Пайсано    закончен

    У Альбуса Дамблдора опять хитрый план и странные идеи: например, Рождественский бал во время Тремудрого турнира заранее кажется ему скучным мероприятием, и он решает организовать вместо него не то маскарад, не то оперетту. А значит, многие герои Поттерианы проявят себя с неожиданной стороны. Рождественский пампкинпай по мотивам телефильма «Небесные ласточки». Все песни в фанфике взяты оттуда.
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Альбус Дамблдор, Северус Снейп, Сириус Блэк
    AU /Любовный роман /Юмор || гет || PG
    Размер: миди || Глав: 5
    Прочитано: 2986 || Отзывов: 7 || Подписано: 11
    Предупреждения: ООС, AU
    Начало: 25.12.19 || Последнее обновление: 13.01.20

Весь фанфик Версия для печати (все главы)

<< >>

Маскарад

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 2


Утром, избавившись от чар и перестав быть маэстро Саладором, Снейп обнаружил две ужасные вещи. Во-первых, на журнал его курса хореографии было наложено заклятие, из-за которого невозможно было изменить список участников, и из этого можно было сделать вывод, что этот список нельзя будет изменить не только де-юре, но и де-факто. Во-вторых, в список каким-то образом попала Гермиона Грейнджер, которой Снейпу хватало и на уроках зельеварения, и даже оказалась во второй части списка, в которую попали отобранные маэстро Саладором для обучения вокалу. Вокал Грейнджер Снейп совершенно не помнил, а помнил вместо этого только поразившую его в самое сердце красоту Флер. О, она безусловно была достойна ведущей партии! Снейп задумался о вокале Флер и потому не подготовил себя к встрече с вокалом Гермионы.
Во-первых, этого вокала, можно сказать, не было. Было ли тому виной волнение, или неуверенность в своих силах, или робость перед маэстро, но Снейп подумал, что неплохо было бы и на зельеварении принимать ответы в песенной форме: тогда бы Грейнджер не выкрикивала их с места своим звонким голосом, запускающим по классу эхо, а неслышно шептала бы, примерно как сейчас. Во-вторых, вокал Грейнджер вкрадчиво, но твердо не совпадал с партитурой. Гермиона этого не слышала и читать ноты тоже не умела. Маэстро Саладору даже стало интересно, какой черт принес Грейнджер на курсы пения, и он впился своими черными глазами в ее испуганные глаза, рассчитывая на свои навыки легилимента.
«Прочь из ее головы! – вдруг рявкнул в голове Снейпа голос Дамблдора, а потом и сам директор встал перед его мысленным взором как живой. – Прочь из ее головы, твой старый соперник пробил все пароли, вскрыл все твои тайны, отыскал пророчество о тебе – ни фига себе, ни фига себе!»**
Маэстро Саладор был, безусловно, артистичной натурой, и ему можно было простить то, что он отшатнулся от своей студентки и выскочил в коридор, тем более что по мнению некоторых завистливых и заносчивых особ выскочить было от чего, ибо та продемонстрировала не пение, а скорее сипение. Но в коридоре маэстро вовсе не полегчало, и он чуть не бросился наутек – из темноты коридора, еще более высокий, чем обычно, гневный и озаренный жестоким белым светом, на него надвигался Дамблдор.
- Это вы что удумали, милейший? – вопросил Дамблдор, но постепенно сменил гнев на милость и перешел на чуть менее высокий стиль. – Я-то уж решил, что это Риддл возродился. Шел отправить его в пустоту, из которой он пришел.
- Как вы узнали? – пробормотал ошарашенный Снейп, думая про себя, что бурная жизнь маэстро Саладора ему определенно уже не по нутру, а ведь она еще только-только началась.
- Подарил ей кулон, - запросто ответил Дамблдор, и челюсть у Снейпа отпала еще ниже. – Вернее, передал его Гарри: знаете, нужна особая храбрость, чтобы противостоять не только врагам, но и друзьям. И точно так же нужна особая храбрость, чтобы подарить девушке первый подарок. Возможно, Гарри признался, что сделать подарок ему велел я, – и это наверняка прозвучало как смешная отговорка. Я даже не возражаю, если он воспользуется ей еще пару раз.
Дамблдор не знал наверняка, но догадывался, какое продолжение будет у его подарка. Гарри был смелым и сообразительным юношей: на следующий день он догадался, что у Гермионы может и не быть цепочки для кулона, хотя это стоило ему чуть ли не получаса неловких мыслей, в которых он буквально заглядывал подруге в воротник блузки, а еще через два дня Гарри подарил Гермионе довольно дорогую золотую цепочку.
- Спасибо, - сказала Гермиона, немного потупившись и пряча улыбку: напоминать Гарри, что кулон был серебряный, она не стала, хотя и любила раньше исправлять его ошибки. – Помоги застегнуть.
Решительность и упрямство, уже спасавшие Гарри жизнь, на этот раз загнали его в ловушку, а его скромность, из-за которой он представлял цепочку на Гермионе слишком целомудренно, превратила кулон с цепочкой в чокер, и тем самым захлопнула на ловушке крышку. Гарри понятия не имел, как работают замочки на женских ожерельях, и то, что застегивать замочек приходилось наощупь под волосами, ничуть не облегчало его задачу.
- Погоди, я помогу, - сказала Гермиона, откидывая волосы и открывая Гарри свою шею, но и это не столько помогло, сколько добавило моменту нервозности – и сладких томительных снов неосторожному дарителю.

Альбус Дамблдор прекрасно знал своих людей, а потому ему и в голову не пришла идея запереть уже отсидевшего двенадцать лет Сириуса в доме на площади Гриммо, тем более что фамильное гнездо Сириус не любил и к тому же всегда был одержим жаждой действия. Поэтому в Хогвартсе вскоре появился незарегистрированный портшлюз, а Сириус получил возможность зайти в родную школу уже по-нормальному, без скандала и порчи инвентаря, и навестить учителей.
Сириус, конечно, был Сириусом и навещал любимых учителей по-своему, начав с бывших однокурсниц.
- Серьезно? – вопрошал Сириус, пока еще мирно попивая чаек и даже внешне походя на воспитанного джентльмена в костюме-тройке. – Септима, ты варишь из малины варенье? Делать тебе нечего, переключайся на вино!
- Прекрати, Сириус, - в пятый раз потребовала строгая преподавательница арифмантики, к которой Сириус ввалился поздним вечером и для начала неплохо ее напугал, братски обняв с порога. Все-таки не каждый день к тебе вваливается узник Азкабана, уверяя, что за ним гонятся дементоры – а Септима Вектор уже немного подзабыла своего однокурсника, который от опасности никогда не бегал и в драке стоял до последнего, а рассказы о грозивших ему опасностях выдавал только постфактум, чтобы произвести впечатление на девчонок.
- В школе не пьют, - строго замечала профессор Вектор, и приходилось это замечание ровно на ту минуту, когда Сириус уже вылавливал в своем расширенном заклинанием кармане ее любимый ликер: чтобы Сириус не болтался по всей Англии без толку и не творил незнамо что, Дамблдор снабдил его важной миссией, и Сириус, прежде чем явиться к Септиме, навел справки, какие у нее со школьных лет появились новые вкусы.
- Слушай, мы тут собираем нашу старую банду, - говорил Сириус заговорщицким шепотом, имея в виду возрождаемый на всякий случай Орден Феникса, а не Мародеров, о которых тут же подумала Септима. – Давай, вливайся! Махнем сейчас ко мне, отлично проведем вечерок, займемся арифметикой и боевой подготовкой.
- Я представляю себе эту компанию, - покачала головой Септима и, конечно, угадала: пока Сириус привлек к делу школьного друга Ремуса, жулика Мундунгуса, старого хиппи Диггла – и свою отрывную племянницу Тонкс, чтобы посиделки выходили повеселее.
- Да ты что! – возмутился Сириус, и Септима поняла, что она была права. – Наши ребята – это уж такие светлые маги. Они уж такие правильные и самоотверженные, от некоторых даже сияние исходит. Присоединяйся, и директор – даже директор! – возрадуется.
С энергией Сириуса можно было завербовать в Орден Феникса даже добрую часть Пожирателей Смерти, которым было бы проще сдаться на уговоры, чем от Сириуса отбояриться – и потому не было ничего удивительного в том, что ближе к ночи, уломав Септиму и совсем от этого не устав, Сириус легкой походкой взлетел на Астрономическую башню, осмотреть окрестности, прикинуть, как в озеро мог приплыть корабль Дурмштранга и зачем вокруг Хогвартса разместился табор кочевников со своими кибитками. Вокруг кибиток перемещались силуэты, которые верный глаз Сириуса тут же идентифицировал как девичьи, и Сириус даже хотел развернуть телескоп вниз, посмотреть, нет ли среди кочевниц подходящих кадров для Ордена Феникса, когда заметил, что в телескоп смотрит украшенная мерцающими звездами пустая мантия, из которой не торчат ни голова, ни руки.
- Привет, Аврора, - сказал Сириус, припомнив, что в Хогвартсе теперь есть и чернокожие преподаватели. – Слушай, не убегут никуда твои звезды, они неподвижные. Дай я вон на те кибитки гляну, может, там есть, с кем познакомиться.
- Сириус, - вздохнула Аврора – она жила на самом верху Астрономической башни, и летний отлет Сириуса на гиппогрифе не прошел без ее участия. – Это делегация Шармбатона, женской школы из Франции. Если ты явишься к ним, как и ко мне в прошлом месяце, на гиппогрифе и потребуешь срочно дать посадку, они там все в обморок попадают.
- Да знаю я, как они падают, - самоуверенно заявил похабник Сириус, - «в обморок».

Если бы Гермионе легко давался вокал, как ей давались другие предметы, она наверняка извела бы и Гарри, и Рона своими рассказами о прекрасном новом курсе и замечательном новом профессоре, пробудив в них усталость и раздражение куда раньше, чем могла бы пробудиться ревность. Но, несмотря на все старания маэстро Саладора, стремящегося сохранить втайне свою настоящую личность, а потому необычно для самого себя тактичного и воодушевляющего, вокал Гермионе давался не лучше, чем прорицания или полеты на метле, и тут уже не было отговорки, что это никому не нужная ерунда, музыку по этой графе не спишешь. Гермиона расстраивалась, перед уроками маэстро ее бил мандраж, а Гарри и Рон как-то обходились без ее напоминаний о том, что домашние задания надо все-таки делать, и даже делали их сами, чтобы не беспокоить подругу своими настойчивыми просьбами дать списать.
Гарри и Рон каждый раз дожидались Гермиону после урока у таинственного маэстро, который появлялся только по ночам, и это стало для них таким привычным, что, когда Гермиона попросила Гарри ее проводить, он даже удивился, но не тому, чему удивился бы раньше.
- Конечно, - как о само собой разумеющемся ответил Гарри. – Ты сегодня раньше заканчиваешь? Я скажу Рону.
- Да нет, сейчас, - недовольно сказала Гермиона, она и так от волнения стискивала руки в кулаки перед уроком, на котором хоровые партии должны были закончиться и начаться индивидуальные, а тут еще и Гарри опять непонятливый.
- Запросто, - ответил Гарри, он был легок на ногу и всегда готов помочь, вот и сейчас он даже не задумался о том, что до того времени, когда Гермиона обычно уходила на урок маэстро, оставалось почти полчаса. Наверно, эта склонность бросаться на выручку не раздумывая сулила Гарри в будущем немало бед, но сейчас это беззаботное и решительное «запросто» как-то сразу Гермиону успокоило, и она начала рассказывать Гарри о том, как ей не дается пение, почти сразу после того, как они вышли из гриффиндорской башни.
Гермиона думала, что Гарри удивится ее жалобам, может, даже не поверит или подумает, что она снова преувеличивает и выдает мелочи за большие проблемы, как уже не раз бывало перед экзаменами, когда она сокрушалась тому, что не помнит одну главу из внеклассного чтения, и это было похоже на издевательство над остальными, которые и из учебника не все главы помнили. Ей и без того было немного странно просить у него поддержки и помощи: даже несмотря на то, что она в их приключениях всегда шла вслед за ним, по выбранному им маршруту, она тогда думала, что это он нуждается в ее помощи, словно в подсказках на уроках.
- Я думаю, мы все-таки волшебники, - спокойно и уверенно сказал Гарри – возможно, самостоятельное выполнение домашних заданий без надежды списать тоже пошло ему на пользу. – Мы что-нибудь придумаем.
- Ты что, хочешь зачаровать меня, чтобы я пела голосом Селин Дион, то есть Селестины Уорлок? – возмутилась Гермиона.
- Я знаю, кто такая Селин Дион, - напомнил Гарри и на секунду поддался дурному влиянию Сириуса, который тщательно взращивал в крестнике своего закадычного друга Джеймса. – Хотя мне Абба как-то больше нравится, там девчонки пободрей. Я имею в виду, ты же мне сама говорила, что человеку заклинанием можно зрение исправить. С голосом тоже можно что-то сделать, наверно. И со слухом – хотя если ты не умеешь петь, это не значит, что у тебя его нет, это я тебе по себе говорю.
- Ты мне тогда так и не ответил, - напомнила Гермиона, словно цепляясь за старое – Гарри был какой-то непривычный, изменившийся за пару месяцев, которые она провела в борьбе с вокальными партиями: более взрослый, более самоуверенный – и такой же великодушный, ведь она только что объясняла ему, что она не слышит, как фальшивит. – Хочешь, я постараюсь выучить это заклинание, для зрения?
- Да нет, - улыбнулся Гарри. - Я привык уже, мне даже кажется, что без очков я смешно выглядеть буду. Ну вот смотри…
С этими словами Гарри снял очки и взглянул Гермионе прямо в глаза с милым близоруким прищуром.
- Ну что, смешной? – спросил Гарри, не замечая в полутемном коридоре, что Гермиона на него загляделась.
- Нет, - тихо ответила Гермиона, вдруг потеряв голос как на уроке маэстро Саладора, о котором она теперь напрочь забыла.

Одной из тайн магического мира было то, как Сириуса не выгнали из Азкабана за плохое поведение – впрочем, некоторые говорили, что именно это стоит за его так называемым побегом. Поэтому было неудивительно, что рыцарь на гиппогрифе посетил прекрасных французских дам и даже покатал нескольких из них под облаками – в том числе очаровательную Флер Делакур. Действовать Снейпу назло было для Сириуса настолько сильным инстинктом, что ни личина маэстро Саладора, ни тайна, в которой маэстро сохранял увлечение своей звездой, Снейпа от Сириуса не спасали.
В отличие от Сириуса, который так и остался самоуверенным веселым обалдуем, ощущавшим себя на двадцать и не томимым конфликтом между сердцем и преподавательскими обязанностями, Снейп вел осаду прекрасной француженки долго и методично, словно это была не девушка, а крепость Ля Рошель. Дополнительным препятствием, не осознаваемым Снейпом, было то, что Флер понимала природу его очарованности, относя ее на счет своих вейлочар, а вот внимание Сириуса ей льстило, потому что было натуральным и непосредственным.
Маэстро Саладор, певший ей арии и прожигавший ее взглядом черных глаз, казался Флер романтическим и печальным, и ей виделась в нем какая-то темная тайна, вероятно, связанная с неизвестным ей знаком змеиной кожи, кусок которой, вытатуированный на предплечье маэстро, Флер заметила однажды, когда маэстро, одетый в просторную белую рубашку, воздевал перед ней руки и глубоким баритоном выводил, что и после смерти он не обретет покой. А вот то, что наедине с ней, вынужденный говорить словами, а не песнями, маэстро оказывался немногословен и неловок, Флер нравилось куда меньше. Пусть даже Сириус тоже постоянно допускал неловкости и промашки, но он был при этом так весел и самоуверен, что сердиться на него не хотелось, хотя и замуж за него не хотелось тоже. Например, Сириус недавно в попытке быть галантным угостил Флер клубникой в шоколаде и шампанским, но все это прибыло с таким мрачным и презрительным домовиком, что Флер даже вздрогнула – и тут же начала смеяться.
- Святые угодники, полувейла! – воскликнул бесцеремонный домовик. – Небо хоть немного смиловалось над старым Кричером! Все лучше, чем грязнокровки и проклятые маглянки, которых молодой хозяин постоянно таскает в дом моей покойной госпожи, ох, если бы моя госпожа это видела, ох, что бы она сказала!
- Чего ж ты и теперь все портишь, ушастая ты харя? – весело ответил Сириус, ничуть не смутившись, и тут же наплел Флер, что в его доме собирается тайное общество, и дамы бывают там только по важным и секретным делам.
Разумеется, Флер Сириусу не поверила и, разумеется, она его после этого прогнала, чем и объяснялось то, что Сириус однажды объявился в коридоре у класса маэстро Саладора даже раньше, чем туда пришли хорошо заучившие расписание Гермионы Гарри и Рон.
- Вот, тоже поджидаю, - признал Сириус. – А вы кого? Что, вдвоем одну? Ну, молодежь, ну вы даете!
К счастью для Гарри и Рона, Гермиона в этот момент вышла из класса вместе с остальными, так что им двоим не пришлось услышать продолжение мыслей Сириуса, а вот Сириус своей дамы не дождался и решительно шагнул в класс, застав маэстро Саладора склонившимся над дамой сердца.
- Бью по тылам! – задорно провозгласил Сириус, даже не позаботившись вынуть палочку.

_______________________________________
Пользуясь случаем, автор поздравляет всех своих читателей, пампкинпайцев, гармонистов и просто хороших людей с наступающим Новым Годом и желает им, чтобы в наступающем году рядом с ними были настоящие друзья: неунывающие как Сириус, решительные как Гарри и верные как Гермиона.

** Отповедь легилименту принадлежит перу Саши Васильева из группы "Сплин". Прослушать песню полностью и посмотреть на молодого Васильева можно здесь: https://youtu.be/_poaUvGyxXw
<< >>
Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.
Подписаться на фанфик

Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Top.Mail.Ru