Добавить в избранное Написатьь письмо
Olia. (бета: Aria 1985)    

    Гарри попадает в параллельный мир, где жива его мать, а Снейп приемный отец. Как сложатся их отношения в том мире и в реальности, когда Гарри вернется назад?
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Северус Снейп, Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Драко Малфой
    Любовный роман/ / || гет || PG-13
    Размер: макси || Глав: 25
    Прочитано: 33620 || Отзывов: 37 || Подписано: 134
    Предупреждения: ООС, AU
    Начало: 21.07.16 || Последнее обновление: 21.10.17


Отец героя

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Глава 1

Гарри уныло брел за Снейпом. Они шли по широкому освещенному факелами коридору, на стенах которого было множество картин. Люди с них укоризненно смотрели на Гарри, о чем-то перешептываясь между собой. «Еще один студент нарушил школьные правила…» - то и дело доносилось до ушей молодого волшебника со всех сторон. Но хуже всего было то, что шли они в кабинет директора.

На этот раз ему не отвертеться, Дамблдор знает о мантии-невидимке и точно поймет, почему Малфой видел в Хогсмиде голову Гарри, висящую в воздухе. Да еще карта Мародеров досталась Снейпу. Если Гарри и не исключат из-за грозящей опасности - сбежавшего из Азкабана Сириуса Блэка - то строгого наказания точно не избежать.

- Что вы там плетётесь, Поттер? Шевелитесь!

Они дошли до горгульи. Снейп произнес пароль:

- Лимонный пирог.

Статуя отъехала в сторону, открывая проход к винтовой лестнице. Профессор и Гарри встали на нее, и ступеньки сами повезли их вверх. Наверху лестница остановилась, Снейп постучал в дверь. Получив разрешение войти, он втолкнул Гарри в кабинет, а затем вошел сам. Директор стоял напротив окна и внимательно смотрел на вошедших.

-Здравствуй, Гарри, - улыбнувшись, сказал Дамблдор и перевел взгляд на Снейпа. – Что случилось, Северус?

- В то время как весь волшебный мир пытается спасти… - кипя от злости, начал Снейп.

Гарри огляделся. В кабинете директора все оставалось также как в прошлом году, на столах лежали всякие странные штуковины, на стенах висели портреты бывших директоров, большинство из которых мирно спали и лишь некоторые приветственно махали ему руками. Возле стола мирно дремал феникс.

Гарри скользил взглядом по стенам, как вдруг сердце его замерло: недалеко от входа стояло Зеркало Еиналеж. Гарри сразу узнал его. Ему безумно захотелось еще раз увидеть свою семью, еще раз испытать чувство счастья и душевного тепла, ведь если его выгонят из школы такой возможности у него больше никогда не будет. Гарри посмотрел на Дамблдора и Снейпа.

- Мистер Малфой сообщил мне… - продолжал Снейп.

Гарри попятился назад и заглянул в зеркало – о, ужас! Мальчик не поверил своим глазам, рядом с ним, как и раньше в зеркале стояла его мать, нежно улыбаясь ему, но вместо отца на него смотрел Северус Снейп.

«Этого не может быть!» - он тряхнул головой, словно прогоняя наваждение, подошел ближе и тут шрам пронзило острой болью, казалось, он вот-вот взорвется. В глазах потемнело, мальчик схватился за голову и потерял сознание.

Очнулся он от легких похлопываний по щекам, открыл глаза и увидел профессора Снейпа, склонившегося над ним. Тот выглядел сильно встревоженным.

За плечом Снейпа стоял Дамблдор.

Гарри никогда раньше не видел такого выражения на лице профессора зельеварения. «Наверное, я долго был без сознания, если даже Снейп переживает за меня», - подумал он.

Мальчик сел и огляделся. Нет, он по-прежнему находился в кабинете директора, и они были втроем, значит даже мадам Помфри еще не вызывали. Может, случилось что-то еще?

- Как ты себя чувствуешь? – спросил Снейп, помогая Гарри подняться. - Ты порядком нас напугал.

«Напугал? Вас? Что же со мной случилось?» - Гарри откровенно не понимал беспокойство профессора. По его мнению, Снейп должен был съязвить что-нибудь по поводу излишней впечатлительности.

- Нормально, - вместо этого ответил Гарри.

- Ты что-то увидел в зеркале? – Дамблдор внимательно смотрел на него из-за стёкол своих очков- половинок.

Гарри совсем не хотелось рассказывать при Снейпе, что он хотел увидеть своих родителей, тем более что Дамблдор и так это знал, зачем он спрашивает? А уж кого он увидел вместо отца, пожалуй, не хотелось рассказывать вообще никому, даже самому директору.

- Нет, профессор Дамблдор, ничего необычного.

Снейп проводил Гарри к столу и усадил в кресло.

- Чаю хочешь? – спросил он.

Гарри отрицательно помотал головой. Всего пару минут назад Снейп был готов разорвать его, а сейчас такая забота. Гарри не знал как себя вести и не мог понять, что происходит.

- Хорошо, ты о чем-то хотел мне рассказать, Генри? Профессор Снейп сказал мне…

- Генри? Почему вы так меня называете? Я Гарри… Гарри Поттер, профессор!

Снейп сел в кресло стоявшее рядом, Гарри показалось что у него подкосились ноги, лицо профессора, и без того бледное, сейчас стало почти серым, в глазах появился ужас.

- Что ты сказал? Почему не захотел сначала обсудить это со мной? Откуда…

Гарри испугался.

- Профессор? Обсудить что? Мое имя? Но меня так зовут уже четырнадцать лет! В чем дело? Что здесь происходит?

- Профессор?! И давно я стал для тебя профессором? Гарри Поттер погиб тринадцать лет назад! А ты, насколько я помню, Генри Снейп - мой сын! – Снейп говорил на повышенных тонах, но в голосе его слышалась не злость, а скорее отчаяние.

- Что вы несете! – Гарри вскочил с кресла, но почувствовав головокружение, опустился назад.

- Успокойся, мой мальчик, - начал Дамблдор, - сейчас все выясним. Расскажи, что произошло перед тем, как ты потерял сознание.

Гарри подумал немного и начал:

- Профессор Снейп привел меня сюда. Пока вы разговаривали, я увидел это зеркало и захотел… захотел еще раз увидеть своих родителей, свою семью…

- О чем ты говоришь? Я и так стоял рядом с тобой, а мать ты видел полчаса назад, за обедом! Зачем заглядывать в зеркала?!

- Подожди Северус, пусть Генри… Гарри продолжает.

- Я подошел и посмотрел в него, сэр, но вместо отца увидел… профессора Снейпа. Шрам на лбу сильно заболел и я потерял сознание, а дальше вы знаете, – Гарри потупился. Он взглянул на Дамблдора и ответил на его немой вопрос. - Мои родители погибли тринадцать лет назад, профессор.

- Значит я тебе не отец?! Родители, говоришь, погибли! Шрам у тебя заболел? – Снейп вскочил с кресла и взмахнул палочкой, в руке у него появилось небольшое зеркало, – Смотри! Где у тебя шрам?!

Гарри съежился и вцепился руками в подлокотники кресла, Снейп сунул зеркало буквально ему под нос.

– Смотри! – проорал он.

И Гарри взглянул - шрама не было, в остальном его внешность осталась прежней.

- Северус, успокойся, - Дамблдор положил руку ему на плечо. – Кажется, это и правда не твой сын.

У Гарри все внутри похолодело. Он что, переместился в другую реальность? Но это же невозможно!

Дамблдор продолжал внимательно смотреть на Гарри.

- У меня есть теория, но пока я не уверен в ее правильности, - задумчиво произнес директор.

- Я смогу вернуться назад? – спросил Гарри.

- Очевидно, да, – успокоил его Дамблдор. - И Генри тоже, опережая вопрос Снейпа, - сказал директор. – А тебе, Гарри, пока придется делать вид, что ты Генри. Профессор Снейп введет тебя в курс дела.

- Лили с ума сойдет! Как ей это объяснить? – профессор казался совсем растерянным и подавленным.

- Она ничего не должна знать, Северус. Это для ее же блага.

- Лили? Лили Поттер? Моя мама жива?! Где она? – чувства переполняли Гарри.

Его мама жива и он сможет увидеть ее, поговорить, обнять! Разве не об этом он мечтал всю жизнь?

Мальчик вскочил с кресла.

- Снейп! – отрезал Северус, – Лили Снейп. Конечно, она жива, я же уже говорил, что вы виделись сегодня.

- Ну, я думал, что если здесь мой отец вы, то и мама может быть другой, – замялся Гарри.

- Ваша внешность сильно изменилась? – спросил Снейп обреченным тоном. – За исключением шрама, конечно.

- Нет, совсем не изменилась, – пробормотал Гарри, – но…

- Я думаю, предстоит долгий разговор. Северус, предупреди профессора Люпина, что Генри на уроке не будет и возвращайся.

- Вы думаете, ему действительно нужно все рассказать? Я бы предпочел…

- Я думаю просто необходимо, Северус.

Снейп кивнул и направился в кабинет ЗОТС.

- Но я хочу увидеть маму! – начал возражать Гарри.

- Увидишь, обязательно увидишь, Генри, - директор сделал акцент на имени, - но чуть позже.

Глава 2

Дамблдор подошел к зеркалу Еиналеж и внимательно осмотрел его, затем провел рукой по раме и зеркальной поверхности, но, похоже, ничего необычного не обнаружил.

- Подойди, пожалуйста, сюда, Генри.

- Но я…

- Генри, - утвердительно сказал директор. - Здесь тебе придется привыкнуть к новому имени. Не бойся, я думаю, в этот раз ничего не случится, в крайнем случае ты сразу вернешься домой.

Гарри медленно подошел и снова посмотрел в зеркало.

- Опиши мне в подробностях, что ты видишь в нем, - с нескрываемым интересом спросил Дамблдор. - Это очень важно. Голова не болит?

Гарри отрицательно покачал головой, ему совсем не нравилось отражение в зеркале.

- Мама улыбается мне, а профессор Снейп треплет по волосам, мы похожи на счастливую семью, директор. Но этого просто не может быть, я никогда не поверю в это! В моем мире вы говорили, что это зеркало отражает самые сокровенные желания, так вот я не желаю, чтобы моим отцом был Снейп!

- Ну-ну, Генри, не стоит быть таким категоричным, хотя… это многое объясняет, - Дамблдор вернулся к столу и, насыпав в руку зерен, протянул их проснувшемуся фениксу. - Я думаю, что все-таки прав. Тебе придется пожить здесь, возможно дольше, чем я ожидал, но рано или поздно ты обязательно вернешься в свой мир.

Северус стремительно зашел в кабинет, чуть не сбив с ног Гарри, который так и стоял возле зеркала и не успел отойти в сторону.

- Присаживайтесь, - директор указал Снейпу и Гарри на кресла, в которых они недавно сидели. - Разговор предстоит трудный.

- Почему я выгляжу также, если мой отец вы? – наконец спросил Гарри у сидящего напротив профессора.

Северус посмотрел на Дамблдора, тот одобрительно кивнул и Снейп начал рассказ.

-Тринадцать лет назад Волдеморт пришел в ваш дом, с целью убить тебя и всю твою семью, если придется, но ты и Лили остались живы. Я нашел вас и привел сюда, – Снейп замолчал.

По его виду Гарри понял, что он и так сказал слишком много, видимо знал, что рано или поздно придется все рассказать сыну, но сейчас явно не был готов к этому.

- Волдеморт не погиб, он вернется. Нужно было защитить тебя, Гарри, - продолжил Дамблдор, прохаживаясь по кабинету, о чем-то размышляя. - Он убил бы вас первым делом, поэтому мы составили план действий. Мы объявили всему миру, что в ту ночь погибли Джеймс и Гарри Поттеры. Тебя пришлось спрятать на некоторое время, а через полгода Северус и Лили поженились и уехали из страны под предлогом нежелания выслушивать сплетни.

А через семь месяцев у них появился ребенок – Генри Снейп, – директор посмотрел на Гарри и продолжил. - Понятно, что двухлетний ребенок совершенно не похож на новорожденного, поэтому до твоего пятилетия (и до трехлетия Генри) вы не появлялись в стране.

- Мой сын ничего не знает об этом, для него я единственный отец.

- А мой шрам? – Гарри задал самый нелепый вопрос, из всех, что крутились у него в голове после услышанного.

- Мне удалось избавить тебя от него, - произнес Дамблдор, он смотрел на Гарри, словно изучая его. - Ничего не должно было выдать кто ты на самом деле. Я настаиваю, Гарри, чтобы ты придерживался этого плана. Запомни, что теперь твое имя Генри Снейп и никогда никому не говори про Гарри Поттера. Я надеюсь, ты понимаешь грозящую тебе опасность в случае провала.

- Но почему именно профессор Снейп мой отец?

- Так было необходимо. Возможно, позже ты узнаешь ответ и на этот вопрос, но не сейчас.

Гарри ожидал услышать, все что угодно, кроме этого. Он понимал маму, она пошла на этот шаг ради защиты сына, но зачем это нужно Снейпу, Гарри понять не мог. Он ведь всю жизнь ненавидел Джеймса Поттера, а тут ему приходится жениться на нелюбимой женщине, да еще усыновить ребенка ненавистного человека. Гарри подумал, что, скорее всего, их брак простая формальность и часто общаться со Снейпом ему не придется.

Однако одна мысль, безусловно, радовала Гарри, затмевая все остальные – мама жива!

- Я могу увидеть маму? – с надеждой спросил Гарри.

- Если ты все уяснил - не вижу препятствий, - на лице Дамблдора появилось знакомое доброе выражение. - Будь добр, Северус, пригласи ее сюда.

Профессор подошел к камину зачерпнул из серебряного кубка, стоявшего на нем, горсть летучего пороха, бросил его в камин и произнес: «Комнаты семьи Снейп». В камине вспыхнуло зеленое пламя, Северус наклонился и позвал жену:
- Лили, подойди, пожалуйста, в кабинет профессора Дамблдора.

Сердце Гарри замерло от счастья. Мама, неужели он сейчас увидит свою маму. Прошла пара минут, зеленое пламя вспыхнуло вновь и из камина отряхиваясь, вышла Лили Снейп. Она выглядела практически как в отражении, только немного старше, высокая стройная женщина с копной рыжих волос и такими же, как у Гарри, зелеными глазами. На лице ее играла добрая улыбка, она нежно посмотрела на мужа и сына, а потом перевела взгляд на директора. – Вы звали меня, профессор Дамблдор?

Гарри не выдержал он вскочил и кинувшись к ней крепко обнял, - Мама… мама, – повторял он, прижимаясь к ней.

- Что случилось, родной? - она нежно поглаживала Гарри по голове. - Он опять что-то натворил, Северус?

Такой реакции Снейп похоже не ожидал поэтому несколько мгновений помолчал, а потом ответил. - Он упал в обморок, наверное, это последствия. Я хотел показать его мадам Помфри, но Генри отказался.

- Я просто переутомился, - Гарри сообразил, что ответить.

Лили с тревогой посмотрела на сына.

- Нет, сынок лучше сходить в Больничное крыло. Я провожу тебя.

Гарри крепко взял мать за руку и, попрощавшись с директором, покинул кабинет.

-Тебе необходимо наладить отношения с мальчиком, Северус. Другого способа вернуть все на свои места я не вижу.

- Причем тут наши отношения?

- Гарри очень хотел быть счастлив, – задумчиво произнес директор. – Это пока все, что я могу сказать. Пусть все течет своим чередом, постарайся стать ему отцом.

- Я и так его отец, - отрезал Снейп.

- Тогда у вас все получится, я уверен. А сейчас возвращайся к работе, Северус.

Мадам Помфри обследовала Гарри и подтвердила, что с ним все в порядке. Она посоветовала чаще находиться на свежем воздухе, а не сидеть в подземельях, и отправила его на урок. Как назло это было зельеварение.

Гарри вошел в класс и занял место рядом с Роном. Хорошо, что и в этой реальности они были друзьями.

Друг хотел спросить его о том, как все прошло, но в класс буквально влетел Снейп и Рон не успел открыть рот.

Движения профессора казались резче, чем обычно, губы были сильно сжаты, глаза горели недобрым огнем. Его состояние явно угадывалось учениками, все притихли и спрятались за своими котлами.

- Сегодня будете варить зелье Старения, рецепт на доске, - профессор взмахнул палочкой и на доске появились список ингредиентов и рецепт приготовления. – Если вы все правильно сделаете, то через пятнадцать минут зелье должно стать синего цвета, через полчаса – зеленым, а готовое приобрести малиновый оттенок. Приступайте!

Студенты зашуршали над котлами. Гарри тоже разжег огонь под своим алюминиевым котелком, внимательно прочитал список и пошел за необходимыми ингредиентами. Пришло время добавить в котел крылья златоглазки и помешивать зелье по часовой стрелке пять раз и против – три раза.

Профессор, тем временем, ходил по классу, проверяя промежуточный результат.

- Молодец, Драко, продолжай, – похвалил профессор слизеринца и, одобрительно похлопав его по плечу, пошел дальше.

«Кто бы сомневался», - подумал Гарри, считая количество помешиваний.

- Как всегда превосходно, мисс Грейнджер.

У Гарри от удивления открылся рот – Снейп похвалил Гермиону. Но судя по реакции остальных студентов, включая саму девушку, в этом не было ничего необычного. Она лишь улыбнулась в ответ и снова склонилась над котлом.

- Лонгботтом, вы как всегда переборщили со златоглазкой, добавьте антидот и продолжайте.

Гарри совсем потерял дар речи: на Невилла не наорали, не лишили баллов, а лишь подсказали, как исправить положение. Этот профессор не был похож на привычного ему Снейпа.

Гарри наблюдал за перемещениями и комментариями профессора, совершенно забыв о своем зелье, и вспомнил о нем только когда Снейп подошел к нему и посмотрел в котел:

- Черное? Как оно могло стать черным, Генри? Очевидно, зелье испорчено. Ты не успеешь сварить его снова до конца урока. Придешь на отработку сегодня в семь.

В классе послышалось хихиканье. «Наверняка Малфой потешается», - подумал Гарри.

Он очистил котел, убрал оставшиеся ингредиенты в шкаф и уставился невидящим взглядом в учебник, ожидая конца урока.

«Почему профессор всем помог, кроме меня? Видимо и здесь он меня ненавидит», - мелькало в голове у мальчика.

После уроков Гарри решил воспользоваться советом мадам Помфри. До назначенной отработки оставался час и они с Роном собрались немного полетать над квиддичным полем, если там нет тренировки.

Как оказалось, у него и в этом мире была метла «Нимбус-2000».

Поле было свободно, и Гарри уже собрался взлететь, когда услышал позади голос Малфоя.

- Эй, Генри, чем ты так достал своего отца? – как обычно растягивая слова поинтересовался Драко.

- Не твое дело, Малфой, отвали! – при упоминании в качестве отца Снейпа, Гарри бросало в ярость.

- О! Видимо серьезно поцапались! Ладно, потренироваться пришел? Я с вами, если не возражаешь, – Драко уже сел на свой «Нимбус-2001», чтобы взлететь. - Догоняй!

- Я не собираюсь с тобой летать, ясно! – Гарри взорвался. - Я сказал тебе, отвали! Мой отец не покупал мне место в команде!

Разумеется, Гарри не имел ввиду Снейпа, просто при виде «Нимбуса-2001» и довольного лица Малфоя на Гарри нахлынули воспоминания о слизеринской команде.

Драко споткнулся и слез с метлы не успев взлететь.

- Что ты сказал?! Да как ты смеешь? То, что вы поругались, не дает тебе право так говорить о моем отце! – от злости Драко чуть слюной не плевался. - Ты еще пожалеешь, болван! – он развернулся и ушел с поля с гордо поднятой головой.

- Ладно, полетели! - крикнул Гарри немного ошарашенному Рону.

- Зачем ты так? Когда крестный тебе метлу подарил, ты был рад! – Рон догнал его.

- Причем тут Малфой?

- Люциус Малфой - твой крестный, Генри. Что с тобой сегодня?

От этой новости Гарри выпустил метлу из рук. Слава Богу, они не успели взлететь высоко, и Гарри, рухнув на землю, только колено разбил. Рон приземлился рядом и помог ему подняться.

- Что-то голова кружится, пойдем… мне еще на отработку надо, - Гарри не мог поверить в происходящее. Что происходит в этом мире? Может, Темный Лорд его дедушка? Он решил пойти к Снейпу и все выяснить прямо сейчас.

После уроков Северус спустился в свой кабинет и, посмотрев на часы, решил немного отдохнуть после рабочего дня. Он вошел в гостиную апартаментов, где проживал с семьей, и хотел выпить кофе, устроившись в кресле перед камином, но по пути наступил на игрушечного солдатика, брошенного на полу, за что получил укол в щиколотку маленькой волшебной палочкой.

«Генри! Черт! Сколько раз говорил прибирать игрушки. Наверное, опять с Драко бои устраивали! По четырнадцать лет уже, а все как дети малые», - профессор потер больную ногу и поднял с пола игрушку. Он покрутил солдатика в руках.

«А что если это была шутка, если дети решили пошутить, а теперь Генри все знает», - мысль внезапно пронзила сознание Снейпа. - «Нет, он знал, что там погиб первый муж мамы, и их сын, Генри не стал бы так жестоко шутить», - профессор отогнал от себя эти мысли. Желание пить кофе пропало, зельевар вернулся в кабинет и сел за стол. Он все еще крутил в руках солдатика, где же сейчас его сын, думал он. Профессор не заметил как погрузился в воспоминания:

Ночь, Хэллоуин.

Волдеморт словно специально выбрал дату.

Поттеров предали, он собирается убить их этой ночью.

Снейп, словно раненый зверь, носится по комнате, он заперт и нет никакой возможности ни выйти, ни сообщить Дамблдору о случившемся.

Через какое-то время дверь открывается и входит полоумная Беллатриса. Смеясь, она говорит, куда отправился Лорд, думая, что все уже кончилось. Она пришла поиздеваться над обезумевшим от горя Снейпом. А ведь он просил, он умолял Темного Лорда не трогать Лили.

Снейп не помнил, как добрался до дома Поттеров, может трансгрессировал или летел на метле, или просто летел, в памяти остался лишь вид разрушенного дома. Когда Северус вошел внутрь, сердце его уже почти не билось.

Он увидел мертвого Блэка, видимо, тот встретил Лорда на пороге, и вдруг до его ушей донесся плач, женский и ребенка. Жива! Только эта мысль осталась у него в голове, на все остальное было просто плевать.

Пусть из-за угла выскочит Волдеморт и прикончит его, или будет бесконечно пытать, пусть, главное Лили жива!

Его сердце начало биться, как бешеное. Северусу казалось, что стук его сердца раздается на весь дом, но он старался идти тихо, чтобы не напугать Лили. У двери в комнату, откуда слышались рыдания, Снейп остановился и отправил патронус Дамблдору.

Он зашел внутрь и увидел ее с сыном на руках, плачущую над телом мужа. Снейп вошел так тихо, что Лили не сразу его заметила и не успела выхватить палочку. Он подлетел к ним, крепко прижал к себе обоих, чтобы не дай бог ничего не случилось и трансгрессировал на опушку Запретного леса. Там их встретил взволнованный Дамблдор, он обнял Лили и повел в замок.

Северус практически не слышал, что директор говорил. Он как завороженный смотрел в ее глаза и больше для него ничего не существовало. До его ушей доносились отдельные фразы и Северус видел как гнев во взгляде Лили, смотрящей на него, постепенно исчезал.

Через некоторое время, она успокоилась на столько, что смогла говорить.

- Я не знала, Северус, прости… и… спасибо, – со всхлипом произнесла Лили.

Снейп не смог ей ответить. В горле застрял горячий ком не позволяющий произнести не звука, поэтому он молча подошел и обнял ее. Лили ответила на объятия.

Дамблдор продолжал говорить, о том, что темный Лорд вернется, что надо защитить Гарри, что Лили нужно выйти замуж и дать сыну фамилию мужа и еще что-то…

«Пусть выходит за кого угодно. Сейчас это не имело смысла: Лили жива, Лили простила его, они смогут общаться, они смогут дружить…» - размышления Снейпа прервал голос директора.

- Северус, ты согласен?

Вообще сейчас Снейп был согласен на все, но все же ему хотелось бы знать поконкретнее на что он должен дать согласие.

Северус недоумевающее посмотрел на Дамблдора, тот вздохнул и начал сначала.

- Темный Лорд вернется, нужно спасти Лили и ее сына.
Чтобы спасти мальчика, нужно объявить, что Волдеморт добился своего и Гарри погиб. Мы спрячем его в замке. Вы поженитесь через полгода и увезете Гарри отсюда, а когда вернетесь, мальчик будет носить твою фамилию. Насколько я знаю, Волдеморт не трогает детей своих пожирателей, во всяком случае, Драко жив и здоров.

Северус не мог поверить своему счастью, он смог лишь кивнуть в знак согласия. На том и порешили.

Гарри спрятали в Выручай-комнате, оборудовав ее для ребенка. Дамблдор вернул Лили мантию-невидимку, и она могла приходить к сыну. В остальное время за ребенком ухаживали Снейп и Дамблдор. Поначалу Северуса раздражал мелкий негодник, но с каждым взглядом доверчивых изумрудных глаз, он все больше и больше понимал, что все сделает для малыша и его матери. Снейп научился многое прощать ребенку, например то, что после кормления приходилось применять не одно очищающее заклинание перед выходом из Выручай-комнаты. Он понял, что следы от каши видны на его черной мантии ничуть не меньше, чем на любой другой одежде.

Время шло быстро, мальчик начал передвигаться по комнате, устраивая в ней полнейший бардак. За ним нужен был постоянный контроль.

Снейпа беспорядок приводил в бешенство, пока однажды малыш не принес ему свою любимую игрушку и не потянул за руку играть с собой.

Свадьба прошла скромно, Северус и Лили просто расписались в Министерстве.

Забрав ребенка из замка и скрыв его под мантией-невидимкой, они покинули страну, и поселились во Франции, в магловском городке Талансе.

Наступил их первый вечер на новом месте, и пора было укладывать Гарри спать.

Снейп взял мальчика на руки и понес в комнату. Когда туда зашла Лили, Северус подкидывал малыша в воздух и тот весело смеялся. Снейп заметил Лили.

- Пора спать, Генри, - нарочито строго сказал он и положил малыша в кроватку.

- Дай мне Гарри, я уложу…

- Генри, - оборвал ее Снейп, - Теперь он Генри Снейп, запомни! – слова его прозвучали жестче, чем Северус собирался их произнести. Глаза Лили наполнились слезами, и она вышла из комнаты. Снейпу было жаль ее, но он не пошел следом. Она должна привыкнуть, иначе все было сделано зря.

Через какое-то время Лили вернулась.

- Генри уже спит? Спасибо, Северус, - они вернулись в свою комнату.

Снейп заметил обеспокоенность Лили, он понял, в чем дело.

- Я не трону тебя, не беспокойся. Оставайся здесь, а я переночую в комнате Генри.

Шло время, отношения с Лили становились все более теплыми и дружескими, но это была не любовь.

Северус часто замечал, как она, улыбаясь, наблюдает за их игрой с приемным сыном. Постепенно Снейп смог полюбить Гарри как собственного ребенка, он не считал его похожим на Джеймса, а благодаря воспитанию Гарри характером все больше походил на самого Северуса.

Вскоре Генри исполнилось три года, и Дамблдор пригласил Северуса и Лили преподавать в Хогвартсе Зельеварение и Нумерологию.

В последний вечер во Франции Северус уложил Генри спать и сам прилег отдохнуть и задремал. Сквозь сон он услышал шепот, открыл глаза, Лили сидела рядом с кроватью сына и тихо пела колыбельную.

- Он спит, Лили. Отдыхай. Завтра тяжелый день.

Лили подошла к нему и села на угол кровати. Она погладила его по волосам.
- Спасибо тебе, Северус. Ты так много для нас сделал, я очень благодарна тебе.

- Я люблю тебя, Лили, всегда любил и всегда буду, - Снейп не хотел говорить этого вслух, но как-то само собой соскочило с языка. – Это ничего не изменит в наших отношениях, можешь сделать вид, что ничего не слы…

В этот момент Лили наклонилась и поцеловала его. Северус почувствовал, что сейчас задохнется от счастья - он так долго ждал этого! - однако, смог взять себя в руки.

Северус крепко прижал к себе Лили, а потом легонько оттолкнул и встал с постели.

- Не стоит делать этого из благодарности, – он с грустью посмотрел на нее, но в ее глазах Северус увидел, нежность и … любовь. В следующее мгновение Снейп подхватил Лили на руки и направился в их спальню.

Северус улыбнулся последнему воспоминанию, но взгляд его снова наткнулся на солдатика.

«Нет, это точно не мой Генри», - думал Снейп. - «У этого мальчика взгляд воробья, собравшегося напасть на коршуна, у Генри такого не было, ему ничего не угрожало».

«Интересно, кто коршун?» - тут Снейпа поразила догадка – Волдеморт!

«Не позволю!» - Северус со злостью ударил кулаком по столу, так сильно, что чернильница опрокинулась, и вытекшие чернила разлились на работы студентов.

В дверь постучали, и в кабинет вошел Гарри.

Глава 3

Гарри, прихрамывая, подошел к столу, за которым сидел профессор.

- Что с ногой? – спросил Снейп, откладывая солдатика в сторону. – Сядь.

Гарри послушно опустился на стул и вытянул больную ногу, он был слегка удивлен необычным отношением профессора. Тем временем Снейп осмотрел разбитое колено. Недовольно хмыкнув, он взял со стеллажа какое-то зелье и, повернувшись к Гарри, направил волшебную палочку на его ногу. Брючина оторвалась как раз на месте дырки от падения.

- Они все равно были испорчены, - поймав удивленный взгляд Гарри, прокомментировал профессор. – Будет немного щипать. – Снейп направил палочку на рану и произнес очищающее заклинание, а затем вылил несколько капель зелья. Края раны стали затягиваться и вскоре от нее не осталось и следа.

Гарри дернулся, скорее от неожиданности, чем от боли. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь Снейп будет лечить его ссадины, да еще с таким видом как будто делает это каждый день.

- Больно? – спросил профессор.

Гарри отрицательно мотнул головой.

- Иди, переоденься.

«Так вот оно, что теперь он заставит меня идти через весь замок в таком виде, чтобы все смеялись».

- И его забери, - Снейп указал на солдатика, занявшего оборонительную позицию.

Гарри только глазами моргнул от удивления. Профессор все понял без слов и, взяв парня за плечо, повел его к противоположной двери. Они прошли через гостиную и остановились возле входа в комнату на двери, которой, переливаясь всеми цветами радуги, красовалась надпись «Генри». Профессор открыл дверь, и Гарри не поверил своим глазам: это была детская. О такой комнате даже Дадли мечтать не мог, здесь было все, что душа пожелает.

Комната была просторная, светлая, хотя окон в подземельях не было. Она была освещена маленькими фонариками, висевшими под потолком. Стены были бледно-синего цвета, возле потолка красовались звезды и луна, у пола росли деревья, ветви которых колыхались словно от ветра, время от времени на них прилетали птицы. Кровать была похожа на ту, что стояла в спальне Гриффиндора, только полог был не красный, а фиолетовый, и напоминал ночное небо. Гарри подумал, что ночью звезды светятся.

У стены справа стоял его собственный письменный стол, за которым он мог делать уроки, не отвлекаясь на постоянный шум в гостиной, рядом стояли шкаф и огромный комод, а у стены рядом с кроватью располагался стеллаж с его собственной библиотекой.

«Вот Гермиону бы сюда», - промелькнуло в голове у Гарри.

Профессор подошел к шкафу и открыл.

- Здесь твоя одежда. Переодевайся и возвращайся в кабинет, – строго сказал он. – А здесь… - Снейп открыл дверцу комода.

Говорить ничего было не нужно, у Гарри отвисла челюсть. Там были игрушки, всевозможные магические игрушки. Учитывая то, что у самого мальчика кроме волшебных шахмат других игрушек не было, не считая сломанных и выброшенных Дадли, Гарри онемел от удивления.

Снейп положил в большую коробку сопротивляющегося солдатика.

- Угомони его, пока он всех не переполошил.

- Но как? – удивился Гарри. Он подошел ближе и увидел, как солдатик уже поднял своего приятеля и теперь они вдвоем принялись за остальных.

- Они слушаются только хозяина, - пояснил профессор, - Прикажи им замереть.

- Замри, – неуверенно произнес Гарри, и солдатики подчинились, смирно рухнув в коробку.

Гари оглядел содержимое комода восторженным взглядом. Здесь были всевозможные плюшевые волшебные животные, краски, сами меняющие цвет на нужный (ими можно было рисовать движущиеся картинки), волшебные шахматы и еще много всего. В углу Гарри разглядел набор начинающего зельевара.

Снейп захлопнул дверь комода и пошел к выходу.

- Жду тебя через десять минут.

Гарри вспомнил про отработку - настроение мигом испортилось. Он быстро переоделся и, понурившись, поплелся назад в кабинет.

Возле двери Гарри заметил метлу, он поднял взгляд - на рукоятке было написано «Нимбус-2001». Увидев ее, Гарри забыл про все на свете. Да с такой метлой он точно одержит победу над Слизерином и остальными факультетами и не нужна ему метла подаренная Малфоем. Гарри попытался взять ее в руки, но метла словно прилипла к стене и не поддавалась. Гарри понял, что это бесполезно, и, тяжело вздохнув, вышел из комнаты.

Северус пытался очистить пергаменты студентов от пролившихся чернил, похоже, это занятие сильно раздражало его.

- Кто преподавал тебе зельеварение? – строго спросил Снейп у вошедшего Гарри.

- Вы, – тихо ответил он, что-то разглядывая на полу.

- В таком случае ты просто не хочешь учиться! Это зелье Генри мог сварить практически с закрытыми глазами.

- Я отвлекся, сэр, простите.

- На что, позволь тебя спросить? – в голосе профессора слышались нотки раздражения, что не предвещало ничего хорошего.

Гарри задумался над ответом, но все-таки решил сказать правду.

- Вы похвалили Гермиону и не лишили баллов Невилла.

Северус удивленно смотрел на Поттера.

- И? В чем собственно проблема? Что так поразило тебя, что ты умудрился испортить зелье?

- В моем мире вы никогда не хвалили Гермиону, а каждый ее ответ раздражал вас, сэр. А у Невилла нет таланта к зельеварению. Он взрывает котлы практически на каждом уроке. За это вы его терпеть не можете, придираетесь по поводу и без, и лишаете баллов за каждую провинность.

- Я преподаватель, моя обязанность учить студентов, а не лишать их баллов. Если мисс Грейнджер правильно отвечает или готовит зелье, почему это должно меня раздражать? А за действиями Лонгботомма нужен контроль, тогда взорванных котлов не будет, вот и все.

Гарри стоял и смотрел на Снейпа широко открытыми от удивления глазами.

«Если бы Гермиона и Невилл смогли услышать эти слова, наверняка потеряли бы дар речи, или если бы я смог их записать и дать послушать самому профессору, интересно, сколько бы баллов потерял Гриффиндор», - Гарри пожалел, что это невозможно.

- Что я должен делать на отработке, профессор? – наконец смог выдавить из себя Гарри

- А как ты думаешь?

У Гарри пронеслись в голове самые неприятные задания: чистить котлы, отмывать парты от остатков неправильно сваренных зелий, перебирать отвратительные ингредиенты… Его размышления прервал голос профессора.

- Правильно сварить зелье. Пойдем в класс. И не называй меня профессор или сэр, пожалуйста.

- А как? – тут до Гарри дошло, что здесь Снейп его отец. Но назвать этого человека папой у Гарри язык не поворачивался. Он сглотнул и, кивнув, пошел за профессором в кабинет зельеварения.

Варить зелье под руководством Снейпа оказалось даже интересно, и Гарри расслабился. Профессор объяснял ему, зачем нужно это зелье, какие ингредиенты на что влияют, почему именно столько помешиваний в ту и другую сторону. Через сорок пять минут они закончили, и в котле у Гарри бурлило малиновое зелье с легким ароматом яблока. Снейп похвалил его и, посмотрев на часы, отправил на ужин.

Подходя к Большому залу Гарри заметил Рона и Драко, о чем-то разговаривающих. Малфой был раздражен и активно жестикулировал, Гарри подумал, что он угрожает Рону и поспешил на помощь другу.

-… я не собираюсь делать этого, пока он не извинится! – грубо оборвал Драко попытки Рона вставить хоть слово. Видимо услышав звук приближающихся шагов, Малфой повернул голову и, злобно посмотрев на Гарри, вошел в Большой зал.

- Что он от тебя хотел? – спросил Гарри

- Ты не думаешь, что стоит извиниться, Генри? Не понимаю, почему вы поссорились.

- Я не собираюсь перед ним извиняться, что за глупости ты несешь…

Друзья вошли в Большой зал, Гарри увидел Гермиону и, приветственно помахав ей, сел рядом. Рон в легком недоумении устроился с противоположной стороны стола.

Дамблдор произнес приветственную речь, и столы наполнились всевозможными блюдами. Гарри положил на свою тарелку огромный кусок стейка и жареную картошку, заодно присмотрев пирог с почками. Гермиона как обычно склонилась над учебником и, похоже, не замечала друзей.

- Может, сходим к Хагриду после ужина, - предложил Гарри, слегка толкнув Гермиону в бок.

- Зачем? – недоумевающе спросила она.

По удивленному взгляду Рона, Гарри понял, что опять сказал что-то не то. В это время к ним подошел Вуд и напомнил о тренировке по квиддичу в субботу рано утром, чем отвлек внимание Рона от предложения Гарри, и разговор переключился на квиддич.

Гарри оглянулся и посмотрел на преподавательский стол. Мама сидела рядом со Снейпом. Гарри увидел, как она заботливо налила мужу кофе и положила в тарелку кусок пирога.

Снейп, тем временем, очевидно, говорил ей о Гарри, так как смотрел на него. Самому Гарри увиденное не понравилось, он не хотел видеть свою маму рядом с этим мерзким профессором. К тому же, судя по их взглядам друг на друга, брак их был самый настоящий и Гарри данный факт приводил в бешенство.

Во время десерта Лили подошла к сыну и предложила переночевать в его комнате, а не в гостиной Гриффиндора, потому что беспокоилась о его здоровье после обморока. Гарри был рад возможности подольше побыть с ней и, конечно, согласился. К тому же его интересовало, почему метла приклеена к стене, и сможет ли он играть на ней в квиддич.

После ужина Гарри вместе с Роном поднялись в гостиную. Гарри проверил расписание на завтрашний день, собрал необходимые книги, чтобы подготовиться к урокам, и направился в подземелье. Дойдя до кабинета Снейпа, он долго стучал в дверь, пока на пороге не появился рассерженный профессор. Выглядел он странно без привычного сюртука и черной мантии лишь в брюках и темно синей рубашке.

- Чего ты барабанишь? Пароль забыл? – Снейп стукнул себя по лбу, - Веритасерум. Проходи.

В гостиной Гарри увидел маму. Она удобно расположилась на диване и увлеченно читала какую-то книгу. Гарри сел рядом. Лили улыбнулась сыну и поинтересовалась, как прошел день, Гарри не хотел рассказывать про испорченное зелье, но видимо Снейп уже рассказал. Хотя Лили восприняла это по-своему, она пожурила Гарри и напомнила, что мадам Помфри запретила проводить много времени в лаборатории над котлами.

- Кстати, - начал Гарри, - у нас тренировка послезавтра утром.

- Мы знаем сынок, ты говоришь об этом с понедельника. Да, ты можешь взять метлу. Но только на время тренировки.

- Но я хорошо летаю…

- О чем свидетельствует разбитое колено, - саркастично вставил Снейп, - Драко видел, как ты упал.

- Послушай, мы договаривались, что ты летаешь на ней только на тренировках и играх, - продолжила Лили, - эта метла слишком быстрая для двенадцатилетнего. В противном случае – вернем ее Люциусу.

«Что?» - Гарри не верил своим ушам – «Малфой подарил ему «Нимбус-2001» такой же, как у Драко? Зачем?» Гарри лишь кивнул в знак согласия, потому что просто не знал что ответить.

- И, кстати, я надеюсь, ты помнишь, что мы собирались в Хогсмид после тренировки.

Тут Гарри совсем растерялся: он конечно очень хотел в Хогсмид да еще с мамой. Даже мечтать об этом в своем мире Гарри не мог, вот только как же Блэк? Если в прошлый раз он скрывался под мантией-невидимкой, то сейчас, глядя на маму, он подозревал что пойдет туда открыто.

«Что? Что опять не так?» - думал Северус, глядя на растерянное лицо Гарри. - «Он ни разу не был в Хогсмиде? Он не знает, что это такое? В его мире нет Хогсмида?»

- Вот только не говорите мне, что вместо похода собрались опять варить свои зелья! – рассердилась Лили, смотря на мужа с сыном.

-Нет, конечно, мы пойдем, - улыбнулся Гарри и обнял ее.

*

Перед тренировкой Гарри спустился в подземелья за метлой. Северус вручил ее Гарри, предупредив, что сразу после окончания тренировки метла должна быть на месте. Гарри согласно кивнул и побежал на поле для квиддича. Вся команда собралась в раздевалке и, выслушав очередные нотации Вуда, отправилась на поле. Днем погода обещала быть хорошей, но в восемь утра стоял легкий весенний морозец, и это помогло Гарри проснуться после утомительной речи Вуда.

Гарри хотел испытать новую метлу, однако то, что она была подарена Малфоем, настораживало его. И взлетев, он покружил над полем на небольшой высоте. Метла слушалась беспрекословно. Гарри сделал несколько пируэтов и взмыл вверх. От скорости у парня дух перехватило, он взглянул на трибуны, ожидая увидеть там Рона и Гермиону, но вместо них за тренировкой наблюдал Снейп.

Неожиданно для себя Гарри ощутил защищенность, он понял, что при профессоре с ним ничего не случится. Гарри захотелось, чтобы профессор увидел, как он хорошо он летает на самом деле и возможно тогда ему разрешат пользоваться метлой чаще. Гарри кружил в воздухе, то взмывая вверх, то пикируя вниз, делал мертвые петли и просто наслаждался возможностями новой метлы. Вдоволь наигравшись, он взглянул на профессора и к своей неожиданности заметил гордый и довольный взгляд приемного отца. «Неужели он действительно пришел посмотреть, как я летаю и не угрожает ли мне опасность?»

Тут Гарри заметил маленький золотой мячик и устремился в погоню за ним. Метла развивала просто невообразимую скорость, и после нескольких кругов вокруг стадиона снитч оказался в руках у Гарри.

Тренировка продолжалась пару часов, и хоть Гарри нравилось летать, он порядком устал. Спина, ноги и руки болели, и все о чем мог мечтать юный волшебник, так это растянуться на кровати и проваляться до обеда.

Северус встретил Гарри возле выхода со стадиона.

- Драко рассказал мне о вашей ссоре, - сурово начал разговор профессор, - ты должен быть аккуратнее в словах. Насколько я понимаю этот мир несколько отличается от привычного тебе.

- Я очень устал, проф…., - Гарри замялся.

Снейп посмотрел на часы.

- Сейчас десять. В двенадцать мы идем в Хогсмид. Переоденься, прими душ. Я зайду через час к тебе в комнату, у нас будет время все обсудить. Да, и не вздумай называть меня профессор или сэр при матери!

Гарри привел себя в порядок и прилег отдохнуть в ожидании профессора. Снейп, как и сказал, появился ровно в одиннадцать. В руках у него был альбом с фотографиями.

- Так нагляднее и легче объяснить тебе положение вещей.

Профессор сел рядом с Гарри и открыл альбом. Первые фотографии были семейные. Лили и Северус держали на руках маленького мальчика, в котором Гарри узнал себя. Они нежно улыбались друг другу, а ребенок все время перелезал с рук одного родителя к другому. Затем были дни рождения с тортами, хлопушками и фейерверками. Фотографии на улице незнакомого города.

- Это Таланс, мы жили во Франции, а это, – он указал на следующую фотографию, - Париж.

На ней Генри тянул маму к Эйфелевой башне. У Гарри навернулись слезы, всего этого не было в его детстве, ни мамы, ни приемного отца, который, судя по всему, любил мальчика. Затем шли фотографии с достопримечательностями Парижа. Возле Собора Парижской Богоматери Генри закапал отцовскую рубашку мороженым, и Снейп недовольно вытирал ее салфеткой, а мальчик весело показывал на оставшиеся пятна и смеялся.

Северус заметил состояние Гарри и обнял сына за плечи.

- Будешь смотреть дальше?

К удивлению самого Гарри ему не захотелось отстраниться, он молча кивнул. Снейп перевернул страницу.

- На следующих фотографиях мы вернулись домой. Это твой крестный.

Гарри увидел себя на руках Люциуса Малфоя, тот выглядел довольным и гордым, самого Генри, похоже, интересовали необычные платиновые волосы крестного, и он с хитрым выражением лица наматывал их на пальчик.

- Почему вы выбрали его? И как мама на это согласилась?

- Он мой друг. Ты прав, Люциус никогда бы не смог стать крестным Гарри Поттера, а Генри Снейпа стал с удовольствием. К тому же Дамблдор одобрил мой выбор. Твоя мама понимала причины этого и не возражала.

- Может, и мне объясните.

- Позже… возможно. К тому же у вас сложились теплые отношения. Люциус неоднозначный и сложный человек, но у него есть один недостаток, если это можно так назвать, он очень любит свою семью, а ты стал ее частью.

Гарри недоверчиво хлопал глазами. Северус указал ему на следующие фотографии на них Генри играл с Драко в тех самых солдатиков, дальше, видимо, они занялись зельеварением, потому что Генри вылил содержимое котла на голову друга, отчего его волосы стали зелеными с золотистыми прядями, месть Драко не заставила себя ждать и волосы Гарри приобрели фиолетовый оттенок с изумрудными звездочками.

- Три дня не отмывалось, - с усмешкой сказал Снейп. - Мы думали Люциус с Нарциссой нас проклянут, но все обошлось.

- Мы дружили?

- Вы дружите, по крайней мере, до инцидента на поле, но давай по порядку. Потом сам примешь решение как себя вести с Драко.

- А Гермиона, неужели Драко смирился с ее не чистокровностью?

- Мисс Грейнджер? Нет, не замечал теплых отношений между вами.

Гарри листал альбом дальше, вот и первый день в школе, они втроем стоят в большом зале: Генри, Рон и Драко. На двоих мальчиках уже форма Гриффиндора, на третьем Слизерина.

- Но как я познакомился с Роном?

- Драко настоял, чтобы в первый день ты вместе с ним поехал на поезде, и там, в купе, вы познакомились. Не скрою, сначала Драко был не в восторге от твоей дружбы с Уизли, но со временем они нашли общий язык.

- А зачем Малфой подарил мне две метлы?

- Не две – одну. «Нимбус 2000» мы купили тебе на второй год обучения. Ну а на третьем тебя и Драко взяли в команды своих факультетов. И крестный подарил тебе новую метлу, чтобы вы с Драко сражались на равных. И он все-таки слизеринец, богатый слизеринец, поэтому и купил метлы всей команде факультета сына.

Твой выпад Драко воспринял как личную обиду. Он думает, что ты хочешь, чтобы его отец и Гриффиндор…

- Нет, не хочу!

- Я ему так и сказал. И уговорил ничего не говорить отцу.

- То есть я играю только один год?

- Да. А сколько ты играл до того как оказался здесь? Расскажи… о своей жизни.

Гарри вздохнул и начал рассказ. Он заметил, как при упоминании Дурслей Северус поморщился от отвращения, как вспыхнули гневом его глаза при рассказе о жизни с ними. И какая боль была в них при известии о гибели его матери и отца. Дальше Гарри рассказывал о событиях первого года в Хогвартсе и Снейп явно насторожился, а когда речь зашла о дневнике Рэддла и Тайной комнате, вообще побелел от ужаса.

В это время в комнату зашла Лили и увидела сидящих на кровати мужа и сына. Северус так и обнимал Гарри за плечи, на коленях у них лежал альбом с фотографиями.

- Вы что решили устроить день воспоминаний? – с интересом спросила она. - Мы пойдем или нет?

- Да, уже идем, дорогая, дай нам еще пять минут.

Лили кивнула и захлопнула дверь.

- А мне можно идти туда? Это не опасно?

- Если только ты не собираешься съесть все «Сладкое Королевство». Почему ты спрашиваешь?

- Блэк, он сбежал из тюрьмы и…

- Блэк погиб. Тогда, вместе с твоим отцом. Хотя я думаю, что его тебе стоило опасаться меньше всего. После возвращения ты сможешь повторить свой рассказ Дамблдору?

Гарри кивнул.

- Тогда пойдем.

Глава 4

Северус похлопал Гарри по плечу и вышел из комнаты. Мальчик так и остался сидеть на кровати, ему нужно было обдумать услышанное.

Прежде всего, он не мог понять своего отношения к Снейпу. Воспринимать его как отца сознание Гарри отказывалось, но и прежней ненависти к этому человеку он, казалось, не испытывал. Гарри еще раз перелистал альбом. Зависть, откровенная человеческая зависть, терзала душу Гарри, когда он смотрел на детские фотографии. У этого мальчика была семья, настоящая любящая семья, а у Гарри только ненавидящие его Дурсли. Как долго он сможет пробыть здесь? Как тяжело будет снова потерять маму? И как бы он хотел остаться в этом мире насовсем.

Взгляд Гарри наткнулся на фотографии с Драко. Дружить? Даже общаться с этим мерзким хорьком не хотелось! Не говоря уже о крестном, которого Гарри терпеть не мог! К тому же ему будет не хватать общения с Гермионой. Но кто мешает наладить с ней отношения? Хотя… это была не его реальность, не его жизнь. Имеет ли он право вмешиваться и менять, что либо? Скорее всего – нет.

Мысли путались в голове, не давая сосредоточится на чем-то одном.

- Генри, ты готов? – послышался голос матери. Гарри захлопнул альбом и, оставив его на кровати, вышел из комнаты.

Поход в Хогсмид получился потрясающий. Даже присутствие с ними Снейпа не сильно расстраивало Гарри.

Для начала они зашли в «Три метлы». Только здесь Гарри вспомнил, что пропустил завтрак и осознал, как голоден. Он заказал любимый пирог с патокой и чашку кофе. Снейп прибавил к его заказу жареного цыпленка с овощами, а себе и Лили заказал сливочного пива. Гарри попытался возразить, но как только почувствовал запах еды, понял, что удержаться не сможет и с жадностью принялся за ароматную ножку.

Северус лишь ухмыльнулся, глядя на сына. После рассказа Гарри ему стало жаль мальчика. «Что он видел в жизни? Бесконечную ругань и побои. Все детство провел совершенно один, без родителей и друзей, с этими жалкими, гнусными маглами», - от воспоминаний о них Северуса тошнило.

«На первом курсе удалось уберечь Генри от встречи с Волдемортом, вселившемся в Квирелла, а Гарри никто не спасал, судя по рассказу, даже подталкивали к этому», - от этих мыслей у Северуса сжималось сердце. Еще его очень беспокоил дневник, принесенный Драко в школу в прошлом году. Генри рассказал отцу о говорящем чуде и Снейп, заподозрив неладное, забрал дневник и отдал Дамблдору. Правда, им так и не удалось выяснить, кому он принадлежит. Люциус молчал, а сам дневник не раскрыл свою тайну. Драко тогда остался в школе на Рождественские каникулы, боясь гнева отца.

После рассказа Гарри Северус понял, чей это дневник, однако, то, что он сейчас у директора, немного успокаивало его. Он решил отложить обсуждение этого вопроса до возвращения из Хогсмида.

К тому же Снейп беспокоился за Генри, но директор уверял его, что Генри попал в другую реальность по той же причине, что и Гарри, и, когда они оба получат то, что хотят, все вернется на свои места. Правда, Северус не мог понять, чего не хватало сыну. К сожалению, более подробной информации директор не сообщал, а может, просто не знал. В конце концов, после долгой борьбы с самим собой Снейп решил, что этот мальчик заслуживает любви ничуть не меньше, чем его Генри.

- Спасибо, - Гарри с наслаждением допил ароматный кофе.

Северус расплатился с мадам Розметой и, поблагодарив ее, семья покинула паб.

Солнце уже начало прогревать землю, и легкий морозец, стоявший с утра, уступил место весеннему теплу. Гарри под руку с мамой гулял по улицам Хогсмида. Они наслаждались обществом друг друга.

В какой-то момент Гарри захотелось все рассказать ей. Рассказать о том, что знает, кто он на самом деле, спросить, почему она вышла замуж за Снейпа, расспросить об отце, никто лучше ее не рассказал бы ему, но… Это была не его жизнь и, в сущности, не его мать. Гарри понимал, что получил все это лишь на время и вскоре Генри вернется в свой мир, а Гарри в свой и он не имеет права говорить ей!

За этими размышлениями Гарри не заметил, как они подошли к «Шапке-невидимке», и мама потянула его за руку в магазин.

- Купим тебе новые брюки. И не возражай!

Они зашли внутрь. Гарри еще ни разу не был здесь. Над входной дверью зазвенел колокольчик, оповещая продавца о посетителях. Волшебница лет тридцати с небольшим подошла и, приветственно улыбнувшись, поздоровалась.

Снейп зашел следом и сразу направился к вешалкам с брюками. Прохаживаясь вдоль них, он словно что-то искал, с ухмылкой наблюдая за Лили с сыном.

Гарри, прохаживаясь вдоль рядов с одеждой, осматривал магазин. Он поразил его разнообразием: мантии, брюки, рубашки, сюртуки и прочие принадлежности гардероба. На этикетках некоторых вещей были описаны магические способности: меняет цвет на солнце, становится теплее в мороз, сообщает, что пора стирать; зонты просили взять их с собой, если ожидается дождь.

Мама выбрала несколько брюк и отправила Гарри в примерочную. Одни оказались малы, вторые – большие, третьи не понравились Гарри, четвертые – Лили, пятые не сели по фигуре. Гарри уже взмолился, чтобы это поскорее закончилось. В своем шкафу он видел еще несколько штук и уже решил, что этого вполне хватит.

В это время Северус сунул ему в примерочную джинсы и модные черные брюки без стрелок. Гарри недовольно посмотрел на них, но все-таки решил померить. К удивлению парня то и другое подошло идеально, и он облегченно выдохнул.

Лили осталась в магазине, присмотреть что-нибудь для себя, а Северус с Гарри вышли на улицу.

- Вы знали, что так будет? – замученно спросил Гарри.

- Конечно, этот спектакль повторяется каждый раз. Единственное, что вы купили спокойно - это волшебная палочка, и то только потому, что она сама выбрала тебя.

Северус кивком головы указал Гарри на маленькое кафе-мороженое.

- Думаю, у нас есть время, если хочешь.

Гарри согласно кивнул и занял место за столиком на улице. Вскоре Северус вышел из кафе и поставил перед ним креманку с тремя разноцветными шариками мороженого.

- Спасибо, сэр, - Гарри принялся ковырять ложкой красный шарик. На вкус он оказался малиновым с шоколадной крошкой.

- Опять сэр? Я же просил тебя.

- Я не могу называть вас отцом, - возмутился Гарри.

- Может, просветишь, чем я так неприятен тебе.

- Дело не в вас, - Гарри посмотрел в глаза профессору и продолжил, - Вы другой, но профессор Снейп из моего мира… э-э… не очень приятный человек.

- Чем же, позволь спросить?

- С первого дня он возненавидел меня. Я даже не знал, за что. Потом это стало взаимно.

- Он возненавидел сына Лили? Извини, но я в это не верю.

Гарри пожал плечами.

- Я же говорю, вы другой. Профессор Снейп не был женат на маме, я думаю, они и знакомы -то не были, а вот отца он ненавидит. И меня, видимо, как его сына.

Северус попробовал представить, как бы он относился к Гарри, если бы Лили погибла. Но даже мысль об этом причиняла боль. «Скорее всего, именно это чувствует тот Северус Снейп, глядя на Гарри. Если он не знает о дружбе с Лили, скорее всего, на это есть причина», – думал Северус. К тому же, давать ложную надежду на то, что тот Снейп сможет заменить Гарри отца, Северусу не хотелось, и он решил не продолжать этот разговор.

- Ты прав, я не он. Но все-таки ты мог бы говорить мне – ты. Я смотрю на тебя и вижу сына. Слышать от тебя «сэр» или «профессор» для меня довольно тяжело.

- Я попробую. Дайте мне немного времени, - Гарри положил в рот ложечку с мороженым, по вкусу напоминающим яблочный мармелад.

- Когда вернемся в Хогвартс , ты должен будешь рассказать директору о том, что говорил мне сегодня утром, - Снейп решил не терзать Гарри и сменить тему.

- Конечно,– обрадовался он перемене разговора.

- Видишь ли, с Генри всего этого не происходило…

- Вот вы где, - Лили поставила пакеты на стул и села рядом. - Куда дальше? В «Сладкое королевство»? Мы можем купить сладости с собой, - предложила она, глядя, как сын потирает полный еды живот.

Лили взяла мужа и сына под руки, и они неторопливо пошли вниз по улице.

- А правду говорят – там водятся привидения? – спросил Гарри, указывая на виднеющуюся вдалеке Визжащую хижину.

- Ты боишься привидений? – насмешливо спросил Снейп, – за столько лет пора бы привыкнуть.

- Конечно, нет, сынок, но мне кажется, ты уже спрашивал об этом.

- Да-да, я знаю, просто весь Гриффиндор говорит об этом после похода сюда.

- Скажи им, что там водятся оборотни.

- Северус!

Гарри рассмеялся, решив, что это шутка.

В «Сладком королевстве» оказалось полно народу. С трудом протиснувшись между людьми, Гарри подошел к прилавку. От количества сладостей разбегались глаза.

- «Друбблс» будешь жевать в гостиной Гриффиндора, - заметив направление взгляда Гарри прокомментировал Снейп.

Гарри согласно кивнул и принялся набирать сладости. Себе он взял драже «Берти Ботс», жевательную резинку «Друбблс» и толстые медовые ириски. Рону – его любимую мятную помадку в виде лягушек. Подумав о Гермионе, прихватил пару сахарных перьев.

– А это для Драко, - уже разворачиваясь к кассе, ухмыльнувшись, сказал он Снейпу, и взял горсть сахарных тараканов. Северус только укоризненно покачал головой.

Усталый, но довольный Гарри зашел в гостиную своего факультета. За столом у камина сидела Гермиона, склонившись над очередным сочинением. Гарри поздоровался и получил в ответ лишь быстрый кивок головы.

Он поднялся в спальню и, прикрепив к перьям записку «Гермионе» спустился на пару ступенек так, чтобы его не было видно из гостиной.

- Вингардиум Левиоса, - прошептал Гарри, направляя палочку на сладости.

Перья вылетели у него из рук и проплыв по воздуху плавно опустились на свиток подруги.

Гермиона огляделась по сторонам и, никого не обнаружив, посмотрела на записку и улыбнулась. Она аккуратно убрала перья в сумку и продолжила писать, не поднимая головы.

Рона ни в гостиной, ни в спальне не было. Гарри не знал, где его искать, раньше они все время были втроем.

Он спустился и с непроницаемым видом прошел мимо Гермионы и вышел из гостиной. Спрашивать ее о Роне не имело смысла.

Возле портрета Полной Дамы его окликнул мальчик с первого курса.

- Тебя отец ищет. Просил передать, чтобы ты пришел в кабинет директора.

Гарри кивнул и направился туда. Статуя горгульи была отодвинута в сторону, открывая проход к лестнице.

Дамблдор сидел в кресле и с любопытством смотрел на свои длинные пальцы, а Снейп напряженно ходил по кабинету.

- Генри, здравствуй, - поприветствовал директор, вошедшего Гарри. - Присаживайся, - он указал на кресло рядом с собой. - Твой отец сказал, ты что-то знаешь о дневнике.

- Начни с начала, - вмешался Снейп. Он подошел к креслу, в котором сидел Гарри и положил руку ему на плечо.

Гарри забеспокоился.

«О дневнике», «С Генри всего этого не происходило». Тогда мама отвлекла его, и он не обратил внимания на эти слова. «Не происходило», - значит, василиск жив и он в замке. Дневник не уничтожен. И ему снова придется идти туда! Нет, он не хотел! Неужели именно для этого он и попал сюда? Гарри сглотнул.

- Что именно я должен рассказать?

- Все, что сказал мне утром.

Гарри начал рассказ сначала. В добрых глазах Дамблдора после рассказа про Дурслей появилась печаль и Гарри почувствовал как рука Снейпа сильнее сжала его плечо.

Дальше Гарри рассказывал о самом счастливом дне в своей жизни, о том дне, когда узнал, что он волшебник, о Хагриде. Он заметил, как глаза директора наполнились слезами. О событиях первого года обучения, о философском камне, о зеркале Еиналеж, о профессоре Квирелле, в которого вселился Волдеморт.

- Мерлин, мальчик мой, я так виноват перед тобой.

- Не вы, сэр! И я не винил своего директора.

- Он подверг тебя опасности, неужели ты этого не понимаешь? - в голосе Снейпа звучали ноты беспокойства.

- Я должен был! Это мой выбор! Нельзя было допустить, чтобы камень достался Волдеморту!

-Нельзя, - согласился Дамблдор, - поэтому мы с Фламелем и уничтожили его сразу, как только Хагрид сообщил о гибели единорогов в Запретном лесу.

- Уничтожили? – не понял Гарри.

- Ну конечно! Неужели ты думаешь, я позволил бы сыну…

- Нет, нет, Северус. Я уверен Гарри так не думает.

- Ну как же Квирелл?

- Я подозревал, что он охотится за камнем. Только не мог понять, зачем. Когда камень уничтожили, Квирелл пришел в ярость и стал метать проклятия во всех подряд. Чудом все остались живы. Я обезоружил его. Видимо заклятье оказалось сильнее, чем он ожидал и при падении чурбан слетел с головы… Его подвергли поцелую дементора. Хозяин оставил его умирать в беспамятстве.

- Значит и здесь Волдеморт по-прежнему жив?

- Да, - печально ответил Дамблдор.

- Продолжай рассказ, - настойчиво произнес Снейп.

Гарри снова начал рассказывать о Локонсе, о странном голосе, который слышал только он.

- Ты не говорил мне об этом утром.

- Да, просто не было времени.

Гарри снова продолжил говорить о надписях на стенах, об оцепеневших студентах и наконец, дошел до дневника, найденного в туалете плаксы Миртл. Только сейчас он заметил напряженные взгляды профессоров друг на друга.

- В чем дело? – спросил он.

Директор достал из ящика стола тетрадь в черной кожаной обложке

- Этот?

Гарри кивнул.

- Так что это был за голос?

- Василиск - это же змея. Я понимаю язык змей, - безразлично ответил Гарри.

Снейп с ужасом смотрел то на него, то на Дамблдора.

- Генри не понимает, - то ли сам себе, то ли Снейпу тихо сказал директор. - Как тебе удалось уничтожить их?

Дамблдор слушал рассказ Гарри очень внимательно, глядя на него то ли с сочувствием, то ли с раскаянием. Когда Гарри закончил директор открыл дневник и написал «Приветствую тебя, Том Рэддл». Надпись исчезла, как и ожидал Гарри, и вскоре на ее месте появилась новая «Кто вы? Откуда знаете мое имя?» Этого оказалось достаточно. Дамблдор захлопнул тетрадь.

- Оставайтесь здесь. Я скоро вернусь, - директор вышел, вручив дневник Снейпу.

-Я…

- Ты никуда не пойдешь! Не хватало двенадцатилетнему ребенку сражаться с василиском, – грубо оборвал его Снейп.

- Мне четырнадцать и я уже делал это в прошлом году. Чтобы открыть комнату нужно знать парселтанг.

- Ты не пойдешь! – зашипел Снейп, - Дамблдору пришлось приложить не мало усилий для принятия тебя в школу раньше времени, но если я узнаю, что ты пытаешься найти Темного Лорда, мы переведем тебя на домашнее обучение и уедем из Хогвартса.



Глава 2


Глава 5.

Дамблдор вернулся спустя несколько минут. Он подошел к окну и долго смотрел вдаль, казалось, не замечая ни Гарри, ни Снейпа, ни протянутого им дневника.

- Гарри, ты уверен в своих словах? – наконец, спросил Дамблдор, все также глядя вдаль.

- Профессор! – вспылил Гарри. - Вы не верите мне?

- Нет-нет, конечно, верю, мальчик мой. Просто иногда воображение играет с нами в странные игры.

- Воображение?! - вскочил Снейп. - Вы считаете это воображением? – он со злостью кинул дневник на стол.

- Это – нет! Северус, но Тайная комната, василиск… Ты же знаешь, замок проверяли неоднократно и… - Дамблдор повернулся и посмотрел на Гарри.

- Я… Я.. – от возмущения и досады он хватал ртом воздух, не в силах произнести ни звука. - Я говорю правду! - наконец выпалил Гарри.

- Я проверю, - вмешался Снейп.

- Нет! – воскликнул Гарри. - Вы не знаете язык и… это опасно!

- Поэтому ты собрался туда?! Пойду я! Мне не нужно знать язык, - Северус взмахнул палочкой. -Серпенсортия! - и на полу свилась в клубок небольшая змея. - Скажи ей.

- Северус, подумай о Лили.

- Именно о ней я и думаю, Альбус. Или вы решили, она поймет, что ее сын сражается с василиском, а муж пьет кофе в кабинете директора?

Змея подняла голову и посмотрела на Гарри.

- Ты должна отправиться с этим человеком, - он указал рукой в сторону Северуса.

В ответ змея начала извиваться и угрожающе зашипев, бросилась на него. Северус успел взмахнуть палочкой и змея исчезла. Гарри буквально врос в кресло.

- Я не понимаю, что ее так разозлило.

- Ты накричал на нее и замахал руками, змея решила, что ты нападаешь. Ты не змееуст, - пояснил Снейп.

- Но я не врал! Я был там! И язык я знаю! - Гарри вскочил с кресла.- Я докажу вам!

- Я верю тебе, – Снейп схватил его за плечи и встряхнул пару раз. - Ты не можешь знать язык здесь. Генри не знает, а ты в его теле. Успокойся и сядь.

Дамблдор взмахнул палочкой и на столе перед Гарри появился серебряный поднос с чашкой чая и имбирным печеньем.

Раздался стук в дверь и на пороге появился Хагрид с двумя петухами в плетеной клетке.

- Вот, самых горластых принес, да. Как вы и просили, профессор, - обращаясь к Дамблдору, сказал лесничий и протянул клетку.

- Да-да, Хагрид, спасибо, ты можешь идти.

Дамблдор подошел к фениксу и протянул ему руку. Фоукс издал гортанный крик и перешел на нее со своей жердочки.

- Северус, если ты не передумал, то, пожалуй, твоя помощь мне действительно понадобится.

- Жди нас здесь, - строго сказал Снейп. Он взял клетку и вместе с директором покинул кабинет. Дневник так и остался лежать на столе.

Едва захлопнулась дверь, как в кабинете воцарилась тишина, было слышно, как тикает какой-то серебряный приборчик на одном из столов директора.

Гарри сидел в кресле и смотрел на портреты директоров, висевшие на стенах. Будто специально они либо спали, либо отсутствовали в своих рамах.

Чувство страха постепенно охватывало парня. Нет, он понимал, что Дамблдор и Снейп намного опытнее его, и если уж ему удалось убить василиска, то им и подавно.

Гарри встал и подошел к столу с тикающим приборчиком, который оказался похож на магловский метроном, но взять его в руки Гарри не решился. Он продолжил осмотр кабинета, и взгляд его наткнулся на распределяющую шляпу. Сердце Гарри замерло, будто пропустило несколько ударов.

«Меч, они не взяли меч!» - Гарри схватил шляпу и бросился к двери, дернул раз еще раз – заперто!

Мысли мелькали словно сумасшедшие: «Метла, окно, призвать метлу! Я не успею! Петухи… - выдохнул Гарри, - василиск погибнет от крика петуха», - ему стало лучше, Гарри снова смог нормально дышать и опустился в кресло.

Часов в кабинете не было. Гарри прислушивался к тиканью метронома, и с каждым ударом ему казалось, что время останавливается и становится почти ощутимым - вязким и тягучим. Он снова встал, чувство беспокойства нарастало в груди с новой силой. Да, он мог позвать маму через камин, но что он ей скажет? Что отец отправился сражаться с василиском и может не вернуться? Что это он отправил отца туда? В его мире родители погибли, защищая его, а здесь могут погибнуть приемный отец и Дамблдор. Нет! Он этого не хотел! Странно, но о Дамблдоре Гарри почти не думал. Он даже не сразу понял, что про себя назвал Снейпа отцом, да и какая разница, лишь бы выжил.

Гарри не знал, сколько времени прошло. Ему казалось – вечность. Хотелось биться лбом о стену, кричать, плакать, что угодно только бы не сидеть здесь! Только бы нарушить эту тишину и не слышать чертов метроном!

Наконец, послышался щелчок, дверь открылась, и в кабинет вошли Снейп и Дамблдор, мертвенно бледные.

- Что? – только и смог выдавить Гарри срывающимся голосом.

Северус подошел к нему и взял за плечи. Он долго смотрел Гарри в глаза, а потом вдруг резко прижал к себе и крепко обнял.

- Все хорошо. Ты у меня герой!

Страх за приемного отца начал отступать и Гарри дал волю эмоциям. Он, как маленький мальчик, уткнулся лицом в плечо и разрыдался в отцовскую мантию.

- Я… Я… боялся за вас.

- Все хорошо. Монстра больше нет. Ты невероятно сильный волшебник - в тринадцать лет одолеть это чудовище, я горжусь тобой. Но помни мои слова. Еще раз и…

- Я понял, – уже успокоившийся Гарри смог оглянуться на директора, в руке которого был зажат клык.

- Прости, что усомнился, Гарри, – Дамблдор протянул ему клык василиска. - Уничтожь его.

Гарри взял его из рук директора и с силой воткнул в лежащий на столе дневник. Раздался вопль, словно человеческий, из дневника вытекла черная вязкая жидкость и все прекратилось.

- Полагаю, не стоит рассказывать об этом Лили, - Снейп и Гарри согласно кивнули.

*

Ночью Гарри спал плохо и проснулся рано. Повалявшись немного он понял, что заснуть снова не удастся. Войдя в гостиную, он увидел сидящего возле камина Снейпа. Тот пил кофе и смотрел на огонь.

- Чего ты встал? Рано еще, - спросил он, не поворачивая головы.

- Не спится. Вы, я смотрю, тоже не в постели.

- Я всегда рано встаю, - Северус, наконец, повернулся к Гарри. - Ты кофе хочешь?

Гарри отрицательно покачал головой. Снейп кивнул и опять уставился на огонь.

- Я собрался немного поэкспериментировать с зельями. Ты не хочешь мне помочь? Генри нравилось помогать мне в лаборатории, а ты…

- Я хочу, - неожиданно быстро, даже для самого себя, ответил Гарри.

Северус снова повернулся и улыбнулся Гарри уголками губ.

- Тогда пойдем, пока Лили спит у нас будет время.

Лаборатория была просторная, в центре стоял дубовый стол с двумя котлами. Вдоль стен располагались высокие стеллажи со всевозможными склянками, флаконами и коробочками. В банках Гарри разглядел глаза, каких-то животных, плавающие в жидкости и поморщился от неприятных ощущений. Дальше разглядывать содержимое банок ему не хотелось.

Снейп подошел к котлу и разжег под ним огонь. Затем, немного подумав, вылил в него красную жидкость из большой бутылки.

- Это вино ,- взглянув на удивленного Гарри, сказал Северус. – Я хочу, чтобы ты запомнил то, что мы будем варить.

- Я попробую, - кивнул Гарри.

Пока вино грелось, Северус отправил Гарри за ингредиентами. Название некоторых Гарри даже не знал, он понимал, что никогда не выучит всего этого.

- Ты должен смотреть очень внимательно, - Северус знал, что Гарри не сможет сварить это зелье сам, но он надеялся, что в мире Гарри Снейп владеет легиллименцией и поймет для чего оно нужно.

- Это зелье варится несколько месяцев, в случае, если не совершить ни одной ошибки. Я надеюсь, мы успеем его сварить, пока ты здесь.

После разговора с Дамблдором, Северус понял, что крестраж, который они уничтожили в Генри, продолжает жить в Гарри.

Директор нашел только два способа избавить ребенка от этой гадости, первый - зелье, после долгих проб и ошибок, наконец, сваренное Снейпом, второй… При мысли о втором Северусу становилось плохо и он решил что единственный шанс спасти Гарри - это показать ему как варится зелье, в надежде, что тот Северус сможет понять и повторить его.

Гарри резал отвратительные ингредиенты, и все больше ему казалось, что они варят какой-то яд.

- Зачем оно? - наконец спросил Гарри.

- Против темной магии, - уклончиво ответил Северус.

Дальше шли какие-то травы. От их запаха лаборатория наполнилась легким цветочным ароматом. С травами Гарри работать нравилось больше, и он с увлечением слушал комментарии Снейпа. Можно сказать, что ему даже понравилось варить это неизвестное зелье, занятие отвлекало его от мыслей о вчерашних событиях.

Спустя три часа, первая фаза была закончена, и Снейп потушил огонь под котлом.

- Продолжим через пару дней. Зелье должно настояться.

Дверь открылась и в лабораторию вошла Лили. По выражению ее лица Гарри понял, что мама очень недовольна.

- Генри, ты снова за свое! А ну марш на завтрак! Северус! Ты же взрослый человек! Поппи предупреждала вас…

Гарри подбежал к ней и поцеловал в щеку:

- Все в порядке, я сам попросился помогать, честно.

Лили скосила на него взгляд и уперла руки в бока.

-Уже иду, - рассмеялся Гарри и еще раз ее поцеловал.

Возле Большого зала, он опять встретил Рона и Драко, в этот раз Гарри знал, что они просто разговаривают, но все же чувство нереальности происходящего не покидало его.

- Где ты был? – спросил Рон, когда Гарри подошел к ним. - Я искал тебя вчера. Мы играли в квиддич, и нам не хватало ловца.

- Мы в Хогсмид ходили, а потом я был… занят… э… э… с отцом, - Гарри заметил обиженный взгляд Малфоя, но проигнорировал его.

- Ладно, я пошел, - сказал Драко и скрылся в Большом зале.

- Он хочет помириться, Генри. Хоть и не подойдет сам. Хватит уже!

Гарри не хотел общаться с Малфоем несмотря ни на что и лишь отмахнулся от Рона.

В Большом зале он по привычке занял место рядом с Гермионой.

- Привет, - поздоровался Гарри.

- Привет, - улыбнулась в ответ Гермиона.- И… спасибо за перья, - смутившись, она слегка покраснела и склонилась над тарелкой.

Вуд, сидевший недалеко, окликнул Генри и сообщил, что теперь тренировки будут проходить каждый день, после занятий.

- У нас ничья, - вставил Рон, - Мы победили Когтевран. Теперь играют Слизерин-Пуффендуй. Победа очень важна, правда, я не знаю за кого болеть, - задумчиво произнес Рон. – Ведь Драко тоже наш друг.



Глава 3


Глава 6

После завтрака Гарри с Роном вошли в спальню Гриффиндора. Гарри с удовольствием растянулся на кровати. Рон удобно расположился на своей, сев по-турецки. Он внимательно смотрел на Гарри, словно решая, сказать или нет.

- Говори уже! – не выдержал Гарри.

- Тебе она нравится?

- Кто? – удивился Гарри.

- Гермиона. Ты, последнее время, ведешь себя странно, и я подумал, может из-за нее, ты не хочешь общаться с Драко?

- Малфой тут ни причем! И, нет, она мне не нравится. В смысле, она умная и с ней интересно, но только как с другом. Понимаешь?

- Не особо.

- Ладно, забудь об этом. Вот держи – это тебе, - Гарри достал из тумбочки сладости и бросил Рону помадку. – Вчера в Хогсмиде купили, а это, - он кинул на кровать рядом с Роном сахарных тараканов. - Драко передай.

- Думаю, не стоит, Генри. Я все-таки не понимаю, почему ты…

- И не поймешь, я не хочу сейчас об этом говорить. Ладно?

Рон пожал плечами и принялся жевать лягушек. Под тихое чавканье друга Гарри заснул.

*

Неделя для Гарри выдалась сумасшедшей. Уроков учителя, словно сговорившись, задавали массу. Гарри все больше жалел, что не общается с Гермионой. Временами он думал, как без нее учится Рон? Ответ пришел сам собой. Гарри зашел в библиотеку и увидел, как Рон списывает сочинение по зельям у Драко.

После уроков его вылавливал Вуд и тянул на тренировку, бормоча, что-то про победу и кубок школы.

В Четверг Гарри, вымотанный таким ритмом, после очередной тренировки, зашел в библиотеку. Он взял несколько книг по истории магии и принялся за сочинение.

- Ты плохо выглядишь, – раздался знакомый голос, над самым ухом. Гарри повернул голову и увидел, стоявшую рядом Гермиону.

- Привет, - слабо улыбнувшись, поздоровался Гарри. – Вуд совсем озверел, словно с ума сошел, да еще задают столько, - он обвел жестом стопку учебников и начатое сочинение. – А еще нужно успеть сегодня помочь… отцу в лаборатории.

- Ну, ты мог бы, и отказаться, я, думаю, он поймет.

- Нет, это какое-то важное зелье и я хочу помочь.

- Вот, - Гермиона вздохнула и положила перед ним свой свиток. - Пиши! Но не думай, что я буду делать за тебя работу всегда!

- Я… так не думаю. Спасибо! – Гарри переписал сочинение, изредка меняя слова, чтобы не было уж слишком похоже и, посмотрев на часы, понял, что пора в лабораторию. – Мне нужно идти.

- Да, конечно, я еще посижу здесь.

Гарри дружески обнял Гермиону и побежал в подземелье.

Северус уже ждал Гарри.

- Ты не заболел? – спросил он у вошедшего Гарри и приложил руку к его лбу.

- Просто устал. Тренировки, задают много, я почти не сплю.

- Оставайся сегодня с нами. Зелье много времени на этом этапе не займет. Смотри, - Северус снял крышку с котла.

Гарри заглянул внутрь. Там было нечто напоминающее хорошо разварившуюся овсяную кашу, только непонятного бурого цвета. Гарри поморщился.

- Все так и должно быть, - не разжигая огонь под котлом, Северус достал два маленьких флакона со стеллажа. – Запоминай. Пять капель яда акромантула и три капли яда слизня. – Северус добавил их в котел. – Помешай. Они должны растворить остатки.

Гарри, помешивая, наблюдал как «овсяная каша» постепенно превращается в бурое желе.

Северус разжег огонь под котлом.

- Теперь нужно добавить десять миллилитров крови дракона и три капли крови саламандры. Запомнил?

Гарри кивнул.

- Все на сегодня.

Гарри потушил огонь и посмотрел на зелье, оно стало ярко красным. Он так устал, что едва добрался до комнат своей семьи. Сил хватило только на то, чтобы поцеловать маму и пожелать ей спокойной ночи.

Зайдя в свою комнату, Гарри развалился на кровати под звездным пологом и, наконец, заснул крепким и спокойным сном.

Последний учебный день недели пролетел быстро и почти как в тумане, Гарри опять ночевал в своей комнате, и ему это начинало нравиться.

Наконец Гарри удалось выспаться. Проснулся он поздно и на завтрак опоздал. В гостиной его ждали родители. Позавтракав с ними, Гарри пообещал, что они пойдут на матч вместе и пошел искать Рона в башню Гриффиндора. Первое, что увидел Гарри поднявшись, был Рон в зеленом шарфе.

- Вижу, ты определился за кого болеть.

- Я просто хочу поддержать Драко.

Гарри уже свыкся с мыслью, что они друзья, но все-таки вид Рона никак не укладывался в сознании Гарри и вызывал легкое раздражение одновременно с желанием расхохотаться. Видел бы Рон из его мира сейчас себя!

Уже через час они толкались, пробираясь через толпу учеников, спешащих на матч, чтобы встретиться с родителями Гарри. Наконец, увидев их возле одной из колонн в холле, друзья пробрались к ним и вместе с потоком выбрались во двор.

Стадион был полон народу. К удивлению Гарри, болельщики распределились примерно поровну. Тут и там он видел зеленые плакаты со змеем, даже несколько Гриффиндорцев сидело на трибуне Слизерина. Так что Рон в своем шарфе не особо выделялся.

Но и болельщиков Пуффендуя было не меньше.

Гарри с родителями и Рон заняли места на трибуне преподавателей и стали ожидать выхода команд. Через некоторое время Гарри увидел поднимающегося к ним Люциуса Малфоя, который как член попечительского совета пришел поболеть за сына. Он поздоровался с Лили и Северусом, окинул одобрительным взглядом Рона и, потрепав Гарри по волосам, сел рядом.

Гарри кипел внутри от возмущения и хотел уйти на другую трибуну, но тут стадион взорвался аплодисментами, и на поле вылетела команда Слизерина, на новеньких метлах.

Пуффендуйцы, вышедшие через минуту, выглядели довольно скромно на их фоне, но были явно настроены на борьбу и сорвали не меньше аплодисментов.

Раздался свисток и игра началась. Гарри наблюдал, как Слизеринцы носятся по полю, словно зеленые молнии, он понимал, что шансы Пуффендуйцев на победу слишком малы.

Вскоре Слизерин открыл счет.

- Десять – ноль, - прокомментировал Ли Джордон. – Слизерин ведет.

Гарри поднял голову вверх, высматривая Малфоя, и вскоре увидел его. Драко облетал стадион, высматривая снитч.

- Десять – десять, Пуффендуйцы не сдаются. Так держать!

Гарри мстительно улыбнулся.

В этот момент Драко, кажется, что-то заметил, он рванул вверх, затем кинулся вниз. За ним погнался ловец Пуффендуя, но метла Драко оказалась намного быстрее. У трибуны Слизерина мячик изменил направление и полетел на зрителей. Драко поймал его у самой головы испуганной Миллисенты Булстроуд.

Раздался свисток, Драко приземлился, победно вскинув снитч над головой. Раздались аплодисменты и победные крики слизеринских болельщиков. Рон кинулся обнимать Гарри, а потом вместе с остальными побежал на поле, поздравить Драко.

Гарри с родителями и крестным остались на трибуне. Северус выглядел очень довольным, и Лили улыбалась ему. Было видно, что она рада победе факультета мужа.

- Ну, что, - услышал Гарри гордый голос Люциуса, - достойный у тебя соперник?

- Да, - был вынужден признать Гарри.

- Пойдемте, поздравим его, - вмешалась в разговор Лили.

Гарри нехотя брел следом и думал, что будет усиленно тренироваться оставшиеся две недели и кубок школы Малфою не отдаст.

После игры Гарри поссорился с Роном. Тот высказал ему все, что думает о ссоре Гарри с Драко, о том, что друзья так себя не ведут и о том, что Гарри мог бы и поздравить друга, а не вести себя как напыщенный индюк, и перестал с ним разговаривать.

Гарри иногда общался с Гермионой, но это было скорее общение двух однокурсников, чем друзей. Все свободное время он теперь проводил либо на тренировках, либо в лаборатории Снейпа. Северус видел состояние Гарри и причину тоже знал, но в своих отношениях с друзьями Гарри должен был разобраться сам.

- Хочешь, я поговорю с Макгонагалл, поживешь с нами пока?

-Да. Хочу, - возвращаться каждый вечер в спальню Гриффиндора и видеть, как Рон принципиально отворачивается, у Гарри больше не было сил.

*

И вот, наконец, настал день решающего матча.

В раздевалке, как обычно, команда слушала речь Вуда.

- Двадцать очков, Генри, всего двадцать очков и пойманный тобой снитч, обеспечат нам победу и кубок школы!

Гарри решительно кивнул.

Выходя на поле, Гарри осматривал трибуны. Он увидел родителей, улыбающихся ему в знак поддержки, Гермиону, одетую в цвета команды Гриффиндора, Рона, надевшего обычную мантию. Это немного подбодрило Гарри, значит, Рон на этот раз поддерживает их обоих, и дружба не потеряна.

Раздался свисток и обе команды взмыли вверх.

Гарри кружил над полем, высматривая снитч, и заодно наблюдал за Драко. Тот делал вид, что Гарри вообще не существует.

- Да! – заорал Ли Джордан. - Десять – ноль! Анджелина сделала это!

Вскоре Гриффиндор забил еще один гол и Гарри начал охоту за снитчем. Он облетел стадион, взмыл вверх, осмотреть поле и заметил золотой мячик возле трибуны профессоров.

Гарри рванул к нему. Снитч, словно сумасшедший, то и дело менял курс: то вправо, то вверх. Драко тоже заметил золотой мячик и устремился в погоню с противоположной стороны.

А мяч, тем временем, уже летел вниз, Гарри за ним следом, скорость была огромная, болельщики замерли, повисла звенящая тишина. Гарри уже тянул руку, как вдруг снитч резко изменил направление и по диагонали полетел вверх и тут Гарри понял, что сейчас врежется в землю со всей скорости.

Кто-то схватил его за мантию и потянул вверх.

- Брось ее! – услышал Гарри и выпустил метлу из рук. На несколько секунд он повис в воздухе в паре метров от поля, но оказался слишком тяжелым для спасителя и они оба рухнули на землю.

- Снейп, ты спятил! Это же просто игра! Жить надоело?! – орал на него Малфой. Гарри понял, кто его спас.

- Э… Спасибо… Драко, - тут Гарри заметил снитч, возле уха Малфоя и не знал, что его больше интересует, орущий на него Драко или маленький золотой мячик.

Малфой, видимо, заметил направление его взгляда и резким движением руки поймал снитч и бросил его в лицо Гарри.

- Да подавись ты! Совсем идиот!

Раздался свисток, мяч поймал Драко, победил Слизерин.

Болельщики бежали на поле. Гарри увидел бледных маму и Снейпа и злого крестного. Лили кинулась к нему и стала ощупывать.

- Со мной все в порядке, - заверил ее Гарри.

Снейп подошел к Драко и обнял его, поблагодарив за спасение сына, а вскоре и вся команда Гриффиндора повторила его действия, что явно не доставляло удовольствия Драко.

- Твоя мать права, - сказал Люциус, поднимая метлу с поля. – Видимо, ты еще мал и глуп. Я подниму вопрос о замене ловца в вашей команде с директором, а пока метла побудет у меня.

Гарри чувствовал себя ужасно. Он проиграл матч, к тому же явно был неправ в отношении этого Драко и не знал, что делать дальше.

Он поднял голову и увидел протянутую руку:

- Он отойдет, испугался просто, - сказал Драко. – Я поговорю с ним позже.

- Извини, - промямлил Гарри, пожимая руку. – Я, кажется, был не прав.

- Ты всегда был болваном, - улыбнулся в ответ Драко.

- Живой! – распихивая всех, подбежал Рон и, увидев рукопожатие, бросился обнимать обоих. – Ну, наконец-то!


Глава 4


Глава 7

Гарри сидел на берегу и кидал камушки в озеро. Настроение было ужасное.

- Макгонагалл отстояла тебя, - Северус подошел и сел рядом. – Тебе запрещено тренироваться до начала следующего года. Метлу Люциус не вернет, пока не убедится, что ты набрался ума. Тебя оставили ловцом, хотя я был полностью согласен с Люциусом, – он встал и медленно пошел в замок.

От этих слов Гарри стало еще хуже. Первый раз он злился на себя. Гарри понял, что заставил переживать близких людей, подвергнув свою жизнь опасности. Лучше бы Снейп наорал на него.

- Подожди…те, - крикнул Гарри.

Северус обернулся.

- Я не хотел, чтобы вы переживали. Я не думал, что так получится.

- Ты мог разбиться! Подумал бы о нас с матерью… Хотя бы о матери!

Гарри виновато смотрел вниз, он не знал, что сказать. Никогда раньше ему не приходилось испытывать такие чувства.

- Пойдем, - Северус указал головой на замок, и Гарри поплелся следом.

У входа они встретили Драко с Люциусом. Крестный был очень недоволен.

- Отец уже сообщил тебе о решении Дамблдора?

Гарри кивнул.

- Что ж…

- Отец, - вмешался Драко. – Он уже все понял.

- Я не думал, что ты настолько безрассуден, - продолжил Люциус. – Возможно став старше, ты поумнеешь, а пока… - Драко дернул его за рукав. - Северус, пройдемся, есть разговор.

- Пойдем, - позвал Драко Гарри. – Это надолго. Ты легко отделался. Хотя, я не пойму, зачем так рисковать?

- Слишком поздно сообразил, - отмахнулся Гарри.

Они неспеша дошли до подземелий.

- Отец странно ведет себя последнее время, напряжен и злится постоянно. Ты не замечал за своим ничего подобного?- спросил Драко уже у самого кабинета Снейпа.

- Нет. А причем здесь мой отец?

- Просто спросил, - пожал плечами Драко. – Ну ладно, я пошел, - он кивнул головой в сторону Лили, которая ожидала сына у входа, и выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

Утром, войдя в гостиную, Гарри увидел родителей.

- Доброе утро, - поздоровалась Лили, увидев сына.

- Доброе, - кивнул Гарри.

- Сынок, - продолжила Лили. – Мы рады, несмотря на вчерашнее, что ты все-таки помирился с друзьями. Возможно, теперь ты захочешь вернуться в башню Гриффиндора, но мы вынуждены настаивать, чтобы ты пожил здесь еще некоторое время.

- Все в порядке, мне нравится жить здесь, - заверил ее Гарри. – Я не собираюсь возвращаться. К тому же Драко рядом, он ведь мой лучший друг. Верно? – продолжил он с притворной улыбкой. – Чем сегодня займемся? Может, прогуляемся…

- Займись уроками, - отрезал Снейп.

- Тебе не стоит сейчас покидать замок, сынок.

- Но почему?

- Ты наказан, - ядовито вставил Снейп.

- Но меня уже наказали и я…

- Ты слышал, что я сказал! Отправляйся на завтрак, а потом за уроки!

Гарри со злостью хлопнул дверью. По дороге в Большой зал его догнал Драко.

- Сильно досталось? – спросил он.

- Запретили выходить из замка. Хорошо хоть в комнате не заперли, - огрызнулся Гарри.

Возле Большого зала они встретили Рона и пошли втроем. Рон был рад, что трио воссоединилось. Гарри сел на уже привычное место, рядом с Гермионой.

- Помирились наконец? – спросила она, отпивая сок.

- Да, - кивнул Гарри.

- Твой вчерашний поступок был абсолютно глупым… Я испугалась, - немного помедлив, добавила она.

Гарри с тяжелым вздохом виновато пожал плечами.

В зал влетели почтовые совы. Гарри заметил как одна из них села на преподавательский стол и отдала письмо Северусу и Лили, уже занявшими свои места, а затем, пролетая над столом Слизерина, бросила письмо Драко в тарелку.

Гарри смотрел то на Малфоя, то на родителей. Драко прочитал и побледнел. Северус и Лили лишь кивнули ему и продолжили завтрак.

- Что случилось? – спросил Гарри, выходя из Большого зала.

- Я остаюсь здесь на каникулы, - коротко ответил Малфой. – Буду жить с вами.

- Это же хорошо, - обрадовался Рон. – Я тоже останусь, будет весело.

- Н-да, уверен в этом.

По тени на лице Драко Гарри понял, что он что-то недоговаривает.

*

Учебная неделя проходила спокойно, тренировок больше не было, появилось больше времени для занятий и общения с друзьями. Гарри начал привыкать к общению с Драко. Без Кребба и Гойла он уже не казался таким мерзким хорьком как раньше.

С Гермионой отношения тоже налаживались. Они часто вместе сидели в библиотеке, обсуждая очередное сочинение. Гарри казалось этого мало, но он был рад и такому общению с подругой.

Вместе со Снейпом они все еще варили это странное зелье.

- Вам плохо? – спросил Гарри, заметив как Северус, чуть не просыпал нужный ингредиент мимо котла.

- Нет. С чего ты взял?

- Мы можем продолжить позже.

- Осталось совсем немного, - Северус указал на оставшиеся ингредиенты. – Продолжай. Я проконтролирую процесс, - он устало опустился на стул.

Когда Гарри закончил, Снейп потушил огонь под котлом и выпроводил Гарри из лаборатории.

Гарри стал откровенно переживать за здоровье приемного отца, когда на уроке Зельеваренья, прохаживаясь между рядов и проверяя работы студентов, он вдруг побледнел и чуть не опрокинул котел Драко. Сделав вид, что ничего не произошло, он привычно похлопал Малфоя по плечу и, вернувшись на свое место, сел за стол.

- С ним что-то происходит, - прошептал Гарри на ухо Драко. – А он делает вид, что все в порядке.

- А то ты не знаешь , что происходит, - отмахнулся Драко.

- Что? – не понял Гарри.

- Потом, - Драко поймал строгий взгляд профессора и склонился над котлом.

После уроков Гарри поймал Драко, на пути в подземелья.

- Ты что-то знаешь?

- Не будь дураком! Ты не хуже меня знаешь это!

- Что? Ты сейчас же мне все объяснишь!

- С твоим отцом происходит то же самое, что и с моим, поэтому меня оставляют здесь на лето. Ты не понимаешь? Или прикидываешься?

- Да что происходит?! – не выдержал Гарри.

- ОН набирает силу. Мой отец чувствует это, так же как и твой. Метка. Не будь болваном! Отец не знает чего ждать, если ОН вернется, поэтому и запер меня здесь…

Драко не успел договорить. Гарри понял, о чем он. Глаза его расширились от ужаса, и он рванул к родителям. «Этого не может быть! Снейп – пожиратель! Мама не могла выйти за пожирателя…» - мелькало в голове у Гарри, пока он бежал.

Гарри открыл дверь и застыл на пороге гостиной. На диване сидел Снейп, на его лице застыла гримаса боли, рукав левой руки был закатан, и Лили наносила какую-то мазь не его предплечье.

Метка! В глазах Гарри ужас сменился гневом

- Ты! Ты!- выкрикивал он. – Как ты мог?! – от злости у Гарри потемнело в глазах. Он был готов обвинить Снейпа в чем угодно и первое, что пришло в голову. – Это все из-за тебя! Ты виноват в гибели от… - Гарри взглянул на мать. – Джеймса! А ты? Как ты могла выйти за пожирателя?

Он не мог в это поверить, сложившийся и казавшийся, таким правильным мир, рушился на глазах. Гарри развернулся и, хлопнув дверью, со всех ног бросился в башню Гриффиндора.

Скрепя зубами, Северус поднялся и пошел к выходу.

- Северус, не надо… я сама, - Лили перегородила ему дорогу. – Я… я ничего не говорила ему про Джеймса, - Лили говорила так быстро, что Северус едва мог понять смысл ее слов. – Я не знаю, почему он так сказал. Я сама с ним поговорю.

- Все в порядке, Лили, - он осторожно подвинул ее в сторону. – Жди нас здесь.

Гарри вбежал в спальню.

- Что случилось? – увидев состояние друга, спросил Рон.

- Как она могла? – кричал Гарри. - Как могла выйти замуж за пожирателя?

Рон не успел понять сказанного, как услышал.

- Вон! – прорычал Снейп и Рон поспешил покинуть спальню.

- Ты не смеешь оскорблять мать! – Северус с яростью захлопнул дверь и наложил заглушающее и запирающее заклятия.

- Она мне не мать! Моя мама погибла, защищая меня!

- Ты хочешь, чтобы Лили погибла?

- Нет! – выкрикнул Гарри в лицо Снейпу. – Она предала его! Предала отца! Не подходи ко мне! Я хочу вернуться домой!

- Думаю, твое желание скоро исполнится, - Снейп навис над Гарри, угрожающе глядя прямо в глаза. – Ты хочешь знать правду? Что ж слушай! Лили не предавала Поттера. Она любила его больше жизни, так же как и тебя любит. Лорд не убил ее просто потому… потому, что его об этом умолял я. Да! Я всегда любил твою мать! Лорд решил, что я буду более верным слугой, если он … подарит мне игрушку. Лили не отошла от тебя, он просто сковал ее и отбросил в сторону.

Гарри с ужасом смотрел на Снейпа, он ненавидел его сейчас больше всего на свете.

- Когда я узнал, что Лорд охотится на Поттеров,- продолжил Снейп. – Я отказался ему служить и стал шпионом Дамблдора для того, чтобы сохранить вам жизнь. Но их предали. Поттер даже Лили не сказал, кто был хранителем тайны. Ты хочешь знать, почему Лили согласилась сделать Люциуса твоим крестным?- шипел Снейп в лицо Гарри. – А ты не задавал вопрос своему дорогому Уизли, почему вы познакомились только в поезде, а не дружили с детства, как с Драко? Да потому что ваше хваленое Гриффиндорство: дружба, честь и верность – сплошной бред! Все отказались от нее! Как же – вышла замуж за пожирателя! Предала Джеймса! Никто из твоих любимых Гриффиндорцев не общался с ней! Всем было плевать на ее состояние!

- Это ложь! – кричал Гарри.

- Ложь? Можешь спросить у Уизли. А семья твоего крестного приняла ее. Пусть из корыстных целей. Я был приближен к Дамблдору, и это было выгодно Малфоям, но они приняли ее. Нарцисса, не Молли, отпаивала ее чаем после встреч с бывшими друзьями. И да, Люциус мог подтвердить Лорду, если он вернется, что ты действительно мой сын! Это единственное, что может сохранить вам жизнь, - Снейп закончил и, наконец, выдохнул. – Ты можешь продолжать ненавидеть меня, ведь это то, чем ты занимался последние три года, но я не позволю тебе оскорблять Лили!

- Ты собираешься вернуться к нему? – с ужасом спросил Гарри.

- Как шпион Дамблдора. У всего в жизни есть цена и это не слишком высокая за счастье быть с вами.

Глаза Гарри на мгновение расширились, он понял, что только что сказал Снейп и что это не оговорка. Он дейстительно любит их обоих.

- Прости… - Гарри не понимал, что чувствует, все смешалось, мир казался перевернутым, неправильным, не его. И только этот человек, его приемный отец, был живым и, казалось, самым надежным. – Прости, - повторил Гарри.

- Будешь у матери прощения просить,- огрызнулся Снейп. – Я тебе не отец, ты неоднократно указывал на это и…

- Отец, - почти шепотом произнес Гарри. Он почувствовал, что к глазам подступают слезы и губы начинают предательски дрожать. – Прости, - повторил он.

- Глупый, глупый ребенок, - Северус прижал его к себе и Гарри не сдержал эмоций. Слезы все-таки полились сами собой.

- Я врал тебе, - всхлипывая, признался Гарри.

- В чем?

- Я не хочу возвращаться, здесь у меня есть семья.

Северус вздохнул и крепче прижал его к себе.

*

Лили не выдержала и через пару минут побежала за Северусом. По пути она чуть не сбила с ног Макгонагалл.

- Профессор Снейп! Лили! Мерлин, что случилось?

- Северус там с Генри! Мне нужно бежать, Минерва, извините.

- И что с того? Северус его отец.

- Он… он обвинил его в гибели Джеймса!

- Мерлин! Где они?

- Они в нашей спальне, – почти выкрикнул, искавший Лили, Рон. – Генри… он не в себе.

Макгонагалл с Лили бросились туда. Взломав двери, они замерли на пороге.

- Мама, прости меня, - оторвав голову от плеча Снейпа, все еще всхлипывая, произнес Гарри.

- Все в порядке, сынок, - Лили подошла и обняла обоих.

*

Следующие две недели Гарри провел в ожидании кошмара. Он видел, что Снейпу становится хуже, пару раз отменяли Зелья и тогда он со всех ног бросался в подземелья и заставал там уже знакомую картину. Несколько раз он сам мазал мазью метку на руке отца.

- Как ты поймешь, если Волдеморт вернется?

- Поверь, я этого не пропущу, - ответ не внушил Гарри оптимизма.

Они не прекращали варить зелье.

После уроков, Гарри старался больше времени проводить с родителями.

И вот в начале третьей недели Гарри проснулся от очередного кошмара. Он вскочил с кровати и пошел в комнату к родителям. Долго стучал, пока не понял, что там никого нет.

Гарри понял – это случилось, ужас и страх охватил его. Наскоро накинув мантию, он побежал к единственному человеку, который мог помочь, к Дамблдору.

Горгулья пропустила его без пароля, Гарри бежал по ступенькам быстрее, чем они двигались. Дверь наверху оказалась приоткрыта, и Гарри влетел в кабинет.

- Профессор, помогите! – выкрикнул Гарри и осекся.

В кресле перед директором сидел Снейп с совершенно серым, словно неживым, лицом. Возле него стояла Лили, ее пальцы крепко сжимали запястье мужа, лицо напоминало маску и лишь по дрожи крепко сжатых пальцев, было понятно ее состояние.

Гарри понял, она держит руку на рукаве, не давая отцу прикоснуться к метке.

- Что. Ты. Тут. Делаешь?- процедил Снейп.

- Он вернулся?! Вас не было, и я все понял…

- Возвращайся в спальню, немедленно!

- Генри, пожалуйста. Сейчас не время. Я потом тебе все объясню, - слегка дрожащим голосом сказала Лили.

- Я не уйду! – решительно отрезал Гарри. – Отец! Ты... Нет, ты не должен! Пожалуйста!

Северус не ответил, лишь прикрыл глаза.

- Пора, Северус, - словно виноватым тоном произнес Дамблдор.

Лили наклонилась к нему и поцеловала в щеку, - Пожалуйста… - она не договорила и отвернулась, отпуская запястье.

Северус встал. Гарри бросился к нему и обнял.

- Обещай, что вернешься!

- Обещаю, Генри, - Северус похлопал его по плечу.

- Нет, - замотал головой Гарри. – Обещай это мне.

Северус наклонился к его уху, - Я вернусь, Гарри, – он отпустил сына, разорвал рукав и прикоснувшись к метке, трансгрессировал.

Утром на завтраке Дамблдор объявил, что Волдеморт вернулся.

Гарри с Драко переглянулись и поняли друг друга без слов. Драко что- то написал и вручил письмо прилетевшей сове. Оба так ничего и не съели.

Зелья в этот день отменили и в последующие два тоже.

Отец не вернулся, Люциус тоже, Драко получал письма от матери несколько раз в день.

В пятницу Гарри с Драко сидели на подоконнике, читая очередное письмо Нарциссы. Мимо шли двое старшекурсников.

- Нумерологию тоже отменили, - услышал Гарри.

- Странно все это, ты не находишь?

Гарри побледнел. Он вскочил и со всех ног побежал в подземелья.

Мама сидела в любимом кресле отца и плакала.

Гарри показалось, что сердце перестает биться, он подошел и опустился на пол возле нее.

- Мама…

- Люциус вернулся, Нарцисса сообщила, через камин.

- Отец?

- Нет.

- Нужно спросить, где он! Крестный должен знать!

- Он едва жив.

-Но папа? Он же не мог…

Лили обняла сына.

- Я не знаю, Генри. Видишь ли, папа не такой ,как Люциус…

- Я все знаю. Он рассказал мне тогда.

- Что все?

Гарри не хотел доставлять ей сейчас еще больше беспокойства.

- Что он шпион Дамблдора и делает это ради нас.

В камине вспыхнуло зеленое пламя.

- Лили, Генри, я жду вас у себя, - послышался голос Дамблдора.

Лили вытерла слезы, ее лицо вновь стало непроницаемым. Она зачерпнула горсть летучего пороха и взяла сына за руку.

Гарри выпал из камина в кабинете Дамблдора, за ним вышла Лили. Перед ними в кресле сидел, измученный, со следами пыток на лице, но живой, Снейп. Он очень слабо улыбнулся им. Гарри показалось, что он на грани сознания.

- Папа! – Гарри обнял его.

- Северус! – Лили аккуратно поцеловала в щеку. – Живой!

Северус встал и слегка пошатнулся.

- Срочно в больничное крыло! Я приготовлю комнату и вернусь за тобой. Остальное потом, - она еще раз поцеловала мужа и исчезла в зеленом пламени.

- Папа, - повторил Гарри.

Северус медленно поднял руку и погладил Гарри по голове.

- Запомни, Гарри, любовь, порой, бывает сильнее любого проклятья, - задумчиво произнес Дамблдор.

- А слезы любящих тебя людей сильнее любой даже самой темной магии, - закончил Снейп.

Гарри не особо слушал их. Очередные загадки казались ему сейчас абсолютно лишними. Он был искренне рад, что отец жив, и больше его ничего не волновало. Гарри чувствовал себя абсолютно счастливым, он вновь обрел семью, ни Дамблдор , ни Волдеморт сейчас не волновали его.

Взгляд Гарри случайно наткнулся на знакомое зеркало, странно, когда он был здесь последний раз, зеркала не было. Гарри стало интересно, что на этот раз он увидит в нем.

Он подошел и… в глазах потемнело.


Глава 5


Глава 8

Генри открыл глаза, над ним склонился Северус, Дамблдор стоял немного в стороне.

- Папа, что с тобой? – он сел, с ужасом глядя на отца.

Сердце Северуса замерло. Случилось то, чего он ждал и боялся последние два месяца – его сын вернулся. Если он был в мире Гарри, то все знает.

- Генри, где ты был? – как можно более спокойным тоном спросил Северус.

Генри смотрел на него, словно не понимая, о чем он спрашивает.

- Папа, мы пришли сюда пять минут назад, - Генри потер виски, голова немного кружилась. – Я увидел в зеркале себя … э… с разбитой головой, - немного посидев, он попытался вспомнить, что было дальше, а затем продолжил. – Я пригляделся и понял, что это не я, то есть я, но другой… Сложно объяснить. Я будто слышал его мысли, понимаешь? Папа, его родители погибли, и он так злился на тебя… Мне стало жаль его. Я захотел показать какой ты на самом деле. Ты ведь не оставил бы его по собственной воле. И когда я об этом подумал… Мне стало плохо и…

- Прошло два месяца, Генри.

-Что?!

- Ты впустил его в свое тело. Но где все это время был ты?

- Я… не знаю… папа, это последнее, что я помню. Ты скажешь, что с тобой или нет?

- Я все объясню тебе, - вмешался Дамблдор, поднимая Генри. – Северусу нужен покой.

В камине вновь вспыхнуло зеленое пламя, и из него вышла Лили.

- Все готово, дорогой.

Северус посмотрел на Генри.

- Мы поговорим об этом позже, - на душе у него стало легче, его сын вернулся, он не знает правды, Волдеморт верит ему, а значит его семье по-прежнему ничего не угрожает. С остальным он справится.

- Я люблю тебя, сынок.

- И я тебя, папа, - Генри подошел и обнял его.

*

Гарри очнулся. Над ним склонился испуганный Дамблдор, Снейп стоял в стороне, скрестив руки на груди, со скептическим выражением лица. Директор помог Гарри сесть. Перед глазами у него все плыло, голова раскалывалась. Гарри обернулся и взглянул в зеркало, где увидел, только собственное отражение. Гарри поднялся на ноги.

- Пап, - сказал он, обращаясь к Снейпу, - только не говори маме, что я опять грохнулся в обморок. Она ведь больше не пустит меня в лабораторию.

Голова еще кружилась, и он уткнулся лбом в плечо отца. Снейп отшатнулся. За секунды в го глазах изумление сменилось подозрением и, наконец, гневом. Гарри решил, что отцу плохо.

- Пап, тебе лучше присесть, пока мама не вернется.

- Поттер! – голос Снейпа так и сочился ядом.

Гарри отскочил, будто его ударили по лицу.

- Что вы себе позволяете? Или вы решили избежать наказания, прикинувшись сумасшедшим?

- Проф… Профессор Снейп? – дрожащим голосом произнес Гарри.

- Я не собираюсь играть в ваши игры, Поттер, - шипел Снейп. – Или вы настолько убеждены в собственной исключительности, что падаете в восторженный обморок от вида собственного отражения?

Гарри попятился назад к зеркалу, с ужасом глядя на Снейпа, но Дамблдор остановил его.

-Присядь, пожалуйста, Гарри, - директор взял его за руку, а другой указал на уже знакомое кресло.

- Нет, вы не понимаете, - Гарри попытался высвободить руку.

Дамблдор строго посмотрел ему в глаза, а потом вдруг разжал пальцы.

- Гарри… Гарри. Я же просил тебя.

- Вы же не хотите сказать, директор, что Поттер избежит наказания, только потому, что шлепнулся в обморок?

- Северус, - Дамблдор тяжело вздохнул и сел за стол. – Одно присутствие его здесь, превышает любое возможное наказание.

Снейп грубо усадил Гарри в кресло и злобно уставился прямо в глаза. Шрам вспыхнул болью, Гарри схватился за голову. Перед его глазами замелькали картинки, сменяя одна другую, его жизни последних двух месяцев.

Когда он увидел, как первый раз назвал Снейпа отцом, в груди что-то защемило и отдало жаром во всем теле.

- Хватит!- выкрикнул он, толкая Снейпа.

Северус, похоже, этого не ожидал и отступил назад.

- Вы не имеете права! Я не позволял вам делать этого!

На миг маска слетела с лица профессора, и Гарри показалось, что он побледнел, но уже в следующую секунду выражение его лица стало обычным. Снейп швырнул на стол директору карту Мародеров.

- Потрудитесь объяснить, что это! И не думайте, что я намерен вытирать вам сопли из-за этих бредней!

- Я думаю, Северус, мы отдадим этот пергамент профессору Люпину. Хотя я предполагаю – это просто шутка из «Зонко». Да, Гарри?

- Да, Рон подарил.

- Как пожелаете, директор, - Снейп резко развернулся и покинул кабинет.

Гарри заметил, что проходя мимо зеркала, Снейп взглянул в него. Дверь хлопнула, и Гарри остался вдвоем с Дамблдором. Сердце его наполнялось болью и тоской, все чего он хотел – это снова хоть мельком увидеть маму. Потерять ее во второй раз оказалось намного больнее, чем Гарри мог предположить.

- Прости меня, Гарри. Это я виноват, я собирался перенести зеркало из Хогвартса, но задержал его у себя в кабинете, буквально на пару дней. Я не предполагал, что профессор Снейп приведет тебя сюда.

Гарри не хотелось говорить, он лишь кивнул головой.

- Я пойду, профессор.

- Гарри…

- Я справлюсь.

- Что ж… Иди, Гарри. Я надеюсь, ты больше не будешь покидать пределы школы, скрываясь под мантией-невидимкой. Сириус Блэк, Гарри, уже проник сюда однажды, не стоит подвергать свою жизнь лишней опасности.

Гарри согласно кивнул и, выйдя из кабинета, медленно пошел в башню Гриффиндора. Пока он шел, мимо него проходили студенты, они смеялись, разговаривали, наслаждаясь выходным днем, забавляясь вредилками из «Зонко», но Гарри словно ничего не видел. Всю дорогу он убеждал себя, что ему снится очередной кошмар и скоро он обязательно проснется в своей комнате, в уже ставших родными подземельях, а потом они с мамой обязательно навестят отца в больничном крыле и все будет хорошо.

Гарри поднялся в свою спальню и лег на кровать. Он никого не хотел ни видеть, ни слышать. Из гостиной поднялся Рон и сел рядом.

- Гарри, что с тобой? Что Снейп наговорил Дамблдору? Мы с Гермионой сейчас же пойдем к нему и скажем, что Малфой врет, а пергамент просто обзывает всех, кто до него дотронется. Мы скажем, что купили его в «Зонко» для тебя.

Гарри смотрел на Рона, точнее, сквозь Рона, будто тот - привидение. Затем прикрыл глаза, словно спит и накрыл голову подушкой. Рон посидел еще пару минут, затем, решив, что Гарри хотят исключить, побежал вниз за Гермионой, и они направились к директору.

Через полчаса довольный Рон сообщил Гарри, что тот останется в школе, но должного эффекта известие не произвело. На вопросы Гарри не отвечал, ему казалось, что кошмар вот-вот закончится, нужно только проснуться.

На завтрак Рон так и не дозвался друга. Через несколько минут после его ухода, Гарри услышал, что в комнату кто-то зашел, почувствовал, как с него сдернули одеяло и убрали подушку с головы. Затем он ощутил легкое покалывание во всем теле от диагностического заклинания, такого же, как было в колене, когда Снейп лечил его.

Кто-то сильный поднял его на руки и куда-то понес. «Папа», - промелькнула надежда у него в голове. – «Получилось. Сейчас он отнесет меня в подземелья, напоит своими отвратительными зельями, а потом – пусть хоть на все лето запрут в комнате». Гарри прислонился щекой к плечу, но вместо мягкой мантии отца, ощутил грубую ткань пиджака. Разочарование было слишком тяжелым.

Люпин отнес Гарри в больничное крыло. Мадам Помфри хлопотала над ним целый день, но без особых результатов. Гарри лежал на кровати, неотрывно глядя в потолок. Посещение друзей не приносило результатов, и медик запретила тревожить его до выздоровления.

За окнами темнело, и на стенах вспыхнули факелы. Гарри услышал, как в больничное крыло кто-то зашел. Он прикрыл глаза, делая вид, что спит. Гарри услышал шорох манки возле своей кровати, кто-то присел на стул рядом и проверил сладости на тумбочки.

- Я знаю, ты не спишь, Гарри, - услышал он голос Дамблдора.

- Профессор… - Гарри открыл глаза и снова уставился в потолок.

- Я понимаю твои чувства, но…

- Нет, не понимаете, никто ни понимает.

- Гарри, выслушай меня. Этого не должно было произойти. Зеркало может показать заветное желание, но не перенести тебя.

- Я не желал увидеть Снейпа, вместо отца.

- Профессора Снейпа, - поправил Дамблдор. – Возможно, ты хотел…

- Я хотел увидеть свою семью, хоть немного побыть счастливым. И я был счастлив там.

- Возможно, это произошло, потому что ты не поверил зеркалу. Ты был первым человеком, который не поверил отражению, и оно перенесло тебя туда. Я не могу точно ответить на этот вопрос. Но, Гарри, я вынужден во второй раз просить тебя, не искать больше его. Вчера зеркало перенесли из Хогвартса. Я хочу, чтобы ты прожил свою жизнь, а не искал всю жизнь возможность вновь попасть в чужую.

- Скажите, если бы… если бы мама осталась жива, вы бы…

- Гарри, я не знаю ответа. Все произошло, так как произошло. Это тяжело принять, но чем быстрее ты это поймешь, тем будет лучше. Не гоняйся за мечтами, живи реальностью.

- Мой отец… мой приемный отец, совсем другой человек, не такой как… Снейп ведь не любил маму. Верно? Радовался, когда родители погибли. Упивался ненавистью к отцу! Он ведь и сейчас жалеет, что я остался жив.

- Гарри, Северус с Джеймсом действительно недолюбливали друг друга, но все это осталось в далеком прошлом, поверь мне.

- Мне нужно побыть одному, профессор.

- Посмотри, - директор обвел рукой сладости на тумбочки. – У тебя много друзей, они беспокоятся за тебя.

- Со мной все будет в порядке, - Гарри снова прикрыл глаза.

- Отдыхай. Я попрошу мадам Помфри дать тебе зелье сна без сновидений, чтобы ты смог выспаться, с этими словами директор поднялся и направился к выходу.

Мадам Помфри разбудила Гарри, когда солнце уже поднялось достаточно высоко.

- Как вы себя чувствуете, мистер Поттер? Я принесла вам завтрак. Ваши друзья мисс Грейнджер и мистер Уизли уже полчаса стоят под дверью.

- Со мной все в порядке. Я могу их увидеть?

- Только после завтрака. Хотела бы я знать, что послужило причиной столь глубокого психологического истощения.

Гарри сжал зубы, тяжело вздохнул и потянулся за тарелкой с овсяной кашей. Он решил никому больше не рассказывать о произошедшем.

- Что с тобой случилось? Мы так переживали. Дамблдор сказал нам, что не собирается отчислять тебя. Мы думали причина в этом. Гарри, это из-за Снейпа? Что он тебе сделал? – практически со слезами на глазах тараторила Гермиона, сжимая в руке небольшой клочок пергамента.

- Со мной все в порядке. Давайте не будем сейчас об этом, может позже… Снейп здесь ни при чем. Что это у тебя в руке?

- Это? Я не уверена, что сейчас стоит об этом говорить.

- Она получила его, когда мы шли сюда. Это от Хагрида, Гарри. Клювокрыла казнят на закате.

Гермиона все-таки расплакалась.

Гарри уже и забыл об этих событиях.

- Все этот чертов Малфой! – прошипел Рон.

- Мы должны быть с Хагридом, - решительно заявил Гарри.

К обеду мадам Помфри еще раз обследовала его и разрешила покинуть больничное крыло.

Гарри сам не знал, зачем спустился в подземелья, наверное, для того, что бы лишний раз убедиться, что окончательно вернулся в свой мир.

- Веритасерум, - произнес Гарри напротив кабинета Снейпа. Естественно дверь не поддалась. Гарри понурил голову и побрел к лестнице ведущей наверх.

Тусклый свет подземелий плохо освещал пространство вокруг, а в нише за одной из колонн вообще стояла кромешная тьма. Именно оттуда, проходя мимо, он услышал странный звук, похожий на всхлип.

- Люмос, - пошептал Гарри и зашел за колонну. – Драко? – позвал он, увидев сидящего на корточках, склонившего голову Малфоя.

- Поттер?! – прошипел он в ответ. – Какого… ты здесь делаешь?

Что-то изменилось в отношении Гарри к Малфою. Буквально вчера он был другом. И Гарри просто не мог испытывать былой ненависти, хотя этот Малфой определенно ее заслуживал.

- Я могу…

- Что тебе нужно Поттер? Проваливай! И не вздумай никому сказать…

- Я хочу помочь, - перебил его Гарри.

- Пошел ты! Помоги своему придурку-лесничему.

От этих его слов, гнев вскипел внутри Гарри.

«Какого черта я вообще здесь делаю?» - подумал Гарри. – Он уже развернулся, чтобы уйти, как услышал.

- Я не убийца, ясно?!

- Это ты о Клювокрыле?

- Да не хотел я, чтобы эту тварь убили. Думал, сменят преподавателя и все.

Немного подумав, Гарри протянул руку, - Я думаю, ты сможешь сделать правильные выводы из всего этого, - передразнивая слова Малфоя, произнесенные три года назад в поезде, сказал Гарри.

- Только попробуй кому-то рассказать, - немного подумав, Драко пожал протянутую руку.

- Да, я думаю, не стоит.

- Я не смогу ничего изменить.

Гарри с горечью кивнул.

К вечеру Гарри с Роном и Гермионой направились к Хагриду. Великан впустил их в дом, глаза его были мокрыми от слез. Гарри было так жаль его, но ничем помочь он не мог. Хагрид вернул Рону крысу. Он нашел ее в банке с крупой. Взглянув в окно, Хагрид увидел приближающихся Дамблдора, палача и какого-то чиновника из министерства и выпроводил друзей через заднюю дверь.

Ребята молча возвращались в замок, всем было жаль Клювокрыла и Хагрида. Первым не выдержал Рон.

- Я прибью этого хорька, раз Клювик не сделал этого!

Гарри посмотрел на Рона, последнее время он только и слышал от него «Помирись с Драко, помирись с Драко» и сейчас было немного странно снова слышать ненависть в его словах, хотя, Гарри понимал – Рон прав.

- Клювика это не вернет, - ответил Гарри.

Вдруг крыса соскочила с плеча Рона, он едва успел поймать ее, прежде чем та шмякнулась на землю. В следующую секунду, что-то огромное черное схватило Рона за ногу и потащило к Гремучей иве. Перепуганные Гарри с Гермионой побежали за ним. Они успели заметить, как Рон исчезает в проходе между корней. Друзья бросились следом и вскоре очутились в Визжащей хижине.

Они нашли Рона в одной из комнат. Он лежал на чем-то отдаленно напоминающем кровать. Штанина разодрана в клочья, нога истекала кровью, но стонал он скорее от страха, чем от боли. Гарри рванул к другу.

- Стой! – выкрикнул Рон. – Это не пес! Он анимаг! Бегите отсюда!

Гарри обернулся, перед ним стоял Сириус Блэк. Вид у него был ужасный, казалось, он уже давно решился рассудка. Блэк захлопнул дверь за Гермионой и направил палочку Рона на ее хозяина. Он выкрикивал совершенно бессвязные слова, грозился кого-то убить, постоянно целясь палочкой непонятно куда.

Гарри уличил момент, когда Блэк отвернулся, выхватил свою палочку и…

- Экспеллиармус! – выкрикнул распахнувший дверь Люпин.

Палочка Гарри вылетела из рук и оказалась у Люпина. Он закрыл дверь и подошел к Блэку.

Гарри перестал понимать происходящее. Люпин – предатель? Но как это могло быть? Это никак не укладывалось в голове у Гарри.

Римус обнял Сириуса как старого друга.

Все! Гарри решил – это конец.

В следующий миг дверь сорвало с петель. В дверном проеме стоял Снейп. Он обвел палочкой всех присутствующих и направил ее в грудь Блэка. Тот засмеялся, как-то страшно, словно не по-человечески.

- Северус, ты все неправильно понял, - попытался вставить Римус. – Дай объяснить.

- Заткнись, оборотень. Вы оба еще живы только потому, что дементоры истосковались по пище. Министр жаловался, что в последнее время они очень голодны. Что ж, отличный ужин их ждет! Как полагаешь?

Гарри облегченно выдохнул. Кажется, Снейп их спас. Снейп их спас?

- Экспеллиармус! – услышал он заклятие Люпина.

Что-то щелкнуло у него в голове.

- Отец! – Гарри бросился вперед, чтобы оттолкнуть Снейпа. Но не успел и сам попал под заклятье.

- Поттер?! – Снейп успел поймать его и поставить на ноги.

- Гарри!

- Короста! – Рон успел крепко схватить крысу, которая в этот момент укусила его за палец и бросилась бежать.

- Ты умнее, чем я предполагал, Гарри, - произнес слегка побледневший Блэк. Его лицо вдруг приобрело вид здравомыслящего человека. – Но я думаю, называть меня крестным, будет вполне достаточно. Римус направлял палочку не на меня, не переживай. Держи-ка крепче свою крысу, малой, - сказал он, обращаясь к Рону. – Только положи на кровать.

Рон почему-то послушался.

Алая вспышка, вылетевшая из палочки в руке Блэка, угодила крысе прямо в голову и… крыса начала расти и превращаться в человека.

- Представляю вам, - указывая рукой на сидевшего рядом с Роном человека, сказал Люпин возвращая палочку Гарри.

Рон смотрел на него ошарашенными глазами и все еще крепко держал за ногу.

- Петтигрю! – Гарри еще никогда не слышал столько презрения и ненависти в голосе Снейпа.

Со следующим взмахом его палочки, тело Петтигрю обвили веревки, и он словно прилип к кровати.

- Объясняй! – Снейп снова перевел палочку на Блэка.

Разговор был долгим.

Гарри не мог поверить в услышанное. Люпин не сводил палочки с Петтигрю. Гермиона пыталась залечить ногу Рону, но без особых результатов.

- Его нельзя убивать, - в конце концов, заявил Снейп. – Необходимо предъявить его министру живым.

Процессия направилась в замок. Уже в туннели к Гарри подошел Северус, оглянувшись и убедившись, что их никто не слышит, он заговорил.

- Перестаньте называть меня отцом, Поттер! Я не потерплю этого. В этот раз недоумок Блэк решил, что вы обращаетесь к нему, следующего раза быть не должно. Вам ясно?

- Да, сэр, больше этого не повторится, - сердце Гарри обливалось кровью от горя и обиды. Всего на мгновение он поверил, что его приемный отец попал в этот мир, когда Снейп взглянул в зеркало.

- Не смей снимать баллы с моего крестника, Снейп – услышали они насмешливый голос Блэка. – Иначе будешь иметь дело со мной.

- Стоило бы, - огрызнулся Снейп и пошел вперед.

Блэк догнал Гарри и предложил пожить у него на каникулах. Конечно, Гарри согласился. Он очень хотел иметь семью и ужасно не хотел возвращаться к Дурслям.

Когда они вышли из туннеля, Гарри показалось на улице необыкновенно светло, хотя должна была уже опуститься ночь. Гарри поднял глаза – в небе светила полная луна.

Раздался громкий крик Гермионы. Гарри обернулся. Люпин согнулся, руки и лицо его начали обрастать шерстью, - Бегите!- прохрипел он.

Снейп оттолкнул детей назад и заслонил собой. Огромный черный пес бросился на оборотня и потащил в сторону. Воспользовавшись паникой, Петтигрю успел обратиться в крысу и сбежать.

Гарри выскочил из-за спины Снейпа и бросился на помощь крестному. Северус не успел остановить его.

Когда Гарри нашел Сириуса, тот был без сознания. Гарри не знал чем помочь, оставалось только вернуться и позвать Снейпа. И тут Гарри стало страшно и холодно, все воспоминания вдруг исчезли. Дементоров было слишком много. Они кружили над ними, постепенно сжимая кольцо. Гарри пытался вспомнить маму, но в голове слышался лишь ужасный крик.

- Проследите за своим другом, мисс Грейнджер. Когда я вернусь, вы оба должны быть здесь. Вам ясно?

Гермиона кивнула и склонилась над больной ногой Рона.

Северус нашел Гарри с Блэком возле озера. Оба были без сознания. Он водрузил их на наколдованный носилки, и поспешил вернуться в замок.

Гарри открыл глаза в больничном крыле. Гермиона сидела рядом заменяя холодное полотенце у него на голове. Рон лежал на соседней кровати. Снейп и Дамблдор стояли поодаль, о чем-то разговаривая.

- Профессор Дамблдор, - позвал Гарри. – Сириус невиновен.

- Да, Гарри, профессор Снейп сообщил мне о произошедшем. Но ведь Петтигрю сбежал. У нас нет доказательств. Министр не поверит словам детей. Блэк сильный волшебник и вполне мог заколдовать вас.

- А профессор Снейп?! – Гарри привстал с постели и тут же рухнул обратно. В голову будто впились тысячи игл, тело совершенно не слушалось. – Вы дадите показания, профессор? - едва слышно принес он.

- Я боюсь, Гарри, показания Северуса, в этом случае, не будут иметь большой силы.

Снейп непроизвольно коснулся предплечья левой руки и Гарри понял, в чем дело.

- Но мы должны, что-то сделать! Там был кто-то еще, - вдруг вспомнил Гарри. – Он нас спас от дементоров! Патронус. Он послал патронус – олень, только без рогов, - Гарри почувствовал, ч то снова теряет сознание.

- Лежи спокойно, - приказала Гермиона, прикладывая к его голове холодное полотенце. – И это называется лань! – профессорским тоном продолжила она.

Гарри немного пришел в себя.

-Лань так лань, неважно, возможно, он видел Петтигрю, мы должны найти его!

- Когда я нашел вас, там никого не было.

- Нет, я уверен. Я видел! – настаивал Гарри.

- Северус, дадим мисс Грейнджер еще пять минут. Идемте, нужно найти министра.

Снейп кивнул и пошел за директором, но перед самой дверью обернулся и пристально посмотрел Гарри в глаза. Гарри знал, что он читает мысли, но не сил не желания сопротивляться не было, да и пусть увидит – патронус действительно был.

Снейп развернулся и вышел.

Через несколько минут дверь распахнулась.

- Мисс Грейнджер, вам пора, - сообщил Дамблдор и в больничное крыло снова зашел Снейп с двумя флаконами в руке.

- Я лично хочу убедиться, что эти двое будут спать, - он протянул флакон Рону и, дождавшись пока тот выпьет содержимое, повернулся к Гарри. - Пейте!

Профессор, вы же все знаете, не дайте ему погибнуть, прошу вас! - из последних сил попросил Гарри.

- Пейте, Поттер!

Гарри выпил зелье и почувствовал, как проваливается в сон.

Проснулся он рано и с тяжелым сердцем. В голове звучал лишь один вопрос – что с Сириусом? Неужели он потеряет крестного, не успев приобрести?

Входная дверь хлопнула, и Гарри услышал голос Драко.

- Профессор Снейп велел передать вам зелья,- сказал он, обращаясь к мадам Помфри.

Медик поставила флаконы на поднос и понесла в свой кабинет.

Драко подошел к Гарри и Рону, который тоже уже проснулся от шума.

- Ой, наш бедный Поттер снова испугался дементоров, - несмотря на тон Гарри понял, Малфой не пытается его обидеть, скорее притворяется. – Советую тебе подольше прятаться здесь. Блэк опять сбежал. Надеюсь, скоро он тебя, наконец, прикончит! - самодовольно улыбнувшись, он бросил на кровать Гарри скомканный клочок бумаги, развернулся и ушел.

Гарри развернул его. Внутри был рисунок – гиппогриф улетает прочь от хижины Хагрида. Гарри недоумевающее смотрел на него, если это шутка, то он сильно ошибся, протягивая руку Малфою вчера.

Гарри не успел разозлиться, в больничное крыло вбежала радостная Гермиона и протянула ему письмо Хагрида.

- Гарри, Сириус и Клювик…

- Живы! Но как?

В ответ девушка лишь улыбнулась и пожала плечами.


Глава 6


Глава 9

Мадам Помфри вернулась и, увидев своих пациентов проснувшимися, поспешила к ним.

– Покажите вашу ногу, мистер Уизли, – Рон покорно вытянул ногу из–под одеяла. О травме напоминали лишь небольшие шрамы. – Все в порядке, шрамов скоро не останется, – она нанесла на ногу мазь, от запаха которой Рон сморщился. – Перестаньте, мистер Уизли, все могло быть намного хуже. Я ума не приложу, как Блэку удалось бежать. Что теперь будет? Преступник сбежал, дементоры напали на ученика, профессор Люпин забыл выпить зелье. Что бы было окажись он в школе, – бормотала себе под нос медиковедьма, осматривая Гарри. – Что ж, мистер Поттер, не вижу причин дольше задерживать вас двоих здесь.

Гарри поднялся с кровати. Он вдруг почувствовал, что ужасно голоден.

– Я бы с удовольствием съел что-нибудь, – сказал он друзьям.

– Тогда давайте поспешим, скоро завтрак, – заметила Гермиона.

На сердце у Гарри стало легче. Крестный жив, Дамблдор обязательно найдет способ оправдать его. Гарри будет жить с ним и больше не вернется к Дурслям.

В Большом зале царила напряженная атмосфера. Вместе с учителями за столом сидели чиновники из министерства. Самый старший из них о чем-то беседовал с Дамблдором. Огромная стая почтовых сов, недовольно ухая, кружила над столами, бросая письма в тарелки учеников и на стол перед директором.

Друзья заняли свои места за столом.

– Что происходит? – спросил Гарри у сидящего рядом Невилла.

– Ох… – вздохнул тот в ответ, протягивая Гарри письмо своей бабушки. – Министерство ведет расследование вчерашних событий. Родители многих учеников откуда-то узнали обо всем и теперь, как и моя бабушка, требуют возвращения детей домой до тех пор, пока в школе не будет безопасно.

Одна из сов бросила записку в тарелку Гарри. Он развернул ее и прочитал несколько строк «Со мной все в порядке. Надеюсь, к летним каникулам все разрешится, и я смогу забрать тебя к себе».

Гарри улыбнулся и протянул письмо Рону с Гермионой.

– Это от него, я больше не буду жить с Дурслями! Он обязательно заберет меня, – Гарри обернулся на преподавательский стол. – Уверен, Дамблдор дает показания в пользу крестного, Снейпа, наверное, уже допросили.

– Профессора Снейпа, Гарри, – неожиданно поправила Гермиона. В ответ на удивленные взгляды друзей, девушка гордо вскинула подбородок и продолжила. – Он наш преподаватель, не забывайте об этом. Он спас нас вчера, заслонив собой от оборотня и это он пришел на помощь, не зная, что опасность нам не грозит.

Гарри не успел ни возразить, ни согласиться – из-за стола поднялся волшебник, разговаривавший с Дамблдором.

– Прошу минутку вашего внимания, – произнес он, слегка постучав серебряным ножом по своему бокалу, и, дождавшись тишины, продолжил. – Вы все знаете о бегстве опасного преступника Сириуса Блэка.

«Что?» – Гарри не поверил своим ушам.

– К сожалению, нам не удалось выяснить, каким образом ему удался побег. К тому же выяснилось, что он неоднократно проникал на территорию школы. Принятые нами меры не обеспечили должного уровня безопасности. Директор подтвердил факт нападения дементоров на ученика. Мы вынуждены закрыть школу до тех пор, пока министерство не будет полностью убеждено в безопасности учеников. Сегодня, сразу после обеда, вы все покинете школу.

О начале нового учебного года, вам будет сообщено в письменном виде. Экзамены у пятых и седьмых курсов перенесены не будут и пройдут под строгим контролем авроров. Спасибо за понимание.

В Большом зале на несколько секунд повисла тишина, а затем он взорвался возгласами недовольства.

– Тише, тише, – произнес Дамблдор, поднимаясь со своего кресла. В зале снова повисла тишина, и он продолжил говорить. – Давайте отнесемся к этому, как к возможности пораньше уйти на каникулы, я уверен, в ближайшее время мы сможем обеспечить надлежащий уровень безопасности, и вы все вернетесь к учебе, а сейчас давайте насладимся последним школьным днем!

Тарелки на столах привычно наполнились всевозможной едой, и ученики застучали ложками, непринужденно беседуя между собой.

Гарри сидел, уставившись в тарелку, аппетит пропал, кусок не лез в горло.

– Как это возможно? Почему они не сказали правду? Мне нужно поговорить с Дамблдором!

– Но Гарри… – начала возражать Гермиона.

– Ты что, не слышала, они считают его преступником!

– Хорошо, но мы пойдем с тобой.

Остаток завтрака друзья провели в молчании. Гарри ковырялся вилкой в тарелке, так ничего и не съев.

– Ты можешь поехать ко мне, – предложил Рон, словно прочитав мысли друга.

– Было бы здорово, спасибо.

– Прошу еще минутку вашего внимания, – снова произнес Дамблдор. – Сегодня занятия отменяются. У вас будет время собрать вещи и написать письма родственникам. Прошу вас слушаться старост, которые проводят вас в гостиные через десять минут, – с этими словами Дамблдор вышел из-за стола и покинул зал.

Северус с ухмылкой наблюдал за происходящим. Когда слизеринцы, под руководством старост, вышли из зала, он встал и направился к директору.

– Объясните! Вы заставили меня организовать побег Блэку, спасти дурацкую курицу, которая покалечила моего ученика, да еще таща за собой эту девчонку Грейнджер! Вы хотя бы уверены, что она не хвастается сейчас своим дружкам?

– Я уверен, мисс Грейнджер умеет хранить тайны, Северус. Ты знаешь, ей запрещено передавать маховик времени кому бы то ни было. Я никогда бы не попросил тебя об этом, если бы Гарри не увидел твой патронус. Ты и сам знаешь это.

– Я думал, вы собираетесь оправдать Блэка.

– У нас нет доказательств. Поступив таким образом, мы выиграем немного времени. Мы должны предоставить министру настоящего убийцу.

Северус внимательно посмотрел на Дамблдора и кивнул.

– Даже причастность к убийству животного очерняет душу, – продолжил директор. – Думаю, Драко далеко не так жесток, как хочет казаться. Так что ты спас не только «дурацкую курицу», как соизволил выразиться, но и душу своего подопечного. Он еще так молод, Северус.

– Что делать с Поттером?

– О! Я предупредил его родственников. Они готовы принять его раньше.

– Блэк скрывается в своем доме, под сильнейшими защитными чарами. Даже министерство считает дом давно разрушенным. Насколько я понял, Блэк является крестным отцом Поттеру. Он собирался забрать мальчишку к себе.

– Северус, – Дамблдор смотрел на него глазами полными слез умиления. – Я и не предполагал, что из-за этой истории ты сможешь изменить отношение к мальчику…

– Перестаньте, директор. Я лишь хочу, чтобы Поттер переключил внимание на кого-нибудь другого. Мне плевать на кого. Блэк удачно подвернулся, только и всего. Я не потерплю, чтобы этот мальчика вешался на меня с криком «Отец» при каждом случае, если я забываю наорать на него.

Дамблдор вытер глаза, лицо его вновь стало серьезным.

– Возможно, ты прав. Ему действительно, как можно скорее необходимо забыть все это. Мне понадобится кое-что из твоих запасов, – Дамблдор посмотрел на часы. – Успею навестить родственников Гарри и Сириуса.

Гарри упаковал свои вещи, запер Буклю в клетку и насыпал ей немного совиного корма, и сел на кровать, положив рядом чемодан. Надеяться больше было не на что, он опустил голову, чтобы Рон не заметил подступивших к глазам слез. Даже робкая надежда на жизнь с крестным рухнула, не успев толком обосноваться в голове. Возвращаться к Дурслям, после того, как он узнал, что такое настоящая семья, не хотелось настолько, что даже мысль об этом вызывала спазм в горле, не позволяющий вздохнуть, глаза начинало щипать, но он не мог позволить себе расплакаться.

– Эй, Гарри, что с тобой? – Рон сидел на своей кровати, с тревогой глядя на друга. – Тебе опять плохо?

– Нет. Неважно. Нужно найти Дамблдора.

Спускаясь в гостиную, друзья увидели входящую Макгонагалл.

– Попрошу всех подойти сюда, – когда весь факультет собрался, она снова начала говорить. – Сегодня ровно в два часа отправляется поезд. Я получила подтверждения от ваших родственников, они ждут вас дома.

– Я собирался погостить у Рона.

– Нет, мистер Поттер, в данных обстоятельствах это абсолютно исключено. Ваш дядя встретит вас на вокзале.

– Могу я поговорить с профессором Дамблдором?

– Он отправился в министерство и вряд ли появится. Для всех повторяю еще раз, сразу после обеда я приду за вами – все должны быть готовы.

Гарри развернулся и побежал наверх в спальню. Встревоженные Рон и Гермиона бросились за ним. Гарри упал на кровать и со злостью ударил подушку.

– Гарри!

– Идите на обед.

– Объясни, что происходит!

– Ему опять было плохо.

– Гарри, это шрам? Нужно сказать Макгонагалл.

– Нет, – Гарри не хотелось ничего объяснять, вообще не хотелось говорить.

– Мы никуда без тебя не пойдем, – категорично заявил Рон.

Гарри решил, что в Большом зале им будет сложнее задавать ненужные ему сейчас вопросы.

– Хорошо, сейчас, все в порядке. Идемте, просто не хочу к Дурслям.

Друзья настороженно переглянулись, но все же пошли за ним.

За преподавательским столом к чиновникам присоединились авроры. Когда все студенты расселись, Макгонагалл поднялась со своего места.

– Директор просил извинения за свое отсутствие. У него неотложные дела. Дамблдор желает всем счастливых каникул, с седьмым курсом он обязательно встретится на выпускном балу.

Гарри просидел над тарелкой, так ничего и не съев.

Через час друзья сидели в купе Хогвартс-Экспресса, везущего их в Лондон. Гарри смотрел в окно, делая вид, что не замечает перешептывание друзей.

– Гарри, – не выдержала Гермиона. – Что с тобой происходит? Ты сам не свой.

Гарри вздрогнул, обернулся к подруге и безразлично пожал плечами.

– Мы не сможем помочь, если ты не расскажешь.

Гарри знал, что друзья ему не помогут, лишь разбередят незажившую рану, он знал, что ему сейчас вообще нельзя помочь. Гарри не хотел рассказывать, что с ним произошло, не хотел слушать нотаций Гермионы о невозможности существование параллельных миров, не хотел слушать ненависть в словах Рона по отношению к его приемному отцу, не хотел слышать сочувствие по поводу возвращение к Дурслям. Наверное, он просто хотел побыть один. Нет, один не хотел. Быть одному грустно и страшно, просто хотел, чтобы друзья были рядом, но не задавали лишних вопросов.

– Ему опять плохо, – услышал Гарри голос Рона.

– Гарри, это не шутки.

– Нет. Мне не плохо. Просто… Я пройдусь немного. Все нормально, правда, – Гарри вышел из купе и встал возле окна.

Он стоял и смотрел, как деревья за окном сменяются полями, и старался ни о чем не думать.

– Смотрите, шрамоголовый! Где твоя свита, Поттер? – с издевкой произнес Кребб.

Гарри обернулся, в соседнее купе заходили Кребб, Малфой и Гойл. Гарри не ответил, просто отвернулся и снова уставился в окно.

Через несколько минут из купе вышел Драко и встал возле соседнего окна. Гарри не хотел разговаривать, но Драко, кажется, и не собирался. Он также как и Гарри смотрел в окно и молчал.

Возможно, именно это и нужно было ему сейчас. Не быть одному, но и ничего, никому не объяснять, просто чтобы рядом кто-то был и ни о чем не спрашивал.

Через какое–то время дверь купе, из которого вышел Драко, открылась, и из нее высунулся Кребб.

– Драко, ты ведь не…

– Берите! – огрызнулся Малфой.

Дверь захлопнулась.

– На первом курсе, я боялся, что они и меня сожрут, – с ухмылкой произнес Малфой, не поворачивая головы.

Гарри посмотрел на него и вдруг рассмеялся, шутка Драко была слишком неожиданна для него.

– Чего ты ржешь?

– Прости, – сквозь смех выдавил Гарри. – Я не думал, что…

– Я все равно не люблю сладкого.

– Гарри, куда ты пропал?– из купе выглянул Рон и увидел стоящего рядом Малфоя. – Тебе нужна помощь? Что тебе нужно, хорек?

– Нет, Рон, все хорошо, я уже иду.

Рон кивнул и захлопнул дверь.

– Спасибо, – Гарри повернулся и посмотрел на Драко. – Это, наверное, глупо, но я буду рад, если…

– Уж не сову ли ты от меня ждешь, Поттер? – в своей манере произнес Драко.

Гарри пожал плечами и, кивнув на прощанье, открыл дверь в свое купе.

Друзья пересекли защитный барьер и оказались на вокзале Кингс-Кросс. Рон кивком головы указал Гарри на ждущего его дядю.

– Не переживай, всего неделя и мы заберем тебя, обещаю, – Рон хотел еще что–то сказать, но замер с открытым ртом.

Гарри проследил за его взглядом – к ним на встречу шел профессор Снейп. Привычной черной мантии на нем не было, но его черный сюртук все-таки привлекал внимание окружающих.

– Шевелитесь, мистер Поттер, Дамблдор поручил мне сопроводить вас.

Гарри с удовольствием посмотрел на выражение лица дяди Вернона.

– Но зачем? – удивился он.

– Вы предпочитаете, что бы это сделали авроры?

– Нет, сэр.

Гарри попрощался с друзьями вместе со Снейпом подошел к Дурслю. Лицо того исказила гримаса презрения.

Снейп поздоровался кивком головы и они втроем направились к выходу.

– Как прошел год, Гарри? – Спросил Вернон.

Гарри не поверил своим ушам, но посмотрев на Снейпа, решил, что дядя ведет себя так из-за его присутствия.

– У меня есть крестный, тот которого вы видели в газете. Он сбежал, чтобы присматривать за мной, обещал, что не даст меня в обиду.

– Это хорошо, – улыбнулся дядя.

Гарри подумал – ему мерещится.

Они вышли из здания вокзала и свернули на безлюдную улицу.

– Куда мы идем? Разве стоянка не в другом месте.

Мы используем другой способ, Поттер, и советую вам не болтать лишнего, – грубо ответил Снейп. – Пришли.

Дядя Вернон крепко схватил Гарри за руку, другую вдруг протянул Снейпу. Гарри почувствовал рывок где-то в районе живота, еще секунда и его бы вырвало. Гарри толком не успел понять, что произошло, как оказался на ступеньках перед массивной дубовой дверью. Дурсль взмахнул палочкой… Палочкой! И дверь распахнулась.

Снейп толкнул Гарри внутрь. Мальчик с трудом справился с дурнотой и огляделся.

Он находился в просторном слабоосвещенном холле, пахло сыростью, обои отставали от стен, картины висевшие на них занавешены плотной тканью.

Гарри обернулся и увидел ухмыляющегося дядю с палочкой в руке.

– Поттер, – позвал Снейп и Гарри побледнел от ужаса. Он вдруг вспомнил тот случайный жест в больничном крыле. Пожиратель!

– Где я?! – выкрикнул Гарри в лицо Снейпу. – Что вам нужно? Профессор Дамблдор все равно узнает…

– Прекратите истерику, Поттер, – Снейп схватил его за плечи и встряхнул пару раз.

Гарри замер, этот жест показался ему таким знакомым, в нем не было жестокости или желания причинить боль, лишь привести в чувство, заставить обратить на себя внимание.

Северус крепко сжал его плечи, немного постояв, словно чего-то ожидая, он резко развернул Гарри.

– Не самое лучшее место, Гарри, я согласен, – дядя Вернон изрядно похудел, волосы его отросли, одежда свисала, было похоже, что одет он в мешок.

– Крестный! – радостно выкрикнул Гарри.

Северус, все еще державший его за печи, даже со спины почувствовал, как на лице Гарри появляется счастливая улыбка. Что-то кольнуло внутри. «Почему я все еще держу его? Разве не этого я хотел?». Но и Гарри не спешил вырываться. Северус резко развернул несностного мальчишку к себе.

– Поттер, дом находится под защитными чарами. Вы оба не должны отсюда выходить. Ни одна сова не найдет вас. Об этом месте известно только мне и Дамблдору. Соответственно, письмо о начале учебного года вы получите из моих рук… – Северус хотел продолжить, но осекся. Гарри смотрел на него счастливыми глазами, полными слез радости.

– Спасибо, па…э…рофессор Снейп, – Гарри прижался к его плечу и крепко обнял.

Снова что-то кольнуло в груди. На миг Северус положил руку на плечо Гарри.

– Прекратите, Поттер, это распоряжение Дамблдора, – Северус отстранил мальчишку от себя. – Вы сможете выходить отсюда, только в присутствии Дамблдора или… меня. Вам понятно?

Гарри радостно кивнул.

Послышался хлопок, рядом с ними появился домовой эльф с вещами Гарри. Он кивнул хозяину и исчез.

– Это Кикимер, – пояснил Блэк.– Гарри, твоя комната наверху слева от лестницы, можешь располагаться.

Гарри схватил чемодан с клеткой и побежал наверх.

– Ты отвечаешь головой за мальчишку, – услышал он и застыл на ступеньках, – хоть одна выходка… ты меня понял? И ты снова окажешься в Азкабане, быстрее, чем успеешь превратиться в шавку.

– Не тебе учить меня общаться с крестником, Снейп.

– Я предупредил тебя, – хлопнула входная дверь, и Гарри понял, что Снейп ушел. «Ему не все равно», – промелькнуло в голове, но обдумать эту мысль до конца не было времени. Гарри услышал приближающиеся шаги крестного и поспешил в комнату.

Глава 7


Глава 10

Северус со злостью захлопнул дверь своей гостиной. Как же раздражал его этот несносный мальчишка! Он достал из шкафа бутылку огневиски и отхлебнул прямо из горла. Спиртное обожгло горло, но вместо желаемого успокоения вызвало еще большее раздражение. Северус сел в кресло, разжег огонь в камине и попытался успокоиться, отхлебнув еще одну изрядную порцию спиртного.

Если бы он мог предположить, чем закончится поход к директору, ни за что бы не потащил туда проклятого Поттера. И почему он вечно всюду сует свой нос? Весь в папашу! Северус сделал еще глоток и поперхнулся. Кажется, папашей мальчишка вообразил именно его. И Северуса это раздражало, нет – его это бесило, выводило из себя! Он терпеть не мог Поттера! Еще его безумно раздражала подруга Поттера Грейнджер, за то, что ее пришлось тащить за собой, за то, что она знала то, чего не должен был знать никто. И он был зол на себя за то, что спас ненавистного со школьных лет врага, за то, что пусть на миг, но не захотел оставлять ему мальчишку, за то, что в этот самый миг, взглянув в счастливые глаза Поттера, будь он неладен, поверил, что мог бы стать ему отцом.

Еще глоток.

- Северус, - в камине вспыхнуло зеленое пламя и он услышал голос Дамблдора. – Я жду тебя у себя.

- Я в отпуске, - огрызнулся он в ответ. Спиртное начинало действовать.

Через минуту Дамблдор, отряхиваясь, предстал перед Снейпом, - Как прошло? – спросил он, с тревогой глядя на бутылку в руке Северуса.

- Несносный паршивец сейчас, должно быть, выслушивает ностальгические бредни любимого крестного, - Северус сделал еще глоток.

Дамблдор очень внимательно смотрел на него и после долгой паузы произнес:

- Пить одному вредно, Северус.

- Хотите составить компанию? – ухмыльнулся в ответ Снейп, призывая два стакана.



Гарри распахнул дверь своей комнаты. В первый миг он подумал, что ошибся дверью. Комната выглядела мрачно. Темно-зеленые обои напоминали цвета Слизерина. Возле стены стояла огромная кровать с такими же зелеными пологом и покрывалом, а рядом с ней небольшой столик, ножки которого напоминали извивающихся змей. Гарри увидел на нем фотографии и подойдя, взял ее в руки. Трое парней, лет семнадцати, стояли возле паба «Три метлы» в Хогсмиде, положив руки друг другу на плечи, они раскачивались и напевали какую-то песню. Увидев Гарри, все трое приветливо замахали ему руками.

- Хорошие были времена, - услышал Гарри за спиной голос крестного. – Ты так похож на своего отца.

Гарри посмотрел на улыбающегося ему юношу в таких же круглых очках с черными непослушными волосами, торчащими в разные стороны. Он обернулся к Сириусу и улыбнулся.

- Мы тогда здорово повеселились, правда, от Макгонагалл нам хорошо досталось в тот вечер, - Блэк, поморщился, видимо, воспоминание о наказании не доставляло удовольствия.

- Расскажи об отце. Каким он был? - попросил Гарри.

- Он был замечательным, самым лучшим другом на свете, - Сириус долго рассказывал Гарри о школьных годах, о приключениях мародеров. Они смеялись и грустили.

- Посмотри на часы, Гарри, тебе давно пора спать. Обещаю, у нас будет много времени все обсудить.

Гарри окинул взглядом комнату, в животе у него предательски заурчало, только сейчас он вспомнил, что целый день ничего не ел.

- Кикимер, - позвал Блэк. – Принеси парню что-нибудь вкусное, да поживей.

Через несколько минут на подносе перед Гарри стоял вполне сносный ужин. Гарри с радостью принялся за отбивную, а Кикимер, ворча себе под нос что-то про незваных гостей, громко хлопнул дверью, выходя из комнаты.

Проснулся Гарри поздно. Плотные шторы на окнах плохо пропускали солнечный свет и комната утром выглядела так же мрачно, как и вечером. Гарри подошел к окну и отдернул шторы. Солнечный свет ударил в глаза, заставляя Гарри прищуриться. За окном он увидел маленькую площадь с булыжной мостовой и небольшими аккуратными клумбами. Дома вокруг напоминали пряничные домики из сказки.

- Ну ты и соня! Пойдем, покажу тебе дом, - в дверях уже стоял Сириус.

Сам дом не сильно отличался от комнаты Гарри, такой же мрачный, преимущественно в зеленых и серебряных тонах. Дверные ручки, подсвечники, люстры напоминали змей, от чего Гарри становилось не по себе.

- Что это за странное место? – наконец спросил он. – И почему все картины занавешены?

- Мой дом, - ответил Блэк. – Видишь ли, моя семья – древнейший род чистокровных волшебников, все они учились на Слизерине, одному мне повезло.

Откуда-то сверху раздался птичий крик.

- Что это? – спросил Гарри.

- Пойдем, сам увидишь.

Они поднялись на третий этаж и Сириус распахнул дверь в зал.

- Клювокрыл?! Но как? Откуда он у тебя? – Гарри не верил своим глазам. – Как тебе удалось бежать?

- Ну из Хогвартса сбежать легче, чем из Азкабана, Гарри, - улыбнулся Блэк. – Если честно, мне помогли, но я обещал не раскрывать его имени.

«Дамблдор, конечно, Дамблдор» - решил Гарри.

- Пойдем, Кикимер, наверное, уже приготовил завтрак.

Есть Гарри действительно хотелось.

По пути на кухню он случайно задел покрывало висевшее на картине и оно упало.

- Что ты сделал с домом?- завопила старуха с портрета. – Полукровка в моем доме – это позор!

Сириус быстро накинул покрывало обратно и старуха замолчала.

- Вот и ответ на твой вопрос. Это моя мать, Гарри. Я пытался убрать картины, но кажется, на них заклятье.

Гарри удивленно смотрел на крестного.

- Но ничего, - продолжил Блэк, – теперь ты со мной и мы обязательно что-нибудь придумаем, - он подмигнул Гарри. – Начнем с твоей комнаты.

Гарри ясно представил себе фонарики под потолком и полог, напоминающий звездное небо. Что-то засосало под лопаткой, но он точно знал, какую комнату хочет.

- Пойдем завтракать.

Следующие две недели они наводили порядок в доме. Гарри нравилось помогать крестному. Ему нравилось наблюдать, как Блэк колдует, нравилось, как ворчит Кикимер, когда они выбрасывали что-то ценное, по мнению домовика, нравилось, что весь дом пропитан магией и так отличается от дома Дурслей.

Постепенно дом приобретал черты жилого помещения: окна вымыты, шторы сняты за ненадобностью, отчего помещения наполнялись солнечным светом и не выглядели столь мрачно, старые ковры и гобелены выброшены, полы намыты, пыль вытерта. Сириусу даже удалось снять со стен пару картин.

В комнате Гарри под потолком повесели, наколдованные Блэком, фонарики, вместо старой огромной хрустальной люстры, которую Кикимер, кажется, куда-то утащил. Цвет стен изменению пока не поддавался, но Гарри был рад и этому. Засыпая, он вспоминал маму и приемного отца, на сердце у него становилось грустно и одновременно тепло.

- Сириус, мы должны узнать, что происходит, - откусывая пирог с почками, сказал Гарри.

- Если бы что-то изменилось Дамблдор, наверняка, сообщил бы нам, впрочем, ты прав. Кикимер! – позвал Блэк.

- Несчастный старый эльф вынужден прислуживать предателю, - заворчал домовик, с хлопком, появившийся на кухне.

- Закрой рот! Принеси последние выпуски Ежедневного пророка и не смей показываться кому-то на глаза.

Эльф презрительно смерил взглядом хозяина и исчез.

Не успел Гарри доесть обед, как домовик появился со стопкой газет. Гарри взял вчерашний номер и пробежался взглядом по заголовкам статей. Ничего не изменилось, газета по-прежнему трубила о бегстве опасного преступника и о закрытии Хогвартса.

Послышался щелчок входной двери и звук шагов в холле.

Блэк достал палочку.

- Спрячься Гарри, – шепнул он и вышел из кухни.

- Где Поттер? – услышал Гарри знакомый голос. Сердце подпрыгнуло в груди, даже самому себе он не хотел признаваться, но он скучал по… Снейпу.

Гарри вскочил и бросился к выходу.

- П… - Снейп резко поднял руку, предостерегая Гарри от дальнейших действий, - профессор Снейп?

- Поттер, - процедил Северус сквозь зубы. – Собирайтесь, вы сейчас же идете со мной.

- Куда? – удивился Гарри.

- Я сказал, собирайтесь, разве я не ясно выразился?

- Снейп, мой крестник никуда не пойдет, пока ты не объяснишь в чем дело, - вмешался Блэк, заводя Гарри за спину.

- Уизли, недоумок, - Снейп смотрел на Блэка с яростью, ноздри его раздувались при каждом вдохе.

- Рон, - Гарри хлопнул себя по лбу. – Сириус, я совсем забыл о Роне, он ведь обещал забрать меня от Дурслей.

- Именно, - прорычал Снейп. – Поскольку на письма вы не отвечали, Артур приехал в дом ваших опекунов и, обнаружив отсутствие золотого мальчика, поднял тревогу. Дамблдору едва удалось утихомирить это семейство. Собирайтесь, Поттер, через десять минут они будут вас ждать возле Гринготтса.

- Я скоро вернусь, - сказал Гарри крестному и побежал наверх переодеться.

Через несколько минут Гарри попрощался с крестным и вышел на крыльцо вместе со Снейпом.

- Мы будем трансгрессировать, - процедил Снейп.

Гарри обернулся, ему показалось, что голос профессора стал мягче и черты лица тоже.

- Вам придется дать мне руку и, не вздумайте отпускать, пока не окажетесь на земле. Вам понятно?

Гарри кивнул. Через пару секунд отвратительных ощущений они стояли в Косом переулке перед банком. Гарри нехотя отпустил руку отца… Снейпа. Он огляделся ни Рона, ни его семьи еще не было поблизости.

- Ждите здесь.

- А вы, сэр?

- Вам что-то непонятно, Поттер?

Гарри с надеждой посмотрел на небольшое кафе мороженого неподалеку. Оттуда было хорошо видно площадь.

- Нет, - отрезал Снейп.

- Гарри, Гарри! - к ним бежал Рон, а за ним Артур и Молли.

- Гарри, милый, - Молли обняла его, - мы так переживали, когда Артур не нашел тебя. Извини, но твои родственники крайне неприятные люди.

- Я знаю, - со вздохом ответил он.

- Но все же где ты был? Почему не отвечал на мои письма?

Гарри не знал, рассказал ли Рон родителям о Сириусе и поверили ли они ему.

- Они прятали от меня почту, - соврал он. - А в тот день отправили с тетушкой Мардж по магазинам таскать за ней сумки. Я не знал, что вы приходили, мистер Уизли.

- Слава Дамблдору, он нашел тебя, - продолжала причитать миссис Уизли, гладя Гарри по голове. – Мы сейчас же заберем тебя домой.

- Э… - начал Гарри.

- Это абсолютно исключено, - вмешался Снейп и Гарри был ему благодарен.

- Ничего, - притворно вздохнул он.

- Гарри, скоро чемпионат мира по квиддичу! Отец достал нам билеты, они не имеют права не отпустить тебя.

- Можно? – Гарри с надеждой смотрел на Снейпа.

- У вас есть опекуны, - отрезал Северус.

Гарри знал, что Сириус, конечно, отпустит его, а у Дурслей никто и спрашивать не будет, но ему было важно мнение Снейпа и, Гарри продолжал смотреть на него. Снейп словно прочитав его мысли едва заметно кивнул.

- Я пойду, - улыбаясь во весь рот, заявил Гарри. – Можете не сомневаться.

- Давайте съедим по мороженому, - предложила Молли Уизли, кивая в сторону того же кафе, куда хотел пойти Гарри.

- У меня много дел, - возразил Снейп. – Мальчишку нужно доставить домой.

- О, Северус, с этим, я, думаю, мы и сами прекрасно справимся.

- Я уже сказал – это исключено.

- В чем дело? – вмешался Артур.

- Дамблдор просил профессора Снейпа сопроводить меня сюда и вернуть домой, дядя Вернон и так был не рад меня отпускать… если мы задержимся… но, я думаю, мороженое съесть я успею.

Рон с подозрением посмотрел на друга, но промолчал.

- У вас пятнадцать минут, Поттер! Как раз успею заказать ингредиенты на следующий год.

Северус собирался уйти, но на плечо Гарри сел филин. Недовольно клюнув его пару раз в ухо, отчего на местах укуса выступала кровь.

Северусу птица показалась знакомой.

Филин бросил письмо в руку мальчика и недовольно ухая, взлетел, продолжая кружить над его головой.

Гарри открыл письмо и прочитал «Поттер, придурок! У нашей совы есть дела поважнее, чем искать тебя. Зачем просил написать, если не собираешься отвечать? P.S. Как дела?»

Гарри улыбнулся еще шире. Он понял, что письмо от Драко и оно не первое. Гарри больше не хотелось никого терять, даже такого друга как Малфой.

- Письмо, - протягивая руку, приказал Снейп.

- Нет, это личное, все нормально, мне нужно ответить, иначе меня снова будут искать, - категорично заявил Гарри, пряча письмо в карман.

- Я надеюсь, у вас хватит ума… - с подозрением глядя на филина, произнес Снейп.

- Не беспокойтесь, профессор. Заберешь ответ через полчаса, - обратился к птице Гарри. Еще раз больно клюнув его за ухо, филин улетел.

Молли с Артуром пошли делать заказ, а Гарри с Роном заняли места за столиком на улице.

- От кого письмо? И почему ты так странно себя ведешь?

- Ты рассказал родителям про Блэка?

- Конечно! Они не сразу поверили, но мне удалось их убедить, Гермиона помогла. Ты, кстати, что-нибудь знаешь о нем?

- Знаю, - улыбнулся Гарри, - я живу у него! На вокзале был крестный, под оборотным зельем. Представляешь? С ним здорово! Поэтому я не могу поехать к вам, извини.

- Круто! – обрадовался Рон. – А то мы перепугались. Думали, Дурсли что-то тебе сделали.

- Письмо от него, - соврал Гарри. – Сириус не доверяет Снейпу и проверяет все ли со мной врорядке, - Рон хмыкнул.

- Я должен ответить.

- Давай, пойду пока потороплю родителей.

Гарри быстро забежал в соседнюю лавку, купил пергамент и перо и, вернувшись за столик, он принялся писать ответ. Почему-то Гарри решил, что раньше Драко не писал письма друзьям. Да и кому писать, не пустоголовым же Креббу и Гойлу?



Северус появился, едва они успели доесть мороженое, и Гарри был вынужден попрощаться с семьей Уизли.

- Поттер, давайте живее, мне не удалось купить несколько весьма важных игридиентов, потрачу кучу времени на поиски.

- Я… э…

- Что?

- Можно с вами? – выпалил Гарри на одном дыхании.

Снейп обернулся – «Мальчишка хочет остаться со мной» - опять что-то кольнуло в груди, - «Не мчится со всех ног к Блэку». - Вы не проявляли интерес к зельеварению, насколько я знаю.

- До недавних пор, сэр, - Гарри смотрел на отца, - «перестань так думать» - твердил он себе, - «это Снейп и он меня ненавидит».

- Если вы не решите снова кинуться меня обнимать… - еще сам не веря, что хочет взять мальчишку с собой, заговорил Снейп. – И не станете называть меня…

- Можно?! Я не буду, - пообещал Гарри.

- Идемте.

Гарри отдал письмо прилетевшему филину и, улыбаясь самому себе, уверенно зашагал за Снейпом.



Глава 8


Глава 11

Гарри проснулся от шума и громких криков. Все это не было похоже на шумное веселье, царившее после матча в палаточном лагере. Он вскочил и выскочил из палатки, наскоро накинув мантию. Плотной толпой издалека приближались пожиратели. Палатки на их пути вспыхивали ярким пламенем, люди бежали прочь и молили о помощи. Небо над лагерем освещал ярко зеленый череп с выползающей изо рта змеей.
Гарри застыл в немом ужасе. Он знал, что это – видел на руке отца.
Пальцы сами собой сжали палочку и, что-то решив для себя в несколько секунд, Гарри пошел вперед все увереннее с каждым шагом. Навстречу бежали, кричали и плакали волшебники, все сложнее было пробираться сквозь толпу. Кто-то грубо схватил его за локоть, останавливая. Гарри сильнее сжал палочку и, развернувшись, направил ее в сторону противника. Никого не было.
- Ты совсем идиот?! Забирай свою грязнокровку и валите отсюда!
- Драко?
- Простейшее дезиллюминационное. Валите, я сказал. Они ищут маглов.
- Гермиона не…
- Ты придурок? В лес быстро!
Гарри обернулся, в воздухе висело несколько волшебников, корчась от боли.
- Грязнокровка будет следующей. Не геройствуй ,Поттер.
- Гарри, Гарри! – из палатки выскочили испуганные Рон с Гермионой и бросились к нему.
- Нужно уходить, - Гарри схватил Гермиону за руку и потянул в сторону леса.
- Что происходит? Это же метка, ЕГО метка!
- Похоже, устроили охоту на маглорожденных, - запыхавшись, пытался объяснить Рон. – Там, - он махнул рукой, обернувшись в сторону людей в капюшонах, - авроры. Они их остановят.
Добежав до леса, друзья спрятались за деревьями и остановились отдышаться. Из укрытия хорошо было видно происходящее на поле.
- Забавное зрелище, - произнес, растягивая слова, знакомый голос.
Гарри оглянулся и увидел прислонившегося к стволу дерева Драко.
- Малфой! – кулаки Рона сжались от гнева.
– Твой папаша, небось, среди них!
- Не докажешь, Уизли! – его губы искривила презрительная ухмылка.
- А мне и не придется! В Азкабане для него подберут отличную камеру.
- Да брось ты его, Рон, - вмешался Гарри. – Смотрите, они трансгрессировали.
Драко хмыкнул, задрал подбородок и, проходя мимо Рона, толкнул его плечом.
Поле опустело, висевшие в воздухе волшебники рухнули на землю, и им поспешили оказать помощь. Палатки дымились, люди в панике оглядывались по сторонам, авроры и министерские чиновники обыскивали место преступление.
- Пойдемте, нужно найти остальных, - сказал Гарри, выходя из-за дерева.
Подходя к лагерю, Гарри заметил, как несколько авроров пытались уничтожить череп в небе, и казалось, он понемногу начинал растворяться.
Рон увидел своих братьев с сестрой и махнул друзьям рукой, указывая на них.
- Слава Богу, вы целы, - быстрым шагом к ним приближался мистер Уизли. – Где вы были? - В лесу, пап. Артур внимательно посмотрел на Гермиону. - Это умное решение, - сказал он. – Но больше вам здесь делать нечего. Собирайтесь, я подготовлю портал.
- Но что это было?
- Пока не знаем, Гарри. Министерство произведет расследование. Но вряд ли нам удастся выяснить, кто был под масками. Скорее всего, бывшие пожиратели решили развлечься, - с отвращением закончил он.
Когда все вещи были собраны, и семья собралась возле палатки, мистер Уизли протянул им дырявый ботинок.
- На счет “три”, - сказал он. – Раз. Два. Три!
Гарри протянул руку, и после нескольких секунд головокружительного полета вся семья приземлилась возле «Норы». В окнах зажегся свет, и на крыльцо выбежала взволнованная миссис Уизли.
- Что произошло? Почему вы здесь? Артур?!
-Все в дом! Пойдем, Молли, я все объясню.
За окном стояла глубокая ночь, Рон уже похрапывал, а Гарри лежал и не мог заснуть. Вопрос, кто скрывался под масками, не давал ему покоя. В том, что среди них был отец Драко, Гарри почти не сомневался. Но, ведь, сам Драко в этом не виноват. Именно он предупредил Гарри. Терять только что приобретенную дружбу не хотелось. Еще одна мысль терзала его душу. Знал ли о готовящемся Снейп? Был ли он в той толпе? Если да, то, как и зачем разрешил ему с друзьями отправиться на матч. Его приемный отец ни за что бы так не поступил. Никогда не подверг бы их жизнь опасности. Совершенно некстати вспомнилось, что после покупки ингредиентов Снейп появился на площади Гримо только для того, чтобы переправить Гарри в «Нору». Да, и то, ни слова не сказал, втолкнул в дом и исчез. Хотя, Гарри так надеялся на возможность повторения прогулки.
Гарри перевернулся на бок и закрыл глаза. Он не хотел верить, но, похоже, факты говорили сами за себя.
Внизу послышался какой- то шум, и Гарри прислушался.
- Пять утра, Северус. Гарри никуда не пойдет. Дай мальчику поспать, - донесся строгий голос миссис Уизли.
Гарри врос в кровать.
- Гарри останется здесь, - заявил мистер Уизли. – Если Дамблдору так необходимо отправить его к маглам, пусть сам заберет его отсюда. Тебе я его не отдам! Еще неизвестно… где ты был пару часов назад.
Гарри услышал это и понял, что мистер Уизли разделяет его опасения, и от этого стало совсем плохо.
Неожиданно раздался ещё один голос:
- Артур, Молли, возможно, Северус уже у вас. Если нет, то сообщаю, что он появится с минуты на минуту, и Гарри необходимо отправиться с ним, - голос явно принадлежал Дамблдору.
Дальше несколько минут ничего не было слышно, а затем дверь в спальню приоткрылась, мистер Уизли вошел и присел на кровать Гарри.
- Профессор Снейп пришел забрать тебя, Гарри, - тихо произнес он. – Дамблдор прислал патронус, он считает – это необходимо, хотя, мы с Молли уверены, что тебе лучше остаться.
Гарри молча, кивнул и стал собираться. Когда он спустился, Снейп ждал его возле двери, а Артур и Молли с подозрением косились на него. Молли обняла его на прощание. Гарри обернулся к Снейпу и, ничего ему не сказав, вышел за дверь. На крыльце Северус схватил его за руку, и уже через секунду, переводя дыхание, они стояли на крыльце дома Блэка.
Будто поджидая их, Сириус распахнул дверь. И облегченно выдохнув, Гарри крепко его обнял.
- Крестный…
- Знаю, знаю, Гарри. Все знаю. Заходи скорее.
Едва переступив порог дома, Гарри услышал: «Проваливай» и обернулся. Сириус направил палочку на Снейпа, не пуская его в дом. На лице Северуса отразилась гримаса ненависти, уголки губ изогнулись в презрительной усмешке, он взмахнул мантией и, резко развернувшись, исчез с приглушенным хлопком.
Гарри настолько загнал себя переживаниями, что ему начали сниться кошмары.

Проклиная последними словами Дамблдора, Блэка и причину всех своих бед, Поттера, Северус Снейп снова стоял на крыльце дома двенадцать на площади Гримо, сжимая в одной руке «Ежедневный пророк», в другой - палочку. На дворе стояло раннее утро, и он надеялся оставить газету на столе и покинуть дом, не встретившись с его обитателями. Глубоко вздохнув, Северус толкнул дверь и вошел внутрь.
- Тебя сюда никто не звал! – Блэк, выходя из кухни, сжал в руке палочку. – Хорошо повеселились на чемпионате?
Снейп шагнул вперед, опуская палочку, и со злостью швырнул газету Блэку:
- Можешь вылезать из норы, шавка.
Сириус опустил взгляд. На первой странице красовался огромный заголовок «Настоящий преступник найден», а под ним располагалась фотография закованного в кандалы Петтигрю.
Сириус неверяще схватил газету и беглым взглядом пробежал статью.
- Я свободен?!
- Явись в министерство. Снимут обвинения, - сухо ответил Снейп и развернулся, чтобы уйти.
- Н-е-е-е-т! – послышался сверху крик Поттера.
Северус оттолкнул Блэка и быстрым шагом пошел наверх. Распахнув дверь в комнату, он увидел мечущегося по подушке Гарри, взмокшие от пота волосы прилипли ко лбу, губы шевелились и, прислушавшись, Северус понял, что он бормочет что-то наподобие «Нет, отец, нет, не надо».
- Давно? – спросил он у вошедшего следом Блэка.
- Через несколько дней после возвращения с чемпионата началось.
Северус крепче сжал палочку и гневно глянул на Сириуса. Он уже догадывался, что снится мальчишке.
- Легилименс! – « Ночь. Палаточный лагерь. Толпа пожирателей издевается над волшебниками. Гарри бежит к ним и замирает, глядя на знакомую кудрявую гриву. – Нет! Нет! – В воздухе содрогаясь от боли, висит Грейнджер. Пытающий ее пожиратель поворачивается к Гарри и снимает маску. Это он, Снейп. – Отец, не надо, нет! – В ответ Снейп хохочет, страшно, не по-человечески, как-то по-звериному» - у самого Северуса холодеет сердце – «Он переводит палочку на Гарри, – Кру…»
- Поттер! – Северус резко встряхивает его за плечи. – Подъем!
Гарри просыпается, судорожно хватая ртом воздух, и со страхом смотрит на него. На этот раз сердце не кольнуло, его сжало в тиски. Что-то оборвалось внутри.
Во время покупки ингредиентов Поттер не называл его отцом, не кидался в дурацкие объятия, но, тем не менее, вел себя так естественно и любознательно, будто они вот так всю жизнь вдвоем ходили по магазинам. Вначале Северус кривился, отвечая на вопросы сующего свой нос чуть ли не в каждый котелок мальчишки сухо и однозначно, но вскоре поймал себя на мысли, что улыбается, когда Гарри влез рукой в жабью слизь и пытался оттереть, а затем с жалобным видом протянул ему. Северус лишь покачал головой. В какой-то момент Северус подумал, что это Лили простила его, доверив воспитание любимого сына именно ему. И от этой мысли стало легче дышать, и он почувствовал, как жизнь возвращается к нему в лице неугомонного мальчишки.
А потом начались бесконечные поиски Петтигрю, помощь Дамблдору с защитной магией школы. Перед самым чемпионатом Петтигрю снова провалился сквозь землю, шансов, что он не успеет добраться до Лорда, становилось все меньше. Северусу было не до разговоров - все потом! Он отдал мальчишку Молли и ушел. Ну, а после случившегося на чемпионате, видимо, Поттер, наконец, очнулся и перестал играть в отца и сына.
- Стакан воды, - бросил он Блэку. – И крепкий зеленый чай с сахаром.
- Гарри, ты как? Опять кошмар? – спросил взволнованный Блэк. – Сейчас принесу.
- Если бы я использовал на отработке такие методы, мистер Поттер, вряд ли бы до сих пор работал в школе.
- Да, да, наверное, - неуверенно пробормотал Гарри, пытаясь отползти подальше.
- Я могу предложить вам зелье, чтобы вы смогли спать без снов, если дело только в этом.
Гарри смотрел и молчал, не решаясь задать мучающий его вопрос.
- Поттер, квидич меня интересует только в пределах моего факультета.
- Значит…
- Это значит именно то, что я сказал. У меня нет времени шататься по чемпионатам. И я понятия не имел, что придет в голову кучке пьяных умалишенных.
Впервые за последние две недели Гарри счастливо улыбнулся и вдруг обнял Снейпа, - Прости…те.
- Вы опять за свое, - несмотря на показное недовольство, Снейп похлопал Гарри по плечу.
Вернувшийся Блэк протянул Гарри стакан воды и принесенную Снейпом газету.
- Но это значит...?! – Восторженно спросил Гарри.
- Это значит, мистер Поттер, что в скором времени вам необходимо будет вернуться в школу. Если вы останетесь жить в этом доме, - Снейп с презрением покосился на Блэка, - письмо, видимо, снова придется принести мне.
- И вы? – с надеждой спросил Гарри.
- И я, - со вздохом кивнул Снейп. Видимо, мальчишка не отстанет от него никогда и придется тащиться с ним в Косой переулок за учебниками.

Глава 9


Глава 12

- Поттер! Собирайтесь! – рявкнул Снейп, заходя в дом.

- Его нет, - ответил Блэк, лениво растянувшийся на диване с газетой в руках. – Пошел отправлять письма друзьям. Куда ты собрался его втянуть?

Северус бросил письмо на столик возле дивана:

- Занятия возобновляются с понедельника. Список учебников прилагается. Если бы ты додумался снять с дома чары, мне не пришлось бы таскаться сюда, - прошипел Снейп.

- И лишить себя удовольствия лицезреть тебя в качестве совы? Нет уж, извини, - с ухмылкой ответил Сириус, глядя как Снейпа начинает трясти от ярости.

- Больше это не повторится, можешь быть уверен, - сжимая кулаки, Северус развернулся и пошел к двери, решив, что, если останется еще хоть на минуту, просто разобьет Блэку физиономию, без всякой магии.

Только он успел распахнуть дверь, как был практически сбит с ног, влетевшим в него Гарри Поттером.

- Оу! – Гарри потер лоб. – Здравствуйте, профессор.

- Поттер! Вас не учили смотреть, куда вы несетесь?

- Оставь его в покое, Снейп, - из гостиной вышел Сириус и протянул Гарри письмо.

- Полагаю, купить книги не станет для тебя непосильной задачей, Блэк? А с вами , мистер Поттер, я рассчитываю встретиться не раньше начала учебного года.

- Но, вы…, вы же – обиделся Гарри.

- В таком случае, мистер Поттер, у вас не более пяти минут на сборы.

Гарри улыбнулся и бросился в комнату переодеваться.

Косой переулок, на удивление, был довольно пустынным.

- Странно, почему так мало народу?

-Очевидно, не все еще получили письма, Поттер. Если вы предпочитаете красоваться в толпе поклонников, нужно было идти через пару дней с Блэком. Он наверняка был бы в восторге.

Гарри тяжело вздохнул, но отвечать не стал.

-Мне нужно зайти в банк.

- Отлично. «Блэк не удосужился дать мальчишке денег».

По дороге Гарри с любопытством рассматривал витрины магазинов, и невольно замер возле «Все для квиддича». Новая супер скоростная метла «Молния», поблескивая черной лакированной рукояткой, красовалась за стеклом.

У Гарри перехватило дыхание от восторга.

- У меня мало времени, Поттер.

- Да, да, конечно, - с трудом заставив себя оторвать восторженный взгляд, пробормотал Гарри и пошел дальше.

Из хранилища Гарри вышел с увесистым мешочком, набитым галеонами и кнаттами.

- Насколько я знаю, мистер Поттер, с момента снятия обвинений с вашего крестного прошло достаточно времени, - начал Снейп выходя из банка. – Чем вы занимались, позвольте спросить?

Гарри открыл рот, чтобы ответить, но Снейп перебил его, - Это был риторический вопрос, избавьте меня от подробностей. Вы в таком виде собираетесь вернуться в школу?

- Я… - Гарри посмотрел на свое отражение в витрине магазина. С прошлого года он вырос и немного раздался в плечах так, что мантия, явно, стала маловата.

- Видимо, кроме как таскаться неизвестно где, Блэка больше ничего не интересует. Видимо, природные инстинкты все же дают о себе знать. Идемте, Поттер! Будь я вашим деканом, непременно снял бы баллов двадцать за такой внешний вид, - продолжая отчитывать Гарри Северус толкнул дверь магазина мадам Малкин.

- Добрый день, - поздоровалась хозяйка магазина. – Сегодня немного народу, что я могу вам предложить?

Северус поздоровался кивком головы:

- Пару школьных и одну парадную мантии для мальчишки.

- Здравствуйте, мадам Малкин, - улыбаясь, поздоровался Гарри. – Но зачем мне парадная? – начал возражать Гарри, но посмотрев на выражение лица Снейпа понял, что спорить бесполезно.

После нескольких примерок Северус удовлетворенно кивнул, расплатился и вышел на улицу.

- Но я же взял деньги… - Гарри с покупками вышел следом,- сколько я вам должен?

- Будьте последовательны, Поттер, - отмахнулся Снейп. – То вы кидаетесь меня обнимать и называете отцом, то спрашиваете, сколько мне должны. Не советую делать это сейчас! – предостерегающе поднял руку Северус, поняв по взгляду, что до мальчишки дошел смысл его слов. – Потратьте ваши деньги на учебники, в этом году список достаточно внушителен. Надеюсь, вы не забыли его?

Гарри смог только помотать головой, улыбаясь во весь рот.

- Давайте сюда, - протянул руку Снейп, открывая дверь магазина «Флориш и Блоттс».

Гарри достал из кармана список и, протянув ему, зашел следом.

Пока продавец занимался другими покупателями, Гарри прогуливался между стеллажей, рассматривая книги.

Дверь снова распахнулась.

- Северус? Не ожидал увидеть тебя здесь.

- Здравствуйте, профессор.

Гарри выглянул и увидел Люциуса и Драко Малфоев, стоявших рядом со Снейпом.

- Что привело тебя сюда? – поинтересовался Люциус.

- К удивлению, то же самое, что и тебя Люциус. Поттер! – Снейп вернул Гарри список учебников. –Думаю, вы в состоянии справиться самостоятельно. Советую уделить больше внимания зельеварению. Эта секция на втором этаже, Поттер.

Гарри взял пергамент и, едва заметным кивком головы позвав Драко за собой, пошел наверх.

- Что ты делаешь здесь со Снейпом?

- Дамблдор, - коротко ответил Гарри и, посмотрев на Драко, продолжил. – Считает, он сможет меня защитить.

- От кого? Блэк оправдан, Петтигрю в Азкабане. От кого тебя защищать, Поттер? Что за чушь?

- Может, от тех, кто был на чемпионате? – увидев как побледнело лицо Малфоя, Гарри решил сменить тему. – Ты, кстати, не писал мне после него.

- А что я должен был тебе писать? – разозлился Драко. – Уверять, что моего отца не было среди них, или, наоборот, признаться, что был, и упрашивать не сдавать его аврорам? Чего тебе от меня надо?

- Я думал, мы друзья… - пожал плечами Гарри. Он снял с полки «Зелья средневековья» и, открыв, сделал вид, что читает.

- Друзья? Поттер! И давно? И что для тебя друзья? Знаменитая гриффиндорская дружба? Бред, Поттер! А что, если я тебе скажу, что отец был там, слышишь меня, был. Ну и, что ты теперь скажешь?

Гарри смотрел в книгу, буквы расплывались, перед глазами будто замелькали картинки: ужас, творившийся в палаточном лагере, сменился бегущим к нему крестным, когда Драко спас его. Ссора с приемным отцом «Гриффиндорская дружба, честь и верность – сплошной бред!». Затем он ясно представил себе, как мама со слезами на глазах пьет крепкий черный чай с яблоком и корицей, как она любит, а рядом сидит Нарцисса и успокаивает ее. Мистер и миссис Уизли и его собственные подозрения, как же стыдно ему потом было. Как бы отнеслись Уизли, Гермиона и Сириус к дружбе с Драко? К тому, что он хочет, действительно хочет, чтобы у него появился отец и кто этот отец?

От мыслей Гарри отвлек хмыкающий звук, видимо, Драко принял молчание за ответ.

- Я скажу, - Гарри поднял голову и посмотрел Малфою прямо в глаза. – Я скажу, что это был не ты. И я не побегу сдавать твоего отца, – он снова опустил взгляд в книгу. – Один человек уже говорил мне, что гриффиндорская дружба ничего не значит, к сожалению, для него это оказалось правдой. Но для меня – нет. Я хорошо запомнил его слова и больше всего на свете хотел бы доказать ему, что дружба не пустое слово, но … его… нет… здесь. Поэтому мне придется доказать это себе. А хочешь ты дружить или нет, решать тебе, - с этими словами Гарри захлопнул книгу и, поставив ее на полку, достал список и пошел дальше.

- Поттер, черт, Гарри, да стой же ты, болван. Друзья, - утверждающе заявил Драко. – Мой отец не такой монстр, как все его представляют. Он…

Гарри достал из кармана магловский фунт, подбросил его в воздух и отдал Малфою, - У монеты всегда две стороны.

- Что это? – Драко с интересом разглядывал монетку.

- Магловские деньги. Оставь на память.

- Поттер? Вы не в состоянии выбрать книги? – Гарри обернулся и увидел поднимающихся Снейпа и Люциуса.

Драко быстро сунул монетку в карман.

- Встретимся в поезде, - бросил он и пошел к отцу.

- Вы закончили? – спросил Снейп.

-Э… почти.

- Вижу, даже не начинали, - Снейп быстрым шагом прошелся мимо стеллажей и выбрал пару книг. – С вашими познаниями в зельеварении советую приобрести и эти книги.

- Хорошо, - кивнул Гарри и поспешил к освободившемуся продавцу.

- Все, мистер Поттер, - заявил Снейп, заходя в дом, - надеюсь, вы позволите мне забыть о вашем существовании хотя бы на эти несколько дней. Тебя, Блэк это не касается. О твоем существовании я бы предпочел не вспоминать никогда.

Гарри лишь покачал головой и, собрав покупки, пошел наверх.

Широко улыбаясь Гарри шел по платформе девять и три четверти, толкая перед собой тележку. Рядом с ним, неся в руках клетку с Буклей, уверенно шел Сириус Блэк. Люди вокруг шептались, оборачивались и показывали на них пальцем, но, наверное, первый раз в жизни Гарри это совершенно не волновало. Он увидел стоящих на платформе семью Уизли и Гермиону и поспешил к ним.

- Гарри! – его тут же смяли в охапку сначала миссис Уизли, а затем Гермиона.

- Сириус, - Артур протянул руку, - мы должны просить у тебя прощения…

- Забудь, - Блэк пожал ее. – Этого гада поймали, так что я сполна отомщен.

- Да, поцелуй дементора, приговор уже приведен в исполнение.

Взрослые отошли в сторону и заговорили о чем-то своем.

- Я так рада снова вас видеть, - улыбнулась Гермиона. – Немного необычно возвращаться в школу в июле, но, с другой стороны, мы так много не успели пройти.

Рон схватился за голову.

- Прекрати кривляться, Рон. Это ты живешь в семье волшебников, а я…

- Ладно, сдаюсь – он страдальчески поднял руки вверх.

Раздался гудок, паровоз выпустил клубы пара.

- Гарри,- позвал Сириус, немного отводя его в сторону, - Я не хотел говорить раньше времени, но Артур сказал, что тебя все равно вызовут в министерство…

- Зачем?

- Я подал документы о переводе опеки над тобой на себя, если ты не против, конечно.

- Сириус! – глаза Гарри сияли от счастья.


Глава 10


Глава 13

- Родители собираются навестить Чарли в Румынии…

Запрокинув голову, Гарри почти дремал, удобно устроившись в купе Хогвартс-Экспресса, и совсем не хотел открывать глаза.

- Тише, Рон, - шикнула не него Гермиона.

- Я бы мог поехать с ними, если бы занятия начались чуть позже, - зашептал он в ответ.

- Ты говорил, Чарли приедет сюда с родителями, встретитесь с ним в Хогсмиде.

«Хогсмид…» Гарри потянулся и все же открыл глаза.

- Я забыл взять у Сириуса разрешение.

- Ну, вот, разбудили, - Гермиона пнула Рона локтем. – Гарри, в первые выходные мы вряд ли туда пойдем. Напиши ему письмо.

- Пить хочется. Где же тележка со сладостями? – Рон открыл дверь и выглянул, осматривая вагон поезда. – Не видно пока, - с сожалением добавил он и сел на место.

Солнце светило прямо в окно, и в купе, действительно, было жарко и душно. Гарри подумал, что тоже не отказался бы от стаканчика шипучки.

- Сириус обещал снять с дома чары.

- Думаешь, Дурсли согласятся передать опеку? – спросила Гермиона.

- Думаю, они будут рады, наконец, от меня избавиться.

- Думаю, не они одни, - послышался знакомый, растягивающий слова голос. Прислонившись к приоткрытой двери купе, стоял Драко Малфой с гримасой презрения на лице. – Не знаю, кто эти «они», но я уже полностью с ними согласен.

Гарри посмотрел на Малфоя и чуть не расхохотался – «Замечательное приветствие, ничего не скажешь».

- Что тебе здесь нужно? По-моему, никто тебя не звал! – возмутился Рон.

- Тебя забыл спросить, Уизли, - он бросил взгляд на лежащий рядом с Роном недоеденный сэндвич. – Судя по всему, тележки еще не было, хотя тебе все равно денег не хватит.

- Малфой! – тут Гарри уже не выдержал и вскочил с места.

- А, вон она, - фыркнул Драко и пошел дальше.

Гарри молча пошел за ним.

- Гарри, - окликнула Гермиона, - не связывайся с ним, а ты, Рон, не поддавайся на провокации. Он же специально издевается.

- Да, я просто шипучки купить, пить, действительно, хочется. Вам взять что-нибудь? – Гарри посмотрел на насупившегося Рона. – Не слушай его, Рон. Обычный мерзкий хорек.

- Ну, я бы не отказался от пары шоколадных лягушек и тыквенного сока.

Гарри кивнул и вышел из купе, плотно закрыв за собой дверь.

- Послушай меня, - он догнал Малфоя и схватил его за рукав. – Можешь язвить на мой счет сколько угодно, но, если будешь оскорблять моих друзей, в следующий раз я тебе точно врежу.

- Мне уже начинать бояться?

- Дайте шоколадных лягушек, тыквенного печенья, малиновую шипучку и тыквенный сок, пожалуйста, - обратился к продавщице сладостей Гарри.

Расплатившись, он по привычке протянул половину купленного Малфою.

- Очевидно, ты меня с кем-то путаешь, - услышал он высокомерный ответ. – Я в состоянии купить то, что сам пожелаю, - Малфой оттолкнул его руку и сам подошел к тележке со сладостями.

Гарри пожал плечами и пошел обратно.

- Поттер.

-Тебе обязательно язвить? Просто общаться ты не можешь?

- Не знаю, - ухмыльнулся Драко. – Как вижу вас, не могу удержаться. Привычка.

- Значит, пора менять привычки, - недовольно буркнул в ответ Гарри.

- Непременно, Поттер. Вот, сейчас позову Кребба с Гойлом, и все вместе будем лопать ваших лягушек. Или, может, ты к нам зайдешь?

- Ну, уж нет.

- Вот, и я о том же. Мне вполне хватит одного дружка-гриффиндорца. Рыжего с грязно… Грейнджер я уже не переживу, - Драко притворно закатил глаза. – Ладно, Поттер, о ком ты говорил в купе?

- О Дурслях.

- Ну же, развивай мысль. Мне это ни о чем не сказало.

- Дурсли – маглы, мои дядя и тетя. Я у них жил раньше. Сириус Блэк – мой крестный, он хочет стать моим официальным опекуном.

- М-м, и...? – протянул Драко, отпивая сок прямо из бутылки.

- С Дурслями у нас, мягко говоря, напряженные отношения, и они будут рады избавиться от меня.

- Жить с психом не намного лучше, Поттер.

Гарри сжал бы кулаки от злости, если бы руки не были заняты сладостями.

- Ну, нельзя быть таким придурком, Поттер, - продолжил Драко, заметив изменившееся выражение лица Гарри. – Мама – его двоюродная сестра. Она говорила, он с детства был ненормальный. Видимо, Гриффиндор – это, действительно, диагноз. А тринадцать лет Азкабана мозги ему, уж точно, не вправили.

- Не смей! Ты понятия не имеешь, какой он!

- А ты имеешь?

- Я у него все каникулы прожил, между прочим.

- Гарри! – из купе вышла Гермиона.

- Иди уже, пока ваш дружок не помер с голоду.

- Я предупреждал тебя, Малфой! - Гарри отдал купленные сладости Гермионе и, тихонько втолкнув ее обратно в купе, плотно прикрыл дверь, - Я сейчас.

Развернувшись, он схватил Драко за отвороты мантии. Малфой посмотрел на него и громко засмеялся:

- Придурок ты, Поттер, и предсказуем как флоббер-червь.

Гарри так растерялся, что даже отпустил его.

- Ты чего?

- Вы, случаем, не на Гриммо жили? – немного успокоившись, спросил он. – Поттер, ну, нельзя же так. Я уже ответ знаю, а ты еще и рот не открыл. Я же говорил, моя мама – его двоюродная сестра. В детстве я там бывал, пока бабка была жива. Правда, потом дом вроде… то ли пожар, то ли взрыв.

- Чары, - ответил Гарри. – Дом был спрятан.

- Был? Кем?

- Сириус говорил, его матерью перед смертью, чтобы не достался министерству и не был разграблен. А сейчас он вернулся, оправдан и собирается их снять.

- Ну, теперь хотя бы ясно, почему мой филин не мог тебя найти. А я думал, ты не хочешь отвечать на письма.

- Письма? Я только одно получил.

- Да, неважно, иди уже, - кивнул головой Малфой в сторону открывшейся вновь двери купе, откуда показался взбешенный Рон.

- Что тебе надо от него?

- Уймись, Уизли, как же ты меня достал, - Драко развернулся и, пошел в свое купе.

- Из-за чего вы опять сцепились? – спросила Гермиона, когда Гарри усадил разозленного Рона на сиденье и, сев на свое место, наконец, добрался до малиновой шипучки.

Гарри все рассказал друзьям, лишь немного соврав о том, что Малфой сам подслушал их разговор.

- Знаешь, если бы речь шла не о Малфое, я бы сказала, что он пытается тебя предупредить.

- О чем? – фыркнул Гарри.

- Ну, например, о том, что жить с человеком отсидевшим столько лет в Азкабане может быть опасно, учитывая его пошатнувшуюся психику… ну, это со слов его матери, разумеется, - добавила Гермиона, посмотрев на нахмурившегося Гарри. – Проще говоря, если бы это говорил не Малфой, я бы сказала, что он за тебя переживает.

- Гермиона, - вмешался в разговор Рон – кроме тупых оскорблений Малфой, по-моему, ни на что не способен, тем более, в отношении Гарри.

- Я же про то и говорю – если бы это был не он. Ты только представь, что могло произойти, узнай он обо всем до оправдания Сириуса.

«Ничего» - подумал Гарри.

Он устало запрокинул голову и снова закрыл глаза. Гарри совершенно не хотел ничего доказывать друзьям, тем более, что это было бы совершенно бесполезно. Он был абсолютно уверен, что с этого момента у него появился еще один друг, и, раз это не понравится Рону с Гермионой, то, возможно, и знать им о нём пока не обязательно.

Оставшуюся дорогу до Хогвартса Гарри мирно дремал.

- Гарри, пора переодеваться, мы прибываем, - легонько тронув Гарри за плечо, сказала Гермиона и вышла из купе, давая возможность парням переодеться в школьную мантию.

Гарри потянулся, тело немного затекло из-за неудобной позы. Поезд постепенно стал сбавлять ход, и друзьям пришлось поторопиться.

На платформе их встретил Хагрид и повел к каретам. Чтобы не толкаться, друзья немного отстали и успели залезть в одну из последних карет, в которой уже сидел Симус Финниган.

- Привет, - поздоровался он. – Гарри. Так, это правда?

- О чем ты?

- Мама не верила Пророку и даже не хотела отпускать меня в школу, но сегодня ты же с Блэком пришел на вокзал. Вас куча народа видела. – Сбивчиво тараторил Симус.

- Сириус абсолютно невиновен, Симус, и это правда.

Финниган хотел спросить что-то ещё, но Рон пнул его в бок, и тот замолчал.

- Смотрите, - Рон махнул рукой в сторону замка. – Что это?

Гарри выглянул из кареты и увидел над замком искрящийся полупрозрачный купол.

- Скорее всего, новые защитные чары, - сказала Гермиона, – в “Пророке” писали, что безопасности студентов с этого года будет уделено особое внимание.

Кареты подъехали к огромным воротам и остановились. Ученики столпились возле них, Хагрид пропускал всех по одному, очередь продвигалась медленно, и Гарри, увлеченно рассматривавший купол, не сразу заметил перешептывания за спиной. Рон с Гермионой старались отвлечь его, непринужденно болтая о всякой ерунде.

Большой зал гудел, обсуждая последние новости. Проходя к своему месту, Гарри отчетливо расслышал слова «Сириус Блэк, убийца, Поттер» и понял, что спокойного вечера ждать не придется.

Дамблдор выступил с обычной приветственной речью и сообщил, что защитные чары школы усилены, и покидать пределы территории строго запрещено без сопровождения преподавателей. Распределение первогодок ожидалось только в сентябре, так что праздничный ужин прошел быстро, и Гарри, даже радуясь этому, поспешил в факультетскую гостиную подальше от косых взглядов. Он понял, как ошибался, едва переступив порог. Тут же на него набросились с расспросами однокурсники.

- Гарри, а правда…?

- Ты ему веришь?

- Просто так в Азкабан не сажают…

Гарри страдальческим взглядом смотрел на Рона с Гермионой, словно прося о помощи.

- Дайте ему отдохнуть! – вступился Рон. – Что тут непонятного? Блэк невиновен и оправдан!

На пару секунд все замолчали, а потом снова начался невыносимый гул сплошных вопросов.

Гарри с Роном с трудом пробрались в спальню. Гарри вытащил из чемодана мантию-невидимку. – Я лучше пройдусь немного. Это же просто невыносимо. Поможешь выйти из гостиной?

- Я с тобой.

- Извини, Рон, но я хотел бы побыть один. И так голова болит.

- Хорошо. Уверен?

Гарри кивнул.

- Ну, тогда идем, только к отбою не опаздывай.

Гарри накинул мантию, и они спустились вниз. В гостиной ничего не изменилось, студенты оживленно обсуждали друг с другом слухи из газетных статей. Гермиона посмотрела на Рона и раздраженно покачала головой.

- Как он?

- Спит, - громко ответил Рон, кивнув в сторону стоящего рядом Гарри.

- Рон, слушай, в библиотеке есть интересная книга по чарам, а я как раз не успела эссе дописать. Ещё ведь не поздно. Пойдем, а?

- Пойдем, - согласился Рон.

- Спасибо, - выдохнул Гарри, сбрасывая капюшон с головы, когда они вышли из гостиной.

- И куда ты собрался? – строго спросила Гермиона. – Ты же знаешь, пошумят и успокоятся.

- Не хочу слушать весь этот бред, Гермиона. Пройдусь немного и вернусь. Я скоро.

- Тебе точно не нужна компания?

- Нет, все хорошо, - Гарри снова накинул капюшон на голову.

- Будь осторожен, я еще не знаю, что за магия защищает школу и… - Гарри не ответил. - Куда это ты, Рон? Мы действительно идем в библиотеку, - тоном, не терпящим никаких возражений, заявила Гермиона решившему вернуться в гостиную другу.

Гарри сидел на берегу озера. Летняя ночь оказалась на редкость теплой для этих мест. В безветренную погоду, такую, как сейчас, озеро напоминало огромное зеркало, отражающее темное звездное небо. Было тихо, спокойно и очень красиво. Гарри сидел на берегу и бросал камешки в воду так, чтобы они прыгали по водной глади, словно лягушки.

- Поттер?! Опять ты?

Гарри обернулся, позади него стоял Малфой.

- Сами по себе камни в озеро не летают, Поттер. Напряги мозги, я видел твою мантию в Хогсмиде пару месяцев назад.

- Что ты тут делаешь? – спросил Гарри и снял капюшон.

- Я то же самое у тебя могу спросить. Может, ты за мной следишь? – усмехнулся Драко.

- Вообще-то, я первый пришел. Так, ты мне не ответил.

- Холодно в подземельях. Погода хорошая, решил прогуляться. До отбоя еще около часа. – Драко сел рядом. – Как ты это делаешь? – спросил он, взяв в руку камень.

- Нет, таким не получится. Вот, возьми плоский и… да, не швыряй. Смотри, - Гарри снял мантию и запустил очередной камень. – Кидай практически параллельно воде. Ну, как-то так, - улыбнулся он, глядя как камень Малфоя подпрыгнул один раз и утонул, громко булькнув на прощанье.

- Ты видел, кто Защиту будет преподавать? Лучше бы Снейпу отдали.

- Грюм. На чемпионате встречались. Близнецы говорят, что он странный, но аврор превосходный. Думаю, Грюм многому может нас научить.

- Чокнутый фанатик, - констатировал Драко. – Так, что же наша знаменитость сидит тут один, а не находится в зените славы, среди гриффиндорцев?

Гарри поморщился, но отвечать не стал. Драко только усмехнулся и запустил еще одну «лягушку», получилось лучше.

- Ты тоже хочешь сказать, что Сириус…

- Я уже все сказал, два раза повторять не буду.

- Гермиона говорит, - мстительно улыбнулся Гарри, - что, если бы это был не ты, она бы решила, что ты за меня переживаешь.

Малфой посмотрел на Гарри, словно о чем-то размышляя, потом лицо его стало очень серьезным, он встал и принялся ходить туда сюда.

-Все, Поттер, Грейнджер раскусила мою тайну, теперь мне действительно придется от нее избавиться! Кто еще знает? Уизли? – Драко вопросительно посмотрел на Гарри. Его лицо было настолько серьезным, что Гарри несколько секунд непонимающе смотрел на него, а потом свалился на траву от хохота.

- Не время ржать, Поттер, нужно придумать план, - продолжал спектакль Малфой.

- Прекрати, у меня уже живот болит.

Драко сел на большой валун и тоже засмеялся, - Гриффиндор – это диагноз, Поттер. Вам всем нужно лечиться.

С трудом справившись со смехом, Гарри сел:

- А сколько времени-то?

Драко посмотрел на часы:

- Бегом, Поттер, не успеем до отбоя.

- Примени своё дезиллюминационное, и пошли.

Малфой взмахнул палочкой – не вышло, еще раз – снова нет.

- Возможно, новые чары, - неуверенно произнес он, - не позволяют…

- Давай под мантию.

- Ага, сейчас! Чтобы ты узнал, где наша гостиная? Хорошая попытка, Поттер.

- Да, я и так знаю, давай живее, не успеем.

- Что? Откуда?

- Поклянись, что не проклянешь меня, если скажу.

Драко ударил его локтем под ребро.

– Ну!

- Гойл не носит очки, - задумчиво произнес Гарри. – И вряд ли вообще что-то читал в жизни.

-И?... Что?... – кажется до Малфоя начал доходить смысл сказанного, он открывал и закрывал рот, словно рыба, не произнося ни звука. – Да, чтоб тебя мантикора задрала вместе с Уизли! – Скорее всего, это было самое невинное ругательство, пришедшее ему на ум.

- Пошли уже, опаздываем!

Всю дорогу Малфой возмущался, пихался и старался отдавить Гарри ноги.

- Всё, пришли. И забудь сюда дорогу.

- Пока, Малфой, – невинно ухмыльнулся Гарри, сбрасывая с него мантию.

Бежать до башни Гриффиндора пришлось очень быстро, но Гарри успел буквально за несколько минут до отбоя. Возле портрета полной дамы его поджидала Гермиона.

- Где ты ходишь? Мы чуть не попались из-за тебя, - набросилась на него подруга.

- Вроде, все тихо, только пару человек сидит, пошли, – выглянул из проёма Рон, чем отвлек Внимание Гермионы от гневной тирады, готовой обрушиться на плечи Гарри.

На следующее утро друзья вошли в Большой зал последними. Гарри не хотелось снова выслушивать вчерашние разговоры, и Рон разбудил его перед самым завтраком. Они заняли свои места за гриффиндорским столом, и Невилл протянул им расписания, уже розданные Макгонагалл. Самым неприятным в первый день оказалось Прорицание.

- Да, еще со слизеринцами, - застонал Рон.

- А после обеда, посмотри, Защита. Сразу две пары тоже с ними, - Гарри посмотрел на преподавательский стол, ища взглядом профессора Грюма, и ему показалось, что вращающийся глаз профессора смотрит прямо на него, хотя Грюм разговаривал с Макгонагалл, и от этого чувства стало, мягко говоря, не по себе.

Внимание Гарри отвлекли влетевшие в Большой зал совы, среди которых он увидел филина Малфоя. Одна из круживших под потолком сов бросила ему в тарелку письмо. Пока Гарри доставал его из овсяной каши, случайно заметил, как Снейп внимательно разглядывает филина Драко. Он внимательно проследил полет птицы и, кивнув своим мыслям, вопросительно посмотрел на Гарри. «Потрудитесь объяснить, что это значит, мистер Поттер?» - так и слышался немой вопрос профессора, и, пожав плечами, Гарри постарался спрятаться за собственным письмом.

«Здравствуй, Гарри.

Надеюсь, у тебя всё хорошо. Чары с дома я снял, правда, пришлось повозиться с воспоминаниями маглов и объяснениями с министерством. Но, в конечном итоге, игра стоила свеч. Права на владение домом полностью восстановлены, что, несомненно, положительно повлияет на перевод опеки. Мне удалось снять портрет матери, чему я несказанно рад в отличие от полуспятившего домовика. Дамблдор сообщил мне, что пригласил чиновника из опеки в Хогвартс, и твои родственники согласны подписать отказ. Но об этом при встрече. Чиновник должен появится у вас в течение недели.

Пиши. И не забывай хорошо учиться.

Сириус.»

Гарри, очень обрадованный известиями, улыбнулся друзьям и спрятал письмо в карман.

- Дурсли согласны подписать отказ, - сообщил он им. – Хотел бы я посмотреть на их счастливые лица.

Гарри взял ложку и… каша разбрызгалась вокруг чашки, а то, что осталось в ней, есть не хотелось не только из-за вынутого оттуда письма, но и из-за парочки совиных перьев, плавающих в остатках овсянки.

Гарри страдальчески поднял глаза и наткнулся на взгляд Малфоя, разворачивавшего пакет со сладостями, присланными из дома. Кребб толкнул его локтем, указывая в сторону Гарри, и заржал. Малфой тоже усмехнулся, укоризненно покачал головой, огляделся по сторонам, словно желая убедиться, что на него никто не смотрит, потом свернул пакет с остатками конфет и печенья и отдал филину, что-то сказав ему.

Гарри отодвинул неудавшийся завтрак, каша исчезла, и он налил себе кофе. В этот момент ему на голову упал знакомый пакет. Гарри даже не поверил своим глазам, в первый момент ему показалось, что филин просто выронил его, и сейчас вцепится и заберет, но филин улетел.

- От кого это? – облизываясь, спросил Рон, уставившись на имбирное печенье с шоколадом.

- Сириус, кто же еще, - ответил Гарри. Сладости оказались действительно вкусными, домашними, наверное, такие пекла тетя Петунья для Дадли. Когда Гарри, доев последнее печенье, посмотрел на слизеринский стол, чтобы поблагодарить Малфоя, его уже не было.

Как ни странно, первая половина дня прошла спокойно, даже Трелони не предрекла Гарри скорой и ужасной гибели, что, без сомнения, не могло не радовать. Весь урок они изучали движение планет и получили огромное домашнее задание. На урок Защиты друзья шли в приподнятом настроении.

Профессор Грюм обвел собравшихся своим странным глазом, пристально вглядываясь в каждое лицо.

- Итак, - начал он скрипучим голосом, - кто скажет мне, что вы прошли в том году? Слушаю вас, мисс…

- Грейнджер, профессор. Мы прошли богартов, оборотней, зеленых фонариков и…

- Достаточно, я понял. И не одного заклятия.

- Да, сэр.

- Отлично! Защита от темных искусств – это, прежде всего, защита от заклятий! Чем вы тут занимаетесь, черт побери? Может быть, кто-нибудь назовет мне три самых страшных заклятия?

- Империо, Круцио и Авада Кедавра, - послышался надменный голос Малфоя.

Что-то в изменившемся лице профессора подсказало Гарри, что Драко сказал это зря.

-А? Что я слышу? Малфой? Очевидно, Малфой, копия отца! Не от него ли вы эти заклятия узнали?

- Мой отец никогда…

- Уж я то знаю про вашего отца гораздо больше, чем вы можете себе представить, - с издевкой заскрипел Грюм, сверля Малфоя взглядом. – Но вернемся к уроку, - продолжил он. – Эти заклятия называются Непростительными, так как … Может вы знаете, Малфой?

Драко молчал, стиснув зубы, с гневом глядя на профессора.

- Я спрашиваю, Империо?

- Полностью подавляет волю – нехотя ответил Драко.

- Круцио? Любимое заклятие вашей тетушки, не так ли?

- Я не знаю. Я с ней не знаком.

- Круцио? Я спросил, что это за заклятие, Малфой.

- Причиняет нестерпимую боль.

- И, наконец, Авада Кедавра?

- Убивает.

- Правильно, что ж, десять баллов Слизерину. Садитесь. А теперь продемонстрирую в действии, - Грюм сделал большой глоток из фляги и Гарри подумал, что там далеко не тыквенный сок.

Происходящее дальше плохо укладывалось у него в голове. Когда, наконец, мучение несчастного паука закончились Авадой, Гарри смог перевести взгляд на Драко, тот кивнул ему, мол, я же говорил, что он псих, и склонился над учебником. В классе стояла гробовая тишина, слышно было даже тяжелое дыхание перепуганных учеников.

- Вот, от чего нужно уметь защищаться, - невозмутимо заговорил Грюм. – А не от Зеленых фонариков. Защиты от Авады не существует, но от Империо и Круцио защититься можно. Этим мы и займёмся, - Грюм обвел взглядом побелевшие лица учеников и усмехнулся.

- Это незаконно, - вмешалась Гермиона. – Эти заклятия нельзя применять, тем более, на учениках.

- Я не собираюсь применять на вас Круцио, Грейнджер, а вот на то, чтобы показать вам действие Империо и, по возможности, научить контрзаклятию, Дамблдор дал свое согласие.

Со страхом в глазах ученики выстроились в очередь. Задания Грюм давал смешные, и вскоре все расслабились и даже хохотали над сокурсниками. Гарри был предпоследним, за ним стоял только Малфой, который явно не горел желанием испытать на себе непростительное.

- Давай, Гарри, - скомандовал Грюм. – Империо!

В голове не осталось ни мыслей, ни чувств, ни желаний, стало хорошо и спокойно. «Отомсти врагу, ударь Малфоя» - отчетливо услышал Гарри голос Грюма в своей голове, кулаки сжались сами собой, ярость к ненавистному Малфою вспыхнула с ужасной силой. Он развернулся и занес кулак. Испуг в глазах Драко на секунду привел в себя. «Зачем? Он не враг, друг», - и кулаки разжались. «Ударь» - снова голос. «Нет!». «Враг!». «Друг». «Ударь!» - голову пронзает боль, словно в нее разом воткнули сотни игл, Гарри почти сдается и бьет в стену рядом с головой Малфоя, сбивая костяшки до крови, рука болит и, кажется, запястье повреждено.

- Поттер, озверел?!

- Малфой, это не я, - шипя от боли, Гарри потирает руку.

- Что вы делаете?! – возмутилась Гермиона.

- Я все расскажу отцу! Вы ответите!

-О, я давно жду возможности поболтать с вашим отцом. Уверен, у него есть, что мне рассказать.

- Да, брось ты, Гарри, - хохочет Рон, - ну, врезал бы пару раз. Хорьку это не повредило бы.

- Поттер, вы единственный, кто смог сопротивляться заклятию. Я добьюсь разрешения у Дамблдора тренировать вас, а сейчас последний на сегодня эксперимент, Малфой, идите сюда.

- Я не собираюсь в этом участвовать! Примените непростительное против воли, я на вас жалобу подам в министерство, обещаю, отец об этом позаботится.

- Как вы его назвали? – Грюм посмотрел на Рона. – Хорек? Что ж, я тебя проучу! – заклятие вылетело из палочки Грюма, и на месте Малфоя появился маленький белый зверек. – Я научу тебя, как обращаться к старшим! – продолжил Грюм, подбрасывая хорька в воздух и ударяя его то об парту, то об потолок.

- Прекратите! – заорала Гермиона, - Физические наказания, тем более, трансфигурация учеников, категорически запрещены!

- А, да, кажется, Дамблдор упоминал об этом, - Грюм опустил палочку, и хорек безжизненно упал на парту.

- Расколдуйте его немедленно! - Гарри, испуганно глядя на неподвижное тельце, аккуратно провел большим пальцем по голове зверька.

Хорек вымученно открыл глаза. «Живой» - выдохнул Гарри.

Прозвенел звонок, Грюм взмахнул палочкой, хорек превратился обратно в Малфоя.

- Я сейчас же доложу об этом Снейпу, - зашипел он. Кребб и Гойл помогли ему встать на ноги и поспешно вывели из класса.

На ужин друзья шли молча.

- Ну, что тут такого, - не выдержал Рон, - хорек ведь и правда заслужил. Ну, врезал бы ты ему пару раз, ну и что.

- Ты не понимаешь, Рон. Грюм не в себе. Врезал пару раз - это не те слова. Я чувствовал такую ярость, что готов был его убить, рука до сих пор болит.

- Это не шутки, Рон. Я согласна с Гарри. Нужно сообщить о произошедшем Дамблдору.

- Думаю, Малфой уже Снейпу рассказал.

- Поттер. Немедленно. За мной, - Снейп навис над ними, угрожающе выплевывая каждое слово.

- Удачи, - шепнула Гермиона.

Снейп повел Гарри в кабинет директора. Он шел таким быстрым шагом, что Гарри с трудом поспевал за ним.

- Я не хотел причинять ему вред, - тараторил Гарри.

Снейп шел дальше, не обращая внимания на его слова.

- Да, я ведь ничего и не сделал! Я сопротивлялся, сколько мог! Ну, почему у тебя всё время я виноват? Ну, пап?! – не выдержал Гарри.

Северус остановился, словно налетел на невидимую стену.

- Поттер… Гарри… - Северус развернулся, взял его за плечи и посмотрел прямо в глаза, - Ну же, посмотри на меня. Ты не виноват, ты молодец. Мистер Малфой все мне рассказал. Ты хоть понимаешь, глупый ты мальчишка, что смог противостоять Империо? Сейчас ты всё расскажешь Дамблдору.

Гарри кивнул.

- Тренировки нужно продолжить.

- Но я не хочу.

- Нужно убедить директора, чтобы ты тренировался со мной.

- Ладно, - Гарри охотно закивал.

- А сейчас успокойся, и пойдём.

- А что с Малфоем?

- С ним всё в порядке. Об этом потом в моем кабинете поговорим. И не наз…

- Не называть вас отцом, я помню, - Гарри отступил назад и уставился в пол.

- Послушай, - выдохнул Снейп. – Называй, если это так важно. Но ты должен понимать, как это опасно. Дамблдор по-прежнему утверждает, что возвращение Лорда всё ещё возможно, и я склонен ему верить. Если кто-то узнает… Фактически, это может означать смертный приговор нам обоим. И, поверь, я не за себя переживаю. Идем.

Гарри показалось, что ему послышалось. Он поднял глаза и уставился на Снейпа, неуверенно улыбаясь.

- Папа…

- Идем.

Глава 11


Глава 14

Снейп распахнул дверь в кабинет директора, пропуская Гарри вперёд.

- …и ты не понимаешь, Альбус , мальчик может сопротивляться, - настаивал Грюм, - ты должен дать разрешение.

- Живее, Поттер, - Снейп подтолкнул Гарри в спину поближе к директорскому столу, возле которого расхаживал Грюм.

Дамблдор молча стоял у окна, о чём-то размышляя.

- Гарри, - поприветствовал его директор, оборачиваясь. – Проходи.

- Я требую объяснений! По какому праву вы позволяете себе так обращаться с учениками моего факультета? Мистер Малфой…

- Всей его семейке место в Азкабане, не так ли, Северус? – заскрипел Грюм. Его вращающийся стеклянный глаз уставился на Снейпа, а потом скользнул на стоящего перед ним Гарри, будто прожигая его насквозь. – Ты ведь знаешь, чем занималась его семья?

- Нет, - ответил Гарри, слегка попятившись, и наткнулся на Снейпа.

Северус взял его за плечо и отодвинул от себя, но руку не убрал, отчего Гарри почувствовал себя увереннее.

- Что ж, я могу рассказать тебе, - продолжил Грюм.

- Аластор! – остановил его Дамблдор. – Мы неоднократно обсуждали с тобой…

- Да, конечно, Альбус, - Грюм снова достал свою флягу и, сделав большой глоток, поморщился.

- Что здесь происходит, Альбус? – в кабинет, с шумом распахнув дверь, вошла МакГонагалл. Вид у нее был весьма недовольный. – Мистер Поттер учится на моем факультете, и за него отвечаю я, пока он находится в этой школе. Да, отпусти же ты его, наконец, Северус! Никуда он не сбежит. Я требую объяснить мне, в конце концов, что произошло на уроке, Аластор, и по какому праву вы применяете к ученикам непростительные заклинания?!

- Произошло следующее, Минерва, ваш ученик, - Снейп потряс Гарри за плечо, - напал на ученика моего факультета.

- Я не нападал! – возмутился Гарри.

- Помолчите, Поттер. Но, поскольку в тот момент он находился под Империо, наложенным профессором Грюмом, претензии, я полагаю, стоит предъявлять именно ему. Кроме того, к мистеру Малфою было применено незаконное наказание, от которого он получил значительные травмы, и я намерен сообщить об этом в попечительский совет и в министерство, разумеется.

- Я тоже много чего могу сообщить министерству! Не забывай об этом, Северус.

- Аластор! – осадил его Дамблдор.

- По какому праву, Альбус, и с каких пор в этой школе к ученикам применяют Империус? Я сейчас же забираю мистера Поттера отсюда. Полагаю, мы выяснили, что его вины в произошедшем нет.

- Подожди, Минерва. Безусловно, Гарри не виноват, но, видишь ли, профессор Грюм утверждает, что Гарри может сопротивляться первому непростительному, и он настаивает на продолжении занятий в индивидуальном порядке.

- Нет, - твердо сказал Гарри.

- Я запрещаю, - согласилась МакГонагалл. - Пока я его декан, я этого не позволю.

- Что ж, вопрос закрыт, - Дамблдор понимающе посмотрел на Гарри и улыбнулся.

- Если ты, наконец, отпустишь мистера Поттера, Северус, я уведу его отсюда.

- Пострадал мой ученик, - Снейп проигнорировал слова Минервы, продолжая удерживать Гарри за плечо. – Я требую…

- Мадам Помфри, прекрасно позаботится о нем, Северус. Уверен, профессор Грюм не собирался причинить ему вред. Будь уверен, больше подобного не повторится. Безусловно, я сообщу о случившемся его родителям, а профессор принесет свои извинения.

При этих словах Гарри заметил, как лицо Грюма исказилось гримасой ненависти, но он все же кивнул в знак согласия и отпил еще глоток из своей фляги. Гарри почему-то захотелось обратить на это внимание Снейпа, на уроке Грюм тоже пил, а значит мог вести урок в нетрезвом состоянии, отсюда и результат, подумал Гарри. Он дернул плечом и, когда Снейп взглянул на него, указал головой на флягу в руках Грюма. Кажется, тот его понял.

- Возможно, вы не в курсе, – раздраженный до предела Снейп протянул руку к фляге, собираясь вырвать ее из рук Грюма. – Что в ней?

Грюм как-то слишком быстро спрятал флягу в карман.

- Я не позволю вам приближаться к моим ученикам в пьяном виде, - Северус взмахнул мантией, слегка закрывая ей Гарри, словно говоря, что это относится и к нему тоже, особенно к Гарри. – Еще одна жалоба мистера Малфоя или любого другого ученика с моего факультета и, я клянусь, место преподавателя Защиты снова будет свободно.

- Уж, не угрожаешь ли ты мне, Северус? – Грюм подошел к нему почти вплотную. – Отойди-ка, пацан, - он отпихнул Гарри к МакГонагалл. – Может, ты сам хочешь занять эту должность или сомневаешься в моём профессионализме? Я мракоборец уже сорок лет, и никто лучше меня не сможет преподавать этот предмет! И уж точно не…

- Хватит! – приказал Дамблдор. – Аластор, никто в тебе не сомневается. И, всё же, спиртное во время учебного процесса строго запрещено. Завтра же принеси свои извинения мистеру Малфою.

Грюм не ответил. Резко развернувшись, он вышел из кабинета, громко стуча своей тростью о деревянный пол.

- Я полагаю, разговор окончен, и мы с мистером Поттером можем идти, - МакГонагалл, подталкивая Гарри к двери, недовольно посмотрела на Снейпа.

- Да, Минерва, - примирительно сказал Дамблдор.

- Всё же, я хотел бы обсудить с вами ещё кое-что, - уже из-за двери услышал Гарри голос Снейпа.

***

В гостиной Гриффиндора, наверное, собрался весь факультет. Как всегда, стояли шум и гам, кто-то делал уроки и отрабатывал различные заклинания, другие играли в шахматы или просто беседовали друг с другом. Немного в стороне от всех сидели Рон с Гермионой и о чём-то шептались.

- Гарри, - позвала Гермиона, - как всё прошло? Вот, - она протянула ему небольшой сверток из салфеток, - ты не пришел на ужин, и мы взяли тебе пару бутербродов.

- Спасибо, - Гарри действительно проголодался. – Этот Грюм просто чокнутый, - зашептал он, усаживаясь рядом с Роном, - а ещё он, кажется, почти всегда пьян.

- Тебя не наказали? – Спросил Рон.

- Нет, - помотал головой Гарри. – Снейп угрожал Грюму министерством и попечительским советом, но мне кажется, Грюм что-то знает про отца Малфоя и про Снейпа.

- Что, например? – спросила Гермиона.

- Они же были пожирателями, - зашептал Рон, - возможно, что-то из их прошлого. Снейп струсил?

- Думаю, нет.

- Думаю, струсил, - пожал плечами Рон. – А хорька-то там не было?

- Нет, Снейп сказал, он серьезно пострадал.

- Брось, Гарри, мы это уже видели. Он очень хорошо притворяется.

- Возможно, - кивнул Гарри. И он бы поверил Рону, если бы не видел собственными глазами, что произошло.

Гарри действительно переживал за друга. Только, вот, друга ли? Вряд ли Малфой захочет и дальше с ним дружить. Ну и пусть. Врагом Гарри точно больше его не считал. Гарри собирался навестить Малфоя в Больничном крыле, но нужно было что-то соврать друзьям. Его идею они бы не поддержали, а ругаться Гарри совершенно не хотелось, и он сказал первое что пришло в голову.

- Я напишу Сириусу обо всём и вернусь, - Гарри поднялся и пошел в спальню. Он достал из сундука мантию-невидимку и, накинув ее, спустился вниз, на ходу размышляя, как незаметно выйти из гостиной. К счастью, ему повезло - в проеме показались смеющиеся Лаванда с Парвати, и Гарри успел выскочить, пока портрет не закрыл проход.

Дойдя до больничного крыла, Гарри аккуратно приоткрыл дверь и вошёл. Все кровати, кроме одной у окна, были пусты. Конечно, в первый же день не повезло только Малфою. Гарри подошёл ближе. Драко, похоже, спал, укутавшись в одеяло как в кокон, на тумбочке рядом с ним стояли несколько зелий. Гарри сел на стул рядом с кроватью. Поговорить, похоже, не удастся, будить его не хотелось. Он уже решил спросить у мадам Помфри о состоянии Малфоя и уйти.

- Чего тебе, Поттер?

- Я, а… - Гарри вздрогнул от неожиданности, - как ты всё время меня узнаешь?

- Пару месяцев назад перестал верить в невидимок. Ты стул двигал. Чего приволокся?

- Хотел узнать, как ты. Снейп сказал, что у тебя травмы тяжелые.

- Кому сказал? Тебе? С чего бы это?

- Дамблдору, - ответил Гарри. – Так, что с тобой?

- Рука, кажется, сломана, - поморщился Драко, - и спина сильно болит.

Дверь распахнулась, и Гарри затих. Мадам Помфри подошла к Драко.

- Нужно принять зелье, мистер Малфой, - строго сказала она и поднесла к его губам флакон.

- Я сам.

- Нет. Вам нельзя вставать, пейте. И на ближайшую неделю–две забудьте о полётах.

- Что?

- Вы прекрасно меня слышали. Пейте и постарайтесь уснуть. Лечить сломанные кости довольно неприятно, так что ночь у вас будет длинной, - заставив его выпить зелья, мадам Помфри ушла к себе, а Гарри сидел и не знал, что сказать. Ему казалось, что Малфой выгонит его отсюда, едва он откроет рот.

- Мой отец так это не оставит, - прошипел Драко.

- Дамблдор, наверное, уже сообщил ему.

- Чокнутый кретин.

- Кто? – спросил Гарри, надеясь, что не он.

- Оба… Дамблдор и Грюм, - пояснил Драко. – Все равно в этом году я тебя сделаю. Кубок будет наш, так что зря радуешься, Поттер.

- Вообще-то, я не радуюсь, - возразил Гарри, - и, нет, кубок я тебе не отдам!

- Посмотрим, - усмехнулся Малфой. – Ты пожалеть меня, что ли, пришел? Обойдусь, - зло прошипел он.

- Я пришел, потому что мы - друзья.

- Ладно, Поттер, это действительно было круто. Я уж подумал, ты меня убить решил.

- Так, ты не злишься? – удивленно спросил Гарри.

- Мир не вертится только вокруг тебя, Поттер, - Драко немного помолчал и снова заговорил. – Я бы не смог сопротивляться. Я подумал, а вдруг этот псих… Поэтому отказался, а вышло еще хуже. Сам виноват. Так что, да, Поттер, мы друзья. И прекрати так на меня таращиться и сиять, словно котел начищенный. И без лягушек больше не приходи.

На этот раз Гарри, словно рыба, возмущенно открывал рот. Не будь Малфой болен, Гарри с радостью пнул бы его побольнее. Ну, откуда он знает, что Гарри улыбался? Мантию-то он не снимал.

Дверь снова открылась, и в Больничное крыло влетела Панси. Гарри заметил, как Малфой притворно скривился от боли.

- Вали, - шикнул он.

- Поправляйся, Малфой, - шепнул Гарри, направляясь к выходу.

- Драко! – услышал он встревоженный голос Паркинсон, это было так необычно, что Гарри из любопытства обернулся и увидел, как она поставила упаковку шоколадных котелков на тумбочку, склонилась над Малфоем и поцеловала его в щёку. - Как ты?

- Всё болит, - заныл Малфой и потянулся ближе к ней для еще одного поцелуя.

Гарри усмехнулся и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Пока возвращался назад, Гарри думал, что, действительно, нужно всё рассказать Сириусу. Возможно, он больше знает о Грюме, да, и о разрешении на посещение Хогсмида Гарри не забыл. Возле входа в гостиную Гарри увидел близнецов Уизли, смеющихся и, наверняка, опять что-то замышляющих. Он шагнул в открывшийся проем вместе с ними. Рон с Гермионой сидели там же, и, похоже, Гермиона заставляла его писать сочинение. Гарри быстро спрятал мантию обратно в сундук и вернулся к друзьям.

- Гермиона, - взмолился Рон, - Прорицания только через неделю.

- Я знаю вас, - Гермиона посмотрела на подсевшего к Рону Гарри. - У вас и через неделю ничего сделано не будет. Пиши, Рон, пиши.

Гарри подбадривающе похлопал Рона по плечу.

- Можешь не ухмыляться, Гарри, к тебе это тоже относится.

- Нет, слишком тяжелый день сегодня, я просто не смогу ничего придумать, Гермиона. Завтра начну, - пообещал Гарри в ответ на укоризненный взгляд подруги.

Ночью, когда все уснули, Гарри всё-таки написал письмо Сириусу и спрятал его в карман брюк, решив отправить утром с Буклей.

Ему всю ночь снились кошмары. Гарри постоянно просыпался и подолгу не мог заснуть, но он никак не мог вспомнить свои сны в подробностях. Кажется, какой-то замок, зелёные вспышки, чьи-то крики. Проснулся Гарри поздно, совершенно не выспавшийся. Рон едва растолкал его, и Гарри, с трудом заставив себя встать с постели и одеться, пошёл на завтрак. За столом Гарри всё ещё клевал носом, ковыряясь ложкой в овсянке, и просыпался от легких тычков Гермионы. Первой парой была История магии, и Гарри очень надеялся доспать там.

Увидев Буклю среди прилетевших сов, он отдал ей письмо, выпил кофе и пошёл на урок. Гарри сел на своё место, уткнулся лбом в учебник и под монотонное бормотание единственного преподавателя-призрака благополучно уснул.

К Трансфигурации Гарри чувствовал себя вполне бодро, и к концу урока ему удалось превратить летучую мышь в совсем неплохой ежедневник в кожаной, похожей на крылья, обложке с застежками в виде коготков. Тетрадь Рона выглядела куда хуже, постоянно хлопала крыльями, видимо, пыталась улететь и периодически посвистывала. Что получилось у Гермионы, Гарри не знал, она раньше всех справилась с заданием и, получив от МакГонагалл «превосходно», убежала в библиотеку. Остаток дня прошёл на редкость спокойно, и Гарри был этому рад.

- Зельеварение первой парой, со Слизерином, - застонал Рон, откусывая сэндвич с индейкой. – Ну, за что? Весь день насмарку. Смотрите, и этого выписали, - он мотнул головой в сторону слизеринского стола, за которым с перевязанной левой рукой сидел Малфой рядом с распаковывающей для него сладости Паркинсон.

- Перестань, Рон, Зельеварение - важный предмет, и, если бы ты хоть немного слушал…

- О, Гермиона, хватит, - Рон потёр виски. – Только не начинай с утра. У меня даже аппетит пропал.

- Это, невозможно, по-моему, - усмехнулся Гарри и протянул ему тост с джемом.

Гарри ждал ответа от Сириуса и очень обрадовался, увидев среди сов, влетевших в Большой зал, Буклю с письмом в лапках. Сова села на стол возле него и протянула лапу, чтобы Гарри смог отвязать письмо. Он угостил Буклю крекером и развернул записку.

«Гарри.

Я завтра буду у вас. Разрешение на посещение Хогсмида я отдам Дамблдору сразу после того, как документы об опеке над тобой окажутся у меня в руках. То, что ты сообщил, кажется мне странным, давай обсудим это при встрече, а пока постарайся всё время быть на виду у друзей и преподавателей.

Сириус».

Гарри сунул письмо в карман.

- Завтра Сириус будет здесь, - улыбаясь, сказал он друзьям.

- Ты хочешь сказать, что уже завтра попрощаешься с Дурслями? – спросила Гермиона, поднимая голову от «Ежедневного пророка».

- Очень на это надеюсь, - Гарри и правда был очень рад и предстоящей встрече с крёстным, и долгожданной возможности обрести настоящую семью. Он и думать забыл о Грюме.

***

- И почему здесь всегда так холодно? Лето ведь. Как они вообще живут в этих подземельях? – ворчал Рон, заходя в класс Зельеварения.

Снейп влетел в класс, едва ученики успели усесться за парты.

- Итак, - произнес он, обводя лица студентов суровым взглядом, - к моему сожалению, я не успел задать вам домашнее задание перед вынужденными каникулами. Так что вы пропустили огромный материал, и впредь ваши домашние работы будут увеличены вдвое, - в классе послышались недовольные вздохи. – Кто-то хочет мне возразить? – Спросил Снейп, но никто ему не ответил. – Начнем, рецепт Морочащего зелья на доске, - он взмахнул палочкой, и на доске, строчка за строчкой, появился рецепт приготовления. – Время пошло.

Зелье было несложным. Гарри решил, что с ним то он точно справится, портить только начавшие налаживаться отношения с отцом на первом же уроке ему совершенно не хотелось. Ещё раз внимательно прочитав список ингредиентов, Гарри пошёл в кладовку. Он чистил лирный корень и следил, как закипает зелье. До того, как бросить в него ягоды омелы, оставалось пять минут, и Гарри внимательно следил за временем. Закончил с корнем он как раз вовремя, бросил в зелье пять ягод и, к его радости, зелье стало коричневым, это было как раз то, что нужно. Обернувшись, Гермиона заглянула в его котел и одобрительно кивнула. Гарри принялся толочь крылья златоглазки. “Ещё нужно не забыть глаза угря”, - думал он.

Снейп прохаживался по классу, оценивая, как справляются ученики. Гарри спиной чувствовал, что он подошёл к нему и внимательно наблюдает за его действиями. Гарри взял горсть глаз угрей и занёс над руку над котлом, чтобы бросить их в кипящее зелье. Он ещё раз помешал, отложил ложку и разжал пальцы. Горсть рыбьих глаз упала на вовремя подставленную над котлом ладонь Снейпа.

- Три, мистер Поттер, всего три глаза. Вы зря носите очки, если всё равно ничего не видите. Или просто читать разучились? А, может, на пару с Долгопупсом решили разнести мой кабинет? – Снейп стряхнул с ладони ненужные глаза, а оставшиеся три бросил в котел. – Или, может, просто стоит рассадить вашу троицу, и тогда, наконец, вы перестанете отвлекаться. Мистер Забини, поменяйтесь местами с Поттером! – приказал Снейп, и по взмаху его палочки котелки Блейза и Гарри поплыли по воздуху и поменяли парты. Самим студентам ничего не оставалось, как собрать оставшиеся вещи и, злобно глянув друг на друга, последовать за котелками.

- Я не собираюсь с ним сидеть! – огрызнулся Малфой.

- Это не обсуждается, отныне на моих уроках сидеть будете именно так.

Спорить со Снейпом Малфой не решился, а Гарри подумал, что и сказал то он это лишь для вида.

- Давай помогу, - предложил Гарри, видя, как Драко мучается с больной рукой, нарезая лирный корень.

- Только попробуй нарезать плохо, Поттер, - проворчал Малфой. - И, вообще, я больше не собираюсь страдать из-за твоей тупости, так что…

- Я понял, Малфой. Угомонись. Вот, так нормально? – Гарри протянул ему порезанный корень.

- Сойдет, - согласился Драко. – Вот, еще растолки. Я пока с твоим закончу, - Гарри кивнул и принялся толочь крылья златоглазки.

Тем временем Драко бросил в котел Гарри его порезанный корень, добавил златоглазку, пару раз помешал, и над котлом поднялся багровый дымок, это означало, что зелье готово.

- Почему тебя так быстро выписали? – шепотом спросил Гарри.

- Сам попросил, не хочу много пропускать.

- Но рука?

- Мистер Поттер, вы чем-то недовольны? Если закончили, сдавайте образец, и можете быть свободны, в противном случае, ещё одно слово, и ваш факультет лишится баллов. Смею предположить, всех.

- Да, сэр, - Гарри перелил немного зелья во флакон. – Справишься? – спросил он у Драко.

-Да. Иди ты уже, - махнул здоровой рукой Малфой.

-Жду вас в семь на отработке, мистер Поттер, - не поднимая головы от журнала, сказал Снейп, когда Гарри поставил флакон ему на стол.

- Но за что?

- За то, что чуть не разнесли мне кабинет и за пререкание с преподавателем. Дальше продолжать? Скажите спасибо, что не снимаю баллы, с невероятным трудом заработанные вашими сокурсниками, - съязвил Снейп.

- Спасибо, - огрызнулся Гарри. Он надеялся наладить отношения, а получается, что это вовсе не нужно Снейпу. Глупо, как же глупо он себя ведет. Отец и мать остались навсегда там, в зазеркалье, а здесь только вечно ненавидящий его профессор. Гарри опустил руки – пора, наконец, вернуться в реальный мир. Видимо, все его мысли слишком явно отразились на лице.

- Я думал, вы немного умнее, мистер Поттер, - заговорил Снейп, - и умеете делать выводы или хотя бы слушать, что я вам говорю. Или вы решили, что слепо подчиняться кому-то намного лучше, чем думать самому? Идите, чего встали.

«Уроки? Дамблдор разрешил», - понял Гарри, отчего неуверенная улыбка все же расползлась по его лицу. Снейп кивнул, и Гарри вышел из класса.

Вскоре его догнали Рон с Гермионой.

- Чего на тебя Снейп так взъелся?- спросил Рон.

- Кстати, это неправда, Гарри, твой котёл не взорвался бы, это точно. Зелье, конечно, было бы испорчено. Но и его можно было бы исправить…

- И мне не нравится сидеть с Забини, - ворчал Рон.

- Можно подумать, мне нравится сидеть с Малфоем, - поддержал его Гарри. – Что-нибудь придумаем, может, на следующем уроке Снейп обо всем забудет.

- Что-то я в этом сомневаюсь, Гарри.

***

С трудом дождавшись вечера, Гарри постучал в дверь кабинета Снейпа.

- Заходите.

Гарри открыл дверь, Снейп сидел за столом и что-то писал. Он поднял голову и посмотрел на Гарри.

- Проходи. Садись, - Снейп указал на стул, стоящий рядом с его столом.

Гарри сел, внимательно глядя на профессора.

- Как ты понял, Дамблдор разрешил занятия. Ты должен научиться контролировать сознание и не позволять кому-то подчинить свой разум. Это сложно. Честно говоря, ты практически единственный способен сопротивляться этому заклятию, так что, давай приступим, - Снейп достал палочку и направил ее на Гарри. – Готов?

- Нет, пап.

Северус вздрогнул.

- Я не буду заставлять тебя бить учеников, Гарри. Для начала попробуем что-то совсем простое. Готов?

- Да, - Гарри зажмурился и кивнул головой.

- Империо!

Снова ни мыслей, ни чувств - ничего. Пустота, спокойно и хорошо. Правильно. «Встань, подойди к стеллажу и принеси мне скарабеев» - голос, знакомый голос слышит Гарри у себя в голове. Он очнулся, протягивая Снейпу коробку с сушёными жуками.

- Ты не сопротивляешься, даже не пытаешься! Еще раз! Империо!

Снова пустота. «Котлы, вычисти котлы в углу». Гарри будто проснулся, склонившись над котлом с тряпкой в руке.

- Что ты делаешь, черт возьми? – зарычал Снейп.

- Я не знаю, не выходит.

- Ты ленишься, даже не пытаешься сопротивляться мне.

- Я стараюсь, но не получается!

- Соберись! Империо!

И на пятый раз ничего не вышло. Гарри бегал, прыгал и даже кукарекал.

- Не сегодня всё, - Снейп опустил палочку. – Завтра продолжим. Иди на ужин.

- Но я…

- У тебя не выходит, потому что ты ничего не делаешь, не пытаешься, ведешь себя как слепая овца!

- Я устал…

- Иди отдыхай. И, если и завтра ты не начнешь соображать, твои уроки продолжаться с Грюмом.

- Нет.

- Отработка закончена, мистер Поттер, - Северус сел за стол и снова склонился над бумагами. Гарри обиженно хлопнул дверью и вышел из кабинета. Он и правда не понимал, почему ничего не получилось.

Северус злился, до поздней ночи он расхаживал по кабинету, размышляя о причинах неудачи. Ему совсем не хотелось отдавать мальчишку на растерзание чокнутому мракоборцу. Северус подумал, что, возможно, Поттер слишком доверяет ему, возомнив отцом, но практически сразу отмел эту мысль, видимых причин не доверять Грюму, судя по рассказу Малфоя, у Гарри не было. Ближе к полуночи ему в голову пришла мысль, которую Снейп решил проверить на следующем занятии, и с тяжелой головой, наконец, отправился спать.

Следующим вечером, когда Гарри с друзьями выходил из кабинета Чар, у окна в коридоре его уже ждал крёстный.

- Сириус! – обрадовался Гарри.

- Привет, Гарри! – Блэк обнял крестника. – Пойдем скорее, нас уже ждут. Надеюсь, ты готов подписать бумаги?

- Конечно! – Гарри обернулся к друзьям.

- Мы ждём тебя в гостиной, - подбадривающе пообещал Рон.

Войдя в кабинет директора, Гарри увидел Дамблдора, сидящего за столом. Напротив него сидел невысокий лысоватый волшебник в официальной серой мантии с эмблемой министерства и папкой с бумагами в руках.

- Здравствуйте, мистер Поттер, - поздоровался волшебник. – Я Девин Гейт, - он протянул ему руку, и Гарри пожал ее.

- Мистер Блэк, - продолжил Гейт, - подал документы в наш отдел на получение опеки над вами. Вы достаточно взрослый молодой человек, для того, чтобы выразить своё мнение по этому поводу.

- Я согласен, - быстро заявил Гарри.

Гейт кивнул.

– Ваши родственники не возражают и, поскольку я получил ваше добровольное согласие при свидетеле, - он кивнул в сторону Дамблдора, - и, в связи с предоставленными мистером Блэком документами о финансовом состоянии и имуществе, я не вижу причин возражать. Подпишите здесь и здесь, - он дотронулся своей палочкой до бумаг, и места, где нужна была подпись Гарри, засветились. – Теперь вы, профессор Дамблдор, засвидетельствуйте своей подписью передачу опеки мистеру Блэку, - Дамблдор подписал документы. – Ну, вот и всё, мне осталось получить подписи ваших родственников, но с этим, согласно этой бумаге, проблем быть не должно. Вынужден откланяться, я спешу, - Гейт встал, пожал руку Дамблдору и Блэку, попрощался с Гарри и вышел из кабинета.

Гарри был очень счастлив, выйдя из кабинета директора, он крепко обнял крёстного.

- Очень мило, противно смотреть, - раздался над ухом Гарри, презрительный голос Снейпа. – Почему я вынужден искать вас по всей школе, мистер Поттер? Смею напомнить о наших занятиях.

- Что за занятия, Снейп?

- Не твоё дело. Идёмте, Поттер.

- Как раз, моё! С этого момента я официальный опекун Гарри и имею право знать, чему ты собрался его обучать, и вполне могу запретить это.

Что-то больно кольнуло в груди, но Северус не показал этого. Возможно жить с ним для мальчишки будет намного лучше, чем с этой… тёткой-маглой, а уж в том, что с детства она ни капли не изменилась, Северус не сомневался. Однако, и полностью доверять воспитание ребенка неуравновешенному Блэку Снейп бы не рискнул, хотя ему то какая разница, разве нужен ему этот негодный, непослушный, вечно сующий нос не в своё дело, мальчишка? «Нужен» - ответил, наверное, внутренний голос, но Северус, нахмурившись, решил затолкать эту мысль поглубже.

- Ты предлагаешь мне расплакаться от счастья, Блэк? Я не собираюсь перед тобой отчитываться, но в этот раз ты действительно можешь пригодиться. Идёмте, - Северус хотел испытать свою догадку на себе, но, раз уж Блэк так удачно подвернулся, почему бы не испытать это не нём. И это совсем не из мести.

- Дамблдор поручил мне обучить Поттера сопротивляться Империо, - захлопнув дверь своего кабинета, сообщил Снейп Блэку.

Сириус недоверчиво посмотрел на Гарри, но тот согласно кивнул.

- У меня мало времени, так что начнём. Встань там, Блэк, - Снейп указал вглубь кабинета. – Поттер, мне придется проделать то же самое, что и Грюм, - смотря Гарри прямо в глаза, заговорил Снейп, - но, в отличие от Малфоя, ваш крёстный вполне способен вынести пинок четырнадцатилетнего мальчишки. Правда, Блэк? – спросил он, оборачиваясь.

Сириусу идея не понравилась, но он молча кивнул.

И Северус снова повернулся к Гарри, ему было важно, чтобы Поттер понял смысл его слов.

- То, что вы услышите, будет сказано мной только для того, чтобы вызвать ответную реакцию вашего разума. Мы пробуем только один раз. Если ничего не получится, я сообщу Дамблдору, что произошедшее на уроке - чистая случайность, и прекращу занятия.

- Я не буду заниматься с Грюмом, - возразил Гарри.

- Не будете. Вы готовы, Поттер?

Гарри снова зажмурился и кивнул.

- Империо!

«Враг, Поттер, предатель, это он предал Поттеров! Месть так сладка! Бей!». Гнев вскипел внутри, ярость затопила кровь, и Гарри сделал пару шагов в сторону Блэка, сжимая кулаки. «Ненавижу! Нет! Крёстный не предатель… Не Сириус! Это Петтигрю… я знаю». Ярость отступила, и Гарри остановился, сжимая кулаки.

- Получается, Поттер, - Снейп опустил палочку. - Видимо, ваш мозг начинает сопротивляться, когда категорически противится приказу. Ещё раз!

Гарри кивнул.

- Империо!

На третий раз Гарри спокойно повернулся к Снейпу и отрицательно помотал головой.

- Ты молодец, Гарри, ты справился, молодец! – Блэк крепко прижал к себе Гарри от радости.

- Кажется, да, - пожал плечами Гарри.

- Вполне сносно, Поттер, - согласился Снейп. – А теперь, Блэк, ты можешь подождать снаружи, Поттеру ещё коты чистить за испорченное зелье, а смотреть на тебя я больше не собираюсь.

- Не вздумай замучить его, Снейп! Я подожду тебя у Дамблдора, Гарри, нужно кое-что с ним обсудить.

- Попробуем что-нибудь попроще, Поттер, - сказал Северус, когда за Блэком захлопнулась дверь. – Если и на этот раз получится, можно считать наши занятия успешно законченными. Готов?

«Вычисти котлы». Гарри развернулся и пошёл к котлам. Заглянув в один из них, он поморщился от вида остатков испорченного зелья и обернулся:

- Пап, вообще-то, ты и сам бы мог это сделать одним заклинанием. Миссис Уизли всегда так моет посуду, - сказал он и улыбнулся.

- Всё, Поттер, ты справился. Можешь быть свободен.

- Пап, у меня получилось, правда, получилось! – Гарри сиял так, что Снейп понял, что он собирается сделать и остановил его на расстоянии вытянутой руки. «Да, какого чёрта» - подумал он. Северус уже потерял его мать из-за своей глупости и, уж точно, не собирался потерять «сына». Ещё немного подержав Гарри за плечи, он прижал его к себе и крепко обнял.

- Да, получилось, Гарри. И я… горжусь тобой.


Глава 12


Глава 15

Снейп склонился над пергаментом и раздраженно потёр виски. Десять минут назад он влетел в класс вне себя от злости и сейчас внимательно изучал оценки неожиданно приобретённого сына. До урока Северус зашёл в учительскую сообщить Филчу, который постоянно пил там чай, о направленных к нему на отработку студентах. Впрочем, Филча в учительской не оказалось, зато практически никогда не спускающаяся со своего чердака Трелони сидела именно здесь и жаловалась МакГонагалл на её студентов. Снейп презрительно скривился и хотел было уйти, но услышал, что речь идёт о трёх закадычных друзьях, и решил остаться, делая вид, что ищет какие-то бумаги.

- … у девочки совсем нет таланта к Прорицанию, Минерва, - жаловалась Трелони, - и зачем она вновь вернулась на мои уроки? Совершенно, совершенно ничего не видит дальше собственного носа и того, что написано в учебнике. Но ведь Прорицание - это своего рода душа, нужно чувствовать, видеть…

- Я поняла тебя, Сибилла, - оборвала её МакГонагалл, выражение лица последней говорило о том, что сама декан Гриффиндора полностью на стороне Грейнджер.

- А мистер Поттер, - продолжала вещать Трелони, совершенно не обращая на неё внимание, - вообще не занимается, даже не удосужился написать сочинение. Ему, между прочим, грозит ужасная опасность. Я это ясно вижу и, если бы он составил свой гороскоп и рассчитал движение планет…

Дальше этот бред Северус слушать не стал, а, вот, успеваемостью Поттера решил заняться всерьёз. И сейчас он внимательно изучал оценки сына, переписывая их на пергамент.

Ничего об этом не подозревающий Гарри с отвращением кидал в свой котёл рогатых гусениц.

- У вас уже начались тренировки? - спросил Малфой. – Кстати, слишком крупно, - добавил он, кивнув на порезанную печень дракона.

Гарри ещё сильнее поморщился:

- Думаешь, нужно мельче?

- Поттер, протри очки и посмотри на доску. Ясно же написано - мелко нарезанная печень, а у тебя куски размером с ладонь.

Гарри вздохнул и взял нож.

- Нет, не было ещё ни одной, и Вуд молчит.

- И Флинт тоже.

- Мы с Роном вечером хотим полетать… вот, только снитча у нас нет, - с досадой добавил Гарри. – Так пойдёт?

Малфой кивнул, посмотрев на нарезанные куски.

- У вас проблемы, Поттер? – спросил Снейп, отвлекаясь от своих записей.

- Нет, сэр.

- Тогда в чём дело? Вас посадить отдельно, чтобы вы, в конце концов, занялись делом? Несите сюда, что там у вас получается.

Гарри вопросительно посмотрел на Малфоя, тот заглянул в его котёл и едва заметно кивнул «нормально всё». Зельеварение Драко знал не хуже Гермионы, чем Гарри с успехом пользовался. Он перелил немного во флакон и понес профессору.

Снейп посмотрел на зелье и, удовлетворённо кивнув, поставил его на стол.

- Что это такое, позволь тебя спросить? – Северус ткнул пальцем в свои записи, говорил он тихо, так что услышать его мог только Гарри.

Поттер взглянул на пергамент: по Прорицаниям «О», Чары «С», История магии «Т», зато по Защите, Травологии и Трансфигурации твердое «В», а по Уходу за магическими существами даже «П», но это Хагрид неизвестно за что поставил.

- Ну, всё не так уж и плохо…

- Неплохо? Ты не в состоянии сделать домашнюю работу?

- Да, мне просто надоело писать про десять вариантов собственной гибели…

- Сегодня в семь ко мне в кабинет! – громко заявил Снейп.

- Да, сэр.

- С учебниками, - понизив голос, добавил он.

Возвращаясь на место, Гарри поймал сочувствующий взгляд Рона и удивленный Гермионы, судя по всему, она-то видела, что с зельем всё в порядке.

- За что? – удивился Малфой.

- Он найдёт, - отмахнулся Гарри.

***

Сразу после уроков Гарри с Роном, забрав из спальни свои мётлы, побежали на поле, чтобы не терять времени, до отработки у Снейпа его оставалась не так уж и много. Гарри вскочил на метлу и взмыл вверх.

- Догоняй! – крикнул он Рону.

Скорость кружила голову. Как же он соскучился по полётам! И всё бы хорошо, но не хватало чувства азарта и … снитча. Маленький золотой мячик скользнул рядом с ухом и исчез далеко впереди. Повинуясь инстинктам ловца, Гарри рванул за ним.

- Стой, Поттер! Не смей лапать его! – Гарри обернулся на голос. Малфой и Забини стояли на поле. Блейз держал в руках сундук с мячами для квиддича.

- Давай поймаем его, Гарри! – Рон поравнялся с ним и указал рукой на застывший над трибунами снитч. – И заберём себе!

Через пару секунд Малфой обогнал Гарри.

- Он мой, Поттер!

И Гарри бросился в погоню.

«Чистомёт» Рона, по сравнению с «Нимбусами», был слишком медленным, и после нескольких кругов раздосадованный Рон спустился к кольцам. Блейз, даже не пытавшийся влиться в погоню, бросал в них квоффл.

- Лови, неудачник! - выкрикнул он, со злостью швырнув мяч в кольцо.

- На себя посмотри! – рванув вверх неожиданно ловко, Рон выхватил мяч практически из кольца и с не меньшей злостью вернул его Забини. Блейз только хмыкнул.

- А если так?! – Он швырнул мяч в дальнее кольцо. И снова, ловко извернувшись, Рон успел отбить мяч.

Снитч был совсем близко, два ловца летели вверх плечом к плечу, ещё один последний рывок, и снитч будет у одного из них в руках.

- Смотри! – крикнул Малфой, толкнув Гарри плечом, и мотнул головой. Гарри обернулся, взглянув на Рона с Забини, и в следующую секунду услышал победный возглас. Драко поймал заветный снитч, вскидывая его над головой.

- Нечестно! – возмутился Гарри.

- Плевать! Я тебя сделал! Я же обещал,- довольный собой Драко улыбался во весь рот.

- Да мы всего лишь… это даже не настоящая игра. Кстати, откуда у вас мячи? Стащили что ли?

- Поттер, это только вы можете у Снейпа ингредиенты воровать для оборотного… Вот, посмотри, - он протянул Гарри мяч.

На первый взгляд, снитч ничем не отличался от обычного, только по центру его опоясывала надпись «Тренировочный» .

- Что это значит? – спросил Гарри, крутя в руках мячик.

- Это набор мячей для тренировок. Продается во «Всё для квиддича». Ты что, ни разу там не был?

Гарри, и правда, так и не зашёл вовнутрь, только любовался метлой в витрине.

- Ну, тогда точно нечестно, раз он твой, то просто узнал хозяина, - заявил Гарри.

- Нет, - покачал головой Драко. – Единственное отличие в том, что ему перед началом тренировки нужно сообщить, когда она закончится, и, если поймать мяч не удастся, он сам вернётся к владельцу.

- Круто! – восхитился Гарри. – И сколько такой стоит?

-Уизли точно не по карману! - Крикнул Малфой, выхватил из рук Гарри снитч и полетел вниз.

Гарри рванул за ним. Между деревьями за полем, он успел разглядеть человеческую тень, но в следующий миг она исчезла, а шрам на лбу обожгло так, словно его облили кипятком. Гарри схватился за голову и покачнулся.

- Малфой, стой… - от боли получилось только слабо выдохнуть, и Драко не мог его услышать.

- Гарри! – обиженный Рон наблюдал за ними и, заметив неладное, со всей возможной скоростью своей метлы устремился вверх на помощь другу.

Драко обернулся – Поттер весь побледнел, одну руку он прижал ко лбу, а второй слабо держался за метлу, практически лежа на ней, и медленно сползал вниз. Малфой выругался и развернул метлу. Неизвестно как, но Рон обогнал его и успел подхватить Гарри.

- Что ты ему сделал?! – заорал он на все поле.

- Отвали Уизли!

Гарри медленно приходил в себя, боль в шраме пропала так же неожиданно, как и появилась, он выпрямился и приземлился уже сам.

- Там кто-то был, - Гарри указал рукой в сторону деревьев. – Кто-то наблюдал за нами, шрам никогда не болел так сильно, - он растерянно потер лоб.

- Я никого не видел! – возразил Рон. – Зато я видел, как хорёк тебе что-то дал!

- Малфой тут не причём, Рон.

- О, ты его уже защищаешь?!

- Снитч, он дал мне снитч, который сам же и поймал! Прекрати.

- Мне это не нравится, Гарри. Что это ты задумал, хорёк? – Рон обернулся и выхватил палочку.

Драко спрятал снитч в сундук, достал оттуда две биты, отдав одну Забини, и уже взялся за ремень, удерживающий бладжер.

- Снова будешь давиться слизняками, Уизли? – Драко только усмехнулся и принялся расстегивать замок.

Рон покраснел до кончиков ушей.

- Да, я тебя и без палочки…

- Рон, хватит! - Гарри встал между ними. – Ты сделаешь хуже себе.

Малфой хмыкнул за его спиной и, расправившись, наконец, с замком, вскочил на метлу, взмыв вверх, за ним последовал и Забини.

- Лови, Уизли! – Крикнул Драко, целясь попасть по мячу так, чтобы он полетел в Рона и расхохотался.

- Депульсо! – выкрикнул Гарри, направляя палочку на летящий в них мяч, тот полетел обратно, но Малфой отбил его. – В следующий раз я попаду в тебя! Идем, Рон.

За их спинами хохотали Малфой и Забини, передразнивая их.

- Надо было врезать хорьку! – не унимался Рон. – Ты уверен, что это не из-за него? И зачем ты вообще этот снитч в руки брал?

Гарри спрятал лицо в руках и устало потёр глаза под очками. Ему порядком надоела эта вражда, честное слово, даже Малфой держался лучше Рона. Ну, в конце концов, может, хватит уже! Он устал от тайн, устал разрываться между друзьями, устал от постоянной необходимости врать и притворяться, что по-прежнему ненавидит Малфоя, уже не говоря об отце, каждый язвительный комментарий в его сторону вызывал в ответ злобу и желание дать Рону подзатыльник, но всё, что он мог, это равнодушно кивать в ответ. Гарри устал и больше не хотел так жить. Может, всё ему рассказать… Гарри представил реакцию Рона на известие о дружбе с хорьком и о радостной новости об отце, Мерлин… Рон решит, что он спятил, или Гарри потеряет друга навсегда. Гарри выдохнул и устало ответил:

- Я уверен, Рон, за деревьями кто-то был, и надо выяснить кто. Давай посмотрим, вдруг найдём что-нибудь. А снитч ты и сам поймать хотел.

Рон только фыркнул в ответ.

Они дошли до деревьев, за которыми Гарри видел тень, но ничего не нашли, даже следов не осталось.

- Может, тебе показалось? – спросил Рон.

- Не знаю, - честно ответил Гарри. – Идём… отработка.

Гарри поднялся в башню, собрал учебники и домашние задания и пошёл в подземелье. Всю дорогу он думал, стоит ли рассказывать отцу о случившемся, ведь шрам и раньше болел, а с такой высоты принять за тень человека можно всё, что угодно. И Гарри решил молчать.

Снейп встретил его возле кабинета и открыл дверь, пропуская вперёд.

- Садись! – приказал он, указывая на своё место за столом. Северус бросил на стол перед Гарри всё тот же пергамент с оценками. – За что «С» по Чарам?

- Ну… - протянул Гарри, - разрушающие… вазу разбить получилось, а камень - нет.

- Домашнее задание на завтра сделал?

- Да, пап.

- Дай сюда! – Северус протянул руку, пытаясь сохранить строгое выражение лица, «папа» - каждый раз мальчишка задевал какую-то струну в душе. – Встань там, - он указал в центр кабинета.

Вокруг Гарри из ниоткуда выросли каменные истуканы. Северус оградил себя щитовыми чарами и сел проверять работы. – Чего ты ждёшь? Приступай!

- Редукто! Редукто! Редукто! – статуи трескались, но оставались целыми.

- Что ты машешь палочкой, как сова крыльями? Движения должны быть чёткими и резкими. Вот так: Редукто! – каменный идол разлетелся в пыль. – Продолжай!

После нескольких неудачных попыток у Гарри, наконец, получилось.

- Молодец, идём дальше. История магии? – Снейп вопросительно посмотрел на Гарри.

- Я э-э... заснул…

Северус скрипнул зубами и открыл учебник. – От этого места… - он перелистнул несколько параграфов, - до этого. Выучишь и изложишь свои мысли в письменном виде. Понятно?

Гарри обреченно вздохнул и кивнул. Спорить с отцом было бесполезно, легче отделаться малой кровью. «За что боролся…» - подумал Гарри.

- К завтрашнему дню, - добавил Снейп. – Прорицания меня не интересуют, но, поскольку ты их выбрал…

- Я понял, пап.

- Надеюсь, это не списано у мисс Грейнджер? - Гарри замотал головой, и Снейп вернул ему свитки с домашними заданиями. - Если я ещё раз узнаю, что вместо учёбы ты занимаешься чёрт знает чем, будешь учиться здесь, - заметив, что наказание не кажется Гарри таким уж страшным, он добавил, - забыв о Хогсмиде, квиддиче и прочей ерунде.

***

Следующая неделя проходила спокойно, шрам больше не болел. Первое время Гарри постоянно оглядывался и смотрел по сторонам, пытаясь разглядеть что-нибудь странное, но ничего не замечал. Вскоре он и сам начал думать, что всё это ему показалось. Лишь во сне Гарри видел, как тень за деревьями превращается в человека в чёрном плаще, но он никак не мог разглядеть лица. Ближе к выходным Гарри окончательно решил, что никого там не было, защитная магия школы, по словам Гермионы, слишком сильна и просто не пустит чужака на территорию.

Приближался его день рождения и это был первый раз, когда Гарри проведёт этот день мало того, что не с Дурслями, так ещё и в Хогвартсе. И Гарри надеялся, что этот день будет самым счастливым днём рождения за последние четыре года.

Проснулся он от грохота в гостиной и рывком встал с кровати. В спальне уже никого не было, Гарри быстро оделся и побежал вниз. Пока он спускался, раздался звук, будто что-то тяжёлое упало в гостиной, послышался чей-то визг, и всё затихло. Гостиная казалась пустой и слишком тихой. Первые секунды Гарри стоял на ступеньках лестницы в полной растерянности, а потом, всё ещё ничего не понимая, шагнул в гостиную, и в этот миг вверх взмыли салюты, раскрашивая все вокруг разноцветными красками, из потухшего камина вылетели сотни воздушных шаров, заполняя собой всё пространство под потолком, а в воздухе кто-то написал «Гарри Поттер, С Днём Рождения!». И в следующую секунду чары с гостиной спали окончательно. Весь факультет собрался в комнате и аплодировал ошарашенному Гарри.

- Поздравляем тебя! – Рон пожал ему руку.

- Мы хотели устроить тебе сюрприз, - крепко обнимая друга, сказала Гермиона.

- У вас получилось…

- Будешь открывать подарки, - начал Джордж, оглядываясь на брата.

- Начни с этого, - Фред ткнул пальцем в большую коробку, - нам всем интересно , что внутри. И напоминаем, вечеринка после ужина, не набивайте животы.

- Уж, мы с Фредом обо всём позаботимся, - закончил Джордж.

У Гарри никогда не было настоящего дня рождения с друзьями, подарками и вечеринкой. И сейчас он растерянно смотрел по сторонам и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Гарри окинул взглядом кучу подарков, сваленных возле дивана, присвистнул и принялся распаковывать коробку, указанную Фредом. Собравшиеся вокруг ученики только восхищённо ахнули. Молния! Гарри зачарованно любовался метлой. Он и мечтать не мог о таком подарке.

- От кого это? – спросил Рон.

- Здесь письмо…

«С Днём Рождения, Гарри.

Я думаю, на этой метле тебе не будет равных, хоть ты и так прирождённый ловец, весь в отца. Я уверен, твои родители смотрят на тебя с небес и очень гордятся.

Я поздравляю тебя и помни - Гриффиндор обязан победить!

Сириус».

Гарри улыбнулся, прижал письмо к груди и протянул Рону. Он бережно погладил рукоятку метлы, «А, ведь, Малфой подавится от злости» - мелькнуло у него в голове.

- Как вам это удалось? – спросил он Рона, разворачивая следующий подарок. – Чары невидимости вроде не действуют.

- Фред с Джорджем придумали маскировочное заклятье. Оно на помещение накладывается, а не на людей, и разрушается при малейшем движении. А, вообще, нам домовики помогли, у них магия немного другая.

Гарри взял в руки небольшой сверток в скромной оберточной бумаге, но почему-то именно он привлек его внимание. На упаковку было прикреплено письмо, и Гарри решил сначала прочитать его.

«Здравствуй, Гарри. Поздравляю тебя!

Пару месяце назад Дамблдор вернул мне эту вещь, но, поскольку я больше не являюсь твоим преподавателем, я могу вернуть её тебе. И считаю, что она принадлежит тебе по праву. Используй ее с умом, Гарри. Шалость удалась!

Римус Люпин».

Гарри понял, что внутри, и, с нетерпением разорвав упаковку, увидел карту мародеров. Близнецы довольно присвистнули, и Гарри поспешил спрятать карту в карман мантии.

- Ну, всё, хватит, ты до ужина всё не распакуешь! Пойдём на завтрак, есть хочется, - взмолился Рон. – Позже мы тебе поможем.

***

Гарри был счастлив, даже овсянка казалась вкуснее, чем обычно. У него было столько подарков, что, пожалуй, и Дадли не снилось. И, уж чего он точно не ожидал, так это того, что на стол перед ним, опрокинув его и Рона с Гермионой чашки, свалится ещё одна увесистая коробка, а две совы, недовольно ухая, потребуют угощение за тяжелую ношу. Гарри угостил их печеньем и открыл подарок. Внутри он обнаружил защитную форму для игры в квиддич.

- О! – воскликнул Рон, доставая перчатку.

- Что? Что в этом такого?

- Я видел такую на каникулах. Очень дорогая… - Рон повертел перчатку в руках. – Она очень хорошо защищает, даже если бладжер тебя ударит, максимум ушибом обойдешься. Никаких переломов. И, смотри, - Рон повертел перчаткой перед лицом Гарри, - внутренняя сторона из тончайшей кожи дракона, не позволяет скользить рукам по черенку… Что? ... Так на этикетке было написано. И, вот, ещё что, - Рон провел пальцем по внешнему ребру, и ладонь перчатки покрылась мелкими шипами, - это поможет удержаться на метле в крайнем случае.

- От кого? – спросила Гермиона.

- Я не знаю, письма вроде нет.

- Немедленно положи это, Рон! – от неожиданности Рон выронил перчатку, Гермиона достала палочку и пару раз подбросила форму в воздухе.

Откуда-то из жилетки выпал магловский фунт и записка «Свалишься, так хоть не переломаешься».

Рон взял монетку и повертел в руках. - Что это?

- Магловские деньги, - пояснила Гермиона. – Я сомневаюсь, Гарри, что твои дядя с тетей могли попасть в Косой переулок, да ещё купить тебе это. И ещё, записка больше похожа на угрозу. Думаю, тебе не стоит одевать её и, вообще, нужно проверить на…

- Нет, не нужно. Я знаю от кого. Это вовсе не угроза, Гермиона.

- Но, ты уверен?

- Абсолютно.

После завтрака Гарри не мог удержаться и не испытать новую метлу и форму. Свой «Нимбус» он подарил Рону, друг был вне себя от счастья.

Гарри взмыл вверх, едва успев пересечь порог школы. Скорость кружила голову, свист ветра в ушах заставлял сердце биться чаще, казалось, лететь быстрее просто невозможно. Это было настоящее ни с чем не сравнимое чувство восторга. Пару раз облетев вокруг замка, Гарри заметил сидящего возле озера Драко. Малфой сидел на берегу и бросал «лягушек» в воду. Гарри спикировал вниз и, слегка не рассчитав скорость, кубарем покатился по земле.

- Привет, Малфой, - отряхиваясь, поздоровался Гарри. – Чего это ты тут сидишь?

- Не твое дело, Поттер! Откуда у тебя… - Драко поднял метлу с земли, восхищённо её рассматривая.

- Сириус подарил. Так что теперь у тебя шансов точно нет! Я, вообще, спасибо хотел сказать за форму. Рон говорит, что она дорогая, наверное, не стоило…

- Судя по твоим приземлениям, она тебе точно понадобится. И “дорого” – это для Уизли. Я не знаю, что там с твоей башкой творится, но если ты… в общем, без неё на метлу не садись, - Драко заглянул через плечо Гарри и снова отвернулся к озеру.

- Близнецы решили устроить вечеринку после ужина.

- Поттер! Мне-то это для чего? Я туда даже под Империо не пойду.

- Ну, на вечеринку, я думаю, и правда не стоит, но сливочным пивом я тебя, пожалуй, угощу.

- Очень надо, - огрызнулся Драко.

-Я серьезно, давай часов в десять в холле, думаю пару бутылок мне стащить всё-таки удастся.

- Отбой в девять. Нас поймают. Это у тебя есть тряпка-невидимка…

- Ты забыл с кем связался, Малфой? Снейп зайдет к вам в девять, проверит и уйдёт.

- Ну, и как я, по-твоему, доберусь до холла?

Идти через весь замок даже в мантии Гарри не хотелось. Коридоры в подземельях достаточно узкие, наткнись на кого-нибудь - не разойдёшься, да, и своих слизеринские старосты не штрафуют, а преподаватели не очень-то жалуют подземелья… Немного подумав Гарри достал из кармана карту, что-то пробубнил и протянул Драко.

- Вот. И не вздумай кому-нибудь показать.

- Но это… это же… – Драко неверяще смотрел, как кусок старого пергамента в его руках распрямился, увеличился в размере и превратился в подробный план Хогвартса и окрестностей. Драко увидел две точки с именами «Гарри Поттер» и «Драко Малфой» возле озера, кучу имен на крыльце школы и, наконец, подозрительно глянув на Гарри, спросил. – В чём подвох, Поттер?

- Ни в чём, - пожал плечами, Гарри. – Если ты будешь осторожен и постоянно будешь сверяться с ней…

- Я понял, - Драко изучающе разглядывал карту. – Смотри-ка, сам министр пожаловал поздравить неподражаемого Гарри Поттера. Какая честь, не правда ли?- съехидничал Малфой. – Если верить ей, то он с Грюмом в его кабинете, - Драко ткнул пальцем в точку Барти Крауч.

- Не говори ерунды, - насупился Гарри. – Мне это совсем не нужно. И, к тому же, если он у Грюма, а не здесь, скорее всего, это твой отец всё же поставил министерство на уши.

- Да, так и есть, - Малфой важно вскинул подбородок. Драко еще раз скользнул взглядом по карте, быстро сунул её в карман и вновь посмотрел за плечо Гарри. – Давай, лети отсюда!

Гарри непонимающе обернулся и увидел идущую к ним Паркинсон.

- Так у тебя… э… ну…

- Да, свалишь ты, наконец?!

Гарри схватил метлу, расхохотался и взмыл вверх.

Глава 13


Глава 16

оследний месяц лета пролетел совсем незаметно. Сегодня в Хогвартс должны были приехать новые ученики, и в честь официального начала учебного года первое сентября для всех обитателей замка было объявлено выходным днём с разрешением посещения Хогсмида.

- Я же говорил, он уже ждёт нас, - переступая порог паба «Три метлы», Рон указал рукой на рыжеволосого парня, сидевшего за дальним столиком возле камина.

Тот обернулся и, заметив друзей, расплылся в улыбке. Рон плюхнулся в кресло рядом с ним и взял со стола меню.

- А где же тёплые семейные объятия? – насмешливо поинтересовался он, взъерошивая Рону волосы. – А вы, я полагаю, Гермиона Грейнджер и знаменитый Гарри Поттер. Я - Чарли, брат этого невежи, - он снова улыбнулся и протянул Гарри руку. Гарри с удовольствием пожал её и только сейчас заметил небольшие шрамы и ожоги на лице и руках Чарли. – Издержки профессии, - прокомментировал он.

Друзья удобно расположились в креслах напротив и заказали сливочного пива у подошедшей мадам Розмерты.

- Надолго тебе удалось вырваться от своих драконов? Мама всерьез беспокоится, что однажды ты женишься на одном из них, - усмехнулся Рон.

- Брось, разве ты не знаешь, мама склонна драматизировать. Я не совсем в отпуске, я здесь по секретному поручению министерства, - заговорчески произнес Чарли и подмигнул друзьям.

- Неужто в лесах Англии завелись драконы? – спросил Гарри.

- О… да, вы и правда ничего не знаете, - разочарованно протянул он. – Но тогда, полагаю, вас ждёт большой сюрприз. Я-то думал, отец с Перси всё же проболтались.

- А, ну, рассказывай!

- Не, не, не могу, секретное задание, помнишь? – Чарли важно поднял вверх указательный палец. – Лучше вы расскажите, как успехи в школе.

Гарри откинулся на спинку кресла и с наслаждением медленно потягивал сливочное пиво, слушая болтовню Рона и рассказы Чарли о драконьем питомнике и о Румынии. Чарли оказался добрым весёлым парнем, и Гарри не заметил, как пролетело время.

- Ну, что ж, мне пора, да, и вам, думаю, тоже. Был рад с вами познакомится. Ещё увидимся,- Чарли похлопал Рона по плечу, - быстрее, чем ты думаешь, братишка.

Едва компания вышла за порог паба, он кивнул на прощание и трансгрессировал.

- Надеюсь, не промахнётся,- усмехнулся Рон, глядя на поднявшуюся пыль там, где секунду назад стоял его брат. – Пару раз его занесло чуть дальше, а однажды угораздило приземлиться в каком-то магловском магазине. Отцу долго тогда пришлось с маглами возиться, - он покрутил головой и кивнул в сторону «Зонко», - если поторопимся, успеем, говорят, там много нового.

***

У входа в Большой зал царила оживлённая атмосфера. Казалось, вся школа собралась возле дверей.

- Что там происходит? – спросил Гарри, вместе с толпой протискиваясь внутрь.

В зале ученики толкались, не спеша рассаживаться за свои столы. Оглядевшись, Гарри увидел, что столов в зале пять. Наконец, все расселись, с любопытством поглядывая на пустующий стол.

- Рад видеть всех вас,- заговорил Дамблдор, поднимаясь со своего кресла, - надеюсь, вы хорошо провели этот день и готовы к новому учебному году.

В дверях показался Филч, он подбежал к директору и что-то быстро зашептал ему на ухо, размахивая руками.

- Спасибо, Аргус,- улыбнувшись, сказал Дамблдор, он обвел сияющим взглядом учеников, будто ему только что сообщили о выигранном миллионе. – Я должен сообщить вам несколько важных новостей перед началом распределения первокурсников. Надеюсь, вы хорошо поели в Хогсмиде и сможете дождаться ужина, - в зале послышался смех и Дамблдор продолжил. – Первое известие, возможно, несколько огорчит вас – квиддич в этом году отменяется.

«Что? Почему?» - Гарри не поверил своим ушам. Ведь даже решающий матч за тот год так и не был сыгран. По Большому залу прокатились возгласы недовольства и возмущения.

- Тише, тише! Аргус, я думаю, уже пора… - Филч выбежал из зала и вскоре вернулся, неся в руках небольшой сундук. Он поставил его перед директором, Дамблдор открыл крышку и достал стеклянный кубок, внутри которого полыхало голубоватое пламя.

«Ах!» - прокатилось по залу. Гарри, не понимая в чем дело, тихонько толкнул в бок восхищенно смотрящего на кубок Рона.

- Кубок огня! Не может этого быть!

Меж тем Дамблдор установил кубок на пьедестал.

- Прошу вас, Аргус, пригласите наших гостей.

Двери распахнулись, и Гарри замер, даже не дыша, в зал будто влетели девушки необычайной красоты, окружённые порхающими бабочками и сердечками. Гарри казалось, он никогда не видел никого более прекрасного. За ними шла женщина, по росту не уступающая Хагриду, а то и выше.

- Поприветствуем наших гостей из Шармбатона и их директора мадам Максим.

Зал взорвался аплодисментами. Девушки кокетливо склонились в реверансе, их бабочки и сердечки разлетелись по залу. Гарри, смутившись, покраснел, когда одно сердечко приклеилось к его щеке и, растерянно потер её.

- А ну, прекрати, - сердито зашептала Гермиона и стряхнула бабочку с его плеча.

- Я… э… нет. Это не то, что ты подумала.

- Да, мне и думать не надо, у тебя на лице всё написано.

Девушки заняли половину пятого стола, с улыбками озираясь вокруг.

- А теперь наши гости из северного Дурмстранга и их директор Игорь Каркаров! – прервал их диалог Дамблдор, чему Гарри несказанно обрадовался.

В зал, высекая искры своими посохами-тростями, чеканя шаг, вошли студенты Дурмстранга.

«Крам! Смотрите, Виктор Крам!» - тут и там слышал Гарри восторженные возгласы.

- Я и не думал, что он ещё ученик, - сказал Гарри Рону. Тот в ответ смог лишь промычать. Он достал из своей сумки купленную на чемпионате фигурку Крама и теперь, кажется, сравнивал ее с оригиналом.

Гарри взмолился, чтобы Рон не бросился за автографом прямо сейчас, и для уверенности придержал его за плечо. Дурмстранговцы поздоровались со всеми собравшимися кивком головы и заняли свободные места рядом со студентками Шармбатона.

- Наши гости проведут с вами весь учебный год, - снова заговорил Дамблдор. - Именно столько продлится Турнир Трех Волшебников. А теперь, я хочу, чтобы вы послушали меня очень внимательно и, самое главное, услышали. Долгое время турнир был отменён в связи с множеством жертв. Задания на турнире чрезвычайно опасны, и, к величайшему сожалению, на нём погибло много юных и талантливых волшебников и волшебниц. Я не сомневаюсь, что все вы хотите принести честь и славу своим школам, но прошу вас прежде, чем опустить свое имя в кубок, хорошо подумайте. В этом году все мы приложим максимум усилий, чтобы чемпионы не пострадали, одной из мер предложенных министерством является совершеннолетие участников. И я лично проведу черту, которую ребенок переступить не сможет. Надеюсь, вы услышали и поняли меня. А теперь для желающих участвовать в турнире объявляю – времени на обдумывание у вас ровно сутки. Завтра за ужином мы узнаем имена чемпионов! Вам необходимо написать своё имя и школу и опустить записку в кубок. Ну, и напоминаю – победителя турнира ждет вечная слава!

- И тысяча галеонов,- заметил Рон.

Студенты притихли, а затем зал взорвался восторженными криками и аплодисментами. Студенты наперебой предлагали кандидатуры чемпионов, кто-то сожалел, что не сможет принять участие.

- Теперь, полагаю, можем начать распределение первокурсников, прошу вас, Минерва.

МакГонагалл, как обычно, привела в зал малышей, и шляпа одного за другим отправила их к одному из столов, но после объявления о таком событии мало кто обращал на это внимание.

- Ты бы хотел участвовать? – спросил Рон, наконец насмотревшийся на своего кумира, пряча в сумку его фигурку. – Думаю, от Дурмстранга будет Крам.

- Не знаю. – честно ответил Гарри. Он и правда не знал, в его жизни и без того хватало опасных приключений, и он надеялся хотя бы один год провести спокойно, тем более сейчас. Но и кубок в руке мерещился ему слишком явно. – Всё равно, это невозможно.

- А я хотел бы, - со вздохом ответил Рон.

***

Следующий день пролетел незаметно. Старшекурсники за обедом рассказывали, что Дурмстранговцы и Шармбатонки посещают занятия вместе с ними, а на ужин Гарри с Роном практически бежали, таща за собой Гермиону.

- Итак, начнём! – громко произнес Дамблдор, подойдя к кубку. Тот заполыхал красным огнём, казалось, пламя вот-вот перельётся через края и сожжет всё вокруг.

Дамблдор взмахнул палочкой, раздался оглушительный хлопок, пламя из кубка взмыло вверх, вынося с собой первую записку. Дамблдор подхватил её и громко прочитал: «Чемпион Дурмстранга – Виктор Крам!»

Зал взорвался: кричали, хлопали, свистели и даже топали. Гарри казалось, Рон вообще упадет в восторженный обморок.

Чемпионом Шармбатона стала Флёр Делакур, а Хогвартса – Седрик Диггори, и каждый раз студенты шумно поддерживали чемпионов.

Проводив Седрика в комнату чемпионов, Дамблдор широко улыбаясь, развёл руки в сторону, будто хотел обнять всех присутствующих, но взглянул на кубок, и улыбка сползла с его лица.

- Что-то не так,- шепнул Рон на ухо Гарри, - огонь не потух.

- Что это значит? – не понял Гарри.

-Вот это… - Рон показал пальцем на очередной столб пламени, и в Большом зале повисла тишина.

Дамблдор прочитал записку, окинул всех присутствующих суровым взглядом и, наконец, произнес

- Гарри Поттер.

Взгляды всех собравшихся устремились на него. Гарри захотелось сползти под стол и остаться там навсегда, он растерянно озирался по сторонам, в глубине души надеясь, что это чья-то глупая шутка, но время шло, а никто так и не засмеялся. Гарри не мог понять, почему кубок выбросил его имя.

- Иди, Гарри, иди – толкнула его Гермиона.

-Нет, - замотал головой Гарри. – Я не бросал записку.

- Гарри Поттер! – Настойчиво позвал директор.

- Иди, - Гермиона выпихнула его из-за стола.

Гарри взглянул на друзей, словно на спасательный круг, но они смотрели на него удивленными, ничего не понимающими взглядами и только пожимали плечами. Никто не произнес ни звука, в зале стояла такая тишина, что был слышен шорох мантии Гарри, он споткнулся и чуть не упал, от волнения запутавшись в ней. «Поттер несовершеннолетний! Ему же нельзя!» - выкрикнул кто-то и в зале зло зашептались.

Проходя мимо Малфоя, Гарри бросил на него быстрый взгляд, надеясь найти поддержку хоть у него, но Драко презрительно ухмыльнулся, с ненавистью глядя в ответ, и Гарри понял – друга он потерял.

Тут он поднял взгляд на преподавательский стол и увидел Снейпа. Сказать, что он был в ярости, значит не сказать ничего… Глаза горели таким гневом, что Гарри стало страшно, губы сжаты настолько сильно, что побелели и, казалось, вообще отсутствовали на лице, а желваки на щеках подрагивали, будто, Снейп проговаривал про себя какое-то проклятье. Гарри сглотнул тяжелый ком в горле.

- Это ты бросил записку в кубок?- словно издалека, услышал он слова директора.

-Нет, - Гарри отрицательно замотал головой.

***

Северус мерил шагами собственный кабинет в ярости и растерянности одновременно, он просто не знал, что делать дальше. Нахальный мальчишка так и не признался, зачем, а главное, как ему удалось обмануть кубок. Не то, чтобы Снейп ждал, что Поттер придёт покаяться, но в этом случае можно было принять хоть какое-то решение. Допускать безмозглого сына до турнира Северус не собирался, хотя глупо врать самому себе – именно этого Северус и ждал.

«Дамблдор позволил ему участвовать! О чём только думает этот старик?! – Снейп отшвырнул стоящий на пути стул. – Мальчишка. Он всего лишь самоуверенный, глупый мальчишка. Такой же, как и его…». Северус склонился над столом и написал пару строк: «Блэк, я предупреждал Дамблдора - отдать Поттера под твою опеку глупейшая идея, уверен, что без твоего влияния здесь не обошлось. Полагаю, Поттер уже похвастался, однако ты можешь пролить свет на то, как ему удалось обмануть Кубок Огня и стать одним из чемпионов турнира. Наверняка, это одна из ваших бредовых выходок. Время вправить мальчишке мозги у тебя до завтрашнего ужина».

К отбою Поттер так и не явился. «Может, оно и к лучшему» - решил Северус, он не был уверен, что сейчас сможет удержать себя в руках.

***

По пути в башню Гриффиндора Гарри думал, кто и зачем бросил его имя в кубок. Может кто-то слышал вчерашний разговор с Роном и решил помочь или подшутить. Но кто? Гарри не знал, и это немного тревожило его. Да, он хотел участвовать, как и половина школы, но всерьёз не задумывался об этом и, тем более, не хотел терять друзей и портить отношения с отцом.

Едва он переступил порог гостиной, сокурсники налетели на него с расспросами. Всех интересовал только один вопрос. И сколько бы Гарри не утверждал обратное, никто его не слушал, а самое главное - не верил.

С трудом пробравшись в спальню, Гарри с облегчением выдохнул, увидев там только Рона, лежащего на кровати.

- Уже освободился? – спросил он, глядя куда-то в сторону.

- Да, - выдохнул Гарри, усаживаясь на свою кровать.

- Чего тебе не хватает, скажи? Славы? Деньги у тебя, вроде, есть. Когда ты умудрился это провернуть? И почему мне ничего не сказал?

- Что? Я Ничего…

- Какой ты друг после этого? Знаешь, я больше не желаю с тобой разговаривать!

-Да, я…

- Возможно, если бы ты взял меня с собой, у меня тоже был бы шанс. Деньги моей семье не помешали бы. Но ты… Как же… Тебе мало того, что ты и так знаменит! Знаешь, ты слишком зазнался! Да, ещё и врун к тому же, - Рон отвернулся от него и замолчал.

Оправдываться Гарри не стал. Зачем, если все равно не поверит? Он схватил мантию-невидимку и выбежал из спальни. Находиться с Роном в одной комнате не хотелось. «Беги быстрее, там тебя ждут почитатели» - услышал он ядовитый оклик в спину, но не обернулся. Гарри не мог поверить собственным ушам, неужели Рон настолько ненавидит его. На ступеньках накинув мантию, Гарри вышел из гостиной. Сейчас ему было всё равно, заметит это кто-нибудь или нет.

Куда идти, Гарри не знал, за один вечер он умудрился рассориться со всеми близкими людьми. Зайти к отцу он так и не решился, поэтому вышел из замка и побрел к озеру. Гарри сел на большой валун у самой воды, приближение осени чувствовалось здесь особенно остро, ветер холодный и колючий дул с озера, пробирая до мурашек, вода волнами накатывала на берег, почти доставая до ног Гарри. Даже огромный кальмар в такую погоду не рискнул бы показать из воды свои щупальца. Гарри плотнее закутался в мантию, пряча лицо в ладонях, он снова остался совсем один.

- Я знаю, ты здесь, Гарри! – услышал он и обернулся. Гермиона стояла на берегу, подальше от ледяной воды, всматриваясь в пустоту.

- Зачем ты пришла? – спросил Гарри, снимая капюшон. – Тоже…

- Я знаю, что ты не делал этого, Гарри, - Гермиона села рядом с ним и обняла за плечи. – У тебя всегда всё написано на лице, достаточно просто взглянуть.

- Ты единственная так думаешь, - выдохнул Гарри.

- Не сердись на них, я думаю, просто нужно время, и они поймут. Рон всегда вспыльчив…, а … ну, ты знаешь, – она огляделась по сторонам.

-Вспыльчив? Ты разговаривала с ним? Не понимаю, зачем он со мной дружил, если настолько ненавидит. Или он думает, турнир - это развлечение? Он , что, не слушал Дамблдора…

- ЭТО НЕПРАВДА, Гарри! Он обижен и не думает, что говорит.

Гарри лишь пожал плечами.

- Но как ты меня нашла?

- Видела, как открылся проём, но никто не зашёл и не вышел. И решила, что ты придёшь сюда. Ты… мы ведь часто здесь бываем.

- Что мне делать, Гермиона?

- А сам ты чего хочешь?

- Я… Я не знаю. Дамблдор сказал, что выбора у меня нет, но, знаешь, я бы предпочел пожить ещё немного. Чёрт, я даже не знаю, кто и зачем бросил мое имя в кубок.

- Ну, вообще-то выбор у тебя есть. По-моему, я что-то читала. Если хочешь, пойдем завтра в библиотеку. И, послушай, ты должен написать Сириусу, он-то тебе точно поверит, да, и помочь, возможно, сможет.

- Да, - кивнул Гарри.

- Идём, скоро отбой. Мы должны быть в замке, холодно уже. Знай, Гарри, я поддержу любое твоё решение, - улыбнувшись, Гермиона крепко сжала его руку, снова озираясь вокруг.

- Ты ждёшь кого-то?

- Нет, скорее наоборот, не хотела бы встретить. Идём, ладно?

Когда Гарри вернулся в спальню, Рон уже спал или делал вид. Гарри поплотнее задёрнул полог, взял пергамент и обо всем написал крёстному.

Утром его разбудил громкий стук в дверь. Встав с постели, Гарри обнаружил, что все уже ушли на завтрак. Рон, по-видимому, не собирался с ним разговаривать.

- Идём, а то опоздаем, - позвала Гермиона, когда Гарри открыл дверь.

Казалось, вся школа ополчилась против него. Студенты других факультетов провожали их недовольными взглядами и шептались за спиной. Пуффендуйцы смотрели на Гарри так, будто он украл победу у Седрика, кто-то из них выкрикнул: «Седрик – чемпион!», и Гарри услышал одобрительные возгласы.

- Просто не обращай на них внимания, - попыталась поддержать его Гермиона.

- Это довольно трудно, особенно, когда все тычут в тебя пальцем.

В Большом зале оказалось не лучше. Они зашли, когда большинство студентов уже успели поесть, а оставшиеся при их появлении замолчали, зло поглядывая на Гарри. Гермиона потянула его на привычное место, рядом с Роном. Тот покосился, но ничего не сказал. Вообще, Рон разговаривал только с Гермионой, делая вид, что Гарри здесь нет. Раздосадованный и обиженный Гарри отвечал ему тем же.

- Знаете, что, - не выдержала Гермиона, - вы двое ведёте себя, как напыщенные индюки! Вам следует поговорить и всё выяснить, наконец. Ты слышишь меня, Рон?! – она больно толкнула в бок отвернувшегося от неё Рона, отчего он негромко ойкнул. – Я иду в библиотеку, Гарри, как только что-нибудь найду, позову тебя, - с этими словами она взяла свою сумку и вышла из-за стола.

Гарри уткнулся в тарелку, дожёвывая свой завтрак, первым мириться он не собирался. Рон, по-видимому, тоже. Он отвернулся и о чем-то заговорил с Невиллом. Гарри плюнул на всё, схватил сумку и направился к выходу, он хотел пойти в совятню отправить письмо крёстному.

- Эй, очкарик! – выкрикнул Драко.

Рон прошел мимо, он явно слышал слова Малфоя, но даже не обернулся.

- Чего тебе, Малфой? – через плечо спросил Гарри у самого выхода.

Драко сунул ему в руку какой-то листок и выпихнул в холл. На ходу Гарри развернул его и прочитал.

«Драко.

Мне известно о произошедшем. В министерстве на каждом шагу говорят об этом. Обмануть кубок способен лишь очень сильный и могущественный волшебник, а, судя по твоим рассказам, Поттер таковым не является. Возможно, ты всё же ошибся… В любом случае, держись от всего этого подальше.

Л. Малфой».

- Ну, и воспользуйся советом папаши, - Гарри вручил ему в руки письмо и развернулся, чтобы уйти.

- Это ты-то сильный волшебник, не смеши меня. Разрушитель фарфоровых статуэток! Да, ты на турнире и десяти минут не продержишься, придурок!

- Это не твое дело, ясно! Тебе-то что?

- Дай угадаю, Поттер, Уизли решил…

- Вчера ты, кажется, думал так же…

- А…, - протянул Драко, - ну, в отличие от него, у меня есть мозги, и я умею ими пользоваться, и тебе бы пора научиться, долго соображаешь. Беги за своей мантией, пока нас кто-нибудь не увидел, и идём.

Гарри похлопал себя по карманам, он так и не выложил её после вчерашней прогулки.

- Она у меня с собой. Куда, интересно, ты собрался? – он быстро накинул её и исчез.

- К тому, кто может помочь.

- Дамблдор…

- Мы не пойдём к этому старому дураку, Поттер, иди за мной.

Драко повел его к лестнице, ведущей в подземелье.

- Нужно успеть до урока и не вздумай влезать раньше времени. Я попробую выяснить, возможно ли что-то вообще изменить, а ты стой и не сопи, ясно?

Гарри кивнул, но сообразил, что Малфой его не видит.

- Чего это ты раскомандовался?

- Тихо! – шикнул Драко. – Профессор! - позвал Малфой и ускорил шаг.

- Вы что-то хотели, Драко? – Снейп, собиравшийся зайти в свой кабинет, остановился возле двери.

- Вот, - Малфой протянул ему письмо отца.

- Следуйте его совету, - равнодушно сказал Снейп, возвращая ему письмо.

- Профессор?! – явно раздосадованный тем, что письмо отца не производит должного эффекта, чуть громче, чем нужно, перебил его Малфой. – Вы считаете Поттера сильным волшебником?

- Что вы снова затеяли? Поттер обычный студент, такой же, как и все остальные.

- Вот именно! Этот придурок… - в этот момент Драко как-то неестественно покачнулся, - не мог сам бросить записку в кубок. Отец считает – мозгов бы не хватило… - резко кивнул головой.

- Что с вами? – подозрительно глядя на Драко, спросил Снейп.

- Да, снимай ты уже, - глядя куда-то в пустоту, Драко протянул руку и, что-то нащупав, сорвал капюшон с головы Гарри. – Хватит меня пинать! – зло прошипел он. – От правды не уйдёшь.

Северус подавился, глядя на них в абсолютном недоумении, и чуть не выронил какой-то флакон, но, всё же, смог взять себя в руки.

- Теперь мне понятны ваши неожиданные успехи в зельеварении, Поттер. Оба за мной! – Северус распахнул дверь кабинета.

- Что, позвольте спросить, побудило вас обратиться ко мне, мистер Поттер? – Гарри виновато потупился. – Сегодня? – ядовито добавил Снейп.

- Профессор… - попытался вмешаться Драко.

- Вас я не спрашиваю, - оборвал его Снейп. – Сядьте! – Драко послушно сел за стол.

- Я слушаю вас, мистер Поттер.

- Я не бросал свое имя в кубок, сэр. Я не знаю, кто мог это сделать и, я…э… не уверен, что смогу…э…и, что хочу…

- Одним словом, - снова вмешался Драко, не выдержав слушать это бормотание, - ему нельзя участвовать.

- Но профессор Дамблдор…

- Старый…

- Драко! – рявкнул Снейп. – Если вы не хотите участвовать так и скажите, - он снова обратился к Гарри, - вы можете подать протест и отказаться сами. Ну, или ваш опекун может сделать это за вас.

- И всё? Так просто? Но почему же тогда…?

- Не совсем, вы можете потерять часть магических способностей, хотя с вашими талантами, скорее всего, даже не заметите этого, - Снейп ухмыльнулся, он очень старался сдержаться и не высказать всё, что думает на самом деле, прямо сейчас. – Победителя ждёт вечная слава, струсившего и отказавшегося участвовать – вечный позор.

Гарри решительно мотнул головой и направился к двери, на такие условия он никогда не согласится.

- Стойте, Поттер, есть еще один способ. Сядьте и слушайте, - Гарри сел рядом с Драко. – Если, как вы утверждаете, не бросали записку, значит магический договор недействителен, и кубок, возможно, зачарован. Я уверен, в министерстве смогут проверить это, снять заклятье, и тогда кубок должен будет заново принять решение.

- Это как?

-От вас требуется убедить его и всех присутствующих на первой церемонии в вашей непричастности, объяснить желание или нежелание участвовать в турнире, заново бросить свое имя в кубок на этот раз самостоятельно и ждать его решения.

- И как я, по-вашему, это сделаю? – возмутился Гарри. – Если мне не верит даже… «приемный отец» - подумал он, но взглянув на Малфоя, запнулся.

- Договаривай, Поттер, не верит «лучший друг», - последние слова Драко произнес с издевкой, театрально разведя руки в стороны и вертя головой, словно ища кого-то. – А я тебя предупреждал, не водись…

- Веритасерум, - перебил его Снейп. – И времени у вас не так много – до ужина.

- Э… я…

Малфой пнул его ногой под столом.

- Хорошо, - выдохнул Гарри.

Снейп кивнул.

- Проблема вот, в чём - остальные чемпионы также должны бросить свои имена в кубок. С Крамом и Делакур проблем быть не должно, они представляют другие школы, но Диггори… Решение кубка предугадать невозможно – он может выбрать его или вас... или оставить всё, как есть.

- Я поговорю с Седриком.

- Нет, не вы. Идем к директору. А вы, Драко, немедленно на урок. Что у вас сейчас?

- Травология, вместе с ними, - Драко кивнул на Гарри. – И мы опоздали.

- Скажите профессору Стебль, что я задержал вас.

Драко подмигнул Гарри и вышел за дверь.


Глава 14


Глава 17

Едва Снейп открыл дверь кабинета директора, как Гарри услышал разгневанный голос крёстного:

- Я не позволю экспериментировать на моем крестнике, Дамблдор! – кричал Блэк в лицо директору, опершись руками о его стол.

- Сириус! – обрадовался Гарри.

- Привет, - обернулся Блэк, впервые не улыбнувшись ему. – Я хочу знать, почему ты не сообщил мне, и почему я узнаю обо всём от посторонних людей? – он особо подчеркнул последние два слова.

- Я написал, - подойдя ближе, Гарри вытащил из кармана письмо и протянул крёстному, - просто отправить не успел.

- Почему ты не на уроке, Гарри? - спросил Дамблдор, до этого спокойно наблюдавший за происходящим. – Что ещё успело случиться, Северус?

- Я встретил Поттера по пути…

- Гарри не стал бы мне врать – оборвал его Сириус, сунув письмо Гарри под нос Дамблдору. – Я ему верю и не допущу…

- Хватит кудахтать, Блэк. Есть способ проверить, правду говорит Поттер или нет. Полагаю, он известен вам, директор.

- Я тоже верю Гарри, но, если мы поступим так, Северус, мы никогда не узнаем, кто и с какой целью бросил имя Гарри в кубок.

- При всём уважении, Дамблдор, и вы, и я знаем, кто мог это сделать и зачем. Не так ли, Снейп? Пожиратель навсегда останется пожирателем, сколько бы ему не присваивали званий и регалий.

Не понимая, о ком говорит крёстный, Гарри переводил взгляд с одного лица на другое. Похоже, все присутствующие знали, о чём речь.

- Я не вижу причин, Сириус, для столь громких обвинений. Все подозрения давно сняты, он сотрудничал с министерством, предоставляя весьма ценные сведения, чем заслужил доверие и вряд ли стал бы…

- А теперь хочет выслужиться, – настаивал Блэк. – Пожиратели активизировались, ходят разные слухи.

- Я согласен с Блэком, мальчишке на турнире делать нечего, - презрительно выплюнув ненавистную фамилию, заключил Снейп. - Хотя не думаю, что Каркаров способен на что-то подобное при таком количестве свидетелей. Если кубок действительно зачарован, министерство легко выяснит это, а виновник может выдать себя, если его план сорвётся.

- Может, вы и правы, - согласился Дамблдор. – Ну, что ж, теперь нам остается поговорить с мистером Диггори. – Дамблдор взмахнул рукой, и перед ним в воздухе замерцала огромная таблица. Присмотревшись, Гарри понял, что это расписание занятий. – Пуффендуй, седьмой курс, - пробормотал себе под нос Дамблдор, всматриваясь в яркое алое пятно.

Затем он подошёл к камину и, бросив туда горсть летучего пороха, попросил профессора Вектор, отпустить Седрика Диггори на пару минут.

Вскоре взволнованный Седрик, отряхиваясь, вышел из камина, внимательно осматривая собравшихся. Дамблдор любезно усадил его за стол и, предложив чай с мармеладом, объяснил ситуацию.

- По крайней мере, это будет честно, - согласился Седрик, внимательно выслушав речь директора.

- Вы должны понимать, что кубок может выбрать и не вас.

- Я понимаю, сэр. Пусть победит достойный, - он посмотрел на Гарри и дружески улыбнулся. – Удачи.

- Хорошо, мистер Диггори, вы можете вернуться на урок.

- Вы позволите, профессор? – Седрик кивнул в сторону двери. – Не люблю болтаться в камине.

- Конечно, мой мальчик, - улыбнулся Дамблдор, и Седрик, попрощавшись, вышел из кабинета.

Снейп остался у Дамблдора обсудить подробности предстоящей церемонии, а Гарри пошёл проводить крёстного, к тому же, урок вот-вот закончится, а на трансфигурацию лучше не опаздывать.

- Не волнуйся, Гарри, просто будь рядом с Дамблдором или Грюмом, что ни говори, а аврор он отличный. Постарайся не оставаться один, ладно? Хотя, с твоими друзьями это, кажется, невозможно. А я постараюсь прийти вечером.

Именно голоса Рона и Гермионы они и услышали, подойдя к холлу.

- Я не обязан за ним следить, - кричал Рон.

- Ты не понимаешь, у нас очень мало времени. Почему его не было на уроке? – упорствовала Гермиона.

- Откуда мне знать?! У хорька, вон, спроси. Он сказал, что их Снейп задержал.

- Отлично, - Гарри показалось или тон Гермионы, действительно стал спокойней. – Я иду искать Малфоя, если ты не знаешь, где твой друг, и не понимаешь, насколько это важно, возможно, знает он.

- Конечно, важно, всё, связанное с Гарри, всегда важно! Хватит! Он просто любит покрасоваться, ясно?! – Рон обернулся на звук шагов. – Да, вон он! – кивнув головой в сторону Гарри и Сириуса, Рон развернулся и пошел прочь.

- Не стоит ссориться с друзьями по пустякам, - Гарри был зол на Рона, в конце концов, он не менее чистокровен, чем Драко, и традиции его семья знает не хуже, не говоря уже о том, где работает его отец. Рон мог бы спросить у него, если своих мозгов не хватает! Гарри хотел возразить, что это не он первым начал, но крестный крепко сжал его плечо и серьезно посмотрел в глаза. – Может случится так, что тебе не у кого будет просить прощения, - и все слова оправданья застряли у Гарри в горле.

- Извините, мистер Блэк, мне срочно нужно поговорить с Гарри, - Гермиона подошла к ним и потянула Гарри за руку. – Я кое-что нашла. За всю историю было всего пара случаев отказа от участия, и у нас очень мало времени, Гарри.

- Я знаю, Гермиона, знаю. Дамблдор, наверное, уже отправил кубок в министерство, и сегодня на ужине… ох…

-- Что, снова выставишь себя дураком, Поттер? – поддел его возвращающийся с травологии Малфой. Пэнси, шедшая рядом, взяла его под руку и громко рассмеялась.

Гарри зло глянул в ответ, но ничего не сказал. Укоризненно покачав головой, Гермиона вернулась вместе с ним к Сириусу.

- Расскажите, что вы придумали.

- Боюсь, мне действительно пора, Гарри, до вечера, – Сириус похлопал его по плечу. – Помни мои слова. Я ещё поговорю вечером с Грюмом. До свидания, мисс Грейнджер.

Сириус ушёл, а Гарри рассказал Гермионе о том, что ему предстоит, по пути на урок, умолчав только о том, кто и как это придумал.

- То есть, ты хочешь сказать, что, возможно, всё равно будешь участвовать?

- Возможно.

- Но это не выход. Пойми, Гарри, переубедить кубок вовсе непросто. Похожий случай был в тысяча восемьсот двадцать пятом году, тогда друзья подшутили над неким Джонатаном Пармэном, но кубок всё равно счёл его достойным участия и решения своего не изменил…

- Что с ним случилось, лучше не спрашивать?

- Он погиб на турнире, Гарри, - вздохнула Гермиона. – Есть ещё один способ, ты можешь подать протест.

- Нет, Гермиона!

- Послушай, я не думаю, что ты…

- Нет! – отрезал Гарри. – Давай закроем тему, нам лучше не опаздывать, - закончил он разговор, заходя в класс.

Зелий сегодня не было, поэтому Гарри целый день просидел с Гермионой, Рон в их сторону даже не смотрел, лишь за обедом, перекинувшись парой слов с подругой, прошёл мимо Гарри, будто вовсе его не видел.

Драко несколько раз хотел подойти, но Гермиона ни на шаг не отходила от Гарри, и он лишь вопросительно вскидывал брови, а Гарри пожимал плечами в ответ.

К вечеру волнение, которое так старался подавить Гарри, вырвалось наружу. Он и сам не знал, из-за чего переживал больше: из-за того, что ему всё же предстоит участвовать, или из-за того, что он в очередной раз выставит себя на посмешище. Да, и где-то в глубине души всё же теплилась надежда, что кто-то, подслушав их разговор с Роном, просто решил ему помочь, и если кубок выберет его снова… нет, об этом лучше не думать.

***

В Большой зал Гарри зашёл на ватных ногах одним из последних. Студенты всё ещё перешёптывались, глядя на него, и Гарри, стараясь не смотреть по сторонам, поспешил занять своё место.

- Ты как? – спросила Гермиона.

- Нормально, кажется, - выдохнул Гарри.

- Гарри Поттер! – громко позвал директор, когда последний ученик сел за стол.

Гарри обернулся и только сейчас заметил большой дубовый стул, стоящий перед преподавательским столом, возле него на постаменте возвышался Кубок Огня, полыхая синим пламенем.

- Иди, Гарри, удачи, - шепнула Гермиона.

Гарри сглотнул и встал.

- Прошу вас сесть сюда, - министр магии Барти Крауч указал ему рукой на стул. – Как оказалось, на кубок было наложено заклятье Конфундус, благодаря которому кому-то удалось обмануть его, опустив имя Гарри Поттера, а, самое главное, заставить кубок выбрать его чемпионом, - по залу снова разлетелись злые шепотки. – Смею заверить вас, ни одному ученику не под силу это сделать. Безусловно, министерством будет проведено дополнительное расследование, а пока нам удалось снять заклятье, и, поскольку мистер Поттер утверждает, что непричастен к этому, возможно, кубок сочтёт его доводы убедительными и отменит своё решение. Приступайте, профессор, - кивнул Крауч Снейпу.

Северус с бокалом в руках подошел к Гарри, он достал откуда-то из складок мантии маленький флакончик и капнул одну каплю в бокал. Гарри следил за его манипуляциями, даже не моргая.

- Выпейте залпом, мистер Поттер, - приказал Снейп, протягивая бокал. Заметив его взволнованный взгляд, Северус продолжил. – Это тыквенный сок с каплей веритасерума, действие которого продлится пять минут, пейте.

Гарри протянул руку и забрал бокал.

- Тишина! – громко объявил директор. – Пока действие зелья не закончится, вопросы будет задавать только один человек и только касающиеся Турнира Трех Волшебников, - Дамблдор что-то зашептал над кубком, провел над ним палочкой, и цвет пламени сменился на зеленый.

Студенты и преподаватели замолчали, в зале повисла гробовая тишина. Гарри казалось, то, как колотится о рёбра его сердце, слышно даже на другом конце зала. В поисках поддержки Гарри огляделся по сторонам. Гермиона подбадривающе улыбалась ему, Рон не смотрел, наверное, считая всё происходящее очередным способом прославиться, Малфой кривился, изображая вкус веритасерума, и едва заметно кивнул – мол, пей, давай. Гарри усмехнулся. Обведя взглядом преподавательский стол, он, наконец, увидел крёстного, сидящего рядом с Грюмом. Тот поднял свой бокал и отсалютовал Гарри. Всё не так страшно, когда ты не один – Гарри поднял бокал в ответ, выдохнул и осушил залпом. «Сок как сок» - была последняя связная мысль, посетившая его голову.

Дальше всё расплылось, он понимал, кто он и где находится, вот, только думать ни о чём конкретном не мог, мысли хаотично бегали в его голове, не позволяя сконцентрироваться на чём-то одном.

Снейп склонился над ним, посмотрел в глаза и произнёс:

– Приступайте, министр. У вас пять минут.

- Ваше имя? – спросил Крауч.

- Гарри Джеймс Поттер, - без запинки выпалил Гарри, удивляясь, как ответ смог сам сорваться с губ. Он снова попытался сосредоточиться, но мысли опять разбегались, образовывая в голове туман. Гарри мог чётко отвечать лишь на заданные вопросы.

- Это вы бросили своё имя в кубок?

- Нет.

- Вы просили кого-то об этом или причастны каким-то другим способом?

- Нет.

- Вы добровольно отказываетесь от участия в турнире?

Гарри молчал. Желваки подрагивали, будто он что-то говорит про себя, но вслух Гарри не произнёс ни звука.

Северус взглянул на часы, нахмурился и снова подошёл к Гарри. Взгляд его оставался расфокусированным, зрачки плохо реагировали на движение руки Снейпа – зелье определённо действовало. В чём же тогда причина, Северус не понимал, он наклонился и слегка похлопал Гарри по щекам.

- Нет, - выпалил Гарри.

- Объяснитесь, - нахмурился министр.

- Если кубок снова выберет меня, я буду участвовать. Я не хочу, чтобы меня считали вруном, не хочу терять друзей из-за того, чего не совершал, и, да, я боюсь и не хочу погибнуть в первом же задании, но не откажусь.

«Придурок! Снова в героя решил поиграть?! Теперь всё зря, идиот!» - ругался про себя Малфой, сжимая кулаки под столом.

Северус прикрыл глаза, переводя дыхание, ему хотелось удариться лбом о стену и дать Поттеру подзатыльник.

- У меня больше нет вопросов, - закончил Крауч.

Северус налил в бокал тыквенный сок и снова капнул пару капель какого-то зелья.

- Выпейте, Поттер, – это прекратит действие веритасерума и снимет неприятные последствия от его применения.

Гарри выпил и его сознание прояснилось. Он моргнул пару раз и, вспомнив, что только что сказал, виновато посмотрел на отца. Снейп лишь отвернулся в ответ, всем своим видом показывая, что отвертеться от участия теперь не удастся.

- Прошу вас, чемпионы, подойдите и опустите свои имена в кубок.

Гарри написал свое имя, школу и возраст и последним опустил записку в кубок.

Чемпионы собрались вокруг кубка, ожидая его решения. Цвет пламени в нём сменился на красный, и в воздух взмыло сразу две записки.

- Виктор Крам и Флёр Делакур, - громко зачитал Дамблдор.

В зале раздались поддерживающие аплодисменты – все ждали финала.

Несколько минут кубок молчал, а затем столб пламени снова взмыл вверх, вынося с собой ещё одну записку, и пламя опять сменило цвет на синий, это означало – кубок принял решение, участников будет трое.

Гарри и Седрик, не отрывая глаз, следили за полётом клочка бумаги, который поймал Дамблдор, и, прочитав имя третьего чемпиона, улыбнулся. – Седрик Диггори!

Зал взорвался: аплодировали Диггори не меньше, чем Краму в первый раз.

Сириус подошёл и обнял Гарри.

– Всё позади, ты молодец! – сказал он, провожая Гарри к столу гриффиндора.

Гарри не хотел оставаться, ему хотелось уйти ото всех и побыть одному. Где-то глубоко внутри он всё же надеялся, что сможет победить в турнире, и сейчас ему стало обидно, что кубок не счёл его достойным участия.

Сириус вернулся за преподавательский стол и о чём-то вновь оживлённо заговорил с Грюмом.

Рон подвинулся, освобождая место рядом с собой.

– Гарри, я… - он покраснел до кончиков ушей и замолчал, - извини, ладно?

- Не сейчас, Рон, - Гарри развернулся и пошёл к выходу. Выяснять отношения сейчас особо не хотелось. Хмурясь, он пытался скрыть эмоции.

Никто не обращал на него внимания, и Гарри надеялся незаметно выйти из зала.

- Эй, Поттер!- окликнул Малфой. Нужно было съязвить, сказать что-то колкое, едкое, но обижать его сейчас ещё больше не хотелось. Драко и окликнул его только для того, чтобы хоть кто-то заметил, что он уходит.

Всё так же насупившись, Гарри обернулся и, казалось, понял его без слов, он кивнул и пошёл дальше.

«Ну, и пусть идёт! – решил Драко. – Посидит где-нибудь один, ничего с ним не случится. Придурок! Ну, не бежать же за ним, в самом деле, пусть грязнокровка несётся следом, - Драко поднял взгляд на Грейнджер, втолковывающую что-то в покрасневшее ухо Уизли. – А я есть хочу. Чёрт, кажется, она не собирается… или сходить… чёртов Поттер! Ну, за что мне это?

- Гарри, - прервал его размышление голос Седрика.

Гарри обернулся возле самой двери.

- Ты поступил честно, я уверен, ты стал бы достойным соперником, - сказал Диггори и протянул Гарри руку. Тот пожал её, едва заметно улыбнувшись.

Подбежавшие Гермиона с Невиллом смогли утянуть Гарри за стол, и Драко облегчённо выдохнул.

Гарри сел рядом с Гермионой, стараясь не смотреть в сторону Рона. Краем глаза он заметил, как крёстный с Грюмом что-то говорили Дамблдору, как тот подозвал Крама, что-то объяснил ему, и Крам кивнул.

- У меня для вас небольшое объявление, - наконец Дамблдор поднялся со своего места. – Я уверен в том, что честность и храбрость должны быть вознаграждены. Кубок школы так и не был разыгран в том году, поэтому объявляю – решающий матч между Слизерином и Гриффиндором пройдёт в конце турнира. А победитель, - видимо, Дамблдор был уверен в победе Гриффиндора, - получит право сыграть с вице чемпионом - сборной Болгарии!

Началось невообразимое: все кричали, свистели, визжали, весь Гриффиндор хлопал Гарри по плечам, трепал по волосам, уверяя его в победе. Многие Пуффендуйцы и Когтевранцы сорвались с мест, повторяя действия Гриффиндорцев.

Уж такого шанса Гарри точно не упустит, он с вызовом глянул на Малфоя и понял - тот думает так же.

Ужин прошёл весело, лишь Рон бросил на Гарри несколько виноватых взглядов и больше не произнёс ни слова.

Грюм подошел к Гарри и положил тяжелую руку ему на плечо так, что Гарри пригнулся к столу.

- Ты должен победить, сынок!

- Я постараюсь, сэр! – весело отозвался Гарри.

Глава 15


Глава 18

- Проснись же ты!

Гарри глубоко вздохнул и открыл глаза, рядом с ним сидел перепуганный Рон.

- Ты кричал, - сообщил он, отодвинувшись на край кровати, и виновато уставился в пол.

Шрам жгло, Гарри поднял руку и потёр его, голова болела так, словно её разрывало изнутри.

- Кошмары? – спросил Рон.

- Не помню, - Гарри, щурясь, пошарил рукой по тумбочке, пытаясь найти очки. – Кажется, я снова видел его.

- Кого? – не понял Рон.

- Человека, который следил за нами тогда.

- Но, Гарри, там же не было никого.

Гарри нахмурился и отвернулся.

– Извини, что разбудил, постараюсь кричать потише, - буркнул он. Человек в капюшоне отчетливо стоял перед глазами, виновато склоняя голову. Гарри смутно вспоминал, что во сне кто-то был зол и кричал на него.

- Я знаю, что был неправ, и ты не хочешь со мной разговаривать, но, Гарри, я, правда, боюсь за тебя. Кто бы ни бросил твое имя в кубок, он явно не желал тебе добра, - Рон снова покраснел.

- Интересно, долго бы ты соображал, если бы я не стал пить веритасерум? – не поворачиваясь, спросил Гарри.

- Ладно, - Рон встал с кровати, - я спать пойду. Если захочешь поговорить, зови. И ещё, я тебе верю, просто хочу, чтоб ты знал.

Гарри обернулся и посмотрел на Рона, своего друга, с которым так много пережил вместе, и на лице которого сейчас было искреннее раскаяние и сожаление.

- Голова болит, - Гарри сел и надел очки. – Я не могу разглядеть его лица, Рон. Всё время вижу либо тень, либо фигуру в капюшоне.

- Ты и раньше видел этот сон? – Рон снова присел на край кровати.

- После того случая пару раз и, вот, теперь снова.

- Нужно рассказать Дамблдору, Гарри. Хочешь, я пойду с тобой?

- Сейчас ночь, Рон. Дамблдор, наверное, спит. Это глупо разбудить его и сообщить - ой, профессор, у меня голова разболелась! – Гарри хмыкнул и поморщился, боль понемногу начала отступать, но всё ещё чувствовалась. – Давай лучше выспимся.

- Ты больше не сердишься?

- Забудь, - отмахнулся Гарри и улыбнулся. Рон улыбнулся в ответ и, будто не было той ссоры, всё осталось в прошлом.

Наутро Рон привычно тормошил Гарри на завтрак, приговаривая, что, если он проваляется в постели ещё пять минут, то всё съедят без них. Гарри нехотя сполз с кровати, в комнате кроме них уже никого не было.

- Ты слишком долго спишь, - заявил Рон, - идём быстрее.

Пока Гарри собирался, в дверь постучали, и на пороге возникла Гермиона, вопросительно глядя на них.

- Что? Если этот соня провозится ещё пару минут, на завтрак можно уже не идти, - недовольно бубнил Рон.

- Да, готов я уже, пошли.

Не сказав ни слова, Гермиона крепко обняла обоих.

- Эй, ты чего?

Но Гермиона только улыбнулась и шмыгнула носом.

- Идём уже, - сказал Гарри, пытаясь высвободиться из объятий.

По пути в Большой зал Рон рассказал Гермионе о кошмарах Гарри и о том, что шрам снова болит.

-И ты до сих пор никому не сказал? – накинулась на него подруга. – Ты слишком беспечен, Гарри. Ты можешь вспомнить свои сны?

- Да, ничего особенного, - попытался отмахнуться Гарри.

Но Гермиона была категорична.

– Нужно рассказать Дамблдору, - настаивала она.

- Хорошо, - сдался Гарри. – Я пойду к нему вечером, - Гарри всё ещё считал, что бежать к директору из-за головной боли глупо.

В Большой зал троица зашла оживленно беседуя. И несмотря на постоянные тычки Гермионы, Гарри всё же был счастлив от того, что помирился с Роном, и даже надоевшая овсянка показалась слаще, чем обычно.

***

- Может, всё же сядешь со мной? – спросил Рон, заходя в кабинет зельеварения. – Вдруг Снейп не заметит?

- Конечно, не заметит, Рон, - усмехнулся Гарри. – Так не заметит, что мне потом до отбоя котлы чистить. Уж лучше час с Малфоем посидеть, - ответил Гарри, направляясь к своему месту.

Снейп поручил приготовить Елейную смазку, и Гарри усердно измельчал для нее травы.

- Смотрю, помирился с рыжим? – спросил Малфой.

- Ага, - отозвался Гарри.

- Ничему тебя жизнь не учит, - с досадой пожал плечами Драко.

- Перестань, - Гарри сердито глянул на него. – Рон – мой друг.

- Так-то, конечно, – хмыкнул Драко, он хотел добавить что-то ещё, но, махнув рукой, передумал.

Гарри ничего не ответил, спорить с Малфоем не хотелось. Он влил в котел Кромлевый сок и, ожидая пока тот нагреется, принялся отмерять на весах нужное количество трав. Драко склонился над своим котлом и больше с ним не разговаривал.

- Ты тоже мой друг, - сказал Гарри. Он смешал траву-плакун с соком Яр-крапивы и влил получившуюся смесь в котел.

- Да, знаю я, не мешай, - отмахнулся Малфой, но все же заглянул в его котел. – Фиолетовое, - заключил он и кивнул.

Снейп прохаживался по классу, заглядывая в котлы учеников, и раздавал указания. Склонившись над котлом Забини, он принялся что-то объяснять ему. Гарри поднял голову, прислушиваясь, и увидел, как левая рука профессора дернулась, словно от удара током, как, на секунду нахмурившись, отец принялся объяснять дальше.

Никто не обратил на это внимания, и, наверное, и сам Гарри не придал бы значения увиденному, если бы не видел этого раньше и не знал, что это значит. Взволнованный Гарри продолжал следить за Снейпом, вливая в зелье кровь морского чёрта. Профессор невозмутимо склонился над котлом другого ученика, будто и не случилось ничего.

- Поттер, хватит, - предупредил Малфой, но Гарри только фыркнул в ответ, не обращая на него внимания.

Гарри не заметил, как его зелье покраснело и начало угрожающе шипеть.

- Да, чёрт тебя дери! Покалечить меня решил?! – разозлился Драко и вырвал из его рук бутылку с кровью.

С опаской заглянув в котёл, Драко быстро всыпал туда порошок лунного камня, зелье успокоилось и вновь стало фиолетовым.

- Гарри, Гарри, - как можно громче зашипел Рон, - хорёк что-то насыпал тебе в котёл.

- Заткнись, Уизли, за своим котлом лучше последи,- ощетинился Малфой.

Снейп подошёл к ним и зачерпнул маленьким черпачком зелье из котла Гарри. Внимательно изучив содержимое, он вылил зелье обратно.

- Рассажу, - пригрозил Снейп. – А вам, мистер Поттер, следует быть внимательнее. Оценка будет снижена, и к следующему уроку напишите сочинение о применении крови морского чёрта в различных зельях, её количествах и антидотах,применяемых для её устранения. Подойдёте после урока ко мне оба, - строго сказал он и пошел дальше. – Ах, да, пять баллов Слизерину и минус десять Гриффиндору.

Руку обожгло всего раз, но и этого хватило, чтобы понять, что поблёкшая метка снова въедается в кожу. То, как жалит змея, выползающая из черепа, невозможно спутать ни с чем. В том, что Тёмный Лорд вновь собирается заявить свои права на этот мир, сомнений не оставалось. Северус сел за стол и оглядел класс суровым взглядом, теперь оставалось только решить, как защитить мальчишку.

- Что ты туда добавил? – спросил Гарри.

- Антидот – лунный камень. Ты чуть котёл не взорвал. О чём только думаешь?

- Напиши отцу, - сказал Гарри. Ему нужно было убедится, что он не ошибся.

- Что? – не понял Драко, - Зачем?

- Метка… спроси…

- Да пошёл ты! Не смей обвинять моего отца! – угрожающе зашипел Драко.

- Я серьезно, Драко, это очень важно, спроси, не шевелилась ли она последнее время. Я почти уверен в этом.

- С чего ты взял?

- Не могу сказать, пока не могу… Просто знаю, напишешь?

- Чтоб ты знал, отец не… его оправдали. Ясно!

- Конечно, не… - разозлился Гарри, - настолько не…, что до сих пор избавляется от тёмных артефактов, а те, что не берут даже в «Горбин и Беркс», подсовывает в котлы маленьким девочкам, чтобы авроры не нашли.

Драко прищурившись злобно глядел на него и тяжело дышал, казалось, если Гарри произнесёт ещё хоть слово, он набросится на него с кулаками. Дальше Гарри ссориться не хотел.

- Я не там выпал из камина и видел вас, - пояснил Гарри. – Я даже верю, что на самом деле он не предполагал, что было у него в руках, иначе не понёс бы дневник в магазин. Послушай, я не в чём его сейчас не обвиняю, мне, правда, очень нужно знать…

- Ещё одно слово, мистер Поттер, и вы пересядете за первую парту, - грубо оборвал его Снейп.

- Напишу, - шепнул Драко, склоняясь над своим котлом.

Зелье у Гарри все же получилось, он перелил его в небольшой флакон, подписал и стал дожидаться конца урока. Со звонком они вместе с Драко поставили свои флаконы перед профессором, ожидая пока все разойдутся.

- Мы ждём тебя в коридоре, – сказала Гермиона, проходя мимо Гарри.

- Зайдёте ко мне после уроков, Драко, вы свободны, - сказал Снейп, махнув рукой в сторону двери.

Как только дверь за последним учеником захлопнулась, Северус повернулся к Гарри.

- Сколько ещё отработок мне нужно назначить, чтобы ты, наконец, начал думать собственной головой? – Северус взял в руку флакон Гарри и посмотрел на свет. – Почему…

Но Гарри перебил его:

- Это она, да? – он указал на левую руку отца. – Она зашевелилась? Я знаю, что это значит.

- Ты глупый мальчишка, не лезь, куда не следует!

- Волдеморт вернётся, да? Я всё это уже видел, отец. Именно так всё начиналось… там.

- Сейчас не время и не место говорить об этом.

- А когда придёт время?! – не выдержал Гарри. – Когда он вернётся?! Скажи, когда?!

Дверь распахнулась, и в кабинет влетел Каркаров, вид его говорил сам за себя: всклокоченные волосы, сжатые от напряжения кулаки и безумные глаза. Сомнений у Гарри не осталось - ещё одна метка дала о себе знать.

- Отработка в семь, - бросил Снейп, указывая Гарри на дверь.

- Ты знаешь, Северус, что это значит… - услышал Гарри тревожный голос директора Дурмстранга перед тем, как выйти из кабинета.

Рон с Гермионой ждали его возле лестницы.

- … я говорю тебе, это был антидот, Рон, скажи ему, Гарри.

- Антидот, - подтвердил Гарри.

- Зачем это хорьку помогать тебе? - не унимался Рон.

Мысли Гарри были далеки от этого, поэтому он не сразу нашёл, что ответить.

- Вероятно, он сам мог пострадать от взрыва котла, - пришла на помощь Гермиона. – Что с тобой, Гарри?

- Волдеморт становится сильнее.

- П…почему? – спросил ошарашенный Рон.

- Вы видели Каркарова? Он Снейпу метку показывал, с ней что-то происходит. Он не сдержался, и я услышал часть разговора. Сириус считает, это он бросил моё имя в кубок, чтобы выслужиться перед Волдемортом.

- Тогда, может, он и есть тот человек, которого ты видел?

- Не он, - покачал головой Гарри. – Я его первый раз увидел летом, а Каркаров приехал в школу только в сентябре.

- А если это Снейп?

- Вряд ли, - понизив голос заговорила Гермиона. Они уже поднялись по лестнице, и в холле их окружали другие ученики. - Вспомни, Гарри, твой шрам болел раньше, только если ОН находился рядом, так?

- Думаю, да, - немного поразмыслив , согласился Гарри.

- Вряд ли Снейп это… ну, вы понимаете, - Гарри с Роном кивнули, пока не улавливая ход её мысли. – И ты видел тогда только тень или что-то подобное, человек, ведь, тебе только снился. А что, если эта тень и есть…

- Гермиона! – Гарри открыл рот в немом ужасе.

- Ты должен немедленно всё рассказать Дамблдору.

- Да, должен. – Гарри развернулся и побежал наверх в кабинет директора.

Переводя дыхание, он остановился возле каменной горгульи. «Лимонный пирог, Берти Ботс, Сахарные перья», – но горгулья оставалось неподвижной, сурово глядя на него. – «Мне очень нужно пройти! Сахарные тараканы, сливочная тянучка». Горгулья кивнула и со скрежетом отъехала в сторону. Гарри взбежал по ступенькам и постучал в дверь.

- Здравствуйте, профессор, - едва отдышавшись, выпалил Гарри.

- Гарри? – Дамблдор удивленно вскинул бровь. – Не ожидал тебя увидеть. Что-то случилось?

- Мне нужно поговорить с вами, - сев в кресло по приглашению директора, Гарри выложил ему всё про загадочную тень за деревьями, про свои кошмары, про боль в шраме и про подозрения Гермионы. Дамблдор слушал очень внимательно, не перебивая его. – И, вот ещё… - Гарри на секунду замялся, - я видел сегодня на уроке, как зашевелилась метка Снейпа, а на перемене в класс зашел Каркаров, и я почти уверен, что они говорили об этом, - закончил Гарри.

- Гарри, я знаю твоё отношение к профессору Снейпу, но, поверь, у меня нет причин не доверять ему. Он присоединился к нам задолго до падения Волдеморта, и я полностью уверен в его верности. Возможно тебе…

- Мне не показалось, профессор, - возразил Гарри. – Я знаю, именно так всё начиналось там.

- Защитная магия школы очень сильна, Гарри, и если бы кто-то или что-то попытался проникнуть сквозь неё, я бы знал об этом, - Дамблдор внимательно смотрел на Гарри, барабаня пальцами по столу. – Но меня беспокоит твоя боль в шраме. Кое в чём опасения мисс Грейнджер, судя по всему, верны – ваша связь усиливается.

- Связь?

- Да, Гарри, я всего лишь предполагаю, но, видимо, вы связаны через последнее неудавшееся ему заклинание и это тревожит меня. Ты можешь вспомнить свой последний сон? Ты говорил, что кто-то кричал, ты чувствовал злость или видел всё со стороны?

- Со стороны.

- Хорошо, - кивнул Дамблдор, - впредь, Гарри, ты должен сообщать мне о каждом таком сне или о боли в шраме. Видимо, так ты среагировал на вспышку ярости Волдеморта.

- Это из-за того, что я не буду участвовать в турнире?

- Полагаю, да.

- Ну, кого же я тогда видел?

- Возможно, та тень, как ты это называешь, была всего лишь видением. Я думаю, кто-то из бывших слуг Волдеморта всё-таки добрался до него и поплатился за это жизнью. Ты мог увидеть очередной приступ его ярости.

В дверь постучали, и в кабинет вошел Снейп. Гарри хотел остаться, но Дамблдор вежливо попрощался с ним, и Гарри пришлось уйти.

***

С трудом дождавшись вечера, Гарри спустился в подземелья и постучал в дверь кабинета Снейпа.

- Заходите, - послышалось из-за двери.

Гарри зашёл и, оглядевшись, понял, что Малфоя пока нет, и у него есть время поговорить с отцом. Северус сидел за столом, проверяя работы студентов. Он поднял голову и указал Гарри на стул перед собой.

- Итак, - начал он, - Дамблдор хочет, чтобы я проводил с тобой дополнительные занятия по защите от тёмных искусств.

- Значит, я прав?

- Глупо отрицать очевидное.

Гарри молчал, Снейп встал из-за стола и наложил на стеллажи с зельями защитные чары.

- С этого момента я запрещаю тебе выходить за пределы защитного купола, никакого Хогсмида, разумеется.

Гарри нехотя согласился.

- Это был первый раз? – спросил он, кивнув на левую руку отца.

- Очевидно, иначе Дамблдор знал бы обо всём до твоего рассказа.

- А как долго действует мазь?

- Какая? – не понял Снейп.

- Обезболивающая, я мазал ею руку тебе… э… то есть ему…

- Я понял, - отрезал Снейп, - не придумывай, никакой мази, способной обезболить призыв Лорда, не существует.

- Посмотри! – Гарри постучал пальцем по виску. – Я помню цвет и запах, возможно ты сможешь повторить. Я не вру! Там Волдеморту понадобилось всего две недели. Посмотри, ты должен знать.

Северус шагнул ближе.

- Постарайся вспомнить всё про свою мазь как можно подробнее… Легче будет, - прибавил он. – Легилименс, - Северус постарался как можно осторожнее проникнуть в сознание Гарри, но Дамблдором он не был, и магия его никогда не была ни мягкой, ни доброй. Гарри скривился и прикрыл лоб рукой, пытаясь защититься от боли.

Посмотрев воспоминания Гарри, Северус убедился, что парень не врал, запах, исходивший от мази на его руке, был знаком, возможно, стоило попробовать. Снейп отодвинул это воспоминание, идя дальше вглубь сознания. Он не хотел причинять Поттеру лишней боли, поэтому смотрел то, что Гарри был готов показать. Северус увидел себя и Гарри в лаборатории, варивших незнакомое ему зелье. И судя по ингредиентам, ничего хорошего оно из себя не представляло. Судя по всему, Поттер понятия не имел, что он варит, но, похоже, ему нравилось вот так проводить время с отцом, и это удивило Северуса.

Смотря одно воспоминание за другим, Снейп узнавал и не узнавал себя одновременно, хотя, возможно, когда-то с Лили он был именно таким. Лили – сердце больше не сжималось от боли и чувства вины, остались лишь тепло и чувство горечи от потери когда-то любимой женщины. Однако, оно сжалось, когда он увидел, как Гарри старается сдержать слёзы, чтобы ещё больше не расстроить мать, он чувствовал страх парня за приёмного отца. Северус ужаснулся, поняв, что довелось пережить Гарри, потеряв родителей во второй раз. «Вернуть мать я тебе не смогу, но отца ты не потерял».

Стук в дверь заставил его оборвать связь.

- Что вы там варили? – спросил он.

- Не знаю, ты… он… сказал – от тёмной магии.

« От тёмной?» - не понял Северус. Судя по тому, что он успел увидеть, это зелье и было самой тёмной магией из всех, что ему приходилось варить. Разрушает душу, оставляя человека тряпичной куклой, никакой дементор не нужен. Зачем он заставлял варить это Поттера, Северус понять не мог, но и поверить в то, что тот Северус предал семью и вернулся к Лорду, тоже, или он что-то пропустил.

- Мы вернёмся к этому позже, - бросил Снейп. – Зайдите!

В кабинет зашёл Драко Малфой.

- Вы будете заниматься вместе, - сообщил парням Снейп.


Глава 16


Глава 19

Гарри опустил палочку и нахмурился, обречённо глядя на обломки.
- Получилось, - вынес вердикт Драко, из-за его спины рассматривая разрушения.
- Да, - выдохнул Гарри.
В воздухе ещё кружили тлеющие обрывки домашних работ студентов и каких-то документов Снейпа, медленно опускаясь на разлетевшийся в щепки стол. Завершало картину огромное чернильное пятно на полу, растекавшееся из разбившейся чернильницы. Что-то подсказывало Гарри, что, вернувшись, отец не обрадуется его, наконец, сработавшему Экспульсо.
- Может, Репаро? – пробормотал он.
Уже третью неделю Снейп тренировал их в своем кабинете. Он хорошо знал слабые места Драко и занимался с ним именно теми заклятиями, что не удавались Малфою, а, вот, Гарри повезло меньше, Снейп заставлял его демонстрировать почти всё, начиная с первого курса. И если что-то не выходило, как сегодня, Гарри мог часами отрабатывать одно и то же заклинание. Обычно профессор указывал на ошибки и подсказывал им, но в этот раз он всё занятие сосредоточено что-то писал. Окинув взглядом стеллажи с ингредиентами, Снейп бросил короткое «Продолжайте» и вышел из кабинета. Гарри злился на себя из-за того, что не получается, на него, потому что не подсказал, и на бездушного каменного истукана, который после каждого неудавшегося Экспульсо, как казалось Гарри, уже гаденько посмеивался над ним. Он резко развернулся к столу профессора и, взмахнув палочкой от досады, выкрикнул заклинание. Гарри думал, что стол, как и всё окружающее его в этом кабинете, под защитными чарами, но неожиданно вырвавшееся из палочки заклятье попало точно в цель. Стол взорвался, и над грудой его обломков сейчас и стояли Гарри и Драко.
- Да, вряд ли уже, - скептически поджал губы Малфой. – Готовься, котлами на этот раз не отделаешься.
- На сегодня всё, вы свободны, Драко, - послышался слишком спокойный голос за их спинами.
Разом обернувшись, они увидели профессора, на ходу, что-то чирикающего в своих записях. Он был настолько увлечён процессом, что произнёс эти слова, не отрывая глаз от пергамента.
Разгадать состав мази оказалось не так сложно, как ожидал Северус. Раз за разом, возвращаясь к воспоминаниям Гарри, он добавлял в список новый ингредиент, и, вот, когда, как ему казалось, всё было готово, Снейп понял, что яд одолень-травы не сочетается с корнем мандрагоры, и среди ингредиентов нет того, который мог бы предотвратить взрыв. Судя по всему, ни цвета, ни запаха он не имел. Если его последняя догадка верна, этим ингредиентом должна была стать слеза единорога, если нет, то про мазь можно было забыть.
В лаборатории Северус разогрел белое вино, добавил слезинку в яд и вылил всё в котёл, хорошенько размешав. Он занес руку с измельчённым корнем мандрагоры, на секунду задержал дыхание и разжал пальцы. Зелье пару раз булькнуло, зашипело, издало приглушенный хлопок и, выпустив голубоватый дымок, успокоилось. Получилось! Северус внутренне ликовал, он очистил содержимое котла заклинанием и вернулся в кабинет. Оставалось лишь разобраться с рецептом.
- А вы, мистер Поттер… - из-за странной тишины Северус оторвался от своих записей и поднял взгляд. Двое парней, переминаясь с ноги на ногу, пытались загородить спинами то, что пару минут назад называлось его столом.
- Сработало, - пробормотал Гарри.
- У вас проблемы с координацией? Или зрение ухудшилось? В таком случае, купите себе новые очки! – не выдержал Снейп. – Вы свободны, Драко, и позовите сюда Филча, живо. Вместо ужина Поттер будет приводить кабинет в порядок.
- Я не стану разговаривать с этим… сквибом.
- Еще одно слово, Драко, и вы присоединитесь к Поттеру. Скажите Филчу, что Поттер будет отрабатывать наказание без магии, пусть принесёт всё необходимое.
Драко не ответил и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
Снейп взмахнул палочкой и несколько обгоревших свитков, снова взлетев, оказались у него в руке.
- Палочку! – приказал он, и Гарри отдал её. – Разложишь работы по курсам вот сюда, - Снейп указал на пустую полку на стеллаже. – Уверен, те, кому по твоей вине придётся переписывать их, будут крайне благодарны тебе, – Снейп поднял обгоревший клочок. – Такие, как эта, сложишь отдельно. Советую быть аккуратнее. Закончишь уборку – позовешь, - с этими словами Снейп ушёл в гостиную, а Гарри принялся разбирать бумаги.
Он обрадовался, увидев почти целыми работы Гермионы, свою и Малфоя, и, лишь закончив, понял, что Рону, как и некоторым его однокурсникам, придется писать всё заново.
Филч приволок ему вёдра, швабру, веник и какое-то чистящее средство, видимо, Драко всё-таки расписал всё в красках. Бормоча себе под нос что-то о нарушителях порядка и слишком мягких наказаниях, он протянул Гарри трудовой инвентарь и удалился, громко шаркая ногами.
Тяжело вздохнув, Гарри взялся за веник. Желудок предательски заурчал - он бы сейчас не отказался хотя бы от пары бутербродов. Обернувшись на глухой хлопок, Гарри увидел возникшего за его спиной домового эльфа, в одной руке тот держал тарелку с жареной картошкой, беконом и бутербродами с сыром и индейкой, в другой – стакан тыквенного сока. Эльф поклонился, поставил посуду на стул и исчез. С недовольным видом зайдя в кабинет, Снейп кивнул:
– Ешь, - и ушёл обратно.
Улыбнувшись мысли «Отец далеко не так зол, как хочет казаться», Гарри принялся за ужин.
Наконец, закончив уборку, он постучал в дверь гостиной. Северус сидел в кресле возле камина, всё ещё изучая свои записи.
- Закончил? – спросил он, поднимаясь.
- Да, - кивнул Гарри.
Посмотрев на результат его трудов, Снейп вернул палочку и махнул рукой. – Можешь идти.
Не успел Гарри войти в свою гостиную, как его тут же окружили однокурсники с радостными возгласами. Ничего не понимающий он поспешил присоединиться к друзьям. Они сидели за небольшим столом в углу гостиной, Гермиона проверяла ошибки Рона в сочинении по истории магии.
- Имена перепутаны, - строго сказала она, - и два последних абзаца - полная чепуха, я уже не говорю о том, что у тебя не хватает дюйма текста. Переписывай, Рон, - Гермиона вернула ему свиток и посмотрела на подсевшего рядом Гарри.
Рон так тяжело вздохнул, что казалось, на его плечи взвалили всю тяжесть небесного свода, и Гарри невольно задумался, стоит ли сейчас говорить ему про эссе по зельям.
Гермиона достала из сумки бутерброды, аккуратно завернутые в салфетки, и протянула их Гарри.
– Что всё-таки случилось? – спросила она.
- Малфой на весь зал рассказывал, как ты разнёс Снейпу пол-кабинета, а ещё в красках расписывал кары, которые тот собирается за это на тебя наслать, - Рон с жадностью посмотрел на бутерброды, и Гарри протянул ему один.
- Он сказал, что на ужин ты не придёшь, и чтобы мы взяли тебе что-нибудь, - перебила его Гермиона, и Рон, услышав её слова, громко подавился.
- Что, так и сказал? – похлопав по спине друга, спросил Гарри.
- Ну, с некоторыми эпитетами, но суть я поняла верно, - Рон подавился ещё раз, и Гарри, представив эти эпитеты, снова похлопал его по спине. – Так, что всё-таки случилось?
Гарри поведал друзьям о произошедшем, и с виноватым видом всё-таки сказал Рону про эссе.
Рон заметно сник, но всё же выдавил из себя:
- Ну…ничего.
- Я помогу, - успокоила его Гермиона, что, видимо, Рон воспринял как «Я напишу» и повеселел.
- И что, ты, правда, отделался только уборкой и лишением ужина? Даже баллов не снял?
- Ага, пожал плечами Гарри.
***
Возле входа в Большой зал идущие на завтрак друзья увидели разговаривающего с МакГонагалл Снейпа.
- Мистер Поттер, подойдите сюда, а вы, - она кивнула Рону и Гермионе, - отправляйтесь на завтрак. Это возмутительно, - продолжила декан, когда Гарри подошёл к ним, - директор позволил вам заниматься дополнительно не для того, чтобы вы уничтожали школьное имущество. Мне следовало бы снять с вас добрую сотню баллов, но у профессора есть наказание получше – весь субботний день вы поведете в лаборатории, помогая готовить зелья для больничного крыла. А сейчас марш на завтрак!
- Хорошо, профессор,- пробормотал Гарри, не очень понимая, в чём суровость наказания, и поспешил присоединиться к друзьям.
Когда Гарри сел за стол, Рон разворачивал письмо, принесённое совой.
- Снейп уже нажаловался? – спросил он. – МакГонагалл очень злится?
- Всю субботу заставила меня помогать Снейпу варить зелья для больничного крыла.
- О не-е-ет, - протянул Рон, пробежавшись взглядом по строчкам письма. – Это от Чарли. Он пишет, что хочет навестить Хагрида в субботу и не прочь встретиться с нами у него после завтрака.
- Может, в воскресенье, - с надеждой предложил Гарри. – От отработки мне точно не отвертеться.
- Сейчас напишу, - согласился Рон.
Остаток недели прошёл более менее спокойно, Чарли ответил, что не против перенести встречу, Снейп, похоже, не стал заставлять всех студентов, чьи работы не уцелели, переписывать их, поскольку претензий Гарри никто не предъявил. На уроке Снейп всё же отыгрался на некоторых гриффиндорцах, но после заверений Гермионы помочь и им, и они сменили гнев на милость.
***
- Идите за мной, Поттер, - услышал Гарри ледяной голос над ухом, едва успев допить кофе.
Гарри кивнул друзьям и, встав из-за стола, пошёл за хмурым профессором.
Войдя в лабораторию, Гарри увидел на рабочем столе только один котёл и невольно подумал, что, если бы отец доверил ему хотя бы самые простые зелья от кашля, дело пошло бы быстрее.
- Что мы будем варить? – спросил он.
- Обезболивающую мазь. Поставь греться белое вино и растолки скарабеев, - сам профессор принялся измельчать какие-то травы.
- Это для турнира? – догадался Гарри. – Ты думаешь, они пострадают?
- Нет. Скарабеев нужно добавить, пока вино не закипело. Займись делом, наконец.
Гарри нахмурился и принялся усердно толочь сушёных жуков.
– Уроков больше не будет, да? – всё же решился спросить он.
Северус удивлённо приподнял бровь.
– В понедельник в семь, - бросил он и, заглянув в ступку Гарри, жестом показал, что уже можно добавить их в котёл.
Поняв, что отец всё ещё злится на него, больше ничего не говоря, Гарри тоже решил взяться за травы, но Снейп остановил его.
- Следи за зельем. Когда закипит, помешаешь десять раз по часовой стрелке, а через пять минут - три раза против.
Глядя как Поттер, нахмурившись, застыл над котлом с ложкой в руках, Северус усмехнулся и отложил нож.
- Зелья требуют внимания, особенно, когда варишь что-то в первый раз. Твои неудачи из-за того, что вы постоянно болтали с Уизли, вместо того, чтобы следить за процессом, а успехи связаны исключительно с внезапной дружбой с Драко. Я позвал тебя сюда, рассчитывая, что ты хоть чему-то сможешь научиться, но ты упорно не желаешь этого делать.
Гарри посмотрел на него и снова опустил взгляд, усердно делая вид, что ждёт, когда, наконец, закипит зелье. Северус сел на стул рядом, сложил руки на груди, с усмешкой наблюдая за ним. Его одолевало странное чувство: было смешно смотреть на мальчишку и в то же время хотелось вырвать ложку из его рук, дать ей же подзатыльник и выставить из лаборатории. Но Северус не сделал ни того, ни другого, стараясь сохранить спокойствие.
- Послушай. Ты не хуже меня знаешь, что происходит, - он закатал рукав на левой руке, показывая Гарри чёрную метку. – Сейчас она ещё плохо видна и неподвижна, но, чем сильнее будет Тёмный Лорд, тем отчётливей будет проявляться его знак, и…
- Значит, мы варим её? – спросил Гарри, неотрывно смотря на руку отца, словно ожидая, что именно сейчас случится то, о чём он говорит.
- Рано или поздно Лорд вернётся, и мы не знаем, сколько времени у нас осталось, - продолжил Снейп, опуская рукав, - и, будь уверен, он снова начнёт на тебя охоту. Если ты настолько глуп, что думаешь, что из-за сломанного стола я…
- Отец…
- В понедельник в семь. Иди, я сам закончу.
Но Гарри не сдвинулся с места. Сжав ложку в руке, он заглянул в котёл и принялся упорно мешать зелье.
- Завтра приезжает брат Рона, он хочет встретиться с нами у Хагрида, - закончив своё занятие, снова заговорил Гарри, пытаясь помириться с отцом.
- За территорию ни ногой, - Гарри показалось, что тон его всё же стал мягче.
К обеду они закончили первый этап.
- Иди, - махнул рукой профессор, - оно будет кипеть ещё полчаса, вполне успеешь поесть.
- Я могу и здесь.
- В лаборатории не едят, Поттер.
- Тогда я не хочу, - заупрямился Гарри.
- До чего же ты… Мы не закончим до вечера, - но Гарри упрямо сел на стул. – Ладно, - махнул рукой Северус.
Ближе к ужину Снейп, наконец, добавил в котёл последний ингредиент – измельчённый корень мандрагоры и потушил огонь под котлом. – Всё, - заключил он.
Гарри заглянул в котёл. – По цвету похожа… Фу! И по запаху тоже, - он взял ложку, зачерпнул немного, подул, чтобы остыла и, растерев мазь между пальцами, почувствовал знакомый холодок. – Кажется, получилось! – Снейп кивнул.
***
На следующее утро Хагрид прислал Гарри письмо, в котором просил взять с собой отцовскую мантию. Немного удивлённый его просьбой, Гарри проверил внутренний карман, мантия-невидимка уже привычно лежала там.
Быстро перекусив, друзья выбежали из замка и направились к хижине Хагрида. Улыбаясь во весь рот, лесничий пропустил их внутрь, где за большим столом уже пил чай Чарли, с опаской посматривая на чёрствые кексы Хагрида.
- Братишка, Гарри, Гермиона, рад вас видеть! – он обнял Рона, пожал руку Гарри и, видимо, хотел поцеловать ручку Гермионы, но она смутилась и просто улыбнулась ему.
- Вы будете чай? – спросил Хагрид.
- Нет! Мы уже позавтракали, - в один голос заверили его друзья, Чарли рассмеялся.
- Откуда ты здесь? – спросил у него Рон.
- По работе, секретное задание, помнишь? Решил сделать вам сюрприз, идёмте, покажу, - он заговорчески подмигнул сияющему Хагриду.
- Но, это, вас не должны видеть, как мы пойдём, да. Накиньте-ка мантию пока, ребята. Придём, там снять можно будет, вот, - заговорил Хагрид, открывая дверь хижины.
Гарри достал мантию-невидимку, и друзья скрылись под ней.
- Куда мы идём? – спросил он у Чарли.
- Терпение, чуточку терпения, иначе сюрприз не удастся.
Чарли вёл их вглубь запретного леса. Через несколько минут деревья начали расступаться, и процессия во главе с Хагридом вышла на большую поляну. Хагрид восторженно ахнул, Рон, Гарри и Гермиона под мантией ахнули с ужасом. На поляне в огромных вольерах, рыча так, что Гарри удивлялся, как не слышно этого в Хогвартсе, расхаживали драконы.
- Так, вот оно, твоё секретное задание, - протянул Рон. – Зачем ты их сюда-то притащил?
- Турнир, - вместо Чарли ответил Гарри.
Рон икнул.
- Тут можно снять мантию, - объявил Хагрид и пошёл к вольерам.
Друзья нерешительно двинулись за ним. Опасаясь подпалить школьную мантию и вместе с ней невидимку, Гарри сунул последнюю в карман брюк.
- Посмотрите, он узнал свою мамочку! – со слезами на глазах, Хагрид протягивал руку к Норвежскому горбатому дракону, а он, принюхиваясь, тёрся об неё. – Норберт. Узнаёте его? Совсем же крошкой был.
- Стой! – зашипел Чарли.
Кто-то из драконоводов успел заклинанием отбросить Хагрида в сторону, потому что в следующий миг дракон, наигравшись с добычей, решил, что завтрак вполне подходящий. Если бы девушка, отряхивающая теперь Хагрида, не успела, Норберт непременно оттяпал бы ему руку по самый локоть.
- Ты как маленький, Хагрид, - укоризненно покачал головой Чарли. – Знаешь, ведь, драконы не дрессируются.
- Глупости, - отмахнулся лесничий. – Вы просто напугали бедняжку. Норберт - хороший дракон.
- Норберта, - объявил Чарли. – Он оказался девочкой и немного подрос с вашей последней встречи.
- Ну, если это можно назвать “немного”, - запрокинув голову вверх, отозвалась Гермиона.
- Сейчас мы их усыпим, и тогда можно будет посмотреть поближе.
Чарли и ещё человек двадцать одновременно наложили на драконов сонные чары, и он махнул друзьям, подзывая их ближе к вольерам.
- Это самки. Они здесь для первого задания. Надеюсь, вы понимаете, что никому не должны рассказывать о них, - друзья дружно кивнули. – Честно говоря, Гарри, я ужасно перепугался, когда узнал, что ты участвуешь. Слава Богу, всё обошлось и мы привезли сюда только трёх, по одному на каждого участника.
Рон опустил глаза, его щёки вспыхнули, и он отступил на шаг, но Гарри сделал вид, что не заметил его смущения, и притянул его назад.
Лишь к обеду друзья вернулись в замок. Гарри с ужасом представлял себе, с чем бы ему пришлось столкнуться, если бы не Малфой. Вот, кому ещё нужно их увидеть, неожиданно решил он.
- Тебе ещё эссе по зельям переписывать, помнишь? – Гермиона пресекла попытки Рона утащить Гарри полетать на мётлах, когда они выходили из Большого зала после обеда.
- Ты обещала помочь, - возразил Рон.
- Вот именно – помочь, а не написать за тебя. Идём, Рон.
Оглядевшись, Гарри увидел Малфоя вместе с Забини и Паркинсон, спускающихся в подземелья. Воспользовавшись, тем, что, увлечённые своим спором друзья не смотрят на него, Гарри накинул мантию-невидимку и поспешил за ними. Он рассчитывал догнать Драко прежде, чем они зайдут в гостиную, но не успел, и троица скрылась за стеной. Пароля Гарри не знал. Потоптавшись немного, он уже собирался уйти, но заметил подходящих Кребба и Гойла.
«Величие» - чётко произнес Гойл, и часть стены отъехала в сторону, пропуская их.
Зайдя внутрь, Гарри остановился у входа и поёжился. В гостиной, несмотря на горевший камин, было холодно и сыро, хотя находившиеся здесь слизеринцы, кажется, не замечали этого.
Осмотревшись, Гарри нашёл Малфоя сидящим в кресле у окна гостиной с видом на дно Чёрного озера. Драко читал «Ежедневный пророк», комментируя что-то сидевшему в соседнем кресле Забини. Гарри выдохнул и пошёл к нему, стараясь никого не задеть по дороге, быть пойманным слизеринцами в их же гостиной, ой, как не хотелось.
Сестры Гринграсс играли в волшебные шахматы и Дафна, потянувшись, раскинула руки в стороны именно в тот момент, когда Гарри проходил мимо неё.
- Ой!- вскрикнула девушка. Гарри отступил вбок и замер. – Смотри, куда идешь, Винсент! – пригрозила она как раз подошедшему Креббу.
- Что? Причём здесь я? – возмутился последний, но Дафна лишь отмахнулась.
Драко опустил газету и нахмурился, наблюдая за происходящим, мотнул головой каким-то своим мыслям и вернулся к чтению. Сказать ему Гарри ничего не мог, Забини сидел слишком близко и обязательно услышал бы, и Гарри не нашёл ничего лучше, как выдернуть из рук Драко газету и положить её на стоящий рядом маленький столик.
- И давно ты так можешь? Без палочки? – удивленно спросил Блэйз, следя взглядом за полётом газеты.
- Сам удивляюсь! – огрызнулся Драко. – Пожалуй, пойду ещё потренируюсь, - он встал и решительно пошел к выходу.
- Поттер!? – зло зашипел Драко, едва стена захлопнулась за ними.
- Идём! Покажу тебе кое-что! - Гарри быстро накинул на него мантию и потянул к лестнице.
- Ты сдурел? Как вообще ты там оказался? Шастаешь как дома, не смей к нам заходить! Ясно тебе?!
- Считай, повезло, - отмахнулся Гарри. – Давай скорее.
- Куда ты меня тащишь?
- Увидишь.
Почти дойдя до Запретного леса, Драко остановился.
- Я туда не пойду, Поттер.
- Тогда ничего не увидишь. Не бойся. Здесь совсем недалеко и сейчас день, ничего с тобой не случится.
- Я ничего не боюсь! – гордо вскинув подбородок, Драко пошёл дальше.
Возле той самой поляны Гарри увидел Чарли, целующегося с той самой девушкой, которая спасла Хагрида от Норберты. Он улыбнулся и подумал, что миссис Уизли зря беспокоится.
- Чему ты лыбишься, Поттер? Если ты мне хотел показать, что семейство Уизли скоро вырастет втрое, то совершенно зря, я и так считаю, что их слишком много и… - тут раздался оглушительный рёв, Драко замолчал и застыл на месте, а Чарли оторвался от возлюбленной и поспешил на звук. – Что это? – пробормотал Малфой.
- Идём, - Гарри потянул Малфоя на поляну.
Драконы проснулись и, сцепившись друг с другом, рычали и выплевывали в воздух струи огня. Драконоводы суетились вокруг вольеров, посылая в них успокаивающие заклятья.
- А-а-а-а! – завопил Малфой и рванул назад, чуть не выскочив из-под мантии. Гарри с трудом удержал его.
- Тише ты, услышат. Чего орёшь? Вон, тот зеленый – Норберта. На первом курсе, помнишь, Хагрид её у себя прятал, а ты нашёл письмо Чарли? Это он их сюда для турнира и привёз.
- Ты псих, больной псих…
- Мы сегодня их уже видели с Роном и Гермионой и я подумал, ты тоже захочешь на них посмотреть.
- Ладно, идём, - Драко попытался взять себя в руки и не трястись, хотя ноги его всё же слушались плохо.
Спустя час, возвращаясь в замок, Малфой нехотя согласился, что посмотреть на драконов стоило. Подходя к Хогвартсу они увидели группу дурмстранговцев во главе с Крамом, спускающихся с крыльца замка.
- Вот бы потренироваться с ним, - мечтательно протянул Гарри.
- Ха! Ты всё ещё надеешься выиграть у меня, Поттер? Не мечтай. Хотя тебе и остается, разве что потренироваться, играть с ним буду я. Вообще-то, он всё время в библиотеке сидит, так что можешь попросить об этом свою грязнокровку… Грейнджер… Грейнджер, - поправился Драко. – Ну, так и быть, я спрошу, вряд ли он, конечно, до первого задания согласится.
-Вы знакомы?
Драко кивнул.
- Рон будет в восторге! Я без него не пойду.
- Да куда Уизли с его-то «Чистомётом»?
- У него «Нимбус».
- Щедрый подарок, Поттер, - фыркнул Драко.
- Кто бы говорил, - усмехнулся в ответ Гарри.
***
В понедельник Гарри пришел к Снейпу раньше и, ожидая прихода Малфоя, сел составлять свой гороскоп для прорицания.
- Ну вот, - с досадой вздохнул он, - получается, я опять погибну в конце года.
Северус накладывал защитные чары на стеллаж с ингредиентами, заодно, проверяя их количество. Недовольно поджав губы, он подошёл и склонился над его чертежом, немного подумав, ткнул пальцем в ошибку.
– У тебя Луна в Скорпионе, а, судя по расчётам, должна быть… - он почувствовал, как змея на его руке снова впивается в кожу, -… где-то здесь, - стараясь не показать этого мальчишке, он снова вернулся к стеллажам.
- Точно, в Козероге, - подтвердил Гарри. Почесав затылок, он принялся расшифровывать знаки заново.
Снейп закатал рукав и нанёс на предплечье недавно сваренную мазь. Через пару секунд он понял, что она абсолютно бесполезна.
- Всё-таки, выживу, - протянул Гарри. Он поднял голову и теперь наблюдал за действиями отца.
- Можешь в этом не сомневаться, - Снейп одернул рукав немного резче, чем нужно, и задвинул банку с мазью вглубь стеллажа.
- Не действует? – разочарованно спросил Гарри.
- Следовало этого ожидать.
- Но я уверен, что она такая же, - задумчиво протянул Гарри, доставая банку обратно.
- Всё ещё болит? Может, ещё раз попробовать? Дай, я. И вовсе не так нужно было. Её не втирать надо, а просто намазать, вот. Он говорил, она сама должна впитаться, и тогда станет легче, и… - Гарри продолжал бормотать, что-то ещё себе под нос, не желая показать, что расстроился.
Но Северус уже и не слушал его. Под ладонью Поттера он почувствовал, как немеет рука, будто от сотни маленьких льдинок, разом впившихся под кожу. Северус видел, как шевелится метка, но ни боли, ни жжения не было. Его сознание зацепилось за эту мысль, ещё когда он видел всё в воспоминаниях Поттера. Тот он никогда не мазал руку сам. Всегда это делали либо Лили, либо Гарри. Северус упорно отгонял от себя эту мысль и, вот, его худшие опасения подтвердились. Самым сильным оружием против чёрной магии всегда было самое светлое и самое невыносимое для него чувство – любовь. Любовь матери к сыну, жены к мужу, сына к отцу, неважно, любящий человек делился с ним частичкой этой самой светлой магии на свете, а мазь лишь служила проводником, хотя, надо признать, действительно стала бы сильнейшим обезболивающим в других случаях. И в это-то Северус боялся поверить больше всего, ему казалось, Поттер мог любить своих погибших родителей, Блэка и, возможно, привязался к тому приемному отцу, но, чтобы он смог полюбить его – нет. Северус старался не пустить мальчишку в сердце окончательно, старательно отгораживаясь любыми барьерами: долгом, обещанием Дамблдору, необходимостью защищать, обучать, не дать погибнуть. Но Поттер ломал их все одним простым словом «отец» и, вот, именно «сына» Северус и боялся потерять больше всего.
- Получилось? – заметив облегчение на его лице, спросил Гарри. – Я же говорил. Может дело как раз в этом? Тогда, я могу, только тебе придется все время носить мазь с собой.
- В этом, - подтвердил Снейп. – Не придётся, эффект, скорее всего, разовый, - он отдернул руку и поправил рукав.
- Почему? – не понял Гарри.
Как объяснить это несносному, надоедливому, вечно лезущему с дурацкими вопросами…
- Вам, как никому, должно быть известно, мистер Поттер, - почему-то сейчас официальный тон показался Снейпу правильным, - что противостоит тёмной магии, - он откинул чёлку со лба Гарри и ткнул палочкой в шрам.
- Да, - ответил слегка ошарашенный такой переменой, Гарри. – Мама… любовь.
- Называйте как угодно, очевидно, жена и сын испытывали к нему родственные чувства, это и заставляло вашу мазь работать. Вы же, оказавшись в теле его приёмного сына, привязались к нему, и магия сделала свое дело. А сейчас, скорее всего, переносите то чувство привязанности на меня… оно способно помочь, но, скорее всего, лишь единожды, пока сила Лорда слишком слаба.
- Привязался? Перенёс на тебя? – ошарашено переспросил Гарри. Сколько же можно стучаться в закрытую дверь? Лишь покажется, что она чуть приоткрыта, и тут же со свистом захлопывается перед носом, а попытаешься войти, обязательно треснет по лбу. Он схватил свой свиток и, резко развернувшись, пошел к выходу.
- В чем дело, Поттер? У вас сейчас занятие.
Гарри повернулся, у него блестели глаза, но он пытался сдержать злые слёзы. – Привязался?! – выкрикнул он. – Может, и мама спасла меня только потому, что привязалась ко мне?! Знаешь что, я позанимаюсь с Грюмом! – Гарри рванул дверь. – Открой!
- Я тебя не отпускал, вернись и доделай работу.
- Да, какая тебе разница, доделана она или нет?! Вы даже не мой декан. Что, вообще, вы от меня хотите?
Действительно, что ещё он хочет? Северус прекрасно знал, что никакая привязанность не способна противостоять столь тёмной магии. Зато он точно не хотел, чтобы мальчишка снова возненавидел его.
- Чего я точно не хочу, так, это краснеть в учительской, потому что мой сын лентяй.
- О! Тебе и не придётся. Никто ведь не … Что?
- Сядь и доделай работу. Почему всё нужно повторять дважды?
Всё ещё не уверенный, Гарри всё же сел обратно за стол.
Не удержавшись, Снейп потрепал его по лохматой голове, ещё больше взъерошив непослушные волосы.
– Тебе не мешало бы подстричься. Войдите, - ответил он на стук в дверь.




Глава 17


Глава 20

– Нет, вы видели, видели?! – не переставал восхищаться Рон. – Крам был неподражаем!

– Да, из-за него дракон половину яиц передавил, – возразила Гермиона, – ничего в нём нет особенного, Рон.

– А мне вообще выступление Седрика больше понравилось, – согласился с подругой Гарри. – Ай! – вскрикнул он, подпрыгивая на месте. Гарри показалось, что кто-то очень сильно цапнул его чуть пониже спины, и он бы непременно проверил это, если бы не услышал позади себя хохот.

– Что, Поттер, дракон укусил? – издевался Малфой, в противовес своим словам неловко пожимая плечами, словно извиняясь.

Кребб и Гойл сложились пополам и, держась за животы, давились от смеха, а Паркинсон нагло ухмылялась, держа Драко за руку. Впрочем, веселье продлилось недолго, расталкивая уже собравшихся вокруг студентов, к ним подлетел Грюм и схватил Малфоя за шиворот. Гарри к тому времени едва сдерживался, чтобы не потереть больное место.

– Нападаешь сзади? – проскрипел Грюм, тряся Малфоя как куклу. – Забыл преподанный мной урок? Так, я могу повторить!

– Что он тебе сделал? – возмутился Рон.

– Жалящее, – шепнул Гарри, успев заметить испуг в глазах Драко.

Кребб с Гойлом враз замолчали и замерли, вытянувшись по струнке, а Панси крепче вцепилась в руку Малфоя и пыталась оттащить его от разъярённого Грюма.

– Куда попал-то? – не унимался Рон.

Гермиона шепнула заклинание, и жжение пропало.

– Промахнулся он, Рон, – с облегчением выдохнув, громко сказал Гарри.

– Вы не посмеете! Иначе простым разговором с Краучем, как в прошлый раз, не отделаетесь! Уж, отец об этом позаботится.

– С Краучем? – переспросил Грюм, ослабив хватку, отчего Панси всё же удалось оттянуть Драко на себя. – Что и откуда ты об этом знаешь, паршивец?! – снова заскрипел Грюм, наступая на него.

«Проболтается, точно проболтается», – пронеслось в голове у Гарри.

– Отец сказал, – гордо вскинув подбородок, ответил Драко.

– Отец, говоришь… ах, ты мелкий…

– Оставьте моего ученика в покое, иначе я сам подам жалобу в министерство, – Снейп появился совершенно незаметно и встал перед Грюмом, отодвинув Драко за спину. – И, будьте уверены, добавлю к этому незаконные обыски кладовой.

– Этот, – Грюм ткнул пальцем в выглядывающего из-за спины профессора Малфоя, – нападает со спины как последний…

– Это была шутка, – возразил Драко.

– Вовсе нет! Он специально попал в Гарри, – вмешался в разговор Рон.

– Это правда, Поттер?

– Он промахнулся, – настойчиво повторил Гарри.

– Почему ты его защищаешь?!

– Никого я не защищаю.

– Полагаю, инцидент исчерпан, я не намерен выслушивать это до вечера. Рекомендую пойти со мной в замок, профессор Грюм .

– Я буду следить за тобой! – пригрозил Грюм Малфою и всё же, прихрамывая на свою деревянную ногу, последовал за Снейпом.

Студенты, поняв, что представления не будет, тоже начали понемногу расходиться. Едва Грюм скрылся из вида, как Малфой принял свой обычный надменный вид и шагнул к Гарри.

– Жаль, что ты не участвуешь, Поттер, хоть один дракон позавтракал бы, – Панси за его спиной злобно хихикнула, сверля друзей презрительным взглядом. – Хотя нет. Тогда я не сыграл бы с Крамом.

– С чего бы это, Малфой? Сначала меня обыграй. Насколько я помню, тебе это ещё ни разу не удавалось.

– Сам Крам согласился тренировать Драко, – заявила Паркинсон, гордо вздернув курносый носик. – Так что забудь, Поттер, и про кубок, и про игру с ним.

– Это нечестно! – возмутилась Гермиона. – Тогда пусть он и Гарри тренирует.

– У Крама нет времени на таких неудачников, как Поттер.

– Речь обо мне, не так ли? – Спросил только что подошедший Виктор. Немного задержавшиеся чемпионы пропустили первую часть ссоры.

– Так! – вдруг вышла вперед Гермиона. – Если вы собираетесь тренировать Малфоя, так тренируйте и Гарри. Уверена, времени у вас хватит.

– Тренировать? – переспросил опешивший от такого напора Крам. – Слишком громко сказано для одной тренировки. Хотя, вы правы…

– Гермиона.

Крам кивнул:

– Я бы посмотрел, на что способны оба ловца, вдруг мне действительно стоит опасаться, – беззлобно усмехнулся он. – А, вот, лишнего времени у меня и правда нет. Так что приходи-ка и ты в субботу в десять на поле, - Крам хлопнул Гарри по плечу. – Гермивона, – попрощался он, почтительно склонив голову. И три чемпиона, рассмеявшись, пошли дальше, что-то обсуждая между собой.

Малфой фыркнул и, толкнув Гарри плечом, пошёл в сторону замка.

– Готовь метлу, Рон. У Крама нам, конечно, не выиграть, но спесь с этого хорька мы точно собьём, – Гарри покосился на друга, который от восторга забыл, кажется, как дышать.

– Круто ты с ним, Гермиона, – уважительно протянул Джордж.

– Гермивона, – поправил Фред.

Расхохотавшись, друзья поспешили покинуть Запретный лес.

– А что там Снейп про обыски говорил? Грюм обыскивал его кладовую, зачем? – вслух размышлял Гарри, обращая вопрос сразу ко всем.

– Вероятно, искал что-нибудь запрещённое у бывшего пожирателя, – ответил Рон.

– Он ведь на пенсии давно, подозрителен слишком стал. Так? – Джордж обернулся на брата.

– Ага, спятил слегка, говорят, – отозвался Фред. – Так вот, Снейп может и нажаловаться министерству, не имеет право Грюм по его кладовой шарить. Не аврор он больше, пенсия – все дела.

– Так, почему же не заявил?

– А, может, и правда, прячет чего.

– Да, хватит вам! – возмутилась Гермиона.

На Малфоя Гарри всё-таки разозлился, считая его поступок подлым, и несколько дней с ним не общался, всячески игнорируя.

В четверг вечером они с Роном засиделись допоздна, играя в волшебные шахматы, и поднялись в спальню только перед самым отбоем. Гарри вспомнил о завтрашних дополнительных занятиях у Снейпа и поморщился. Ни жаловаться отцу, ни встречаться там с Драко, ни вообще больше заниматься вместе с ним он не хотел. Гарри уселся на кровать и, задернув полог, достал карту Мародеров, рассматривая на ней, когда Снейп, проверив слизеринцев, вернется в свой кабинет.

К ним заглянул староста и Гарри выглянул из-за полога, показывая, что он здесь. Тот кивнул, пересчитал остальных и пошёл сообщить МакГонагалл, что все на месте. Гарри снова уставился на карту. Он увидел, как точка с именем «Северус Снейп» вышла из кабинета и движется к гостиной Слизерина. Невольно посмотрев туда, Гарри заметил, что Драко Малфоя ни в гостиной, ни в спальнях нет. «Попадется ведь сейчас», – промелькнуло в голове. – «И пусть, поделом!» – про себя усмехнулся он. Всё же, пробежавшись взглядом по карте, Гарри увидел Малфоя, одиноко бредущего к замку от Чёрного озера. «Не успеет, что он вообще там делал? Меня искал? А, ну его!» – Гарри положил карту на кровать и, упрямо скрестив руки на груди, принялся ждать. То и дело косясь на кусок пергамента, Гарри в конце концов не выдержал. «Да, чёрт бы его побрал!» – выругался он про себя. Ни карты, ни мантии-невидимки у Малфоя не было – «Попадётся, как пить дать, первому же дежурному преподавателю… Грюму» – последняя мысль подняла Гарри с кровати окончательно. Он схватил карту, набросил мантию на плечи и, шепнув Рону: «Я скоро, прикрой, если что», вышел из спальни. «Сквозняк» – услышал он позади, – «окно закройте».

Гарри выскочил из замка и увидел стоящего в шагах десяти от крыльца Малфоя, тот оглядывался, ища кого-то в темноте и, кажется, не спешил возвращаться.

– Какого боггарта ты тут стоишь, Малфой? – зло прошипел он, набрасывая на Драко мантию. – Отбой. Снейп у вас уже, – Гарри ткнул в карту. – Ан нет, смотри-ка перед входом стоит, небось, тебя ждёт, – ядовито добавил он.

– Это ты чего тут шатаешься ночам? – отпихнул его Драко, пытаясь выбраться из-под мантии.

– Тебя дурака ищу… на карте увидел. Но, если ты предпочитаешь попасться Грюму после отбоя, то я, пожалуй, пойду.

– Я думал, ты опять там сидишь, – Драко махнул рукой в сторону озера, – дуешься на весь мир. Решил проверить…

– И чем приложить на этот раз, Ступефаем? – разозлился Гарри.

– Если бы рыжий недоумок не толкался, я бы не попал. Я про Крама сказать хотел.

– Оригинальным способом! Да, если бы не Гермиона, мне бы пришлось…

Драко отвернулся, недовольно скривив губы. По его мнению, то, что он вообще пошёл искать Поттера, было высшей степенью извинений.

– Ладно, пойдём. Да, и с Крамом ты же только для себя договорился.

– Не совсем.

– То есть?

– Он попросил меня кое-что сделать взамен, а я сказал, что для этого придётся позвать тебя.

– И что это?

– Да неважно уже, Грейнджер всё равно влезла, так что уже ни-че-го.

– Малфой?!

– Ничего уже делать не надо, успокойся.

Гарри с подозрением посмотрел не него, но настаивать не стал, нужно было вернуться в замок.

– Так, смотри, – он снова ткнул в карту. – Нам лучше ждать Снейпа возле его кабинета, скажешь… э… ну соврёшь что-нибудь. Он шёл этой дорогой, – Гарри провел пальцем по пергаменту, – а ты… вот этой, мимо кладовой и вы… Крауч? Что там делает Крауч, ночью?

– Надо Снейпу сказать, скорее! – Драко рванул Гарри за рукав.

– Да, стой ты, может Крауч к нему идёт? Снейп на Грюма обещал нажаловаться…

– Кому, Краучу? Сдурел? Крауч ещё больший маразматик, чем Грюм, он собственного сына в Азкабане сгноил.

– Ты думаешь, Грюм что-то нашёл и…

– Некогда думать, Поттер, бежим!

– Сам беги, – Гарри старался выглядеть безразличным, хотя непонятное чувство тревоги уже начало прокрадываться под кожу. – Поделом твоему Снейпу. На, – он стянул с них мантию и протянул Драко, – пригодится.

– Иди к чёрту, Поттер! – Драко развернулся и рванул к крыльцу.

– Стой! – не выдержал Гарри.

Бежать под мантией вдвоём оказалось не просто неудобно, невозможно. Они толкали друг друга, спотыкались и чуть не падали, к тому же, Гарри предполагал, что ноги видны и мелькают в воздухе по самые щиколотки, а это обязательно привлечёт внимание. Пришлось быстро идти в ногу.

– Стой, пойдём мимо кладовой. Убедимся, что он там.

Драко кивнул.

– Нет здесь никого, врёт твоя карта! – заявил он, останавливаясь у закрытой двери и дёрнув её для уверенности.

– Она никогда не врёт! – возразил Гарри и снова достал карту. – Его здесь нет. Но его вообще нет нигде в школе, смотри. Куда он мог так быстро уйти?

– Его нет, а, вот, они есть, – Драко ткнул пальцем в приближающиеся три точки.

Гарри обернулся и увидел двух слизеринских старост, уверявших Снейпа в том, что они слышали шум возле кладовой.

– Тихо, – шепнул Гарри и оттащил Драко к противоположной стене. – Замри, – он достал палочку, – Шалость удалась, – и карта превратилась в кусок старого пергамента. Гарри сунул его в карман.

Северус подошёл к двери, сделав несколько пасов волшебной палочкой, нахмурился и, распахнув дверь, ворвался внутрь.

– Обыщите подземелья! – приказал он старостам , те кинулись прочь.

– Опоздали! Всё из-за тебя, Поттер, – зашипел Драко, стукнув кулаком ему в грудь. – Крауч там уже побывал…

– Ты знаешь, что Снейп там хранил?

– Нет, откуда? Идём, скажем, ему.

– Про карту молчи, заберёт.

– Профессор? – позвал Драко, заглядывая в кладовую, где Снейп проверял, всё ли на месте.

– Драко, что вы здесь дела… – он поднял взгляд на Малфоя, всё ещё наполовину скрытого под мантией-невидимкой, и, шагнув к ним, сорвал мантию. – Поттер, ну, конечно, как же без вас! Вывернули карманы, оба.

– Мы ничего не брали! – возмутился Гарри.

– Мы шли предупредить вас – Крауч, здесь был Барти Крауч, – поддержал его Драко.

– Карманы, живо! – повторил Снейп.

Пара монет звякнуло о каменный пол, к ним присоединились фантики от шоколадных лягушек и смятый клочок бумаги – записка Рона. Содержимое карманов Драко не сильно отличалось, если не считать зажатого в руке Гарри старого пергамента.

– Я жду, – протянул ладонь Снейп, и Гарри ничего не оставалось, как отдать ему карту Мародёров. – Знакомая вещица. Итак, что вы двое делаете здесь? Отбой уже был, если вам это не известно. Вам мало ваших дружков, Поттер, теперь вы решили втянуть ещё и Драко? Крауч! Нет, это даже смешно. Что ещё вы придумаете? К вашему сведению, министра даже в стране нет, сопровождает отправку драконов в Румынию. – Снейп уже шипел от гнева.

– В Румынию? – переспросили одновременно Гарри и Драко, – Но…

– Идите в гостиную, Драко, с вами я поговорю позже, и, будьте уверены, Люциус узнает обо всём завтра же, а вас, мистер Поттер, я лично отведу к МакГонагалл.

Похоже, угроза всё рассказать отцу произвела должный эффект на Малфоя, он молча вышел, а через пару секунд Гарри услышал из-за двери:

– Ты чего тут ходишь? Быстро в гостиную, иначе Снейпу доложим.

– Туда и иду – огрызнулся Драко.

– Скройся с глаз моих, – выругался Снейп, набрасывая мантию-невидимку на плечи сына.

Он открыл дверь прямо перед носом старосты, который пришёл сообщить, что они никого не нашли, и махнул рукой, отпуская того.

Постараться стать Поттеру отцом оказалось раз в десять тяжелее, чем Снейп себе это представлял. Сдержаться, не наорать и выслушать, тем более сейчас, было для Северуса крайне сложно.

– Я тебя внимательно слушаю, – накинулся он на Гарри, как только дверь за старостой захлопнулась.

– Мы шли в подземелья под мантией, чтобы Малфой не попался Грюму после отбоя, – снова стащив с плеч мантию и тяжело вздохнув, ибо ссориться с отцом ему совсем не хотелось, начал рассказ Гарри.

Северус устало потёр переносицу, стараясь пока подавить возникающие вопросы.

– Допустим, – хмыкнул он. – И, решив прогуляться мимо кладовой, вы увидели министра, взламывающего дверь, а потом он растворился в воздухе?

– Нет, не видели, но слышали голос. Он ругался. Наверное, не получалось… – сочинял на ходу Гарри. – И я точно уверен, что узнал его.

– Но Крауча здесь нет, как видишь.

– Нет, – согласился Гарри. – Но я уверен, это был он, – Гарри принялся расхаживать по кладовой, неловко заламывая пальцы. – Что он мог здесь найти, пап? А что, если Грюм сумел убедить его в том, что ты хранишь в кладовой что-то запрещённое. А тот даже сына не пожалел… мне Драко сказал.

«Так, у мальчишки разыгралось воображение» - решил Снейп, - «ещё бы, столько всего свалилось на его голову. Сам виноват, ляпнул по неосторожности, да, и Драко хорош - подлил масла в огонь, откуда он вообще знает-то всё? Нужно посоветовать Люциусу держать язык за зубами…»

– Не лезь не в свое дело! – отрезал Снейп.

– Значит, это правда, и он до сих пор в Азкабане?

– Умер через год.

– Он был виновен, был пожирателем, что он сделал?

– Я не хочу, чтобы ты в это вмешивался, понятно? Забудь.

Чувство тревоги, не обманувшее Гарри, начало перерастать в страх за отца. Крауч не остановится ни перед чем – это Гарри понимал совершенно ясно, но снова потерять отца он не просто не хотел, не мог.

– Здесь нечего брать. Чтобы держать запрещённые ингредиенты в школе, нужно совершенно выжить из ума, тем более после того, как в ней появился ты, - едва заметно усмехнулся Снейп. – Пошли, скажу МакГонагалл, что задержал тебя. Наверняка, весь Гриффиндор на ушах стоит.

Отец не поверил ему, не поверил ни единому слову, а Гарри не знал, как убедить его в опасности. Рассказать про карту? А если Крауч больше не появится? К тому же, Гарри был уверен, узнай Снейп о ней – уже не вернёт никогда.

– Я заберу его? – Гарри потянулся к пергаменту, который Снейп уже бросил в дальний угол стеллажа.

– Неужели подарок Уизли настолько дорог тебе, что ты повсюду таскаешь его с собой? Думаю, переживешь и без него, а я, пожалуй, навещу Зонко на выходных, узнаю…

– Это не из Зонко, – схватился за соломинку Гарри, – это…это… понимаешь, Сохатый, Лунатик…

– Я отлично знаю, кто это, Поттер. И ни капли не верю в тот бред, что нёс Люпин. Так, что же это на самом деле? Прошу, продемонстрируй, – Северус впихнул ему в руку карту. – Ну!

Гарри никогда не говорил ничего кроме пароля и решил, что пару оскорблений перенести легче, чем потерять карту навсегда. Он достал палочку и приложив к пергаменту произнес:

– Я Гарри Джеймс Поттер, – пергамент остался чист.

– Ещё! – настоял Снейп.

– Я Гарри Джеймс Поттер, сын Джеймса Поттера и Лили Поттер… Эванс, – повторил Гарри.

– Спустя пару секунд на пергаменте стали появляться слова уже знакомыми Гарри почерками.

– Читай.

-– «М-р Сохатый приветствует Гарри Поттера и выражает искреннюю радость, а также заявляет, что безумно счастлив знакомству с ним» – начал Гарри. – «М-р Лунатик присоединяется к м-ру Сохатому, полностью разделяя его мнение» – Гарри улыбнулся, пробегая ещё раз взглядом по строчкам. – «М-р Бродяга невероятно счастлив и искренне рад , что Эванс наконец послала к чертям Нюниуса и выбрала достойного человека», – кто такой Нюниус, Гарри не знал, пожав плечами, он принялся читать дальше. – «М-р Хвост полностью согласен с остальными, и выражает глубокое почтение Гарри Поттеру» – Гарри сморщился от отвращения.

Он уже было отвёл взгляд, но снизу появилась ещё надпись. «Торжественно клянёмся, что замышляли только шалость. И… Шалость удалась!» – вывелось на пергаменте почерком Сохатого. А ниже «Ура! Ура! Ура! Ура!» - снова разными.

С замиранием сердца Гарри закончил читать, понимая, что всё пропало.

– Это всё, – сказал он, поднимая взгляд на Снейпа. Тот казался абсолютно спокойным, и это, как уже понимал Гарри, ничего хорошего не предвещало.

Надписи пропали, и он снова держал в руках кусок старого пергамента. Теперь Гарри понял, откуда близнецы узнали пароль.

– Иди спать, – коротко бросил Снейп. – Это останется здесь.

– Но…

– Вон!

Гарри вздохнул и протянул карту Снейпу. Ссора не приведёт ни к чему хорошему, а карту он заберёт позже, когда отец остынет. Он всегда остывает – это Гарри тоже понял хорошо. Он снова набросил мантию и уже собирался выйти из кладовой.

– Подожди, идём, – одному Мерлину известно, чего стоило Снейпу произнести эти слова и убедить себя в невиновности мальчишки.

Из подземелий вышли молча. Снейп ничего не говорил, а Гарри полпути не решался нарушить тишину, чтобы не разозлить отца ещё больше.

– Я и сам могу дойти, тебе не обязательно провожать меня до самой гостиной.

Северус вынырнул из своих мыслей, оглядываясь по сторонам, будто ища источник звука.

– Да сними ты, наконец, свою тряпку. Я же сказал, отведу тебя к МакГонагалл.

– Меня не ищут, пап. Профессор МакГонагалл думает, я уже давно сплю.

Северус остановился, молча уставившись в то место, где, как он предполагал, стоит невидимый Поттер. Много вопросов пронеслось у него в голове и, чтобы снова не сорваться, ему пришлось неоднократно напомнить себе о том, что быть отцом – не самая простая задача, особенно отцом этого мальчишки.

– Ты уверен, что ничего не хочешь мне объяснить? – наконец спросил он.

– Нет.

– Чтобы это было в последний раз, понял? – зашипел Снейп. – Не заставляй меня накладывать на тебя следящие чары по ночам.

В попытках уверить отца, что ничего плохого они с Драко не замышляли, Гарри и не заметил, как они почти дошли до портрета Полной дамы, возле которого стояла Макгонагалл.

– Она пароль сменила, – шепнул Гарри. – Мне не пройти.

– О чём ты раньше думал? Следовало бы оставить тебя ночевать под дверью или сдать декану, – язвительно добавил он. – Минерва!

– Северус? Чем обязана в столь поздний час?

– Кто-то только что проник в кладовую, и бьюсь об заклад, я знаю, кто это сделал.

– Все мои студенты на месте, кроме дежурных старост, но могу вас заверить…

– Меня не волнуют ваши старосты. Я хочу убедиться, что все остальные в башне, и не советую мне мешать.

– Мои студенты не имеют к вашей кладовой никакого отношения. Идёмте! – она развернулась, произнесла пароль и шагнула в гостиную.

Снейп посмотрел по сторонам, будто высматривая кого-то в коридоре, и зашёл за ней.

В гостиной сидели только Рон с Гермионой, и по их лицам Северус понял, что ожидали они увидеть совершенно другого человека, поняла это и МакГонагалл.

– Насколько я знаю, несколько минут назад вы оба были в своих постелях. Что же заставило вас покинуть их, и где, позвольте спросить, ваш друг.

– Он… э… храпит сильно, – на ходу сочинял Рон. – Я спать не могу. А Гермиона…

– Повторяю параграф по истории магии к завтрашней контрольной.

– Проводите нас в вашу спальню, мистер Уизли.

– Э… зачем?

– Немедленно.

Рон нехотя поплёлся наверх. Пару раз обо что-то споткнувшись, он с надеждой оборачивался на Гермиону, но по её глазам было понятно, что помощи ждать неоткуда.

– Не слышу храпа, – пронзил тишину спальни голос Снейпа, – где кровать Поттера?

– Там, – Рон нехотя указал на занавешенную пологом постель.

В несколько шагов преодолев расстояние, Снейп отдёрнул полог.

– Профессор? Что… вы…? – с самым невинным и заспанным видом спросил Гарри, за это время успевший переодеться и сделать вид, что спит и очень давно.

– Я же говорила вам, – возмутилась МакГонагалл, – ваши подозрения абсолютно беспочвенны и, кажется, несколько параноидальны. Обратитесь к мадам Помфри, Северус.

Гарри виновато улыбнулся – уж этого-то ему отец ещё долго не забудет. Снейп картинно прожёг Поттера испепеляющим взглядом, демонстративно резко развернулся и покинул спальню.

– Что случилось, профессор? – спросил Рон у МакГонагалл, очень стараясь не показать удивления.

– Ложитесь спать, мистер Уизли, – ответила та и вышла следом за Снейпом. – И вы, мисс Грейнджер, тоже! – услышали они за дверью.

Едва МакГонагалл покинула гостиную, Рон силком вытащил Гарри из постели и буквально вытолкал из спальни в руки рассерженной Гермионе.

– Что происходит, Гарри?! – накинулась на него подруга, усадив в кресло напротив себя.

Гарри ненавидел врать друзьям, он чувствовал, как с каждым разом увязает в своём вранье всё больше, но, стоило вспомнить ссору с Роном, как он опять не решался сказать правду до конца. И в этот раз он рассказал лишь про Крауча, про свои подозрения на счёт сговора с Грюмом и про то, как случайно обронил карту возле кладовой, и та осталась у Снейпа, вот почему профессор пришёл сюда, а Гарри незаметно проскочил следом. Получилось у него весьма правдоподобно, и Рон, как показалось Гарри, не усомнился ни в чём, возможно, потому что слышал то, что хотел, а, вот, Гермиона с каждым словом хмурилась всё больше. В конце концов, она заявила, что карту сможет вернуть только Сириус, и настояла на том, чтобы Гарри обо всём ему рассказал завтра же. Гарри решил заодно спросить у крёстного про сына Крауча и согласился с подругой.

***

Северус шёл к себе в подземелья, чертыхаясь на чём свет стоит. Если что и могло его хоть как-то успокоить, так это бутылка прекрасного выдержанного огневиски, ожидающая в шкафу гостиной.

«Несносный мальчишка!» – ругался Снейп, откупоривая её и выпивая первый глоток крепкого спиртного прямо из горла. Слишком большой глоток обжёг горло и, сморщившись, Северус поставил бутылку на столик рядом с креслом.

Серьёзно пообещав себе снова стать строгим, благо, и опыт, и пример собственного отца у него были, и не потакать каждой выходке сынка, Северус сделал ещё глоток. «К черту отца! – выругался он, доставая из кармана уже ставший ненавистным пергамент. «Нюниус» – всплыло перед глазами проклятое прозвище, и Снейп смял пергамент в руке, собираясь швырнуть его в камин. Как раз в этот момент зелёное пламя вырвалось наружу, и он услышал голос директора.

– Северус, мальчик мой, ты мне нужен, – позвал тот.

– Вряд ли я сейчас смогу быть вам полезен, – огрызнулся в ответ Снейп, прикладывая к губам бутылку для очередного глотка. Он даже не удивился, увидев, как Дамблдор выходит из камина в его гостиной.

– Северус, – тяжело выдохнул тот, – насколько мне известно, у тебя завтра первая пара.

– Слизерин. Первый курс, – отмахнулся Снейп.

Он снова собрался швырнуть в огонь смятый пергамент, но Дамблдор остановил его.

– Думаю, не стоит этого делать, Северус. У Гарри и так очень мало вещей, связанных с памятью о родителях. Он будет очень расстроен.

Северуса иногда удивляло, откуда Дамблдор всё и обо всех знает, но сейчас он просто махнул на это рукой.

– Я не позволю… не допущу… Поттер никогда не узнает…

Дамблдор забрал у него пергамент и провёл пальцами по пустому листу, сосредоточенно вглядываясь, будто читает невидимые строчки.

– Это просто бумага, Северус, бездушный клочок бумаги. Он не расскажет больше, чем уже сказал. Опасаться стоит живых…

– О чём вы?

– Опекун Гарри. Если тебя это так волнует, поговори с ним, хотя, я полагаю, он и так ничего не рассказал бы после того, что ты для него сделал.

Северус обречённо рухнул в кресло, призывая стакан, и налил туда ещё порцию огневиски.

– Эти ничтожества замышляли шалость, слышите, шалость! Плевать им было на всё. Лили нет из-за… – Снейп устало прикрыл глаза, – и ребёнка, её ребенка могло не стать из-за… Шалости! – выкрикнул он последнее слово в лицо Дамблдору и опустошил стакан.

– Ну-ну, Северус, не стоит… пить одному.

***

Утром Гарри отправил крёстному сову и, подозревая, что отец злится, спустился в подземелья сказать спасибо, да, и просто извиниться. Не успел он дойти до кабинета профессора, как услышал голоса за одним из поворотов. Гарри прислушался и узнал голоса Грюма и отца.

–… шкура бумсланга не является запрещенным ингредиентом, – шипел от злости Снейп.

– Что-то я не припомню оборотного зелья в школьной программе, зачем же ты это хранишь? Для себя варишь? А с министерством ты согласовал свои действия? Не сомневайся я узнаю…

Гарри замер за углом, вжался в стену и, накинув мантию-невидимку, стал слушать дальше.

– Я имею право проводить эксперименты, Грюм, Дамблдор мне доверяет.

– Тем сильнее будет разочарование. Это я уничтожу, будь уверен, и не советую приобретать новую, иначе я могу и напомнить кое-кому в министерстве о твоём грязном прошлом, связи то у меня остались…

Гарри не услышал ответа отца, только шаги в коридоре, скорее всего, тот просто ушёл.

– А ты что тут делаешь, сынок? – тяжёлая рука Грюма опустилась прямо на плечо Гарри.

– Я… я… вы видите меня, сэр? – от неожиданности Гарри не знал, как ответить.

– Хорошая у тебя мантия, Поттер, думаю, Снейпу совсем не обязательно о ней знать, так?

– Да, сэр…

– Пойдём, провожу тебя на урок, нечего бегать по подземельям, что у вас сейчас?

– Нумерология.

***

На следующий день, не успев войти в большой зал, Гарри получил ответ от крёстного. В записке было всего пара слов «Буду у вас к обеду».

Наскоро перекусив, Гарри с Роном схватили мётлы и, с трудом уговорив Гермиону идти с ними, отправились на поле. Малфой с Крамом уже ждали их там. Крам напоминал Гарри коршуна, охотящегося за добычей, соревноваться с ним в скорости и ловкости казалось невозможным. После пятого пойманного подряд снитча ему, похоже, надоело возиться с мелюзгой окончательно, и Крам просто летал вокруг стадиона, с ухмылкой наблюдая за вознёй между Драко и Гарри, мечущихся в попытках обогнать друг друга в погоне за заветным мячиком. Спикировав ястребом вниз, он выхватил снитч прямо у них из-под носа.

– Тренируйтесь! – выкрикнул Крам. – А я, пожалуй… – Виктор направил метлу в сторону трибун, – хотя, ладно… – почему-то передумал он.

– А где Гермиона? – проорал Гарри в ухо Рону.

– Не знаю, только что была здесь.

Вскоре Крам загонял их окончательно и Гарри с Малфоем без сил рухнули на поле отдышаться. Усмехнувшись им, Виктор объявил тренировку оконченной и пообещал как-нибудь потренироваться с ними снова, иначе игра, которую так ждёт весь Хогвартс, закончится через пять минут.

Гарри не заметил, как вернулась Гермиона, а уставший раньше всех Рон уже сидел на трибунах рядом с ней и, судя по лицу, продолжал восхищаться Крамом.

– Грюм видит сквозь мою мантию, – сообщил он Малфою.

– Отлично… – развёл руками Драко, а потом засмеялся. – Я бы посмотрел на его рожу, поймай он нас вместе.

– Ага, очень смешно! А ты неплохо играешь, когда не строишь из себя засранца, Малфой, – бросил Гарри и побежал переодеваться.

Драко швырнул ему вслед сапогом и, слегка жалея, что промахнулся, улёгся обратно, широко раскинув руки.

Друзья ждали Гарри возле выхода со стадиона.

– Нужно спешить, Сириус вот-вот…

– Он уже здесь, Гарри, – указала рукой Гермиона. – Идём-ка, Рон, – и она потянула упирающегося друга в сторону.

Глянув туда, куда указала подруга, Гарри увидел крёстного, ругающегося со Снейпом, и поспешил к ним.

–… не смей мне угрожать! – рявкнул Снейп.

– Я всего лишь предупреждаю! Надеюсь, до твоих мозгов рано или поздно это дойдёт! – не остался в долгу Блэк.

Заметив приближающегося Гарри, Снейп развернулся и ушёл прочь.

Гарри долго рассказывал крёстному о последних событиях, прогуливаясь вокруг стадиона. Ему удалось кое-что выяснить о гибели сына Крауча в Азкабане. Сириус рассказал, что парень был совсем молод и слаб, постоянно плакал по ночам, звал мать и умолял отца забрать его домой. А сам Крауч пришёл лишь однажды перед самой гибелью сына, когда тот был совсем плох, но даже это не сломило его. Гарри слушал его и ужасался ещё больше, похоже, отцу действительно грозила опасность.

– Теперь он карту точно не вернёт? – обречённо спросил Гарри.

Сириус лишь покачал головой в ответ.

- А кто такой Нюниус, это же ты писал на карте. Ты знаешь, кто это?

Сириус молчал, делая вид, что вспоминает. Знает ли он? Смешно, конечно знает! Вот, только нет больше Нюниуса, ненавистный Снейп есть, а Нюниуса – нет. Не стал бы тот варить волчье противоядие для Римуса, не стал бы пытаться вытащить Гарри и его друзей из Визжащей хижины и уж точно никогда бы не спас ему жизнь, будь он даже полностью уверен в невиновности Сириуса. И, конечно, он, Сириус Блэк, всю жизнь будет продолжать ненавидеть Снейпа просто за сам факт его существования и до последних дней будет считать своим долгом задеть побольнее просто ради развлечения. Он! Но не Гарри.

– Твоя мама была замечательной женщиной, – собравшись с мыслями заговорил Блэк, – и вокруг неё всегда вилась куча поклонников. Она была очень доброй и приветливой, но на чувства в конце концов ответила только Джеймсу, с остальными стараясь поддерживать лишь дружеские отношения. А им только и оставалось, как распускать нюни, поэтому я не знаю, кого точно имел в виду, прости, Гарри, но это действительно не важно.

Глава 18


Глава 21

– Что-то мы совсем заболтались, похоже, ты и на обед опоздал.

– Ничего, – махнул рукой Гарри, – Рон с Гермионой припасут для меня что-нибудь.

– Пойдём, провожу тебя, заодно и к Дамблдору загляну на минутку.

Тревожные мысли лезли в голову, не давая Гарри покоя, он понятия не имел, как убедить отца в грозящей опасности. Нахмурившись, Гарри пинал попавший под ноги маленький камушек. Даже поговорить об этом ему было не с кем, разве что с… Дамблдором.

– О чём задумался? – спросил Сириус, замедляя шаг.

– Ты не возражаешь, если я пойду с тобой? Может, директор поможет вернуть карту.

– Можно попробовать, – улыбнулся крёстный, как показалось Гарри, не совсем поверив ему.

Когда они вошли в замок, обед уже закончился, и в холле было шумно и полно народу. Изрядно потолкавшись, они, наконец, добрались до лестницы, ведущей к директорской башне. Оставалось надеяться, что та не изменит направление движения в последний момент, иначе придётся искать другую. К счастью, лестница осталась неподвижной.

Гарри взбежал наверх быстрее Сириуса, но, заметив возле горгульи Дамблдора с Грюмом, спрятался за колонной, прислушиваясь к разговору.

– … я не допущу вражды между профессорами, Аластор, – гневно отчитывал бывшего аврора Дамблдор. – Северус работает в этой школе уже много лет, и я ни разу не усомнился в нём. Тебе известны мои показания по его делу, и никто иной, как ты, клялся мне не конфликтовать, когда я брал тебя на работу, и что же я вижу, Аластор?

– Я лишь выполняю свою работу, Альбус.

– Твоя работа – учить детей, и я настаиваю…

– Дело твоё, но не говори потом, что я не предупреждал тебя…

– Это всё, о чём я прошу, постарайся сдержать своё обещание, – одобрительно кивнул Дамблдор.

– Не сомневайся, – Грюм вдруг обернулся и уставился своим стеклянным глазом прямо на колонну, за которой прятался Гарри. – Что вы здесь делаете, Поттер, подслушиваете? – проскрипел он, и Гарри вышел из-за укрытия.

– Видимо, ты совсем помешался, Грюм, - подошедший в это время Сириус усмехнулся и протянул ему руку. – Гарри всего лишь проводил меня к директору.

– Рад снова тебя видеть, – пожал руку профессор. – Думаю, наш разговор окончен, Альбус, – недовольно буркнул он, откупоривая свою флягу. – А ты хорошо летаешь, сынок, – обратился он к Гарри, – только попробуй проиграть этому змеёнышу.

– Ты опять за своё, – нахмурился Дамблдор.

– О чём тут говорить, конечно, Гарри выиграет, – с гордостью заявил Блэк.

– Надеюсь, очень на это надеюсь, – как-то странно взглянув на Гарри, Грюм кивнул Сириусу и ушёл, ругая пожирателей и их отродья.

Меньше всего сейчас Гарри думал об игре. Он почувствовал, как огромный камень, придавивший его страхом за отца к самой земле, рухнул с плеч куда-то в пропасть.

– Итак, что привело вас ко мне? – спросил Дамблдор.

– Гарри хотел…

– Нет. Уже ничего, я сам, спасибо, крёстный, простите, профессор, я пойду, – Гарри развернулся и побежал к отцу, надеясь найти того в кабинете.

– Молодость… вспомни себя в его годы, Сириус, так, о чём ты хотел со мной поговорить? – пропуская Блэка в открывшийся за горгульей проём, спросил Дамблдор.

«Они ничего не нашли, не нашли и оставят его в покое», – стучало в висках у Гарри от радости, пока он запыхавшись барабанил в дверь.

– Спасаешься от Блэка бегством? – пропуская Гарри внутрь, с ухмылкой спросил Снейп. – Да уж, здесь он вряд ли станет тебя искать.

Гарри плюхнулся на стул, пытаясь немного отдышаться. Северус налил в стакан воды и протянул ему.

– Что случилось?

– Ничего, пап, я просто так пришёл.

Северус хмыкнул и отвернулся, скрывая чуть тронувшую уголки его губ улыбку.

– Неужели Блэк так тебе надоел? И почему, позволь спросить, тебя не было на обеде? Насколько я помню, я не разрешал тебе покидать территорию, или ты считаешь, раз Блэк твой опекун, значит меня можно не слушать…

– Мы никуда не уходили, – перебил его Гарри, пока отец не начал злиться.

– Есть хочешь?

Гарри кивнул, Северус позвал домовика и приказал тому принести обед в кабинет.

Старый ворчливый домовик напомнил Гарри Кикимера, вечно бубнившего что-то в ответ на распоряжения крёстного. Этот же, недовольно бормоча себе под нос о непомерном аппетите профессора, поклонился и исчез с приглушённым хлопком.

Не успел Гарри допить воду, как эльф снова появился в кабинете.

– Гарри Поттер, сэр! – завопил он тонким визгливым голосом, от восторга чуть не выронив тарелку из рук. – Добби так рад снова видеть вас! Злой профессор всё съест сам и не угостит Гарри Поттера? Добби может принести вторую порцию, на кухне много еды.

– Не надо. Откуда ты здесь? – слегка ошарашенный появлением эльфа, спросил Гарри.

–Профессор Дамблдор взял Добби на работу пару дней назад, – снова затараторил домовик, – он такой добрый и справедливый человек, Добби любит нового хозяина, и теперь будет получать зарплату, –гордо заявил он. – Добби свободен благодаря Гарри Поттеру. Злой профессор должен поделиться с Гарри Поттером, иначе Добби не отдаст ему еду!

– Обед для мальчишки, поставь и исчезни, пока я не передумал!

Добби осторожно поставил тарелку перед Гарри и подвинул поближе к нему сок, с недоверием оглядываясь на Снейпа. Гарри поблагодарил эльфа и с жадностью принялся уплетать запечённую форель с жареным картофелем, с аппетитом поглядывая на большой кусок пирога с патокой.

– Злой профессор отдал свой обед Гарри Поттеру! – от удивления глаза домовика и без того огромные, стали напоминать большие чайные блюдца. – Добби всем расскажет о доброте профессора варящего зелья! Гарри Поттер разрешит Добби иногда навещать его? – прижимая уши к щекам, с надеждой спросил эльф.

– Конечно, – отозвался Гарри, – когда захочешь.

Добби почтительно поклонился Снейпу и со слезами умиления на глазах исчез из кабинета так же внезапно, как и появился.

– За что мне всё это, а? – поспешно убирая в сторону лежащие рядом с тарелкой Гарри бумаги, спросил Снейп, скорее всего не рассчитывая на ответ.

–Нефнаю, – пробормотал Гарри с набитым ртом.

– Ешь, – отмахнулся Снейп.

Закончив обед, он довольно потянулся. Тяжёлая тренировка, пережитые тревоги и сытый желудок дали о себе знать, Гарри клонило в сон, и глаза закрывались сами собой. Северус взмахнул палочкой, и посуда исчезла со стола. Звать домовика он не стал, предвидя повторение стенаний.

– Если хочешь спать, отправляйся к себе, – потрепал он по плечу Гарри, уже опустившего голову на скрещенные на столе руки.

– Да, да, пап, я сейчас… только пять… минут, – пробубнил Гарри, все глубже проваливаясь в сон.

~~~

Он нёсся на метле в погоне за снитчем. Заветный мячик, поблескивая на ярком летнем солнце, слепил глаза в паре сантиметров от его вытянутой руки. Оставалось совсем чуть-чуть, только бы дотянуться, и он выиграл. Гарри не видел Крама, но чувствовал, что тот совсем близко – обернись, и он выхватит мяч прямо из под носа. Крам атаковал сбоку, он быстрее, и Гарри видел его руку, также тянущуюся к снитчу, ещё секунда… но тот всего на миг замирает, перед тем, как его пальцы сомкнутся на мяче, и Гарри хватает этой возможности, он выхватывает снитч прямо из под ладони Крама. Победа! Он выиграл! Зрители ликуют, кричат, визжат и, срываясь со своих мест, бегут к нему на поле, голова от победы кружится, как в первый раз. Среди толпы он вдруг видит Джинни, такую необыкновенно красивую, солнце играет в ее волосах, и кажется, будто оно запуталось в них, Гарри любуется и не может отвести от неё взгляда. Как же раньше он этого не замечал? Джинни улыбается, её глаза светятся счастьем, но смотрит она не на Гарри, а куда-то в сторону, и улыбка ее адресована совсем другому парню. Обидно, и Гарри никак не может понять, почему победа уже не радует его. Он хмурится и, стараясь отвести от нее взгляд и не думать об этом, ищет в толпе отца, но никак не может разглядеть его. Странно, он ведь не мог не прийти. Кольцо людей сжимается всё плотнее, каждый норовит поздравить, похлопать по плечу, пожать руку, чуть не сбивая Гарри с ног. И вдруг среди общего веселья Гарри отчетливо слышит совсем другой смех, злой и торжествующий, и ему становится не по себе.

Гарри, расталкивая людей, бежит на этот становящийся всё громче и отчётливей смех, и видит, как авроры смыкают кандалы на запястьях отца и уводят его прочь со стадиона, а Крауч с Грюмом от души хохочут над этим.

– А я предупреждал тебя, Альбус, пожирателям в школе не место, – поворачиваясь к Дамблдору, говорит Грюм, тряся перед носом директора шкуркой бумсланга.

– Нет! Папа, отец! Стойте! – орёт Гарри, срывая голос.

Он пытается догнать авроров, но всё бесполезно, Гарри бежит почти на месте, будто что-то невидимое держит его. Он уже не может двинуть даже рукой, чтобы выхватить палочку, с ужасом наблюдая, как огромная змея ползёт к нему из-под трибун, как опутывает его ноги, поднимается вверх по туловищу, всё плотнее сжимая кольца, и у самого лица, глядя куда-то за спину, шипит:

– Скоро всё будет готово, мой господин, осталось совсем недолго, потерпите.

– Да, Нагайна, скоро ты получишь на ужин Гарри Поттера, – слышит Гарри такое же шипение позади себя, но не может повернуть голову.

Шрам пронзила такая боль, что её невозможно было вытерпеть. И Гарри закричал…

~~~

– Поттер! Гарри… Поттер, проснись! – Гарри почувствовал, как в лицо ударила струя ледяной воды, и открыл глаза, голова болела до тошноты.

Он лежал в кабинете отца на твёрдой и жутко неудобной скамье, шевелиться не хотелось, но Гарри всё же поднял руку и, смахнув капли холодной воды с носа, прикрыл ладонью пылающий шрам. Снейп, настороженно глядя на него, произнёс высушивающее заклинание и, опустив палочку, присел на корточки напротив лица Гарри.

– Я заснул… Голова болит…

– Лежи, – Северус наколдовал стакан, наполнил его водой и, призвав со стеллажа какой-то флакон, добавил туда пару капель зелья. – Выпей, будет легче.

Гарри приподнялся, и отец помог ему сесть.

В кабинете царил бардак, стола, за которым сидел Гарри, теперь не было, вокруг валялись пергаменты, перья и осколки графина со стаканами, будто кто-то разом смахнул всё со стола, либо сам стол просто исчез, а всё, находящееся на нём, рухнуло вниз. Гарри немного попил воды и вопросительно посмотрел на отца, пытаясь понять, кто в этом виноват, но тот лишь сел рядом, недовольно осматривая беспорядок, будто только что заметил его.

– Подобное случалось раньше? – спросил он.

– Просто кошмар.

– Не думаю, – Северус закатал рукав, и Гарри увидел, как извивается змея на его предплечье. Руку обожгло как раз в тот момент, когда Гарри закричал, схватившись за голову. Он обязательно грохнулся бы на пол, если бы Снейп не успел его подхватить. Смахнув всё со стола, Северус трансфигурировал его в неуклюжую, но вполне устойчивую скамью. Гарри потёр пальцами шрам, его всё ещё мутило.

– Я… сейчас, – он пошатнулся, пытаясь встать, чтобы сходить за мазью.

– Сиди. Рассказывай. Это подождёт.

Гарри уткнулся лбом в плечо Снейпа, голова кружилась, а так, казалось, становилось легче. Отец был рядом и Гарри как никогда чувствовал это, он больше не один. Его словно прорвало, Гарри говорил и говорил обо всём: о боли в шраме, о странной фигуре в капюшоне, о своих снах, о разговоре с Дамблдором, о страхах снова потерять отца, о подслушанном сегодня разговоре между директором и Грюмом и, наконец, закончил рассказ увиденным только что сном.

Северус слушал молча, изредка постукивая пальцами по скамье. «Связаны через последнее неудавшееся заклинание… Как?» - Северус понять не мог. Это объяснение никак не укладывалось в голове, даже с его знаниями черной магии, он никогда не слышал ничего подобного, а потому оно абсолютно его не устраивало. Однако, пугать мальчишку еще больше он не хотел.

– Я хочу, чтобы ты навсегда выбросил из головы эту чушь про Грюма с Краучем. Всё это плод твоего воображения. Если Лорд почувствует твои страхи, он будет подпитываться ими постоянно, пока не сведёт тебя с ума. Нужно понять причины вашей связи и прервать её. Ты должен рассказать мне, если подобное повторится хотя бы раз. А Грюм... – Северус задумчиво изогнул бровь, пытаясь подобрать более-менее приличный эпитет, но, ничего не найдя, прокашлялся, – издержки былой профессии дают о себе знать, и Дамблдор прекрасно это понимает, так что, будь уверен, мне ничего не грозит. Понял?

Гарри кивнул и слабо улыбнулся, головная боль начала понемногу отступать и он смог выпрямится. Северус убрал со лба Гарри прядь волос, закрывающую шрам, чтобы разглядеть его. Ничего подозрительного он не обнаружил, шрам как шрам, давно заживший, не воспалённый, не кровоточащий, всего лишь небольшой рубец,

– Здесь ты в безопасности, ни я, ни Дамблдор не позволим причинить тебе вред. А теперь идём к директору, заодно покажу ему это.

Гарри снова посмотрел на руку отца и пошёл к стеллажам за мазью, а когда обернулся с банкой в руках, кабинет уже выглядел как прежде.

***

Спустя час Северус снова сидел в своем кабинете с чашкой крепкого чёрного кофе в руке. Дамблдор ничего не прояснил. «Я обещал защищать Поттера и вправе знать, от чего, – требовал ответа Снейп. Но Дамблдор то ли сознательно уходил от него, то ли действительно не знал. – Я не могу понять причины видений, Северус, – твердил он. – Вероятно, Гарри чувствует эмоциональные вспышки Волдеморта. Но чем это вызвано? Будь уверен, я ищу ответ на этот вопрос. Возможно, кроме проклятья, дело в связавшем их пророчестве… Когда придёт время, мальчик должен быть готов…» – рука дрогнула и кофе выплеснулся из чашки, залив старинный фолиант, в котором Северус пытался найти ответы. Книга завизжала так, что заложило уши и затряслись колбы на стеллаже, Северус раздраженно захлопнул ее – ничего.

«Готов?! К чему он должен быть готов? Сразится с восставшим Лордом? Мантикора его раздери, но не в пятнадцать же лет!» – Северус не допустил бы этого и в сто пятнадцать, будь сам жив в то время. Единственное, что он мог сделать, так это обучить Поттера сражаться, а самое главное, защищаться, чтобы у того был хотя бы малейший шанс на спасение. Именно этим Северус и решил заняться с сегодняшнего вечера.

***

Гарри вернулся в гостиную, не узнав от Дамблдора ничего нового. Фред с Джорджем устроили там очередное представление, заставляя непонятно откуда взявшегося у них огромного синего паука с десятью не меньше красными лапами и восемью черными глазами вытворять на натянутом между кресел канате акробатические этюды. Вокруг них собралось половина факультета, но Гарри пару секунд зачарованно смотрел на заразительно смеющуюся Джинни, не в силах отвести взгляда. Она заметила его и Гарри вдруг почему-то смутился. Да, что с ним такое?

Рона с Гермионой Гарри в гостиной не увидел и даже обрадовался возможности поскорее уйти отсюда. Он развернулся и, выскочив в коридор, отправился искать друзей, в очередной раз сожалея об утрате карты. Он так и не отважился рассказать Снейпу о ней и попросить вернуть – тоже.

Гарри обошёл пол-замка перед тем, как заглянул в библиотеку, и застыл на пороге, пару раз моргнув, пытаясь убедиться, не кажется ли ему. Гермиона читала какую-то толстую книгу, то и дело спихивая с неё игрушечную фигурку Крама, пытающуюся вскарабкаться на страницы, тем самым мешая Гермионе читать, Рон сидел рядом, доставая из своей сумки учебники и тетради, а напротив них, развернув стул спинкой к столу, сидел сам Крам, с улыбкой наблюдая за Гермионой и машинально подписывая очередную подсунутую Роном книгу.

Гарри взял стул у соседнего стола и сел рядом с Роном. Крам, даже не посмотрев в его сторону, протянул руку за очередным учебником для автографа.

– Гарри, – оторвалась от чтения Гермиона, – вот, держи, – она достала из сумки небольшой бумажный пакет, - правда, я сомневаюсь, что мадам Пинс разрешит тебе есть в библиотеке.

Гарри был не голоден. Из пакета торчали жареные куриные крылышки, разнося свой аромат по всей библиотеке. Рон сглотнул, втягивая воздух, и Гарри отдал пакет ему. Рассказывать друзьям о своём сне при Краме он не хотел, надеясь, что тот вскоре уйдёт, но он ошибся. Как только у Рона кончились предметы, на которых мог расписаться знаменитый ловец, он завёл разговор о квиддиче, и Гарри не заметил, как пролетело время.

На ужин они так и пошли вчетвером, продолжая жадно спорить о метлах и лучших командах этого сезона. Похоже Гермиона никогда не была так счастлива увидеть Джинни, как сейчас. Чуть не взвизгнув, она понеслась к подруге, заходящей в Большой зал.

Не успел Гарри положить на тарелку свиную рульку, как услышал за спиной голос отца:

– Поторопитесь, мистер Поттер, у вас занятие. Не советую заставлять себя ждать.

– Он спятил? Сегодня суббота. Ты и так почти каждый день там. Заняться ему больше нечем что ли? – возмутился Рон, едва Снейп скрылся за дверью.

– Если Дамблдор считает эти занятия необходимыми, значит это действительно так, – возразила Гермиона. – У Гарри намного лучше стали получаться многие заклинания.

Рон только фыркнул и отвернулся.

Гарри наскоро запихал в рот пару пирожков и, запив их яблочным компотом, поспешил за профессором.

Возле лестницы, ведущей в подземелье, его догнал Малфой.

– Почему вдруг сегодня? – спросил он.

– Думаю, сейчас узнаем, – пожал плечами Гарри.

С этого вечера занятия у Снейпа изменились, отработка пройденных заклинаний закончилась.

– Основная ваша задача сейчас научиться защищать себя от возможного нападения. Простейшему заклинанию Протего Грюм уже должен был вас обучать.

Гарри и Драко отрицательно замотали головами. Малфой вообще не понимал, от кого ему нужно защищаться, кроме Грюма, желающих нападать на него особо не было, но спорить с профессором он не стал. Северус только скрипнул зубами.

– Протего – щитовые чары, защищающие от проклятий противника. Драко, атакуйте.

Малфой неуверенно встал напротив него:

– Экспеллиармус.

Снейп взмахнул рукой, огораживая себя невидимым щитом, заклятье ударило в него и отскочило в нападающего. Драко пошатнулся, палочка вылетела из его руки, и профессор поймал её.

– Это меньшее, чему вы должны научиться. Приступайте, – он указал рукой в центр кабинета, – и чтобы никаких травмирующих проклятий.

По началу щиты у обоих выходили слабыми и пробивались простым обезоруживающим, палочки то и дело падали на пол. Но уже через пару занятий оба чувствовали себя уверенней, в ход пошли и другие заклятья. Время от времени кто-то из парней хохотал от щекотки, ковылял на ватных ногах, у Гарри неожиданно выросла борода, в ответ Малфой минут пять отплясывал чечётку.

Вскоре, однако, защитные чары стали выходить довольно сильные, и заклятья попадали в цель, только если кто-то замешкавшись не успевал выставить щит. В конце концов Гарри и Драко к взаимному ликованию смогли отразить заклятье Снейпа, полагая, что этого вполне достаточно, но профессор думал совершенно иначе. Он заставил их учиться распознавать проклятья по цвету вылетающих из палочки лучей.

Гарри не выдержал и возразил, ему и вправду казалось, что отец перегибает палку. Малфой тогда пихнул его ногой под столом, но всё же встал на его сторону.

– Это изучается на шестом курсе, зачем нам сейчас голову забивать, и так задают…

– Невежество Поттера уже не вызывает у меня удивления, – отрезал Снейп, – но, вы, Драко? Ваши родители отлично владеют невербальной магией. Посоветую, пожалуй, Люциусу продемонстрировать свои способности на вас.

– Какой магией? – не понял Гарри.

– Когда вслух ничего не произносят, – буркнул в ответ Драко.

–А мы…?

– На шестом курсе, – шикнул на него Малфой.

– Щитовые чары не способны противостоять всем проклятьям, – продолжил Снейп. Гарри собрался было уточнить, но и профессор опередил его. – К следующему уроку в письменном виде всё о чарах щита. Об этом написано в учебнике по ЗОТИ, и вы знали бы это, если бы хоть иногда туда заглядывали, Поттер. Атакуйте, Драко, на этот раз не обезоруживающим.

– Ступефай!

Северус поймал ярко малиновый луч своей палочкой и, резко отведя руку в сторону, сбросил на пол.

– В первую очередь, Поттер, в бою нужно думать, а не просто махать палочкой. Сильные маги не вопят во всё горло заклинания, перед тем, как ударить в вас. То, что я показал сейчас, не используется против обезоруживающих проклятий, думаю, ясно почему.

– А что действует против непростительных, профессор? – спросил Гарри.

– От Империо – только сила воли и твёрдость характера, и вам должно быть это известно, Поттер. От Круцио можно защититься усиленным щитом, если не победит страх перед нападающим. А от третьего непростительного, – Снейп внимательно посмотрел на Гарри, – только чудо или возможность увернуться и исчезнуть с места покушения.

В конце того занятия перед уходом Гарри обернулся, не решаясь произнести мучающий его вопрос.

– Поверьте, Поттер, если бы у ваших родителей был шанс спасти вас и остаться живыми, они бы им непременно воспользовались, – сухо ответил на его немой вопрос Снейп, снимая защитные чары с кабинета.

К началу декабря Гарри мог распознать пару десятков различных проклятий и неплохо научился от них уворачиваться. Ловить заклинание противника палочкой, как это делает отец, упорно не получалось, зато выходил достаточно прочный щит, а в исполнении обезоруживающих и отталкивающих чар ему вообще не было равных.
Декабрь в этом году выдался холодный, ветреный и бесснежный. Гарри надеялся, что снег выпадет хотя бы к рождеству. Эти каникулы должны были стать первыми, когда Гарри собирался поехать домой и встретить праздник с крёстным. Он уже представлял себе и огромную ёлку в центре зала, и праздничный стол с жареной индейкой, приготовленной Кикимером , он гадал кого они позовут в гости. Это рождество должно было стать самым счастливым в его жизни.

Из фантазий его вернул большой сверток, рухнувший на стол перед Роном вместе с совой.

– Это от мамы, – разворачивая его, произнёс Рон, - но я ничего… Что это?! – Рон держал в руках старую потрепанную мантию, по цвету напоминающую флаг Гриффиндора, с кружевной отделкой на воротнике и манжетах.

– Наверное, сова ошиблась, и это тебе, Джинни, – но та, прыснув в кулак, покачала головой.

Рон еще немного покрутил непонятный наряд в руках и, потеряв к нему интерес, положил на лавку рядом с собой, продолжив завтракать.

– Прошу минутку внимания, – заговорил Дамблдор, едва посуда исчезла со столов. – За то время, что мы прожили вместе с нашими гостями, я уверен, вы успели найти общий язык и даже подружиться. Поэтому рад сообщить вам – по традиции турнира в первый рождественский день состоится Святочный бал. Я надеюсь, праздник сплотит нас ещё больше, и все мы здорово проведём время. Ваши деканы и директора поведают вам подробности, я же скажу только – на бал положено приходить в парадной одежде, и некоторые из вас уже получили её, – директор посмотрел на Рона, и улыбнулся краешком губ. Его взгляд был красноречивей всех слов мира.

– Я… я в этом не пойду, – сквозь зубы процедил Рон.

Джинни, Гермиона и Гарри не смогли удержаться от смеха.

– Я вообще туда не пойду, – вытирая, навернувшиеся от смеха слёзы, сказал Гарри, – хочу встретить рождество с крёстным.

– Ну, уж нет! – заявил Рон. – Ты не посмеешь бросить меня одного. И тебе тоже надо найти где-нибудь парадную мантию, – с сомнением покосился на свою Рон.

– Да, мне ещё летом Сне… с крёстным мы ещё летом купили, – поправился Гарри.

– Тогда тем более Сириус не обидится, – поддержала друга Гермиона.

– Ну, хорошо, я напишу ему, – сдался Гарри.

***

– Малфой, ты просто обязан мне помочь, нумерология уже завтра, я не успею сделать расчёты, – упрашивал Гарри, кидая в котёл очередного слизня и кривясь от отвращения.

– Я сегодня не могу, возьми щипцы, Поттер, я не намерен смотреть, как тебя стошнит. Грейнджер попроси.

– Она пишет эссе по трансфигурации, – обиделся Гарри.

Снейп подошёл к ним, взглядом приказывая замолчать, заглянул в котлы и, кивнув, пошёл дальше.

– Неужто научился, Поттер? – хмыкнул Драко.

– Что это такое, мисс Паркинсон, я вас спрашиваю? – услышали они рассерженный голос профессора и обернулись. – Возможно, если бы вы вместо мечтаний неизвестно о чём, следили бы за котлом, у вас бы не получилось это! – Снейп зачерпнул черпаком зелье из её котла, высоко поднял и вылил обратно что-то похожее на тающее желе вперемешку с болотной тиной и кусками не разварившихся слизней. – Это отработка, мисс Паркинсон, жду вас в семь.

Малфой бросил в котёл последнего слизня и что-то быстро настрочил на клочке пергамента.

– Драко, эй, – Гарри дёрнул за рукав друга и кивнул на Панси.

Та смотрела на Малфоя несчастным взглядом, губы, кажется, начинали дрожать, а глаза слезиться, даже Гарри стало жаль её.

– Знаю, – отмахнулся Малфой, сложил из записки журавлика и запустил его прямо в руки Паркинсон. Она прочла записку, шмыгнула носом и слабо улыбнулась Драко.

– Что с ней? – спросил Гарри. – Я не думал, что Снейп над своими измывается…

– Заставит зелье переваривать, не более того.

– Тогда почему?

– Тебя не касается, Поттер. Что там у тебя с нумерологией?

– Так, ты же говорил, не можешь, – не понял Гарри.

– Поттер, ну нельзя же быть настолько тупым.

– Не хочешь, не помогай, – насупился Гарри.

– Скоро бал, и мы хотели… вообще, это не твоё дело. Теперь у меня есть час свободного времени. Ясно?

Проходя мимо, Снейп стукнул палочкой по их столу, и парни склонились над котлами.

***

К семи часам Гарри поднялся на третий этаж Северной башни и плюхнулся на широкий подоконник рядом с разглядывающим что-то за окном Малфоем. На улице стало холодно, и сидеть у озера, пронизываемого всеми ветрами, совсем не хотелось. А здесь было тихо, студенты не жаловали башню из-за близости кабинета Трелони, сама предсказательница редко спускалась из своего кабинета, да и Грюм вряд ли сюда захаживал.

– Ну, что там у тебя? – Оторвался от созерцания темноты Малфой.

Гарри принялся копаться в сумке, доставая учебник с пергаментом.

– Так, вы танцевать что ли собирались? – усмехнувшись, он повёл плечом, словно ведя невидимую партнёршу.

– У тебя осталось меньше часа, – огрызнулся Малфой. – Я над тобой на балу посмеюсь, ещё посмотрим, с кем ты туда явишься.

– Да, ни с кем, – пожал плечами Гарри. – Я вообще не хочу туда идти.

С момента объявления Дамблдора прошла неделя, а Гарри так и не решился никого пригласить. Даже Рон позвал на бал Лаванду Браун, или это она его, Гарри точно уверен не был. А, вот, он ужасно стеснялся, да и танцевать не умел.

– Зря, отец говорит, Дамблдор позвал «Ведуний», в кои-то веки будет весело.

– Кого позвал?

– Группа музыкальная, неплохо поют, будто не слышал?

Гарри только головой помотал.

– Или... – Малфой прищурился, внимательно разглядывая его, – неужели отказала? И в кого же влюблен наш шрамоголовый спаситель? Кого ты пригласил, Поттер, а ну, сознавайся! – толкнул его плечом Драко.

– Никого я не приглашал. Я и танцевать-то не умею, ну их… репетиции всякие, – Гарри поёжился.

Малфой только руками развёл.

– Тогда совсем всё просто, пригласи любую из отреб… не из знатного рода. Если уж Грейнджер отпала, то хоть…

«Точно Гермиона! Как я сам не додумался? Уж она то точно не станет приставать со всякими глупостями» - да и Гарри был бы рад пойти на бал с подругой.

– Почему это Гермиона отпадает? Вовсе нет! Я сейчас! – Гарри спрыгнул с подоконника и помчался вниз, забыв сумку.

Малфой только усмехнулся и глянул на часы, минут сороку него ещё оставалось, значит можно и подождать. Драко достал учебник нумерологии и, прикинув что-то в уме, принялся выводить цифры на пергаменте Гарри.

Поттер, и правда, снова появился минут через двадцать и, ни слова не говоря, уселся обратно.

– Дай угадаю, ты вломился в гостиную, пригласил Грейнджер, а та краснея как помидор, отказала.

– Она уже с кем-то идёт, - отмахнулся Гарри.

– Всё потому, что ты никогда не слушаешь до конца. Нужно было пригласить мелкую сестру этого рыжего твоего… Ей-то точно всё равно, умеешь ты танцевать или нет.

«Джинни» – почему-то сердце забилось быстрее, и Гарри почувствовал, как краснеют уши.

– Думаешь, она пойдёт? – неуверенно спросил он.

– Побежит… – Драко покосился на него с ухмылкой. Вкусы Поттера, по его мнению, оставляли желать лучшего, хотя могло быть и хуже. Эта хотя бы чистокровная. – Да, пойдёт, Поттер, пойдёт.

– Спрошу, – снова слезая с подоконника, выдохнул Гарри.

– Поттер, стой. Она была в гостиной, когда ты Грейнджер приглашал?

Гарри кивнул.

– Подожди, дай время, Грейнджер убедит её, что вы только друзья. Завтра пригласишь. Вот, я тут кое-что набросал, остальное сам доделаешь, а мне пора, Панси вот-вот освободится.

Гарри долго сидел в гостиной, склонясь над пергаментом и делая вид, что погружён в расчёты. Он представлял себе, как завтра пригласит Джинни на бал, и она согласится. В конце концов Гермиона закончила свое эссе и забрала у него свиток.

– Перепиши своим почерком, – закончив расчёты, сказала она и отправилась спать.

С утра решимости у Гарри поубавилось. Увидев Джинни только на завтраке в Большом зале, неуверенно подсаживаясь рядом, он услышал:

– … может всё же, – мямлил Невилл, – я надеюсь не отдавить тебе ноги.

– Уверена, ты отлично танцуешь, - успокоила его Джинни, вежливо улыбаясь.

У Гарри будто воздух из легких вышибло – Джинни пойдёт на бал с Невиллом! Что она в нём нашла? Настроение испортилось, и, так ничего и не съев, он ушёл с завтрака. Больше никого Гарри приглашать не хотел, да и не стал.

***

Рон отрезал кружева от своей мантии и, глядя на себя в зеркало, обречённо махнул рукой:

– Её ведь не исправишь, да? – спросил он то ли у себя, то ли у Гарри.

Гарри промолчал, не желая расстраивать друга.

– Ладно, мы ждём тебя в гостиной, не задерживайся, – буркнул Рон, отворачиваясь от зеркала, и вышел из спальни.

Гарри тяжело вздохнул. Идти на бал и смотреть на танцующую с Невиллом Джинни не хотелось, но делать было нечего, и, накинув купленную отцом парадную мантию, он спустился вниз, надеясь поскорее вернуться обратно и лечь спать.

Лаванда держала под руку Рона, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу, кажется, ей было всё равно, как он одет.

– А где Гермиона? – Спросил Гарри, подходя к ним.

– Она уже там, – ответила вместо него Джинни, вставая с дивана.

Гарри обернулся и обомлел, Джинни была так красива, что замирало сердце. На ней было тёмно синее платье, подчеркивающее и без того красивую фигуру, а огненно рыжие волосы лёгкой волной спадали на плечи, такой вот пожар в глубине Чёрного озера, почему-то представил себе Гарри.

– А с кем же она пошла? – он снова повернулся к Рону.

Но тот лишь пожал плечами.

Гарри вышел первым, чтобы не смотреть в спины Невилла и Джинни.

***

Большой зал сиял огнями, в центре стояла огромная ель, украшенная разноцветными шарами, а на её ветвях пушистыми хлопьями лежал наколдованный снег, настоящий пока так и не выпал в этом году. На зачарованном потолке сияли яркие звёзды, вдоль стен расположились удобные диванчики, а на месте преподавательского стола сейчас стоял банкетный со всевозможными закусками, лимонадами, соками, шампанским и сливочным пивом. Гари оглядывался по сторонам, ища Гермиону, но её нигде не было.

Зазвучали первые звуки вальса, и в зал вошли чемпионы турнира под руку со своими партнёрами для танцев. Крам под руку вёл удивительно красивую девушку, в бледно голубом платье с небольшим шлейфом, а её замысловатую прическу украшали серебристые, словно снежинки, искорки, она была похожа на снежную принцессу из сказки, и Виктор явно был горд, что именно ему досталась такая красавица.

Рон толкнул Гарри плечом, кивнув в их сторону, и расплылся в улыбке. Едва пара поравнялась с ними, девушка улыбнулась, и Гарри потерял дар речи – Гермиона!

Чемпионы закружились в танце, а вскоре к ним присоединились и остальные пары.

Потоптавшись немного и побродив по залу туда-сюда, Гарри подошел к столу с напитками, размышляя, сколько времени ему ещё придётся здесь торчать. Рону с Гермионой было не до него. Гарри налил себе лимонаду и, оглядев зал, отпил немного. Он заметил, как Невилл что-то шепнул на ухо Джинни и поспешно вышел из зала, а она присела на диван, ожидая его возвращения.

– Ну, и чего ты ждёшь? – ехидно поинтересовался Малфой, тоже подошедший за напитками. – Толстяк скоро вернётся.

– Это ты? Что ты сделал Невиллу?

– Я?! – искренне удивился Драко. – При чём тут я? Скажем, его сок оказался, слегка… эм… несвежим? – предложил он свой вариант. – Думаю, пару песен его не будет. Иди, пока кто-нибудь её не увёл. Я сюда пришёл с Панси танцевать, а не поклонников от твоей рыжей отгонять.

– Она не моя, - пробормотал Гарри, но Малфой уже шёл к Паркинсон с двумя бокалами искрящегося напитка и делал вид, что его не слышит.

Гарри неуверенно взглянул на входную дверь и всё же, набравшись смелости, присел на диван рядом с Джинни.

– Э… привет… ты не согласишься потанцевать со мной, пока Невилла нет? - спросил он, чувствуя, что краснеет.

– Конечно, – улыбнулась Джинни.

Гарри взял её за руку и повёл на танцпол.

Он не помнил, танцевали ли они или топтались, кружа на месте, а может просто стояли обнявшись. Он не мог оторвать взгляда от её сияющих голубых глаз и обворожительной улыбки, казалось, даже музыканты играли специально для них какую-то очень нежную и красивую мелодию. Наваждение исчезло спустя несколько минут или часов, Гарри не знал. Как только в зал вернулся Невилл, музыка сменилась на быстрый танец, а Гарри с Джинни так и стояли, глядя друг на друга, пока рядом не послышался извиняющийся кашель.

– Могу я забрать свою партнершу? – поинтересовался Невилл.

Джинни помрачнела и, пробормотав что-то вроде «Извини, Гарри», закружилась по залу с Невиллом. Провожая их взглядом, Гарри заметил, что Джинни смотрит по сторонам, да, куда угодно, только не на своего партнёра, и решив, что больше делать ему здесь нечего, развернулся и выбежал на улицу.

Сердце стучало часто-часто, будто собиралось разбить грудную клетку и вырваться наружу. Перед глазами стояла Джинни и улыбалась ему, ему одному, так открыто и искренне, что у Гарри от переизбытка чувств сбивалось дыхание. Он присел на подножку одной из стоящих во дворе карет и, запрокинув голову, уставился в ночное небо, улыбаясь. Небо заволокло тучами, и первая в этом году снежинка упала прямо на нос Гарри, а потом ещё и ещё, пошёл снег, настоящий рождественский снег. Гарри поймал ртом пару снежинок и закрыл глаза, продолжая улыбаться воспоминаниям о Джинни и крупным снежинкам, падающим ему на лицо.

Гарри не знал, сколько просидел так и сколько бы просидел ещё, если бы не получил подзатыльник.

– Чего расселся? – спросил Драко, присаживаясь рядом.

– Снег пошёл, – будто это всё объясняло, ответил Гарри.

– А-а, – протянул Малфой. – Здорово. Рыжая твоя уже ушла.

– С Невиллом? – напрягся Гарри.

– С Грейнджер. Панси подслушала, как она просила проводить её, чтобы отделаться от толстяка.

Гарри снова улыбнулся ночному небу.

– Ну, и сиди тут, а меня Панси ждёт. И, да, ты мне должен, будь уверен, я этого не забуду!

Глава 19


Глава 22

Наверное, первый раз за время учёбы Гарри проснулся раньше всех в спальне. Стараясь не разбудить друзей, он тихо собрался и спустился в гостиную, впрочем, и там оказалось пусто. В непривычной тишине было слышно, как потрескивают догорающие поленья в камине. Гарри уселся в кресло поближе к огню и, вздохнув, открыл учебник трансфигурации. «Сжимающие и уменьшающие чары» гласил первый из заданных на каникулы параграфов. Пытаясь повторить рукой движения с движущейся картинки в учебнике, Гарри чуть не вывихнул кисть, изогнув её под каким-то немыслимым углом.

– Уже встал! – радостно поприветствовал его взбудораженный Оливер Вуд, бросив на стол несколько пергаментов с чертежами. – Думал, до обеда не подниму никого, что ж, пойдём будить остальных. Я хотел начать тренировки после каникул, но, раз вся команда здесь, незачем терять время. Если мы, конечно, не хотим продуть Слизерину. С МакГонагалл я договорился, так что поле в нашем распоряжении. И, да, Гарри, нам всё ещё нужен ловец, – усмехнулся он, – не стоит ломать себе руку прямо сейчас.

Решив, что трансфигурация может и подождать, Гарри захлопнул учебник. Пока Оливер будил близнецов, он вернулся в спальню, забрал метлу и заодно, растолкав Рона, сказал ему про тренировку, чтобы друг не искал его, когда проснётся. Рон пробубнил в ответ что-то нечленораздельное и накрылся с головой одеялом.

Из всей команды Гриффиндора, собравшейся в гостиной в столь ранний, по мнению большинства, час, бодро выглядели только Оливер и Гарри, остальные досыпали, опершись на свои мётлы, пока слушали наставления Вуда.

Снег, начавшийся ещё вчера, усилился, падая крупными хлопьями и застилая всё вокруг пушистым белым ковром. Разглядеть крохотный снитч в такую погоду Гарри не удавалось, как он ни старался, снег залеплял стёкла очков, и ему приходилось без конца протирать их, летая практически вслепую, при этом каким-то чудом уворачиваясь от бладжеров. Гарри вспомнил водоотталкивающее заклинание и, мысленно поблагодарив Малфоя за подаренную форму, достал палочку из специального кармана на бедре. С дождём чары справлялись гораздо лучше, но, всё же, это было хоть что-то, теперь снег попросту скатывался по стёклам, и Гарри стал способен лучше различать предметы. Облетая стадион в который раз, он, наконец, заметил, как снитч блеснул недалеко от колец, и, стараясь не упустить его из виду, устремился в погоню. Чуть не врезавшись в Оливера, Гарри поймал мяч прямо у него за спиной.

– Молодец! – похлопал его по плечу Вуд. – Игра со Слизеринов в марте, и неизвестно, какая будет погода, сам понимаешь, поэтому тренируемся в любых условиях, – он выхватил у Гарри мячик и снова отпустил его.

Вуд гонял их ещё пару часов. После тренировки замерзший, мокрый и уставший Гарри вернулся в гостиную, мечтая о горячем чае и тёплой и сухой одежде.

Гермиона случайно уменьшила метлу Рона так, что та вполне бы подошла игрушечной фигурке Крама, и под гневным взглядом друга искала в учебнике обратное заклинание.

– Вот, кажется, нашла. Трансфеджио! – произнесла она, направляя палочку на метлу и возвращая её к прежним размерам. – Не стоило так переживать, Рон, лучше бы… Гарри! – воскликнула она. – Марш переодеваться, не хватало ещё заболеть, совсем с ума посходили со своим квиддичем!

Приняв тёплый душ и с удовольствием натянув на себя тёплый свитер, подаренный миссис Уизли на рождество, Гарри засунул «Молнию» обратно в чемодан и спустился к друзьям, где его ждал горячий чай с мёдом и эклерами.

– Какой-то сумасшедший домовик как узнал, что чай для тебя, чуть пол-кухни мне не всучил, – поведала Джинни, протягивая ему чашку.

– Добби, – улыбнулся в ответ Гарри.

***

Вуд заставлял тренироваться каждый день по несколько часов, а после тренировок под чутким надзором Гермионы приходилось садиться за учебники. Словно сговорившись, профессора задали на каникулы кучу домашней работы, к которой до рождества Гарри и не притрагивался.

В первый учебный день Рон с трудом разбудил Гарри к завтраку, в шутку угрожая подгонять его жалящими чарами, если он сейчас же не поднимется с кровати. Протирая глаза, толком не проснувшийся Гарри спустился за недовольно бубнящим другом в гостиную, где их ждала Гермиона, уткнувшись в очередную книгу.

– Ну, хоть один плюс… – начал Рон, но, услышав за спиной знакомое хихиканье Лаванды с Парвати, насупился. – Нету плюсов.

– Ронни! – позвала Лаванда и, чмокнув его в щёку, протянула свою сумку. – Ты не поможешь мне?

– Конечно, – криво улыбнулся Рон и поплёлся следом за Лавандой.

– Что это было? – недоумевающее спросил Гарри у старательно сдерживающей смех Гермионы.

– Театр абсурда. Думаю, он сам не знает, чего хочет. Скоро увидишь, – она засунула книгу в сумку и поднялась с дивана, – пойдём, поедим.

– И чего она ко мне привязалась? Подумаешь, потанцевали немного, что ж теперь? Нет, она, конечно, ничего, но я не собираюсь с ней встречаться, – намеренно сев подальше от Лаванды, жаловался друзьям Рон, уминая третий сэндвич с индейкой.

– Ты сам её пригласил, – заметила Гермиона, – наверное, она думает иначе.

– Думает иначе, – передразнил подругу Рон, – вон, Гарри тоже с Джинни танцевал, она же за ним не бегает.

Джинни покраснела, зло глянув на брата, а Гарри захотелось треснуть Рона чем-нибудь потяжелее.

– В следующий раз, когда соберешься сказать ерунду, Рон, просто промолчи, – покачала головой Гермиона.

– Да, что я такого сказал?! – возмутился Рон.

На травологию шли молча. Ночью ударил мороз, выходить из замка, да и вообще, отходить от тёплого камина, не хотелось вовсе. Гарри, так и не решившийся рассказать другу о своих чувствах к Джинни, теперь не жалел о своём решении, сомневаясь, что Рон одобрит отношения с его сестрой.

В теплице, на удивление, оказалось тепло, почти как летом. Друзья сняли зимние мантии и подошли к широкому столу в центре теплицы. На нём стояли небольшие горшочки с растениями, походившими на обычную магловскую мухоловку, только с одной большой парой листьев, похожие на пасть хищного животного, да с зубами поострее. Профессор Стебль поручила студентам пересадить Всеядных зубастиков из горшков в грунт.

– Свяжите листья осторожно, но крепко, чтобы они не покусали вас во время пересадки, – пояснила она, раздавая всем широкие ленты.

Гарри пришлось повозиться, попавшийся ему Зубастик, ловко изворачиваясь, как только Гарри подносил к нему руки, то пытался укусить его за палец, то слопать ленту.

– Гарри, подожди, – Гермиона, достала из сумки шоколадную лягушку и прямо в упаковке бросила её в пасть растению. Пока Зубастик разжевывал угощение, она ловко перевязала его челюсти лентой. – Ну, вот, – удовлетворённо кивнула Гермиона на свою работу. – Сколько раз я тебя просила читать учебник внимательнее.

– Оно меня укусило! Укусило! – завопил Малфой, отпрыгивая в сторону и тряся окровавленной ладонью.

– Наверняка, это смертельно, – хохотнул Рон. – Не забудь папочке пожаловаться, пусть придёт и наведёт на школьных грядках порядок.

– Помолчи, Уизли, – ощетинился Малфой.

– Ничего страшного, мистер Малфой, наденьте перчатки и продолжайте работать. Кто из вас выполнил домашнее задание и расскажет нам про эти растения?

Гермиона так резко вытянула вверх руку, что чуть не подпрыгнула на месте.

– Слушаю вас, мисс Грейнджер, – улыбнулась профессор Стебль.

– Всеядный зубастик получил своё название из-за острых зубов, напугавших волшебников впервые обнаруживших его, – начала Гермиона пересказывать учебник, и Гарри понял – это надолго.

Он с сочувствием глянул в сторону Малфоя, Паркинсон обмотала своим кружевным платочком его ладонь и натянула на руку резиновую перчатку. Ещё пару недель назад он бы смеялся над этим не меньше Рона, но сейчас… Если бы Джинни хоть раз посмотрела на него с таким же беспокойством и заботой из-за простой царапины на руке, он, наверное, чувствовал бы себя самым счастливым человеком на земле… Гарри тяжело вздохнул.

– … в отличие от мухоловки, Зубастик питается всем, до чего сможет дотянуться. Но в этом возрасте его челюсти слишком слабы, чтобы серьёзно навредить человеку. А его сок применяется в медицине как ингредиент для успокаивающих зелий или для заживляющих при условии правильного питания.

– Замечательно, мисс Грейнджер, десять баллов Гриффиндору. Все закончили? Теперь возьмите растения у самого корня, аккуратно выдерните из горшка, и посадите вдоль стен теплицы поближе к солнцу на расстоянии пятидесяти сантиметров друг от друга. Не забудьте одеть перчатки!

– Ничего страшного, всего лишь царапина, к вечеру и следа не останется, не отвлекайся, Гарри, – шикнула на него Гермиона и, выдернув зубастика из горшка, пересадила его на грядку и развязала ленту.

Гарри с Роном повторили её действия.

– Вот и славно, – заключила профессор Стебль, когда все студенты справились с работой.

– Да, он мне чуть пол-руки не оттяпал, – сообщил Малфой Кребу и Гойлу по пути в замок. – Вы видели? – те, как по команде, закивали в ответ.

– Наверняка, в больничное крыло побежит, лишь бы на ЗОТИ не ходить, вот, мадам Помфри посмеётся, – хмыкнул Рон.

Гарри, обычно слушающий взаимные нападки в пол-уха, лишь согласно кивнул головой.

На защиту Малфой так и не пришёл, появившись лишь на обеде с перебинтованным запястьем.

Не смотря на мороз, стоявший за окнами замка, Вуд не собирался отменять тренировки, и весь обед команда выслушивала его нотации и наставления.

– Порой мне кажется, он становится похож на Перси, – шепнул Рон на ухо Гарри.

– Он мечтает об игре с болгарами, ну, и о кубке, конечно, это ведь его последний год в школе. Сейчас или никогда, – ответил Гарри.

– После уроков повторим согревающие чары, – пообещала Гермиона. – И как ты собираешься совмещать тренировки с занятиями у профессора Снейпа? Или они закончились? – поинтересовалась она.

Друзья сидели спиной к преподавательскому столу, поэтому не заметили подошедшего к ним профессора.

– Полагаю, ответ очевиден, мисс Грейнджер, – вместо Гарри ответил он, – если конечно мистер Поттер не предпочитает бессмысленную погоню за мячами, что я восприму с радостью, поскольку мне больше не придётся тратить на него своё личное время, пытаясь запихнуть в его совершенно пустую голову хоть что-нибудь полезное.

– Я, нет, не предпочитаю, – обернулся Гарри.

– В таком случае жду вас завтра, надеюсь, к этому времени мистер Малфой снова сможет уверенно держать палочку.

– Да, профессор, – сказал Гарри.

Не успели они встать из-за стола, как Лаванда, шепчась о чём-то с Парвати, снова повесила свою сумку Рону на плечо и захихикав подруги побежали на урок. Рон недовольно забубнил в ответ, скорчился, но сумку всё же не вернул.

Свободного времени у Гарри теперь оставалось совсем мало. Дополнительные занятия у Снейпа чередовались с тренировками, Гарри почти не видел Джинни, и поэтому, когда в середине января разрешили поход в Хогсмид, Гарри очень надеялся пойти туда с ней. Но прежде…

– Нет! Об этом не может быть и речи, – оборвал Снейп все его надежды. – Слишком опасно.

– Но в Хогсмиде полно народу и…

– Хватит. Не кажись глупее, чем есть. О возможном возрождении Тёмного Лорда известно не только мне, все Пожиратели смерти, – Снейп выплюнул эти слова словно проклятье, – чувствуют это, и любой из них не упустит возможности преподнести ему тебя в подарок. Если нечем заняться, так я найду для тебя дело, не сомневайся, – пообещал Снейп, и Гарри понял – спорить бесполезно.

Выпросив у Драко тренировочный снитч, он собирался немного полетать, а потом отомстить приемному отцу, надоедая тому целый день.

– Но ты уверен, что не хочешь пойти? – спросила Гермиона, когда Гарри провожал друзей до дверей замка.

– Да, – с сожалением ответил Гарри.

– Подумай хорошенько, Джинни идет с нами, – заговорчески шепнула подруга и подмигнула ему.

Гарри лишь отрицательно мотнул головой.

В холле друзья увидели Крама и подошли к нему.

– Виктор хотел пойти с нами, он ещё ни разу не был в Хогсмиде, ты же не против, Рон?

Кажется, Рон был очень даже за!

– Может, всё-таки передумаешь, Гарри? – спросила еще раз Гермиона.

Гарри уже почти согласился, ему очень не хотелось, чтобы Джинни гуляла по Хогсмиду с Крамом, а, возможно, и с его друзьями из Дурмстранга. Почему то и знаменитый ловец, и вся его школа сейчас казались Гарри на редкость отвратительными. Но в холл пришёл Снейп и протянул МакГонагалл список слизеринцев достойных, по его мнению, прогулки по Хогсмиду. Нарушить запрет отца у того на глазах Гарри не решился.

– Ну, как знаешь, – пожала плечами Гермиона.

– Пойдёмте, пока Лаванда не решила пойти со мной, – поторопил друзей Рон, озираясь по сторонам.

– Не бойся, по-моему, она идёт с Симусом, – сказала Джинни, выглядела она расстроенной, будто совсем не хотела никуда идти. – Я слышала, как они договаривались за завтраком .

– Отлично, – буркнул Рон.

– Безусловно, всем присутствующим крайне интересно слушать от вас подробности личной жизни мисс Браун, в отличие от доклада о свойствах и видах применения крови, как основы для зелий, на уроке, мисс Уизли. По моему мнению, ваш доклад не тянет даже на «отвратительно» и поощрять вас походом в Хогсмид совершенно нет оснований, но вашим деканом, к счастью, являюсь не я. Слизеринцы во главе с Малфоем громко засмеялись, а сама Джинни, кажется, даже обрадовалась возможности остаться в замке.

– Я переделаю доклад к понедельнику, профессор Снейп, – бодро отозвалась она, стягивая с головы шапку под строгим взглядом МакГонагалл.

Гарри очень надеялся, что Джинни не сядет переписывать свой доклад прямо сейчас.

– Не хочешь немного полетать? – предложил он по дороге в башню Гриффиндора. – Думаю, Рон не будет против, если мы возьмём его метлу, – от волнения подбрасывая снитч, продолжил Гарри.

– Предлагаешь сразиться с лучшим ловцом Хогвартса? Спорим, я тебя одолею?! – с азартом в глазах Джинни поймала подброшенный им мяч. – Дуй за мётлами.

***

Убедившись, что Поттер остался в замке, Северус вновь вернулся к изучению старинных фолиантов, мозаика никак не складывалась в полную картину у него в голове, он чувствовал – не хватало какого-то очень важного фрагмента, но никак не мог найти его. Пророчество пророчеством, но эта непонятная связь приемного сына с Тёмным Лордом не давала Снейпу покоя. Лорд мог запугивать предавших его бывших пожирателей и оповещать о своём воскрешении верных слуг через метку, но не проникать в сознание мальчишки – слишком слаб.

В дверь постучали, и Северус захлопнул фолиант, отложив его в сторону.

– С каких пор вы пользуетесь дверьми, директор? – слегка удивлённо спросил он, глядя на вошедшего в кабинет Дамблдора.

– Иногда полезно пройтись, подумать… – задумчиво ответил он, глядя на книгу. – Полагаю, мы не там и не то ищем, Северус , – Дамблдор сел на стул и взял её в руки.

– Что вы имеете в виду?

– Волдеморт вернётся, – Дамблдор сделал вид, что не заметил как сморщился Снейп при упоминании имени бывшего хозяина, – это очевидно. Возможно, если мы поймём, как ему удалось выжить после собственного убивающего заклятья, нам удастся разгадать тайну связи двух людей, одновременно переживших его.

– Поттера уберегла Лили.

– Да, Северус, в этом мире нет силы сильнее материнской любви, но почему, отскочив от Гарри, проклятье не убило Волдеморта – вот вопрос, на который мы должны знать ответ.

– Полагаете, он даст интервью «Пророку»? – съязвил Снейп.

– Нет, Северус, я вынужден просить тебя…

– Я понял, – оборвал его Снейп.

– Порой родительская любовь действительно творит чудеса…

– Ради всего святого, Дамблдор, не начинайте, я не хочу этого слушать.

***

Недовольный Рон махнул рукой в знак приветствия Гарри и Джинни, вместе дописывающим её доклад, и ушёл в спальню.

– Ему не понравилось в «Сладком королевстве», – пояснила Гермиона.

– Чего так? Сливочная помадка закончилась прямо перед ним, или Крам дал автограф кому-то другому? – съехидничала Джинни.

– Сейчас сами увидите, – Гермиона уселась в кресло напротив них и протянула друзьям пакетики со сладостями, купленными в злополучной кондитерской. – Кстати, Виктор просил передать, что на следующих выходных сможет потренироваться с тобой, Гарри, похоже, его это забавляет.

Через пару минут в гостиную вошли Лаванда с Симусом, оживлённо беседуя, и, казалось, не замечая никого вокруг, они уселись на диванчик дальнем углу комнаты. Гарри вопросительно изогнул бровь, глядя на подругу, Гермиона кивнула, подтверждая его догадку.

После Хогсмида Лаванда с Симусом везде и всегда были вместе, Рон с каждым днём злился всё больше. Даже тренировка с Крамом, на которую Гарри позвал его, не сильно подняла Рону настроение.

Субботнее утро выдалось довольно холодным, но Гарри с Гермионой, стараясь растормошить друга, вытянули его из замка пораньше. Зная, как Рон любит квиддич, даже Гермиона согласилась поиграть с ними до прихода Виктора.

– Надеюсь, хорька сегодня не будет, – бубнил Рон по дороге на поле.

– Кажется, будет… смотрите, - Гермиона кивнула на корабль Дурмстранга, пришвартованный у другого берега озера.

Малфой по-хозяйски расхаживал по палубе вместе с Крамом. Разговора слышно не было, но с виду беседа казалась оживлённой. Виктор присел на одну из бочек, стоящих на носу корабля, крутя в руках золотое яйцо, отобранное у дракона на первом задании. Малфой, заметив друзей, демонстративно отвернулся от них и встал рядом с Крамом, опершись спиной о борт. Ещё немного поразглядывав поблескивающее на солнце яйцо, Крам пожал плечами и протянул его Малфою. Драко взвесив его на руке, рассмотрел со всех сторон и, подцепив ногтем защёлку, открыл его. Жуткий пронзительный вой было слышно даже на берегу. Крам вскинул руку предостерегающем жесте и выбил яйцо из рук оглушённого ошарашенного Малфоя прямо в озеро.

Гермиона ахнула, приложив руку ко рту. Крам вскочил и, скинув с себя зимнюю мантию, не раздумывая нырнул за яйцом в ледяную воду.

– Заклинанием, можно было заклинанием! – взвизгнула Гермиона.

– Убьёт хорька, точно убьёт, – повеселел Рон.

Перегнувшись через борт, Драко высматривал Крама в мутной воде озера, тот не появлялся достаточно долго, и от волнения Гермиона начала покусывать ногти.

– Там же гигантский кальмар живёт, – сообщил Рон и тут же получил от неё пинок.

Через пару секунд Крам вынырнул с яйцом в руках и, подплыв к веревочной лестнице, забрался по ней на корабль. Рон потёр руку в предвкушении расправы над хорьком, но Крам, достав палочку, высушил себя заклинанием и, не слушая объяснений Малфоя, вручил ему метлу указывая в сторону берега.

– Нет, вы посмотрите, из-за денег папаши ему всё с рук сходит, – сплюнул Рон. – Всем спасибо, все свободны, спектакль отменяется, и тренировка, видимо, тоже. Пошли отсюда, – он снова пал духом и, закинув метлу на плечо, медленно побрёл к замку.

Гарри с Гермионой, вздохнув, пошли за ним.

– Струсил, Поттер, сдаёшься? – насмешливо выкрикнул Малфой в спину друзьям, приземлившись на берегу.

– Не надейся, – обернулся Гарри.

– Поле – там, – Драко махнул рукой в противоположном направлении от замка. – Хотя я с радостью потренируюсь с Крамом один, без всяких шрамоголовых очкариков и рыжих недоумков, – с торжествующим видом закончил свою речь Малфой.

– Даже не мечтай об этом. Идём, Рон!

Крам действительно появился на поле минут через десять.

***

Гарри с Роном вскочили ни свет ни заря, чтобы успеть занять лучшие места у озера. Всю неделю Хогвартс гудел, словно пчелиный улей, в предвкушении зрелищ на турнире и игре между Гриффиндором и Слизерином. В гостиной, где они договорились встретится с Гермионой, было ещё пусто. Гарри пожал плечами и уселся на диван, ожидая подругу. Рон нервно расхаживал туда- сюда, то и дело косясь на лестницу, ведущую в спальню девочек.

– Пойдём, – через пять минут не выдержал он. – Постучим, поторопим её. Гарри поднялся, понимая, что спорить с Роном сейчас бесполезно. В ответ на громкий стук за дверью послышалось сонное и недовольное «Кого ещё там пикси принесли в такую рань?», и дверь открыла Лаванда. Пару секунд они с Роном не моргая смотрели друг на друга, Гарри как никогда чувствовал себя лишним и, если бы не Гермиона, его давно бы здесь не было.

– Позови Гермиону! – неожиданно зло и громко рявкнул на неё Рон.

Что-то неуловимое погасло в глазах Лаванды.

– Её МакГонагалл забрала, увидишь свою подружку на озере, – не менее раздражённым тоном ответила она и со свистом захлопнула дверь перед носом Рона.

Ничего не понимающие друзья вышли из замка и поспешили к трибунам у Чёрного озера. Народу ещё было не так много, но, сколько не искали они Гермиону, её нигде не было. Зато Гарри увидел на центральной трибуне Крауча, разговаривающего с Дамблдором и Грюмом. Он махнул рукой Рону подзывая подойти ближе к ним.

– А где Гермивона? Я думал, она с вами придет , - отойдя от судейского стола, спросил Крам.

– Мы сами ищем её, – пожал плечами Гарри.

«… Габриэль, увидите Габриэль, передайте – надеру ей задницу, вредная девчонка», – долетел до ушей Гарри гневный голос Флёр, обращённый к кому-то из школьных подруг.

Крам глянул на озеро и, сглотнув, подошёл ближе к воде, Флёр и Седрик, отметившись у судей, последовали за ним.

Студенты быстро собирались, и вскоре трибуны заполнились до отказа.

– Внимание, чемпионы! – прозвучал над озером голос Дамблдора, усиленный Сонорусом. – Вы все сегодня утром потеряли самое дорогое. У вас всего час, чтобы отыскать украденное. Вперед!

И под оглушительный свист трое чемпионов нырнули в озеро прямо с трибуны. Зрители толпились у воды, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

– … безопасность, ваша ответственность, Дамблдор, надеюсь, вы это понимаете, – сквозь общий гул услышал Гарри слова Крауча и попытался подойти ещё ближе.

– Не сомневайтесь, Барти, не сомневайтесь, – спокойно ответил директор.

– Вы всегда готовы переложить ответственность на кого-то другого, не так ли, Крауч? И всегда заботитесь о безопасности, – Грюм склонился к самому уху Крауча и добавил что-то особо неприятное. Гарри заметил, как глава департамента вздрогнул и очень странно посмотрел на профессора.

– Куда она могла деться? – Рон толкнул Гарри в бок, отвлекая от их разговора.

– Я не знаю, пойдём, поищем на других трибунах.

Они обходили трибуну за трибуной, но так и не нашли Гермиону. Зайдя на последнюю, Рон увидел Ладанду и Симуса, держащихся за руки, он покраснел и бросил Гарри «Идём отсюда!», но в этот момент, захлебываясь и пытаясь схватить ртом воздух, вынырнула Флёр, беспомощно барахтаясь, она пыталась позвать на помощь, но снова и снова уходила под воду. Двое парней из Дурмстранга бесстрашно нырнули в ледяную воду и вытащили испуганную девушку на берег. Мадам Помфри поспешила к ним.

Лаванда театрально ахнула, приложив ладонь ко рту и Симус, приобняв её за талию, притянул ближе к себе. Рон разозлился ещё больше, испепеляя спину Финнигана взглядом. Он остался стоять рядом с ними, будто в землю врос, и Гарри подумывал отобрать у него палочку от греха подальше.

Укутав Делакур в тёплое одеяло, мадам Помфри пыталась заставить выпить её какие-то зелья, но, едва придя в себя, Флёр скинула с себя одеяло и снова начала искать младшую сестру, обходя трибуну за трибуной, но той как будто и след простыл.

«Крам! Крам! Крам!» – закричали зрители, раздались аплодисменты и громкий свист болельщиков.

– Смотри! – крикнул Гарри Рону в ухо.

На поверхности воды появился Крам, прижимающий к себе Гермиону, будто самое ценное сокровище в мире.

– Поцелуются, точно поцелуются, – косясь на Рона, пролепетала Лаванда, крепче прижимаясь к Симусу.

– Пойдем, Рон, – попытался утянуть друга Гарри, пока тот не натворил бед, – поможем им выбраться, – но Рон остался стоять как вкопанный, лишь крепче сжимая кулаки.

Целоваться Гермиона не собиралась, совершенно не обращая внимания на Крама, она огляделась, заметив друзей, махнула рукой, подзывая их к судейской трибуне, и поспешила выбраться из холодной воды. Следом за ними показались и Седрик с Чжоу.

– Габриель! Габриель! – расталкивая всех, словно обезумев к воде бежала Флёр. – Утонула! Габриель! Нет! Пусти, пусти меня! – один из спасших ее парней, помогавший в поисках сестры, поймал её и крепко держал, не давая обезумевшей от горя девушке снова бросится в озеро. Флёр пиналась руками и ногами, пытаясь вырваться, и кричала так, что закладывало уши.

– Ой, мамочки! – взвизгнула Лаванда, пряча лицо в ладонях и вдруг, вырвавшись от Финнигана, уткнулась в грудь Рону, всхлипывая. Эмоции на лице Рона сменяли одна другую, в какой-то момент Гарри показалось – он оттолкнет её, но вместо этого Рон зажмурился и прижал Лаванду к себе, что-то шепча ей на ухо. Симус вспыхнул, угрожающе глядя на Рона, но, видимо, что-то сообразив, он развернулся и быстро пошёл прочь, не дожидаясь конца состязания, толкнув по пути Гарри плечом.

Над трибунами повисла тишина, все напряженно всматривались в зеркальную гладь озера, только Флёр продолжала биться в руках дурмстранговца, и мадам Максим пробиралась к ней сквозь толпу, расталкивая студентов как кегли. Не прошло и пяти минут, но от ожидания это время, казалось, растянулось на часы, как из воды вынырнули русалка с тремя тритонами, один из которых держал на руках бесчувственную маленькую девочку. Флёр закричала ещё громче и, будто услышав её, Габриель глотнула воздуха и, очнувшись, огляделась вокруг и заплакала, испугавшись водных жителей. Тритон улыбаясь подплыл к трибуне и отдал ребенка заплаканной сестре.

***

– Я не успела вам ничего сказать, МакГонагалл увела меня к Дамблдору. Я же просила Лаванду передать вам, чтобы вы меня не ждали, и я сама вас найду, – уже вечером, сидя в одном из пустых классов, рассказывала Гермиона Гарри. Рон где-то гулял с Лавандой. – У Виктора акулья голова была, и хвост... он меня напугал немного, мы же этого ещё не проходили.

– Значит, вы теперь вместе? – спросил Гарри.

– О, нет… с чего ты взял? Гарри, мы просто… он очень хороший, но нет… мне нравится совсем другой человек, – последние слова сорвались с языка против её воли, – забудь, – немного покраснела Гермиона.

Гарри отчётливо помнил слова директора перед началом состязания и представил, как бы чувствовал себя на месте Крама, признавая перед всей школой свои чувства к Джинни, а она… нет… он махнул головой прогоняя непрошеные мысли и непонимающе посмотрел на подругу. – Знаешь, Гермиона, Крам ведь не Симус, не думаю, что стоит использовать его так же. Зачем ты согласилась?

– Что? Использовать?! Я никого не использую, Гарри! Да, я сразу ему сказала, что мы можем быть только друзьями. Не смей! Слышишь, не смей! – она схватила свою сумку и, резко вскочив, пошла к выходу, но Гарри остановил её, схватив за руку.

– Прости, ладно? Я не хотел тебя обидеть, просто представил… знаешь, это больно…

– Знаю, Гарри… он… он не посмотрит на меня никогда… Боже, это так глупо… только не спрашивай, я не смогу тебе сказать, не сейчас… может, когда-нибудь потом мы ещё посмеёмся над этим, – слабо улыбнулась Гермиона, тихонько шмыгнув носом.

Гарри обнял её и поцеловал в макушку.

– Только не говори, что это Малфой, – полушутя спросил он.

– Потому что я не чистокровная?

– Потому что у него есть Панси, потому что он мерзавец, и ещё много почему… да, и поэтому тоже, – последнюю мысль вслух он не произнёс.

– Нет, конечно, это не он, как ты вообще об этом мог подумать? – немного повеселев, отстранилась от него Гермиона. – Как твои тренировки? – сменила она тему. – У тебя игра через неделю, смотри, не проиграй этому мерзавцу, – подцепила она друга, особо выделив последнее слово. – Пойдём, Панси у него есть, смешно, ты, кажется, неплохо осведомлён, врага нужно знать ближе друга, так? – подмигнула ему Гермиона.

***

За неделю до игры Снейп отменил дополнительные занятия. Гарри и Драко тренировались со своими командами каждый день, с трудом деля время и поле между собой. Ни те, ни другие не собирались упускать шанса сразиться с вице-чемпионами мира.

И вот, наконец, пятого марта, крепко сжав «Молнию» в руке Гарри решительно вышел на поле после получасовых нотаций Вуда всей команде.

– Мы должны выигрывать больше пятидесяти очков, помнишь? – ещё раз спросил Вуд. – Если поймаешь снитч раньше, кубка нам не видать.

– Да, – постарался сдержаться Гарри. Нервы и так были на пределе. Его задачей было не только поймать снитч в нужный момент, но ещё и не позволить Малфою сделать этого раньше, тому-то как раз не нужно тянуть время.

Стадион взорвался аплодисментами при появлении команды Гриффиндора на поле. Конечно, отец будет болеть за свой факультет, но… Гарри глянул на трибуну профессоров и увидел, что Снейп вяло с ухмылкой на лице, но всё же аплодирует им… ему, вместе со всеми. Этого оказалось достаточно. За слизеринцев болел только их факультет, и аплодисменты слышались куда тише и скромнее.

Команды выстроились друг напротив друга в центре поля.

– Тебе не победить, Поттер, не надейся, - прошипел Малфой, опираясь на свою метлу.

– Ещё посмотрим, - усмехнулся Гарри.

Два ловца с вызовом смотрели друг другу в глаза, но впервые в их взглядах вместо ненависти горели азарт и дружеское соперничество.

Под оглушительный свисток мадам Трюк, Гарри вскочил на метлу и взмыл вверх. Он увидел снитч прямо над головой метрах в двадцати от себя, заметил его и Малфой.

Выбора не было, сбить с толку Драко и увести его от снитча не удастся, и Гарри рванул вперед что есть силы, вытягивая руку перед собой. Его метла быстрее «Нимбуса» и шансов на победу куда больше.

Стадион ревел и гудел так, что даже комментариев Ли, Гарри не слышал, зато отчетливое недовольство болельщиков слышалось все громче. Гарри почувствовал, как замедляется его метла метрах в двух от снитча и обернулся.

– Стой, Поттер! – орал Малфой крепко вцепившись обеими руками в прутья метлы Гарри, и тянул её на себя.

– Отпусти! Оштрафуют!

– Стой, придурок, вниз посмотри!

Одним глазом косясь на снитч, Гарри глянул на поле, через плечо Малфоя – там кто-то бегал, размахивая руками, и требовал прекратить игру. Крауч? Крауч!

Финального свистка не было, поверни Гарри назад, Малфой не упустит шанса, а снитч, словно замерев в ожидании, висит так близко, Гарри провел ладонью по тыльной стороне перчатки другой руки, выпуская страховочные шипы в рукоятку «Молнии», и резким рывком подался вперед, хватая снитч свободной рукой.

– Стой! – услышал он вопль Малфоя по прежнему накрепко вцепившегося в его метлу и… Два ловца исчезли со стадиона вместе с метлой Гарри. «Нимбус» Малфоя, оставшийся без хозяина со свистом полетел вниз.


Глава 20


Глава 23

Стадион зашумел, болельщики повскакивали со своих мест и в недоумении закрутили головами, ожидая возвращение ловцов.

Крауч, бросив убеждать профессора Трюк остановить игру, помчался к трибуне профессоров – «Задержите его, не дайте уйти!», - кричал он во всё горло.

– Что за шутки, Дамблдор, куда делся мой ученик? – игнорируя напряжённые взгляды коллег, направленные то ли на него, то ли на сидящего рядом Каркарова, спросил Снейп, резко поднимаясь со своего места.

– Боюсь, мой друг, я здесь не причём, – ответил Дамблдор. Он подошёл к перилам, пристально вглядываясь в то место, откуда исчезли ловцы обеих команд. – Портал, – сухо произнёс он, – и я думаю, он был рассчитан не на Драко Малфоя, Северус, – МакГонагалл ахнула и, схватившись за сердце, опустилась на скамью.

– Кто? – Снейп повернулся к бывшему соратнику с зажатой в руке палочкой. Каркаров трус, каких ещё поискать, но именно страх за собственную жизнь побуждает действовать сильнее любого Империуса, и Северус знал, знал, что за цельность своей шкуры, Каркаров пойдет на всё. – Кто ещё с тобой? – сколько времени у него осталось, сколько продержится Поттер, перед тем, как первое проклятье ударит в него… мало… минуты… кровь застучала в висках, словно отсчитывая последние секунды жизни его сына. – Где мальчишка? – рявкнул Снейп, вжимая палочку в висок бывшего пожирателя.

Возмущённый Каркаров вскочил было с места, но тут же замер под прицелом направленных на него палочек всех преподавателей.

– Где он?! Где Аластор Грюм?! – Крауч ворвался на трибуну, оттолкнув стоящего в проходе Каркарова.

– Аластор собирался покинуть школу до понедельника, – ответил Дамблдор. – Уверяю тебя, Бартемиус, мы справимся и без него…

– Опоздал, опоздал, – Крауч схватился за голову и сел на лавку. – Я виноват, Альбус, очень виноват.

– Мистер Крауч, о чём вы говорите? – забеспокоилась МакГонагалл.

– Если тебе что-то известно, Бартемиус…

– Это… не он, не он, – замотал головой Крауч, – Грюм – это мой сын, Альбус.

– Барти Крауч жив? – окаменел Снейп. «Не смог, не обучил, не защитил, не уберёг» – ледяная волна ужаса от осознания произошедшего окатила Снейпа с головы до ног, парализуя тело похлеще Петрификуса. Он уже не хотел услышать ответ на свой вопрос, он и так знал его. Даже «молчащая» метка уже не вселяла надежды, если Поттер попал в лапы Крауча-младшего, он обречён. Отсчёт пошёл… Он не может потерять ещё и сына, просто не вынесет… нужно действовать, взять себя в руки…

– Да, – кивнул Крауч. – Оборотное зелье… всегда… получалось у него хорошо.

Грюм, трясущий шкуркой бумсланга перед его лицом, всплыл в сознании, подтверждая слова Крауча.

– Северус, жду тебя в кабинете Аластора, – Дамблдор не стал задавать лишних вопросов, – прихвати с собой сыворотку правды, возможно, мы успеем его задержать. Минерва, отдайте распоряжение старостам развести студентов по общежитиям, игра окончена. И сопроводите Бартемиуса к нам, а Каркарова – в мой кабинет, и не советую вам, Игорь, покидать его до моего возвращения. Поппи, я попрошу вас остаться здесь, они всё ещё могут вернуться. – Дамблдор взмахнул палочкой над головой и исчез, оставив за собой небольшой воздушный смерч, растаявший через пару секунд.

Северус развернулся и, ни слова не говоря, направился в замок. Веритас уже жёг руку, мерцая на кончике волшебной палочки черными искрами. На крыльце замка он не удержался и побежал, слишком ясно Снейп представлял себе, что сделает Крауч с его сыном.

Распахнув дверь кабинета, Снейп замер на пороге, сердце оборвалось, переставая биться - опоздали. Вся комната, в центре которой, стоял только Дамблдор, была окутана ровным голубоватым дымком, лишь над огромным сундуком в дальнем углу начинало формироваться небольшое фиолетовое облако.

– Его здесь нет, - сообщил Дамблдор, оборачиваясь, – но кто-то заперт в этом сундуке…

– У нас нет времени… Я настаиваю на допросе…

– Ты ведь понимаешь, будь Каркаров на самом деле причастен, он бы не остался здесь ни секунды.

– А если Крауч рехнулся, мы упускаем…

Дамблдор подошёл к столу Грюма, и стал открывать ящики один за другим, пока не нашёл в нижнем ключ от амбарного замка на сундуке.

– Полагаю, сейчас узнаем, – он подошёл к сундуку и вставил ключ в замок, затвор щелкнул, сундук открылся, – оглушён Империусом, я думаю, вопросов, кто похитил Гарри, не осталось, Северус. Скорее всего, у него просто не было времени убить Аластора, и он не стал возиться, слишком спешил, но, вот, вопрос – куда?

Снейп заглянул внутрь, сундук оказался намного глубже, чем выглядел снаружи, на дне его спал настоящий Аластор Грюм. Ни деревянного протеза, заменяющего тому ногу, ни волшебного глаза на Грюме не было, а седые волосы, обстриженные неровными клочьями, торчали во все стороны, сомнений у Северуса не осталось. Крауч младший действительно жив.

– Помоги мне, его нельзя здесь оставлять, – Дамблдор, залез в сундук, снял с плеч тёплую мантию и укутал в неё спящего Грюма, – Закоченел совсем. Оживи! Аластор, ты меня слышишь?

Грюм открыл глаза и, глядя сквозь Дамблдора, забормотал что-то про свою работу в министерстве.

– Вы не видите? От него мало толку. Он ничего не знает, – помогая вытащить Грюма из сундука и усаживая его на стул, всё больше злился Снейп.

– Бог мой! Что же этот зверь сделал с ним?! – воскликнула входящая вместе с Краучем в кабинет МакГонагалл.

– Рассказывай, Бартемиус, и помоги тебе Мерлин, если с Гарри что-нибудь случится, я думаю, ты и сам знаешь, какое наказание тебя ждёт.

– Я понял это неделю назад, Альбус…, – сев на соседний стул, заговорил Крауч. – Помнишь наш разговор во время второго испытания? – Дамблдор кивнул. – Так, вот, я и правда всегда волновался за него… всё детство сорви голова… они с женой из Мугно не вылезали, я молод был, карьеру строил, дома сутками не появлялся, а жена… он был долгожданным ребенком… и она… избаловала его… в конце концов я приказал домовику постоянно приглядывать за сыном и не позволять ему лишнего… а он, он, считал, что не нужен мне. На втором курсе Барти заявил нам, что его отобрали в команду по квиддичу… я запретил… какой квиддич, какие полеты, свернул бы себе шею на первой же тренировке… шальной…, но Барти упрям, да, и метла у него откуда-то появилась…. «Вы всегда перекладываете ответственность и беспокоитесь о безопасности настолько, что предпочли опозорить сына, приказав домовику зачаровать его метлу», - повторил он слова Грюма сказанные на озере. – Барти так и не простил мне этого. Грюм... не попрекнул бы меня, даже если бы знал… за столько лет, он ни разу не говорил о моей семье, да и…

– Ты знал, знал и не сказал… – Дамблдор навис над Краучем, угрожающе глядя ему прямо в глаза, магия искрила в его глазах, готовая вот-вот вырваться наружу.

–Я любил своего сына, Альбус, хоть он и думал иначе.

Какой смысл слушать эту бессмысленную болтовню Крауча, если она нисколько не увеличивала шансы Северуса спасти своего сына. «Своего» – эхом отозвалось где-то в глубине сознания, но Снейпу некогда было впадать в сентиментальности.

– Как тебе удалось организовать побег? – голос Дамблдора наполнился холодной яростью.

– Оборотное зелье, моя жена умирала… она уговорила меня, Альбус. Всё это время я искал доказательства его невиновности, искал и никак не мог найти… Барти прятался в доме под дезелюминационными чарами, никуда, кроме сада, не выходил, и я верил, действительно верил, что он раскаялся… – Крауч свесил голову и закрыл глаза. – За месяц до чемпионата, он пропал…

– Думаю, ты понимаешь, Бартемиус, твоя судьба предрешена, Минерва, сообщите в аврорат. Ты мог предотвратить это, мог и…

– Не успел…

– Нет, ты не захотел, Бартемиус, не захотел…

Змея на левой руке, впилась клыками в кожу, прожигая плоть до самой кости. Палочка всё это время направленная на Крауча дрогнула в руке Снейпа, и Дамблдор не упустил этого.

– На пару слов, директор, – сквозь зубы процедил Снейп, выходя из кабинета.

– Минерва, присмотрите за ним, прошу вас, – Дамблдор выпрямился и вышел вслед за Снейпом.

– Сними чары, Альбус, я знаю где мальчишка, – Снейп взмахнул палочкой и его лицо скрыла маска пожирателя смерти, а мантия сменилась на дорожную, и он накинул на голову капюшон.

– Я, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Северус?

– Я знаю, где мальчишка, – раздражённо повторил Снейп. – Думаю, не нужно объяснять, что это значит, – он закатал рукав и вытянул руку вперёд, обнажая черную, как уголь, татуировку с извивающейся змеёй. – Если Поттер всё ещё жив, у нас очень мало времени…

– Портал…

– Знаю, – оборвал директора Северус. – Знаю…

– Порой, я думаю, что ошибся, доверив опеку над Гарри Сириусу, – твёрдо сказал Дамблдор и взмахнул палочкой, произнося древние заклинания, похожие на песнопения.

Едва он закончил, Северус прикоснулся к метке и растворился в воздухе.

***

Гарри почувствовал знакомый рывок, будто его подцепили крюком за живот, пальцы намертво прилипли к снитчу, и их унесло прочь от оглушительных криков болельщиков. Больно ударившись о какую-то статую, они рухнули на землю, оба накрепко вцепившись в метлу. Снитч выпал из ладони Гарри и, трепыхая сломанными крылышками, отлетел на пару метров, запутавшись в кусте можжевельника.

– Дементор поцелуй тебя, Поттер, где мы? – Малфой первым поднялся с земли и отряхиваясь, оглядываясь вокруг. – Кл- а-ад- би-ще, – заикнувшись, протянул он.

– И похоже, давно заброшенное, – следом поднялся Гарри. Потирая ушибленное колено, он осмотрелся и на всякий случай достал палочку. – Чья-то шутка? – с надеждой спросил он.

Драко пожал плечами и повторил его действия.

– Нас скоро найдут. Шутнику не поздоровится, когда отец узнает об этом, – стараясь не показывать страха, ответил он.

– Давай выбираться, – кивнул Гарри, слабо улыбнувшись.

Не успел он пройти и пары шагов, как шрам полыхнул невыносимой болью, казалось, голова вот-вот лопнет и, не удержавшись на ногах, Гарри упал на четвереньки.

– Уходи отсюда, – едва сдерживаясь, прохрипел он.

Гарри вырвало, но легче не становилось, руки и ноги дрожали, тошнота подступала снова, Гарри боялся потерять сознание.

– Фу, омерзительно, Поттер, – скривился Драко. – Знать бы, куда, – он потянул Гарри вверх за воротник мантии. – Давай же, вставай… вон, кто-то… Грюм уже идёт. Поднимайся, я не собираюсь быть виноватым ещё и в этом!

Гарри тяжело дышал, пытаясь прийти в себя, но ничего не выходило, и тут он услышал шорох прошлогодних пожухлых листьев, будто кто-то ползет к ним прямо по старым могилам. «Обед, сразу двое, хозяин так милостив сегодня» – донёсся до ушей Гарри свистящий шёпот.

– Скажи ему… скажи, змея… Беги!

– Экспеллиармус! – выкрикнул Грюм, палочка Гарри вылетела из руки, и профессор поймал её. – У нас гости, признаюсь, не ожидал увидеть вас двоих…

– Тем лучше, – послышался другой голос: твердый и холодный.

С трудом совладав с тошнотой Гарри, оторвался от земли и сел.

– Верните… – слова застряли в горле, под мантией у Грюма что-то шевелилось, и Гарри понял, что второй голос слышится именно оттуда. Шрам снова обдало жаром, Гарри покачнулся, но Драко крепче вцепился в его ворот не давая упасть снова.

– Младший Малфой нам пригодится, используй его. Такие верные слуги, как ты, нужны мне целыми. Сынок искупит предательство отца, и, может быть, я прощу Люциуса первым.

В ужасе Драко отпустил Гарри и попятился назад, трясущийся рукой направляя палочку на Грюма.

– Вы как всегда правы, – ухмылка на и без того обезображенном лице профессора выглядела безумной, и, казалось, он испытывал некое облегчение от услышанного. В тот же миг из его палочки вылетела сеть, окутавшая всё тело Драко, словно кокон, оставив свободной лишь голову. Малфой упал как подкошенный, ударившись затылком о мраморное основание одного из памятников. Не понимая происходящего, Гарри в панике смотрел, как Драко медленно сползает вниз, теряя сознание, а за его головой по белому мрамору тянется тёмно-красный след.

«Том Реддл» – прочитал Гарри на надгробии и похолодел, он уже слышал это имя два года назад.

Грюм снял с себя мантию, кинул её на землю, как покрывало, а сверху положил сверток с младенцем. В ужасе рассматривая его морщинистое, как у старика, лицо с ядовито красными змеиными глазами, Гарри понял, кому принадлежит второй голос.

– Поторопись! – приказало существо.

– Вы не смеете! Дамблдор… – в отчаянии выкрикнул Гарри.

Но Грюм лишь расхохотался и поволок его к тому же памятнику, возле которого лежал Драко. Гарри пытался вырваться, но все его действия вызывали лишь новые приступы головной боли. Грюм одним рывком поднял его и с силой впечатал спиной в надгробие, из его палочки вырвались веревки и обвили тело Гарри, накрепко привязав к памятнику.

Драко пришёл в себя и, застонав, попытался подняться. Грюм пнул его ногой, опрокидывая обратно. Всё так же безжалостно ухмыляясь, он оторвал кусок от мантии Гарри, разорвал его пополам, одну тряпку запихал Гарри в рот и склонился к Малфою. Грюм разжал Драко челюсть, с силой надавив пальцами на щёки, и засунул в рот другой кусок тряпки. Злобно оскалившись, Грюм поднял палочку, выскользнувшую из руки Драко, и, ещё раз с презрением взглянув на парней, обошёл памятник, скрывшись за их спинами.

Гарри казалось происходящее ночным кошмаром. «Грюм не может быть предателем, не может, – повторял он. – Пожалуйста! Пожалуйста! – молил он, чтобы профессор пришёл в себя и убил жуткое существо, лежащее в паре метров от них». Рядом тихо всхлипывал его друг, Гарри посмотрел вниз и увидел, что по щекам Драко катятся крупные слёзы, тот снова пытался либо подняться и сесть, либо старался уползти подальше отсюда, но при каждом его движении сеть стягивала тело всё плотнее, и если бы не квиддичная форма такая же, как у Гарри, она бы давно врезалась в кожу.

Обессилев, Драко прекратил свои попытки, голова от удара раскалывалась, ему не хватало воздуха, даже стараясь вдохнуть глубже, он делал себе только хуже. Малфой замер обречённо глядя в хмурое небо, солнце спряталось за огромной чёрной тучей, вот-вот пойдёт дождь, и это хорошо, потому что из глаз текли слезы…, а Малфои ведь никогда не плачут, верно, отец? Драко зажмурился, он не хотел видеть ни смерть Поттера, ни последние секунды собственной жизни. «Папа, пожалуйста… папа, умоляю, ну, где ты, – отец обязательно придёт и спасёт… спасёт… спасёт…».

– Чего развалился? – услышал он над головой голос Грюма, тот рывком посадил его и прислонил к памятнику, словно мешок с драконьим навозом. – Такое нельзя пропустить. У вас с Поттером места в первом ряду!

Драко решился открыть глаза, лишь когда услышал шорох и почувствовал движение рядом с собой. Мимо проползла огромная змея и обвилась кольцом у большого котла, стоящего теперь метрах в двух от них. Малфой не желал знать, откуда он взялся и что в нём варится, он лишь надеялся, что котел взорвётся, уничтожив содержимое. Драко больше не видел Поттера, лишь по мычанию понимал, что тот ещё жив.

Грюм пошатнулся, склонившись над котлом, его деревянный протез покатился по земле. «Пусть он упадёт в котёл», – взмолился Драко, но на месте протеза выросла живая нога, а Грюм схватился за лицо и вырвал стеклянный глаз из глазницы, где тут же появился его собственный настоящий… шрамы на лице разглаживались, волосы укорачивались, Грюм молодел на глазах, пока не превратился в мужчину лет сорока пяти, светловолосого, коротко стриженного с совершенно безумным взглядом. Драко не знал его.

– Это не Грюм! – попытался выкрикнуть он Поттеру, но получилось только “ Э-аа-н-у-умм”.

– И-и-у, – услышал он в ответ и расценил это как «вижу».

– Заткнитесь, или я сам вас заткну! – гаркнул на них незнакомец и снова уставился в котёл, жидкость внутри заискрилась голубоватыми искрами и, удовлетворённо кивнув, колдун поднял палочку и заговорил, - Кость отца, взятая без согласия, возроди сына!

Драко почувствовал, как земля возле него задрожала, поняв, что произойдёт дальше, он снова зажмурился. И уже не открыл глаз, даже когда услышал: «Плоть сына слуги, отданная в знак верности его отца, возроди хозяина!», лишь плотнее сжался в комок, слёзы снова хлынули из глаз, тело забила мелкая дрожь, и сеть плотнее стянула его. Он задыхался. «Помогите, хоть кто-нибудь, ну, помогите. – Почему их никто не ищет? Драко услышал крик Поттера, видимо тот выплюнул кляп. – Пусть услышат, кто-нибудь пусть услышит!»

Гарри видел, как незнакомец с серебряным кинжалом в руке подходит к ним.

– Заткнись! – он ударил Гарри по щеке и, подобрав упавший на землю кляп, снова запихнул его Гарри в рот.

Колдун склонился над Драко и схватил его за подбородок, кинжал блеснул в его руке, Гарри зажмурился от страха и в следующую секунду услышал безумный вопль Малфоя, заставивший всё его существо содрогнуться. «Нет, нет, нет, пусть он будет жив, пусть - жив!» И глухой удар, рухнувшего на землю тела.

– Ал-о-ой! – замычал Гарри, стараясь выплюнуть кляп. «Ну ответь, ответь!»

С замиранием сердца Гарри глянул вниз, Драко лежал прямо у его ног, у него было отрезано ухо, и кровь из раны стекала по шее и голове, окрашивая волосы в красный цвет.

В котле что-то зашипело, но Гарри не хотел туда смотреть, всё его внимание было обращено на неподвижного истекающего кровью друга.

– Кровь недруга, взятая насильно, воскреси врага! – снова заговорил колдун.

Он снова подошёл к ним, оттянул за сеть Малфоя и привалил его к памятнику. От боли Драко заскулил. «Жив» – на миг почувствовал облегчение Гарри. Повернувшись к нему, колдун рассек ладонь Гарри всё тем же кинжалом, достал из кармана маленький флакон и поднёс к ране, собирая туда стекающие капли. Когда флакон наполнился, колдун вернулся к котлу и вылил в него кровь. Змея отползла в сторону и свилась кольцами у соседнего памятника. Жидкость в котле заискрилась, засияла алым светом, вспыхнула, и всё прекратилось.

Гарри молился всем богам, чтобы зелье не удалось, и существо в котле сварилось, но тут варево забурлило, раздался хлопок, и котёл разорвало, с земли поднялся настолько худой человек, что казалось, только кожа обтягивает его кости. Колдун склонился в низком поклоне. Вопль ужаса вырвался из груди Гарри – Лорд Волдеморт возродился.

– Милорд, я рад приветствовать вас! – воскликнул колдун, протягивая подобранную с земли мантию.

– Ты хорошо поработал, Крауч, и будешь вознаграждён по достоинству.

«Крауч? Крауч?! Как это возможно? – мысли бешено скакали в голове Гарри. – Он же умер, умер!».

– Дай мне свою руку, – приказал Волдеморт, Крауч закатал рукав рубашки и вытянул вперёд левую руку с татуировкой. Лорд прижал к ней свой палец, и Крауч, взвыв от боли, рухнул перед ним на колени.

– Подождём остальных, – зашипел Волдеморт, отпуская руку слуги. – Скоро они явятся, подождём.

– Они предали вас, милорд, все предали, жалкие трусы! Позвольте мне убить мальчишку, он больше не нужен. Это будет хорошим наказанием для его отца.

Змея подползла к хозяину, извиваясь вокруг него, и Гарри услышал её шепот: «Обед, я так голодна, мой господин.»

Волдеморт, до этого словно не замечавший ни привязанного к памятнику Гарри, ни связанного, истекающего кровью Малфоя, обернулся и пристально уставился на них. Он достал из кармана мантии палочку, бережно провёл по ней своими длинными костлявыми пальцами и, нацелив её на парней, пару раз в задумчивости перевёл с одного на другого.

– Нет, – наконец произнёс он. – Но, если я хоть на секунду усомнюсь в верности Люциуса или этот глупец не явится на мой зов, я предоставлю тебе такую возможность. Обед будет позже, Нагайна, – добавил он, обращаясь к змее, – потерпи ещё немного, – змея покорно уползла на своё место и замерла в ожидании.

– Благодарю вас, милорд, – Крауч снова склонился до самой земли.

– А, вот и они, пора бы тебе выглядеть соответствующе, – Темный лорд взмахнул палочкой, и лицо Крауча закрыла маска, а одежда сменилась на длинную чёрную мантию с капюшоном.

Со всех сторон на кладбище стали появляться волшебники, одетые так же, как Крауч. Они медленно, словно с опаской, плутая среди могил, подходили всё ближе и ближе к Волдеморту. Один из них всего на секунду замер, взглянув на памятник Тома Реддла, и продолжил свой путь, но Драко и этого хватило, чтобы узнать отца. Потухшая было надежда, вспыхнула вновь – его отец может всё, он спасёт, освободит и накажет обидчика. Так было всегда, и Драко не усомнился в этом и сейчас.

– Вы все разочаровали меня! – ледяным тоном произнес Лорд, и все пожиратели как один рухнули перед ним на колени. – И будете наказаны, но вы всё же явились сюда…

– Мой Лорд, мы всегда были и остаемся верны Вам, простите нас, – послышался из под маски одного из пожирателей голос Люциуса Малфоя.

– Уж не клянёшься ли ты мне в верности из-за этого, – Волдеморт направил палочку на Драко, того подбросило вверх, на миг он повис в воздухе и рухнул на землю лицом вниз.

– Нет, милорд, – твёрдо ответил Малфой, и ни одна нота в его голосе не дрогнула.

– Тогда почему ни ты, ни кто-либо из вас, Кребб, Гойл, Нотт, – Волдеморт обвёл палочкой каждого, – не попытались отыскать меня? А когда мой верный слуга сделал это вместо вас и подал вам знак на чемпионате, вы вместо того, чтобы следовать за ним, предпочли устроить пирушку и поиздеваться над маглами?

– Мы не знали, милорд, если бы мы только могли догадаться, простите нас, умоляем вас!

– Никто из вас не заслуживает прощения, но твой сын, Люциус, помог мне сегодня вновь обрести тело, и за это я пощажу тебя.

– Я рад, господин, очень рад, поверьте мне…, – не успел он договорить, как Волдеморт поднял палочку и все пожиратели, кроме Люциуса и Крауча, рухнули на землю, корчась и оглушительно крича от боли.

– Думаю, он ещё немного погостит у меня, Люциус, – не замечая этого, продолжил говорить Волдеморт.

– Как вам будет угодно, милорд, - склонился в поклоне Люциус Малфой.

Темный Лорд опустил палочку, и пожиратели замолчали.

– Встаньте, – приказал он, – если я ещё хоть раз усомнюсь в вас, эта кара покажется вам благословением.

Драко с трудом повернул голову набок, он не понимал, чего ждёт отец, почему не требует освободить его прямо сейчас. Лежать так было неудобно, но и сесть снова у него вряд ли получится. Драко перекатился на спину, сеть сдавила сильнее, и в глазах потемнело. Он замер, глядя в одну точку, и старался дышать ровнее.

Пожиратели смерти поднялись на ноги и, тяжело дыша, выстроились перед Волдемортом. – Так вот, – продолжил он, крутя в пальцах свою палочку, – благодаря моему верному пожирателю, я вновь обрёл тело, а всеми любимый Гарри Поттер проводит с нами свой последний в жизни день.

– Кто же это, мой господин, кого мы должны благодарить за ваше возрождение? – снова подал голос Люциус Малфой.

– Вы узнаете, всё узнаете, после того, как я расправлюсь с мальчишкой, – Волдеморт обвёл взглядом своих слуг и прошипел, – неверные, те, кто не явились на мой зов, должны поплатится за предательство своими жизнями, Люциус, позаботься об этом, а теперь…, - Тёмный Лорд поднял палочку и подошёл к Гарри. – Все считают тебя моим победителем, глупцы. Из-за жертвы твоей глупой матери заклятье отскочило от тебя и попало в меня, но, как видишь, я всё ещё жив, даже Авада Кедавра бессильна против меня, а вот тебе во второй раз не повезет! Кровь, Гарри, творит чудеса и теперь защита твоей мамаши течёт и по моим венам, – Гарри услышал как захохотали пожиратели. – Круцио!

Боль пронзила всё тело, мышцы, казалось, вот-вот разорвёт, суставы выкручивало, кости ломило, шрам горел, будто его жгли огнём, Гарри не выдержал и закричал, закричал так, как никогда в жизни.

Всё закончилось так же внезапно, как началось, обессиленный Гарри рухнул бы на землю, если бы не веревки, крепко держащие его. Пожиратели не унимались, сквозь шум в голове Гарри слышал их хохот. Перед глазами всё плыло, поэтому он не сразу увидел ещё одного пожирателя, вышедшего из-за памятника.

– Ты опоздал! – услышал Гарри голос Волдеморта и скосил глаза, пытаясь разглядеть, к кому тот обращается. – Веселье в самом разгаре, присоединяйся к остальным, я разберусь с тобой позже!

Гарри почувствовал, как ему под рёбра ткнулась палочка пожирателя – «Пожалуйста, только не снова…», он просто не вынесет этой боли и… страх пропал, пропала боль, пропали все мысли и чувства, как хорошо и спокойно ни о чём не думать.

– Он мой, и мне не нужна ничья помощь! Не мешай мне наслаждаться его мучениями перед тем, как я убью его, - Пожиратель низко поклонился, убрал палочку и ушёл к остальным.

Северус заметил трепыхающийся в кустах снитч – единственный шанс вернуть Поттера домой живым, так никем и не тронутый портал…

«Поттер, это я, я здесь, не сопротивляйся, слушай меня, Гарри».

«Отец».

– Или кто-то из вас ещё думает, что этот мальчишка сильнее меня? Ну, что ж, я покажу вам, кто из нас двоих сильнее! – расхохотался Волдеморт. – Крауч, отвяжи его и верни палочку.

«Крауч, Барти Крауч?», словно не веря в услышанное, пожиратели завертели головами в поисках давно почившего, по их мнению, соратника. Крауч подошёл и, применив режущее заклятье к верёвкам, грубо сунул в руку Гарри его палочку, вытащил изо рта кляп и вернулся к остальным.

«Поттер, – снова услышал Гарри голос Снейпа у себя в голове, едва оказался на свободе. – Снитч – портал, поймай его, и он отнесёт тебя обратно, у нас только одна попытка, сын…»

– Перед началом дуэли положено кланяться, Гарри, где твои манеры? Чему вас только обучали все эти болваны , преподающие в Хогвартсе? – насмехался Волдеморт. – Я сказал, кланяйся! – он поднял палочку и неизвестное Гарри заклятье, полетело в его сторону.

Страха не было, его рука с крепко зажатой палочкой сама собой метнулась вверх навстречу коричневому лучу. Проклятье замерцало на кончике палочки Гарри, и он резким движением сбросил его за спину. Глаза Лорда на мгновение расширились, блеснув алым пламенем.

– Неплохо, Гарри, совсем неплохо. Это ты его обучил, Крауч?

– Нет, мой господин.

«Гарри, ты готов, сейчас…»

Драко не мог видеть происходящего, да, и не хотел. Если бы он смог, заткнул бы и уши, единственным его желанием было оказаться в Хогвартсе. Под охраной старого дурака Дамблдора, но сейчас он был здесь и очень боялся, что проклятье Лорда попадёт в него. Спрятаться за памятником, нужно было как-то спрятаться за памятником… Драко собрал последние силы и одним рывком сел, прислонившись к надгробию, сеть сдавила грудную клетку, он почувствовал, как внутри что-то хрустнуло, боль пронзила грудь насквозь, Драко вскрикнул и упал, потеряв сознание.

Волдеморт не обратил на страдания Малфоя ни малейшего внимания.

«Поймать снитч…только поймать снитч… А Драко? – Гарри просто не мог бросить его. Малфой оказался здесь из-за него… – Как же Малфой, отец?» Страх и боль вернулись мгновенно, Гарри пошатнулся, палочка задрожала в его руке - это конец, ему уже не спастись.

– Посмотрим, Гарри как ты справишься с этим! – Лорд снова вскинул палочку. – Круцио!

Луч полетел в сторону Гарри, он увернулся, метнувшись в сторону, помогли занятия с отцом, и спрятался за памятником, упав на колени рядом с бесчувственным Малфоем. Секунду он с ужасом смотрел на окровавленного друга.

– Драко, – прошептал Гарри, осторожно приподнимая его голову.

– Поттер…, – на миг в глазах Малфоя блеснула надежда, но услышав яростный голос Волдеморта «Хватит прятаться за чужими спинами, Гарри», снова потухла. – Больно, – обречённо прошептал он. – Он… убьет…нас… убьет… я боюсь, Поттер, – Губы Малфоя задрожали, и по щеке вновь скатилась слеза.

– Выходи, Гарри, выходи. Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя снова погиб невиновный! – заклятье Волдеморта ударило в памятник, и Гарри прикрыл спиной голову Драко от посыпавшихся осколков. – Выходи и взгляни в лицо смерти , как это когда-то сделал твой отец. Ты же не трус, Гарри?!

– Прости меня, Малфой, прости, слышишь? Я…трус, я… тоже боюсь… – Гарри слышал приближающиеся шаги Лорда, сейчас или никогда. Он покрепче обхватил Драко за плечи и прижал к себе.

– Мой сын, милорд, молю вас, – послышался голос Люциуса Малфоя совсем рядом.

– Так, иди и забери его, ты жалок, Люциус.

Палочка мистера Малфоя показалась из-за памятника, а за ней Гарри увидел маску, склоняющегося к ним пожирателя.

– Акцио снитч! – закричал он.

Мяч вырвался из куста и упал рядом с Гарри. Ему нужна была всего секунда, чтобы схватить снитч и унести их прочь отсюда и… Люциус Малфой дал ему эту секунду.

Гарри услышал яростный вопль Волдеморта, вспышка его проклятья сразила мистера Малфоя, портал сработал, Гарри почувствовал знакомый рывок, и их с Драко унесло прочь с проклятого кладбища.



Глава 21


Глава 24

Они рухнули прямо в лужу. От удара Малфой захрипел, как-то неуклюже ткнулся носом в плечо Гарри и больше не шевелился. Сверху лил проливной дождь, смывая еще не запёкшуюся кровь с ран Драко прямо на лицо Гарри, и он чувствовал её металлический привкус у себя во рту. Сил подняться и позвать на помощь не осталось, всё тело болело, руки и ноги дрожали, сведённые судорогой.

– Малфой… ты… как? – шепнул Гарри, с трудом произнося каждое слово, ответа не последовало, Малфой даже не шелохнулся. Ужас охватывал Гарри всё сильнее. – Драко? – позвал он друга ещё раз – тишина. Малфой не мог умереть, не мог, только не сейчас, когда они… а где они? Тихо… слишком тихо для квиддичного матча – подсказывало уплывающее сознание. И Гарри лишь крепче прижал друга к себе, словно пытаясь защитить его собой от всего мира. Шрам по-прежнему жгло огнём, голова гудела и, зажмурившись во время полёта, Гарри боялся открыть глаза и снова оказаться на том страшном кладбище, увидеть рядом с собой мёртвого Люциуса Малфоя и приближающегося Волдеморта.

Сквозь шум в ушах Гарри расслышал крики и топот приближающихся шагов.

« Вон они, вон они!»

«Скорее! Гарри!»

«Живы?!»

В голове всё ещё стоял дикий смех Волдеморта, и Гарри казалось, он слышит его и сейчас, а Пожиратели смерти бегут к ним прямо по старым могилам.

– Гарри, Бог мой, Гарри! Вы дома, отпусти его, отпусти, всё кончилось, уже можно. Мадам Помфри, прошу вас, быстрее, нужна ваша помощь!

Гарри открыл глаза, всё плыло, как в тумане, рядом стояли чьи-то размытые фигуры, но он плохо различал их лица. Они лежали прямо посреди стадиона, Дамблдор, не обращая внимания на промокшую до нитки мантию, склонился над ними, и его лицо тоже казалось Гарри размытым дождем.

– Вы дома, – повторил он.

Кто-то попытался разжать руки Гарри и оттащить Малфоя, но Гарри лишь крепче вцепился в плечи друга.

– Давай же парень, отпусти его, – услышал он голос Виктора Крама, протестующе мотнул головой, вызывая новый приступ головокружения, и в глазах потемнело.

– Он вернулся, Волдеморт вернулся, – прошептал он. – Малфой, мы…дома, – с трудом договорил он, закатил глаза и, услышав чей-то нечеловеческий крик, провалился в темноту.

Пришел в себя Гарри уже в больничном крыле. Возле его кровати сидела Джинни, она держала его за руку, поглаживая большим пальцем запястье, глаза её покраснели, но она не позволяла слезам пролиться. Чуть поодаль Крам успокаивал Гермиону, бережно приобняв её за плечи, а Рон пытался убедить Лаванду вернуться в башню. На соседней койке неподвижно лежал Малфой, и мадам Помфри хлопотала над ним, произнося одно диагностирующее заклинание за другим.

– Рёбра сломаны, – бормотала она себе под нос, – это не беда, «Костерост» с этим быстро справится, небольшое сотрясение – тоже поправимо, а вот ухо, – покачала головой медик, – мне нужно знать, чем оно отрезано, если проклятьем, то боюсь…

Жив! Гарри выдохнул.

– Кинжалом, – громко произнёс он, и взгляды всех присутствующих обратились к нему. Джинни, смутившись, выпустила его руку. – Крауч отрезал его кинжалом.

– Зверь, чистый зверь, – ахнула мадам Помфри. – Думаю, я смогу заново вырастить мистеру Малфою его ухо, – кивнула она и снова склонилась над своим пациентом. – Лёгкие не задеты… успокойтесь, мисс Паркинсон, дать вам ещё успокоительного?

Гарри даже не сразу заметил её. Панси обливалась слезами, сидя прямо на полу у кровати Малфоя так, что видна была только её голова, и что-то сквозь слёзы шептала тому на ухо.

– Повторяю, успокойтесь, иначе я…, – мадам Помфри глянула на отошедшего от окна Дамблдора, – всё будет хорошо, он скоро проснётся. А пока он вас всё равно не слышит. Так что лучше не мешайте мне.

– Гарри! – Гермиона, забыв про Виктора, бросилась к нему. – Как ты? Что с вами произошло?

Следом подошли Рон с Лавандой.

– Да, расскажи, расскажи нам всем, – подала голос Паркинсон, шмыгая носом, – что ты с ним сделал?! Вы не видите? На нём же ни царапины! Это он! Он! Драко проснётся и всё расскажет, а я, я сейчас же обо всём напишу его родителям!

– Это не он… Грюм… Грюм… – разбуженный её криками, прошипел Малфой, морщась от боли.

– Что? – не веря своим ушам, уставился на него Гарри.

– Это больничная палата, – возмутилась мадам Помфри, – не устраивайте здесь балаган, вы мешаете мне работать. Все расспросы могут подождать и до завтра. Их впереди ждет весьма непростая ночь, так что я бы попросила…

– Давайте дадим вашим друзьям отдохнуть, – Дамблдор подошёл к кровати Гарри и положил руку на её спинку. – После пережитого им нужен покой. Видите, они оба уже пришли в себя и поверьте, никто лучше Поппи не позаботится о них. Обещаю, завтра утром вы сможете навестить их, а сейчас давайте дадим им отдохнуть и хорошенько выспаться.

Гарри поймал руку Джинни, он не хотел, чтобы она уходила, но под тяжелым взглядом Дамблдора понимал, что спорить с директором бесполезно.

– Я напишу твоим родителям, - повторила Панси, – уверена, они наведут здесь порядок, как только узнают о случившемся.

Малфой не ответил и Гарри знал, почему, вот, только никак не мог понять, зачем тот соврал.

Паркинсон поцеловала Драко в щёку и с гордо поднятой головой направилась к выходу, по пути глянув на Гарри так, что он невольно обрадовался находящимся рядом друзьям и Дамблдору.

– Мы придём завтра совсем рано, ты ещё и проснуться не успеешь, – пообещала Гермиона, с тревогой всматриваясь в лицо друга.

Гарри кивнул.

– Идём… Рон? – обернулась она к друзьям, но Лаванда уже тянула Рона к двери, и тот лишь виновато махнул Гарри рукой, обещая завтра прийти без неё, – Виктор, – вздохнула Гермиона, и Крам взял её за руку, отойдя в сторону, они остались подождать Джинни.

– Поставить ширму? – спросила Джинни, косясь на Малфоя. – Чтобы хорёк… простите, директор… Малфой тебе не мешал.

– Не надо, – покачал головой Гарри, только сейчас с облегчением почувствовав, что она перестала болеть.

– Хорошо, – слабо улыбнулась Джинни, – я тоже завтра приду пораньше, – сказала она, наклонилась и поцеловала в щеку. – Поправляйся.

Гарри с тоской смотрел вслед уходящим друзьям. Почему хотя бы Джинни не может остаться с ним?

Дамблдор поставил стул ровно посередине между их кроватями и сел, спокойно ожидая, пока мадам Помфри закончит обрабатывать раны Драко Малфоя и даст указания, как принимать зелья.

– Спасибо, Поппи, я прослежу, чтобы они всё сделали правильно, ты можешь идти отдохнуть, – сказал Дамблдор, когда она закончила. Мадам Помфри не стала ему возражать.

– Предупредите меня, когда они уснут, – она поставила последний пузырёк на тумбочку Гарри и ушла к себе в кабинет.

И Гарри понял, почему Дамблдор не оставил их друзей здесь, он будет расспрашивать их прямо сейчас, захочет узнать, что произошло, но Гарри не хотел отвечать на вопросы, не хотел вспоминать тот кошмар. Перед глазами всё ещё слишком ясно всплывало лицо ожившего Волдеморта, его ядовито красные глаза, с безумной ненавистью смотревшие на него, беспомощный, окровавленный, накрепко стянутый проклятой сетью друг и дикий хохот Пожирателей смерти, сквозь боль пробирающийся в его сознание. Страх, ужас и отчаяние снова сжали сердце ледяными тисками, мешая нормально дышать.

– Гарри, Драко, я понимаю, что вам пришлось пережить, – спокойным, но настойчивым тоном начал директор, – но я должен знать, что с вами произошло после того, как Гарри поймал снитч.

– На меня напал Грюм, – заявил Малфой своим обычным высокомерным тоном, слегка растягивая слова. – Я ударился головой и больше ничего не помню.

Дамблдор посмотрел на него так, будто пытался разглядеть висящую за его спиной картину, прямо сквозь него, брови директора изумлённо взметнулись вверх, но в следующую секунду взгляд Дамблдора снова стал добродушно-прохладным. Гарри показалось, что он потерял к Малфою интерес.

– Выпейте ваше зелье, Драко, я обещал мадам Помфри проследить за этим, – Малфой демонстративно выпил противный на вкус костерост и откинулся на подушку. – Без сомнения, вам нужно отдохнуть, – невозмутимо продолжил Дамблдор, – уверен мисс Паркинсон уже отослала сову вашим родителям, хотя в этом не было необходимости, полагаю, ваш отец был прямым свидетелем произошедшего. Не так ли? И он не помог вам, подумайте, почему, Драко, подумайте, у вас ещё есть время, а сейчас вам лучше поспать.

– Не понимаю, о чём вы… я… же… уже… ска-зал…на… – Малфой заснул, будучи не в силах сопротивляться сонным чарам, наложенным на него Дамблдором.

Директор снова повернулся к Гарри, смотря прямо в глаза. Почему ему тоже нельзя поспать? И тут Гарри словно ударило молнией – отец остался там! Ужас этого дня для него ещё не закончился.

– Гарри, – начал Дамблдор, но Гарри перебил его.

– Профессор Снейп, там профессор Снейп…

– Гарри, я знаю твоё отношение к профессору, но поверь мне…

– Нет… это он… он помог мне! – Гарри вскочил с кровати. – И он… он сейчас там!

– Волдеморт понял это? – спросил Дамблдор, усаживая Гарри обратно на кровать.

– Нет, думаю, нет… но…

– Расскажи мне всё, Гарри. Ты поступил очень храбро, не оставив Драко в беде, хоть вы и не в лучших отношениях, – Дамблдор пристально посмотрел на него, словно пытаясь понять, так ли это на самом деле и продолжил. – Я должен знать правду, Гарри, а потом, обещаю тебе, я наложу самые сильные чары сна, чтобы ты отдохнул и ни о чём не думал.

Гарри замотал головой, он не мог уснуть, пока не узнает, что с отцом всё в порядке. Тяжело вздохнув, он начал рассказ, надеясь, что, когда Дамблдор всё поймёт, то сможет помочь.

Все события заново воскресали в памяти и Гарри, казалось, он переживает их снова. То и дело он косился на мирно спящего Малфоя, раз за разом убеждая себя, что с ним сейчас всё нормально.

– Волдеморт называл его Краучем, но это же невозможно, Сириус говорил, он погиб в Азкабане.

– Возможно, Гарри, возможно, Бартемиус признался, что много лет укрывал сына.

– Значит, это его мы видели на карте…

– Карте? – вопросительно посмотрел на него Дамблдор.

И Гарри рассказал ему про карту мародёров и про то, как она оказалась у профессора Снейпа. Дамблдор слушал его внимательно, лишь изредка покачивая головой.

– Продолжай, Гарри, с картой мы разберемся позже, сейчас это уже не важно… Даже я не заподозрил в Грюме подмены, тебе не в чем себя винить.

– Но я видел на карте и профессора Грюма…

– Аластор в больнице, он обязательно вернётся, как только ему станет лучше, девять месяцев он находился под заклятьем Империус.

– А мистер Крауч, что будет с ним?

– Это решит Визенгамот, Гарри, но срок будет не малый… Прошу тебя, продолжай.

И Гарри продолжил говорить, оживляя в памяти произошедшее утром.

– Зачем он это сделал? – спросил Гарри. – Если Люциус Малфой верный слуга Волдеморта, почему он чуть не убил Драко?

– Волдеморт, Гарри, не щадит никого, он не знает значения таких слов как семья, любовь и дружба, эти понятия чужды ему. Основа его власти – это страх. Страх его врагов и соратников перед его силой и могуществом.

Гарри снова начал говорить о том, как возродился Волдеморт и пытал его, о внезапном появлении Снейпа, и с каждым словом он чувствовал, как страх за отца всё больше завладевает им. – И никакой я не герой, это профессор Снейп мне помог.

– Нет, Гарри, ты поступил очень мужественно, не бросив товарища в беде, ты спас ему жизнь, в то время, как его отец просто наблюдал за медленным убийством сына.

– Это мистер Малфой… – Гарри снова глянул на Драко, он был рад, что тот спит и не слышит его. Он просто не знал, как сказать об этом другу, – это он позволил мне схватить снитч… и я, я видел… – Гарри не мог подобрать слова, – я не знаю, жив ли он ещё.

– Что ж, – равнодушно пожал плечами Дамблдор, – в этом случае, ему уже ничем не помочь. Хотя что-то человеческое в нем всё же осталось, я признаться на это уже и не надеялся, – Дамблдор немного помолчал. – Я вижу, вам с Драко удалось погасить взаимную неприязнь, – вновь заговорил он, – и в другом случае, я был бы этому рад, но…

– Каждый человек сам выбирает свою дорогу, разве не вы мне это говорили?

– Да, Гарри, да, и Драко уже выбрал свою, или за него это сделали его родители. Твоя дружба с ним в данных обстоятельствах опасна прежде всего для тебя, и ты поймёшь это, поверь мне…

– Но!...

– Вот твоё зелье, Гарри, – Дамблдор покрутил в руках маленький флакон, – очень хорошо снимает мышечное напряжение. Выпей тебе станет легче.

Мышцы и правда всё ещё болезненно ныли, Гарри взял из рук директора флакон и, глотнув удивительно приятное на вкус зелье, почувствовал, как мышцы расслабляются, а глаза тяжелеют и закрываются.

– Отдыхай, Гарри, – сказал Дамблдор, укладывая его на кровать и накрывая одеялом, – отдыхай, тебе нужно хорошенько выспаться.

Драко проснулся посреди ночи от сильной тянущей боли в груди, вокруг было темно и тихо, лишь откуда-то сбоку раздавались непонятные звуки похожие на сопение или… шипение. Рана на месте отрезанного уха сильно чесалась, и, попытавшись поднять руку, Драко понял, что его тело снова чем-то сковано. Паника захлестнула его с головой, обдавая тело холодной удушливой волной, дыхание сбилось, и Драко казалось, что он снова задыхается. Сбоку кто-то пошевелился, воображение враз нарисовало огромную змею, приготовившуюся к прыжку, сердце забилось в груди, как сумасшедшее, и, собрав все силы, позабыв на миг о боли, Малфой дёрнулся вбок, пытаясь спастись от опасности. Заботливо подоткнутое мадам Помфри одеяло выпустило его из плена, и Драко с грохотом рухнул на каменный пол больничного крыла.

– Малфой?! Ты чего? Драко, черт тебя дери, – проснувшийся от шума Гарри сполз с кровати и подошёл к распластавшемуся на полу другу. – Давай помогу.

«Поттер, это сопел Поттер» - страх понемногу начал отступать. Они в больничном крыле, живы, это не сон.

– Обойдусь, – огрызнулся Малфой, усаживаясь на кровать.

– Как знаешь, – Гарри вернулся к себе.

Драко лёг и уставился в потолок, он всё ещё боялся закрыть глаза и снова очнуться на том кладбище в лапах безумного маньяка. Гарри сидел на кровати и молча смотрел на него.

– Почему ты не сказал правду? Зачем соврал? – наконец спросил он.

Драко долго молчал и Гарри уже было подумал, что тот заснул.

– Он убьёт отца и маму. Если усомнится… Неужели ты так ничего и не понял, Поттер?! У отца не было выбора! Ты же слышал, что Темный Лорд собирается сделать с неверными, думаешь, отец не знал этого?

– А теперь сделает твой отец! – выкрикнул Гарри и осёкся, понимая, что тот мог быть уже мёртв.

– Да, ради нас с мамой отец пойдёт на всё!

Гарри казалось, что Драко больше убеждает себя, чем его, да Гарри и убеждать было не в чем, его отец также пришёл на зов Лорда на помощь сыну.

– Я ничего не сказал и не скажу! – со злостью выплюнул Малфой. – И не смей болтать о моём отце, ясно тебе!

За дверью послышались шаги, и дверь распахнула мадам Помфри.

– Вы что здесь устроили? Только драк в больничном крыле мне не хватало! А ну, живо! – она подошла к ним и взяла с тумбочек два пузырька с зельями. – Пейте!

Может, отец вернулся, может, мадам Помфри что-то знает, если он обращался за помощью. Гарри замотал головой, уворачиваясь от пузырька с сонным зельем, но все вопросы так и остались не заданными, застряв жгучим комом в горле, едва Люмус, зажжённый на конце палочки мадам Помфри, осветил её. Длинный махровый халат, накинутый прямо поверх пижамы, и заспанный вид говорили красноречивее любых слов – больше в больничное крыло никто не обращался.

Осознание всего ужаса произошедшего обрушилось на плечи Гарри неподъёмным грузом. Всё из-за него! Это он во всём виноват! Почему не послушался Малфоя и не свернул, наверняка финальный свисток раздался бы через секунду. Если бы он не поймал снитч, Волдеморт не вернулся бы. Из-за него чуть не погиб друг, возможно, мёртв его отец, и Гарри не знает, что с его собственным отцом. Он не хотел, чтобы, защищая его, снова гибли люди. Слёзы, готовые вот-вот пролиться наружу, жгли глаза, и Гарри, сдерживаясь из последних сил, старался не взвыть от отчаяния.

– Выпейте, мистер Поттер, вам нужно отдохнуть, – как-то очень по-доброму произнесла мадам Помфри, поднесла флакон к его губам и погладила по голове.

Гарри глотнул и почувствовал, как против воли, снова проваливается в сон.

Проснулся он от скрежета ширмы по каменному полу. Паркинсон, зло глянув на него, отгородила кровать Драко и скрылась из виду. О чём они говорили, Гарри не слышал, да и не хотел, лишь что-то горькое кольнуло в груди – Панси здесь с Драко, а он снова один, ни Джинни, ни друзей, хотя они обещали…

Вскоре мадам Помфри принесла им на завтрак овсянку.

– Уверяю вас, мисс Паркинсон, мистер Малфой вполне может есть сам, нечего здесь сидеть, идите лучше позавтракайте… Потом снова сможете прийти, – немного смягчилась она.

Панси откатила ширму назад и подошла к Гарри, смотря на него так, будто собирается придушить подушкой. Гарри прикинул, как быстро он сможет дотянуться до палочки, лежащей на краю его тумбочки, если она и правда соберётся так поступить.

Быстро склонившись над ним, Панси что-то сунула Гарри в руку и, вскинув подбородок, гордо удалилась. В недоумении Гарри развернул небольшой бумажный пакетик, внутри которого обнаружил имбирное печенье с орехами и изюмом, кекс с сухофруктами и кусок яблочного штруделя с корицей.

– Отравлено? – моргнув пару раз для уверенности, спросил он у Малфоя.

– Нет, – покачал головой Драко, и Гарри увидел, что у того снова есть ухо, всё ещё розовое из-за молодой кожи и пока больше походившее на эльфийское, но оно есть.

– Тогда что? – спросил он, сдерживая улыбку.

– Думаю, «спасибо», – пожал плечами Малфой. – Мама прислала. Всё повкуснее овсянки, – кивнул он на тарелку с кашей, стоящую на тумбочке Гарри, и развернул принесенное Панси письмо.

Гарри сглотнул, следя за выражением его лица.

– Что там? – спросил он.

– Не твое дело, – снова похолодел Малфой, сжимая письмо в руке.

Боясь самого худшего, Гарри всё же решился заговорить.

– Послушай, ты должен знать, это твой отец дал мне время схватить снитч и вернуть нас сюда. Что бы я о нём не думал, мне…, – он замялся, подбирая слова, – … мне…

– Он жив, не старайся, Поттер, плох, но жив, – Драко подбросил письмо вверх и оно вспыхнув за секунду сгорело не оставив даже пепла.

– Значит Паркинсон ты правду рассказал? – сменил тему Гарри, откусывая ароматный штрудель.

За дверью послышались голоса друзей и Гарри, не желая отдавать сладости Рону, спрятал их под подушку. Малфой хмыкнул и отвернулся.

Первой в больничное крыло влетела Джинни, она села на край кровати Гарри со смесью страха, заботы и ещё чего-то, столь щемящего грудь, во что Гарри так боялся поверить, заглянула в глаза, и это ему захотелось утешить и успокоить её. Гарри взял Джинни за руку, и, не выдержав, она крепко обняла его.

– Гарри, Бог мой, Гарри…, – а потом... потом Джинни его поцеловала…

Время замерло, остановилось и исчезло. Пропали все немые свидетели этой сцены, Гарри казалось, он парит над облаками, словно птица, широко распахнув крылья от счастья, несколько секунд, лет, а может веков.

– Кхе-кхе, мы вам не мешаем? – настойчиво поинтересовался Рон.

Гарри слегка отстранился, по-прежнему крепко удерживая Джинни в объятиях, и улыбнулся ей, шепнув «люблю» одними губами. Джинни улыбнулась в ответ и прижалась щекой к его плечу. Вдвоем они молча смотрели на Рона, и тому ничего не оставалось, как криво улыбнуться и махнуть рукой. Да, он и против-то не был.

Рон демонстративно разгородил ширмой кровати Гарри и Малфоя и уселся на стул рядом с постелью друга. Гермиона посмотрела на тарелку с остывшей овсянкой, заклинанием уничтожила её содержимое, и выложила на тумбочку перед Гарри всё самое вкусное, что было на завтраке. Порция оказалось внушительной и явно не рассчитанной на одного человека.

– Поешь, – предложила Джинни, протягивая ему самую пышную ватрушку с клубничным повидлом.

Какое-то время они сидели молча без слов понимая друг друга. Одного взгляда на друзей хватило Гарри, чтобы понять – они всё знают, знают и не расспрашивают, не заставляют переживать заново этот кошмар.

Рядом с любимой девушкой, Роном, Гермионой и недовольно сопящим за ширмой Малфоем становилось легче, Гарри чувствовал, как тиски, накрепко сковавшие сердце, медленно разжимаются, все события вчерашнего дня начинали казаться страшным сном, от которого Гарри понемногу просыпался, лишь один вопрос по прежнему не давал покоя – что с отцом? Поэтому, когда после обеда мадам Помфри убедившись, что с ним все в порядке, отпустила его, Гарри, не замечая косых настороженных взглядов, спустился в подземелье.

– Войдите, – услышал он привычный холодный ответ на стук в дверь и, не выдержав, влетел внутрь.

Честно говоря, Гарри ожидал любого приёма, но только не такого. Снейп сидел за столом, склонившись над кипой бумаг. Подняв ледяной взгляд на ввалившегося в кабинет Гарри, он лишь достал из ящика стола Карту Мародеров, положил её на край стола, и, жестом указав, мол, забирай и проваливай, снова склонился над бумагами.

– Пап? – неуверенно произнес Гарри, замерев на пороге. – Пап? – он подошел ближе и только сейчас заметил, как серебристые нити седины, словно паутинки, вплетенные в чёрную смоль волос отца, окутали всю его голову. Он понял… всё понял… без слов… – Пап? Я… я…

– Что?! Чуть не погиб?! – разъярённый Снейп вскочил из-за стола, с каждым словом надвигаясь на него чёрной грозовой тучей. – Из-за тебя…, – задыхаясь от возмущения, сорвался на крик, – из-за тебя…

В голове Гарри крутились сотни вариантов продолжения фразы: Волдеморт возродился, чуть не погибли люди, мне пришлось рисковать жизнью, Тёмный Лорд снова станет править миром, сея вокруг смерть… и, с каждой новой мыслью груз вины на плечах Гарри увеличивался стократно, вот-вот грозясь придавить тело к земле. – Я не хотел… я не хотел всего этого – замотал головой Гарри.

Осознав, что он говорит, Снейп замолчал, схватил его за плечи и крепко прижал к себе.

– Глупый, глупый ты мальчишка, ты не виноват ни в чём, слышишь, ты всего лишь ребёнок. Мы виноваты, это мы просмотрели, мы настолько верили в сумасшествие Грюма, что всё списывали ему с рук. Из-за тебя, вчера я чуть не умер, лишь представив себе, что могу потерять сына. Это всё, что я хотел сказать пять минут назад, – Северус отстранил его от себя и заглянул прямо в глаза. – Ты должен знать, я твой отец, и всегда буду рядом, что бы ни случилось. Просто помни об этом. Ты всего лишь ребёнок и ничего никому не должен.

Все столь долгое время сдерживаемые эмоции вырвались наружу, Гарри уткнулся в плечо отца, чувствуя, как по щекам текут горячие слёзы. Северус крепко обнимал сына, ощущая, как вздрагивают его плечи. Мальчишка! Что может требовать весь мир от пятнадцатилетнего подростка? Поттер жив! Жив… и ему не придётся хоронить сына… Северус почувствовал, как защипало глаза, и запрокинул голову вверх. “Карта, чёртова карта”, – пытаясь отвлечься от страшных мыслей, вспомнил Северус, – “да, за что его ругать? Наверняка решил – узнаю, не верну”.

И, лишь когда Поттер окончательно пришёл в себя, напоследок совершенно по-детски шмыгнув носом, Северус отпустил его и, призвав стакан с водой, капнул туда пару капель успокаивающего зелья… – “не помешает”, – отдал Гарри и, вернувшись к столу, взял в руки карту.

– Оставлю её у себя и, поскольку теперь мне известно, что это, не советую бродить по ночам. Я в любой момент смогу узнать, где ты.

Гарри молча кивнул, карта сейчас волновала его меньше всего.

– Драко ещё не выписали? – сменил тему Снейп. – Мне нужно сообщить его родителям о состоянии их сына, – совершенно спокойным тоном, будто и не было вчерашнего дня, будто Люциус не видел всё собственными глазами, сообщил Снейп собираясь идти в больничное крыло.

– Но…

– Под маской не видно эмоций, Гарри, и это ошибка Тёмного Лорда. Он уверен, что, кроме благоговейного страха перед ним, его слуги не способны ничего испытывать. Полагаю, в том, что это не так, ты сам вчера убедился.

– Но он не пытался... только в самом конце…

– Люциус помог сыну, когда реально мог это сделать. Встань он на его защиту раньше, обрёк бы на верную смерть обоих, и он это хорошо понимал, не сомневайся. Люциус больше всего на свете любит три вещи: свою семью, власть и деньги. Поверь мне, он ещё извлечет выгоду из произошедшего, как только оклемается.

Глава 22


Глава 25

Не замечать настороженные взгляды, шепотки и смешки за спиной с каждым днём становилось для Гарри всё труднее. Часть студентов Хогвартса попросту опасалась его, большинство же снова насмехалось, крутя пальцем у виска при встрече. Свободное время Гарри старался проводить либо с друзьями вне стен замка, либо с отцом в лаборатории или делая уроки в его кабинете подальше от посторонних глаз. Сириус приехал всего раз, хотя Гарри очень рассчитывал на поддержку крёстного, но того, похоже, больше интересовали дела с Дамблдором. Пробыл он с Гарри совсем недолго, похлопав по плечу на прощанье: «Весь в отца, Джеймс тоже жизнью рисковал ради врага. Я бы не стал. Было бы кого спасать, Гарри, поделом и досталось пожирательскому отпрыску».

Новостей об убийствах, чего так боялся Гарри, не поступало, но, по правде говоря, лично для него вообще никаких вестей не поступало. Друзья заверяли его, что пока всё спокойно, а Сириус, сколько ни просил его Гарри, так и не прислал ни одной газеты. Жизнь продолжалась, словно ничего не изменилось для всех, кроме него. Сейчас здесь, на берегу Чёрного озера под раскидистой ивой, Гарри чувствовал это особо остро.

Рон, раскинув руки в стороны, катал на плечах Лаванду, изображая полёт старенького фордика, на котором они два года назад прилетели в школу, Гермиона широко улыбалась Виктору, воздвигающему из песка уменьшенную копию Дурмстранга, изредка с тревогой поглядывая на Гарри, когда Крам вновь заводил разговоры о своих победах на различных соревнованиях. Джинни перебирала непослушные волосы Гарри, лежавшего у неё на коленях, пытаясь придать им более ухоженный вид, и посмеивалась, снова взъерошивая их, понимая бесполезность своего занятия. А где-то там, в подземельях Хогвартса, в гостиной Слизерина верные вассалы Кребб и Гойл, окружившие после выписки Малфоя вниманием с удвоенным рвением, вот уже неделю с благоговеньем таращились на его ухо, будто оно принадлежит не Малфою, а самому Волдеморту. А, может, они и правда так думали. Ожидая от своего сюзерена очередного высокомерного заявления «Придурочный Поттер, лучше бы оставил меня там, уж мы бы с отцом…».

Вот, только Гарри знал – изменилось всё, окончательно и бесповоротно. Друзья не упоминали в разговорах ничего, что могло бы напомнить ему о Волдеморте, будто ничего и не случилось, но это не так, Гарри не раз замечал, как бледнеет Лаванда от любой случайно оброненной им фразы, как темнеет при этом лицо друга, как Гермиона не раз отнимала у Крама газеты и прятала их в сумку при его появлении, как всё чаще хмурит брови Паркинсон, слушая разговоры друзей, и как снова с ненавистью смотрит на него теперь уже, кажется, бывший друг, которого Гарри потерял по собственной глупости.

***

Всё случилось через пару дней после выписки. Гарри, погружённый в свои мысли, шёл к отцу и потому не сразу заметил возле одной из колонн, сжавшего от ярости кулаки Малфоя. Казалось, тот собирался проучить невидимого пока Гарри противника, даже не применяя магии. Не представляя, что могло так разозлить только что выписанного из больничного крыла друга, Гарри бросился вперёд и увидел худенькое дрожащее тельце вжавшегося в стену домовика.

– … Добби виноват, очень виноват, Драко Малфой, сэр. Добби…

– Не смей, Малфой! – рявкнул Гарри, заслоняя собой домовика. – Уходи, Добби!

– Гарри Поттер так милостив, – снова залепетал дрожащим голосом эльф, – но Гарри Поттер не знает…

– Я сказал, уходи, Добби, потом поговорим.

И домовик исчез, оставив их с Малфоем вдвоём.

– Принялся за старое, Малфой?

– Да, он ещё не то заслужил, Поттер! Чтоб ты знал…

– Добби свободен, ясно?! Я не позволю его обижать! – перебил его Гарри, начиная не на шутку злиться. Не ожидал он от Малфоя такой подлости. – Смотрю, быстро же ты всё забыл! Может, и к дружкам старым хочешь вернуться, продолжить дело отца?! А, может, и правда стоило оставить тебя там?! – с гневом выпалил он, понимая, что несёт, но остановиться уже не мог, злость внутри закипала всё сильней, будто кто-то подлил бензина в огонь.

– Тебя забыл спросить! И не много ли ты на себя берёшь, Поттер, или и вправду героем себя возомнил, так, может, напомнить, как ты сбежал?! Не смей упоминать моего отца, если бы не он, Тёмный Лорд раздавил бы тебя как букашку, Поттер! Подожди, он наберет силу, прежние времена вернуться, и тогда грязнокровкам конец. Можешь попрощаться со своей заучкой, если не заставишь её бросить школу и навсегда убраться к маглам, где ей, по-моему, самое место!

Этого Гарри уже вынести не смог, он схватил Малфоя за отвороты мантии и с силой тряхнул.

– Не смей угрожать моим друзьям, ясно тебе?! Дамблдор никогда не допустит этого, и, видимо, он прав, ты уже выбрал свою дорогу, в таком случае нам больше не по пути! – Как он мог, ведь Гарри и правда доверял ему, считал своим другом, а всё оказалось ложью, Малфой просто выжидал время, чтобы подобраться поближе и ударить побольнее.

– Да, ты ещё глупее, Поттер, чем этот старый дурак, – оскалился Драко, пытаясь сбросить с себя руки Поттера, но тот держал крепко. – Я никому не угрожаю, придурок, я предупреждаю, но ты слишком туп, чтобы это понять! А если так, то и я не собираюсь больше с тобой общаться, свали с дороги и больше никогда не стой у меня на пути!

– Что здесь происходит? – Снейп появился словно из ниоткуда и, скрестив руки на груди, грозно смотрел на ссорящихся парней. – Никак не уймётесь, Поттер? Десять баллов с Гриффиндора, следуйте за мной и не надейтесь, что это сойдёт вам с рук. Вы свободны, Драко.

Раздосадованный и возмущённый несправедливостью отца Гарри поплёлся за ним, а Малфой, с ненавистью глянув ему вслед, озлобленно фыркнул и ушёл прочь.

– Не думай, что я стану постоянно прикрывать твои выходки, – грозно заявил Снейп, захлопывая за ними дверь кабинета. – С какой стати ты на него набросился?

Гарри насупился и упрямо молчал, от обиды не глядя на отца.

– Поттер, не заставляй меня лезть к тебе в голову, я всё равно узнаю правду.

– Что?! – возмущенно выкрикнул Гарри. – Я всего лишь хотел защитить Добби! И, знаешь что, я думал, мы друзья, думал, это по-настоящему, а он... Да, он избить Добби собирался и Гермиону обозвал! Ты же слышал, что он говорил про Волдеморта…

– Уймись, отрезал Снейп. – Пора бы научиться держать себя в руках и думать мозгами, а не эмоциями. Избить, говоришь? – словно не слыша второй части пламенной речи Гарри, переспросил он.

– Да, палочки у него не было, – ответил Гарри, вспоминая, что палочки у Драко вообще нет, она осталась у Крауча. – А как же он теперь без неё? – невольно спросил он.

– Купит вечером новую. Добби – это тот самый…

– Да, а он – мой друг, хотя раньше у них служил.

– Добби! – громко позвал Снейп, и перед ними с хлопком возник трясущийся эльф. – Я не потерплю лжи, Поттер, даже от…

– Гарри Поттер, такой добрый, такой благородный, – перебил его эльф, пряча лицо в ладошках. – Гарри Поттер заступился за Добби, но Добби не заслужил этого. Добби – плохой эльф. Добби сделал ужасную вещь.

– А ну, тихо! – приказал Снейп. – Обрати внимание, как он здесь появился, это на тот случай, если ты не помнишь прошлого раза. Трансгрессия, Поттер. Так, вот, по твоей же милости этот домовик больше не принадлежит семье Малфоев, и я не вижу причин не сделать этого. Как ты сам сказал, палочки у Драко не было, а значит и какой-то неизвестной магией или, что там ещё придёт в твою голову, Драко его удерживать не мог, – развёл руки в стороны Снейп, как бы объявляя о полном раскрытии лжи Гарри.

– Добби не хотел трансгрессировать. Добби заслужил наказание, – снова завопил домовик, и Снейп перевёл на него взгляд, прищуриваясь.

– А ну, рассказывай, в чём провинился, – добавил он ледяным тоном, доставая палочку из кармана мантии.

– Добби не может, Добби уже сознался профессору Дамблдору, и он велел Добби молчать, профессор хороший, добрый, совсем не наказал Добби, лишь туалеты послал чистить, а Добби работы не боится, он в мэноре и не такое делал.

– Дамблдору? – переспросил Гарри. – А Малфой здесь при чём? Ты о чём-то проговорился Дамблдору, и за это Малфой собирался тебя избить, Добби, не молчи!

– Нет, нет, нет, Добби плохой, Добби ужасный эльф, Добби заслужил наказание! Драко Малфой всё узнал из письма матери и попросил Добби найти… – домовик совсем разрыдался, – … плохого эльфа, а Добби не смог соврать бывшему молодому хозяину. Добби сознался и должен был быть наказан! – слезы размером с крыжовник, градом потекли из глаз домовика, то и дело он всхлипывал, прерывая свой рассказ.

– Так, это ты?! – Снейп взмахнул палочкой, направляя её на скукожившегося на полу в комочек домовика. Ещё той ночью, когда Крауч хвастал, как ловко обвел вокруг пальца полусвихнувшегося на любви к Гарри Поттеру эльфа, Северус ясно представлял, что сделает с ним, когда найдёт, и вот… Страх за сына перерос в бешеную ярость к повинному в его страданиях существу…

– Отец, не надо! – в отчаянии выкрикнул Гарри, загораживая собой Добби. – Да, в чём дело, в конце концов?

– В чём дело? – взревел Снейп. – Ты спрашиваешь, в чём дело?! Твой друг! Так ты его назвал? – он отодвинул Гарри и ткнул палочкой в тихо всхлипывающего домовика. – Снитч зачаровал, чтобы его поймал именно ты.

Эльф на полу забился в рыданиях сильнее.

– Это правда? Добби, но почему? – будто пыльным мешком ухнуло Гарри по голове Поражённый, обескураженный ещё одним предательством, он отступил на шаг, отказываясь верить собственным ушам.

– Добби не знал, Добби хотел помочь Гарри Поттеру, Добби видел, как Гарри Поттер хотел сыграть со сборной одного из чемпионов. Добби слышал разговор профессора Грюма с директором Дамблдором. Профессор Грюм говорил, что Гарри Поттер расстроен из-за турнира, а победа доставит Гарри Поттеру радость, но профессор Дамблдор отказался помочь Гарри Поттеру, и тогда Добби сам нашёл профессора Грюма и предложил помощь. Добби умеет зачаровывать мячи, Добби уже делал это…

– Бладжер… на втором курсе, – растерянно пояснил Гарри Снейпу. – И вход на платформу… тоже он… помочь хотел, чтобы я в Хогвартс не вернулся и жив остался,… а мы с Роном на фордике…

– Добби только хотел порадовать Гарри Поттера, Добби ничего не знал!

Жалость к несчастному домовику победила, и Гарри, наклонившись, погладил его по голове. – Всё прошло, Добби, мы живы, ты не виноват, он бы всё равно нашёл способ… Я не позволю Малфою тебя обижать, не бойся, но и ты пообещай никогда больше не помогать мне, если я сам не попрошу тебя об этом. Обещаешь?

– Гарри Поттер, простил Добби, Гарри Поттер, так милостив. Добби обязательно расскажет об этом Драко Малфою и он тоже его простит…

– Добби, зачем? Ты же говорил, что ненавидишь своих бывших хозяев.

– А затем, – пояснил Снейп, – что эта маленькая пакость далеко не всех своих хозяев ненавидит. Так?

– Драко Малфой никогда не обижал Добби, грозился оттаскать за уши по всему мэнору, а пару раз даже бросить псам на растерзание, но никогда своих угроз не исполнял и не заставлял самого себя наказывать, в отличие от его отца, – эльф невольно содрогнулся от воспоминаний. – Добби совсем не ненавидит бывшего маленького хозяина, Добби читал ему на ночь сказки…

– Но ты, почему ты мне раньше ничего не говорил? – немного ошарашенный Гарри поспешил задать вопрос, чтобы прервать поток воспоминаний.

– А он не мог. К твоему сведению, Поттер, эльфы вообще ничего не могут без приказа хозяина, даже дом покинуть…

– Но Добби смог…

– Думай, Поттер, хоть раз пораскинь мозгами сам. На что они тебе, если ты ими не пользуешься?

– Драко? Тебя Драко послал, Добби? – поражённый своей, казалось, безумной догадкой спросил Гарри.

– Добби не скажет, Добби больше ничего не скажет, а профессор, варящий зелья, не должен выдавать тайны бывшего юного хозяина! – внезапно ощетинился эльф и, взглянув на Гарри, добавил. – Гарри Поттер не должен называть этого профессора отцом! Он злой, Добби не раз видел его в гостях у бывшего хозяина.

– Добби, послушай, это тайна, очень большая тайна. Я его сын… э… приёмный. Это правда, Добби. Если ты и правда считаешь меня другом, ты никому никогда не скажешь об этом, – взмолился Гарри.

– Гарри Поттер по-прежнему друг Добби, это большая радость для Добби, сэр. Добби умеет хранить тайны, если кое-кто, – он зло глянул на Снейпа, – их не выдаст. Добби унесёт с собой эту тайну в могилу, Добби обещает, Добби так рад, что у Гарри Поттера есть родной человек, пусть и такой мерзкий, как этот профессор, – ядовито прибавил он. – Добби обещает выполнить всё, о чём просил его Гарри Поттер! – воскликнул эльф и исчез.

С тех пор Драко с ним больше не разговаривал, полностью игнорируя любые попытки Гарри извиниться, постепенно превращаясь в прежнего высокомерного надменного Малфоя, достойного наследника своего отца. Вот, только Гарри теперь точно знал, что это не так, и совершенно не представлял, как с ним помириться. Неудивительно, что Малфой отвернулся от него, Гарри ведь мог выслушать друга, если и правда, по собственным заверениям, считал его другом. Конечно, обидеть Добби, он всё равно бы не позволил, но и не наговорил бы столько гадостей Малфою. Мучаясь угрызениями совести, Гарри в конце концов твердо решил извиниться на Зельеварении, ведь сидят они вместе, а значит Малфою некуда будет деться и так или иначе придётся его выслушать.

***

Время обеденного перерыва подходило к концу, Гарри потянулся и, поднявшись, протянул руку Джинни, помогая встать. Крам уничтожил свои постройки, закинул сумку Гермионы на плечо, и вся компания направилась в замок. Рон с Лавандой убежали вперёд, и, ненадолго распрощавшись с Джинни и Виктором в холле, Гарри с Гермионой поспешили за вслед за друзьями на Зельеварение.

Гарри уселся на своё место, виновато поглядывая на раздраженно подготавливающего свое рабочее место Малфоя.

– Сегодня работаем в паре, – громко объявил Снейп, заходя в класс. – Советую сосредоточиться, Умострильное зелье повлияет на допуск к экзамену. Приступайте.

Северус склонился над своими записями, изредка посматривая на вереницу студентов, выстроившихся за ингредиентами и вспоминая последнюю беседу с Дамблдором. Директор просил его присмотреть за Драко, считая, что тот может утянуть за собой Гарри. «Мальчик ещё так наивен, хорошо, что они поссорились, Северус, нельзя допускать их дальнейшего сближения». Снейп считал иначе. «У мальчишки есть характер, – думал он, глядя на Драко. – Одно дело – помочь другу избежать участия в смертельно опасном турнире, хотя... – Северус глянул на Рона, – и на это не у всех мозгов хватает, и совершенно другое – попытаться помочь недругу. Пусть неумело, глупо и по-детски, но ведь пойти поперёк планов собственного отца. Что ж, возможно, Драко не такой трус, как я думал. У мальчишки есть свое мнение, – ничего плохого в этой дружбе Северус не видел, во всяком случае, пока. – Да, и Люциус ни за что и никому не забудет истязаний сына, не говоря уже о Нарциссе, на этом можно будет сыграть в своё время…» – Снейп поймал благодарный взгляд сына и едва заметно кивнул в ответ.

Гарри взял пузырёк со слизью броненосца и приготовился отмерить ровно сто пятьдесят миллилитров для зелья. Драко только хмыкнул в ответ и потянулся за сушёными скарабеями.

– Хватит дуться, Малфой, не один я виноват, ты тоже… Гермиону обозвал… и вообще…

– Собираюсь помогать Тёмному Лорду, – прошипел Драко, – у меня ведь ещё много частей тела, на каникулах предложу ему второе ухо, кажется, на нос одного не хватило… – голос у него дрогнул, не смотря на показную браваду.

– Я так не считаю. Ясно!? – Гарри стукнул о стол флаконом, отчего несколько капель вылилось из него. Почему-то его вдруг развеселило это, и, не сдержавшись, Гарри прыснул от смеха, потирая ладонью давший о себе знать шрам.

– Голову лечи, Поттер, – отвернулся от него Драко.

– Шрам…

– И что? Ты только заметил, что он у тебя есть? Надо же, а я с первого курса тебе постоянно намекал…

– Очень смешно… хотя, и правда, смешно… значит, мир? Ты – мой друг, я – твой друг, – принялся напевать Гарри, чувствуя какой-то необычайный подъём настроения, совершенно не связанный с происходящим, да, и шрам всё ещё подёргивало.

– Перестать ржать, Поттер. Да, дементор с тобой, всё равно не отвяжешься. Или ты поумнел, тогда тебе, и правда, лучше держаться со мной, когда отца назначат инспектором Хогвартса.

– Что? Каким инспектором?

– Ты «Пророк» не читаешь? Твои дружки меня разочаровывают. Я то думал, вы там планы возмездия строите.

– О чём ты? Я… да, меня просто достало, что все тычут пальцем, не очень приятно, знаешь ли.

– Ну, я дам почитать после урока, тебе понравится… кидай улиток, пока зелье не испортил, – Драко склонился над котлом и больше с ним не разговаривал.

Едва поставив на стол Снейпу своё зелье, Гарри вылетел из класса и накинулся на друзей с расспросами.

– Почему вы ничего мне не говорили, что за бред нёс Малфой? Какой инспектор Хогвартса?

– Мерзкий паразит, надо было бросить его там, Гарри, – со злостью выпалил Рон и, получив в ответ подзатыльник от Гермионы и испуганный всхлип «Ты опять, Рон» от Лаванды, умолк, недовольно нахмурив брови.

– Дамблдор… – начала Гермиона.

– Этого старика скоро уволят, – послышался сзади надменный голос Малфоя. – На, Поттер, почитай. Надеюсь, сам справишься, не зря же очки нацепил.

Панси достала из сумки газету и с ядовитой ухмылкой протянула ему.

«Крауч осуждён за укрывание беглого пожирателя смерти. Кто преподаёт в школе чародейства и волшебства Хогвартс? Героическое спасение Люциусом Малфоем сына и его однокурсника, знаменитого Гарри Поттера. Семья Малфоев назначила вознаграждение за поимку сбежавшего из Азкабана Барти Крауча младшего. Гарри Поттер с испугу перепутал Пожирателя Смерти с Сами-Знаете-Кем или кто-то надоумил его соврать? Министерство опровергает заявление Альбуса Дамблдора о возрождении Сами-Знаете-Кого. Дамблдор хочет занять место министра или сошёл с ума! Министерством принято решение назначить проверку в школе чародейства и волшебства Хогвартс. В скором времени мы узнаем имя инспектора, не пропустите!» Быстро пробежался взглядом по заголовкам Гарри.

– Героическое спасение? Вознаграждение? О чём они?

– Дамблдор просил нас поберечь тебя… – неловко заговорила Гермиона.

– Я давно хотел всё рассказать, – возразил Рон. – Этот негодяй заявил, что спас вас, вступив в бой с Краучем, поэтому вам удалось бежать. Будто фамильный перстень Малфоя как-то там зачарован… и предупредил его об опасности, грозящей сыну! – явно подражающий манере цитировать учебники рассказывал Рон. – Ну, в общем, с его помощью он вас и нашёл. Теперь новый герой, прям.

– А…

– Всё очень просто, Гарри, – продолжила Гермиона по пути на Трансфигурацию, – Крауч, оставшись верен Волдеморту, решил отомстить тебе за его гибель, а Малфой пострадал из-за лютой ненависти верного слуги к предавшим Тёмного Лорда Пожирателям. Дамблдор всем заявил открыто о возрождении Волдеморта, но ему не верят, боятся. Министерство уцепилось за побег Крауча и лелеет версию Малфоя, слишком уж складно звучит.

– Но это бред! – возмутился Гарри.

– Да, но люди в это верят, тем более, Волдеморт затаился…

– Почему?

– Отец считает, он возвращает бывших сторонников, – вмешался Рон. – Но и Дамблдор не бездействует, Билл писал, что возвращается из Египта, и Чарли из Румынии, они хотят помогать… только маме не проболтайся, - понизил голос до шёпота Рон, – она уже извелась вся.

– Почему Дамблдор мне ничего не сказал, или он не доверяет мне? – «Ну, конечно, я же дружу с Малфоем».

– Нет, нет, Гарри, он просто хотел…

– Я не пойду на Трансфигурацию, скажите МакГонагалл… придумайте что-нибудь! – Гарри набросил на плечи мантию-невидимку и побежал обратно.

– Гарри!

Но он даже не обернулся.

***

– Почему ты мне ничего не сказал?! – влетев в класс, Гарри бросил на стол перед Снейпом смятую газету.

Северус перевёл взгляд с неё на сына и швырнул в дверь запирающее заклятье.

– Я говорил, что Люциус обернёт ситуацию в выигрышную для себя сторону…

– А Дамблдор, он, что, больше не доверяет мне?! Он считает меня предателем таким, как Петтигрю?! – всё больше выходил из себя Гарри, срываясь на крик.

– Нет! – отрезал Снейп. – Дамблдор всего лишь считает вашу дружбу опасной, и хотя я в этом не уверен, учитывая последние события, всё же болтать ему лишнего не стоит. И перестань орать, ведешь себя как младенец, у которого отнимают шоколадную лягушку. Ты несдержан, упрям и слишком безрассуден. Учись контролировать себя!

– Это здесь ни при чём! Дамблдор собирает армию, а мне ничего не сказал!

– Потому что тебя это не касается.

– Не касается?! Да, Волдеморт меня похитил! Меня чуть не убил!

– Именно! Ты мальчишка! Совершенно глупый и неопытный… Обезъяз! – неожиданно выкрикнул он, направляя палочку на Гарри.

Язык Гарри прилип к нёбу, а не ожидавший этого Гарри остался растерянно стоять, махая руками и что-то мыча, не в силах произнести ни слова.

– Всё, ты мёртв, Поттер! Ты не в состоянии защитить себя даже от простейшего заклятья. Всё впустую, все уроки впустую! С кем ты собрался сражаться?! – выкрикнул Снейп в лицо Гарри, отменяя действие заклинания.

–Тогда научи меня, пап, я же не смогу всю жизнь прятаться!

Снейп вылетел из класса, а через пару минут вернулся с Драко.

– Готовьтесь! – приказал он обоим.



Глава 23


Глава 26

– Хватит! – приказал Снейп, останавливая очередную дуэль. – Развлекаетесь?! Не наигрались ещё? Как, позвольте спросить, это или это, – он ткнул пальцем в обоих парней по очереди, – сможет вам помочь? Рассчитываете насмешить противника до смерти? В таком случае, рекомендую применять ваши умения сразу к себе. Сидеть здесь тихо, пока я не вернусь, и можете забыть о пасхальных каникулах, оба! Сегодня же сообщу вашему отцу, Драко, и не сомневаюсь, он останется доволен этим известием, – саркастично прибавил Снейп и вышел из класса.
Малфой и Гарри разом рухнули на чудом уцелевшие стулья, обоих порядком утомил долгий поединок.
– Ну, спасибо тебе, Малфой, вижу плохо, зато слышу теперь отменно, – Гарри почесал длинное ослиное ухо и притянул его к лицу, стараясь получше рассмотреть.
– Кто бы жаловался, – отозвался Драко, тряся руками, надеясь, видимо, что это поможет стряхнуть с них лишние пальцы.
– На ужине сможешь есть за двоих, – усмехнулся Гарри. – Ох, я бы сейчас не отказался от парочки бутербродов, – мечтательно протянул он.
– Вот, и воспользуйся советом Снейпа, примени это к себе, а заодно и к Уизли, он будет в восторге, уверяю тебя, а я обойдусь, – вытянул руки вперед Малфой. – Я жду, Поттер.
– Фините Инктантатем, – взмахнул палочкой Гарри, возвращая им прежний вид.
Дверь распахнулась, с грохотом ударив о стену, и в класс шагнул профессор Грюм.
«Его же ещё не выписали» – пронеслось в голове у Гарри перед тем, как он вскочил с места, направляя палочку на профессора, стеклянный вращающийся глаз и деревянный протез вместо ноги, которых лишился настоящий Грюм, подтверждали его худшие опасения, да и в ужасе пятившийся к стене Малфой, не вызывал оптимизма. Грюм усмехнулся, глядя на Гарри, отчего его изрезанное шрамами лицо казалось ещё страшнее.
– Мило, право слово, Тёмный Лорд будет рад узнать, как вы здесь дружно ворковали, – приторно заявил он, направляя палочку на парней.
На размышления времени у Гарри не оставалось.
– Экспеллиармус! – выкрикнул он, опережая Грюма, кажется, решившего немного поиграть с жертвами, на этот раз Гарри так просто не сдастся.
Заклинание попало точно в цель, палочка вылетела из руки противника и упала на пол, но Грюм, лишь расхохотавшись над внезапной смелой атакой мальчишки, выхватил другую, бывшую палочку Малфоя.
– Инкарцеро!
– Диффиндо! Диффиндо! – заорал очнувшийся Драко, выглядывая из-за спины Гарри, палочка в руке дрожала, и он не был уверен, что заклинание сработает, но верёвки, не причинив им вреда, свалились грудой у стены за их спинами.
В этот момент лицо Грюма исказилось, начиная принимать истинный облик, и Гарри воспользовался секундной заминкой противника.
– Импедимента!
Крауча отбросило назад, хорошенько приложив головой о классную доску.
– Экспеллиармус! Ступ… – не успел Гарри закончить заклинание, как Крауч испарился, а на полу вместо него остался лежать непонятный предмет, напоминающий переливающийся всеми цветами радуги листок клевера размером с ладонь.
– Иллюзор? – тяжело дыша и слегка запинаясь, удивленно произнёс Малфой, оглядываясь на пустующее место, где недавно валялись веревки.
– Иллю… что?
– Иллюзор, – подтвердил Малфой, поднимая с пола листок и протягивая его Гарри. Наощупь тот оказался твёрдым и холодным, как металл.
– Весьма неплохо для первого раза, – вмешался появившийся в дверях Снейп. – Будь он настоящим, шансов у вас было бы куда меньше, надеюсь, это понятно. Пора учиться думать головой. Если вы не в состоянии делать это друг против друга, я попрошу друзей вашего отца, Драко, позаниматься с вами.
– Мы поняли, – раздражённо перебил его Малфой, видимо, идея Снейпа пришлась ему не по душе. Для надёжности он ещё и Гарри пнул, чтобы тот не вздумал открыть рта.
– Надеюсь. Каникулы через неделю, как я уже сказал, вы оба останетесь в Хогвартсе и продолжите обучение. Посмотрим, на что вы способны в воздухе. Гонять над полем за мячами – не такое уж большое достижение, но умение летать может очень пригодиться в воздушном бою. На первый раз хотя бы не свалитесь с метлы. Боюсь, запас Костероста у мадам Помфри подходит к концу, а у меня по вашей милости нет времени его пополнить. Жду обоих на поле для квиддича в следующий понедельник, можете быть свободны.
– А…? – хотел было что-то спросить Гарри, но Малфой быстро вытолкал его из класса.
– Я не понял, что это вообще такое было, – выспрашивал Гарри по дороге на ужин.
– Иллюзор – детская игрушка. У меня такой был, пока я не решил доказать отцу, что справлюсь с гоночной метлой. Иллюзия, Поттер, весьма материальная выходит, но кратковременная, моей метлы хватило минут на пять,… да… с отцом мне повезло, а с метлой – нет. А этот… – Малфой поёжился, – ну, что ты такой тупой, Поттер, ничего то ты не знаешь, не настоящий он… и заклинания его, и палочки тоже… Вот, не зря у тебя такие уши выросли, так и ходи с ними, сразу видно кто ты есть, лишних вопросов задавать не будут. Пожалуй, не стану их убирать, ты с ними естественней смотришься, – ухмыльнулся Драко.
– Ах, так? Естественней?! Естественней, говоришь! Я покажу тебе… – Гарри ловким движением обхватил Малфоя за шею и, удерживая его голову в крепком захвате подмышкой, пару раз повернулся кругом, заставляя Малфоя идти следом.
– Ладно, ладно, сдаюсь! – рассмеялся Драко, стараясь получше прицелится в уши. – Фините Инкантатем! Доволен? Отпусти уже!
Напоследок Гарри взъерошил старательно зачёсанные назад волосы Драко, делая его голову похожей на одуванчик. – Вот, теперь ты выглядишь естественно! – заключил он, и, отпустив друга, быстро скрылся за дверьми Большого зала.
«Мальчишки, Мерлин всемогущий, совсем ещё мальчишки» – тяжело вздохнул шедший за ними Северус. – Немедленно приведите себя в порядок, Драко, – велел он, заходя в зал.
Довольный собой Гарри плюхнулся на свободное место рядом с Джинни и, умирая с голоду, положил себе в тарелку огромную порцию жареной картошки, обильно полив ее томатным соусом.
– Вижу, вы в отличном настроении, мистер Поттер. Учитывая ваши успехи, не могу найти причин для столь бурной радости. Зайдите ко мне после ужина, – заявил Снейп, проходя мимо них к преподавательскому столу.
Рон в сердцах показал ему язык.
– Пять баллов с Гриффиндора, мистер Уизли, – не оборачиваясь, добавил Снейп.
– Неймётся ему что-ли, чего он к тебе прицепился как нюхлер к золоту? - нахмурился Рон.
Гарри пожал плечами и рассказал друзьям, что на каникулах он останется в Хогвартсе. Джинни заметно сникла.
– Мы хотели провести их все вместе у нас в «Норе». Мама приглашала. Рону даже почти удалось уговорить Гермиону позвать с собой Крама. Ой, не к той ревнует Лаванда, не к той… – усмехнулась она, пытаясь скрыть разочарование.
– Джинни, я… – Гарри не знал, что сказать, конечно, он бы с радостью провёл каникулы с друзьями, но… Гарри глянул на Рона, который, уже мечтая об игре с Крамом в «Норе», размахивал руками в красках описывая Лаванде финт Вронского в собственном исполнении. Идея позаимствовать у друга «Нимбус» на время каникул покинула голову Гарри, не успев толком обосноваться там, обрывать мечты Рона одним махом Гарри не хотелось.
– …я ничего не обещала, Рон, я лишь сказала, что спрошу у него, – попыталась донести истину до друга Гермиона, но тот даже не слушал её, продолжая выписывать пируэты руками.
– Я… – Гарри снова повернулся к Джинни, но выражение её лица вдруг сделалось крайне решительным.
– Знаешь, если и правда, как говорит Гермиона, эти занятия идут тебе на пользу, думаю, не стоит злить Снейпа. А я могу остаться здесь на каникулы, если хочешь, серьёзно, моего отсутствия они даже не заметят. КРАМ! – подняла руки к небу Джинни в притворном молитвенном жесте. – Крам, Крам, Крам, и так в голове жужжит от этой фамилии, боюсь, двух недель в одном доме с ним я просто не переживу.
– Ты лучше всех, – улыбнулся Гарри.
– Я знаю, не подлизывайся, – чмокнула его в нос Джинни и вытерла салфеткой соус с уголка рта.
Спускаясь после ужина в подземелья, Гарри гадал, на что опять разозлился отец, даже учиться в последнее время он стал лучше, ещё бы, с такой-то проверкой домашних заданий, от Гермионы хоть увильнуть можно было или списать… Змея на гербе Слизерина, зашипев, прервала его размышления. Обычно оставаясь безучастной к его появлению, если Гарри, стуча, случайно не попадал по ней, змея начала извиваться, едва он подошёл к двери и, повернув к нему свою острую морду, прошипела: «А, Поттер, проходи, чего встал». Дверь распахнулась сама, и Гарри, удивлённый неожиданным приёмом, зашёл внутрь. Отца в кабинете не оказалось. От нечего делать Гарри уселся за стол и, ожидая его прихода, принялся писать письмо Сириусу.
– Ты уже здесь, – вошёл в кабинет Снейп.
– Меня ваша змея пропустила, сама. Я её не просил, – зачем-то добавил Гарри. – А… да… змея… это же только я её понимаю… в следующий раз подожду снаружи, – уверил отца Гарри, откладывая перо.
– Змея здесь ни при чём, - отрезал Снейп. – Сама дверь зачарована пропускать тебя, если здесь нет посторонних. Ну, раз уж она, оказывается, так болтлива, думаю, и в таком случае ты не останешься в неведении, постучать, я полагаю, додумаешься…
– Пап, то есть я могу…
– Можешь, ты и так здесь всё время торчишь, не вижу особой разницы. Хоть делом займёшься, в гостиной твои книги справа, в остальные не советую совать нос, с ингредиентами то же самое, – Северус указал на небольшой стеллаж в углу, – практиковаться можешь на простейших зельях и без меня…
– В гостиной? – перебил его Гарри.
– Хочешь сказать, ты туда не заглядывал?
– Я письмо Сириусу писал, – возмутился Гарри.
Снейп подошёл к столу и склонился над пергаментом.
– Ты забыл написать о тирании и деспотизме злобного профессора, чтобы Блэк скорее явился сюда спасать крестника из лап бывшего пожирателя смерти, – усмехнулся он, глядя на готового возразить сына, – пошли, – махнул он рукой и открыл дверь.
В гостиной перед камином появились второе большое кожаное кресло, кофейный столик со стоящими на нём волшебным кофейником, самостоятельно варящим кофе по просьбе хозяина, и двумя кружками. На стеллажах, как и говорил отец, книги разделялись на две части. Тех, что справа, было значительно меньше, но, на взгляд Гарри, куда больше необходимого, вот, Гермиона бы точно обрадовалась такому богатству.
– Не советую пить кофе во время чтения…
Но Гарри уже не слушал отца, в углу, прислонённая к стене, стояла новенькая «МОЛНИЯ» с чёрной отполированной до блеска рукояткой и ещё не снятой магазинной биркой.
– Бери, – отмахнулся Снейп, – она твоя, всё равно тебя уже больше ничего не заинтересует.
–Отец! – неверяще воскликнул Гарри.
– Учиться на ползущей, как улитка, школьной метле смысла нет. Да, и игру со сборной Болгарии Дамблдор не отменял. Не советую уничтожать и её, сомневаюсь, что смогу купить ещё одну, но мой сын… – Снейп не успел договорить, Гарри крепко обнял его, надеясь передать всё, что чувствует, потому что выразить всё это словами, он просто не мог.
В ответ Северус растерянно потрепал сына по голове, в который раз обещая себе когда-нибудь состричь эти безобразные лохмы.
Возвращаясь в башню Гриффиндора, Гарри забежал в совятню отдать Букле письмо для крёстного. «Молнию» он завернул в мантию-невидимку, так и не придумав правдоподобного ответа на расспросы друзей, откуда она у него взялась, Гарри решил пока спрятать её, ну, а потом сказать, что Сириус подарил на пасху.
На всякий случай, Гарри подумывал выяснить у Гермионы, нет ли каких-нибудь заклинаний, останавливающих падение, провести все каникулы в больничном крыле, ой, как не хотелось.
***
На завтраке Рон весь изъёрзался от нетерпения, но больше у Гермионы ничего не спрашивал, накануне он так достал её вопросами, что она рассердилась и вообще передумала ехать в «Нору», Гарри с Джинни и Лавандой едва удалось их помирить.
– Ничего нового, – сухо сказала Гермиона, листая «Ежедневный Пророк». – Крауча по-прежнему не поймали, утверждают, что он сбежал из страны. Вас с Дамблдором... пожалуй, тебе лучше этого не читать… – поморщилась Гермиона. – Отец Малфоя по-прежнему герой, ты, как всегда, мальчик, жаждущий славы, Дамблдор сумасшедший. Это глупо. А ещё глупее те, кто в это верит.
– Большая часть Хогвартса в это верит, Гермиона, – обвёл взглядом зал Гарри.
– Это не говорит об их уме, – парировала подруга.
– Ещё новости есть? – не выдержал Рон.
– Кто будет инспектировать Хогвартс, пока не ясно, – проигнорировала его Гермиона. – Малфой больше ничего не говорил тебе, Гарри? Судя по всему, это и вправду может быть его отец, а тогда…
– Дамблдора уволят, – закончил за неё Гарри. – Нет, если бы его уже назначили, или Малфой что-то знал, он бы непременно похвастался.
– Ну, тебе, конечно, виднее, – Гермиона искоса посмотрела на него и отложила газету, – нам ничего не остаётся, кроме как ждать, на разум министерства надеяться не приходится, – с сожалением заключила она. – Да, и Виктор едет с нами, – между делом добавила Гермиона, принимаясь за завтрак.
Рон на радостях так долго сочинял письмо родителям, что они чуть не опоздали на Историю магии, а его сова успела хорошенько полакомиться овсяным печеньем.
Пока все тихо засыпали под монотонное повествование профессора Бинса, Гарри успел поговорить с Гермионой, и та обещала потренироваться с ним после занятий.
– Но, на чём ты будешь летать? – в недоумении спросила Гермиона.
– На школьной, – пожал плечами Гарри.
– У Малфоя «Нимбус», пожалуйста, не забывай об этом. Не думаю, что Снейп допустит падение, но всё же я бы не была настроена столь беспечно, знаешь, лучше действительно потренироваться.
До каникул оставалась пара дней, а Гарри так и не удавалось такое простое, по словам Гермионы, «Арресто Моментум». Он по-прежнему летел камнем вниз с нижней ветки многовекового дуба, посаженного позади хижины Хагрида, наверное, ещё основателями, прямо на грядки, вскопанные лесничим для посадки тыкв, правда, в последний момент Гермиона всё же останавливала падение.
– Я не поеду, – в конце концов заявила она. – Профессор Снейп не сможет запретить мне находится на стадионе, и в случае чего…
– Гермивона, – перебил её вот уже полчаса наблюдающий за ними Крам, – могу я помочь? Кажется, я понял, в чём проблема. Можно тебя на пару слов, Гарри? - твердо сказал он, уводя Гарри в сторону. – Не получается?
Гарри пожал плечами.
– Не очень.
– За дураков всех держишь? Не выйдет. Не позволю тебе пудрить её мозги. Решил сразу с двумя проиграться, местная знаменитость, – последние слова он произнес как отменное ругательство. – Знаешь, как у нас в Дурмстранге с такими поступают?
– Что?! Да, мы…
– Кажется, ты встречаешься с другой, или решил поразвлечься с Гермивоной, пока та к семье уедет? Пусть мне она отказала, но я слишком хорошо к ней отношусь и не позволю растоптать её чувства, – Крам закипал всё больше, наверняка готовясь задать Гарри хорошую трёпку.
– Рехнулся?! Мы с Гермионой просто друзья! – не выдержал Гарри. – Советую для начала выучить хотя бы её имя! Я не знаю, в кого она влюблена, но уж точно не в меня! А Джинни, Джинни у меня одна и, чтоб ты знал, домой она не поедет.
– Точно? – с подозрением спросил Крам, оглядываясь на Гермиону, но голос его стал спокойней.
– Да, - кивнул Гарри. – Послушай, не стоит ей всё время про квиддич рассказывать…
– Разберусь. Ладно… могу помочь с заклинанием, сам его так осваивал, – совсем смягчился Виктор.
– Хорошо, – воодушевился Гарри.
Вернувшись к злополучному дереву, Крам отодвинул Гермиону за спину и запретил ей помогать. После третьего падения у Гарри саднило ушибленное колено, и неприятно скрипели на зубах попавшие в рот песчинки, но Крам заставлял его снова лезть на дуб, не обращая внимания на протесты взволнованной Гермионы. На пятый раз Гарри завис над землей на пару секунд, а на седьмой заклинание сработало как надо, и он благополучно приземлился, встав на ноги.
– Готово! – самодовольно произнес Крам, хлопая Гарри по спине так сильно, что тот покачнулся.
– Да, только Гарри теперь нужно в больничное крыло, – осуждающе возразила Гермиона.
– Это ерунда, – отмахнулся Крам и залечил коленку одним взмахом палочки. – Если это все проблемы твоего друга, тогда можешь начинать собирать вещи… или…
Гермиона вопросительно посмотрела на Гарри, и он одобрительно кивнул ей в ответ – «справлюсь».
– Едем, – сказала она Виктору. – Иначе Рон перестанет со мной разговаривать до конца школы.
***
Распрощавшись с друзьями у дверей замка, Гарри с Джинни проводили вместе всё свободное время, приклеенные друг к другу, словно две сливочные тянучки. Как ни грозился Снейп, а всё же навёл над полем парящие чары, не позволяющие парням рухнуть на землю. Поняв это, Гарри с Драко довольно весело проводили время, к всё больше показному негодованию Снейпа. Гарри был бы абсолютно счастлив, если бы его настроение не омрачало то, что крёстный так и не ответил на его письмо. Либо тот обиделся, либо был чем-то настолько занят, что и вовсе позабыл про Гарри.



Глава 24


Глава 27

Первые апрельские дни выдались на редкость ясными и тёплыми для этого времени года.

– Протего! – отразил Гарри новую атаку Малфоя и взглянул на отца, с высоты наблюдавшего за ними, пытаясь угадать его настроение и раздумывая, с какой стороны возможно получше к нему подступиться, если он победит…



Ещё утром миссис Уизли прислала Гарри с Джинни корзинку разноцветных пасхальных яиц и испечённых ею сладостей, на дне которой Джинни нашла письмо и фотографию. Миссис Уизли поздравляла обоих с Пасхой и сообщала, что завтра за ними прибудет Артур, чтобы всем вместе отправиться в Хогсмид. Джинни очень обрадовалась, наверное, ей надоело сидеть в пустом замке, и, хихикнув, тихонько толкнула Гарри плечом, кивнув на прикреплённую фотографию. Рон с перевязанной рукой и огромной ссадиной на весь лоб и нос стоял в центре небольшой лесной полянки, предназначенной для игры в квиддич, недалеко от «Норы», гордо держа в другой руке уцелевший «Нимбус», видимо, после исполнения финта Вронского. Лаванда за его спиной прикрывала любимого от грозно смотрящей на него матери, восхищённо поглаживая по плечу. Джордж с Фредом от души потешались над братцем, мистер Уизли успокаивал жену, а Гермиона отчитывала Крама, то и дело качая головой, поглядывая на Рона, как на неразумного младенца. Немного в стороне Чарли, нахмурившись, о чём-то шептался с таким же серьезным и похожим на остальных Уизли огненно рыжим парнем, пока не знакомым Гарри.

– Билл и Чарли приехали, – радостно воскликнула Джинни, и от её возгласа люди на фотографии наконец заметили их и, бросив заниматься своими делами, приветственно замахали руками, только Крам остался безучастен к приветствию, обиженно глядя на Гермиону.

Обрадованная приездом братьев и скорой встречей с ними Джинни поспешила доделать отложенное на завтра эссе по трансфигурации, а Гарри пошел на квиддичное поле, надеясь только на то, что в этот раз отец не станет возражать, ведь пойдут-то они не одни…



Гарри резко взмыл вверх и, исполнив мёртвую петлю, оказался позади Малфоя:

– Конъюнктивитус!

– Мазила! – отозвался тот. – Депульсо! – пролетая как раз напротив солнца, Малфой не упустил шанса воспользоваться преимуществом.

Гарри ослепило.

– Протего! – Едва успел. Щит получился слабым, заклятье пробило его, снеся с носа очки. – Ну, держись! – практически наугад вскинул палочку Гарри и наслал на противника летучемышиный сглаз, разученный на днях с Джинни на её плюшевом мишке. Попал! Отбиваясь от облепивших голову летучих мышей, Малфой не удержался на метле и полетел вниз. Гарри победно вскинул руки. «Ну, теперь можно и с отцом поговорить…»

– Акцио «Молния»! – метла Гарри, подчиняясь приказу, устремилась вслед за Малфоем, а не ожидавший такого поворота Гарри камнем рухнул вниз.



Широко раскинув руки в стороны, Гарри лежал на спине в полуметре над землёй, покачиваясь на парящих чарах, как на морских волнах.

– Рано обрадовался, Поттер! – кружа над Гарри на его же метле, самодовольно заявил Малфой, прогоняя прочь последнюю летучую мышь, вьющуюся возле макушки. – Лови, неудачник! – спрыгнул он с «Молнии».

Метла звезданула Гарри прямо по переносице упором для ног из хвалёной гоблинской стали. Он почувствовал, как хрустнул нос, и, ахнув от боли, сел и схватился за лицо, ощущая, как потекла сквозь пальцы теплая кровь.

– Да, задери тебя уже кто-нибудь, Поттер, я не хотел! – стукнул себя по лбу присевший рядом Малфой и направил палочку на сломанную переносицу. – Да, убери ты руки! Хуже точно не будет, замри. Эпискей! Лучше?

– Вроде… – Боль прошла, Гарри ощупал ставшую снова прямой переносицу, кровь тоже остановилась. Для верности он пару раз шмыгнул носом, – лучше. Откуда ты его знаешь?

– Приходилось, – поморщился Малфой. – Я не…

Гарри почему-то вспомнился Добби и, хотя это и выглядело маловероятным, он посмотрел на друга другими глазами.

– Да, ладно, нос у меня слабый. В детстве любимым развлечением Дадли было хлопнуть по нему дверью, когда я выходил из чулана.

– И что твои, как их там, родственники…

– Да, им плевать, наверное, это их даже веселило, – отмахнулся Гарри, – забудь.

Парящие чары прекратили свое действие, и Гарри с Малфоем шлёпнулись на землю. «Очки», – с досадой подумал Гарри.

– Неосмотрительный, беспечный, самонадеянный, – начал отчитывать Гарри Снейп, приземлившись рядом с парнями. – А вы, Драко, сегодня молодец.



Огромная тень скользнула по лицу Гарри, загораживая солнце, раз, ещё раз и ещё, словно специально кружась над ними.

– Акцио, очки! – выкрикнул он и, нацепив их на нос, с удивлением обнаружил целыми.

Бородатая неясыть, кружа, опускалась к ним, разглядев её Гарри ужасно обрадовался, узнав сову крёстного. Громко ухнув, Филиция уронила довольно увесистый свёрток прямо Гарри на колени, продолжая кружить над ними. Поняв, что угощения за доставленную тяжелую ношу она не дождётся, сова оставила на мантии Снейпа белое растекающееся пятно и улетела прочь с видом гордым, мстительным и удовлетворённым.

– Поттер! – прохрипел в ярости Снейп .

– Простите, профессор, это же не моя сова, – как можно искреннее извинился Гарри, стараясь сдержать смех. Малфой же хохотал в голос, хватаясь за живот.



В свёртке оказалось огромное страусиное яйцо и письмо. Радость Гарри продлилась ровно до тех пор, пока он не пробежался взглядом по первым строчкам. Вместо крёстного писал Люпин. Он сообщал, что последние события немного пошатнули здоровье Сириуса, и, если бы Гарри смог хотя бы на день вернуться домой, это несомненно приободрило бы его крёстного. Далее он поздравлял Гарри с Пасхой и недвусмысленно намекал, что такое огромное яйцо ни за что не съесть одному, и им обязательно стоит поделиться с дорогим сердцу человеком. Дальше Гарри уже не вчитывался. «Сириус болен, вот, почему он не писал».

– Мне нужно домой, – заявил он Снейпу, протягивая письмо.

– Не вижу для этого причин, – категорично ответил тот.

Но Гарри так настойчиво-умоляюще смотрел на отца, что он сдался, решив дать убедиться мальчишке, что с его обожаемым крёстным всё в порядке, будь он неладен, и вернуться назад.

– На усмотрение директора, Поттер. Идите за мной.



Гарри казалось, отец специально идёт медленно, и его беспокойство росло с каждым шагом, Гарри с трудом сдерживался, чтобы не сорваться с места. «Почему он не написал, что болен? Что ещё могло произойти, ведь после возвращения Волдеморта Сириус писал каждый день,… а, может, Пожиратели Смерти добрались до него…» – волна ледяного ужаса прокатилась по венам, Гарри зажмурился, стараясь прогнать пугающие мысли. – «Нет… Люпин ведь ничего такого не писал…» Последние события немного подкосили здоровье» только и всего, как же!». За тревожными размышлениями Гарри не заметил, как оказался в кабинете директора.

– Здравствуй, Гарри, – приветливо улыбнулся ему Дамблдор, отложив только что прочитанный пергамент на край стола. – Уверен, я знаю, о чём ты хочешь просить, и не вижу причин препятствовать.

– Скоро полнолуние. Люпин ищет няньку для своего драгоценного дружка, – перебил Дамблдора Снейп, – только и всего, не вижу причин прерывать из-за этого занятия.

– Северус, ты и так загонял парня, Гарри из-за тебя света божьего не видит. Не пора ли смягчить наказание? Он и так целые дни проводит у тебя в подземельях. Давай же дадим Гарри отдохнуть и съездить домой. Да, не стоит переживать, Гарри, только вчера я общался с Сириусом, уверяю тебя, выглядел он вполне здоровым и… я бы сказал весьма жизнерадостным, – попытался успокоить его Дамблдор.

– От него не было вестей всю неделю, – возразил Гарри, – а Люпин… мистер Люпин, – поправился он, – пишет, что Крёстный болен, пожалуйста, профессор, я хочу увидеть Сириуса.

– Конечно, Гарри, ты ведь в школе, а не в тюрьме. Скажи, ты, когда-нибудь пользовался камином?

– Мальчишке опасно покидать школу одному, – не унимался Снейп, и Гарри, глянув на отца, заметил, как от гнева при каждом слове раздуваются его ноздри.

– Камины в моем кабинете и доме Блэка не подвластны Волдеморту и его соратникам, Северус, но ты прав, поэтому прошу тебя сопроводить Гарри.

Дамблдор улыбнулся своей самой дружелюбной улыбкой и, взяв с каминной полки серебряный кубок с летучем порохом, протянул его Гарри. «Площадь Гриммо 12, площадь Гриммо 12…» – четко проговаривал про себя адрес Гарри, зачёрпывая горсть пороха, и, обернувшись на отца, увидел, как дрожат желваки на его щеках, но Снейп всё же коротко кивнул.

– Площадь Гриммо, 12, – шагнув в камин, чётко произнёс Гарри, крутившиеся на языке слова, и исчез в ярко зелёном пламени.

Северус молча взял горсть пороха из того же кубка и шагнул было вслед за сыном.

– Мы не можем запретить ему видеться с крёстным, ты не хуже меня знаешь это, Северус. Присмотри за Блэком, как бы он не натворил дел. Всё-таки ты привязался к Гарри, верно? Как бы ты ни противился этому, это похвально, Северус, значит твоя душа ещё жива, не стоит запирать её ото всех…

– Я всего лишь исполняю данное вам же обещание, – холодно ответил Снейп. – Площадь Гриммо, 12, – и, бросив горсть пороха в камин, исчез в огненной зелёной вспышке.

– Хотелось бы в это верить… – задумчиво произнёс Дамблдор, взмахнул рукой, часть стены растворилась в воздухе, пропуская его в потайную часть кабинета, и снова появилась за его спиной. Дамблдор подошёл к огромной чаше и, приложив палочку к виску, вытянул серебристую нить воспоминания, пару секунд он смотрел на неё, о чём-то раздумывая, а потом погрузил в омут памяти. – Хотелось бы, но я не слепой… а ты можешь всё испортить, Северус… Жаль лишать Гарри выдуманного отца, но мне придётся вас разлучить позже, а пока присмотри за ним… я чувствую, Гарри ещё пригодится, поверь, я очень на него рассчитываю… но не стоит недооценивать силу живущую в нём, Северус, не стоит. Мы не можем позволить ему свернуть с пути… – исчезнувший в камине Снейп сменился Гарри в больничном крыле, рассказывающего о забранной Волдемортом крови. – Что ж, теперь он в силах завершить начатое, какая ирония самому расправиться со своим злом, – Дамблдор поднял взгляд от чаши и посмотрел в зеркало Еиналеж. – Всё к лучшему, не хотелось бы делать это самому, – закончил размышления Дамблдор и, призвав из тайной библиотеки книгу, вернулся в кабинет.



***

Всего перемазанного сажей Гарри выбросило на ковер в гостиной. От молниеносного полёта и мелькающих перед глазами чужих комнат кружилась голова, но он заставил себя подняться на ноги и кинулся на кухню, услышав оттуда крики и звон разбитой посуды.

Люпин изо всех сил пытался удержать взбешённого Сириуса. Тот вырывался, орал и швырялся, чем под руку попадётся, в мечущегося по кухни Кикимера с полупустой бутылкой огневиски в руке.

– Не смей исчезать! А ну, отдай! Эта мелкая гадость не дает мне выпить, Римус! Пусти, я покажу ему, как не слушаться хозяина!

– Кикимер не должен причинять вред господину, Кикимер не может отдать, хозяину давно хватит травить себя. Бедная моя госпожа, видела бы она, во что превратился её сын, кого он таскает в дом, да, она бы умерла ещё раз! – ловко уворачиваясь от очередного чугунного котелка, вопил что есть мочи Кикимер. – Кикимер не позволит хозяину спиться окончательно, он уже и так опозорил свой род, якшаясь со всякими непотребными предателями крови, грязнокровками и прочим отребьем!

– Заткнись! – вывернувшись из крепкой хватки Люпина, Блэк едва устоял на ногах, придержавшись за печку, и, схватив кочергу, замахнулся на Кикимера.

– Сириус! – выкрикнул Гарри.

Блэк замер, уставившись на него, тряхнул головой, улыбнулся и опустил кочергу, кажется, даже его затуманенный взгляд прояснился.

– Явился, глянь-ка, Римус, кто здесь! Отбери бутылку у этой дряхлой твари. Выпьем за встречу! В кои-то веки отлип от своей рыжей бестии, навес…

– Уймись, Сириус! – попытался остановить друга Люпин. – Тебе давно хватит.

– Перестань ворчать, – отмахнулся от него Сириус и, пошатываясь, всё с той же кочергой в руке ринулся к замершему за печкой домовику, – лучше присоединяйся к старым друзьям.

– Назад, Поттер! – Снейп влетел на кухню и преградил дорогу Блэку.

– Снейп?! – остолбенел Сириус. – Что он делает в моем доме, Джеймс?! Или может твоя девка уговорила тебя, и теперь ты с ним водишься, а может вы и вовсе втроем разв…

– Ступефай! Прости, это уже перебор, дружище, прости, завтра сам мне спасибо скажешь, – опустил палочку Люпин. – Не ожидал тебя так скоро, Гарри. Не обращай внимание. Ему не мешает хорошенько выспаться, завтра придет в норму… с ним такое иногда случается. А тут ещё Дамблдор… – Люпин глянул на Снейпа, – ну, вот, и слетел с катушек. Я сейчас, – Римус отменил свое заклятье и тут же наложил на Блэка сонные чары и усадил того за стол, бережно примостив голову на сложенные в замок руки.

– Если показательные выступления закончены, не вижу смысла задерживаться, Поттер, мы сейчас же возвращаемся в Хогвартс, – сквозь зубы процедил Снейп.

– Нет, – решительно возразил Гарри. – Сириус мой единственный родной человек и я никуда не поеду пока… – Гарри понял, что и кому сказал, когда было уже слишком поздно остановиться.

Ударило больно, будто пощечину наотмашь отвесили, плюнули в душу, и ещё кто, собственный сын, да, кому он врет? Рано или поздно всё должно было закончиться именно так. Хватит заниматься самообманом, у него нет детей. Поттер… Поттер! Не Снейп, не был и никогда им не станет… – Отлично, с удовольствием перестану тратить на вас своё личное время. Можете не трудиться, о вашем отказе от занятий я сообщу Дамблдору сам, – не намереваясь оставаться в доме Блэка больше не секунды, Северус развернулся, взмахнув полами мантии, и быстрым шагом направился к камину.

– Я не отказывался, профессор! – выкрикнул Гарри, растерянно глядя на Люпина.

– Иди в свою комнату, Гарри, я всё улажу. – До завтра его, – он кивнул на спящего за столом Блэка, – лучше не тревожить, – и вышел вслед за Снейпом в гостиную, а Гарри пошёл к себе в спальню.

– Бежишь? Отделался от Гарри и счастлив, никогда не умел доводить начатое до конца. Подумать только, Дамблдор приказал обучать Гарри, представляю, как тебе тошно, Сириус ведь прав – он и вправду очень похож на отца…

Поднимаясь, услышав злые слова Люпина, Гарри уныло подумал, что тот сделал только хуже. Окончание разговора слушать не было смысла, и так всё понятно. Гарри тяжело вздохнул и побрёл дальше.



Уже открыв дверь, Гарри услышал знакомое бормотание Кикимера за спиной и обернулся. Домовик тянул за собой треклятую бутылку огневиски и кусок какого-то старого гобелена. Бормоча ругательство, он, совершенно ни обращая внимания на Гарри, прошествовал мимо и зашёл в комнату в самом конце коридора. В ту самую, которую им с Сириусом так и не удалось отпереть летом. Гарри тихонько пошел за ним.

Комната напоминала музей или, скорее, склеп из рассказов Рона о древнеегипетских пирамидах, такая же тёмная и мрачная, полностью заваленная вещами прежних хозяев. Стало быть, Кикимер стащил сюда всё то, от чего они так старательно избавлялись с Сириусом. Боже… Гарри скривился от отвращения, даже отрубленные головы эльфов сумасшедший домовик водрузил на комод. Множество картин, портретов и гобеленов с вышивкой, развешенных на стенах, скрывали цвет обоев, но по рассказам Сириуса и многочисленным змеям, обвивающим спинки кровати, серебряный карниз и такую же раму потускневшего от времени зеркала, те были цветов Слизерина.

Кикимер бережно развернул приволоченный гобелен и водрузил его на груду всякого хозяйского барахла, занимавшего всю кровать, прямо под портретом Вальбурги Блэк, и с горестью, отхлебнув из отобранной у Сириуса бутылки, начал жаловаться госпоже, с каким трудом ему удалось спасти «семейное древо» от сожжения в камине, протирая раму портрета краем своей простыни. Гарри сильнее вытянул шею, чтобы получше рассмотреть изображённых на нём людей, и тут же пожалел об этом. От причитаний Кикимера мать Сириуса проснулась и, заметив его, завопила страшным голосом: «Полукровка, осквернитель моего дома, убирайся вон! Как ты посмел, как посмел перешагнуть порог?! Убирайся сейчас же!»

Кикимер обернулся и тоже увидел его: «Мерзкий полукровка, – зашипел он, – не волнуйтесь госпожа, Кикимер отучит непристойного малолетку совать нос в чужие дела». Эльф спрыгнул с кровати и отдернул край тяжелого свисающего до самого пола покрывала: «ВОН!» – выкрикнул он.

В комнате похолодало, край покрывала начал покрываться инеем перед тем, как из-под кровати начала показываться голова в чёрном свисающем капюшоне. Ноги Гарри прилипли к земле от ужаса.

– Сириус! – заорал он, туманно осознавая, что звать на помощь бесполезно.

Ледяной ветер задул свечи в комнате, единственным источником света остался мерцающий фонарик под потолком в коридоре, вылетевший из комнаты Гарри.

Дементор медленно воспарил над кроватью и, заметив свою жертву, направился к нему. Гарри снова услышал крик матери у себя в голове.

– Экспекто Патронум! – попытался сопротивляться он, вспоминая тот мир, где мама жива. – Экспекто Патронум! – первый поцелуй с Джинни. Из палочки вырвалось слабое белое сияние, дементор отпрянул назад, но уже в следующий миг: «Пожалуйста, нет, только не Гарри!» – он покачнулся, сияние погасло. – Экспекто… – холодно, в глазах потемнело, он не может больше сопротивляться, не может…

– Это боггарт, Поттер! – чья-то сильная рука оттолкнула его к стене коридора.

Сознание прояснилось, сковывающий ужас пропал, из открытой двери его комнаты выскользнула ещё пара фонариков, освещая пространство вокруг, и Гарри увидел перед собой спину Снейпа. Отец стоял неподвижно, словно застыл, а перед ним на полу… Гарри не понял что это, вначале ему показалось, что дементор чёрной кучей свалился на пол. Гарри шагнул в сторону, стараясь рассмотреть… на полу, посреди комнаты лежал он сам… похожий на переломанную деревянную марионетку, пустым взглядом смотрящую через потолок куда-то в необъятную высоту. Мёртв, он определенно был мёртв. Гарри сглотнул. А вместо дементора над его телом, лежащим на полу, такой же чёрной тучей нависал Снейп. Отец водил над его телом палочкой, снова и снова шепча какие-то заклинания, не способные уже ничем помочь, но, видимо, отказываясь это понимать, он сращивал кости одну за одной, а по его носу стекали и падали на грудь и лицо Гарри крупные слёзы.

– Пап, – Гарри осторожно тронул Снейпа за плечо. –Отец!

Северус глубоко втянул воздух, будто выныривая из толщи воды.

– Редикулус! – боггарт начал таять пока не растворился полностью.

Гарри так много хотел сказать, но на лестнице послышались приближающиеся шаги.

– Гарри? Северус?

– Люпин, после ваших занятий ученики не в состоянии даже правильно истолковать, с чем столкнулись, я уже не говорю о том, чтобы суметь противостоять. Не зря я предупреждал Дамблдора о твоей полнейшей некомпетентности, разве что об оборотнях ты очень хорошо осведомлён.

Гарри слушал отца и отстранённо думал, что переодевание в женский костюм или клоунский нос ему точно бы не помогли.

Снейп ушёл, громко хлопнув дверью.

– Снова дементор, да?

Гарри кивнул.

– Ты видел его боггарта? – спросил Люпин.

– Нет, – покачал головой Гарри, он не хотел ни с кем обсуждать увиденное, разве что с отцом, но его здесь уже не было. – Снова в обморок упал…

– Пойдём-ка, выпьем горячего шоколаду, это поможет, – похлопал Гарри по плечу Люпин, направляясь в гостиную.



Спал Гарри плохо, проваливаясь в глубокий сон, только под утро он был разбужен громким настойчивым стуком в дверь. Люпин вчера ушёл, а Сириус не спешил открывать, Гарри нехотя сполз с кровати и спустился вниз.

На пороге стояли миссис Уизли и высокий рыжеволосый парень с фотографии. «Билл» - догадался Гарри.

– Гарри, милый! – он тут же был скован крепкими объятиями миссис Уизли. – Мы так волновались, дорогой… – она отстранила его и осмотрела с ног до головы придирчивым взглядом.

– Со мной всё хорошо. Вы здесь? А как же Хосмид? Джинни…

– О, не волнуйся, милый, там с ними Артур, Чарли и этот молодой человек – Виктор. Джинни нам всё рассказала, мы прождали тебя у Фортескью больше часа… С тобой точно всё хорошо? – миссис Уизли осмотрела его еще раз.

– Да-да, проходите. Простите, что напугал вас, но я ведь Джинни даже ничего не успел сказать…

– Ей сообщил этот мерзкий мальчишка Малфой.

– Он наговорит! – возмутился Гарри. – Просто Люпин написал, что Сириус болен, и я приехал, но, кажется, всё обошлось…

– Именно! И я хочу знать, что он устроил на этот раз! -– миссис Уизли решительно прошла в дом. – Билл, - протянул Гарри руку её спутник.

– Гарри, – пожал он её, – проходи.

– Что тут за крики с утра?! Кикимер, опять ты! – покачиваясь в гостиную зашел Сириус. – Молли… Гарри? – похоже, он только сейчас начал вспоминать вчерашний вечер и на его лице застыло виноватое выражение.

– Ты опять за своё? Я предупреждала тебя! – уперла руки в бока миссис Уизли, строго глядя на Сириуса. – Если ты не в состоянии держать себя в руках, я сейчас же заберу Гарри отсюда! – отчитывала она его, как провинившегося ребенка. – Клянусь Мерлином, я его заберу!



Гарри уже собирался вступиться за крёстного, но Билл утащил его посмотреть дом со словами «Воспитательная беседа – это надолго, лучше не лезть, а то и нам достанется». Когда они снова спустились вниз, из кухни пахло ароматным кофе с корицей и выпечкой. Римус, Сириус и миссис Уизли мирно пили кофе, а Кикимер с видом победителя уничтожал все запасы спиртного в доме.

Сириус пришёл в себя и долго извинялся. Гарри утверждал, что всё понимает, да, он и вправду всё понимал: и взаимную ненависть крёстного и Снейпа, тянувшуюся ещё со школьных времён, и то, что, по словам Люпина, мама этого не одобряла и старалась их примерить… Да, и что он ещё мог подумать, мир, где Снейп любил маму и тем её спас, остался где-то там, в зеркалье… И то, что, опять же, по словам Люпина, Сириус жаждал решительных действий в ведении войны, а Дамблдор велел ему не высовываться, он всё понимал, правда… только снова терять приёмного отца не хотелось, и крёстного он бросить одного тоже не мог.



Остаток каникул Гарри провёл у Сириуса, после его рассказа о комнате и дементоре домовик пропал, Сириус подозревал, что тот в этой комнате и заперся, опасаясь расправы. Частенько навещавший их Люпин пообещал снова позаниматься с Гарри, когда отыщет нового боггарта. Родители Рона тоже приходили почти каждый день, бывали и незнакомые Гарри волшебники, «авроры», как представлял их Сириус, вот, только Снейп так ни разу и не пришёл, как ни ждал его Гарри, сотни раз прокручивая в голове свои извинения.



В предпоследний день каникул Гарри разбудил стук в окно. Филин Драко настойчиво барабанил клювом по стеклу, грозясь вот-вот разбить его, но так и не отдал Гарри принесённый свежий номер «Ежедневного пророка», пока Гарри не нашёл под столом невесть когда завалившуюся туда шоколадную лягушку и не протянул ему. На первой странице обведённый красными чернилами для верности красовался заголовок «Люциус Малфой, глава попечительского совета и верховный чародей Визенгамота, назначен инспектором школы чародейства и волшебства Хогвартс.»



Глава 25


Глава 28

Гарри прочитал статью и со злостью сжал в кулаке газету. До этого момента, он ещё надеялся, что новый министр Фадж, в конце концов, прислушается к Дамблдору, пока не стало слишком поздно. Но, похоже, тот оказался куда более трусливым и продажным, чем Гарри мог ожидать.

В статье Дамблдора выставляли выжившим из ума стариком, помешавшимся на страшилках о воскрешении Того-Кого-Нельзя-Называть, или хитрецом, пытавшимся путем запугивания людей, захватить министерское кресло, в то время как в школе под его руководством почти год скрывался беглый Пожиратель Смерти под личиной преподавателя Защиты от темных искусств. «Бедные дети! – вопила статья. – Можем ли мы доверить их жизни и судьбы этому человеку?!» - весьма однозначно намекая, что Дамблдора уже давно пора сменить на посту директора более молодым и здравомыслящим волшебником, а то и вообще отправить в палату для умалишенных больницы Святого Мунго. Дальше утверждали - сам министр лично поспособствовал лишению Дамблдора звания Верховного Чародея Визенгамота и назначению на эту должность глубокоуважаемого в Магическом обществе мистера Люциуса Малфоя.

Внизу послышались голоса и перед тем, как Гарри успел выглянуть за дверь, в комнату влетели Джинни, Рон за руку с перепуганной Лавандой, и Гермиона, следом вошел смурной как никогда Крам, своим видом, походивший на охранника этой небольшой процессии.

- Гарри! Малфой… а, ты уже знаешь, - Гермиона заметила газету в его руке.

- Да, - кивнул Гарри и, протянув её подруге, сел на кровать.

- Вот же мерзавцы и папаша, и сынок, - негодовала Джинни, присев рядом с ним, - как их до сих пор земля-то носит, моя бы воля…

- Да ты у нас и так отличилась, сестрёнка! Ох, и задала же она Малфою, Гарри! – хвастливо поведал Рон.

- Джинни, - уставился на неё Гарри, - он тебя обидел? Что-то сделал?

- Да, нет же - не успел, - отмахнулась она. - Я эссе дописала и к тебе на поле побежала, а этот… - Джинни брезгливо сморщила нос, - на крыльце мне навстречу попался. С твоей метлой, между прочим. Ну и со своей тоже...

- Он ей заявил, - теперь уже Рон сжал кулаки, - что «Молния» теперь его, а ты, поджав хвост, побежал к умирающему крестному и если Блэк, наконец, прости, Гарри, помрёт – дом станет по праву принадлежать их семье.

«Малфой! – скрипнул зубами Гарри. – Ну, я тебе устрою!» Нет, метлу тот бы, конечно, вернул, в этом Гарри не сомневался, но сказать такое! Да и кому? Джинни, перепугал его Джинни, даже если её родители ни слову не поверили… Гарри тяжело вздохнул – да уж, так только Малфой «успокоить» может, предупредил, значит, чтобы Джинни знала, куда это он так неожиданно пропал… Ну неужели никак не обойтись без этих своих замашек? Или это только Гарри мог услышать смысл сказанного как бы между строк… ну и Гермиона ещё… Гарри посмотрел на подругу. Вдруг вспомнились и бутерброды, принесенные ею, когда он не пришел на ужин, взорвав отцовский стол, она же тогда сказала - им Малфой посоветовал… и огромная порция сладостей, принесённая ей же в больничное крыло, после побега от Волдеморта «для двоих» и слезы подруги после второго испытания на турнире «он никогда на меня не посмотрит»… Малфой!? А ведь Гарри тогда просто пошутил. «Ну, уж только не этот! - тряхнул он головой, прогоняя свои догадки. – Малфой ведь и правда не посмотрит».

- Я и не стерпела, - вернула его в реальность Джинни.

- Хорошенько же ты его приложила, небось, сутки чесался как хорек блохастый! И метлу отобрала! – закончил за неё Рон.

- Она в моей спальне в Хогвартсе осталась, если б я тогда знала, я бы её забрала.

Гарри попытался страдальчески улыбнуться, представив мучающегося от нестерпимого зуда друга, что ни говори, а в проклятьях Джинни сильна.

- Что же теперь будет? – испуганно пискнула Лаванда, еще крепче вцепившись руку Рона.

- Мама считает тебе нельзя возвращаться, - серьезно заявила Джинни.

Гермиона наблюдала за ним, между делом пролистывая газету, - Ты тоже так считаешь, Гарри? – вдруг разозлилась она, на секунду остановившись на одной из страниц.

- А? Я не намерен отсиживаться здесь, - твердо сказал он. – Если ты об этом.

Рон и Джинни глянули на неё с недоумением.

- А ты всё прочитал? – вопросительно посмотрела на него Гермиона.

- Нет. Не успел. А что, там еще какие-то новости есть?

Крам протянул руку, чтобы забрать у Гермионы газету, но она словно не заметив этого, свернула и спрятала её в сумку. – Нет, больше ничего интересного. Послушай, Гарри, может тебе и правда не стоило бы пока возвращаться в Хогвартс… но и здесь небезопасно. Подожди не перебивай, все уверены, что ты остался на каникулы в школе, но что будет, когда Малфой обнаружит твою пропажу? Я говорю о том, - Гермиона вздохнула, собираясь с мыслями и голос её стал тверже, – защиты дома не достаточно, может тебе лучше на время вернуться к…

- Я не вернусь к Дурслям! И не собираюсь прятаться от папаши Малфоя! Я его не боюсь, ясно?

- Я вообще удивляюсь, как это еще Хорёк не доложил о твоём отъезде. Фред с Джорджем подслушали, как Снейп Дамблдору говорил, что Волдеморт остался в неведении касаемо твоего отсутствия.

- Снейп? Дамблдору? Они были у вас дома? Почему у вас и откуда Снейпу это известно?

- Они с отцом приходили поговорить, а Фред с Джорджем как всегда подслушали. Папа говорит – Снейп на нашей стороне, поставляет Дамблдору, кажется, очень важные сведения, но я бы на их месте ему не доверял. Уверен он как был предан Волдеморту так и остался.

- Рон, это ведь Снейп Гарри спас, ты не можешь так говорить! – возмутилась Гермиона.

- Конечно, его же Дамблдор послал, куда ему деваться! А сам наверняка своего Малфоя спасал, раз папаша не смог, знал же, что Гарри может сопротивляться и не бросит этого гада помирать…

- Ох, перестань, Рон!

Дальше Гарри не слушал их перебранку, каким же наивным глупцом он был, вообразив себе, что отец спас его и больше не вернулся к Тёмному Лорду. Во что бы то ни стало, Гарри решил добраться до Хогвартса как можно скорее, - увидеть отца, попросить прощения, и знать, что с ним все в порядке, казалось сейчас просто жизненно необходимым.

«Глупец!» Какой же он непроходимый глупец! Прав был Малфой, постоянно указывая на это. Не нужно встречаться с боггартом еще раз, чтобы понять – тот изменился, отныне Гарри боялся за отца не меньше, чем тот за него.

- Гарри, тебе нехорошо? Ты бледный, - Джинни прикоснулась губами к его лбу. – И холодный.

- Нет, всё в порядке, пойдем, мне нужно поговорить с Сириусом.

В гостиной, куда спустились ребята, миссис Уизли горячо спорила с Блэком, Люпин и мистер Уизли стояли чуть поодаль, предпочитая не вмешиваться в разговор до поры до времени.

«Дамблдор велел мальчишке вернуться в школу, до полудня завтрашнего дня» - прервал их спор, появившийся на портрете Финеас Найджелус.

На все расспросы Гарри «зачем Сириус оставил его портрет в гостиной?» тот уклончиво отвечал «хоть кто-то из родни должен был остаться». И вот теперь Гарри понял – для связи с Дамблдором, точно такой же портрет он видел в кабинете директора.

«Дамблдор сообщает лично вам, Поттер, - Люциус Малфой охотится не за вами, а за ним, а этот орех ему не по зубам», - сказав это, Найджелус покинул картину, видимо, вернувшись в Хогвартс.

- Я поеду! – безоговорочно заявил Гарри.

- Ни на миг не сомневался! – поддержал его крестный. Почему-то Гарри показалось, тот снова, смотря на него, видит Джеймса.

Весь оставшийся день Гарри провел, прислушиваясь к любому шороху, доносящемуся из гостиной или холла, надеясь на появление Снейпа. «Он должен прийти, не может не прийти, когда так нужен, - уверял себя Гарри. – Пожиратель в школе, его уроки нужны как никогда, так почему бы не провести один из них прямо сегодня, - придумывал он различные поводы, пытаясь отвлечься от самой пугающей мысли и не тереть от волнения не дающий знать о себе шрам слишком часто, чтобы не привлекать внимание друзей.» Но, ни днем ни вечером Снейп так и не пришел.

Гарри долго ворочался с боку на бок, убеждая себя, что если отец все же появится, крестный просто не захочет его будить. В конце концов, усталость взяла свое, и Гарри не заметил, как уснул.

~~~

Он шёл вдоль густой тисовой изгороди, чуть позади высокого волшебника в длинной черной мантии, подсвечивающего себе путь Люмосом. Голову того покрывал капюшон и Гарри отчего-то предпочёл оставаться незамеченным, следуя за ним по пятам. В кромешной темноте он с трудом различал силуэты кустарника, попадавшего в свет Люмоса, да мощеную булыжником дорогу.

Волшебник шел босиком и казалось, вовсе не чувствовал боли от мелких острых камушков, попадающих под ноги или попросту не обращал на неё внимание. Гарри щурился, стараясь привыкнуть к темноте и получше разглядеть место, где очутился. Чуть впереди, наблюдая за незваными гостями, по живой изгороди прогуливался белоснежный павлин, но стоило им подойти ближе, как тот юркнул вниз, предпочтя скрыться за плотной стеной тиса, слишком проворно для такой крупной птицы. А через пару секунд Гарри понял почему. Огромная змея, не замечая его, проползла в паре сантиметров от его ноги, шурша чешуйчатой кожей по гладким камням.

«Не отставай, Нагайна, ты ещё успеешь полакомиться, позже, чуть позже, моя дорогая», - волшебник обернулся и протянул к змее руку, его бледное лицо и красные змеиные глаза-щелки смотрящие теперь прямо на Гарри, осветил тусклый свет и Гарри остолбенел от парализующего мышцы ужаса. Волдеморт! На него, не моргая, смотрел сам Волдеморт, но не замечал. Нагайна покорно ткнулась головой в ладонь, как послушный домашний котенок и продолжила путь рядом с хозяином. Гарри, с замершим от испуга сердцем, едва передвигая ноги, поплелся за ними.

В конце длинной аллеи зажегся свет фонарей, освещая довольно красивый особняк, по силуэту напоминающий старинный замок с башнями. В окнах и на крыльце зажегся свет, видимо, гостей здесь ждали.

Тисовая изгородь закончилась, и в свете фонарей Гарри разглядел часть сада возле дома, с большим, похожим на бассейн прудом, рядом с которым, разбуженные светом, беспокойно забегала пара таких же белоснежных, как павлин, фламинго и цапля с красивым хохолком на голове, издали напоминающим изысканную корону. Гарри видел таких птиц в зоопарке, в тот единственный раз, когда Дурсли взяли его с собой.

Не успели они подойти к дому, как на крыльцо вышел сам хозяин, низко кланяясь, приветствуя ночного гостя.

- Рад видеть вас у себя дома, мой Лорд.

- Вижу, ты по-прежнему живешь в роскоши, Люциус, в то время как я четырнадцать лет, скитался и прятался в лесной глуши.

- Это всего лишь дом моих предков, Милорд, если б я знал, если бы вы подали знак… Моя семья предана вам, мой Лорд, уверяю вас.

- Что-то я до сих пор не видел твоего сына, Люциус, а может он и вправду дружит с Гарри Поттером? Как думаешь?

- Нет, уверяю вас, это исключено. Мой сын предан только вам, как и все мы. Для него было честью пожертвовать частью себя, во имя вашего возрождения. Если бы этот мерзкий полукровка не похитил его, Драко несомненно с гордостью преклонил бы перед вами колено.

- Тогда почему он не здесь?

- Снейп велел ему остаться в школе. Он видит у Драко талант к зельеварению и развивает его. Мы все надеемся - его талант зельевара пригодится вам в будущем.

- Я сам решу, что мне пригодится, Люциус.

- Да, мой Лорд, несомненно, - Люциус снова покорно склонил голову.

- Все же я намерен наградить тебя за преданность, уверен, ты и впредь не подведешь меня. Ты ведь понимаешь, о чем я, Люциус.

- Да, мой Лорд, не подведу, клянусь вам.

Волдеморт коснулся палочкой запястья правой руки Малфоя и на его указательном пальце появился серебряный перстень с массивным изумрудом.

- Благодарю вас, Милорд, это честь для меня.

- Оставь благодарности при себе, я пришел забрать, то, что оставил тебе на хранение. Ты помнишь? Я желаю получить дневник сейчас же.

- Боюсь, это невозможно, - Гарри показалось, что и на без того бледном лице Малфоя не осталось ни кровинки, - он… он… уничтожен. Его уни…что…жил…

- Кто?! – взревел Волдеморт, поднимая палочку.

- Гарри Поттер, - еле слышно произнес Малфой, ожидая расправы, но её не последовало.

Вместо этого Гарри с ужасом наблюдал как камень на перстне превратился в маленькую змейку и та извиваясь поползла по кисти вверх, обвивая запястье и впилась острыми как иглы зубами в кожу, там где бьется пульс.

Люциус закричал от боли и, не удержавшись на ногах, рухнул на колени.

Шрам обожгло болью, будто острые змеиные клыки пронзали и его голову. Гарри покачнулся и упал не в силах сдержать рвущегося из груди вопля. Сквозь нестерпимую боль и гул в ушах, он слышал жуткий смех Волдеморта.

- Вот, что бывает с теми, кто не оправдывает моего доверия, Люциус. На случай, если посмеешь еще раз ослушаться моего приказа, знай, Нагайна поделится с ней своим ядом. Ты ведь понимаешь, что это значит, Люциус?

- Прошу вас, Милорд…

~~~

- Гарри!

Перед глазами все плыло, Гарри хватал ртом воздух, пытаясь справиться с удушливым приступом тошноты из-за невыносимой головной боли.

- Гарри, - повторил Сириус, присев на край кровати, - опять кошмар? – он убрал со лба Гарри прилипшую челку и протянул стакан воды.

- Это он. Я… видел, - все ещё тяжело дыша, Гарри привстал, пытаясь придти в себя, - я видел его, видел Волдеморта, - сил не хватило, и он рухнул обратно.

- Ты слишком близко все принимаешь к сердцу, Гарри. Помнишь, такое уже случалось после чемпионата. Иногда кошмары это просто кошмары, - Сириус положил ему на голову влажное холодное полотенце, - сейчас станет легче, - уверил он.

И правда Гарри почувствовал, как боль отступает, и зрение понемногу возвращается, он пошарил рукой по тумбочки в поиске очков и нацепил их на нос.

Сириус говорил и говорил, стараясь его успокоить, заметив, что Гарри становится лучше, он помог ему подняться и Гарри с жадностью выпил принесенную крестным воду.

- Ты просто разнервничался из-за последних новостей, такое случается…

Но Гарри мог думать только об одном – это не сон. Слишком явно, он помнил свои чувства и ощущения, все вокруг до последнего камушка под ногами, будто и не спал вовсе, а на самом деле прогуливался с Волдемортом по поместью Малфоев. Да и в этом легко можно убедиться, достаточно спросить у Драко про птиц которых он видел во сне. Да и отец должен знать, если он часто бывал… Отец! Гарри вскочил, голова шла кругом, но ему уже было не до того. Нужно вернуться в школу! Нужно рассказать отцу, предупредить, если Волдеморт так издевается над верными слугами, что же будет с отцом… Страх сжал сердце тисками, Гарри не вынесет еще одной потери, - бежать, просить, умолять – пусть шпионит кто-то другой, только не он, не его отец, отец должен остаться с ним!

- Сириус, это не сон, - Гарри трясло, - я знаю, просто знаю. Дамблдор… я должен рассказать Дамблдору, он просил сразу, если шрам опять заболит…

- Гарри, сейчас ночь, что ты видел? Волдеморт напал на кого-то? – с тревогой спросил Блэк.

Гарри в подробностях рассказал крестному сон, на негнущихся ногах прохаживаясь по комнате, пока Сириус не вернул его в постель.

- Дамблдор спит, - твердо сказал он. – Дневник уничтожен, так? А значит, бесполезен, - он вопросительно посмотрел Гарри в глаза и тот кивнул. – Утром я провожу тебя, а сейчас ложись спать. Он взмахнул палочкой, приглушая свет фонариков. – Я посижу с тобой. А этому мерзавцу поделом, ещё мало досталось, - добавил он, укрывая Гарри одеялом.

Понимая, что спорить с крестным бесполезно – тетрадь с огромной дыркой посередине не повод будить Дамблдора посреди ночи, Гарри согласился с Сириусом. Все что ему оставалось - с нетерпением ждать утра.

Вскочив с первыми лучами солнца, Гарри наскоро проглотил заботливо приготовленный миссис Уизли завтрак, крепко обнял её на прощанье и попросил передать друзьям, что будет ждать их в школе.

- Ты то рвешься в Хогвартс посреди ночи, то тебя не дождаться, - из гостиной поторопил его Сириус. – Дамблдор тебя встретит, - сообщил он вошедшему в комнату Гарри, протягивая чашу с летучим порохом. – Будь осторожен, неизвестно чего ждать от Волдемортовского прихвостня и ещё, я договорился с Дамблдором, - Сириус протянул Гарри кожаный мешочек с горстью того же пороха, - носи всегда с собой, в случае опасности ты сможешь воспользоваться любым камином в школе и вернуться домой.

- Спасибо, - Гарри обнял крестного.

- Иди, не заставляй Дамблдора ждать, у него еще много дел, - похлопал его по плечу Сириус.

Гарри улыбнулся и шагнул в камин «Хогвартс, кабинет директора» - четко произнес он.

Весь перемазанный сажей, Гарри выпал из камина, чуть не сбив с ног Дамблдора.

- Здравствуй, Гарри. Чаю? – спокойно спросил он, чуть отойдя в сторону.

- Нет, спасибо, я уже позавтракал.

- Хорошо, - улыбнулся Дамблдор, присаживаясь за стол, - Сириус сказал, ты хочешь кое-что мне рассказать, сон. Я тебя слушаю.

- Это не сон. Я видел все своими глазами, будто на самом деле был там… позовите профессора… профессора Снейпа, - Гарри хватался за любую возможность поскорее увидеть отца, - спросите у него про павлина…, - затараторил он от беспокойства.

- Тише, Гарри, тише. Давай-ка по-порядку, присаживайся и расскажи мне всё.

Гарри сел напротив Дамблдора и начал рассказ, стараясь не упустить не одной детали.

- Значит Волдеморт приходил за дневником, что ж, это интересно, очень интересно, - Гарри мог поклясться, что в этот момент глаза Дамблдора засияли как у мальчишки, решившего у доски сложнейшую задачку по математике. – Никому больше не говори об этом. И впредь, я очень тебя попрошу, сразу сообщать мне и только мне, если увидишь во сне что-то подобное. А сейчас отдыхай, у тебя была тяжелая ночь, а у меня впереди встреча с новым инспектором Хогвартса, не мешает хорошенько подготовиться к его приходу. Как думаешь?

- Волдеморт не сказал, зачем посылает его сюда. Я не знаю, простите. Но Малфой не отступит…

- Цель Волдеморта для меня проста и ясна, так же тайна розового зонтика Хагрида, - подмигнул ему Дамблдор, - его желание изгнать меня из школы, - пояснил он, - но боюсь, Гарри, мистеру Малфою придется очень долгое время провести в больнице, мучаясь от неизвестного змеиного яда – я не собираюсь покидать пост директора, не сомневайся. А сейчас, если ты не против…

- Да, да, я пойду, профессор Дамблдор, - Гарри встал и направился к двери.

- Ах, я совсем забыл, - окликнул его директор, - профессор Грюм, наконец, поправился и вернулся в школу. С завтрашнего дня твои дополнительные занятия по Защите продолжатся с ним. Профессор Снейп не возражает.

Гарри растерянно кивнул и вышел из кабинета. Ноги сами собой понесли его вниз, по уже привычной дороге, в кабинет Снейпа. Мысли путались, мир поблек, Гарри шел, не замечая ничего вокруг, кроме бесконечных каменных серых стен. Чувство вины смешивалось с обидой и снова по кругу «Сам виноват! – твердил разум. – Вот так просто – не возражает. Разве может отец бросить так легко? Когда так нужен? Даже ненавистные Дурсли терпели его столько времени, - и снова по новой. – Сам обидел, сам отказался» - да ведь он вовсе не то имел ввиду, глупо, просто глупо обижаться…

- Явился опять, Поттер, всё ходишь и ходишь, беспокоишь меня. Проходи чего встал? – зашипела при его появление змея на двери и Гарри, зайдя в кабинет, увидел сидящего за столом Снейпа. Тот что-то писал склонившись над стопкой пергаментов.

- Поттер? – поднял голову Снейп. – Вас не учили стучаться?

Гарри растерянно огляделся, но в кабинете кроме них никого не было. Да и сам кабинет выглядел так, будто Гарри вышел из него час назад, а не отсутствовал целую неделю. Недописанное сочинение по истории магии с чернильной кляксой от брошенного на него пера по-прежнему ждало своего часа, а его учебники аккуратной стопкой лежали на краю стола. Гарри поморщился, вспомнив, что не выполнил и половины работы заданной на каникулы.

Увидел отца, сидящего перед ним живым и здоровым, и все обиды растворились, показавшись вдруг ужасно нелепыми. – Почему ты не сказал мне, пап? - проигнорировав его выпад, шагнул к столу Гарри.

- Не думал, что должен отчитываться перед вами, мистер Поттер, - подчеркнуто отстраненно и холодно ответил Снейп, снова склоняясь над пергаментом. – Смею напомнить – завтра проверочная работа по заданному на каникулы материалу, не сомневаюсь, вы досконально изучили его, находясь в доме вашего опекуна. Смею заверить - я уделю вашей работе особое внимание. Ах, да, кажется, ваши учебники остались здесь, какая жалость. Но, у вас еще есть время, - он махнул рукой, позволяя Гарри забрать свои вещи.

- Ты мне не сказал! – разозлился Гарри. - Почему ты?! Зачем ты вернулся к нему? Ты мог…

- Сдерживайте эмоции, Поттер. С какой стати я должен сносить ваши истерики? Очевидно, если бы мог – не вернулся бы. Вы уже достаточно взрослый чтобы понять – Дамблдору нужны сведения. И вряд ли кто-то другой способен их добыть, уж тем более не ваш дорогой крестный, как вы соизволили выразиться – единственный родной вам человек, так вот, можете быть спокойны – ему ничего не угрожает. Так что он и дальше преспокойно может уничтожать все запасы спиртосодержащих жидкостей. Если на этом всё – прошу покинуть мой кабинет.

- Я… да я… знаешь что?! Он и правда мне родной, потому что так хотели мои родители! Я видел маму, я знаю – она бы хотела этого… а отца… отца… я знаю одного. И я рад бы помнить родного, да Волдеморт убил его! Слишком рано, чтобы я мог хоть что-то запомнить! А теперь… что будет, если он… Я не хочу тебя помнить, я хочу тебя знать! – Гарри развернулся и оглушительно хлопнув дверью, вылетел из кабинета.

Видеть никого не хотелось. Гарри дошел до озера и уселся на валун, скрытый ото всех мантией-невидимкой, со злостью швыряя подобранные с земли камни в воду. Погруженный в свои мысли Гарри вздрогнул от пролетевшего совсем рядом с его головой комка грязи, следующий попал прямо в плечо, третий в спину, а потом туда же еще штук пять разом.

- Малфой! – разозлился Гарри, обернувшись, только его здесь не хватало. – Заняться нечем?! А разве ты не должен встречать папашу, где-нибудь в своих подземельях? – да где угодно, лишь бы подальше отсюда. – Да прекрати ты!

Грязевые снаряды, перестали пачкать его мантию, но достаточно было взглянуть на ухмыляющегося Малфоя, по-прежнему держащего палочку наизготовку, чтобы понять - так просто тот отступать не собирается.

- Где мне встречать отца, Поттер, не твоё дело. И кстати, оцени моё благородство, коим твоим дружкам ещё поучиться, заметь, я не стал отвечать твоей рыжей… Уизли, но это не мешает мне отыграться на тебе, не так ли?

Подняв голову, Гарри осознал, что тот задумал на какие-то доли секунды раньше, чем лужа болотной жижи, висевшая как раз над ним, пролилась вниз. Гарри резко рванул в сторону, пытаясь спастись, и упал с валуна.

Похоже, на этом Малфой посчитал себя вполне отмщенным. – Ничему тебя Снейп не научил, Поттер, как бестолочью был, так и помрешь. Щитовые чары… обычные щитовые чары, - Драко подошел и, произнеся заклинание очистившее валун, сел на него. – Ты там вечность валяться собрался?

Гарри фыркнул и поднялся на ноги, потирая ушибленное колено, стыдно признаться, но он даже не подумал про них.

- В следующий раз, Поттер, я забуду кто она тебе. Так своей Уизли и передай.

- Сам виноват, - буркнул Гарри отряхиваясь, - с Сириусом ты перегнул, если б я тебя не знал, Малфой… - Гарри нахмурился, но дальше ссориться не стал, на сегодня и так достаточно. – Меня еще видно?

Драко взмахнул палочкой, произнеся еще одно очищающее заклинание.

- Теперь нет. Прекращай, Поттер, серьезно, здесь нет никого, иначе мне скоро начнет казаться, что я сам с собой разговариваю, а это, знаешь ли, нехорошо.

Гарри снял мантию и сел рядом.

- Судя по всему, на дом можно не рассчитывать? – саркастично поинтересовался Малфой.

- Да уж не дождетесь!

Драко только фыркнул и отвернулся от него, всем своим видом показывая, что не нуждается в таком приобретении. Он достал из кармана золотой галеон, покрутив пару секунд между пальцев и от нечего делать, принялся подбрасывать в воздух, задумчиво глядя на озеро.

- Грюм вернулся, - отчего-то вдруг сказал Гарри, наблюдая за ним.

- Видел, - отозвался Малфой, слегка поежившись. – Видок хуже дементора, так что, Поттер, смотри не грохнись в обморок при встрече.

Гарри скрипнул зубами.

- Шучу я, Поттер, шучу, - примирительно поднял руки Драко. – С ними можно бороться, знаешь?

- Люпин обещал научить, меня одному заклинанию, - кивнул Гарри, - когда разыщет боггарта. У меня уже почти получается, но…

Монета пролетела мимо раскрытой ладони Малфоя, со звоном ударившись о камень и отскочив от него, утонула в озере, громко булькнув на прощанье. При желании её можно было достать, но Малфой продолжал сидеть на камне, удивленно глядя на Гарри.

-Что? Да, мой боггарт дементор, можешь продолжать ржать.

- Не зря отец говорил, все оборотни садисты, таких как он нельзя допускать в школу.

«Твоего отца нельзя допускать в школу – вот кого» - подумал Гарри. – Не неси чушь, - вслух высказался он, - я сам попросил Люпина научить меня защищаться. Как еще? Не с настоящим же дементорами тренироваться? Я же сказал – почти получилось, мне даже удалось отпугнуть одного, но потом… - Гарри замолчал. Крик мамы и отец… он не был готов сейчас об этом говорить. – В общем, получается не до конца. Это сложная магия…

- Я и говорю один садист, второй – идиот. Ты пытался вызвать патронуса при дементоре? Не умея этого делать? Сразу?

- Не умничай, Малфой!

Драко хмыкнул, покрутил палочку, а затем его губы тронула легкая улыбка, он закрыл глаза, улыбка расползлась шире, отчего лицо приобрело мечтательное выражение. – Экспекто Патронум! – шепнул он.

Из палочки вырвалась непонятная птица, сверкающая в утренних лучах ослепительным серебристым светом, она пролетела над озером и вернулась к ним, остановившись возле берега.

«Фламинго», - обмер Гарри.

Малфой торжествующе посмотрел на Поттера, затем, взмахнув палочкой, подозвал фламинго к себе и что-то зашептал склоненной к нему голове.

Гарри, затаив дыхание, наблюдал за происходящим. Фламинго из сна так и стояли перед глазами, и он не верил в такие совпадения.

Птица кивнула Малфою и растворилась в воздухе. Довольный произведенным эффектом, Драко с усмешкой призвал из озера свой галеон и спрятал его обратно в карман. А через пару секунд фламинго появился снова, высокомерно заявив голосом Паркинсон: «Мой отец впечатлен твоим признанием, Драко. Пользуясь случаем - он просит передать свои поздравления мистеру Малфою в связи с его назначением, - и чуть тише и значительно мягче. – Ты знаешь – я тоже. Встретимся вечером», - договорил и исчез.

Наверное, если бы Джинни ответила ему так же, Гарри обиделся, но Малфой улыбался как мартовский кот, а Гарри, кажется, понял, почему в поместье их двое. У Паркинсон такой же патронус как и у Драко… но разве так бывает? Люпин ведь говорил он у каждого свой.

- Что, Поттер, завидно?

- Нет, - помотал головой Гарри. – Вас Снейп научил?

- Отец. На летних каникулах. Его, знаешь ли, тоже не обрадовало наличие этих тварей в школе. Они ведь не только на тебя могли напасть, говорят им все равно знаменитость ты или нет, Поттер.

- А ты пробовал…

- Не довелось, слава Мерлину, - надо быть полным кретином, - Драко выразительно на него глянул, - чтобы тренироваться на них. Ты один-то пытался?

- Неа.

Драко сделал предлагающий жест рукой.

Гарри закрыл глаза, сосредоточившись на самых счастливых моментах жизни «Эспекто Патронум!» - из палочки вырвался серебряный свет, но так и не приобрел форму.

- Уже что-то, - пожал плечами Малфой. – Отец говорит нужно выбрать самое, самое светлое. Тренируйся, Поттер.

- Видимо, нету у меня светлых.

- Не вой, Поттер, у всех они есть. Мама рассказывала, как они с отцом посылали друг другу послания перед свадьбой, а потом патронусы пропали и не удавались пока правил Темный… а когда отец первый раз увидел меня у неё на руках – оно само и вышло. Он так родственников оповестил о моем рождении. Салазар великий, кому и почему я это рассказываю… - «Да потому, - думал про себя Драко, - что после всего случившегося и пережитого кроме родителей… мамы уж точно… - с горечью добавил он, осталось только два человека, кому он может доверять – Панси и… Поттер.» - Ладно, - махнул рукой Драко. – Что ты там вспоминаешь?

- Маму… и поцелуй с Джинни, - Гарри немного смутился, - ну тот в больничном крыле… первый и…

- Поттер, я всегда говорил ты…

- Я знаю, что ты там говорил!

- Ты можешь вспоминать что-то не омраченное смертью или ИМ! Нужно что-то счастливое…

- А ты- то сам, что вспоминаешь? – спросил Гарри «Оу… одинаковые», - внезапно подумал он и почувствовал как покраснели уши под взглядом Малфоя. Тот глянул так, что Гарри почувствовал себя десятилетним мальчишкой случайно оказавшимся на уроке анатомии для старших классов в магловской школе… С Джинни у них так далеко не заходило, нет, он мечтал об этом… немного… но точно не ради патронуса!

- Баран! И патронус у тебя под стать получится! – толкнул его в плечо Малфой, спихивая с валуна. – Я сказал светлое, а не пошлое, придурок! Мантию, Поттер… там отец идет, - Драко махнул рукой в сторону появившийся на крыльце замка фигуры, - а лучше там и сиди. Первый поцелуй, я вспоминаю, первый поцелуй, только он был не в больничном крыле, а у нас в мэноре, - торопливо продолжил Малфой. – Панси тогда гостила у нас. Мама ужасно гордилась, говорила такое бывает редко и мы особенные… она собиралась поселить двух фламинго на пруду у дома… С тех пор я там не был…

Гарри хотелось сказать - да, они там и живут, но он не смог бы объяснить откуда узнал об этом, а ещё он вспомнил Гермиону и сердце сжалось от жалости к подруге – у неё точно шансов никаких, раз у них даже патронусы одинаковые, хотя Драко вряд ли увидит их дома, - вздохнул Гарри, ведь эти прекрасные птицы скорее всего пойдут на корм треклятой змеюке Волдеморта. Поэтому вместо этого. – У отца спроси, - шепнул Гарри.

- Уже не важно, - ответил Драко и, спрыгнув с валуна, пошел навстречу к отцу.

Гарри, наблюдавший за ним под мантией-невидимкой, вдруг понял по опущенным плечам, по неуверенной походке, по слишком прямой при всём этом спине – несмотря на показную браваду, он боится встречи с отцом, боится его решений…

Вместо приветствия Люциус повернул голову сына набалдашником трости, внимательно рассматривая заново отросшее ухо и Гарри увидел тот самый перстень - сомнений не осталось был он точно был в поместье Малфоев этой ночью вместе с Водлемортом. Гарри сидел на валуне и совершенно не понимал Малфоя-старшего, более того, он его практически ненавидел. Как в нем одновременно могли сочетаться любовь к сыну и в то же время готовность с легкостью отдать того Волдеморту как овцу на заклание. В одном Гарри был уверен абсолютно точно – его другу нельзя летом возвращаться домой. А в этом мог помочь только один человек, и он тоже шел сюда.

Снейп перекинулся парой слов с Люциусом и Драко и, убедившись, что они зашли в замок, направился дальше, по пути сворачивая кусок старого пергамента трубочкой. Карта Мародеров – узнал её Гарри.

- Бестолочь! – шлепнул Снейп Гарри по макушке той самой картой. – У меня, Поттер, тоже один сын, вспыльчивый, бестолковый и очень упрямый. Я тоже не хочу о тебе вспоминать. И делаю это чтобы защитить тебя. Чтобы знать о планах Темного Лорда и быть уверенным в твоей безопасности… или иметь время…

- Пап…

- И ты очень поможешь мне, если хотя бы будешь учиться. Мне будет намного спокойней, если я буду знать, что ты способен себя защитить…

- Пап… прости…

- Твои домашние задания по-прежнему ждут тебя в моем кабинете, поднимайся. Времени у тебя не так много, а я не собираюсь завтра краснеть в учительской.

- Как ты справился с боггартом? Люпин учил нас по-другому, - спросил Гарри по пути в замок, - Я знаю… знаю, пап, я не о том. Ты его уничтожил, растворил, а не прогнал.

-Покажу потом, когда научишься справляться со своими страхами. Люпин продолжает обучение?

- Он обещал. Я могу и с тобой позаниматься, - заверил отца Гарри. – Ты же умеешь вызывать патронуса?

- Нет, - отрезал Снейп. – Занимайся с Люпином или с крестным.

- Ладно, не злись. Пап,… я видел Волдеморта снова… ночью. Он приходил к отцу Малфоя за дневником. Перстень - это его перстень, я видел его во сне … и точно знаю – это не просто сон… там яд Нагайны, змеи Волдеморта и он, он его убьет если… Зачем он здесь, ты знаешь?

- А теперь с самого начала и по-порядку, - Снейп толкнул дверь своего кабинета, пропуская Гарри вперед.

Третий раз за день Гарри в красках принялся описывать увиденное ночью.

- Первое, - заговорил Снейп после рассказа сына, - я не знаю как тебе удалось проникнуть в сознание Темного Лорда, но судя во всему то, что ты видел, на самом деле правда. Второе – очевидно Темному Лорду неизвестно об этом. Обещаю, я выясню, как избавить тебя от этих видений пока не поздно. Третье – Люциус Малфой здесь не из-за тебя и я хочу, чтобы ты держался от него подальше и не провоцировал. Тебе это понятно? И наконец, - ты сидишь здесь, ждешь меня и делаешь уроки. Перо зачаровано, достаточно просто надиктовывать, так быстрее.

- Пап… я…

- Знаю... Я тоже. Работай, я скоро вернусь, - Снейп потрепал его по голове и вышел из кабинета.

Домашние задания оказались позабыты, мысли плясали в голове не давая, сосредоточится, не смотря на всё, Гарри чувствовал себя счастливым. Семья, у него есть семья, любовь и друзья. И это самое важное, самое дорогое и самое ценное в его жизни. Воспоминания всплывали в голове калейдоскопом из ярких картинок: мама живая выходит из камина и все прочее теряет смысл и престает существовать – жива, она жива здесь и сейчас Гарри видит её прямо перед собой, Святочный бал – Джинни улыбается ему, ему одному и время останавливается, даря им двоим целую вечность, она скоро приедет, она ждет встречи не меньше, и Гарри сможет бесконечно любоваться её улыбкой, целовать её сто, тысячу раз, всю жизнь. Гарри почувствовал, как волна тепла зародилась в сердце и, растекаясь по всему телу, приятно покалывала жаром кончики пальцев, переходя в палочку. Отец. У него есть отец и чтобы не случилось, он не бросит. Он любит его. Гарри вскинул палочку готовясь произнести заклинание.

В дверь постучали, и в кабинет зашел Драко.

- Поттер? Да когда ж ты успеваешь провиниться? А Снейп где?

- Скоро придет. Подожди.

- Отец сказал – они завели их, - с улыбкой поделился Малфой, присев за стол Снейпа.

- Хорошо, - улыбнулся Гарри. – А я хотел ещё раз попробовать, пока нет никого.

- Давай, - кивнул Драко.

Гарри закрыл глаза. – Эспекто Патронум!

- Олень, - это было произнесено таким же тоном, как «баран» и Гарри сник от разочарования. Неужели и на этот раз ничего не вышло? Тогда он просто не знает… других столь же ярких и светлых воспоминаний у него нет. – Я говорю, олень, Поттер. Заснул, что ли?

Гарри открыл глаза и увидел перед собой огромного серебристого оленя, сотканного будто из лунного света, олень склонил голову приветствуя его и растаял, словно и не бывало.

«Сохатый, – вспомнил Гарри многочисленные рассказы крестного о их школьных приключениях, - не может быть. Папа. Значит, он тоже со мной и он не злится из-за Снейпа», - Гарри очень бы хотелось в это верить.

- А у Джинни тоже олень будет? – от растерянности сам у себя спросил Гарри.

- Почем, я знаю, Поттер, - ответил Драко. – Научишь - увидишь.





Оставить отзыв:
Я зарегистрирован(а) в Архиве
Имя:
E-mail:


Подписаться на фанфик
Официальное обсуждение на форуме
Пока не открыто.

Love Rambler's Top100
Rambler's Top100