да около не было смысла, тем более в разговоре с самим собой. На этот раз это были не далеко идущие планы, а всего лишь простое любопытство, которое, как известно, сгубило кошку. Возможно, эта девочка еще сыграет не последнюю роль в его планах, но пока никаких перспектив Самаэль не видел… Кроме сильного союзника в будущей войне за власть над вампирским сообществом. Ллевелин слегка улыбнулся и отставил стакан в сторону. Что ж, какие бы сомнения его не терзали сейчас или в ближайшее время, а выполнить просьбу человеческой женщины стоит хотя бы ради тех самых призрачных планов на маленькую ментальную волшебницу, к которой он так неумно привязался.

Гарри смотрел в окно, как Амелия идет по центральной парковой дорожке Академии, и не мог избавиться от острого чувства обиды на нее. Тетя Мэл даже не заглянула к нему, что бы поприветствовать или просто улыбнуться. То, что ей некогда, Гарри бы понял, но ведь это не повод пренебрегать им! Юный Поттер решительно не понимал, в чем дело.
Неудивительно, что в голову ему лезли самые разнообразные мысли.
Мальчик был далеко не глупцом и прекрасно осознавал, что раз Амелия не захотела обозначить свое присутствие, значит, не хотела привлекать к себе внимание или вообще скрывала тот факт, что она здесь была. В то, что Амелия пренебрегла бы им, Гарри, как бы ни была его обида сильна в первые мгновения, не верил. А вот ради сохранения тайны она бы могла пожертвовать возможностью лишний раз обнять приемного сына! Наверняка, так и есть: тетя Мэл имеет какие-то секретные дела с Самаэлем и не хочет, что бы об этом кто-то знал.
Возможно, она и Сириус скрывают что-то от бабушки Вальбурги или от самого директора Дамблдора. В том, что и Сириус в курсе всех-всех-всех тайн, Гарри не сомневался тем более. Блэк был самым крутым аврором во всем Министерстве Магии, а Ремус как-то сказал, что Амелия – его неофициальная правая рука, и что они всегда действуют вместе, даже если находятся далеко друг от друга. Следовательно, затевается что-то грандиозное, и будут участвовать вампиры. а грандиозное, в понимании Гарри, всегда неотрывно было связано с самим Волдемортом и его Черными Капюшонами.
А раз так, думал мальчик, то и он будет во всем этом участвовать.
Придя к этим выводам, юное дарование довольно улыбнулось и занялось подготовкой к ночным занятиям. Мальчишка ни секунды не сомневался в том, что скоро ему представиться возможность влипнуть в какую-нибудь веселенькую неприятность. Значит, надо быть готовым к неожиданностям, а еще лучше – предвосхищать их!
Как он это будет делать, Гарри еще не решил, но проблемой это не являлось. Отнюдь, следуя любимой присказке Сириуса, Поттер решил «разобраться на месте». С чем разбираться, касается ли это его, и все прочие вопросы в его голове даже не возникли. Как и мысль о том, что таинственная беседа Амелии и Ллевелина могла совершенно его не касаться.


Глава 20


Самаэль появился в особняке Блэков через четыре дня поздним вечером. Если бы не сигнальные заклинания, оповестившие о нахождении на территории поместья чужака, заметить вампира было бы почти невозможно. Он, как и всегда, был одет с небрежностью человеческого подростка, только вырвавшегося из-под опеки родителей. Да и выглядел не старше. Но грация хищника и зловещий алый отсвет глаз, заметный даже в темноте, сводили первые ощущения на нет. Амелия постаралась успокоить взбунтовавшиеся инстинкты, настоятельно побуждавшие ее срочно делать ноги, и приветствовала позднего посетителя.
Формально были улажены и она провела вампира в гостиную. Вальбурги дома не было, что было весьма кстати, ибо бойкая старушка питала какой-то нездоровый интерес к их кровососущим соседям. Насчет того, что Ллевелин является весьма дальним родственником Эйров она вряд ли была осведомлена, но у миссис Блэк был нюх настоящего политика и стратега вместе взятых. Варианты выгодных взаимоотношений с вампирами она выстраивала играючи. О том, что у остальных представителей семьи желания общаться с бледнокожими обитателями Академии Эсте не было, Вальбурга не думала.
Сириус должен был вернуться с минуты на минуту и Амелия пока решила проявить приличествующие случаю манеры.
- Что-нибудь будете, Самаэль?
- Вина, - односложно ответил вампир. Самаэль, видимо, изменять своим привычкам не собирался. Амелия в очередной раз подумала о том, что если она употребляла спиртное в таких количествах, то давно бы уже заработала цирроз печени, который, как известно, магическая медицина не лечила. Видимо, организм вампира справлялся с ударными дозами алкоголями какими-то неизвестными способами.
Амелия выполнила просьбу Ллевелина и, немного подумав, плеснула себе джина.
- Полагаю, вы сюда пришли не просто так, - присаживаясь в кресло напротив вампира, начала разговор женщина. Прежде чем ответить, Самаэль скользнул взглядом по ее ногам и фигуре. Сегодня женщина была одета в легкое домашнее платье. Вроде бы случайно, но взгляд хищника Амелии совершенно не понравился. Было в этом нечто… пугающее и волнующее одновременно.
- Вы как всегда проницательны, миссис Блэк, - Ллевелин отпил из своего бокала и улыбнулся, - мои новости могут прийтись вам по душе, хотя все намного сложнее, чем я предполагал с самого начала.
В холле хлопнула дверь. Спустя пять минут на пороге появился усталый Сириус. Причина его усталости была ясна – еще утром муж ушел вместе с егерем на осмотр внешних границ поместья, по ходу дела исправляя мелкие проблемы. Амелия привычно просканировала эмоциональный фон мужчины и осталась довольна. Кроме усталости никаких негативных эмоций он не испытывал. Значит, разговор вполне может пройти спокойно.
- Добрый вечер, мистер Блэк, - вампир не изменил позу, но в его фигуре внезапно появилось едва заметное напряжение. Амелия с удивлением подумала, что, возможно, Ллевелин опасается Сириуса.
- Добрый вечер, мистер Ллевелин, - ответил Блэк, окидывая того внимательным взглядом. Потом прошел к дивану и сел рядом с женой,- вы нам принесли новости? Утешительные или нет?
- Как сказать, мистер Блэк, - по лицу Самаэля скользнула улыбка, - возможно, если я предусмотрел все правильно, миссис Блэк решит нашу проблему немедленно.
- Я? – Амелия бросила недоумевающий взгляд на Сириуса и пожала плечами, совершенно не понимая, что вампир имел в виду. Словно издеваясь, кровосос медлил с ответом и потягивал вино, разглядывая небольшую картину над камином, на которой был изображен родовой замок Эйров. взгляд Самаэля ничего не выражал, но Амелия каким-то седьмым чувством ощущала, что картина привлекла его не только как способ затянуть паузу в разговоре.
«Ну конечно, он же тоже принадлежит Проклятому Роду» - с горечью подумала женщина.
Сириус рядом неопределенно хмыкнул. Лицо мужчины было совершенно бесстрастно, но Амелия знала это выражение его глаз – напряжение. В такие минуты они словно меняли цвет, становясь похожими на темно-серые грозовые тучи. Ей даже не надо было применять свои способности, что бы понять, что разговор с вампиром Сириусу совершенно не нравится.
- В хранилищах Академии есть материалы из личной библиотеки Ллевелинов. Мой отец всегда высоко ценил старые источники знаний, - Самаэль едва заметно улыбнулся, - найти книги по роду Эйров… хм… по нынешнему роду Эйров не представляло таких уж сложностей, так что я справился с этим довольно быстро. Вы же наверняка неплохо знаете новую историю семьи, мисс Блэк?
- Достаточно, что бы не любить эту семью, - не удержалась от шпильки в адрес предков Амелия, - что вас интересует?
- Собственно, официальная версия о том, чем же является Проклятие Рода, - вампир отсалютовал бокалом замку, изображенному на картине.
- Хм… Кто-то из нашего рода кому-то перебежал дорожку, накликал истребление рода… Иоганн Темный спас Род от истребления, но навлек эту кару. Что-то вроде этого. С поправкой на досужие слухи и вампирскую версию, - Амелия пару секунд помедлила, - крайне неубедительно, но спустя столько веков вряд ли можно что-либо раскопать.
Ллевелин кивнул.
- Наверняка, вы должны понимать, что за столько веков существования Проклятия Рода кто-то да пытался облегчить участь своих дочерей или сестер. Один весьма… любопытный способ изобрел ваш предок, Алексион Эйр.
- Да… кажется, он был весьма талантливым ученым. Его сестра, Фиона, была Провидицей. Умерла в возрасте семнадцати лет, когда вырвавшаяся из-под контроля магия просто уничтожила ее и порядочное количество людей рядом с ней.
Самаэль кивал на каждое е слово и Амелии становилось все неуютнее. Она каким-то совершенно естественным образом оказалась в объятиях Сириуса, хотя даже не заметила, когда успела пересесть так близко к нему. Присутствие мужа успокаивало… И плевать, что это почти на грани приличий. Собственное спокойствие Амелии было важнее.
- Алексион создал некий артефакт, сковывающий магию Провидицы внутри нее, - продолжил Самаэль, - в чем подвох? Избытки магии не находят выхода, копятся и копятся, пока, в конце концов, не уничтожают носителя. Избежать этого можно было… Определенными методами, но леди Фиона решила, что все в прошлом и отнеслась к этому крайне несерьезно. За что и поплатилась.
- Но, - Сириус выглядел весьма удивленным, - почему об этом артефакте ничего не известно?
- Потому что он лишает Провидицу всех сил, дарованных проклятием, - просто ответил Самаэль, - Астрея будет расти обычным магом, но магия проклятия никуда не уйдет и однажды, если не применять мер, она кончит как Фиона.
Амелия вскинула голову и испугано посмотрела на Сириуса. Сил сдержаться и не закричать от ужаса едва хватило, но вот за выражением лица она уследить не смогла – отражение собственного испуга она видела на лице мужа. Они оба думали об одном и том же – смерть столь мучительная и немилосердная, как эта… или вечные муки их дочери, не способной защититься от собственной магии.
- Этот артефакт был выполнен в виде кольца, - спокойно говорил Самаэль, пока Блэки мерялись взглядами, - и назывался Лунным Кольцом.

Вампир давно ушел, а в гостиной царила все та же гнетущая тишина, что и после сказанных им слов. Сириус ходил от окна к окну, разглядывая открывающиеся взору пейзажи, а Амелия день за днем вспоминала события десятилетней давности. Лунное Кольцо. Маленький невзрачный артефакт, который уволок из министерских хранилищ ее отец, за что и был сожжен в своей машине вместе с женой. Кто же ей рассказал про то, что Волдеморт интересуется этой вещицей? Конечно, Малфой.
Люциус, в глазах которого уже тогда читались боль и обреченность. Он был ее первым мужчиной и, кажется, это время запомнилось ему лучше, чем ей. Иначе чем объяснить тот факт, что он позволил ей найти кольцо и перепрятать? Но, несмотря на это, тайну кольца не раскрыл. Или не знал об этом? Может быть, не зря говорят, что сильные артефакты наделены собственным псевдоразумом и рано или поздно возвращаются к законным хозяевам. Но от этого не легче. С кольцом или без него, но Астрея была обречена с той лишь разницей, что в последнем случае ее смерть будет намного более быстрой и милосердной.
- Почему Том Реддл интересовался кольцом? – голос Сириуса в тишине комнаты казался громовым. Амелия вздрогнула и оторвала взгляд от огня в камине. Блэк стоял за диваном, скрестив руки на груди, и внимательно разглядывал ее с непроницаемым выражением красивого лица. Амелия знала это его поведение. Так он делал, когда не хотел показать, как сильно его что-то беспокоит. Она покачала головой.
- Полагаю, об этом знает только сам Реддл. Малфой мне тогда не сказал, зачем ему нужно колечко и кем оно создано. Я считала его просто одним из многих ментальных игрушек. Поэтому оно столько лет пылится в моем личном сейфе.
- Может, это и к лучшему. Стоит вспомнить тебя тогдашнюю. Ты бы не смогла избежать соблазна избавиться от мучений самым легким из доступных способов.
Мгновенная вспышка гнева прошла так же быстро, как и появилась. Сириус был прав. Всего одна ночь без мучительных снов о будущем была ее заветной мечтой долгие годы. Слава милостивому Мерлину, Амелия вовремя нашла панацею куда как более лучшую. Сейчас «панацея» хмурился и поджимал губы, явно думая о чем-то крайне неприятном. Легкого ослабления ментальных щитов хватило, что бы уловить мысленные образы мужа, и женщина тяжело вздохнула.
- Сириус…
- Мы не можем это допустить, - Блэк обошел диван и сел на полу рядом с ее ногами, устраивая голову на ее коленях. Амелия чуть улыбнулась и запустила пальцы в его волосы. Давненько он так не делал…
- Мы не можем допустить смерть Астреи, - улыбка исчезла с ее лица, и женщина болезненно поморщилась, - ты читал заключение колдомедиков. Год, от силы, два. Магия разрушает ее изнутри, и… Сириус… это же Астрея. Она будет идти до конца, это уже сейчас понятно.
Блэк поймал ее руку и прижал к губам. Потом тихо ответил:
- А сколько она продержится с Кольцом? Пять или шесть лет? А потом сгорит заживо в вихре неуправляемой природы, который вырвется из нее же?! Амелия, я… - он зажмурился и замолчал, не зная, что говорить. Выхода не было видно. Их золотоволосая малышка была обречена на жизнь, полную страданий, и смерть, куда как менее милосердную, чем хотя бы от той же Авады. Ни спасти, ни прекратить ее мучения они были не в силах, но одна только мысль… Одна мысль о том, что два года растянутся в шесть, давала надежду. Быть может, к тому времени они найдут способ продлить ее жизнь? Может, к тому времени проклятие рода рассеется, уйдет в небытие или будет выполнено до конца? Призрачные иллюзии, но Амелия и Сириус были родителями и любили свою дочь. Решение, в общем-то, было понятно еще с самого начала…
Внезапно женщина высвободилась из объятий мужа и вскочила с дивана, судорожно обхватывая себя руками. По лицу Амелии ручьем потекли слезы.
- Это я виновата! Я, понимаешь?! И мои проклятые предки! Ничего не ушло! Я ничего не смогла сделать!!! – ноги Амелии не выдержали и она бы упала, если бы Сириус не подхватил ее на руки. Мужчина прижал рыдающую жену к себе и осторожно усадил обратно на диван.
- Мэл. Мэл!
- Прости меня, - слова звучали невнятно, - прости, ради всего святого. Я была такой дурой, что позволила себе надеяться на то, что у нас все будет хорошо… Я разрушила твою жизнь и жизни детей. Я виновата. Я так…
- Молчи, - грубо прервал ее Блэк. Потом заставил ее поднять лицо и поцеловал, - ты никому и ничем не было обязана, Амелия. Не ты это начала. Если страдания Астреи – это расплата за грехи, то уж точно не за твои. Верь мне.

Гарри нашел Фэй на тренировочной площадке, где она занималась сущей ерундой по меркам вампиров – развлекалась тем, что выделывала в воздухе умопомрачительные прыжки и кульбиты с грацией дикой кошки. Маленькая вампирша ни секунды не стояла на месте, но, кажется, даже не запыхалась. Зрелище было воистину дивным.
Поттер помахал ей рукой и Фэй моментально оказалась рядом.
- Привет, привет!
- Привет, Фэй. Что это ты делаешь?
- Совершенствуюсь, - с гордостью ответила девушка, - между прочим, ты ничего не заметил? – она крутанулась вокруг своей оси, высоко подняв руки. Гарри недоуменно пожал плечами.
- Да нет, вообще-то.
- Я так и думала. Мужчины слепы по определению и никогда не замечают очевидных вещей, - это было сказано таким тоном, что Гарри не выдержал и рассмеялся. Из уст девчонки, выглядевшей на двенадцать лет, эти слова звучали по крайней мере странно. Фэй обиженно насупилась.
- Чего ты ржешь?
- Да не… ничего, - Поттер быстро успокоился, но уголки губ все еще подрагивали в едва заметной улыбке. Вампирша подозрительно посмотрела на него, но, видимо, решив, что человек уже в состоянии адекватно мыслить, презрительно продолжила:
- Мало того, ты еще и крайне невоспитан. Между прочим, я волосы отрастила!
Гарри фыркнул. Девчонки, что с них возьмешь…
- Так чего ты хотел?
- Рождество на носу. Между прочим, я уезжаю домой.
- И?
- Ты говорила, что можешь сходить в город, если тебе надо будет. я вот хотел… это… подарки купить родным, а здесь-то их негде покупать, и вот… думал…
- Что я окажусь достаточно безумной, что бы пойти против прямого приказа Самаэля, который сказал, что если твоя нога ступит за территорию Академии, он всем головы поснимает.
Гарри болезненно поморщился. Не то, что бы он не догадывался, что его безопасность не на последнем месте, но известие о том, в какой категоричной форме Самаэль предупредил вампиров, повергла его в изумление. И укрепила в мысли, что что-то происходит там, за границами вампирского поместья. Сначала тайны Амелии и Ллевелина, а теперь это… Неужели?.. Неужели он не ошибся, и что-то происходит?
- Извини, Гарри, но у моей семьи и так достаточно проблем, что бы я надеялась выйти сухой из воды. Мы в любом случае не сможем выбраться в город незамеченными. По-твоему, почему мама меня так быстро находит? Кровная магия.
Поттер механически кивал, пропуская половину слов Фэй мимо ушей. Идея сгонять за подарками его уже совершенно не занимала, зато перспектива откопать парочку замшелых тайн пришлась как нельзя кстати. Если что-то происходит, разве не должен Избранный принимать в этом непосредственное участие? Они, что, его за маленького держат?
- Эй, Гарри, ау, прием! Есть кто дома? – Фэй помахала ладонью перед его лицом и выразительно покрутила пальцем у виска, - тебя так расстроил мой отказ, что ты решил изобразить из себя растение?
- Я? Нет, что ты. Просто решил, что, наверное, и впрямь глупая затея, - Поттер постарался улыбнуться как можно искреннее, и, видимо, у него получилось – выражение лица Фэй перестало быть настороженным и она даже улыбнулась, покачав головой.
- Ты неисправим. Сначала делаешь, потом думаешь. Между прочим, у нас бы и сбежать не получилось. Единственный работающий на внешний мир камин, подключенный к вашей сети, находится у Самаэля в комнате. В противном случае пришлось бы пользоваться порталом на выход из долины, а оттуда уже как-нибудь добираться своим ходом.
Гарри кивнул и улыбнулся. Потом встал и отряхнул брюки. Несмотря на зиму, территория Академии была надежно защищена от снега, холода и ветра, так что здесь, можно сказать, царило вечное лето. Махнув Фэй рукой на прощание, мальчик направился к зданию Академии.
- Эй, Гарри, я завтра уезжаю в родовой замок, - крикнула ему напоследок вампирша, так что с наступающим тебя праздником. Надеюсь, ты мне напишешь хоть разок за две недели?
- Можешь не сомневаться.
Поттер быстро добрался до своей комнаты, оделся потеплее и выглянул в коридор. Самаэль еще два часа назад отправился к порталу, следовательно, он был у Блэков. Все складывалось как нельзя лучше. Если от Гарри скрывают правду, то он сам все выяснит и сделает это немедленно. И первым делом он отправится в Центр Перемещений Бухареста, откуда можно попасть в Англию. Драко наверняка будет рад его видеть, а там они будут действовать по обстановке.
Маленький мальчик, уверенный в своей правоте, совершенно не беспокоился о том, что это может быть банально опасно – совершать столь рискованные путешествия. Проверив наличие галеонов в своих карманах, Гарри приоткрыл дверь в комнату вампира и воровато огляделся. Все тихо. Можно действовать.
Когда Самаэль вернулся домой, первым делом к нему подскочил Соломон, встревоженный и нервничающий так, словно увидел призрак Дракулы.
- Сэм, плохие новости…


Глава 21


«Слишком много вампиров на один квадратный метр площади» - глупая мысль никак не могла покинуть Амелию, но это было лучше, чем корить себя последними словами. Парализующий страх за Гарри, охвативший ее в первый момент, когда на пороге дома появился Самаэль, уже отпустил, но на его место пришла вина, застарелая и ненавистная. Женщина вспоминала семидесятые годы, смерть Регулуса, безумие Роуз… Тогда она тоже была виновата.
На плечо легла рука и Амелия вздрогнула, увидев взгляд Сириуса, направленный, кажется, в самую душу. Мужчина невесело усмехнулся.
- Опять твои приступы самоистязания?
- Сириус…
Блэк внезапно улыбнулся и сжал ее ладони в своих.
- У тебя ужасно холодные пальцы. А еще ты совершенно не обращаешь внимания на то, что Морвен проснулась и уже полчаса терроризирует Соломона и Радану на пару с Мариусом. Между прочим, это откровенное пренебрежение своими родительскими обязанностями. Девочке надо в это время спать.
- Эй, а кто ее отец, а?! Мог бы и сам все сделать!
Сириус комично изумился.
- Так у меня еще и дети есть?!
От немедленной расправы его спасло появление Ремуса. Сморщившись при виде вампиров так, словно его заставили съесть целый лимон, оборотень обратился к супругам:
- Нам чертовски повезло, вот что я скажу. Между прочим, Роуз была вне себя от ужаса, когда увидела Гарри на пороге пансиона одного. Подумала, что с вами что-то случилось…
Амелия передернула плечами. Страх Роуз был бы понятен лет десять назад, когда никогда нельзя было знать заранее, кто стоит за входной дверью – враг или друг. Впрочем, увидев на пороге дома, допустим, Шанталь, Амелия бы и сама испытала массу негативных эмоций в первые мгновения.
- В мальчике проявляются гены отца, - со смехом продолжил Люпин, - помнишь, Бродяга, наш школьные годы?
- Лучше бы в нем проявилась тяга матери к дисциплине, - проворчала Амелия, - потому что если меня не обманывает моя интуиция, а она меня точно не обманывает, то Драко, Гарри и Шанталь вполне могут стать новыми Мародерами. И даже Снейп в наличии…
Сириус фыркнул.
- У тебя крайне негативное восприятие реальности, солнышко.
- А ты слишком легко ко всему относишься.
- Я в десять лет сбегал в магловские кварталы, что бы поиграть в футбол, Мэл. Конечно, Гарри необычный ребенок, но, в общем-то, опасность ему грозит куда меньшая, чем ты себе вообразила. Сейчас мирное время.
- О да, конечно. И в мирное время на детей было совершенно несколько покушений, а ты регулярно оказываешься на отдыхе в Мунго, - с непередаваемым сарказмом откликнулась Амелия, заработав от мужа раздраженный взгляд. Возразить Сириусу было нечего.
Ремус едва заметно усмехнулся и махнул рукой в сторону камина в общей гостиной, вокруг которого на диванах сидело трое вампиров – Соломон, Радана и Самаэль. На коленях Сола устроилась Морвен и тискала своего Мариуса, который вел через нее оживленный разговор со всей троицей. Острый слух Люпина улавливал отрывки разговора – что-то о вылвах, темных чащах и неистребимом зле. Кажется, так вылвы – традиционные спутники истинных вампиров – отзывались о нежити, не обладавшей собственным разумом. По мнению оборотня, Блэки поступали неразумно – прятали старших детей, но беспрепятственно позволяли общаться младшей с вампирами. Не то, что бы это было совсем уж странным, оборотень догадывался о причинах повышенного интереса Ллевелина к Астрее, но иногда логика Амелии заводила его в тупик.
- Скоро явится Роуз с Гарри. Сами понимаете, Драко и Шани так легко не отпустили бы друга.
В глазах Амелии разгорелся живейший интерес.
- Кстати говоря, Роуз и ты, - Амелия изогнула бровь в немом вопросе и Люпин почувствовал, как краснеют щеки. Сириус понимающе усмехнулся.
- Так ее можно будет поздравить с обретением статуса миссис Люпин?
- Мать не зря так к вам зачастила, - вмешался в разговор Сириус, - она наверняка вытянула из Роуз всю душу. Что-то про недопустимость жизни во грехе, надежды на скорое пополнение семейства и намеков на то, что Шанталь должна быть воспитана истинной Блэк, а ваш статус незамужней пары вкладывает в ее голову весьма вольную картину восприятия мира.
- В отличие от тебя и Мэл Роуз крайне трепетно относится к матери… твоего брата, - Ремус отвел глаза, - не то, что бы я как-то препятствовал, миссис Блэк умеет быть крайне жуткой особой.
Амелия чуть не задохнулась от смеха.
- Нашла-таки, до кого докопаться, - в голосе женщины был едва заметный намек на раздражение.
Огонь в камине вспыхнул и стал зеленного цвета, на ковер ступил сначала Гарри, а потом и Роуз. Амелия переглянулась с Сириусом. Как только вампиры сообщили, что мальчишка отправился в «поход», она думала, что у нее остановится сердце от ужаса. Слава Мерлину, найти его не представляло сложностей – умный Поттер воспользовался карманными деньгами и с комфортом пропутешествовал по каминной сети до пансиона Роуз, где получил изрядную головомойку от Люпина, Джонс и обретавшейся там временно Вальбурги. Сначала Мэл была близка к тому, что бы выдрать засранца ремнем, но стоило ей увидеть насупленную мордашку приемного сына, как взыграли совершенно другие чувства. Кинувшись через всю комнату, Амелия подхватила изумленного ребенка на руки и, не обращая внимания на приличный вес, закружила по комнате, крепко прижимая к себе. а потом начала лихорадочно покрывать его лицо поцелуями, не замечая, что начала плакать.
- Негодный мальчишка! Что же ты сделал, Гарри?! Я чуть с ума не сошла! Милый мой, родной, малыш!
Она более-менее успокоилась, только убедившись, что с незадачливым путешественником все в порядке. Все это время компания, собравшаяся в гостиной, делала вид, что ничего необычного не происходит. Морвен даже не обратила внимания на странное поведение мамы – все ее мысли были заняты клыкастым кумиром. Впрочем, как только Гарри был осмотрен, получил примерный выговор и отпущен на свободу, девочка слезла с коленей вампира и устремилась навстречу другу.
Сириус потрепал крестника по голове и обернулся к вампирам. Самаэль встал и вежливо улыбнулся.
- Что ж, это замечательно, что все хорошо закончилось. Я был бы неприятно разочарован, если бы репутация Академии Эсте пострадала из-за моей халатности. Впредь буду запирать двери личных комнат, - вампир бросил взгляд на Поттера, - обычно обитателям Академии и в голову не приходит туда соваться, вот я и расслабился.
Сириус кивнул.
- Дети непредсказуемы.
По губам вампира скользнула вежливая улыбка.
- Мы сами для вас как дети, мистер Блэк, хотя мой жизненный опыт едва ли уступает вашему. Вся проблема в вопросах восприятия. Признаться, я не допускал, что человеческому детенышу придет в голову столь опасная идея. Впредь буду осмотрительнее.
В глазах вампира мелькнул и погас алый огонек. Блэк проследил взгляд и неожиданно разозлился – Самаэль смотрел на Амелию, задорно смеющуюся над словами Роуз. Что могло привлечь вампира в его жене? Ллевелин между тем отвернулся и вновь сосредоточил свое внимание на собеседнике.
- Кстати говоря, я вынужден буду отказаться от посещения вашего поместья на Рождество. Неотложные дела. Но, полагаю, Соломон и Радана с радостью согласятся, они крайне привязаны к Мариусу и вашей младшей дочери.
Блэк насторожился, как взявшая след гончая. Хотя поведение вампира и было загадкой, просчитать некоторые варианты Сириус вполне мог. Сейчас, без сомнения, Самаэль давал им лазейку – теперь не придется выкручиваться, что бы избежать встречи Астреи и вампира, можно будет просто вернуть дочь в поместье. Но почему Самаэль сам сознательно избегал встречи с девочкой? Уже прошло достаточно времени, а он ни разу не просил ее крови. Что-то было не так…
И еще этот странный интерес к Амелии.
Логика вампира не похожа на человеческую, это Сириус еще мог усвоить. Но в том, что Ллевелин отказывался от явной выгоды для себя, было что-то совсем уж неправильное. Острый глаз анимага легко подмечал и серый цвет лица и мешки под глазами – Самаэль явно страдал от недостатка питания. Из того, что было в библиотеке Блэков, Сириус смог уяснить, что если кровосос связывался с человеком тем или иным способом, он больше не насыщался полностью кровью посторонних жертв, что уж говорить о донорской или искусственной. Тогда в чем причина того, что он избегает даже упоминаний об Астрее?
Взгляд Сириуса метнулся от Самаэля к Амелии. Смутная тревога, еще не оформившаяся, но от этого не менее неприятная, заставила его внимательнее приглядеться к жене. В том, что она не имела никаких связей с вампиром, Сириус не сомневался – у Амелии просто не было шансов что-либо от него утаить, если только начать избегать слишком сильных эмоциональных контактов или секса. Тогда…
Астрея, Самаэль, Амелия… Взгляды вампира, обращенные к картине, изображающей родовой замок Эйров. Интерес к пророчеству, произнесенному пять лет назад. Тяжелое положение Ллевелина… Власть.
Вампир стремился к власти, это было ясно хотя бы по тому, что ему не давала покоя мысль о былом могуществе предков. Амелия и Астрея. Женщины рода Эйр. Одна по рождению, другая в силу наиболее ярко проявившихся способностей. Нельзя было объяснить вспыхнувший интерес Самаэля к семье тем, что у него вдруг взыграли родственные чувства. Вампиры – это иная форма жизни, они почти никогда не вмешивались в людские дела. Волдеморт, правда, не упустил сладенький кусочек и теперь в рядах носферату гремела гражданская война, едва ли менее кровопролитная, нежели была у магов десять лет назад. Но что принесет Самаэлю родство с Эйрами?
«Гобелен Рода все еще скрыт, милый. Кто знает, какие тайны скрывает эта тряпка?» - голос Амелии прозвучал в голове так четко, что Блэк даже вздрогнул и обернулся к жене. Та стояла рядом с Роуз и все еще болтала с ней о типично женской ерунде, а Гарри крутился рядом, преданно глядя на приемную маму сверху вниз. Видимо, перспектива того, что на него могут сильно разозлиться, его не радовала. Сириус нахмурился. В среде вампиров, и в магической, жили закостенелые взгляды на кровь и честь Рода. Лорд Волдеморт не зря собрал вокруг себя столько последователей. Наследник Слизерина – это звучит ого-го как.
Чьим наследником могла бы быть Амелия, если бы не Проклятие? Чья кровь влилась в род Блэков?
Знал ли Самаэль хоть что-то или действовал наобум? И даже если так, то почему избегая Астрею, он упускал из своих рук нити влияния на нее и чету Блэков, которые ради дочери разбились бы в лепешку. Сириус интуитивно понимал, что угадал в главном, но детали не хотели складываться в единую картинку реальности.
И с горечью мужчина понял, что остается лишь одно – наблюдать. И ждать, когда вампир сделает свой ход. И по возможности защитить семью. Амелия отбросила волосы за спину и этот непринужденный жест был завораживающе красивым. Сириус бросил взгляд на Самаэля. Тот пожирал глазами черноволосую женщину.

Кровь у малышки и у ее матери пахла одинаково – сладко с чуть пряной примесью потенциально темной магии. Чертовски соблазнительно, что бы можно было сдерживаться так долго. Самаэль вздохнул и посмотрел на картину над камином в гостиной дома Блэков. Все стало неимоверно сложно за какие-то полгода.
Самаэль с легкостью вспомнил сноски в трактате великого Ллевелина, в которых говорилось, что любое воздействие на ребенка вампирской магией неизменно влечет за собой воздействия на его родителей. Пока дитя не достигло совершеннолетия, оно находилось под магической опекой. Девочки традиционно были ближе к матерям.
И если еще неделю назад влечение к миссис Блэк было непонятным и трактовалось им как простое желание испить живой и теплой крови, то теперь все встало на свои места. Он избегал Астрею сознательно, не желая доводить ритуал до конечной стадии, пока она не превратиться в девушку с относительно устойчивым магическим фоном. Если вообще такие шансы существовали, учитывая прогресс ее саморазрушения. Ллевелину совсем не хотелось испытывать вожделение к ребенку. И магия нашла выход – мать Астреи была крайне лакомым кусочком для его ослабленного вынужденной голодовкой организма. Самаэль сцепил руки за спиной и прикрыл глаза, делая вид, что любуется картиной над камином. На самом деле его глаза пылали так ярко, что это мог не заметить только слепой. Люди-то что… они могут и не догадаться, а вот Сол с Раданой в мгновение ока раскусят его. Объясняй потом, в чем проблема… Его кузен с невестой не заморачивались вопросами политика и управления целым сообществом вампиров, и поэтому могли себе позволить симпатию и привязанность к этой семье. От младшей дочери Блэков оба вампира были в восторге и едва ли не пищали от радости при мысли, что смогут с ней понянчиться лишний раз. Радана при этом смотрела на ребенка с таким обожанием, что Самаэлю становилось ясно – семья Арденн обзаведется наследником весьма скоро. Вот сразу после свадьбы и займутся этим…
Сам Ллевелин увязал в проблемах, как муха в липких объятиях росянки. Ждать четыре-пять лет казалось немыслимой мукой, а иначе нельзя – Астрея была маленькой даже по меркам вампиров. Амелия… о, несмотря на географическую близость, последняя из Эйров была от него дальше Полярной Звезды хотя бы потому, что муж был для нее центром Вселенной. Весьма непростая ситуация складывалась еще и потому, что он бы мог ограничиться лишь ее кровью, с помощью гипноза стерев всю память об этом. Но миссис Блэк была ментальным магом. Впору было подвывать от смеха, если бы не хотелось удавиться от безвыходности ситуации.
Скоро он потеряет контроль над внутренним зверем.
Весьма скоро…
Самаэль внезапно невесело усмехнулся. Он-то считал себя искушенным в интригах, почти как отец. Но, как оказалось, все еще оставался зеленым щенком. Папа бы быстро просчитал все сомнительные последствия применения связующего ритуала. И уж точно не потерял бы голову от того странного и приятного ощущения, которое грело сердце Самаэля при каждом воспоминании. То чувство, когда он кусал малышку Блэк… Восхитительное чувство родной и принимающей тебя магии, распахивающей мягкие объятия с истинно любящей заботой. Может быть, вампир тогда и повелся лишь на чувство нужности кому-то? Пусть и признавшей его бессловесной магии Рода, дремавшей в крови десятилетнего ребенка? Вампирам ведь тоже не чужды простые чувства и стремления… А ведь он никогда не был любим, кроме призрачного и почти стершегося из памяти периода детства, когда родители были рядом.
Ллевелин смотрел на смеющуюся женщину в противоположном конце комнаты и в его крови разгоралось настоящее, острое желания обладания. Так бы было с Астреей, не позволь он спрятать им ребенка. Но теперь чертова магия терзала его иным, не менее жестоким образом. К женщине подошел Блэк. Его ладони по-хозяйски скользнули по ее бедрам, а потом мужчина наклонился, целуя ее в шею интимным и многообещающим поцелуем. Самаэль сжал пальцы, впиваясь удлинившимися когтями в ладони, что бы сдержать моментально вспыхнувшее желание убить. Закрыл глаза и задержал дыхание. Больше здесь оставаться нельзя.
Когда всплеск бешенства пошел на спад, вампир обернулся к своим спутникам и принужденно улыбнулся.
- Уже довольно поздно для людей, не пора ли нам возвращаться?
Соломон потрепал устроившегося на коленях Мариуса по голове.
- Пожалуй, ты прав. Пока, дружище.
Вылва протяжно мяукнул.
Самаэль терпеливо ждал, пока остальные попрощаются друг с другом, вежливо кивнул сразу всем и отправился прочь от дома и манящего запаха оставшейся там женщины. Вампир тщетно убеждал себя, что эти порывы вызваны магией и надо просто научиться их контролировать. Боль, разрастающаяся где-то в районе сердца, была нестерпимой. Возле границы поместья Блэк вампир остановился и повернулся к спутникам.
- Мне надо по делам в город.
Соломон и Радана кивнули.
- До утра.
- До утра.
Как они скрывались в лесной чаще, Ллевелин уже не видел, шагая на тропы немирья из материального мира. Сегодня он будет убивать. И пусть кровь жертвы не даст ему полного удовлетворения, это будет лучше, чем терзать себя немыслимыми надеждами. За эти мысли Самаэль себя ненавидел.


Оставить отзыв:
Я зарегистрирован(а) в Архиве
Имя:
E-mail:


Подписаться на фанфик
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Rambler's Top100
Rambler's Top100