Избранные. Тайны ведьм. автора Лера Родс    в работе   
История двух сестер, отправляющихся в Хогвартс благодаря своим способностям.

Любовь, страсть, дружба - испытания для души. А когда она ранена - реально ли справиться с миром зла?

Демоны, пророчества и тайны - даже для Школы Волшебства это слишком. В праве ли ты держать палочку, если за собой ты приведешь только смерть?..
Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
Гарри Поттер
Любовный роман, Приключения, Юмор || гет || PG-13 || Размер: макси || Глав: 16 || Прочитано: 481 || Отзывов: 0 || Подписано: 2
Предупреждения: нет
Начало: 03.10.21 || Обновление: 25.11.21

Избранные. Тайны ведьм.

A A A A
Шрифт: 
Текст: 
Фон: 
Глава 1. Хогвартс.


«В Хогвартсе тот, Кто просит помощи

Всегда ее получает»

Альбус Дамблдор

Улицу Крамптон-стрит нельзя было назвать очень тихой и бесшумной. Постоянно проезжающие машины, вечерние, а порой и ночные прогулки компаний, так или иначе, просачивались в окна жителей дома №85.

Но то, отчего в очередной раз проснулась Эмили Ньюмен, никак не было связанно с доносившимися с улицы звуками. Эми проснулась от шума на соседней кровати. Это была ее сестра Элеонор Ньюмен и ее ночной кошмар.

— Что — опять? — не открывая глаз, спросила Эми.

— Да! Опять этот замок, — возбужденно ответила Эл, — только на этот раз мне снилось, как летают на метлах. На метлах, Эми!

Все сны Элеонор Ньюмен были похожи на абсурд. Так думала Эмили, но Эл видела такие сны практически каждую ночь, и игнорировать их становилось все сложнее. Когда сны только появились, их трудно было назвать целым сном. Скорее, это были отрывки о каком-то замке и людях, живущих в нем. Со временем, все стало приобретать более отчетливый смысл. Появились целые сюжеты. Сестры никак не могли понять, что они означают.

Некоторое время назад, Эл стала видеть в своих снах какие-то знаки. Знаками, называла свои сны исключительно сама Эл, аргументируя обычно одной и той же фразой: «а что это, если не знаки, а?». Вот, к примеру, неделю назад, Эл увидела во сне, как какой-то человек, на вид невероятно старый, с длиннющей белоснежной бородой, объяснял другому, более молодому мужчине, что две могущественные волшебницы должны в скором времени найти их и присоединиться к ним. И еще уточнил, что встретить их нужно будет должным образом. И Эл решила, что речь идет именно о них с сестрой.

Дело в том, что Эми и Эл обладают какими-то чарами. Что-то сверхъестественное, что-то волшебное, что объяснить обычным языком слишком трудно, да и осознать тоже. О таком обычно в книжках пишут, да в фильмах показывают. Откуда все это появилось — сестры не знали. И спросить им было не у кого. Родители Эмили и Элеонор Ньюмен погибли, не успев им исполниться и по три года. На воспитание себе их взяли тетушки, Вайолет и Миранда, сестры их матери. Но, к несчастью, несколько лет назад, а точнее четыре года, сестры потеряли и их. После родителей у Эми и Эл осталось только небольшое состояние, которым они смогли пользоваться лишь после смерти тетушек, да и узнали они о нем тогда же.

Свои волшебные способности сестры получили после того, как потеряли тетю Миранду и тетю Вайолет. Началось все это в день похорон. Вернувшись домой, и по обычаю усаживаясь на кухне за чашечкой чая, сестры стали обсуждать свою будущую жизнь. Странным было то, что и Эми, и Эл чувствовали какое-то присутствие рядом с собой. С детства, придумывая себе чудеса и искренне веря в них, сестры решили — а почему бы и нет? Может, это тетушки решили попрощаться с ними? Естественно, в свои двадцать четыре года, ни Эми, ни Эл не могли поверить в это, но скорбь и тоска по родным людям всегда будоражат воображение.

Так как теперь, всем своим наследством, сестры могли распоряжаться в полной мере, Эл предложила не медлить и уехать. Оставаться было слишком тяжело, ведь, воспитывая их, тетушки не просто старались привить им все самое лучшее, они вложили в них свою душу. И, возможно, та атмосфера, что всю жизнь витала в доме тетушек — впиталась в сестер любовью друг к другу. И сестры были единым целым. И теперь… кроме них, друг у друга больше никого нет.

В туже ночь, девочки собрали вещи. Перебирая старые, им в руки попала брошь тетушки Миранды. И вот тут у Эл было первое видение. Оно было мутным, не понятным, без какого-либо смысла. Но оно было. А потом, в одном из городов, в котором сестры были проездом, Эми остановила время. Точнее она остановила человека, заставив его застыть на месте. Случайно, разумеется.

По началу, Эми думала, что у них с сестрой психологическая травма, и они сходят с ума, считая, что могут колдовать. Но Эл оказалась права — они настоящие волшебники. Сначала, девочки путешествовали по миру, но вернувшись в Лондон, захотели остаться именно тут. Хотя росли они в деревушке Байбери, расположенной неподалеку от города.

И вот теперь, вбив себе в голову, что сны — это некий проводник их пути, у Эл навязчивая идея — отыскать этот замок. Эл буквально каждую минуту говорит об этих снах. В любой другой момент своей жизни, Эми ни за что бы, не стала верить в ее сны и, тем более что про них где-то говорят и где-то ждут. Но Эл наделена даром предвидения, она видит будущее, что не раз уже доказывала. И именно поэтому очень серьезно относится ко всему, что ей снится.

— Эми, ты можешь вообще себе такое представить, чтобы кто-то летал на метлах? — с энтузиазмом спросила Эл. — Ну, послушай, в этот раз все было по-другому. Как будто мы с тобой были там. На самом деле, я тебя не видела, но видела это своими глазами, а не как обычно — со стороны, понимаешь? Куда ты пошла?

Эми поднялась с кровати и пошла в сторону кухни. Эл соскочила со своей постели, и двинулась следом. Эми думала о том, что такой сон мало похож на правду: метла и человек. Как это возможно?

— Эми, Эми, это был как футбол, только на метлах! Может, в этом замке играют в футбол на метлах? Ну, смотри, все же сходится! Старик сказал, что ждет двух волшебниц. А мы с тобой можем колдовать, так? — У Эл горели глаза, и она выжидательно посмотрела на сестру. Эми молча наливала кофе. — Значит, у них там волшебный футбол, а мы…

— А мы с тобой главные вратари года? — протянув кружку сестре, Эми засмеялась.

— А мы, — продолжила Эл, проигнорировав сарказм сестры, — тоже волшебницы. Вот и…и… я не знаю, что дальше.… Ну что ты молчишь? Скажи что-нибудь! — Эл смотрела, как Эми обхватив обеими руками кружку, медленно, маленькими глотками отпивала кофе и нетерпеливо ждала ответа.

— Расскажи мне подробнее, что именно ты видела? — смотря сквозь кружку, спросила Эми.

— Несколько человек летало по воздуху на метлах. Еще я видела поле, далеко внизу, поэтому могу сказать, что сама я сидела очень высоко.

— А местность? Что ты видела помимо летающих метел? — задумчиво спросила Эми.

— Эмм…, — задумалась Эл, — ну, кажется, что деревья, недалеко стоял густой лес. Еще озеро вроде.… Не помню, я слишком была занята метлами в воздухе. Почему ты спросила? О чем ты думаешь?

— Я думала, что местность могла бы подсказать нам, где искать твой замок, — Эми вздохнула и, допив кофе, пошла обратно в постель. Эл молча пошла за ней, тоже немного расстроившись.

Глядя на темный поток, Эми думала, что все эти сны-видения ничего конкретного не показывают. Ну что это еще за предвидение, где летают на метлах? Разве человек в здравом уме сможет поверить в такое?

Последние дни августа выдались достаточно теплыми. С последней ночи, когда сестры обсуждали летающие метлы, Эми пыталась найти информацию об этом или хотя бы что-то похожее на это. И, казалось, что все это так и останется сном. Просмотрев сотни книг, даже близко не нашлось того, что видела Эл. Эми никак не давала покоя одна мысль: почему нигде нет никакой информации об этих местах? Если трибуны имеют такую высоту, как описывает Эл, то должен же кто-то был их заметить? Замок, который имеет колоссальную площадь, нигде даже не упоминается! Старинных сооружений, к тому же целых, можно по пальцам пересчитать, а именно этого замка нигде нет. Как будто его не существует. Но сны Эл никогда не подводили, и раз, почти каждую ночь ей снится этот замок — то все это, что-то да значит.

— Эми! Эми! — кто-то настойчиво тряс Эми за плечо.

— Доброе утро, Эл, хотя не доброе уже, — сонно сказала Эми.

— Я знаю! Я знааааааю, — Эл носилась по комнате, прыгая и радостно размахивая руками, — мне приснилось место! Теперь мы знает, что нам делать!

— Что? Какое еще место? — Эми прищурилась от яркого солнечного света. — Тебе приснилось, где находится замок?

— Ты ожидала чего-то другого?

— Нет. Рассказывай, — Эми постаралась вложить в свои слова, как можно больше искренности.

— Так, если ты не хочешь, то я ничего рассказывать не буду! — Эл скрестила руки и обиженно отвернулась, но надолго ее терпения не хватило, и она вновь засияла, разворачиваясь обратно. — Ладно, ладно, раз ты настаиваешь. Я видела вокзал Кингс-Кросс. Мы с тобой шли по перрону, впереди шла семья. Я четко помню, как посмотрела на часы — время было 10:53, а та семья, что шла впереди — спешила. Сказать почему? Потому что женщина сказала, а я ее прекрасно слышала, что они опаздывают и им нужно спешить! Ну, как? Здорово? — Эл изогнула бровь, демонстрируя какую-то огромную гордость, а затем второпях продолжила, — знаешь, что было дальше? Ты не поверишь! Они один за другим, с разбегу впечатались в стену. Разбежались и исчезли в стене. Скажешь, что все это ерунда какая-то? И будешь не права — это и есть наш проход к нашему замку!

У Эми сон как рукой сняло, и она уставилась на сестру полным недоумения взглядом. Больше ничего не говоря, Эл пошла в сторону шкафа. Достала большой чемодан и начала вытаскивать с полок свои вещи.

— Погоди, Эл, — Эми стояла, раскачиваясь на носочках, — откуда ты знаешь, что этот сон связан с замком? Ну, подумай сама, магия магией, но сквозь стены проходить…

— Эми, — ироничным голосом сказала Эл, — с каких это пор в тебе поселился скептик? Уж ты-то точно в совпадения не веришь. И ты сама знаешь, что все, что мне снится, связано именно с замком и с нами.

Последняя ночь стала целым испытанием для обеих сестер. Во-первых, ни Эми, ни Эл, так и не смогли сомкнуть глаз. Эл всю ночь перебирала чемодан, складывала и доставала вещи, проверяя все ли взяла, и что ей может пригодиться. А Эми всю ночь просидела, копаясь в интернете и выискивая хоть что-то, что могло быть похожим на прохождение сквозь стену. И, конечно, ничего так и не смогла найти.

С наступлением рассвета, чувство волнения и тревоги нарастало. Эл постоянно переодевалась, пытаясь подобрать подходящий наряд для встречи, с кем неизвестно, в месте, о котором они ничего не знали.

— Эл, давай быстрее уже, мы опоздаем. Мы даже не знаем, куда мы опаздываем, и почему! Так что пошевеливайся! — кричала Эми сестре, стоя на пороге и громко вздыхая.

Эл носилась по квартире, наспех засовывая в свой битком набитый чемодан предметы, по ее мнению, которые ей точно понадобятся. И когда она убедилась, что вроде все взяла и ничего не забыла, она пробежала мимо Эми, и уже с лестницы крикнула:

— Эми, что встала? Опоздаем же из-за тебя!

Когда сестры Ньюмен приехали на вокзал, Эл сразу же убежала вперед, спеша быстрее добраться до места, которое видела во сне.

— Подожди меня, я ведь не знаю куда идти, — позвала Эми сестру и услышала в ответ лишь недовольное фырканье.

Эл остановилась так резко, что Эми чуть не налетела на нее, а некоторые прохожие даже обернулись. Эл посмотрела на часы — 10:53. Несмотря на то, что Эми в принципе уже привыкла к способности своей сестры, тем не менее, каждый раз удивлялась.

— Смотри Эми, вон та семья, — прошипела Эл в ухо сестры и схватила ее за руку, — пойдем за ними.

Сестры шли следом, стараясь не потерять их из виду.

— Давайте, давайте, а то опоздаем, — послышался голос женщины, которая подгоняла своих сыновей.

Они остановились между платформами 10 и 9. Огляделись по сторонам и по очереди побежали прямиком в стену. Как только мальчик коснулся стены — тут же в ней исчез.

— Ого! — хором произнесли сестры.

— Иди первой, ты старше меня, — подтолкнула Эл сестру.

— Всего на четыре минуты, — недовольно буркнула Эми, но все же сделала шаг вперед.

Неуверенными шагами, крепко сжимая ручку чемодана, Эми перешла на бег, как делали до этого члены странной семьи. Она зажмурила глаза, если уж и удариться лбом, то лучше не видеть этого. Но вместо этого Эми почувствовала лишь легкое шевеление внутри себя: ни стен, ни удара. Когда Эми открыла глаза, у нее зашевелились волосы на голове от увиденного.

Перед сестрами во всей красе представился другой вокзал. Шире и больше. Шум, разговоры, гул. На рельсах стоял поезд, красивый, черно-красный, с надписью: «Хогвартс-Экспресс». Повсюду гремели тележки, нагруженные чемоданами и клетками с совами. И тут, будто кто-то ударил с силой Эми по голове, заставляя ее мозг шевелиться, она воскликнула:

— Боже, Эл, да это же школа! Твой замок — это школа и скорее всего магическая! Иначе как все это объяснить? Ты только посмотри — это же ученики.

Эл внимательно смотрела, как ее сестра с восхищением и любопытством разглядывает, проходивших мимо людей и начинала убеждаться в каждом ее слове. И все становилось на свои места. Конечно же школа, и сделано все так, чтобы люди не догадались ни о чем.

Заняв свободное купе, сестры с нетерпением стали ожидать окончания поездки. Первые пару часов, они шумно обсуждали и представляли, что их может ждать в конце пути. Как будет выглядеть замок во всей красе, кто их встретит, и кого встретят они. Но вскоре, усталость взяла свое, и девочки просто ехали молча, вглядываясь в пролетающие мимо пейзажи, быстро сменяющие друг друга. Обширные поля, густые леса, вместе с меняющимися картинками менялась погода, становясь мрачнее. Какое-то время, сестрам удалось подремать, пока их не разбудила, проезжающая мимо тележка со сладостями. Милая, полная женщина предложила приобрести вкусности, но как оказалось — в магическом мире совершенно другие деньги. А в животе уже начинало урчать. Эл начала стонать, что хочет есть, и нормально выспаться. И предвкушение, действительно, чего-то волшебного, стало улетучиваться.

Трудно было сказать, сколько сестры уже едут, но судя по наступившей темноте за окнами — наступил вечер. В купе включили свет и послышались голоса и какое-то движение. Разглядеть, что творилось за окном было невозможно.

Эл чувствовала, как ее пробирает мелкая дрожь, то ли от волнения, то ли от голода. Что скорее всего, и от того, и от другого. За дверью постоянно ходят и, Эми сделала предположение, что они уже совсем близко.

— Эми, выгляни, посмотри, что там происходит, — попросила Эл с самым непринужденным видом.

Эми взглянула на нее строгим взглядом и продолжила прислушиваться. Судя по ее раздраженному лицу, что-либо разобрать у нее не получалось.

— Эми, а как я понесу свой чемодан? Он же тяжелый, а я так устала.

— И что ты предлагаешь? Мне его нести? — Эми изогнула бровь.

— Спасибо большое, это будет великолепно, — Эл радостно закивала.

Эми рассмеялась. Резкий звук и легкое торможение заставило сестер замереть на месте.

— Ну что, сестренка, обратного пути нет, — со вздохом произнесла Эми, — я так волнуюсь. В окно еще ничего не видно, а если нас не впустят?

Эми начинала немного паниковать, чувствуя, как все дрожит внутри. Для Эл это было плохим знаком, ведь из них двоих — уравновешенность и спокойствие всегда лежало на плечах Эми.

За дверью шевеление и голоса усилились. Все столпились у выхода. И когда поезд окончательно остановился, стало слышно, как все спускаются на перрон. Эл встала и потянула сестру за собой. А она сидела и потирала руки, когда Эми волновалась, то всегда теребила то пальцы, то волосы. Дождавшись, пока разговоры стихли, и за дверью почти никого не осталось, девочки вышли из своего купе.

— Это, наверное, школьная форма, а мы с тобой сразу выделяемся в обычно одежде. Нас точно не пустят! — прошептала Эми, рассматривая впереди идущих ребят, одетых в черные мантии.

— Так, стоп! — Эл развернулась к сестре. — Перестань! Это я обычно начинаю паниковать раньше времени, а тут ты вся трясешься. Возьми себя в руки, никто нас никуда не выгонит. Мы должны быть здесь, иначе даже не попали бы сюда. Давай уже логику свою включай.

Эл сама не ожидала от себя такой речи. И, хотя, у Эл внутри все скрутило, как тугим жгутом, виду она не показывала. Так было всегда, с самого детства. Это некий сестринский кодекс, как они сами его называли. Когда одна выбивалась из колеи, то вторая обязательно поддерживала, несмотря ни на что. Иначе, сестры бы просто сдались в самом начале своего самостоятельного пути.

Эми и Эл шли по перрону за толпой студентов, шумно обсуждавших свои каникулы. Огромная толпа стала расходиться по разным сторонам. Эл увидела впереди кого-то очень большого и решила, что это великан. Но так как она жутко устала и почти упала уже в голодный обморок, Эл успокоила себя, что ей это показалось.

— Эл, за кем идти? Ты у нас по части предчувствия, — Эми закусила губу и накручивала на палец прядь волос.

— Эми, успокойся.

Эми была старше Эл на целых четыре минуты, и в обычной жизни это имело большое значение. Так уж вышло, что она была старшей во всем. Касалось это принятий решений, или ответственности за дом, или даже за саму Эл. Эми была ответственна за все. Эл, хоть и вредничала, но всегда к ней прислушивалась, и ее мнение было самым важным. Эми была серьезной и вдумчивой. Возможно, именно из-за возложенных на нее обязанностей, она редко позволяла себе расслабиться. Зато позволяла это сделать Эл, стараясь самой держать все под контролем. Но сейчас, ее волнение и сильное беспокойство — беспокоило Эл. Ведь роль старшей — упала на нее.

Местность ничем себя не выдавала, и понять где сестры находятся, просто было нереально. Но тут движение затормозилось, Эми сразу же впилась в руку Эл. У обеих промелькнула мысль: «неужели, дошли?». Эл приподнялась на носочки, чтобы разглядеть, что происходит впереди, но по-прежнему, ничего не было видно. Девочки немного отошли назад, чтобы не привлекать к себе внимание, хотя, как заметила Эми — в темноте вряд ли их заметят, или вообще станут разглядывать.

Кроме шелеста деревьев и доносившихся до них издалека выкриков, расслышать, о чем так весело разговаривают студенты, сестры не смогли, как не прислушивались. Но до них долетали обрывки фраз, сообщающие о каких-то покупках, новинках и каникулах. Колонна студентов стала редеть, и сестры смогли видеть, как небольшие группы по пять-шесть человек уезжают на каретах.

— Чувствую себя как в средневековье: мантии, кареты, Замок. Может, мы прошли через портал в прошлое? — голос Эми подрагивал, но по ее глазам можно было понять, что все этой ей уже нравится.

Вскоре, очередь садиться в карету дошла до Эми и Эл и, дождавшись, пока сядут последние ученики, вплотную подошли к своей. Сестры разинули рты от увиденного. Перед ними стояла карета, но у кареты не было лошадей. Пустые кареты сами по себе стояли и ждали, когда в них сядут. Эл подтолкнула сестру, чтобы та залезла внутрь, в страхе, что из-за своего оцепенения, могут упустить последнюю возможность.

Как только сестры сели, повозка тронулась и покатила по неровной дороге, сама по себе. Карета с невидимыми лошадьми везла сестер к Замку и когда она остановилась, сестры, вытащив свои чемоданы - оглянулись. Никого уже не было, позади виднелся густой лес, а вдалеке, с другой стороны — озеро. И величественный Замок, площадь которого было бы трудно оценить. Это был огромный, беспорядочно построенный, довольно устрашающего вида Замок, с путаницей башен и зубчатых стен. Остроконечные башни, казалось, взымались высоко вверх и могли бы достать до звезд. Такой Замок могли построить только волшебники.

Небо над головой было чистым и усыпанным звездами, ярко освещавшим каменную лестницу к огромным входным дверям.

Обменявшись взглядами и глубоко вздохнув, Эми и Эл поднялись и вошли в двойные дубовые двери. Теплый свет врезался в глаза, и зрение можно было сфокусировать только проморгавшись. Прямо перед сестрами предстала большая комната, похожая на пещеру, освещенная факелами. Потолок был так высок, что едва видим. С левой стороны доносился шум, загораживаемый двустворчатыми дверьми. Поставив чемоданы у стены, сестры встали перед входом.

Только Эл повернулась, чтобы спросить Эми, что они будут говорить, когда войдут, как перед ними стали открываться эти огромные двери-ворота. Эл почувствовала, как рядом стоящая Эми чуть не упала в обморок, невооруженным взглядом можно было заметить, как у нее трясутся руки. Волнение нарастало с бешеной скоростью, и пока открывались двери — внутри все дребезжало.

— Что будем делать? Что скажем? Эл, ты будешь говорить, я не смогу, — дрожащим голосом прошипела Эми, пока двери раскрывали путь.

Яркий свет ударил в глаза, и Эми с Эл увидели Большой Зал. Он был неимоверных размеров, длинный, огромный. Освещался зал, самым что ни на есть, волшебным образом — по всему помещению свободно летали горящие свечи. Под потолком парили звезды, копируя небо, за пределами Замка. Во всю длину Зала расположились четыре длинных дубовых стола, с такими же длинными скамьями, стоящих у них; у дальней стены, перпендикулярно четырем столам, стоял еще один, такой же длинный. По всей видимости, стол преподавателей. Перед ним стояла группа учеников, по виду младше сестер и женщина в остроконечной шляпе.

«И правда, средневековье!», — подумала Эл, оглядывая Большой Зал со смесью страха и восхищения. И как только мысль промелькнула в голове Эл, она тут же увидела, как на них с сестрой устремлены сотни глаз. Все повернули к ним головы и наступила полная тишина, прерываемая лишь неровным дыханием Эми.

— Эми, заморозь их, — предложила Эл шепотом.

Эми молча свела руки вместе, как делала каждый раз, когда пугалась, отчего окружающие ее люди застывали на месте. Но не в этот раз. Никто не застыл, и по-прежнему с любопытством рассматривали сестер.

— Эл, что делать, что делать? — спросила Эми голосом, больше похожим на писк. И пропищи она чуть громче, ее голос мог эхом прокатиться по Залу.

— Я думаю, нам стоит пойти, — неуверенно сказала Эл.

И это были самые страшные слова для Эми на данный момент. Дело в том, что Эми просто терпеть не могла огромного внимания к себе со стороны людей. Ей сразу становилось не комфортно и не уютно. Она начинала поправлять одежду и волосы. И пройти через весь этот Зал, мимо всех этих студентов, было мучением для нее. Тем более, когда они были не прошенными гостями. Но выхода у сестер не было, и Эл сделав шаг вперед, потянула сестру за рукав. И думала она о том, как бы ей от волнения не споткнуться у всех на глазах, и не упасть.

И вот, Эмили и Элеонор Ньюмен шагнули за порог реального мира. Как только они сделали это, по Залу прокатилась волна шепота. Зал ожил, и тишина перестала давить угнетающей волной. Вместе с поднятым волнением среди студентов, у сестер в равной степени все перекрутилось внутри, от чего стало слегка подташнивать.

— Главное, дыши, сестренка, — шепнула Эл на ухо Эми.

Эми что-то промычала невнятное в ответ и кивнула, в знак, что она держит себя в руках, следуя за своей сестрой. Эл шла чуть впереди, с высоко поднятой головой и серьезным видом, несмотря на все бурлящие эмоции внутри. Эл была невысокого роста с роскошными пшеничного цвета волосами, небрежно струившимися до пояса. Большие глаза с пышными ресницами, Эл слегка прищурила, чтобы более отчетливо видеть большой преподавательский стол. Эми, менее уверенной походкой не отставала от Эл, как бы она не старалась, то и дело теребила свои губы, закусывая то нижнюю, то верхнюю и взгляд ее блуждал по Залу. Ниже своей сестры на самую малость, Эми казалась совсем миниатюрной. Ее темные волосы чуть ниже плеч, которые она любила перекидывать на правую сторону, сейчас подпрыгивали в такт ее неровной походки. Сестры были абсолютно разными, и выдавало их родство, пожалуй, лишь мимика и глаза. Тепло-карие, они меняли свой оттенок в зависимости от настроения или ситуации, становясь на тон холоднее. И все же даже такой одинаковый — выразительный взгляд, у них был разный: улыбаясь, у Эл в глазах оставалась грусть. Зато у Эми, губы могли не выдавать улыбку, даже когда смешно, зато глаза, всегда смеющиеся и в тоже время проницательные. Эми была серьезна, любила логику и рассуждения, что было полной противоположностью Эл; когда как Эл более ветрена и взбалмошна, но обе непременно умны и замечательно дополняли друг друга. Ответственность и развлечение — идеальное сочетание. И как любила повторять Эми: «я здравый смысл, а ты идейный вдохновитель; с нами точно не соскучишься».

Пройдя середину Зала, Эл неосторожным взглядом, сама того не желая, встретилась с холодным взглядом блондина, сидевшего за дальним столом. Если бы не волнение и страх от предстоящего разговора, то Эл обязательно демонстративно злобно ответа взгляд. Подойдя ближе, Эми и Эл увидели, сидевшего за главным столом на красивом золотом высоком стуле-троне старика с длинной серебряной бородой, который вставал и пристально следил за ними. Эл узнала в нем того самого старика из своего сна. Достигнув, наконец, длинного стола, толпа учеников, стоящих перед ним, расступились в стороны, пропуская вперед неизвестных девушек. Перед учительским столом стоял табурет, на котором лежала старая, потрепанная, вся в заплатах шляпа. Пожилой мужчина слегка склонил голову вперед, взглянув на сестер поверх своих очков половинок.

Эл открыла рот, чтобы начать разговор, но ее голос куда-то делся, вместо него она чувствовала, как ком подкатил к горлу. Но тут неожиданно заговорила Эми, сама того, не ожидая от себя:

— Добрый вечер, — Эми сглотнула, — мы…

— Добрый вечер, юные дамы, — прервал ее старик, мягко улыбаясь, и его голос эхом прокатился по всему Залу, достигая даже тех, кто сидел у самых дверей и встал на скамьи, чтобы видеть происходящее. И как только слух наполнился этим голосом, весь страх куда-то ушел. Будто и не было, стало спокойно.

— Рад приветствовать вас в Школе Волшебства и Чародейства «Хогвартс», — продолжил он, — мы вас ждали некоторое время назад, вы как-то припозднились.

На этих словах он снова улыбнулся, создавая впечатление, что каждое его слово отдается теплом и добром.

Сестры переглянулись, Эл так и подмывало сказать: «вот видишь?», но по лицу Эми стало и так понятно, что эти слова в своей голове она уже услышала.

— Меня зовут Альбус Дамблдор, я являюсь директором этой школы. — Не обращая внимания на переглядывания сестер, он продолжал. — Кто вы — мне известно, и как я полагаю, вы, вряд ли захотите вернуться домой, проделав такой путь и узнав, наконец, где вы?

Девочки яростно замотали головой, боясь, что если чуть помедлят, то их отправят обратно.

— Что ж, в таком случае, я попрошу вас пройти обычную систему распределения на факультеты, — он жестом указал на табурет, с восседавшей на ней шляпой, — но учиться вы будете на четвертом курсе. Если не возражаете, разумеется.

Эми мельком обвела взглядом весь преподавательский стол и отметила про себя, что никто из них не удивлен их появлению. А шептание за спинами, тем временем, вновь возобновилось и у Эми от этого побежали мурашки. Она думала о системе распределения на факультет, пытаясь заранее угадать, что им придется сделать для этого. И невероятно пугал ее тот факт, что придется делать, что бы там ни было, перед всей школой.

— Ньюмен, Элеонор, — прозвучал строгий голос, разительно отличавшийся от мягкого голоса директора.

Эми с Эл обернулись и увидели, ту самую женщину в остроконечной шляпе, с нетерпением ждущая их. Высокая женщина довольно сурового вида с собранными в тугой пучок темными, а местами и седыми, волосами, в очках в роговой оправе указывала, чтобы Эл прошла и села на табурет. Эл села и ей на голову водрузили старинную шляпу. Мгновение стояла тишина, весь Зал притих. И вдруг, от чего Эл вздрогнула, шляпа заговорила.

— О да, сила, мужество, желание быть впереди всех и показать себя. Самоуверенность и наглость. Преданность и честность. Я даже не знаю, где вам будет лучше учиться. Но, думаю, не ошибусь, если скажу ГРИФФИНДОР!

Зал зааплодировал, что было большой неожиданностью для Эми и Эл, а сидящие за столом, что стоял первым по левую руку, хлопали громче всех, что-то выкрикивали и махали.

— Поздравляю, садись за этот стол. Теперь ты на факультете Гриффиндор! — Женщина похлопала Эл по плечу и рукой указала, куда нужно идти.

Но Эл решила остаться и подождать сестру и строгая женщина одобрительно кивнула.

— Ньюмен, Эмили, прошу, — пригласила женщина Эми, и она сделала тоже самое — села на шаткий табурет. Эми надели на голову живую шляпу.

— Доброта и справедливость, желание не отставать от других, скромность и смелость. Вижу ум и благородство, а также скрытность и упрямство. Не буду разделять вас с сестрой — ГРИФФИНДОР.

И вновь овации, и даже директор радостно хлопал в ладоши.

— Поздравляю вас, теперь вы ученицы четвертого курса в нашей, да и чего уж скромничать — в вашей школе, на факультете Гриффиндор. Думаю, что мисс Грейнджер, не откажется ознакомить вас со школьными правилами, хитростями и занимательными подробностями.

Девочка с пышной головой каштановых волос мило улыбнулась и кивнула, махнув Эми и Эл рукой, приглашая сесть рядом с ней.

— Еще кое-какую информацию донесет вам декан вашего факультета — профессор Макгонагалл.

Профессором Макгонагалл оказалась та самая строгая дама в остроконечной шляпе. Директор закончил свое приветствие, позволив профессору Макгонагалл продолжить распределение первокурсников.

— Никогда не запомню этих имен, — стараясь, как можно тише, сказала Эл, на что Эми нервно улыбнулась.

Усевшись за стол среди волшебников и волшебниц, Эми и Эл не знали, как себя вести, что делать, как реагировать на все, что происходит вокруг. Сестры еще не скоро осознают, что они находятся в настоящей школе магии, куда они попали, благодаря снам Эл.

Началось распределение первого курса, но сестры не слушали и даже не смотрели в ту сторону. Рядом сидящие ученики стали здороваться и знакомиться с ними, расспрашивали откуда, как попали, как узнали о школе и как добрались. Вопросов было столько, что Эми и Эл не успевали на них отвечать. А самое главное, что не было никакого неудобства или неловкости, Эл чувствовала себя как в своей тарелке, в отличие от Эми, которая немного смущалась и ерзала на месте. Но это не мешало ей вовсю общаться с Гермионой Грейнджер, которую директор попросил ввести в курс дела. Казалось, Гермиона не умолкает, представляя всех и каждого сестрам, эмоционально размахивая руками.

— Это Гарри Поттер, — Гермиона замерла, будто ожидая какой-то специальной реакции.

Мальчик, который по мнению Эл носил круглые очки, вышедшие давно из моды, отличался от остальных лишь своими не причесанными волосами и шрамом на лбу в виде молнии. Почувствовав, что Эл, начинала задирать нос, демонстрируя, что ей не особо интересно, Эми ткнула ее локтем в бок, и Эл пришлось мило улыбнуться и кивнуть в знак приятнейшего знакомства. В тот момент, когда Эл кивала головой Гарри, ее взгляд вновь поймал глаза того блондина. На его лице явно читалось призрение, и его кривая ухмылка больше напоминала сморщенное лицо. Эл безумно захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым, но столы, к ее сожалению, были пустыми.

— …Да начнется пир! — донеслись слова директора, который, по всей видимости, уже произнес какую-то речь.

— Ну, наконец-то! — хором произнесли Эл и рыжий парень, сидевший рядом.

Гарри и Гермиона засмеялись, и она живо стала представлять и его тоже:

— Это Рональд Уизли, наш сокурсник и друг, — Гермиона наградила Рональда щедрым хлопком по спине.

Мальчик с огненно-рыжими волосами покраснел и чуть не подавился добрым куском курицы, который уже успел запихнуть себе в рот.

Стол наполнился всеми виданными и невиданными яствами, обильно заполнив стол. Чего на нем только не было: и вареный картофель, горы жаренной курицы, пироги с мясом, пироги с почками.

Когда тарелки стали пустеть, на их месте появились десерты, от которых глаза еще больше разбегались. И только после того, как все студенты, до отвала набив свои животы, с трудом уже сидели на своих местах, директор произнес прощальную, напутственную речь, пожелал всем спокойной ночи и разрешил всем идти в свои спальни. Первокурсников построили старосты факультетов, и Большой Зал стал потихоньку пустеть.

Эми с большим удовольствием слушала все, что ей с жадностью рассказывала Гермиона. Было впечатление, что Гермиона Грейнджер только и ждала, чтобы поведать все свои знания свободным ушам. Когда компания гриффиндорцев выходила из Большого Зала, Эл умудрился, прямо в дверях, толкнуть какой-то парень. При этом, он и не подумал даже извиниться, а сказав, довольно таким грубым голосом «смотри, куда прешь», широким шагом удалился прочь. Эл встала на месте, ошарашенная такой наглостью. По ее виду было заметно, как медленно нарастает ее ярость.

— Не обращай внимания, это Драко Малфой, слизняк из Слизерина, — Рон похлопал Эл по плечу.

Но Эл это нисколько не успокоило, она готова была найти его и врезать хорошенечко.

Поднимаясь по лестнице, Гермиона пыталась объяснить и рассказать, что и где находится, рассказать, как можно больше о Замке. И слушала ее исключительно Эми, так как, идя сзади, Эл вовсю заливалась смехом с Роном, обсуждая кухню, в которой можно взять еды, праздники и каникулы. «Не успела приехать, уже каникулы обсуждает», — подумала Эми, но промолчала.

Замок Хогвартс необычен — да и как может быть обычным такое древнее место, созданное четырьмя сильнейшими в истории волшебниками?! Гермиона рассказывала обо всем, что попадалось им на глаза, а сестры никак не могли поверить, что все это правда. И привидения, и Замок, и то, что они вообще оказались в волшебной школе.

Проходя мимо очередного ответвления, Гермиона обратила внимание на него:

— Коридоры длинные и запутанные, поэтому вам лучше запомнить все ходы как можно скорее. На стенах, как можно видеть, висят гобелены и картины, — с возбуждением рассказывала она, — жители, которых постоянно ходят, друг к другу в гости. Еще стоят статуи и доспехи, последние на Рождество заколдовывают, чтобы они пели нам Рождественские гимны.

В этот момент за спинами Эми, Гарри и Гермионы громко засмеялись. Пока Гермиона рассказывала про картины, Рон решил показать в действии ее слова, тыкая в висевшую рядом картину пальцем; мужчина в белой сорочке, с колпаком на голове бегал вокруг стола, уклоняясь от пальца Рона. Эми покачала головой и подумала лишь о том, что два ребенка нашли друг друга. Эми, конечно, хотела кинуть уничтожающий взгляд на Рона и строгий на сестру, как вдруг лестница, по которой они поднимались, стала крутиться. Лестница! Начала менять свое направление!

— Да, да, вот вам наглядный пример, — Рон, все еще слегка посмеиваясь, указал рукой на ступеньки, — таких лестниц в школе сто сорок две.

Заметив, как Эл с Эми переглянулись, Рон, кашлянув, наигранно серьезно произнес:

— Эту лекцию мы уже слушали три года назад на первом курсе.

Рон покосился на Гермиону, и Гарри не удержавшись, засмеялся.

— Вы все это изучали, или ты Гермиона, все сама узнаешь? — спросила Эми.

— Ну…. Так… — слегка покраснела Гермиона.

— Не скромничай, Гермиона, — сказал Гарри, а потом повернулся к Эми и Эл, — она у нас лучшая ученица на курсе.

— На самом деле, вы бы давно все это уже знали и без меня, если бы прочитали «Историю Хогвартса», — ответила Гермиона.

— Зачем? — Рон откровенно удивился. — Ведь у нас для этого есть ты.

Эл незаметно хихикнула, а Гермиона, пропустив это мимо ушей, продолжала:

— Итак, как ты Эми уже слышала, лестниц сто сорок две и все они постоянно меняют направления. Например, в пятницу лестница может привести совсем не туда, куда вела в четверг. Это тоже следовало бы запомнить, у некоторых вообще пропадают ступени. И поэтому, новички часто опаздывают на уроки.

— Вот кому понадобится карта, так это тебе, сестренка. Так что слушала бы ты лучше Гермиону, — укоризненно сказала Эми сестре.

Когда Эми отвернулась, Эл состроила рожу, и Рон попытался тихонько посмеяться, но Эми услышала.

— Знаешь, Гермиона, — многозначительно сказала Эми, — я бы с удовольствием прочитала «Историю Хогвартса».

— У меня есть! — воскликнула Гермиона и, заметив насмешливые взгляды, более скромно добавила, — Случайно взяла с собой. Ладно, тут еще много чего можно рассказывать, но мы уже пришли. Этот проем ведет в гостиную Гриффиндора. — Гермиона указала рукой на портрет, с упитанной, розовощекой женщиной, внимательно смотревшую на них. — Вы должны запоминать пароли, иначе не попадете внутрь. У каждого факультета свой пароль, который могут знать, и должны знать только ученики, учащиеся на нем.

Полная Дама, как назвал ее Гарри, в розовом шелковом платье, потеряв терпение сказала:

— Долго мне еще вас ждать? Или вы решили в коридоре заночевать?

— Генталиес Ластротум, — произнесла Гермиона и портрет, словно двери, распахнулся, пропуская внутрь.

Эми почувствовала, как сжалось ее сердце. Даже Эл, до этого увлеченно болтая с Роном, восхищенно озиралась по сторонам.

Гостиная Гриффиндора находилась на седьмом этаже башни, и путь сюда совсем не близкий. Подниматься пришлось очень долго. Главными цветами факультета являются красный и золотой. И круглая, уютная гостиная была выполнена именно в этих тонах. Множество мягких кресел, большой камин, с потрескивающими поленьями, несколько письменных столов — все это наполняло и без того красивое место, еще большим теплом.

Как только пятеро ребят вошли, Рон с размаху рухнул в кресло, стоявшее около камина. Очерчивая круг рукой в воздухе, Рон сказал:

— Ну, вот и она — наша святыня. Будьте как дома. Им это место будет, как минимум год.

Все предметы, находившиеся в гостиной, и даже ученики, создавали ощущение комфорта. Эл вздохнула и прошла вперед, разглядывая доску объявлений, висевшей на противоположной стене от входа. Взгляд Эми упал на Рона, который вдумчиво вглядывался в играющий огонь, и у нее промелькнула мысль, что она и подумать не могла, что этот парень может быть задумчивым.

Из гостиной наверх вели две лестницы: одна в спальню мальчиков (винтовая, с небольшим балконом-переходом выше этажом), и одна в спальню девочек. Наверху также находились две отдельные комнаты для старост, со своим специальным паролем.

— Пойдемте наверх, я покажу вам нашу комнату, — позвала Гермиона, и уже стоя на лестнице, обернулась к Гарри и Рону, — а вам тоже не мешало бы выспаться, завтра начинаются уроки.

Попрощавшись, сестры поднялись за Гермионой. Круглая спальня оказалась меньше в размерах, но не менее уютной. Семь кроватей с задранными красными пологами, стояли отдельно друг от друга, и у каждой стояли тумбы и шкафы для одежды. Первые две кровати принадлежали Эми и Эл. Они это поняли, увидев свои чемоданы, о которых напрочь забыли.

— Это эльфы, они принесли ваши вещи, — объяснила Гермиона, увидев удивление на лицах сестер.

Эл запрыгнула на кровать, которую приметила, еще стоя в дверях. Самая первая кровать, с большим шкафом, Эл откинула крышку чемодана и стала доставать вещи, создавая уютное гнездышко. Эми подошла к окну, которое как раз находилось у ее кровати, и взглянула в него. Окрестности Хогвартса, однозначно, были величественными, но из-за темноты, разглядеть что-либо было практически невозможно. Лишь желтые квадраты от окон, падающие на ночную траву. Но, несмотря на это, Эми показалось, что все, что находится за окном — идеально.

Эми и Эл спустились вниз, сна не было ни в одном глазу. Неугасающее волнение до сих пор не отпускало, и заснуть в таком состоянии, девочки все равно бы не смогли. В гостиной сидели несколько человек, включая братьев-близнецов Фреда и Джорджа Уизли, братьев Рона. Они внимательно слушали своего приятеля, который им что-то очень волнительно объяснял. Увидев сестер, один из братьев помахал рукой.

— Эй, незнакомки, ну как вам?

— Еще в себя не пришли, — честно ответила Эл.

Эл успела с ними познакомиться еще за праздничным ужином, пока Эми выслушивала все рассказы Гермионы. Эл села на широкий диван, вытянув ноги, которые уже начинали гудеть от усталости. А Эми села в кресло, в котором до этого сидел Рон. Оно было самым большим и, как ей показалось, самым мягким.

— Привет, я Оливер Вуд, — поздоровался с сестрами приятель близнецов. Они как раз присоединились к Эми и Эл.

Оливер Вуд — высокий, спортивный молодой человек. Он приветливо улыбался и, Эми улыбнулась ему в ответ, очарованная, таким гостеприимством. Приметив это, Эл тут же выпрямила спину и, шутя, произнесла:

— Это моя сестричка Эмчик, — Эми в этот момент укоризненно глянула на сестру, — она очень хорошая! А я Элеонор.

— Добро пожаловать в Хогвартс, Гриффиндор лучший факультет в школе, — Оливер, похоже, не заметил сестринской издевки в адрес Эми.

— Спасибо, — Эми улыбалась во все лицо.

И не только, потому, что Оливер Вуд был бесконечно милым, и красивым, но еще и потому, что здесь все такие дружелюбные.

— А с вами потом договорим, на собрании.

И, пожелав всем приятной ночи, Оливер пошел наверх.

— Вуд наш капитан. — Объяснил один из близнецов. — В школе проходит чемпионат по Квиддичу за кубок школы между факультетами.

— Лучший капитан, — добавил второй.

— В лучшей игре мира, — подхватил первый.

— Однозначно, Джордж.

— Неоспоримо, Фред.

— Боже, вы всегда так? — рассмеялась Эл

Удаляясь в свою спальню, близнецы по очереди выкрикивали фразы прощания и отвешивали театральные поклоны.

— Эми, а Эми, — позвала Эл сестру, нахально, улыбаясь, — ты что это, уже влюбилась в этого хорошенького капитана Бриддича?

Эми засмеялась, покачав головой.

— Перестань, и научись уже слушать, Бриддич, — Эми передразнила сестру. — И вообще, знаешь, что? — Эми вдруг стала серьезной. — Я не могу поверить, что все это происходит на самом деле. Еще буквально недавно ты видела свои странные сны, а сегодня мы сидим с тобой в волшебной гостиной, волшебного факультета, в волшебной школе.

— Ох, Эми, знаешь, что я думаю? — Эл подсела к сестре на край кресла и положила свою голову ей на плечо. — Я думаю, что мы с тобой дома. Наконец-то.

В ту ночь, свою самую первую в Школе Волшебства и Чародейства Хогвартс, сестры проговорили почти до самого утра. И, несмотря на это, чувствовали себя достаточно бодро, пребывая в небольшом шоке и предвкушении от предстоящей учебы.

Альбус Дамблдор дал распоряжение Гермионе за неделю обучить Эми и Эл основам владения волшебными палочками и провести краткий курс по предметам. Сказать, что сестры были шокированы, что колдуют здесь исключительно волшебными палочками — ничего не сказать. Профессор Макгонагалл, декан факультета объяснила некоторые правила и распорядилась прислать сестрам все самое необходимое. Включая форму, учебники, пергамент, ингредиенты для зелий и даже котел. Надевая каждое утро свою форму и мантии, сестры ничем не отличались от других учеников, кроме одной единственной вещи, о которой они умолчали. Сестры умеют колдовать без помощи волшебных палочек, но говорить об этом кому-либо, они не собирались.

За волшебными палочками, Эми и Эл пришлось ехать самим, ведь, как объяснила с гордостью Гермиона, не волшебник выбирает палочку, а палочка — волшебника. Когда сестры только вошли в магазин, мистер Олливандер долго смотрел на них, словно пытался понять, с какой палочки начать отбор. И вот, поразмыслив, он достал две коробочки, лежавшие где-то далеко.

— Я думаю, вы необычные волшебницы, — сказал он тихим голосом, — и эти палочки — это отражение вас самих.

С этими словами мистер Олливандер протянул их сестрам. Не успев прикоснуться к ним, откуда ни возьмись, поднялся ветер, хотя есть вероятность, что это им привиделось. Но те ощущения, которые при этом испытали сестры, определенно поспособствовали тому, чтобы они на миг утратили чувство реальности. Эми и Эл почувствовали тепло в пальцах, словно палочки, которые они держали и их руки радовались встречи. Теплое чувство разливалось по венам и стало понятно, что мистер Олливандер, подарив стольким волшебникам и волшебницам их безупречные волшебные палочки, не ошибся и тут.

Глава 2. Урок Прорицания.


Неделя, что отводилась на самообучение, пролетела очень быстро. То, что ученики проходили за три года, выучить все равно не удалось, но кое какие основы освоили. Даже Эл отнеслась к этой неделе очень ответственно, несмотря на свою нелюбовь к какой-либо учебе. И, несмотря, на сомнения, то, чему учила Гермиона, оказалось не таким и сложным. Некоторые предметы нужно просто знать, учить наизусть, какие-то понять, а, к примеру, такие как Трансфигурация или Защита от Темных искусств, нужно практиковать.

Гермиона за минувшую неделю рассказала подробнее о школе, директоре, о том, кто такой на самом деле Гарри Поттер. Ведь в обычном мире мальчик, который выжил, совсем не известен.

Завтра первый настоящий учебный день, и каким образом успевать писать на уроке пером, Эл просто недоумевала. Она то и дело переспрашивала, точно ли это. Можно ли ей, в качестве исключения, писать обычным карандашом.

Эл, Гарри и Гермиона сидели внизу гостиной у камина, куда садились каждый вечер. Гермиона делала домашние задания, несмотря на то, что директор ее освободил от этого на целую неделю. Но Гермиона каждый вечер, усердно занималась, боясь отстать.

— Эми! — помахала Эл сестре, когда та спускалась из спальни.

Эл так обрадовалось Эми, на самом деле потому, что ей было невероятно скучно следить за тем, как кропотливо Гермиона выводит сочинение по Истории Магии, которое им задали на выходные.

Увидев, что кресло Рона свободно, Эми ускорила шаг, делая так каждый раз, чтобы занять его. Эми так понравилось это кресло, что она теперь составляла хорошую конкуренцию Рону, и они часто из-за этого спорили. И вот, сейчас, когда Рон с Гарри беседуют с Оливером, Эми плюхнулась в его красное, бархатное кресло.

— Чем займемся? — спросила Эми.

Гермиона пожала плечами и стала складывать свитки и учебники в сумку. «Вообще, — подумала Эл, — дай ей волю, она бы устроила здесь какой-нибудь кружок чтения». За неделю, что сестры находились в Хогвартсе, очень сдружились с золотым трио, как называли их некоторые студенты.

Когда Гарри с Роном вернулись вместе с Оливером, Рон глянул на кресло и слегка улыбнулся, видя, как Эми отчаянно пытается делать вид, что никого не видит. Оливер поздоровался со всеми, но смотрел он в этот момент на Эми. Всю неделю, если они оказывались в одном помещении, сталкивались в коридорах или в Большом Зале за обедом, они обязательно переглядывались. Оливер смотрел и улыбался, а Эми смущенно отводила взгляд.

— Ну, так что будем делать? — Эл попыталась перевести внимание на себя. — Предлагаю погулять по Замку. Мы здесь неделю, а кроме как Большого Зала и кабинета, нигде и не были.

Отчасти, это было правдой, но истинной причиной такой фразы было желание просто выйти из гостиной, и чтобы все непременно согласились.

— Гарри, в среду первая тренировка. Всем удачи, — попрощался Оливер Вуд.

— Пойдемте, пойдемте, — подхватила Эми, — покажите нам Зал Трофеев, судя по рассказам Гермионы и Рона, который там отбывал наказание, там очень интересно.

Идя по запутанным коридорам, Эми попросила Гарри рассказать про Квиддич.

— Правила игры в квиддич достаточны, просты, в отличие от самой игры, — начал объяснять Гарри, — С каждой стороны выступает по семь игроков. Три из них — охотники. Они играют квоффлом, передают его друг другу и пытаются забросить в одно из колец соперника. За каждое попадание — десять очков. Затем, у каждой команды есть вратарь, — Гарри так увлеченно рассказывал и жестикулировал, что даже Эл стало интересно и она, продвинувшись вперед, встала рядом с ним.

— А Оливер тоже играет или он просто капитан?

— О, Оливер как раз-таки вратарь, превосходный вратарь, — ответил Рон. Он выбежал вперед и стал изображать себя на метле и то, как он отбивает мячи.

— А ты Рон не играешь? — Эми обратилась к нему.

— Не, я думал об этом, но пока не созрел. — Рон перестал паясничать и стал каким-то уж серьезным очень. Засунул руки в карманы, приподнял плечи и пошел молча.

— Вратарь летает около колец своей команды и мешает сопернику забросить мяч, — продолжил Гарри, — Еще есть загонщики. Бладжеры на огромной скорости летают по полю, пытаясь сбить игроков с метел.

— Как это летают? Сами? — удивилась Эми.

— Ну да, все мечи заколдованы, — улыбнулся Гарри и продолжил, — в нашей команде загонщиками являются братья Рона. Их задача — защитить всех нас от бладжеров и попытаться отбить их так, чтобы они полетели в игроков противоположной команды.

— Если будет интересно, то можете прийти на тренировку, думаю, Оливер не станет возражать, тем более, вы вообще никогда игру не видели, — сказал Рон.

— Так вот, — Гарри взмахнул руками, — в команде 3 охотника, 2 загонщика, ловец и вратарь. В игре есть самый главный мяч — это золотой снитч. Он летает с огромной скоростью, и его сложно заметить. Я являюсь ловцом команды и должен его словить. Опередив соперника, разумеется. Команда, поймавшая снитч, сразу получает дополнительные сто пятьдесят очков, а это — практически равносильно победе.

— А еще, матч заканчивается только тогда, когда одна из команд поймает золотой мячик, так что он может тянуться веками, — многозначительно произнес Рон.

— Игра захватывающая, правда, скорость, драйв, экстрим, адреналин. Когда несешься сквозь порывы ветра, уклоняешься от бладжеров, вокруг гул, крики. Просто кайф.

Гарри с энтузиазмом рассказывал про игру, что Эл невольно подумала, что должно быть интересно наблюдать за матчем.

— Я хочу на тренировку вашу. Когда она будет? — спросила Эл.

— В среду, я договорюсь с Вудом. Эми, ты придешь?

— Эмм, да, конечно. — Эми попыталась скрыть свое желание, и наиграно отречено согласилась.

За разговорами о квиддиче и изображении игры, Гарри, Рон, Гермиона и Эми с Эл спустились на третий этаж. Зал Наград — это Зал, где собраны все награды учеников за всю историю Хогвартса. Кубки по квиддичу, почетные грамоты, отличительные значки и тому подобные вещи, заставляли все огромное пространство комнаты. Зал был большим и длинным, залитый золотым светом. Кругом стояли витрины, висели гербы, стояли золотые и серебряные статуэтки.

Гермиона предложила показать стенд, на котором красовались награды, присвоенные отцу Гарри, Джеймсу Поттеру. История Поттера довольна грустная и несчастная. Эми представляла его радость, когда он узнал, что волшебник, да и еще к тому же знаменитость, победивший злодея всех времен. И Гарри не кажется звездой магического мира, он простой и не зазнавшийся.

Походив, посмотрев витрины, Эл стала скучать. Судя по Эми, она тоже. Но из-за всех сил старалась не подавать виду, так как за столь маленький срок — неделю, создала себе какую ни какую репутацию, занудной, пытающейся все и обо всем знать, ученицы. Если бы страсть к обучению Гермионы была болезнью, то Эми заразилась точно. Эл стала тихонько направляться к выходу, предлагая сделать тоже самое и всем остальным. Рон сразу же поддержал Эл. Эми, сказав, что-то вроде «что, уже?», как-то очень быстро направилась к выходу.

Когда пятеро друзей стали подниматься наверх, раздался голос. Холодный. Наполненный гневом и ядом.

— О, великая троица приютила еще двух грязнокровок, в качестве группы поддержки недознаменитости Поттера?

Внизу стоял Драко Малфой. Эл его хорошо запомнила с той минуты, когда он задел ее на выходе из Большого Зала. Так же, как и в прошлый раз, он стоял в окружении своих телохранителей. Двух огромных, и скорее всего, тупоголовых амбала, которые сейчас смеялись над словами своего хозяина. А тот стоял, скрестив руки на груди с гнусной ухмылкой на лице. Видимо, он был доволен собой. Белоснежные волосы, холодного оттенка, слегка спадали на лоб, на пальце красовался перстень внушительных размеров. Сам он был одет в стильный костюм. Безвкусным его назвать было сложно.

— А ты, Малфой, решил уединиться со своими шестерками? — Рон спустился на ступеньку ниже.

Эл с Эми наблюдали за перепалкой, как будто со стороны, но Эл так и подмывало вступить с ним в жестокую схватку остроумных фраз. И когда он захотел сказать очередную гадость, она опередила его:

— Ты свои фразы-то записываешь, что ли предварительно, а потом ищешь, кому бы их продемонстрировать? — Эл смело встретила взгляд ледяных глаз, пытаясь передать всю свою злость и ненависть в своем.

— Поттер, держи на привязи своих новых мышей, — будто Эл пустое место, обратился он снова к Гарри, взмахнув бровями.

Эл почувствовала лютую ненависть. Ее руки невольно сжались в кулаки. Она уже хотела кинуться на него, но ее удержала Эми, предугадав желания.

— Мальчик ищет внимания, пойдемте отсюда, пусть ищет утешения у своих подружек, — сказала Эми и стала подниматься вместе с сестрой наверх, все также крепко держа за руку. Эл била крупная дрожь. Откуда он взялся только?

— Змея Слизеринская, — только и вырвалось у нее, дрожащим от ярости, голосом.

— Эл, прекрати, не стоит на него так реагировать, он всегда ищет повод, чтобы спровоцировать нас. Мы уже привыкли и не обращаем внимания, — Гарри приобнял Эл, пытаясь успокоить, — просто тут вы появились, новая мишень. А ты даешь ему почву для нападок.

— Что? — Эл начинала злиться уже на Гарри — Как вы можете не обращать внимания? Нельзя что ли его приструнить? Что он вообще себе позволяет? Неужели никто во всей школе не нашелся, чтобы утихомирить его пыл? Значит, этим человеком буду я. Он еще пожалеет, что связался со мной. Мерзкий...

Эл настолько злилась, что даже придумать ничего не смогла, до того ее взбесило все это. Пока все поднимались до гостиной, с Эл никто не разговаривал. Хотели дать время, чтобы она остыла. Только Поттер сказал «вот это нрав». И стали общаться между собой. Эл, конечно, немного уже отпустило, но так просто она это не оставит. Малфой будет знать, кого трогать.

* * *

Пролетела еще одна неделя. Первый учебный день оказался интересным даже для Эл, но как только она оценила масштабы домашних заданий, ее интерес стал куда-то испаряться. Эми же напротив, проявляла активность, пытаясь влиться в поток четвертого курса, чтобы не отставать от других, а то и вовсе, вырваться вперед. Для нее было важно стать одной из первых в классе, доказать, что незваные гости не хуже других могут колдовать. И, как заметили некоторые преподаватели, она достаточно способная ученица.

На самое первое занятие по Зельеварению у профессора Снейпа, сестры опоздали, потому что по дороге к кабинету, Эл вдруг вспомнила, что оставила все ингредиенты в спальне. Эми хорошенько отругала сестру за такую безответственность, а Эл даже и подумать не могла, на чей урок они посмели опоздать…

Разумеется, нелюбовь с профессором Снейпом случилась с первой секунды, как только сестры перешагнули порог аудитории. Снейп даже рассадил их, считая, что это будет отличным дополнением к снятию штрафных баллов с факультета. Эл он посадил к Рону, что, кстати, никак ее не расстроило, а Эми посадил с Гарри. И как бы она не старалась показать свои знания, которые вычитала заранее из учебника, на профессора Снейпа никакого впечатления не произвело. К огромному удивлению Гермионы, у Эми с Эл был скрытый талант, получать чуть ли не идеальные зелья, не прилагая особых усилий. И даже этот факт Снейп проигнорировал.

Тренировку по квиддичу перенесли на субботу. Так как в среду зарядил дождь, и видимости никакой не было. Оливер Вуд, капитан сборной Гриффиндора по квиддичу, а также выпускник седьмого курса, не боялся плохой погоды, он наоборот считал, что подобные тренировки укрепляют командный дух, но полетать все равно у них не получилось.

Стычки с Малфоем стали регулярными, он получал огромное удовольствие, оскорбляя и унижая новых студенток. И, как отметила Эл, для студентов разных факультетов — Малфоя слишком много. В конце недели, перед очередным сдвоенным уроком, Малфой толкнул Эл, проходя мимо. Окружающие смолкли, наблюдая за происходящим. Противостояние Слизерина с Гриффиндором, в какой-то момент превратилось в противостояние Эл и Малфоя. Эл злилась и кипела от такой наглости слизеринца, она никак не могла свыкнуться с мыслью, что существуют такие люди, как он! Малфой искал изысканные оскорбления, но никак не мог достаточно сильно задеть Эл, а все потому, что абсолютно ничего про нее не знал, как и все в этой школе. И, в конце концов, весь тугой узел, бурлящий внутри Эл, стал потихоньку развязываться, освобождая место сарказму и насмешкам. Характер Эл, определенно не давал просто так отпустить ситуацию, но она училась контролировать свою злость, показывая лишь безразличие.

Проснувшись в субботу раньше всех, Эми спустилась в пустую гостиную. Разумеется, кто в субботу будет рано вставать? Эми села в любимое кресло Рона, которое успело стать любимым и для нее. Кому-то может показаться со стороны, что она специально злит Рона, занимая это место, но на самом деле, кресло действительно было самым удобным в этой гостиной. Садясь в него, обволакиваешься неким уютом и словно проваливаешься в это тепло.

Эми с Эл с нетерпением ждали уроки по Прорицанию, так как Эл могла видеть будущее, они возлагали на этот предмет большие надежды. Эми прикрыла глаза, наслаждаясь утренним туманом за окном, и вспомнила свои уроки по полетам. У Эл не очень хорошо начались занятия. Она все никак не могла наладить отношения с метлой. Эми улыбнулась, вспоминая, как Эл отчитывала свою метлу.

— Привет, — Эми вздрогнула от неожиданности.

Над ней стоял Рон, она так увлеклась мыслями, что даже не слышала, как он спустился.

— Привет, Рон, — поздоровалась Эми. Он остался на месте и Эми, виновато улыбнулась, — я знаю! Знаю, знаю, я заняла твой трон, твое кресло. Да и, если честно, не совсем честно поступаю, когда бегу к нему, если вижу, что ты тоже к нему идешь.

— Что, правда? — Рон сел на диван. — Ну, все, теперь буду выслеживать тебя, и ты не сможешь больше первой усаживаться в него.

— Оно просто очень удобное, самое удобное из всех, — Эми улыбнулась Рону.

— Я знаю! — воскликнул он, чуть повысив голос, и всплеснул руками, а затем спокойно продолжил, — это ведь я его открыл на первом курсе, когда никто не подозревал о его удобстве. Оно расположено так, что от камина тепло, но не жарко. И видно всех, не нужно головой вертеть, а если хочется в мыслях остаться, то...

— Можно уединиться, повернувшись к камину, — одновременно закончили предложение Эми и Рон.

Рон посмотрел Эми прямо в глаза, и она заметила его ярко зеленые глаза. Живые изумруды внимательно смотрели на Эми, но Рон быстро отвел взгляд и посмотрел на кресло.

— Я точно так же подумала, когда села в него…- смущенно произнесла Эми, и Рон улыбнувшись, театрально погладил кресло.

Он подогнул ноги, развалился на диване и устремил взгляд в огонь.

— Почему не спишь? Суббота же, — спросила Эми.

— Вообще, я любитель поспать, но сегодня проснулся, и нет сна. — Все так же, смотря в огонь, пожал плечами Рон. — Вы идете на тренировку с Гарри?

— Да, конечно, мне очень понравилось на уроках по полетам, хочу посмотреть, как это в действии, — Эми потерла руками.

— Эл тоже пойдет? — поинтересовался Рон, у Эми что-то кольнуло в груди.

Вообще, Рон и Эл очень сдружились. Эми про себя их дружбу называла фанатичной. И если бы здесь сидела она, возможно Рон был бы в более приподнятом настроении и охотнее общался. Но тут Эми, и она думала, что не очень-то и нравится ему.

За спиной послышалось движение, Эми обернулась — там спускались Парвати Патил и Лаванда Браун. Эми поприветствовала их, Парвати слегка улыбнулась в ответ, а вот Лаванда одарила Эми таким злобным взглядом, что Эми вопросительно приподняла брови вверх.

— Привет Бон-Бон, — приторно-сладким голоском промяукала Лаванда.

Рон только кивнул и отвернулся к камину.

— Бон-Бон? Серьезно? — рассмеялась Эми.

Рон немного смутившись, и не отрываясь от камина начал рассказывать:

— Ну да.… На втором курсе я имел не осторожность начать встречаться с ней. А она оказалась немного сумасшедшей. И я ее бросил. А потом еще немного встречался с ней. Ну и на третьем курсе иногда… Пару раз…

— Это когда тебе становилось скучно и, не найдя, кого более приличного, то есть, я хотела сказать, ну раз она немного сумасшедшая, ты пользовался влюбленной девочкой? — Эми постаралась деликатно сказать все это, но у нее не очень получилось.

— Не пользовался я, она сама на мне виснет. И зовет этим дурацким именем.

— Бон-Бон, — повторила Эми и снова засмеялась, — А сейчас Бон-Бон приходит по ночам к милой Лаванде?

Рон хотел было ответить, но к ним уже летела радостная Эл. А радостная — потому что выходной, а летела — потому что сейчас они пойдут на завтрак.

— Привет друзья! Пойдемте есть, — радостно воскликнула Эл. Рон сразу встал, обошел диван и встал рядом с Эл.

— А Гарри с Герм где? — спросил он.

— Гермиона сейчас спустится, а Гарри я не знаю, он же не с нами в спальне живет. — Эл пожала плечами, а Рон засмеялся. И что тут смешного? Даже Эл посмотрела на него удивленно.

Эми с Гермионой обсуждали домашнее задание по Заклинаниям, Профессор Флитвик задал повторить невербальные заклинания и приготовить три таких заклинания, четко описав технику использования при этом волшебной палочки. А Эл с Роном и Гарри что-то обсуждали, идя впереди.

— Доброе утро, девочки, — поздоровался Оливер, проходя мимо, и Эми машинально поправила волосы. — Гарри попросил меня пустить вас сегодня к нам на тренировку. Вы придете?

— Конечно дабязательно, — невнятно пробормотала Эми и почувствовала себя невероятно глупо.

Залившись краской, она заметила, как Рон кинул на нее быстрый взгляд. «Подумал, наверное, что я еще и тупая», — с досадой прозвучал голос в ее голове.

— Ну и замечательно, только оденься, оденьтесь, — Оливер быстро поправился — А то вечером прохладно и на трибунах ветрено.

Рон снова повернулся, а Эл, что-то шепнула ему быстро на ухо, и они вместе громко засмеялись. Эми почувствовала какую-то пустоту внутри, ей в миг стало не по себе, и вот уже хорошенькое личико капитана команды Квиддича не кажется ей таким интересным. Когда Оливер, обогнав всех, ушел, Эми вспомнила, что Эл снились трибуны и полёты на метлах. И Эми осенило! Ведь Эл, скорее всего, снился матч по Квиддичу!

— Эми, тебе нравится Оливер? — тихонько спросила Гермиона.

— Я не знаю, Герм. Он милый, — улыбнулась Эми.

— Он очень добрый и хороший, в прошлом году он встречался с Алиссией с его курса. Она рассказывала, что, когда поняла, что ей не хватает эмоций в отношениях, не могла ни как подобрать слов, чтобы расстаться с ним. Говорила, что он заботливый и понимающий. И они до сих пор сохранили дружеские отношения. Он ко всем добр.

Эми кивнула и ничего не ответила. При входе в Большой Зал, друзья столкнулись, конечно же, со слизеринским блондином. Но, к всеобщему удивлению, Эл опередила Малфоя, готового сказать очередную мерзость:

— Ой, отвяжись, у меня сегодня выходной!

И с улыбкой до ушей пошла за стол, занимать свободные места. Повисла короткая пауза, даже Малфой застыл на месте, потеряв на долю секунды контроль над своим безупречно выдержанным лицом. Его ухмылка стала слегка неестественной, ведь он наверняка придумал что-то устрашающее и колкое, но Эл ему все испортила. Сморщившись, и с искривленной от злобы ухмылкой, он быстро ушел вниз, в свою гостиную.

Не успев сесть за стол, Рон стал восхищенно обсуждать, как Эл поставила Малфоя на место:

— Ты видела, видела, как он замер? Мне вообще показалось, что он дар речи потерял, — Рон смеялся в голос.

Эми сидела, уткнувшись в тарелку, и не могла понять, что ее так гложет внутри. Неужели, она ревнует свою сестру к Рону, с которым они всегда вместе и находят повод посмеяться, даже если не особо и смешно?

— А Крэб с Гойлом так вообще, мне кажется, даже понять ничего не успели. А Малфой-то, ты видела? Ой, у меня живот уже болит от смеха, как вспомню его выражение лица.

И тут произошло что-то очень странное, заставив всех уставиться на Эми. Не сдержав себя, в каком-то странном порыве, Эми воскликнула:

— Да все поняли уже, Рон.

— Что с тобой? — спросила Эл.

Эми хотелось провалиться сквозь землю. Что ей ответить, если она сама себе не может объяснить свою несдержанность? Но кто бы мог подумать, что ситуацию спасет появление Лаванды Браун. Оно тихонько подошла к Рону со спины и, закрыв руками его глаза, пропищала:

— Угадай кто, Бон-Бон?

Она потрепала его по голове, взъерошив волосы. Гарри с Гермионой тихонько засмеялись, а вот Эл не стала проявлять деликатность и засмеялась громче, прежнего. Лаванда недовольно посмотрела на нее и ушла. Нисколько не смутившись, Эл продолжала передразнивать Лаванду; Рон, поправляя свои волосы, тоже засмеялся, заразив смехом и Гермиону с Гарри.

Позавтракав, пятерка поднималась в гостиную. Гермиона с Эми, конечно же, решили сесть за уроки, пояснив, что потом смогут спокойно отдыхать остаток выходных.

— Вообще, мы бы могли с ними делать уроки, — прошептал Рон Эл, пока никто не слышал.

— Вот еще! — возразила Эл.

— Так мы сможем у них списать, — пояснил Рон, и Эл закивала головой.

— Я пойду в совятню, хочу Сириусу письмо отправить, — сказал Гарри, — попрошу у него книгу «Маневры на метле. Тысяча и один способ обойти соперника».

— О, Гарри, ты великолепно играешь, зачем тебе это? — Серьезным тоном спросила Гермиона. — Никто в этой школе не сравнится с тобой.

— Спасибо Гермиона, но нет предела совершенству, — он подмигнул ей и повернул в другую сторону.

— Стой, Гарри! — крикнула Эл. — Можно мне с тобой? Я хочу посмотреть на сов.

— Да, конечно, — ответил Гарри.

— Начинайте уроки без меня, я позже присоединюсь, — сказала она девочкам, а когда они отвернулись, склонилась к Рону, — а ты списывай!

Рон подмигнул Эл, и побежал следом за Гермионой и Эми.

Совятня находилась в западной башне, верхняя часть которой, была полностью отдана совам. Небольшое круглое каменное помещение. Окна без стекол, поэтому тут так холодно и почти нет запаха. Небольшой балкончик на другой стороне башни открывал неописуемый вид окрестностей. Когда Эл прошла внутрь, под ногами что-то захрустело. Она испуганно замерла.

— Боже, Гарри, скажи, что я никого не раздавила.

Он засмеялся.

— Это скелеты обеда и ужина наших совушек.

И правда, на застланном соломой полу совиный помет и обклеванные скелетики мышей и хомяков. Совы всех мыслимых пород сидели ярусами на жердочках до самого потолка. Красивая белоснежная сова слетела со своего места и уселась Гарри на руку.

— Эл, познакомься — это Букля, — Гарри жестом подозвал Эл к себе. Сова деловито потерлась о щеку своего хозяина.

— Можно погладить? — спросила Эл, и Букля, словно поняв желание Эл, расправила крылья, показывая свою красоту и изящество. Эл аккуратно провела тыльной стороной пальцев по ее невероятно нежному оперению. Мягкому и теплому.

— Какая она красивая, Гарри, — восхищенно сказала Эл и встретилась с голубыми глазами Гарри.

Он стал привязывать письмо, а Эл отошла поразглядывать других сов. Невольно ее взгляд упал на Гарри. Он стоял в лучах дневного света, ветер гулял в его черных, вечно взъерошенных волосах. Вообще, Гарри был не высокого роста, худощавый, его эти смешные круглые очки и шрам на лбу, как оказывается, от смертельного заклятья. Эл заметила, как на его лице играют скулы и ей показалось это очень привлекательным. Гарри почти всегда был серьезен и задумчив, но, когда дело доходило до шуток, он как никто мог рассмешить присутствующих. По словам Гермионы — Гарри очень сильный духом, что Эл и сама поняла уже, узнав его историю жизни.

Разглядывая Гарри Поттера, Эл не сразу заметила, что он стоит напротив и пристально наблюдает за ней. Эл мотнула головой, делая вид, что вовсе не на него смотрела, а просто задумалась.

— Гарри, расскажи мне о Сириусе, — зачем-то попросила Эл, хотя ей уже давно обо всем рассказала Гермиона.

Гарри медленно прошел мимо Эл к балкончику, устремил взгляд вдаль и стал рассказывать. Эл проследовала за ним и встала рядом, ветер с силой ударил ей в лицо, развеяв волосы. Она сразу стала их приглаживать ("- Ну что за идиотский ветер, все испортит сейчас" — моментально мелькнула мысль в её голове.) Гарри обратил на это внимание. Эл знала, что ее волосы — это одна из сильных ее сторон. Они, как часть украшения ее внешнего вида. Длинные, густые, пшеничного цвета. Если нужно привлечь внимание, то Эл обязательно воспользуется ими. Еще с секунду наблюдая, как Эл поспешно поправляет свои волосы, все же вернул взгляд в никуда.

Гарри рассказал про родителей и про то, как считал Сириуса Блэка убийцей. Как они втроем спасли его, и Гарри теперь живет в его поместье, огромном старом доме. Чем больше он рассказывал, тем глубже становился его взгляд. Хоть Гарри и не смотрел в этот момент на Эл, она все равно видела, как он проживает вновь все эти события. И у нее появилось резкое желание просто обнять его. А то, что преподаватель по Защите от Темных Искусств, мистер Люпин — оборотень Эл даже не догадывалась.

Потом разговор стал меняться, Гарри рассказал про Хагрида, не упуская возможность хорошенько пошутить. Но по-доброму, от чего Эл очень захотелось с ним познакомиться.

Стоя на сквозняке, Эл вся продрогла, но не сразу это поняла, так как была очень увлечена разговором. А ведь она была в легком розовом вязаном свитере, который продувало очень хорошо.

— Гарри, может, пойдем, а то я замерзла, — сказала Эл.

— Конечно, я тоже замерз, когда сюда забегаешь отправить письмо, не сильно успеваешь замерзнуть. Тебе дать мою кофту?

Он был в серой олимпийке, из-под которой виднелась красная футболка.

— Ну, давай, если только ты не простудишься.

Гарри улыбнулся и накинул на Эл свою кофту. Не заметить его отлично слаженное тело Эл просто не могла. Явно накаченное и крепкое. Футболка облегала торс. Теперь Эл понимала, почему вокруг него постоянно кто-то вьется. С ним все всегда здороваются, а девочки с других факультетов на уроках вечно строят глазки.

Поправив волосы, приподняв их сзади и перекинув на правую сторону, Эл слегка вытянула губы, придавая своему лицу загадочный вид, и выпрямила спину.

— Вы где были? — строгим тоном встретила Эл и Гарри Эми, как только они вошли.

— В совятне же, — напомнила Эл невозмутимым голосом.

— Вас не было около трех часов, — сказала Гермиона.

Эл с Гарри обменялись удивленными взглядами. Разговорившись, даже не заметили, как пролетело время.

— Мы разговорились и не заметили, — Гарри облокотился на спинку дивана, где сидела Гермиона.

Эл села рядом с ней и, когда Гермиона открыла рот, чтобы что-то сказать — перебила ее:

— Гарри, спасибо за кофту, возьми, — Эл демонстративно сняла с себя олимпийку и передала Гарри.

Эми серьезно взглянула на сестру взглядом, будто Эл что-то натворила.

— Вы сделали уроки? — поинтересовалась Эл, делая вид, словно не замечает пристального взгляда на себе.

— Почти, — вздохнула Эми, уже ослабив давление, — осталась только Травология, — на последнем слове, Эми изобразила рвотный порыв и Рон громко засмеялся.

— Ты все списал? — спросила Эл, подойдя сзади к Рону, и ущипнув его за бок.

— Нет, — печально протянул он, — Гермиона не дала мне списать, сказала, что в начале года можно и самому потрудиться. А у твоей сестры я спрашивать не стал.

Рон смущенно пожал плечами, косясь на Эми. Проговорив шепотом «размазня», Эл обратилась к сестре:

— Эми, ты поможешь нам с уроками?

— Да, только постарайтесь списывать не дословно, — Эми перевела взгляд с Эл на Рона.

Радостная, что не придется делать уроки самой, Эл направилась в спальню за учебниками и наткнулась, на спускавшегося в это время Гарри, который тоже ходил за учебниками. Эл кокетливо улыбнулась ему.

— И что все это значит? — следом за Эл, в комнату влетела Эми.

— Что? — с деланной небрежностью в голосе, спросила Эл.

Так как в комнате были еще девочки, Эми стремительно приблизилась к сестре и шепотом затараторила:

— Я о Гарри, естественно! Что между вами происходит? Почему вы так смотрите друг на друга, и с чего это на тебе была его кофта?

— Да ничего между нами не происходит, мы просто общались. Он, между прочим, замечательный собеседник. А кофту он мне дал, как джентльмен, потому что я замерзла.

— Я видела, как ты улыбаешься ему и строишь глазки, — стояла на своем Эми.

— Ладно, ладно, — согласилась Эл, доставая пергамент и пузырек с чернилами, — не спорю, сегодня я взглянула на него по-другому.

— Эл, а ты в курсе, что у них что-то с Гермионой? — очень серьезно спросила Эми.

— Если у них с Грейнджер что-то и есть, то я все равно в таком случае ничего не смогу сделать, — Эл пожала плечами и направилась к выходу.

Спускаясь вниз, Эл задумалась о том, что Гарри и правда стал привлекательным для нее, чего ранее она не замечала. А раз очевидных отношений с Гермионой у него нет, то ничего страшного не случится, если Эл немного пофлиртует с ним.

Рон сидел в своем кресле, уставившись в потолок и явно о чем-то думал. Эми в этот момент, немного неуклюже, запрыгнула к нему в кресло, заставив потесниться.

— Подвинься, ты уже долго тут сидишь, моя очередь, — скованно улыбнувшись, сказала она.

Видимо, еще не успев вернуться из своих мыслей, Рон не до конца понял, что происходит и вид у него был, откровенно говоря, бестолковый. Он посмотрел на Эми и как-то сжался в кресле, неуверенно улыбнувшись. Воспользовавшись моментом, Гарри кинул в Рона бумажным шариком, и все засмеялись, включая Эми.

Эл села на пол, спиной к камину, а Гарри подал ей сразу же подушку, чтобы ей было помягче. Моментально, выпрямив спину и надув губы, Эл склонила голову на бок, делая вид, что внимательно изучает конспекты Эми, а сама краем глаз заметила, как сестра ей ехидно улыбается. Через минут пять к Эл присоединился Рон; вылезая из кресла, он споткнулся о собственную ногу и свалился прямо к ногам Эл, чем она тут же воспользовалась:

— Я польщена, Рональд, вашей преданностью.

Все то время, что ребята сидели за уроками, Эми ловила себя на мысли о том, как же здорово находиться в этой школе. Наблюдая за языками пламени в камине, Эми с блаженным лицом ощущала тепло внутри себя, переполнявшее от того, что они, наконец, обрели свой дом и настоящих друзей.

Отложив доделанную домашнюю работу, Эл, потянулась и, вставая, случайно толкнула Рона, который пролил чернила себе на джинсы. Эл развела руками, со словами: «вот неуклюжий, чуть меня не запачкал», и засмеялась.

Тренировка Гарри была назначена на четыре часа. Он ушел раньше, чтобы успеть на собрание. Гарри объяснил, что Вуд очень ответственно подходит к матчу, для него очень важно выиграть Кубок. И потому, он все продумывает до мелочей, строит стратегии, пишет ободрительные речи, изучает маневры и придумывает свои.

Высокие башни-трибуны, расположенные на равном расстоянии друг от друга, создавали ощущение гигантов на поле. Каждая окрашена в цвет факультета. Поднявшись на трибуну и заняв места, девочки взглянули вниз, где Оливер давал последние наставления команде. Осенний прохладный ветер обдувал лицо, а маленькие фигурки игроков на поле напомнили Эл о своем видении.

Когда игроки взмыли в воздух, у сестер самих перехватило дыхание — настолько это потрясающе выглядело.

— Обычно, Вуд запрещает приходить посторонним на тренировки, — как бы, между делом, вставил Рон. — А тут, видимо, сделал исключение.

— Ага, знаем мы, что это за исключение, — Эл толкнула Эми локтем, и она слегка покраснела, Гермиона засмеялась. А Рон сделал вид, что не услышал. Ну, смешная же шутка, чего он, подумала Эл.

— Ты вообще-то сам предложил нам прийти, помнишь? — напомнила ему Эми с серьезным выражением лица, — сказал, что Вуд не будет против.

Рон в этот момент покосился на Эл, в надежде, что она поможет ему с остроумным ответом, но Эл так забавляла его растерянность, что она просто посмеялась.

Гарри демонстративно пролетел перед трибуной, помахав рукой. И Эл взглядом стала следить за ним. За его движениями. Он с такой легкостью парил в воздухе, будто бы метла и он единое целое. Легко, обходя препятствия, минуя игроков, то спускаясь, то поднимаясь, Гарри глазами искал заветный маленький мячик. Вспомнив, как Гарри выглядел в облегающей футболке, Эл представила, как играют его мускулы и сколько энергии он тратит. Вот он летит к кольцам, где находится Вуд, и вот он уже вновь пролетает мимо них. Вот он видит, как Фред запустил в него мячом и замер в воздухе, будто выжидая, когда тот его настигнет. Эл даже прикрыла рот руками, боясь увидеть, что будет в следующую секунду, но Гарри ловко прокрутился на метле, дав мячу пролететь мимо. Эл захлестнула волна восхищения. Гарри бросил в сторону трибун, где сидели его друзья, быстрый взгляд и со скоростью света помчался облетать поле.

Эл незаметно взглянула на Гермиону и увидела, что та, не отрываясь, следит за ним. «Они учатся вот уже четвертый год вместе, и если она все еще смотрит на него с таким же восхищением, каким смотрела я, то возможно, и правда что-то между ними есть. Или это «что-то» есть только у нее», — подумала Эл.

— Вы видели, что вытворяет Гарри? — восторженно произнесла Эми.

— Ты еще не видела его коронное пике. Никто из учащихся не может повторить его. Ну, я пробовал, конечно… — Рон замялся, закашляв.

Эми смотрела на Рона, в ожидании, что тот продолжит, но Рон молчал, и Эми вернула взгляд на поле, нервно покусывая губу. Эми чувствовала, что Рон ее сторонится. А добрая душа Эми будет без устали переживать, если кто-то не захочет с ней общаться. Она изведет себя размышлениями, что же сделала не так.

Когда начал капать мелкий противный дождик, все стали замерзать и поеживаться на сиденьях. Ветер поднялся еще сильнее, а там, на поле и не думали заканчивать. Гарри уже поймал раз сто золотой снитч, и присутствующим становилось скучно.

— Может быть, потом досмотрим как-нибудь, а? — заныла Эл.

— Замерзла? Дать куртку? — Рон пересел со своего места ближе к Эл.

Эл пожала плечами, холодно ведь. Снимая, Рон добавил, что у него там теплая кофта еще. Гермиона наколдовала себе с Эми большой зонт.

— Ты Элик, скоро все куртки школы соберешь, — голос Эми звучал глухо, а сама она в этот момент смотрела вдаль.

— Ага, коллекционировать буду, — засмеялась Эл, несмотря на то, что зубы стучали от холода.

К трибуне подлетел Оливер Вуд, мокрый до нитки и раскрасневшийся от тренировки. Эми, очень неожиданно и очень резко подскочила со скамейки и крикнула, так, что весь стадион услышал бы.

— Привет, Оливер! — Эми провела рукой по мокрому лбу, захватив прядь волос, и завела их за ухо, а потом тем же плавным движением не прерываясь достала туже прядь обратно.

— Привет девчонки, — он кивнул девочкам и отдельно кивнул Рону, произнеся его имя. — Замерзли и промокли, давайте-ка спускайтесь, мы тоже сейчас закончим.

Не помня себя от радости, Эл, не дождавшись, что там Оливер хотел сказать еще, подпрыгнула и побежала вниз. Дрожа от холода, ускоренным шагом, Эл, Рон, Эми и Гермиона двигались к Замку. Эл хотела подождать Эми, когда она там решит поторопиться, но также Эл хотела поговорить и с Роном. Она взяла его под руку.

— Рон, слушай, а почему тебе моя сестра не нравится?

— Кому? Мне? Почему не нравится? — всполошился Рон.

— Я же вижу, как ты стараешься ее избегать. И она это видит. Прекращай, давай, понял? — строгим тоном сказала Эл.

— Ничего я не избегаю ее, просто она иногда бывает злая, — Рон морщился от дождя, и по его лицу было не понятно, что он чувствует.

Несмотря на озноб и непрекращающийся, поганый дождь, который уже все лицо залил Ньюмен младшей и превратил, по ее мнению, в мокрую курицу, она остановилась.

— Так, Рон, моя сестра никогда не бывает злой. Ну, может иногда, и не злой, а сердитой. Понял?

— Вот ты веселая сестра, а она не веселая сестра, такой ответ тебя устроит? — Рон пожал плечами и замолчал, потому что к ним приближались Эми с Гермионой.

— Нас ждете? — Гермиона улыбнулась. И наколдовала еще один большой зонт, под которым все уместились.

До замка шли молча. Эл чувствовала, как урчит у нее в желудке и подумала, как хорошо было бы сейчас съесть чего-нибудь горяченького.

— Сколько времени, кто знает? Мы успеваем на ужин? — испугалась Эл.

Рон стал смеяться, хотя сам наверняка только о еде и думал.

— Нет, Эл, и даже если бы опоздали, мы бы могли попросить эльфов подать ужин в нашу гостиную, — объяснила Гермиона.

— А еще, могли бы вообще к ним на кухню зайти, они бы нас не только накормили, но еще и с собой всего дали, — предложил Рон.

Зайдя в Замок через главные двери, все почуяли, как из Большого Зала тянулся божественный аромат. Но сначала надо было сходить переодеться и высушиться. И не успели друзья ступить на лестницу, как за спиной услышали уже такой знакомый противный голос.

— О, голодранец Уизли нашел себе подружку, — растягивал слова Малфой.

Эл хотела только повернуться, чтобы ответить какую-нибудь ему острую фразочку, как поняла, что вся мокрая и даже не видит, как выглядит. У Эл заносились мысли в голове. И что делать? Молча подняться, проигнорировав? Но он тогда сочтет это своей победой и будет насмехаться над ней. А если она покажет ему себя в таком виде, то насмехаться над ней он начнет уже сейчас.

— Малфой, ты бы для начала сам определился кто из твоих клоунов твоя подружка, а потом лез к другим, — Эми хоть и отменно его подколола, голос у нее был совсем не злой.

— А тебя вообще никто не спрашивал, — со злостью выпалил Слизеринец, когда Эми проходила мимо него.

Она даже бровью не повела от его резкой реакции. Эми повернулась к нему, находясь совсем рядом, что тому пришлось немного наклониться назад.

— Ну тебя ведь, Малфой, тоже никто никогда не спрашивает, — мило улыбнулась Эми и, пожав наигранно плечами, добавила, — а ты все равно лезешь.

И также медленно стала подниматься наверх, увлекая сестру за собой.

— Эй, Ньюмен, та, что сегодня выходной взяла, — Эл почувствовала, как что-то екнуло внутри. — А тебе идет такой видок, под стать своему дружку стала.

Не смог удержаться, чтобы не задеть. Щеки Эл раскраснелись, то ли от обиды, что этот проклятый дождь с ней сделал, и что Малфой именно сейчас их встретил, то ли от злости по той же причине. Сзади заржали его шестерки, которые наверняка даже смысла не понимают, а смеются, потому что приказали.

— Пошел ты, кретин, — почти прошипела Эл и быстро поднялась наверх, чтобы он еще чего не сказал.

Эл поднималась в одиночестве, так как успела убежать вперед, прежде чем ее остановили, и думала, от чего ее так задевают его слова? Подумаешь, увидел ее мокрой, ведь это очевидно — на улице-то дождь. Но Малфой, как бы это было не противно, всегда выглядел опрятно и стильно. Как будто для него собственная внешность, занимала большую часть его жизни.

«Вот еще, буду я с мужиком, в ухоженности соревноваться», — фыркнула себе под нос Эл и вошла в проем своей гостиной.

Выходные прошли в не очень положительном ключе. Эл никак не могла выбросить тот случай с Малфоем из головы. Даже Эми не убедила сестру, что все это не так уж и важно, и нужно просто научиться не обращать внимания на него. Эл так задело последнее с ним столкновение, что она только и мечтала, как бы поквитаться с ним. Она с нетерпением ждала сдвоенного урока Зельеварения, чтобы показаться ему на глаза во всей красе.

Утром понедельника, Эл дольше всех возилась со своей внешностью, даже дольше, чем обычно. Ее волосы блестели как никогда, переливаясь в лучах желтых огней факелов и светильников.

Первую половину дня, Эл провела, как на иголках, даже Эми обратила внимание, что ее сестра какая-то дерганая. Зельеварение было назначено после обеда и, сидя за общим столом в Большой Зале, Эл чувствовала, что не сможет съесть ни кусочка. От одного запаха еды ее немного мутило.

— Эл, что случилось? Ты сегодня сама не своя, — тихонько спросила Эми.

— Да она просто не хочет видеть этого сального урода Снейпа, — тут же ответил Рон, который как всегда сидел рядом и, конечно же все услышал.

Эл послушно кивнула. Но Эми на это не купится. Она серьезно смотрела на сестру, но смысла сейчас расспрашивать не было, поэтому она отступила.

Подходя к кабинету Снейпа, спустившись в мрачное, холодное подземелье, у Эл немного тряслись руки. И, хотя, Эл не имела ни малейшего представления, что собирается сделать, все же уверенным шагом прошла следом за сестрой и остановилась неподалеку от своих. Малфой стоял, прислонившись к стене, руки скрещены, на лице все та же самовлюбленная ухмылка, подбородок приподнят вверх. Сзади стоят его громилы-охранники, а сам он в окружении девиц. Эл встала так, чтобы Малфой смог ее видеть, и чтобы она сама краем глаз могла видеть его. Эл гордо вздернула подборок и выпрямила спину. Гриффиндорцы о чем-то говорили, но она даже не вслушивалась, иногда улыбаясь, копируя остальных. Вот он момент: Малфой бросает взгляд в их сторону. Все или ничего! Эл поправляет плавно свои волосы, заставляя их разлететься в разные стороны. Бесформенная мантия не может скрыть утонченность фигуры, у Эл длинные ноги, красивые бедра и тонкая талия. Худоба Эл лишь подчеркивает изящество ее движений. Прикусив нижнюю губу и вытянув губы в легкую трубочку, Эл медленно повернула голову в сторону слизеринца, одарила презренным, полным равнодушия взглядом, проведя его с ног до головы. И так же не спеша вернула взгляд, с приподнятым подбородком, к друзьям. Эл успела заметить, как у Малфоя метнулась вверх одна бровь. Оценил. И тут же, не успев опомнится, Эл наткнулась на напряженный взгляд сестры. Ее внимание-то она, как раз и не собиралась привлекать.

Когда Снейп, наконец, впустил два факультета в кабинет, Эл села с Роном и Гарри на последнюю парту, как всегда это делала. Малфой сидел прямо перед учительским столом, ну конечно, в подлизывании слизеринцам нет равных.

Снейп начал лекцию, но Эл его не слушала. Вперив взгляд в пространство, Эл задумалась, для чего вообще все это устроила, ведь он явно понял, что все это было разыграно для него. Продолжать так же одаривать друг друга холодным взглядом и пытаться больнее задеть? Из мыслей вырвал Рон, который толкал Эл в бок.

— Ну что еще? — Эл недовольно фыркнула.

— Может, вы уже обратите свое внимание на мою лекцию, мисс Ньюмен?! — у Эл от ужаса все похолодело внутри, Снейп угрожающе мерил ее глазами. — Садитесь-ка вы лучше к Долгопупсу, вы хоть и несносная болтунья, но зелья у вас получаются не плохо. Поможете ему.

Эл тут же налилась краской. Внутри все начинало закипать от ненависти к этому преподавателю. Слизеринцы ржут, а он даже баллы с них не снимает.

Взяв себя в руки, Эл подняла подбородок и гордо перешла на вторую парту к Невиллу, чувствуя при этом, что маленький отрезок от ее парты, до парты, где сидел Невилл напоминает коридор позора.

Невилл улыбнулся Эл, а ей даже и улыбаться не хочется. Исподлобья взглянув на Слизеринского Блондина, Эл заметила, как тот со своей невероятно довольной ухмылкой вздернул бровями, мол, довыпендривалась и отвернулся. У Эл от стыда даже уши загорелись.

Снейп еще минут пятнадцать объяснял, как варить Умиротворяющий Бальзам, а потом дал время до конца урока его сварить. Голова плохо соображала и никак не хотела думать. Сироп черемисы, настойка чабреца… Эл посмотрела вперед и увидела, как работает Малфой, с невероятной легкостью, он складывал ингредиенты в котел. Это Эл тут потеет, боится ошибиться, чтобы Снейп не отравил ее потом своим же варевом. Малфой же работал красиво и спокойно. Почти, не заглядывая в рецепт. На миг Эл замерла, завороженная его изящными движениями. А он, красив, чертовски красив. Сейчас, когда он не строил из себя последнего мерзавца, белоснежное лицо его было расслабленно, тонкие черты подчеркивали аристократичность происхождения. На столе у него был идеальный порядок, что помогало ему безошибочно брать то, что нужно. В этом была какая-то маниакальная аккуратность. Словно, почувствовав пристальный взгляд, Малфой повернулся, но только слегка, Эл тут же отвернулась, мотнув головой, чтобы прийти в себя, и услышала, как рядом пыхтит Невилл, весь красный, казалось, он сейчас упадет в обморок.

После урока Эл чувствовала какую-то туманность в голове и опустошённость. Стараясь не нарваться на Малфоя, она быстро покидала вещи в сумку и выбежала из класса, никого не дождавшись. Но, она не знала куда идти. Все же стоило слушать Эми и Гермиону. Одно радует — что сейчас будет Прорицание, а Эл его очень ждала, ведь она ясновидящая. Хотя бы на этом предмете у Эл должно все получаться.

Прижавшись к стене, Эл молилась, чтобы сестра ее вышла быстрее, чем Малфой. Ведь сейчас Эл точно не сможет придумать ничего достойного, чтобы ответить на его гадости. Эми вышла из кабинета, вертя головой по сторонам, явно в поисках сестры.

— Пойдем на урок, я не знаю куда идти, — Эл схватила Эми за руку и потянула наверх, — пойдем, пойдем.

— Да что с тобой происходит? — раздраженно спросила Эми.

— Давай не сейчас, я просто очень хочу на урок Прорицания.

Эми не стала расспрашивать сестру о ее поведении, чувствуя, что она сейчас все равно ничего не расскажет. Но ее странное поведение насторожило Эми и, отложив выяснения на потом, сестры поднялись на урок в тишине.

Кабинет Прорицания находился в северной башне на седьмом этаже. Вход оказался в потолке, в виде люка, из которого спускалась лестница. Кабинет больше напоминал что-то среднее между мансардой и старомодной чайной, нежели учебный класс. Окна задернуты, а светильники задрапированы темно-красным шелком, поэтому в комнате царил красноватый полумрак. Вместо обычных столов, стояли круглые столики, вокруг которых расставлены мягкие пуфики и кресла с пестрой обивкой. Камин распространял какой-то тяжелый и дурманящий аромат. Голова Эл и так была, как в тумане, а тут еще атмосфера такая. На каминной полке и полках, опоясывающих комнату расставлены всякие странные вещицы: пыльные птичьи перья, огарки свечей, пухлые потрепанные колоды карт, магические кристаллы и просто полчища чайных чашек.

Сестры сели с Гермионой, заняв круглый столик посередине. Когда появилась профессор Трелони, Эл открыто хихикнула — уж очень она выглядела странно. Эми сразу шикнула на нее, хотя сама еле сдерживалась. Та обвела класс огромными глазищами из-за своих очков-луп. Ее очки увеличивали глаза в два раза, от чего ее вид был еще странней и напоминал стрекозу, обмотанную множеством шалей и невероятным количеством разноцветных и разномастных бус. Профессор Трелони остановилась у столика, где сидели Эми и Эл. Она переводила свой взгляд с одной сестры на другую, от чего им стало немного не по себе. И смешно одновременно. Ну не может человек так выглядеть и быть серьезным прорицателем. Правильно Гермиона на счет нее высказывалась, что одна показуха и выдумки тут. Профессор Трелони резко подскочила к Эл, и она чуть не свалилась с пуфика.

— Мисс Ньюмен, кажется, как приятно, как приятно, — наговаривала она, блуждая по Эл глазами, — о, деточка, как я рада, вы же такая особенная.

Эми подавилась воздухом, расширив свои глаза. А Эл вся напряглась, внимательно слушая, боясь, что она может взболтнуть лишнего, если действительно увидела что-то в сестрах.

— Сегодня работаем с хрустальным шаром, повторим пройденные материалы. Это будет в вашем экзамене, — обратилась она ко всему классу, будто до этого ничего не произошло.

— Опять хрустальный шар… — Вздохнула Гермиона.

— Хрустальный Шар, — продолжала профессор, — это предмет для гадания. Люди, обладающие даром предсказания, могут видеть в нем отражения будущих событий — в этот момент она посмотрела на Эл, — прочитать значения мелькнувших в нем теней, истолковать явившиеся в нем образы, — на этом ее взгляд упал на Эми, — остальные же просто увидят в Шаре преломление света и блуждающие блики. К сожалению, не все в этом классе имеют предрасположенность к моему предмету, — а на этих словах, профессор Трелони наградила сочувственным взглядом всезнающую Гермиону.

Эл подумала про себя, что возможно, именно поэтому она не любит этот предмет, потому что именно в нем у нее ничего не получается.

— Ну что ж, те, кто впервые сегодня на моем уроке, могут изучить Хрустальный Шар, а остальные, пожалуйста, законспектируйте, что вы увидите в нем.

Гермиона достала тетрадь, и не глядя в Шар стала писать.

— Так, нужно быть осторожной, в меня может ударить молния, а еще я поскользнусь в Большом Зале у всех на виду.

Увидев, как удивленно на нее смотрят сестры, пояснила, что Трелони любит, когда с кем-то что-то происходит и считает это настоящим даром. Тишину и скрип перьев, прервала Лаванда, сидящая сзади.

— Ой, профессор Трелони, кажется, я вижу своего любимого. Мы с ним держимся за руки.

Эми закатила глаза, а Эл покачала головой: ну какая же дура, выставляет себя на посмешище.

Немного погодя, после долгих, действительно честных попыток увидеть что-либо в этом Шаре, Эл решила просто посидеть и понаблюдать за остальными.

— Ну что, как успехи? — Трелони склонилась к столику, Гермиона показала свои записи. — А у вас, мисс Эмили Ньюмен?

Судя по ее выражению, она тоже так ничего и не выглядела. Но очень серьезным тоном, со слегка наигранным беспокойством, произнесла:

— Вы знаете профессор, я, кажется, вижу. Молодая девушка, светлые волосы с цветочным именем падает с лестницы, — Эми не стесняясь и уже более грубо адресовывает следующее предложение Лаванде Браун, — кажется это о тебе Лаванда, будь аккуратней.

Эми взглянула на Рона, а тот в свою очередь улыбнулся. И Эми как-то повеселела. А вот профессор Трелони, кажется, восприняла очень серьезно ее слова.

— Да, Лаванда, будь теперь бдительна, — от этих слов Эл стало еще смешнее. — А что же Ньюмен младшая нам поведает. Вы что-нибудь видите?

Эл стала лихорадочно придумывать, чтобы ей такого придумать. В голову ничего не приходило, и она схватила Шар, чтобы потрясти его.

В этот момент, будто отрываясь от реальности резким рывком в районе пупка, Эл начала проваливаться куда-то. Она оказалась в пещере, где царил холод и полумрак. Мужчина, облаченный в длинный балдахин, с накинутым на голову капюшоном, нес что-то в руках. Горящие свечи тускло освещали голые каменные стены, на которых виднелись непонятные знаки. Украшение, которое мужчина держал в руках, поблескивало от, падающего на него света. Мужчина шепчет, склонившись к украшению, Эл хотела услышать, разобрать слова. Он подошел к высокому выступу, больше напоминающего алтарь, где стояли чаши различных размеров и Шар. Хрустальный Шар, как на уроке. Он заглянул в него и резко повернул голову в сторону Эл. Из его глаз вырвался ярчайший свет, и молнией полетел туда, где стояла Эл….

Эл отрывисто дышала, и на лбу у нее выступили капельки пота. Она сидела на мягком пуфике, в кабинете профессора Трелони. Рядом сидят Гермиона и Эми. Трелони, не отрываясь, смотрела на нее, и Эл, быстрым взглядом пробежалась по классу, но кроме как Эми и профессора никто не смотрел.

— Молния, я вижу разряды молнии, — на выдохе сказала Эл.

Как только профессор Трелони отошла, Эл вздохнула и склонилась к Эми:

— Похоже, у меня было видение Эми, настоящее. Как во сне, только не во сне. Это было так странно, очень.

Еле дождавшись конца урока, Эл с Эми отстали от других, чтобы получилось поговорить.

— Все мои видения во сне были как бы со стороны, а тут я была там, в этой пещере, как в последнем сне, про поезд, помнишь? Думаешь, это что-то значит?

— Я не знаю Эл, — встревоженно сказала она, — Тебе давно ничего не снилось, не было ни каких видений. Тебе не кажется странным, что именно на уроке Прорицания к тебе пришло это?

— А еще Шар, у него был такой же.

— Слушай, а что если твоя Сила растет? — Эми остановилась на полпути так резко, что шедшим ученикам пришлось обойти их. — Мы же в самом магическом месте на всем белом свете, здесь все пропитано волшебством. Что если твое умение видеть во сне теперь не только этим ограничивается, что если ты сможешь видеть, прикасаясь к предметам?

И Эми пошла, не дав Эл ничего вставить. Как обычно, она включила логику. Эл пришлось ускорить шаг, чтобы поравняться с ней.

— Ну, все сходится, все же очевидно. Трелони себе и представить не может, какой Силой ты обладаешь, обзавидовалась бы если узнала.

— Эми, а что я видела-то? Что означает это?

— Хм… Может, как кто-то так же гадает? Я не знаю, правда… — Эми пожала плечами, но ее больше волновало то, что у сестры появилась новая Сила. Она не видела в этом ничего страшного или необычного. Наоборот, говорила, что так и должно быть.

Глава 3. Блондин из Слизерина.


— Мисс Ньюмен, вы испытываете моё терпение.

Холодный и леденящий голос учителя Зельеварения прозвучал над самой макушкой Эл, заставив ее съежиться на месте.

— Может быть, вы хотите встать на моё место и вести урок? — Снейп смотрел на Эл не мигающим взором, и казалось, что молчание Ньюмен младшей еще сильнее его раздражает.

Снейп продолжал стоять над Эл, буравя ее глазами. Если сделать, вид, что она не слышит его, может все обойдется, думала Эл, гладя на парту. В конец концов, Ньюмен в этом классе две. Дрожащими руками, она открыла учебник и уставилась в него, не замечая, что держит его верх ногами.

— Вы сейчас выглядите глупо, Ньюмен Младшая, — насмешливо произнес Снейп.

Комок нервов, что рос со скоростью ракеты, в миг развязался: Эл с силой захлопнула учебник и вскочила со своего места.

— А что я сделала не так? — спросила Эл.

Снейп будто немного обрадовался, получив обратную реакцию, и с непроницаемым лицом сказал очень тихо, но так, чтобы все непременно его услышали:

— Ваше легкомыслие отвлекает всех вокруг.

— Я просто переспросила шепотом о том, что вы говорили! Я не услышала с первого раза! — ответила Эл, слегка повысив голос, сама того не желая.

Эми тихонько потянула ее за рукав мантии, словно стараясь сдержать гневный порыв своей сестры.

— Ваши проблемы со слухом, это ваши проблемы. Либо вы делаете правильные выводы, либо...

— Я все задания выполняю хорошо! — перебила она его и тут же пожалела об этом.

Глаза Снейпа сузились, губы скривились, и теперь его спокойное лицо уже не было таким спокойным. Эл решила смягчить свой тон, и даже слегка улыбнулась. Тем более, что Эл была уверенна, что к любому человеку можно найти подход.

— И я готова выслушивать замечания, если не выполню задание, — сказала она, стараясь выдержать спокойный тон.

Но Снейп будто упивался своей властью, наслаждаясь мучениями студентов. Он демонстративно закатил глаза (от чего ряд слизеринцев громко засмеялся), развернулся и через плечо сказал:

— Не старайтесь Ньюмен, на меня ваши манипуляции не подействуют! Просто делайте, что я вам говорю!

То, чего так боялась Эми — случилось. У Эл побелели костяшки от той силы, с какой она сжимала кулаки. Она была готова рвать и метать и ей, было абсолютно все равно кто перед ней: профессор или обычный студент, оскорбивший ее. На фоне послышался шепот, а Невилл, сидящий рядом, издал звук, больше походивший на всхлипывание.

— Знаете, что? Мне надоели ваши оскорбления! И это не я ваше терпение испытываю, а вы испытываете меня! — эмоционально размахивая руками, прикрикнула Эл.

— Обойдёмся без ваших представлений! Своё актерство показывайте в другом месте! — спокойно произнес Снейп, развернувшись и сверкнув черными глазами, в которых явно выражался гнев.

— Ах, я ещё и актриса? А вы деспот! Да, вы деспот профессор... профессор... — Эл повернулась к Эми, словно и правда актер, позабывший свой текст, — как его зовут, Эми? Я забыла...

— Профессор Снейп, — тихонько произнесла она, взявшись за голову.

— Профессор Снейп! — выразительно сказала Эл и услышала опять смешки, но уже со стороны гриффиндорцев.

— Выйди вон! — гаркнул Снейп.

Эл спорить не стала, это стало последней каплей для них обоих. Нервно запихав вещи в сумку, подрагивая от злости, Эл вышла из класса. Ей хотелось хлопнуть дверью напоследок, но и этого у нее не вышло: двери были такие массивные, что она с трудом их открыла, а закрылись они сами.

Стоя в полутемном коридоре, который освещался лишь факелами и светильниками, Эл размышляла о несправедливости Снейпа. Своих слизеринцев он никогда так не унижает, и позволяет им все, что угодно. А ее он с первой минуты невзлюбил. Разве это справедливо?

Эл отошла на безопасное расстояние от кабинета, чтобы не попасться на глаза своему ненавистному преподавателю и подождала Гарри, Рона, Эми и Гермиону, которая, между прочим, сделала замечание, потому что Снейп вычел пятьдесят очков! Некоторые однокурсники подходили и хлопали по плечу, с выраженным восхищением. А вот Эми была явно не в восторге от поведения своей сестры, но говорить ничего не стала.

За ужином, Эл немного успокоилась, но все же не смотрела в сторону преподавательского стола, чтобы ненароком не встретить взгляд профессора Снейпа.

— Ты, когда так спокойно спросила: «Эми как его зовут», мне вообще показалось, что я ослышался! А потом, я могу поклясться, что услышал его рычание. Ну как ты это сделала? Повтори, повтори ещё раз! — смеялся Рон, вспоминая урок.

— Нет, я надеюсь, больше этого не повторится, — произнесла Эми и строго взглянула на Рона. У того в миг исчезла улыбка на лице.

— Не, ну конечно, так нельзя, — быстренько вставил он, кивая Эми.

Когда Эми делала замечание, Рон каким-то образом умудрялся с ней не спорить, даже если и был не согласен, хотя, Гарри и Гермионе всегда находил, что ответить.

— Но ты согласна, что он не прав сегодня был? — спросила Эл сестру.

— Согласна, — спокойно ответила она.

— А сколько мне ещё терпеть тогда это всё, Эми? — горячо воскликнула Эл.

— Тут нечего терпеть, я тебе уже столько раз это объясняла! Просто с ним нужно иметь терпение и смириться, просто не обращать внимания и соглашаться. Так или иначе, он достигнет своей цели, если захочет, а ты своими всплесками эмоций просто останешься ни с чем. Эл, это не тот случай, где стоит показывать свой неуемный характер, — Эми, хоть и говорила спокойно, взгляд ее был строгим.

— Неуемный характер? — опять вспыхнула Эл. — И что, теперь из-за его власти мне соглашаться с унижениями??

— Эл, ты не единственная, кого цепляет Снейп, но единственная, кому взбрело в голову с этим бороться, я лишь хочу сказать, что своим поведением ты потешила только слизеринцев и самого Снейпа, — Эми сказала это очень спокойно и опустила взгляд в свою тарелку с овощами, хотя сестры обе понимали, что аппетит пропал. Гарри, Рон и Гермиона предпочли не вмешиваться и молча наблюдали.

— И что-то не вышло, как видишь!! — все еще пылая от негодования и злости, добавила Эл.

Эми взглянула на нее и хотела что-то ответить. Что-то в стиле «вот об этом я и говорю», но решила промолчать и не разгонять ссору. Это было странным и для Эми, и для Эл, что они вот так спорят при посторонних. Сестры всю свою жизнь поддерживали друг друга во всем. И обе сейчас не понимали, почему так случилось.

Эл встала и молча пошла к выходу из Большого Зала. Услышав шаги за спиной и голос Рона, Эл безумно обрадовалась, потому что не была уверена, как дойти до башни одной.

— Магнитные бури? — он рукой провёл себе по макушке.

— Да просто я, может, и вспылила сегодня. Но это было вполне оправдано! — искренне сказала Эл и прибавила шагу.

— Да всё ты правильно сделала! Прости, что не заступился, я как завороженный слушал твои реплики, — признался Рон, улыбаясь.

То ли из-за огненно-рыжих волос, то ли из-за приятного голоса, а может, и из-за поддержки, Эл почувствовала, как от Рона повеяло теплом, и поняла, что злость испаряется.

— Да ничего, а то вышли бы оттуда оба. А вот с сестрой неловко как-то получилось, — Эл печально пожала плечами.

— Согласен, тут ты немного перегнула, — немного помолчав, сказал Рон.

— Я? — ощетинилась Эл, и все тепло куда-то делось.

— Ага. Она же спокойно говорила, а ты всё в штыки, — без обиняков, ответил Рон.

— Я тоже спокойно!

— Да нет же. На эмоциях как-то. А она, после того как тебя выгнали, заступилась. Не так, как ты, конечно, возмущенно, а спокойно и деликатно. Снейп, разумеется, это проигнорировал, и весь оставшийся урок донимал ее.

Эл возмутило не то, что Рон принял сторону Эми, а то, как спокойно и правдиво он это говорил.

— Слушай, если тебе нравится моя сестра, то не надо сейчас выставлять, будто она такая рассудительная и спокойная, а я истеричка. Мог бы просто придерживаться нейтралитета, — съязвила Эл.

— Мне? Твоя сестра? Эми? Конечно нет! Она же такая... такая... такая Эми! — щеки Рона запылали, и он еще сильнее разлохматил свои волосы.

— Ну, нравится же? — спокойным, мягким тоном спросила Эл, когда они дошли до входа в гостиную.

— Да неет, — смущенно протянул Рон, — она конечно красивая и с чувством юмора, и вроде умная, но не зануда, и она всегда вкусно пахнет, и ещё она так мило улыбается...

Рон так увлёкся перечислениями качеств Эми, что казалось, что он попросту забыл, о чём речь. Было и так всё понятно, но Эл задалась целью услышать это от него.

— Рон, почему ты даже мне не можешь признаться в своей симпатии к Эми? Это не по-дружески! — Эл театрально скрестила руки на груди.

— А ты можешь признаться в своей симпатии к Гарри? — Он сощурил глаза.

— Мне и признаваться не надо. Это, по-моему, очевидно. Да, мне нравится Гарри.

Рон как будто немного опешил. Потом резко развернулся, и помчался наверх, на ходу выкрикнув:

— Что-то так лечь в пастель хочется.

— А ну-ка вернись, Рональд Уизли! — топнула ногой Эл, удаляющейся спине друга.

— Потом договорим, — перегнулся через перила на балкончике Рон и скрылся в дверях.

— Друг называется! Больше тоже тебе ничего не расскажу! — крикнула Эл вдогонку и направилась в женскую спальню, сомневаясь, что он слышал ее последние слова.

На автомате Эл переодела школьную форму, надев на себя черную водолазку, под стать своему настроению, причесалась, словно это могло успокоить ее, и в это время вошла в спальню Эми.

— Ты тут? — сконфуженно спросила она.

— О, Эми, я, наверное, слишком на эмоциях была. Прости меня, — у Эл больно защипало в груди при виде Эми, и она подошла к сестре.

— И ты меня прости, конечно же, я на твоей стороне! — Эми выглядела расстроенной.

Эл непременно захотелось рассказать ей о странном поведении Рона, но решила сначала кое-что выяснить у сестры.

— Эми, тебе ведь нравится Рон? — прямо спросила она.

— Ну... он хороший наш друг. Твой друг... — растерянно произнесла Эми.

— А я не про дружбу спрашиваю! Я уже несколько дней вижу, что у вас другое общение, отличается от нашего.

Эми заметно заволновалась, опустила взгляд, пытаясь сдержать улыбку. Да ведь по ней все также очевидно, как и по Рону. Только Эл никак не могла понять, почему с ней никто не хочет быть откровенным?

— Я пока не могу это обсуждать... — начала говорить Эми и сразу замолчала.

— Ну и не обсуждай! Тоже тебе ничего рассказывать не буду, — у Эл снова разгорался злобный огонь внутри.

В следующую секунду зашла Гермиона. Она посмотрела на сестер, и видимо, обрадовалась примирению:

— О, секретничаете, — улыбаясь, спросила она.

Эл молча вышла из спальни. Ее раздирало чувство обиды, ведь, что Эми, что Рон, для нее самые родные в этих стенах, а они не могут признаться в своих чувствах.

Как можно незаметнее выйдя из гостиной, Эл решила остудить свой пыл, прогулявшись по Замку. Она шла по коридорам, стараясь запоминать картины, попадающиеся на пути, чтобы затем вернуться обратно. Мысли о сестре и друге заполняли всю ее голову. Она твердо решила, что не будет с ними ничем делиться. И зачем только о Гарри рассказала? И про свои сны Эми тоже ничего рассказывать не будет! А над шутками Рона вообще не будет даже смеяться! «Ты как ребенок!», — прозвучал в ее голове голос Эми. Так ясно и отчетливо, что Эл даже обернулась, нет ли ее рядом.

«Ну и пусть, как ребенок, — с отчаянием ответила внутреннему голосу Эл, — зато права!»

Оказавшись у большого окна, в щели которого проскальзывал промозглый ветер, Эл даже не могла точно сказать, на каком этаже находилась. На улице темно и только лунный свет освещал опушку леса, падая прямо на Эл. Она залюбовалась луной, думая, сколько уже бродит по Замку. Детская обида стала отпускать и Эл поняла, что перегнула палку. Требовать ответов от людей, которые, возможно, и сами еще не разобрались в своих чувствах. Тем более Эми: она до последнего будет держать все в себе, анализировать, размышлять, а когда осознает и примет, то еще сама будет без устали об этом говорить.

— Кого я вижу… — Эл вздрогнула от неожиданно раздавшегося голоса и с первого звука поняла, кому он принадлежит.

Ну почему? Почему именно сейчас? Эл повернулась к Малфою лицом и отметила про себя, как тот откровенно пялился. Малфой был тоже одет во все черное, что несомненно ему шло. Она на автомате взмахнула волосами, смотря на него. После ее демонстративной выходки, они так больше и не виделись с ним.

— Вот и иди, куда шел, — вырвалось у Эл.

— Ты сама-то хоть понимаешь, куда пришла? — спросил Малфой, ехидно улыбаясь.

— Ну, и куда же я пришла?

— Здесь начинается территория Слизерина, так что удалиться придется тебе, — холодно произнес блондин.

— Насколько мне известно, башня Слизерина находится в подземелье, где вам, кстати, и место, а тут как видишь — еще не самое дно, — съязвила Эл.

— Даже самые отъявленные слизеринцы порой тянутся к свету, потому сюда никто не смеет соваться, особенно в темное время суток, — Малфой скривился в кривой усмешке и сделал шаг вперед.

Эл демонстративно вздохнула и, отвернувшись, спокойно сказала:

— Тогда просто отстань от меня, скоро уйду.

Эл взглянула на луну и попыталась вернуться к мыслям о сестре, но все мысли куда-то исчезли и тело, словно покалывало от сотен иголок. Эл знала, что Малфой не сдвинулся с места. И прямо сейчас смотрит на нее. До Эл только сейчас дошло, что и он, и она — одни в пустом коридоре, и ему ничего не стоит заколдовать ее, а у Эл даже палочки с собой нет. Эл развернулась лицом к Малфою (уж лучше к противнику спиной не стоять).

— И что ты так смотришь? — спросила Эл.

— Я просто поражаюсь, — Малфой прищурился.

— Чему?

— Прийти сюда одной! Ты либо храбрая, либо глупая, — Малфой пожал плечами, — я, конечно, увидел, насколько ты бываешь отчаянной. Со Снейпом дерзить даже мы не смеем.

Эл внутри себя застонала, она ведь действительно, как глупая себя повела. И так сейчас уязвима, ей даже захотелось зареветь, но уж кому-кому, но только не этому кретину она будет показывать свои чувства.

— Еще третий вариант, Малфой, — он тут же приподнял одну бровь, внимательно слушая.

Одной из сильных сторон Эл была выдержка, благодаря которой, она могла выдержать любой взгляд, несмотря ни на какие внутренние страдания и собственный страх. Даже этих холодных, серых глаз. Все еще смотря на нее, и ожидая продолжения ее слов, Малфой стал приближаться к Эл, его взгляд падал то на ее глаза, то на губы и Эл невольно облизнула свои.

— Конечно, есть! — небрежно произнес он. — Третий вариант — тебе очень хотелось повидаться со мной.

Эл искренне рассмеялась. Ну, смешно же, ведь Эл даже не думала о нем, пока шла. Хотя, со стороны, возможно, так все и выглядит.

— Ну, точно! Дай, думаю, добью этот ужасный день встречей с самовлюбленным слизеринцем. Мне же так скучно и скверных встреч совсем не хватает.

На секунду, Эл показалось, что Малфой сотрет с лица свою ухмылку и спросит, что случилось, а она ему все расскажет и пожалуется на всех, словно они старые, добрые друзья. А могут ли слизеринцы вообще дружить, и умеют ли сочувствовать?

Малфой медленно надвигался как туман, застилающий ранним утром поля, задурманивая Эл рассудок. Она прижалась к окну и почувствовала холод стекла. Но еще сильнее она чувствовала, как все сжалось внутри. Эл старалась гордо держать голову и смотреть на него, не выдавая своих ощущений.

— От тебя приятно пахнет, Ньюмен, — чуть слышно сказал он. — Тебе не стоит гулять одной, на моем месте мог оказаться другой, и он был бы не настолько снисходительным.

Малфой склонил голову, не дотрагиваясь до Эл, но так, чтобы их лица были на одном уровне. У Эл глаза стали сами собой закрываться, и если поддаться немного вперед… В следующий миг, она скользнула по окну в сторону и отскочила. Голова кружилась, но сознание было ясным.

— Ты псих, Малфой! — крикнула Эл.

Быстро развернувшись, Эл ринулась в сторону, откуда пришла.

— Ты еще вернешься, Ньюмен, вот увидишь! — услышала она за спиной громкий смех.

— Да пошел ты, — сказала Эл сама себе, ведь Малфой ее уже слышать не мог.

Быстрый шаг перешел на бег и Эл, в который раз за день прочувствовала обиду за себя. Как будто играет с ней в кошки-мышки, и, к сожалению, в этой ситуации — мышкой оказалась она. До башни Эл добежала быстрее, чем от нее, причем, ни разу не взглянув на картины, которые она старалась запомнить.

Все это время, ее не покидал его образ. Его действия, глаза. Она не понимала, он что, хотел ее поцеловать? Или же просто притворялся? А она? Она чуть не ответила ему тем же…. Малфой просто дразнил, провоцировал, чтоб затем от души поиздеваться.

Эл призналась сама себе, что Малфой прекрасен, внешне уж точно. Но вот его манерная язвительность…. Так бы и придушила! Зажал, как маленькую девчонку! Эл быстро нырнула в проем, в гостиной были Эми и Рон.

— Эл, ну, где ты была? Мы же волновались! — подскочив с кресла, Эми бросилась к Эл.

— Ходила гулять, — небрежно ответила Эл.

— В каком-то скоростном режиме ты гуляла, — заметил Рон.

Эл подошла к зеркалу, висевшему на стене, и увидела, что вся растрепанная и раскрасневшаяся.

— Это я бежала, чтобы согреться, — соврала она.

— А, ну ладно, а то Эми так переживала сильно. Я ей конечно же объяснил, что ты взрослый человек и сможешь сама за себя постоять! — сказал Рон совершенно невинным голосом.

— Что? — Эми стукнула Рона по руке. — Это из-за твоих страшилок я и начала переживать!

— Ну, так это же шутки были, — Рон пожал плечами и увернулся от еще одной атаки со стороны Эми.

— Но ты сказал, что если что, то пойдем за ней вместе, потому что тебе страшно одному, а в такое время в Замке может произойти все, что угодно! — эмоционально воскликнула Эми и таки попала еще раз ему по руке.

— Просто я не хотел тебя оставлять одну, — Рон увел взгляд в сторону и стал разглядывать свои ботинки, потирая свою руку.

Эл смотрела то на одного, то на другого и тут же от души засмеялась. Нет, она не может долго на них обижаться. Очевидно, может и очевидно, для нее самой, что между ними что-то такое есть. Но если они сами еще этого не поняли, то она ни имеет права требовать от них каких-либо объяснений.

Глава 4. И грянул гром.


Матч по квиддичу Гриффиндор — Слизерин был назначен на завтра, субботу. Дни летели быстро и сестры уже привыкли к Замку, привидениям, даже к большому объему домашних работ. Оливер Вуд, капитан команды и семикурсник, несколько раз пытался пригласить Эми на свидание, но она каким-то невероятным образом ускользала от него. Безусловно, Оливер нравился Эми, красивый, подтянутый, высокий парень, но она словно сторонилась его.

Еще до обеда, уроки утомили обеих сестер, но сильнее всех страдала Эл. Ей казалось, что преподаватели специально изнуряют ее своими вопросами. Профессор Макгонагалл, которую Эл немного побаивалась, уделяла ей повышенное внимание.

— Куда мы сейчас идем? — мрачно спросила Эл.

— На урок, — спокойно ответила Эми. Эл демонстративно громко вздохнула и Эми добавила, — мы идем на урок Травологии.

Эми, Гарри, Рон, Гермиона и Эл шли по длинному, широкому коридору после первого урока по Трансфигурации.

— Это хорошо, что не Зельеварение, а то после Трансфигурации этого деспота я бы не вытерпела.

— Чем тебе профессор Макгонагалл не угодила? — спросила Гермиона, держа в руках огромную охапку книг.

— Ну, не знаю, Гермиона, может быть тем, что сегодня она сказала, что на следующем уроке спросит меня первой? А о чем спросит, я так и не поняла.

— Об использовании заклинания «Дуро» и его применении, — отрапортовала Гермиона.

— Ну, точно! Теперь мне все понятно, — саркастически сказала Эл, хлопнув в ладоши.

— Заклинание превращает предметы в камень. С этим тебе и придется поработать, чтобы на уроке продемонстрировать свое умение, — покачав головой, улыбнулась Гермиона.

— Да не переживай ты так, — подбодрил Рон.

Эми украдкой взглянула на Рона, который подтолкнул плечом ее сестру, и отвернулась.

— Да, Эл, Рон же не переживает, — подхватила Гермиона, поправляя тяжеленную сумку на плече, ремни которой опасно хрустнули под тяжестью книг. — Вы как родственники, честное слово.

— Рон, может, возьмешь фамилию Ньюмен? — спросила Эми.

— А может, это ты возьмешь фамилию Уизли? — посмеялся Рон, но тут же прекратил, взглянув на Эми.

— Тебе просто нужно чуть больше времени. Скоро ты научишься правильно воспринимать наших преподавателей, — приобнял за плечи Эл Гарри и улыбнулся своей обворожительной улыбкой.

Гарри говорил что-то еще, но Эл его не слушала, погрузившись в свои мысли. Она пыталась удержать улыбку смущения на своем лице, и не знала, то ли прильнуть к нему ближе, то ли наоборот, аккуратно отстраниться. Гарри был бесконечно мил, и всегда находил нужные слова. От резкого толчка в спину Эми с Гермионой, Эл не сразу поняла, что происходит. Руки Гарри отпустили плечи Эл и, только подняв глаза, она поняла, что случилось. Напротив Гарри стоял Малфой.

— Смотри куда прешь! — со злостью прошипел слизеринец.

— Да ты охренел! — крикнул Рон.

Эл непроизвольно осмотрела Малфоя с ног до головы. Вальяжность и гордое лицо выражало смесь ехидства и ярости. От моментальной реакции Рона, его насмешливая ухмылка еще сильнее исказилась. И, несмотря на то, что Рон среагировал быстрее Гарри, Малфой будто не замечал его. Продолжая пристально смотреть на Гарри прямо в глаза, Малфой был похож на хищника, выбравшего себе жертву.

— Зря очки носишь? — холодно спросил Малфой.

Эл всего лишь стояла рядом, но у нее было ощущение, что Малфой держит ее в поле зрения. Эми с Гермионой подошли к Рону, зная его вспыльчивый характер.

— И тебе не помешало бы, Малфой! — спокойно ответил Гарри.

Гарри был очень спокоен, но от него шла невероятная энергия силы. Незримая внутренняя ненависть Гарри, просачиваясь, отдавалась вибрациями, как радиоволны, которые чувствовали несомненно все, кто находился рядом. Некоторые из учеников, проходившие мимо, замолкали и останавливались, глядя в сторону Гарри и Малфоя. Но никто не посмеет вмешаться. Малфоя боится большая половина школы, за исключением, пожалуй, гриффиндорцев. Но и они не станут лезть, так как у них есть Поттер. На факультете Гриффиндор, Гарри Поттер что-то вроде трофея, который за всех и всегда заступится. В воздухе повисло напряжение.

— Нервничаешь из-за матча что ли, раз на людей кидаешься? — сдержанно спросил Гарри.

— На этот раз тебе так не повезет, Золотой Мальчик, — усмехнулся Малфой.

Рон дернулся в его сторону, но Эми схватила его за руку, удерживая на месте. Рон с силой выдернул руку, пыхтя от злости. Этот мгновенный жест ввел в ступор Эми, которая посчитала его личным. Но сейчас размышлять над этим не было возможности, потому что неизвестно было чем может закончиться перепалка: Гарри уже держал руку рядом со своей палочкой, готовый в любую минуту выхватить ее.

— Везение нужно тебе, Малфой, а у меня это профессионализм, — ответил Гарри, перебирая пальцами на руке.

Малфой казался раздраженным, хотя, разумеется, своих настоящих чувств никогда не покажет.

— Очки только свои не забудь протереть, чтобы увидеть, — растягивая слова, Малфой смаковал каждое слово, — увидеть, как снитч будет моим.

Эл не выдержала и вздохнула. И, видимо, слишком громко, так как серые глаза блондина мгновенно метнулись в ее сторону. Он быстро пробежался по ней взглядом и впился в ее глаза. Эл напряглась.

— Есть что сказать? — спросил Малфой.

— Давай сначала ты покажешь, как сделаешь это, а потом уже будешь нам рассказывать, — ответила Эл недостаточно грозным голосом, каким рассчитывала.

— Ты увидишь это первой, — тут же сказал он.

Как бы Эл не хотелось отвести взгляд, отвернуться, отодвинуться, она стойко смотрела ему в глаза.

— Это вряд ли, у меня зрение не очень, — просто сказала Эл.

На секунду показалось, что он хотел улыбнуться, но Малфоевская стойкость не подвела и на этот раз.

— А ты одолжи очки у своего дружка, — его брови подскочили вверх и вновь вернули взгляду внимательность и стойкость.

— Ты так сильно хочешь, чтобы я тебя разглядела?

Эл прикусила губу от растерянности, что вместо злости и нужной дерзости, у нее получается какое-то милое общение, напоминавшее флирт.

— Это не обязательно, Ньюмен, — усмехнулся он.

Он стоял близко, как в тот вечер, и, возможно, из-за этого Эл вдруг показалось, что он смотрит на нее без видимой ненависти, какая была пару минут назад, когда он смотрел на Гарри. Малфой и Эл говорили негромко, так, чтобы слышали только друг друга. Эл слышала фоном Рона и Гарри, и Эми, кажется. Но Малфой был так близко, что Эл почувствовала его аромат, немного крепкого парфюма, который она бы непременно вдохнула глубже, если бы потеряла контроль. Он навис над ней, как коршун над добычей, и в этом было что-то неправильное, а может быть, что-то ужасно притягательное. И Эл не выдержав, сделала шаг назад, а Малфой, будто предугадав это действие, шагнул на нее, сохранив маленькое расстояние между ними.

— Ты что, боишься меня, Ньюмен? — склонившись вплотную к Эл, спросил Малфой.

Что в этот момент захотелось сделать Эл, было трудно сказать: возможно, оттолкнуть его, а может, просто фыркнуть, дав понять, что это он должен бояться ее. Или же поддаться какому-то искушению, тотчас зародившееся в ней и пододвинуться еще ближе. К счастью, Эл почувствовала руки своих девчонок, которые увлекали ее подальше от Малфоя. Обойдя его, Эл продолжала смотреть на него так же, как и Малфой на нее.

Кто-то что-то говорил, о чем-то спрашивал, возможно, обсуждал Малфоя, но Эл находилась в каком-то тумане, погруженная в путающееся сознание, пытаясь хоть как-то объяснить себе свои противоречивые желания.

— Эл, это что сейчас было? — тихонько спросила Эми, когда сестры отбились немного от своих друзей.

— Да что-то я сама не поняла, — честно призналась Эл, — а как это выглядело со стороны?

— Выглядело так, словно между вами что-то есть, словно вы хотели уединиться.

— Да перестань, я вообще-то Гарри защищала.

— Знаешь, это совсем было…

— Что?

— Ладно, ничего, — Эми решила закрыть тему, так как заметила, что Рон вслушивается в разговор.

За ужином, к столу гриффиндорцев, где сидели пятеро друзей, подошел высокий, красивый парень, с радостными глазами и выраженными скулами.

— Привет, Эл, — поздоровался он.

— Привет, — с деланным добродушием, ответила Эл.

— Идешь завтра на игру? Мы будем, конечно же за Гриффиндор, — улыбнулся он, сверкнув глазами.

— Седрик, тогда тебе придется опять соревноваться со мной, раз ты надеешься на нашу победу, — весело сказал Гарри.

— Ага, Эл увидит, насколько я крут, — засмеялся наглый пуффендуец.

Седрик Диггори довольно милый парень, совершенно не скрывал свою симпатию к Эл Ньюмен и при любой возможности пытался с ней заговорить.

— Он как-то обращался с расспросами ко мне о тебе. Ты знаешь, он хороший парень, честный, — сказал Гарри после того, как Седрик ушел к своему столу. — В прошлом году, когда из-за дементоров я свалился с метлы, а он поймал снитч, то хотел отказаться от победы, так как считал, что выиграл нечестно. Вот такое пуффендуйское чувство справедливости.

К, примеру, завтра, Эл бы с удовольствием восприняла столь хвалебную оценку Седрику Диггори, но сейчас у нее не было ни малейшего желания как-то на это реагировать.

В небольшом окне спальни девочек, Эми сидела на полу, всматриваясь в хорошо просматриваемые просторы. Дождь с каждым днем, словно набирая силу, с грохотом стучал по окнам. Даже сидя в достаточно теплой спальне, чувствовался порывистый ветер, и жители гриффиндорской башни то и дело поеживались.

Когда в комнату вошла Эл и с унылым лицом переоделась в свободную одежду, так как даже форма отягощала ее бодрствование, Эми взглянула на нее и решилась кое, о чем поговорить. То, что в ее душе давно не спокойно, Эми старалась отодвигать как можно глубже, заваливая свои мысли учебой.

— Эл, можно тебе кое-что скажу, а ты не будешь ни как реагировать, хорошо? — голос Эми звучал глухо, и казалась, что мысленно она где-то далеко отсюда.

— Хорошо, — согласилась Эл, хотя они обе знали точно, что, если будет что сказать — сестра молчать не будет.

— Ты мне расскажешь, что у тебя с Малфоем? — резко спросила Эми и стала теребить пальцы рук.

Эл нисколько не смутилась такому вопросу, хотя и удивилась, потому что чувствовала, что Эми точно собиралась говорить не на эту тему, но по какой-то причине не решилась.

— Эми, я пока не могу ничего сказать, — искренне призналась Эл, — не потому, что не хочу, а потому, что просто не знаю. Понимаешь? Это странно, — Эл села рядом с сестрой у окна и поджала ноги, — я еще только разбираюсь в своих мыслях, и когда сделаю это, то мы обязательно вернемся к этому разговору.

Эми молча кивнула и вернулась к изучению расплывчатых очертаний окрестностей за окном. Жгучее чувство стыда от самой макушки разлилось по всему телу. Эл вспомнила, как накинулась на сестру из-за Рона, а ведь она, так же, как и сама Эл, просто еще не разобралась ни в чем.

— Можешь рассказать, обещаю, я буду молчать, — с виноватым видом сказала Эл, — я вижу, что для тебя это важно.

Эми помолчала немного, не мигая, всматриваясь в окно, глубоко вздохнула и на одном дыхании выговорила:

— Сегодня, когда я Рона взяла за руку, чтобы он не полетел на Малфоя, он ее выдернул. Резко, будто я кипятком его ошпарила. Почему? — голос Эми немного сорвался, и она задержала дыхание.

— Я могу сказать? — аккуратно спросила Эл, ведь Эми просила не комментировать.

— Можешь, я же сама закончила свое же предложение вопросом, — и она слегка улыбнулась своим не логичным действиям.

— Эми, я понимаю, что тебе кажется, будто Рон тебя недолюбливает. Но это не так. Я знаю. Просто он, скорее всего не ожидал или был на взводе, — искренне ответила Эл.

В эту самую минуту Эл резко захотелось дать Рону по голове, за его бестолковое поведение. И в эту самую минуту в комнату вошли Лаванда с Парвати. Она злобно глянула на Эми, видимо не простила ей еще то предсказание на Прорицании. Оценив обстановку, Лаванда демонстративно громко стала рассказывать Парвати, чтобы сестры точно услышали ее:

— Ох, Парвати, сегодня, наверное, останемся с Бон-Боном наедине. Он так на меня смотрел. Соскучился по нашим с ним ночным приключениям.

Эми зажмурилась и почесала лоб, затем резко вскочила на ноги и посмотрела на Лаванду.

— Я тебя умоляю, — холодно, устрашающе спокойно и, выделяя каждое слово, прямо как Малфой начала говорить Эми, — может быть, ты уже закончишь свои спектакли, будто я не вижу, чего ты добиваешься? Я — не твой зритель, мне все равно, понятно тебе, глупая девчонка, можешь брать своего Рона и катиться, куда подальше к своим ночным приключениям.

Эми громко выдохнула и вылетела из комнаты, хлопнув дверью. Сдержанность и манеры — были сильной стороной Эми. Она идеально умела выдерживать баланс своих эмоций. Но наступают моменты, когда и ее крепкому терпению приходит конец. Эл, конечно, на ее месте ничего бы не стала говорить Лаванде, но что-то ей подсказывало, что ее догадки по поводу Рона, слишком приуменьшены. И чувства ее сестры куда сильнее...

Эми всегда была очень влюбчивой и открытой к такому чувству. В отличие от Эл. В этих делах Эл, как никто другой, сторонилась и закрывалась. Возможно, Рон из всех в этой школе, единственный смог затронуть так глубоко сердце Эми.

Эми уже сидела на диване, так как кресло занимал Рон. Эл подсела к ней, Гарри в свою очередь пересел на пол, и Эл почувствовала, как ее сестра напряжена.

— Волнуешься, Гарри? — спросила Эл.

— Не-а, — беззаботно ответил тот, — Я лучший ловец в школе.

И пожал плечами, улыбаясь до ушей.

— Ты в курсе, что Малфой научился твоему коронному? — спросил Рон. От упоминания его имени, сердце Эл предательски екнуло. Гарри удивленно изогнул брови.

— Быть не может, у него духу не хватит повторить.

— Ну, Оливер сказал, что видел их тренировку и Малфой пикировал не хуже тебя, — Рон пожал плечами и откинулся на спинку кресла.

— Эй, Вуд! — позвал его Гарри. Тот с доброй улыбкой подошел к ребятам. — Что там про Малфоя? Чего мне ждать завтра? Почему ты не сказал мне?

— Ой, да перестань, где Малфой, а где ты, — Оливер махнул рукой, — пике не единственный твой сильный маневр, ты быстрее, ловчее и просто ты же Гарри Поттер! — он засмеялся и повернулся к Эми. — Как дела, Эми?

Она закинула голову назад и улыбнулась ему, показав большой палец. Рон в этот момент вынырнул из своего «укрытия» и снова погрузился в кресло.

— Рон, можно тебя на пару минут? — за спинами раздался певческий голосок Лаванды Браун. Эми напряглась, уговаривая себя мысленно расслабиться. Оливер, поняв, что особо с ним больше никто не разговаривает, пошел дальше по своим делам.

Как только Рон отошел, Эми пересела в кресло и села боком, лицом к ребятам, и откинулась назад в кресло.

— Расскажи про пике Гарри, — Эми сделала заинтересованное лицо, а сама поглядывала в сторону, где были Рон с Лавандой.

Эл решила пересесть на пол, чтобы тоже видеть, что там происходит. Эл не умела читать по губам, но неплохо разбиралась в мимике и жестах (внимательно, с самого детства, слушая свою сестру, Эл удалось подчинить себе такую бесхитростную полезность). Вот, как будто Лаванда просит о чем-то Рона, а он без особого интереса пожимает плечами. Вот именно это, размышляла Эл, и называется безразличием. А то, что происходит между Эми и Роном — безразличием ну никак не назовешь.

Гарри вовсю увлеченно рассказывал о своих умениях, да еще так эмоционально, что Эл даже захотелось шикнуть на него. Эми покусывала губу и нервно кивала под слова Гарри, а сама то и дело бросала короткие взгляды в сторону Лаванды и Рона.

То, что происходило в данный момент внутри Эми, как ни старалась заглушить, у нее ничего не получалось. Разговор затягивался, и вот Эми уже начала теребить прядь волос. Ей хотелось вскочить, подбежать к этим двум и…. Что именно сделать, Эми пока не придумала, но ей безумно не нравилось чувствовать себя настолько нестабильно. Эми любила пребывать в расслабленном состоянии, когда четко знаешь и представляешь все, что тебя интересует. Но вот это — полная бессмыслица, которая сбивала с толку.

Бросив еще один взгляд как раз в тот момент, когда Лаванда погладила Рона по руке, у Эми подпрыгнуло сердце и, не усидев на месте, она встала, а затем села, мысленно взывая ко всей своей невероятной способности сдерживать себя.

— А ты не боишься разбиться? — Эми посмотрела на Гарри, показывая полную заинтересованность.

«И как у нее получается слушать Гарри, ведь ее мысли явно не здесь», — удивилась Эл, все это время неотрывно наблюдая за своей сестрой и парочкой неподалеку.

Когда Гарри стал отвечать, Эми вновь взглянула на парочку. Но ни Рона, ни Лаванды не было. Эми почесала лоб, напряженно соображая, куда они могли деться. Но кроме, как единственной мысли (которая ей совершенно не понравилась), ничего на ум не приходило.

— Это потрясающе, Гарри, — переступая с ноги на ногу, Эми явно лихорадочно придумывала, что сказать или что сделать.

Рон спускался по лестнице, смахивая что-то со своей футболки.

— О, вот и Рон, — Эми махнула рукой в его сторону.

Что произошло в следующую секунду, смогли понять только сестры Ньюмен. Сильным ударом (заставив не особо хлюпкие стекла окон, задрожать и забренчать), прогремел гром. И в туже незамедлительную секунду, стоявшая на столе ваза по направлению руки Эми со звоном разбилась вдребезги, разлетевшись на мелкие кусочки.

Повисло молчание. Все, кто находился в гостиной, стал переглядываться, пытаясь понять, что произошло. Эми быстро взглянула на свои руки и очень быстро спрятала их за спину, поспешно сев обратно в кресло. Гермиона подошла к осколкам, достала волшебную палочку и, произнеся: «Репаро», склеила вазу.

Пока все внимание было приковано, к уже целой вазе, Эми и Эл обменялись взглядами. Рон стоял на месте, не двигаясь. Гермиона потянув его за руку, вернулась к камину.

— Вы видели? — спросил, сбитый с толку, Рон. — Меня чуть не пришибло! Чудом уцелел.

Эми тихонько выдохнула, поняв, что никто ничего не заподозрил. Рон подошел к креслу, не заметив, что там сидела Эми.

— Ой… ты уже тут? — Рон почесал шею.

— Если хочешь — садись, я уступлю, — нерешительно произнесла Эми.

— Эмм… да ладно, сиди, — Рон уселся на диван.

— Просто, я хочу сходить… эээ… ну… Эл, ну помнишь, мы договаривались? Пошли, пока не поздно еще.

Эл абсолютно ничего не поняла из того, что невнятно промямлила ее сестра, но все же поднялась и вышла за ней в проем.

— А, ну тогда конечно, — послышался голос Рона.

— Что это было такое? Что? — нетерпеливо спросила Эл.

— Да не знаю я, само получилось, — Эми взглянула на руку, — новая Сила?

— Ничего себе новая Сила! — Эл вытаращила глаза, ошеломленно смотря на сестру.

Эми потерла лицо, обхватив руками, и прислонилась к стене, чуть наклонившись вперед.

— Голова раскалывается. Я не понимаю, что происходит. Вот Рон меня бесит, а также меня бесит, когда вижу их вдвоем. Я знаешь, что думаю?

— М?

— У меня Сила так же возросла, как и твоя. Ну, смотри, замедлять частицы я умею, так? — Эл кивнула. — Ну а теперь, видимо, умею их ускорять.

— Твоя Сила — это твои эмоции, тебе придется научиться их контролировать. А то помнишь, как ты поначалу всех подряд замораживала? — вспомнила Эл, думая, что было бы, если бы Эми попала в Рона, а не в вазу.

— Это все так странно, когда я увидела, как он спускается, во мне словно все зашевелилось и все произошло так быстро, я даже не успела ничего понять, — печально сказала Эми.

— Привет, девочки, — поздоровался Невилл.

— Привет, Невилл, — хором сказали сестры.

— Я думаю, нам просто нужно привыкнуть, что наши силы заряжаются от этого магического места, — подождав пока Невилл скроется за портретом, сказала Эл.

— Это точно, — согласилась Эми, потирая виски. — Оно делает нас сильнее, усиливает наши силы, приумножает их. Только вот…

Эми посмотрела на сестру и замолчала.

— Что? — спросила Эл.

— Нет, все хорошо. Не будем пока об этом, — ответила Эми.

Эми разрывало внутри, ей хотелось поделиться своими эмоциями на счет Рона, но ей до того не нравилась внутренняя неуравновешенность, что она решила вновь засунуть куда подальше все эти мысли.

Глава 5. Терзания Эмили.


Вопреки всему, утром субботы, Эл проснулась раньше всех и очень сильно этому удивилась. Она даже подумывала лечь обратно и попытаться уснуть, но сна не было, и Эл спустилась вниз.

Еще большим удивлением было то, что в своем кресле уже сидел Рон, его растрепанные рыжие волосы торчали из кресла. Поскольку Эл вставала позже всех и вставала бы еще позже, если бы ее усиленно не будили поочередно Гермиона с Эми, потому Эл не знала, что в последнее время Рон стал часто вставать ни свет, ни заря.

— Что не спишь? — резко спросила Эл, подкравшись не заметно.

— Эй! — вздрогнув, Рон сердито посмотрел на Эл. — Я же испугался! Не спится мне.

— И мне что-то тоже, — безмятежно протянула она.

— Сегодня игра, надеюсь, погода не подведет, — потягиваясь, сказал Рон.

— Это точно, и я не промокну, как в прошлый раз. Слушай, а что вчера от тебя хотела твоя подружка? — спросила Эл, сделав вид, что ее мохнатые тапочки очень интересные.

— Какая? — удивился Рон.

— Лаванда.

— Она мне не подружка, просто хотела пойти на игру вместе.

— А чего она к тебе липнет? Я же ревную, — засмеялась Эл, пытаясь перевести в шутку, интересующую ее тему.

— Эл, тебе точно не стоит, — Рон тоже засмеялся, не почувствовав никакого подвоха. — А сестра твоя где? — Оставив Эл без ответа, Рон небрежно взглянул на камин.

— Спит еще.

— Обычно она встает рано, а тут ты — любительница поспать.

— А сам-то!

Наверху хлопнула дверь, Рон повернул голову, но не выглянул. Эми спускалась вниз, улыбаясь сестре.

— И кто же это у нас тут не спит, — Эми весело помахала Эл.

Эми была в пижамных шортах и футболке, на которой красовались скрещенные волшебные палочки. Она заколдовала футболку сразу после того, как научилась управлять своей палочкой. Перекинув волосы на бок, без напряжения во взгляде и движениях, Эми выглядела нежной и свободной. Она почти вприпрыжку проскочила между диваном и креслом и замерла, явно не ожидая увидеть в кресле Рона. Тот обглядел ее с ног до головы — в таком виде он еще ее не видел. Эми была вся миниатюрная, как статуэтка, округлые бедра, красивая грудь, изящные руки — и все это сейчас очень хорошо выделялось.

— Эмм... Рон? — смущенно произнесла Эми, слегка порозовев.

— Эми…Доброе утро, — Рон закашлял.

Какая-то неловкость и напряженность витала в воздухе. Эл почувствовала себя лишней, переводя взгляд с одного на другого. Эми робко обошла диван и села в кресло, находившееся почти напротив Рона. Никто из ребят туда прежде не садился, так как образовывали чаще круг между собой. Теперь в воздухе висело неловкое молчание.

— Что-то я уже проголодалась, — Эл решила разрядить обстановку.

— Я тоже, — одновременно произнесли Эми и Рон.

— С тебя конфетка, — Эми улыбнулась, посмотрев на Рона.

— А с тебя тогда что? — теперь Рон улыбался как-то лукаво.

Эми непроизвольно поправила волосы и смутилась еще сильнее.

— О, вы, что уже не спите? — Оливер спустился вниз.

С лица Рона улыбку как смыли, и он стал угрюмым. Эми сразу же закрылась.

— Ладно, пойду я оденусь, скоро на завтрак идти. Увидимся, — Рон встал с кресла.

— Пошли Эми тоже собираться, а то ты вообще почти голая, — засмеялась Эл, не желавшая оставлять наедине Оливера и Эми.

Именно в этот самый момент, Эл остро ощутила желание, чтобы ее сестра и Рон были вместе, а Оливер только усложнял и без того не простую ситуацию между ними.

— Я бы ничего не менял, — усмехнулся Оливер, не скрывая, рассматривая Эми.

Дул осенний ветер, на улице было свежо и солнечно, впервые за последние дни. И это очень радовало игроков: играть при такой погоде одно удовольствие.

Заняв места на трибуне, окрашенной в красно-золотые цвета, сестры обратили внимание, что вся школа в сборе. Никто не пропускает игры, а все преподаватели сидят на вышках. Мадам Трюк, школьный судья, выходит на поле, приглашая игроков. Сердце Эл сделало двойной кувырок в груди, когда она случайно заметила на поле внизу платиновые волосы и прямую спину гордого слизеринца. Даже здесь очень хорошо видна его высокомерная ухмылка и высокоподнятый подбородок. Мадам Трюк что-то говорит им, и они поднимаются в воздух. Облетая круг, Малфой обглядывает гриффиндорскую трибуну и, встретив взгляд Эл, вздергивает бровями вверх. Надо отдать ему должное, этот мерзавец умеет обратить на себя внимание.

Игра начинается, шум прокатился по стадиону. Гарри с Малфоем летают бок о бок, изредка разлетаясь в разные стороны, чтобы глазами поискать золотой мячик. Спокойное лицо Малфоя и такое чертовски красивое. Эл не сразу поняла, что, не отрываясь, следит за ним. За его пластикой, легкостью. Эл, хоть, и восхищалась мастерством Поттера, но в случае с блондином совсем другие ощущения. Он безумно сексуален в полете.

— Эй, где твои очки, Ньюмен? — крикнул Малфой, пролетая мимо.

Эл постаралась придать своему выражению не такой напряженный вид, ведь Эми пристально наблюдала за сестрой. «Равнодушие Эл, равнодушие», — проговорила Эл шепотом сама себе, чтобы никто не слышал.

— Десять очков! Гриффиндор открывает счет! — прокричал голос Ли Джордана, комментатора.

Стадион обрушился аплодисментами. Эми отвлеклась от сестры, заметив, как ей помахал Оливер, она ответила ему тем же.

— Лучше бы за воротами следил, — пробурчал Рон.

Вот Гарри резко сорвался с места, Малфой за ним. Эл поймала себя на мысли, что получает огромное удовольствие, следя за игрой. Ладно, не за игрой.… За ним.… Так как Эл немного разбиралась в спорте, то сразу заметила, какой стратегией играет Малфой. Он следит за Гарри, ждет, пока тот отыщет снитч. Плохая тактика, Оливер был прав, как ни крути Гарри ловчее.

— Двадцать очков Гриффиндор!

Рон вяло похлопал в ладоши, словно игра его не особо волновала, и он попросту скучает, сидя на трибуне. Эми повертела головой, разглядывая студентов, которые кричали, громко смеялись и делали неприличные жесты в сторону слизеринской трибуны. Перед игрой, близнецы выдали каждому гриффиндорцу по флажку, на котором была изображена большая голова льва, заглатывающая змею, и вокруг них летали маленькие метлы. Эми, радостно хлопая, выронила флажок, и он упал под ноги Рону.

— Рон, — крикнула Эми, — мой флажок упал.

— Что? — спросил Рон, не расслышавший ни слова из-за орущей толпы.

— Флажок! — Эми изобразила, как машет невидимым флажком. — Упал!

— Ааа, да-да, классные! — Рон помахал перед лицом Эми своим флажком.

Махнув рукой на это гиблое дело — доораться до Рона, Эми решила сама поднять этот флажок. Но как только она наклонилась, при этом достаточно сильно подпихивая Рона в сторону, Рон решил, что в их сторону летит бладжер и тоже пригнулся. Картина, откровенно говоря, была дурацкой: Эми пытается рукой нащупать свой флажок, который порядком ее вывел из себя; Рон пригнувшись, высматривает, где же заколдованный шар; Эми, нащупав твердую палочку, на которой крепился кусок ткани, резко поднимается и головой ударяет Рона в лицо. Рон, с криком возмущения и боли падает назад, широко расставив руки в стороны.

— Ты чего? — заорал Рон, схватившись за нос, из которого обильно хлынула кровь.

— Господи, Рон, — Эми кинулась к нему, помогая подняться. — Я поднимала свой флажок! А ты что делал?

Гермиона еле сдерживалась от смеха, от чего ее глаза увлажнились. Она выхватила палочку и одним ловким движением исправила нос Рону. Вытирая лицо от крови своим шарфом, Рон явно был не очень доволен.

— Я думал, в нас бладжер летит, — угрюмо ответил он.

— Ну, ясно тогда, — Эми села на место и, отвернувшись в сторону, неслышно посмеялась.

Между тем, игра продолжалась. Слизеринцы перехватили квоффл и, передавая друг другу пассы, носились со страшной скоростью по полю. Ли Джордан, надрываясь в микрофон, комментировал игру, не забывая иногда высказаться нецензурно по поводу игроков команды Слизерина.

— Счет открыл Слизерин! 20:10!

Оливер пропустил мяч и Рон фыркнул, проявив к игре интерес. Что творилось в воздухе, было сложно описать словами. Мячи летали в разные стороны, Фред с Джорджем перехватывали их и отправляли в сторону противников. Все игроки носились с огромной скоростью и ловко уворачивались от бладжеров. А кто-то и не уворачивался. Каждый раз, как кто-то делал попытку закинуть мяч в кольцо, трибуны замирали и вновь оживали, улюлюкая и выкрикивая разные слоганы в поддержку команды. Несколько раз бладжер, запущенный слизеринцами, пролетал на опасном расстоянии от трибуны, где болели за свою команду Эми, Эл, Гермиона и Рон.

Спустя какое-то время, когда раскрасневшиеся лица игроков обливались потом, Гарри вновь сорвался с места, только уже по прямой вниз. Не раздумывая, Малфой бросился за ним. Ну, куда ему угнаться. Дикая скорость и оба летят, не сбавляя ее. Стадион замер, Эл с Эми встали, чтобы лучше видеть. Они же разобьются! Рон с Гермионой тоже подскочили. От волнения и напряжения, Эми схватилась за руку Рона.

Сердце бешено застучало в груди, грозя переломать ребра, и Эл так сильно прикусила губу, что из нее потекла тоненькая полоска горячей крови. Гарри резко выравнивает метлу в нескольких метрах от земли. Малфой делает то же самое, но не так ловко и задевает коленками землю, раздирая себе форму, да и коленки тоже. А Гарри поднимает руку вверх с золотым мячиком.

— Гриффиндор ПОБЕДИЛ! ГРИФФИНДОР ПОБЕДИЛ!! 170:10!!! СОКРУШИТЕЛЬНАЯ ПОБЕДА! ПОТТЕР ГЕРОЙ!!!

— Будет пир! — радостно закричал Рон.

Трибуны сотрясались под оглушительными аплодисментами и бурным подскакиванием болельщиков. Зеленым комом, команда Слизерина спустилась на землю и зашагала в раздевалку, за идущим, прихрамывая, впереди Малфоем.

Хлопая лишь для отвода глаз, Эл думала, чувствует ли она радость? Определенно, да — ведь это ее факультет. Малфою не обыграть Гарри. Но еле уловимое чувство огорчения, словно маленький монстр, поскребывало внутри.

Гарри Поттер наш Герой,

Гарри Поттер Квиддичный Король!

Скандировали Гриффиндорцы. Нереальная атмосфера витала в воздухе. То чувство, когда почти вся школа неимоверно рада победе одного факультета, учитывая, что все друг другу соперники, пронизывает каждую клеточку. Это невероятно. Весь Гриффиндор стоял на ушах. Как одна большая, дружная семья, Гриффиндорцы радовались победе, напевая гимн Гарри.

Подобно своей сестре, Эми думала совершенно о других вещах, не касаемых матча. Когда ее рука, конечно же, случайно, коснулась руки Рона, сердце на мгновение остановилось. Эми печально вздохнула. Ей понадобилась вся сила воли, чтобы разжать пальцы…

Внизу уже вовсю началось празднование победы в первой игре, когда Гермиона, Эл и Эми переодевались в более удобную одежду у себя в спальне. Гермиона перечитывала пергамент, на котором расписала себе время для выполнения домашней работы.

— Гермиона, а всегда так? — спросила Эми, кивая в сторону двери, за которой стоял шум и гогот.

— Да, когда Гриффиндор побеждает — всегда праздник почти до самого утра. Макгонагалл, конечно, приходит всех разогнать, но, как правило, всем все равно. Фред с Джорджем приносят вкусности из Хогсмида.

Сестры переглянулись. Хогсмид?

— Это деревушка, неподалёку отсюда, там живут только волшебники. В ноябре можно будет туда ходить, — объяснила Гермиона, увидев удивление. — Никак не привыкну, что вы еще о многом не знаете.

Спускаясь вниз, Эл увидела стол, на котором красовались различные вкусности, и мигом бросилась туда. Гермиона, все еще просчитывая в уме, когда ей лучше начать готовить работы для преподавателей, что-то бормотала себе под нос. А Эми задержалась на лестнице, разглядывая веселые лица гриффиндорцев, у многих они до сих пор были разукрашены. Чуть ниже остановился Рон, который тоже только что спустился и поправлял рукав футболки. Смотря на его спину, Эми подумала о кресле, которое ей хотелось бы занять первой. И, недолго думая, толкнув Рона побежала к креслу. Но Рон сразу же понял в чем дело и кинулся следом; он догнал Эми и очень ловко схватил ее, задерживая на месте.

— Ага! Предупрежден — вооружен, — смеясь, крикнул Рон. — Хотела первой, да?

И не дав Эми ответить, запрыгнул в кресло. Эми наиграно надулась и скрестила руки на груди.

— Разрешаю сегодня разделить со мной это величественное место, — засмеялся Рон, и жестом позвал Эми.

— Как можно отказать такой щедрости? — Эми тоже смеялась.

Но как только она сделала шаг, чтобы с удовольствием сесть рядом с Роном, тот уже не смеялся и даже не улыбался.

— Ладно, тебе не до этого, — мрачно сказал он, и встал с кресла.

Эми не понимала, что происходит до того момента, пока не почувствовала на своих плечах чьи-то руки. Оливер улыбался своей лучезарной улыбкой.

— Привет еще раз, как тебе игра? — спросил он.

— Прекрасно, если не считать, что можно убиться, — ответила Эми, тоже улыбнувшись.

— Ну а как ты думала, победа не дается так легко, — засмеялся он.

Каким бы Оливер ни был хорошим, и добрым, и даже бесконечно милым, в данную минуту Эми что-то совсем разговаривать не хотелось.

— Ты хорошо играешь, — сказала она, чтобы пауза не тянулась слишком долго.

— Спасибо, Эми, — Оливер склонился к ней и заговорил очень тихо, — ты прекрасно выглядишь сегодня.

Покраснев и смутившись, Эми легонько кивнула в знак благодарности. Оливер и правда был очень хорошим, и сейчас то самое время, когда можно расслабиться и получать удовольствие от общения с человеком, кто не меняет своего настроения за считанные секунды. Кто, не скрывая своих намерений, ищет встреч и всегда тактичен. Но, похоже, тот самый маленький монстр, что еще совсем недавно скреб в душе Эл, решил прокрасться в душу к ее сестре и обустроиться там. Разочарованная своими неуместными терзаниями, Эми печально взглянула на Оливера.

— Пойду, еще раз ребят поздравлю, — сказал он.

— Хорошо.

Наверное, Оливер все и сам понял, от чего у Эми еще сильнее сжалось сердце. Гарри подошел к ней и протянул стеклянную бутылочку.

— Сливочное пиво, — сказал он, — тебе понравится.

— Спасибо, — Эми улыбнулась и села в кресло. — И правда, очень вкусно.

Держа пирожное в одной руке и засахаренный леденец в другой, Эл приплясывала у камина, подпевая совершенно не знакомой для себя песни. Гарри подошел к ней и тоже стал двигаться из стороны в сторону, немного неуклюже, отчего часть его напитка вылилась на ковер.

Каким-то незаметным образом, вокруг маленького столика у теплого камина, начинала собираться вся гостиная гриффиндора, умудряясь втиснуться и без того в не особо большое пространство. Близнецы залезли на диван и стали играть не невидимых инструментах, при этом на их головах покачивались шляпы, которые выкрикивали их последние слова. Засмотревшись на братьев Уизли, взгляд Эми скользнул к дальней стене.

Там стоял Рон.

Прислонившись к стене, он разговаривал с Дином и Симусом, держа руки в карманах. Его футболка оливкового цвета очень хорошо выделяла копну рыжих волос. Широкие плечи и крепкие руки, по которым Эми тут же заскользила глазами. Рон был среднего роста плотного телосложения с вечно живым лицом, на котором с артистичной способностью так часто менялись эмоции. Зеленые блестящие глаза всегда искрились, даже когда Рон был не в настроении, и хрипловатый голос. Подумав о его голосе, Эми захотелось поговорить с Роном. Неважно, о чем, завести разговор и слушать.

Эми так долго смотрела на Рона, что тот почувствовал это и повернулся, а может, и не почувствовал вовсе, и повернулся просто так. Поймав глаза друг друга, Рон улыбнулся уголком губ и вернулся к разговору.

С полной решимости подойти к Рону, Эми поднялась с кресла и отправилась к противоположной стене. Но на полпути откуда ни возьмись, возник Оливер, словно он ждал этой минуты, чтобы подойти к ней и преградить путь. Прошло каких-то десять-пятнадцать секунд, прежде чем Эми сделала шаг. Оливер говорил, что вечеринка сегодня хоть куда, а Эми отвечала, что вечеринка и правда потрясающая. Затем Оливер говорил, что близнецы устроят представление, как это бывало и раньше и Эми улыбалась, демонстрируя свою заинтересованность. Потом, как можно деликатнее, в чем она тут же усомнилась, Эми сообщила, что ей срочно нужно отойти и позже, она обязательно вернется к Оливеру, чтобы продолжить разговор.

Эми сделала шаг в сторону и замерла. То, что она увидела, заставило ее сердце биться так сильно, что стало трудно дышать. У той стены, где Рон секунд десять-пятнадцать назад стоял с Дином и Симусом, теперь стояла Лаванда. Она что-то шептала ему на ухо, жадно обхватив за пояс, а Рон смеялся. Стоя в центре круглой уютной гостиной, смех и радость, окружавшая Эми стала давить плотным камнем, вызывая лишь раздражение. Ведь, наполнявшее гостиную общее веселье никак не соответствовало ее внутреннему состоянию, где душа ее рвалась на части.

Почему-то Эми уставилась на свои ноги, не в силах поднять глаз на милую парочку, крепко прижимавшуюся друг к другу. Единственным правильным решением, а скорее всего, единственным возможным решением для Эми показалось выйти вообще из гостиной. Не глядя ни на кого, а особенно на Рона, она вышла в проем и быстрым шагом стала удаляться.

— Эми, — окрикнул ее голос.

Ей казалось, что она успела уже уйти достаточно далеко от входа в гостиную, но всего лишь сделала каких-то пару шагов.

— Все хорошо? — спросил Гарри.

— Да, — сдавленным голосом ответила Эми и тут же прокашлялась, — да, все хорошо.

— Мне показалось… — Гарри взглянул на Эми. — Там, в общем, Фред с Джорджем хотят представление устроить, я подумал, ты захочешь посмотреть.

— Конечно, — Эми встряхнула головой, — да, я хочу посмотреть. Пойдем.

В гостиной поднялся шум пуще прежнего, теперь братья уже не просто играли на невидимых инструментах, они горланили во все горло какую-то песню известной в магическом мире группы «Ведуньи», а их шляпы, выхватывая последние слова выпускали при этом из своих крошечных кривых ртов мыльные пузыри в виде нот. Пузыри разлетались по всей гостиной, а когда лопались, воспроизводили призрачную копию лица одного из братьев.

Рон сидел на своем кресле, положив одну ногу себе на коленку, придерживал рукой и в такт барабанил по ноге, закрыв глаза. Эл, стояла рядом и прыгая играла на невидимой гитаре. Эми взяла со стола еще одну бутылочку сливочного пива и протиснулась к сестре. Рядом с ней она чувствовала себя уверенней и спокойней.

— С меня конфетка, помнишь? — Рон протягивал Эми конфету в золотой обертке и широко улыбался.

— А мне? — спросила Эл, не дав Эми опомниться.

Праздник продолжался почти до самого утра и, как и говорила Гермиона, профессор Макгонагалл, декан факультета Гриффиндор, заглянула в ночной сорочке, с застегнутым поверх халатом и попросила всех отправиться спать. Никто не пошел, и даже старосты факультета не пытались всех разогнать.

Пару раз Эми натыкалась на взгляд Рона, от которого ей становилось неловко, но она очень усердно отругала саму себя, за такой глупый и детский порыв. И решила, что дружить с Роном легче, чем страдать. Лаванда всю ночь обхаживала его, трогала, обнимала и нашептывала на ухо, по всей видимости, очень смешные истории.

Открыв глаза утром, Эми поняла, что наступил день, а башня гриффиндора все еще окутана сонным веянием. Спустившись вниз, Эми села в кресло и закрыла глаза, надеясь, что еще сможет уснуть. Иногда так не хватает обычных, людских вещей, думала она. Таких, как кофейный аппарат, к примеру. Эми сейчас не помешала бы чашечка вкусного кофе.

— Эх, придется ждать обеда, чтобы насладиться кофе, — вслух сказала Эми и вздохнула.

В следующий момент, она уже чувствовала изумительный аромат свежезаваренного кофе. На столе стояла небольшая чашечка, а в тарелке рядом маленький эклер.

— Благодарю Вас! — обратилась Эми к полу.

Ей очень хотелось познакомиться с эльфами-домовиками, про которых им столько рассказывала Гермиона. Вдохнув приятные нотки чудесного кофе, Эми расслабилась и опять закрыла глаза. Наверху послышался шум, открылась и закрылась дверь. Эми напряглась, но выглядывать не стала, чтобы никто не подумал, что она кого-то ждет. Эми еще не увидела никого, но узнала по шагам Рона.

— Эми?

— Рон? — Эми изобразила удивление.

— Доброе... Ещё так рано... а ты уже не спишь, и я уже проснулся, — Рон что-то ещё бурчал себе под нос, с торчащими рыжими волосами во все стороны.

На Роне были надеты полосатые пижамные штаны, такие, как на Эми шорты и белоснежная футболка. Рон провел рукой по волосам, усаживаясь на диван, Эми поправила свои волосы, и ей захотелось поправить и его волосы тоже. Он замолчал, затем перевёл взгляд с ее лица ниже, на голые коленки. Рука дрогнула, и чашка чуть не полетела вниз, Эми успела удержать ее второй рукой.

— О, у тебя кофе? — громко спросил он.

— Да.

— Эх. Я бы тоже сейчас хотел, — Эми улыбнулась схожести Рона с ее сестрой.

— Может, тебе тоже сейчас домовик это организует? — предположила Эми.

— Это вряд ли...

— Возьми тогда мое, оно еще горячее, — Эми протянула свою чашку Рону, взяв ее, он случайно дотронулся до Эми, от чего ее рука опять дрогнула и на этот раз вкусный кофе оказался на ковре, забрызгав ножки стола.

— Вот ведь незадача, — печально произнес Рон, наблюдая, как ковер впитывает в себя коричневые пятна.

— Почему ты так рано встал? — спросила Эми, вспоминая заклинание, которое бы вернуло ковру прежний вид.

— Резко открыл глаза и захотелось спуститься вниз.

— Может, почувствовал запах горячего кофе? — пошутила Эми, с легкой улыбкой на лице. — Экскуро.

Ковер стал чистым, даже чище, чем прежде. Рон посмотрел на Эми, и ей показалось, что она сейчас смахивает на Гермиону. На лице Рона не было даже и тени улыбки.

— Хотя это вряд ли, — добавила она. — Тогда бы и Эл почувствовала и давно спустилась.

Но и эта шутка оказалась не смешной.

— Да нет. Вряд ли. Вот если бы это был пончик, тогда да... — отозвался Рон.

— Мм...

— Ээ... Я шучу, я бы не смог почувствовать пончик на таком расстоянии, — отреагировал Рон, увидев, что Эми не смеется.

— Ага. Я, если что, про кофе тоже шутила, — ответила Эми.

Обменявшись взглядами, Эми и Рон засмеялись, но смех был каким-то натянутым и не искренним. Напряжение витало в воздухе, и каждое слово для Эми тянулось грузом.

Рон прилёг на диван, растянулся на нём так, чтобы было удобно смотреть в сторону Эми. Вот бы прилечь тоже, подумала Эми. Но не потому что, там он, а просто глядя на него обволакиваешься каким-то умиротворением и уютом.

— Смотри? — позвал Рон.

Эми задержала взгляд на его руках, а потом посмотрела в глаза, поймав себя на мысли, что ей безумно нравятся его руки.

— Мм?

— Диван широкий, — Эми удивленно приподняла брови, ожидая какого-то логического продолжения.

Рон закинул одну руку за голову, а вторую положил себе на грудь.

— Да просто думаю, зачем диван такой широкий? На нём же всё равно никто не спит, — опять сказал Рон тоном, как будто говорит о самых очевидных вещах.

Если это его очередная шутка, то Эми вынуждена была признать, что ей не смешно над его шутками. Впрочем, как и ему над ее. И вот, отчего-то досада... Ну а что она хотела? Чтобы он сказал: «Эми, диван широкий, приляг со мной пожалуйста рядом». Этого?

Эми хотела ответить ему, что диваны, и не обязаны были ставить под его размер, как тут же услышала открывшуюся дверь женской спальни. Это была Эл, и Эми немного выдохнула.

— Привет. О, а вы что тут вдвоём? О, кофе? Мне бы тоже хотелось.

Эл в красной пижаме, с култышкой из волос на голове, такая забавная. Она отодвинула ноги Рона и уселась рядом. Рон тут же положил свои ноги ей на колени, но она их скинула. Наблюдая за ними, как им легко, как непринужденно у них получается общаться, что-то больно кольнуло Эми внутри. Они постоянно смеются и шутят, и даже когда шутки у них дурацкие, все равно смеются.

— Гермиона заняла ванную комнату, — пробурчала она, — А вы что делали тут?

— Да вот, на важные темы общались, — ответил Рон, садясь на диван и потирая шею.

— Да, о размере дивана, — подхватила Эми.

Эл посмотрела на Рона, затем на Эми, и её как будто что-то осенило.

— Ну ладно, я пойду наверх.

— А я пойду, прогуляюсь, хочу пройтись по пустому Замку, пока народ не стал просыпаться, — сказала Эми, тоже приподнимаясь на ноги.

Эми пришлось пройти мимо Рона и краем глаз она увидела, как он смотрит на нее.

— Ты что, пойдешь вот так? — Рон вновь обвел Эми взглядом, сделав акцент на голых ногах. Эми тут же опустила голову вниз и Эл тоже.

— Эээ... нет конечно, — Эми смущенно хихикнула, — я разумеется, переоденусь.

— Роон. Встречаемся через час и идём на обед, — предупредила Эл его.

— Да. Я ещё немного подожду здесь, может меня тоже уже наконец включат в список избранных и принесут кофе, — демонстративно громко сказал он и перебрался в кресло.

Поднимаясь по лестнице, Эл затормозила и полушёпотом сказала:

— Знаешь, что мне показалось? — она подозрительно прищурилась, и не дождавшись от Эми ответа продолжила, — Что Рон как-то не по-дружески сейчас тебя разглядел!

Улыбка сама тянулась на лице Эми, но она замотала головой.

— Да нет же! Он и на тебя так же смотрит.

Эл продолжила подниматься по лестнице и уже громче, но всё также задумчиво произнесла:

— О нет сестренка, уж что-что, а мужской взгляд от дружеского я различить могу.

Совы встретили Эми недовольным уханьем — она же потревожила их сон. Ноги Эми привели ее в совятню, где свободные вечера очень часто проводила ее сестра. Место, и правда, было волшебным и спокойным. Наблюдая за стаей птичек, круживших над верхушками леса, и за густым дымом, вздымающемуся высоко к нему из домика Хагрида, Эми думала о сестре и Роне. Как у них так получается? Они так дружны, иногда ей даже казалось, что Рон и Эл умеют читать мысли друг друга. Как бы ей хотелось иметь такую же связь с ним…

— Эми? Что-то я не удивлен.

Эми оглянулась — Гарри. Он приветливо улыбался, привязывая письмо к своей сове.

— Почему не удивлен? Я здесь впервые, — Эми обвела взглядом Совятню и подошла к нему, чтобы разглядеть его сову.

— Потому что Эл здесь очень часто бывает, и я не удивлен, что именно тебя вижу сейчас.

— Можно? — Эми подошла ближе к белоснежной сове.

— Конечно — это Букля. Букля — это Эми.

Великолепная сова, с пушистым и мягким оперением благосклонно ухала, подставляю свою лапку Гарри.

— Что тебя беспокоит? — спросил Гарри, когда сова покинула свое насиженное место и затерялась в облаках. — Можешь поделиться со мной, я, возможно, не тот, кого бы ты хотела сейчас видеть здесь, но я хороший слушатель.

Эми взглянула на Гарри, словно решаясь, стоит ли делиться своими переживаниями. Голубые глаза с теплым блеском спокойно наблюдали за Эми, и она почувствовала, как ей хочется с ним поговорить. Обо всем. Наколдовав мягкий плед, Гарри сел и потянул Эми за руку сесть рядом, накинул свою мантию на обоих и притих. Он сидел неподвижно и молча. И Эми начала говорить. Она рассказала о дружбе Эл и Рона, о том, как им хорошо вдвоем, и они столько времени проводят вместе, что, не переставая смеются, и понимают друг друга. Что с Эми он становится другим, да и сама Эми чувствует себя по-другому. Про Лаванду, которая не отрывается от него и Эми испытывает при этом странные чувства, заставляющие ее совершать совершенно неуместные поступки. И о том, как она не может понять Рона, его переменчивое настроение: то он улыбается ей, то отворачивается.

Эми закончила и перевела дух, ощутив странное чувство свободы, словно тягость от скопившихся в ней мыслей, испарилась, и стало легче дышать. Гарри слушал внимательно и даже не шевелился.

— Эми, тебе хочется такой же дружбы с Роном, как у него с твоей сестрой или ты хочешь вовсе не дружбы? — спросил Гарри, после небольшой паузы и, убедившись, что Эми больше ничего не скажет.

В воздухе повисло легкое напряжение. Вопрос в лоб. И Эми задумалась, возможно ли, что она просто завидует, что у сестры появился еще один близкий человек, а у самой Эми — нет? Возможно ли, что все переживания связаны лишь с ревностью, с какой Эми не намерена ни с кем делить Эл, ведь с самого детства, они были только вдвоем, переживая самые страшные моменты, крепко держась за руки. А сейчас, когда у них появились друзья, родное место, сестры будто бы поделили себя с ними.

Нет. Эми четко знала, что она не ревнует и не завидует. Это другое.

— Гарри, я не знаю, — вздохнула Эми.

— Я скажу тебе одну вещь, а ты сама подумаешь над ней и решишь, как ее воспринимать, хорошо?

— Хорошо.

— Когда Рон встречался с Лавандой, — Гарри сжал руку Эми, сделав вид, что делает это просто так, а не по причине внезапного вздрагивания его собеседницы. — У него не было смущения. Не было неловкости. Он никогда не делил с ней кресло, кресло было только его. Он не вставал рано по утрам. Он просто был с ней. Ничего, кроме... мм…мужского влечения, у него не было.

Гарри замолчал. Эми повторила про себя все его слова. Выдержав небольшую паузу, Гарри встал, ловко убрал плед заклинанием и потянул Эми к выходу.

— Эмм... Гарри, только...

— Я никому ничего не скажу, и вообще этого разговора не было, — спокойно закончил Гарри.

Вот та самая легкость и простота в общении, какое было у Рона и Эл, и Эми готова была рассказать Гарри все, что на душе.

— Тебе не кажется, что ты слишком много думаешь обо всем этом? И из-за этого, твои мысли уходят не в ту сторону. Просто, подумай над моими словами, и я думаю, ты поймешь, что я имею в виду, — приобнял Гарри Эми за плечи.

Где-то, глубоко-глубоко, Эми прекрасно поняла, что именно хотел донести до нее Гарри, но ее мозг устроен так, что вначале она будет изводить себя мыслями о том, что просто Рону не интересно с ней, вот у них и не складываются разговоры. Эми представила диалог с сестрой, после того, как расскажет все:

«...Эми, ну ты ведь поняла, что Гарри тебе сказал?

…Конечно, поняла! То, что Рону не нравится общаться со мной!

…Ну что ты как идиотка, он совсем другое имел в виду!

…Да? А что тогда он над шутками моими не смеется?

…Это уже не его тут вина...»

— Гарри, а что у вас с моей сестрой? Вы же вроде флиртуете, — спросила Эми.

— Откровенность за откровенность, да? — Гарри широко улыбнулся. — У тебя потрясающая сестра. Она красива, умна, с ней легко общаться. И если я скажу, что ее смелость встречается довольно редко, то это будет странно, ведь мы с тобой оба учимся на Гриффиндоре — факультете, куда отбирают храбрецов.

Эми искренне засмеялась, и правда, в Башне порядка ста человек смельчаков.

— Но ты не ответил.

— Флирт... Мое любимое занятие — флиртовать с ней. Меня к ней тянет, если мы не вместе, то я иногда ищу ее глазами и знаю, что в ответ она мне улыбнется. Но я буду не честен, если скажу, что у нас намечается, что-то большее.

И только Эми хотела спросить у Гарри, почему, как их окликнула профессор Макгонагалл.

— Мистер Поттер, могу я с вами поговорить? Добрый день мисс Ньюмен.

— Конечно, профессор.

Гарри еще раз сжал руку Эми и пошел к ней. Эми протиснулась в проем, спрятанным за портретом Полной Дамы. В теплую гостиную, наполненную учениками. Эл сидела на диване и, увидев Эми подорвалась, схватила ее за руку и повела на диван.

— Ты чего? — удивилась Эми. — Хотя неважно, я тебе сейчас такое расскажу!

Эми пылала энтузиазмом, вызванным разговором с Гарри, касаемо Рона и, конечно же, касаемо ее собственной сестры. Но весь энтузиазм, с каким Эми стояла напротив Эл, резким кувырком подскочил к горлу, сжался тугим узлом в маленький комок и рухнул вниз. Лаванду, что-то читающей на доске объявлений, сзади обнимал Рон, обхватив одной рукой за шею, а второй водил по какому-то списку. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, Эми подумала, что Гаррина история совершенно не уместна и не имеет никакого отношения к тому, что он имел в виду. Эми вернула взгляд сестре и увидела в ее выражении какую-то печаль, пришедшую на смену радостному настроению.

— Знаешь, Эл, — тихим голосом сказала Эми, — смотреть на девушку оценивающе — это еще не признак чувств. Это говорит лишь о том, что напротив тебя мужчина.

Следом за Оливером, который только что вошел в гостиную, появился Гарри. Его глаза мигом нашли Лаванду с Роном, и словно извиняюще, он скованно улыбнулся. Охватившая злость Эми из-за опечаленных лиц друзей, зашевелилась внутри. Не нужно делать таких лиц, не нужно ее жалеть! Все это огромная ошибка. Голова Эми превратилась в поле боя, где мысли, одна за другой летали в ней и со стуком ударялись о стенки. Решение пришло само собой и, не успев толком все обдумать, Эми подошла к Оливеру, и усилием воли заставила себя улыбнуться:

— Привет, если твое предложение полетать на метлах еще в силе, то я согласна.

— Эми, у меня все вечера забиты тренировками, пока снег не выпал, нам нужно оттачивать свое мастерство. Если ты не против, то мы бы могли на неделе вечером, — искренне улыбнулся Оливер, у которого в глазах тут же замелькал радостный огонек.

— Отлично! На неделе. Вечером.

Эми еще раз выжала улыбку и, махнув своим, что можно идти на обед, первой втиснулась в проем.

Спустя немного времени, когда, казалось бы, неизбежное отчаяние, слегка отступило, Эми с горечью подумала, что ее согласие было самым обычным мимолетным порывом. И теперь, сожалея о своем поступке, Эми твердо решила, что ни за что не обидит Оливера, ведь он не виноват, что она так бездумно подчиняется обстоятельствам.

Глава 6. Патронус.


— Прошу принять во внимание, что сегодня очень важный урок. Сегодня вы сдаете тест по изготовлению зелий. За столами будете стоять по трое, вперемешку с другим факультетом.

Профессор Снейп стоял во главе своего стола и, запустив два факультета в кабинет, объяснил отсутствие привычного порядка выстроенных парт.

Загруженная домашними работами неделя прошла достаточно быстро и, единственным утешением на уроке Зельеварения для Эл было то, что сегодня пятница. Оливер Вуд переносил назначенное свидание каждый день из-за обилия тренировок и обещал, что в выходные обязательно выкроит время.

— Вот гад, — тихонько произнесла Эл, глядя, как Снейп черными глазами обводит всех учеников.

— На столах таблички с именами, — продолжал Снейп, — Надеюсь, что читать вы умеете. Занимайте места, задания вы найдете на столах.

Толкаясь, два факультета стали блуждать от стола к столу и каждый возмущенно вздыхал. Никому не хотелось работать бок о бок с противником. Табличка с именем Эл находилась почти у самого преподавательского стола, и когда она прочитала имя на двух других, чуть не выронила свою сумку. Ей придется работать рядом с Малфоем.

— Эми, иди сюда, мы с тобой вместе за столом, — позвал Рон, и Эми тут же пообещала себе, что, если ее сердце не перестанет так трепыхаться, ей придется его остановить.

К Эми и Рону присоединился Блейз Забини, слизеринец. Он был достаточно красив и довольно заносчив и, пожалуй, единственным на всем факультете, кто не заискивал перед Малфоем, имея свое мнение.

Задание, которое дал им Снейп, оказалось довольно сложным. Нужно было приготовить Эйфорийный Эликсир, а он требовал колоссальной сосредоточенности, которой Эми, стоя рядом с Роном была лишена. Она взглянула на Эл, даже по спине которой было заметно, как та напряжена. А вот Забини, как отметила Эми, был весьма спокоен и потирал руки, готовясь приступить к приготовлению.

— Ох, ну и ну, — рядом вздохнул Рон.

— Делаем молча, итог сегодняшнего урока повлияет на оценку на экзамене, — послышался грозный голос Снейпа.

— Профессор Снейп, разве эти задания не программа пятого и шестого курсов? — Гермиона, держа руку над головой, озиралась по сторонам.

— Минус десять очков Гриффиндору за неуместный вопрос! Разве я вам не давал теорию ранее? — Снейп глянул на Гермиону.

— Но…

— Еще одно слово и Гриффиндор потеряет еще десять очков!

Гермиона покраснела и опустила руку, державшую до сих пор над головой.

— Вот черт, сальный урод, мог что-то и полегче придумать, — Рон не находил себе места.

— Не волнуйся, слушай меня внимательно и делай как я, — Эми постаралась произнести это как можно тише, но Блейз услышал и усмехнулся, из-за чего Рон смерил его ненавистным взглядом.

— Добавляй перечную мяту в котёл до тех пор, пока зелье не покраснеет, — прошептала Эми, проделывая в точности то, что только что произнесла. Рон молча повторил.

— Добавляй сушеный инжир, пока не станет бирюзовым, — Рон набрал горсть в руку, — нет-нет, по одному, Рон. Пока не станет бирюзовым.

Рон помешкал, затем стал по одной штучке кидать в котел и каждый раз вглядываться в жидкость.

По мере выполнения, Эми проговаривала каждое действие, дожидаясь, пока Рон повторит и тот все делал. Эми взглянула на стол Эл и увидела, как Малфой склонился к ней и что-то сказал. У Эми замерло сердце, подумав, что сейчас она распсихуется и Снейп выгонит ее. Но ничего подобного не произошло: Эл продолжала работать.

— Нужно семь семян клещевины, а не шесть, — так же тихо, как Эми шептала Рону, сказал Забини, слегка склонившись к ней, делая вид, что смотрит на свое варево сбоку. Эми помедлила, сомневаясь, стоит ли верить, но все же сделала, как он подметил, и легкая самодовольная улыбка растянулась у него на лице.

В конце урока, когда Снейп ходил и проверял зелье каждого, не обозвал он только нескольких учеников, в их числе были Эл с Роном, что явно не понравилось профессору. Когда он проверял зелье у Рона, то вообще усомнился, что делал он самостоятельно.

— Уж поверьте, профессор, я бы не пал так низко, чтобы что-то делать совместно с ними, — Забини выглядел вполне искренним. И когда Снейп отошел, Эми еле заметно улыбнулась ему и поймала в ответ его улыбку.

— Ты великолепна, Эми, я твой должник, — произнес, склонившись к Эми Рон.

Эми покраснела и почувствовала легкую дрожь во всем теле. И тут же ощутила аромат, исходивший от него. Легкий, ненавязчивый аромат мускатного ореха, сандала и чего-то древесного.

— О, Рон, я придержу это до особого случая, — сама от себя, не ожидая, проговорила Эми.

— Отлично разбираешься в Зельеварении, Ньюмен, — прервал их Блейз Забини.

— Тебе-то что?! — Вспылил Рон. Забини обглядел Рона с ног до головы и вышел, сказав «придурок».

— Рон, ты что, он же ничего не сделал.

— Он явно задумал гадость какую-нибудь! Он Слизеринец, — глаза Рона блеснули.

— Ну, вообще-то, с его стороны отменной гадостью было бы рассказать Снейпу, что я помогала тебе, и уж тем более не помогать мне! — Эми то же слегка разозлилась, его неуместное замечание было неоправданным.

Рон с секунду смотрел Эми прямо в глаза, а потом резко позвал Эл.

— Эл! Эээээл, ну что? Ну как?

Эл подошла к ним и вздохнула.

— Этот сальный урод задал нам... мне готовить Напиток Живой Смерти.

Про себя Эми отметила, что они даже разговаривают одинаково.

— М, Эл, пойдем со мной, поможешь мне. Идите, мы вас догоним, — попросила Эми, вспомнив про Малфоя.

— Что помочь? Я так устала, давай не уроки только, а, — начала стонать Эл.

— Да нет, конечно, я хочу спросить тебя про Малфоя, что он тебе сказал.

— О, ты видела?

— Конечно, видела! Я еще подумала, что ты сейчас начнешь с ним ругаться, и тебя выгонят, и ты завалишь потом экзамен.

Эл хихикнула, одобряющее кивнув.

— Вообще-то, Эми, очень странное дело, — Эл говорила каким-то заговорщицким голосом, — он помог мне. Можешь в это поверить?! По рецепту нужно нарезать дремоносные бобы, чтобы получить сок, так? Так вот, а Малфой сказал давить и, ты не поверишь, все получилось! Легко и просто, не пришлось мучиться как тогда на уроке.

— Так странно, Эл, слушай, а ведь и мне Забини помог, а потом даже не выдал нас, что я Рону помогала... может, задумали они что-то?

Эл на минуту задумалась, а потом сказала:

— Не, не думаю. Совпадение... — и, не дав Эми ответить, добавила, — Знаю. Ты не веришь в них и все же, мое чутье подсказывает, что как раз в этот раз волноваться не о чем.

Возможно, для Эми уже стало привычкой вставать раньше всех. Особенно ранними подъемами отличались лишь пятикурсники, которые не справлялись с объемом домашних работ и семикурсники, по той же причине. И те, и те в конце года сдают экзамены, важные и очень сложные.

Не желая разгуливать в пижаме, Эми натянула простое черное платье и накинула сверху легкую кофту, отказавшись и высушить волосы. На прикроватной тумбочке уже который день лежала книга, которую Эми хотела прочесть и никак не находила для нее времени. Взяв ее в руки, Эми начала спускаться в гостиную, предвкушая уютное мягкое кресло и теплый камин. Но не успела она открыть дверь, ведущую в коридор со спальнями девочек, как услышала голоса, доносившиеся снизу. Хриплый, мужской голос, так легко узнаваемый Эми — принадлежал Рону. И визгливый голосок, который Эми тоже уже знала прекрасно — Лаванды Браун.

— Рон, ну не вредничай, — пищала она.

— Лаванда, отстань, это мое кресло. Вон диван какой широкий, и это очень даже серьезная, отдельная тема между прочим, — голос Рона звучал твердо.

Эми улыбнулась, вспомнив их с Роном глупый разговор.

— Я тогда рядом с тобой сяду, раз ты жадничаешь.

Эми отметила про себя, что от приторных нот Лаванды даже подташнивать начинает.

— Сядешь, когда я у-у-уйду-у-у, — Рон явно потягивался и зевал.

Не желая больше слушать их разговор, Эми развернулась, но особо громкое восклицание, заставило Эми остановиться.

— А вот Ньюмен ты даешь тут сидеть!

— Эл не нуждается в моем кресле, — спокойно ответил Рон.

— А я и не про нее, я про ее сестру! — взвизгнула Лаванда и Эми поняла, что та сморщилась при этих словах.

— Давай так, скажешь мне, что особенного в этом кресле — пущу, — предложил Рон, явно посмеиваясь.

Лаванда, судя по всему, задумалась, а Эми вспомнила эту особенность, из-за которой так полюбила кресло с первого взгляда. Впрочем, полюбилось оно гораздо позже.

— Особенность? Может… Оно твое? Это особенность кресла? — неуверенно спросила Лаванда, и Эми еле удержалась, чтобы не засмеяться.

А вот Рон сдерживаться не стал, Эми услышала, как фыркнула Лаванда и поняла, что она сейчас поднимется по лестнице, на которой стояла Эми. Пытаясь принять своему выражению спокойный вид и ничем себя не выдать, Эми стала спускаться, как если бы только что вышла. С удивительно спокойным, но почему-то счастливым лицом, Эми встретила Лаванду и, не удостоив друг друга даже маленького словечка, они разминулись.

— Где раздают хорошее настроение по утрам? — Рон вздрогнул, наверное, не ожидал, что кто-то здесь есть еще.

— Эми?

— Рон?

Они улыбнулись друг другу — это приветствие стало неким обычаем при встречах по утрам.

— Что-то ты сегодня припозднилась. О, да ты собралась куда-то? — Рон с ног до головы обсмотрел Эми, ведь обычно она сидела в пижаме.

— Просто сразу переоделась. Ну и Лаванда меня подменила утренним появлением.

Эми прикусила язык, мысленно ругая себя за столь глупое упоминание Лаванды Браун, и постаралась сделать вид, что это была шутка. Но вот Рон так не подумал, он мгновение смотрел на Эми, а затем перевел взгляд на книжку, которую она держала в руках.

— Что за книжка? В субботу, с утра пораньше?

— Про летающего кита, — Рон удивленно приподнял брови, — Не совсем про кита. Ее написал волшебник про одного художника, он подарил китам мечту. Вообще, очень интересная история. Кто-то считает это выдумкой, а кто-то верит. Легенда гласит, что киты выпрыгивают из воды для того, чтобы взлететь. Это их мечта. Они выпрыгивают из воды, и каждый раз падают, ушибаясь об воду. Они стремятся к своей мечте, хотя она и невозможна. И вот один художник-маг узнал об этом и каждое утро приходил к берегу, чтобы увидеть это. Но как оказалось, зрелище было печальным и грустным, и тогда он решил, что исполнит их мечту, во что бы то ни стало. Он потратил на изучение этого заклинания года, и, отточив свое мастерство — киты взлетели. И с тех пор считается, что Летающий Кит — это символ мечты и веры, что все невозможное — возможно. Главное верить и не забывать мечтать.

Эми чуть ли не на одном дыхании пересказала суть книги, что даже не подумала, что Рону может быть все это не интересно. Эми поправила свои волосы и взглянула на Рона, ожидая увидеть безучастное лицо, но Рон смотрел на нее очень внимательно.

— И я бы очень хотела увидеть это, наверняка незабываемо и восхитительно, — добавила Эми смущенно.

— Представь, если бы киты вообще везде летали. Идешь такой по школе, а над головой кит, — пошутил Рон. — Ладно, а куда они полетели?

— Не знаю, вот и хочу прочитать.

Рон хотел сказать что-то еще, но Эл спустилась вниз, и нужно сказать, что она была тоже уже не в пижаме.

— Вы и правда, сестры, — усмехнулся Рон.

— Ох, ты был бы удивлен, знай чуть больше о нас, — Эл потрепала его по волосам, взъерошив их. Он смахнул ее руку и засмеялся.

После завтрака Эми отстала немного от своих друзей, погруженная в свои мысли. Погода за окном с каждым днем становилась все холоднее и противнее. Постоянный дождь и завывания ветра пробивались в щели старых окон замка.

— Привет, — заставил Эми вздрогнуть мужской голос.

Эми отвела взгляд от окон и увидела перед собой Блейза Забини, того самого Слизеринца, что помог ей на Зельеварении.

— Привет, — удивилась она.

— Для новичка — ты отлично разбираешься в зельях.

— Эмм... спасибо..., наверное, — растерянно произнесла Эми, — просто не такие они и сложные..., наверное.

Блейз улыбнулся Эми и пошел дальше, а Эми так и осталась стоять, не в силах понять, что только что произошло. Поправив платье, сделав несколько шагов, Эми подняла голову и встретила удивленные глаза друзей, которые стояли и ждали ее.

— Что он хотел? — спросил Гарри.

— Сказал, что я хорошо разбираюсь в зельях.

— И все? Похвалил и все? — Рон развел руками.

— Ну да, сама в шоке, — честно ответила Эми.

— Вот ведь, Слизеринцы, найдут же к чему придраться, терпеть их не могу, — заключил Рон.

Весь день никто ничем не занимался, даже уроки были отложены наверху в спальнях. Гермиона не переставала утверждать, что, сделав уроки сегодня — завтрашний день был бы еще лучше. На что Эл протестовала со всей ей присущей магией убеждения, что воскресенье отягощен пред понедельничным настроением и поэтому, уроки лучше сделать именно завтра.

За ужином к сестрам, Гарри, Рону и Гермионе подошел Оливер и спросил, могли бы они с Эми полетать сегодня. Эми согласилась с очень серьезным лицом, на котором читалась уверенность в своем ответе и непоколебимость. Скорее, эта вынужденная мера была предпринята для себя самой, чтобы лишний раз не убеждать себя идти туда, куда совсем не хочется. Стоя в спальне, Эл давала последние наставления сестре:

— Будь осторожнее, ни каких маневров, не вздумай считать себя Гарри Поттером!

— Ой, Эл, ну что ты говоришь, — Эми смеялась, смотря, как сестра с суровым видом машет пальцем.

— Летай аккуратно, медленно. Даже можете просто с метлой в руках походить по полю.

Эми обняла сестру, заверяя в безопасном полете не высоко от земли.

Сумерки уже успели затронуть поля Замка, и было ужасно холодно, а дикий ветер ни капли не сглаживал ощущения. И чего Оливер позвал ее в это время? Они шли молча, крепко сжимая метлу в руках, и иногда подрагивали от внезапного порыва ветра.

— Когда у вас следующая игра? — спросила Эми, не в силах больше молчать.

— Перед Рождеством, с Когтевраном. Это будет легкая игра, они ничего не могут, и выпусти я на поле одного Гарри, мы все равно выиграем, — с чувством ответил Оливер. Похоже, что тема, касаемо именно квиддича заставляла Оливера расслабиться.

— Ты отличный капитан, Оливер, — от всей души сказала Эми.

— Спасибо. Почему ты так прохладно оделась? — Оливер улыбнулся и приобнял Эми.

— Чтобы легче было на метле держаться, я ведь не такой профессионал, как ты, — Эми робко улыбнулась.

Решив, что на поле для квиддича идти уже поздно, Эми и Оливер выбрали место, где обычно проходят уроки по полетам у первого курса и сели на метлы. Неудивительно, что и Гарри и Оливер так любят свою игру — полет на метле очищает голову похлеще любого заклятья, делая ее легкой и не перегруженной. Свободно вдохнув свежего воздуха, не обратив внимания, что от холода защипало в носу, Эми будто стала в сотни раз легче, скинув с себя все самое тяжелое.

Оливер летал рядом, показывая трюки и маневры, рассказывал, как уверенней держаться на метле, и не забывал делать комплименты. Эмоционально и красочно рассказал, как Гарри попал к нему в команду, подарив им победы. Затем, темы стали затрагиваться далеко идущих планов, и Оливер признался, что собирается связать свое будущее именно с игрой и мечтает попасть в команду «Паддлмир Юнайтед».

— Так, значит, хочешь связать свою жизнь с игрой? — крикнула Эми, когда особо сильный поток холодного воздуха качнул ее на метле.

Оливер подлетел ближе и рукой помог развернуть метлу Эми в обратную сторону, чтобы ветер дул им в спину. Он все еще держал ее метлу, когда их глаза встретились. Эми отчаянно хваталась за возможность хоть что-то почувствовать к нему, надеясь, что полет на метле и темное время суток смогут продуть ей голову, и она разглядит в нем все то, что не хотела видеть в Роне. Вуд был прекрасным молодым человек, красивым, сильным и, самое главное, с горящим желанием добиться расположения Эми. Но внутри Эми было пусто, если не считать подрагивающих мускул от сжатия коленками метлы и сводящих рук от холода.

Все то время, что Эми перебирала свои мысли в голове, она смотрела на Оливера, и он, похоже, расценил это по-своему. В свете небольших отрезков, падающих на землю от зажженных окон, Оливер приблизился вплотную.

Все произошло очень быстро: ветер и легкость, полет, погоня мыслей, лицо Оливера совсем рядом.

Глухой удар.

Какой-то миг в полной темноте, и Эми почувствовала теплое тело под собой, а руки ее лежат на холодной, мокрой земле.

Еще миг и к ним уже бегут Эл, Гермиона, Рон и Гарри.

Кто-то что-то кричит, но Эми ничего не слышит, кроме гула в ушах. Ногу жжет, как если бы к ней прислонили раскаленный предмет. Оливер без сознания.

Эми попыталась перекатиться с Оливера, но вновь темнота и яркий свет заставляет открыть глаза. Они в больничном крыле. А реальность словно протекает отрывками, по кадрам.

— Выйдите все в коридор! Мне нужно осмотреть пациентов, — голос мадам Помфри звучит где-то издалека. Какая-то возня, кто-то налетел на что-то, «ай» — голос Эл, потом звук закрывающейся двери и теплые руки ощупывают Эми.

— Мисс Ньюмен, как вы чувствуете себя?

— Все болит, но больше всего нога, — Эми постаралась не закрывать глаза, чтобы оставаться в сознании.

— Ничего удивительного, — строго произнесла она, прикасаясь палочкой к больной ноге, — Вы вывихнули себе лодыжку. Ну, кто так делает? Вы там что, совсем ничего в темноте не видели?

— Что с Оливером? — спросила Эми.

— Все с вашим Вудом в порядке, ему такое не в первой, перелом руки и множественные ушибы. Через пару дней будет, как новенький.

Эми вздохнула, понимая, что для магического мира — это действительно «все в порядке», но тут ее резко обожгло, будто вспышка пронзила ногу, а потом плавно прокатилась по всему телу.

— Вот, выпейте. Через час сможете вернуться к себе в гостиную.

«Отойди. Нет, ты отойди. Ну, дай же мне посмотреть. Нет, я посмотрю. Что там они делают, кто видит? Если бы ты отошла, я бы увидел» — послышались голоса за дверью.

— Входите уже, что вы там шумите? — еще строже произнесла мадам Помфри. — Только тут не шуметь, мистеру Вуду нужен покой.

И компания буквально ввалилась в комнату.

— Покой? — громко произнес Рон.

— Тише, — Гермиона одернула его.

Когда они подошли к кровати, Эми постаралась привстать, но не получилось. Слабость в теле не позволяла даже приподнять руку, чтобы помахать друзьям. Гарри был спокоен и даже улыбался, Гермиона была обеспокоена, Рон был зол, а Эл выражала смешанное чувство недовольства и переживания.

— Поздравляю, хотя бы раз, но здесь должен побывать каждый, кто учится в Хогвартсе — Гарри широко улыбался.

— Что ты говоришь такое, Гарри! — возмущенно произнесла Гермиона — Эми, ты как?

— Все хорошо, вывих всего лишь.

— Всего лишь? — прикрикнул Рон, — Всего лишь? Вы могли убиться! О чем Вуд думал??? Чем вы там занимались, что не заметили, как врезались в стену??

— Да тише ты, — пихнула Эл его, — а то нас выгонят отсюда.

— Ну и что вы делали, что ты из-за него свалилась? — пытаясь говорить тихо, Рон сел на край кровати.

— Не заметили, было же темно, Оливер не виноват, — Эми вновь сделала неудачную попытку приподняться.

— Ну ладно, — недоверчиво сощурился он.

Такая реакция Рона сильно веселила Эми, да и довольный Гарри выглядел счастливым, отчего Эми тоже стала улыбаться. И мысли, которые посетили ее голову, нравились ей больше. Она думала, что очень рада оказаться здесь. Нет, не в лазарете, а в Школе, со всеми ними — ее друзьями.

— Чего она улыбается? — шепотом спросил Рон у Эл.

— Стукнулась головой, думаю, — прошептала Эл и крикнула, — Мадам Помфри, кажется, моя сестра повредила себе голову.

Гарри смеялся в голос, Гермиона, зажав ладонями рот, тоже подрагивала от смеха, а вот Рон с Эл удивленно переглядывались.

— Вы такие чудесные! — сказала Эми, обводя блаженным взглядом присутствующих. — Рон, ты такой чудесный, тебе кто-нибудь это говорил?

— Что? — озадаченно переспросил Рон и почесал голову. — О чем это она? — снова, склонившись к уху Эл, зашептал он.

— Эми, тебе давали лекарство какое-нибудь? — спросил Гарри и после того, как Эми кивнула, сказал: — Это рябиновый отвар, мне его постоянно давали, когда я сюда с вывихами попадал. Это его побочный эффект.

— Дело не в отваре, а в том, что я вас всех люблю, — ответила Эми.

— Так, ну все, скоро мисс Ньюмен к вам присоединится, поэтому можете идти к себе. — Мадам Помфри вышла из своей комнаты и стала всех выгонять. Рон что-то бурчал себе под нос.

— А можно я останусь? Я ее сестра и помогу потом дойти до башни.

— Хорошо, оставайтесь. Остальные — вон.

Как только Гарри, Рон и Гермиона вышли, Эл накинулась на Эми с расспросами. И она ей все рассказала, и про попытку поцелуя, и про равнодушие, только добавляя сладостные ремарки своей новой открывшейся любви ко всему.

— Эми, ты бы видела, как волновался Рон. Это он вас увидел, что вы падаете.

— Он? А он видел...?

— Не знаю. Мы как раз собирались прогуляться… — смущенно сказала Эл, — ну я предложила... мы не следили за вами! Просто... рядом были.

Эми прекрасно понимала, что сестра решила под любым предлогом проследить за ней и потащила друзей «прогуляться», случайным образом оказавшись рядом с Эми и Оливером. А так как их разговор затянулся на час, действие Рябинового отвара заканчивался, и Эми стала видеть все в другом свете.

На соседней койке послышалось шевеление. Оливер приходил в себя.

— Тебе, наверное, стоит ему рассказать. Не мучай парня, он тебя и так долго ждал, — сказала Эл, глядя за задвинутую ширму. — Жду тебя в коридоре. Давай быстрее только.

— Не от меня же зависит!

— Все равно поторапливайся.

Проводив взглядом свою сестру, скрепя сердцем, Эми медленно стала поворачиваться в сторону Оливера, будто это оттягивание времени что-нибудь изменит. Потом Эми легла на спину и стала смотреть на потолок, силясь увидеть на нем вспомогательные слова. Это объяснение было мучительным для нее, и Эми повернулась на другой бок. Она стала думать, что лучше все оставить, как есть. И кому нужны эти объяснения? Пожелает ему скорого выздоровления, а затем просто будет общаться, как ни в чем не бывало и продолжать избегать прямых приглашений на свидания.

Взглянув еще раз на ширму, Эми снова отвернулась. Скрип кровати, по всей видимости, привлек внимание Оливера и, отодвинув ширму в сторону, он спросил:

— Эми, ты как?

— Я в порядке, Оливер, все хорошо, а ты как? — Эми повернулась к нему лицом.

— Когда я понял, что мы падаем и две метлы мне не удержать, я перехватил тебя, пытаясь смягчить твое падение, — «реакция настоящего спортсмена и поступок истинного гриффиндорца», — подумала Эми, — и все равно ты пострадала.

— Как ты можешь так думать? У меня всего лишь вывих! А вот ты пострадал! — горячо воскликнула Эми, чувствуя всю горечь.

— Пустяки, — отмахнулся Оливер и поморщился от боли, — это мы с тобой еще летали на низкой высоте. Бывали травмы и похуже, уж поверь.

— Знаешь, Оливер... — начала Эми, но он ее перебил.

— Знаю. Я все уже понял, Эми, не нужно ничего объяснять. Я буду бесконечно рад, если мы останемся хорошими друзьями.

Эми не знала, что ответить и грусть заполнила всю ее грудь. От гнетущих слов душу Эми избавила мадам Помфри, которая в этот момент вышла из своей комнаты, и судя по ее выражению лица, она слышала их разговор.

— Мисс Ньюмен, если вас ничего больше не беспокоит, вы можете отправляться в башню Гриффиндор. А мистеру Вуду пора принять Костерост.

* * *

Две недели ноября пролетели незаметно. А домашних заданий все задавили больше и больше. Иногда Гарри, Рон, Гермиона, Эми и Эл не успевали уложиться за вечер, и приходилось поздно ложиться. Гарри, Гермиона и Рон часто пропадали где-то. На вопросы сестер они называли глупые причины, но Эми и Эл не показывали своих сомнений.

Вечером вторника, закончив с километровыми свитками эссе, Эми захотела поговорить с Эл, которой не было уже, наверное, как час. Гостиная была полупуста. И она пошла к выходу из нее, и прямо в проеме столкнулась с Роном. Он сразу же отошел, пропуская Эми, а Эми отодвинулась, чтобы пропустить его.

— Куда идешь так поздно? — Рон все же настоял, чтобы Эми вышла первой.

— Хочу Эл найти.

— Я с тобой!

Рон засунул одну руку в карман, а вторую положил себе на шею. Этот жест так привлекал Эми, что она на секунду замерла, просто наблюдая.

— Можно? — Спросил Рон, не дождавшись ее согласия.

Эми бы все отдала, чтобы немного побыть с ним наедине, даже если они идут искать Эл. Но в данный момент ей хотелось просто поговорить с сестрой, без смешанных чувств и путающихся мыслей.

— Эмм... да поздно уже ведь, ты устал, наверное, — на этих словах Эми сделала пару шагов вперед.

— Чепуха! Это же Эл! Лучшая сестра! — шагая следом, произнес он.

— Лучшая сестра?

— Ну, добрая, я имею в виду, — растерялся Рон.

Эми резко остановилась, что Рон аж налетел на нее, и она повернулась, подняв голову к нему.

— А я значит злая? Так? — хотя, своим голосом и видом, именно на злую Эми сейчас и была похожа, тем не менее, она никогда себя такой не считала!

— Эээ...- Рон слегка покраснел и растерялся еще сильнее, — ну ты тоже добрая, просто с ней мы всегда смеемся и нам не скучно, она сестра — лучший друг.

— А со мной скучно Рональд Уизли? Я не друг???? — Эми совсем разозлилась и встала на носочки. И Рон, покраснев еще гуще, произнес совсем тихо.

— С тобой другое Эми... с тобой все по-другому...

Тут растерялась Эми и почувствовала, как наливается краской. Эми не знала, сколько они так стояли, возможно, какие-то доли секунды, но он смотрел на нее, а она на него и время показалось бесконечным. Не выдержав взгляда зеленых глаз, она отступила назад.

— Ладно, иди... — не дав ничего сказать Эми, Рон быстро скрылся за портретом.

Со смешанным, сдавливающим чувством в груди, Эми хотелось и бежать, и одновременно идти медленно. Что означают его слова? Могут ли они значить чуть больше, чем могла бы этого позволить Эми, или же он имел в виду абсолютную разницу между его веселой подругой Эл и простой Эми, с которой порой даже не находится тем для разговоров.

Эл стояла на балкончике, вглядываясь в темноту. Поприветствовав сов Эми подошла к сестре и наколдовала плед, как делал это Гарри.

— Скажи, ну скажи здесь потрясающе! — с восторгом говорила Эл глядя вдаль, где виднелись величественные холмы с гущей леса.

— Ох, Эл, я влюбилась в это место с первой минуты нашего прибытия. — Эми посмотрела в туже сторону, что и ее сестра, а улыбка не покидала ее лица.

— О чем думаешь? — спросила Эми сестру.

— Мы с тобой так давно не оставались вдвоем. Не секретничаем, я соскучилась, — улыбнулась Эл.

— Так ты теперь секретничаешь со своей любимой подружкой!

— Эми! Ну как ты можешь называть Гермиону моей любимой подружкой? Она, конечно, хорошая, но не для моих же секретов, — невозмутимо произнесла Эл.

— Я о Роне, — коротко ответила Эми.

— Ааа… — задумчиво протянула Эл и рассмеялась. — Ох уж этот Рон, классный он, скажи? Когда я с ним, у меня всегда хорошее настроение. Вот бы нам такого брата.

— Да нет, мне уже сестры такой достаточно.

— Знаешь, я хотела тебе кое-что рассказать, — серьезно произнесла Эл и посмотрела на сестру.

— М?

— В общем, у меня очень странные ощущения…

— Что-то снилось? — перебила Эми сестру.

Эл фыркнула нетерпеливо и покосилась на Эми, чтобы та не перебивала ее.

— У меня странные ощущения по поводу одного человека, — продолжила она, разглядывая свои коленки, — я много думаю о нем. И меня это беспокоит.

— Рон? — подозрительно спросила Эми и Эл закатила глаза.

— Ага, ты прямо сама проницаемость! — Эл скрестила руки на груди, затем, зная, что Эми подумает, что она этим жестом закрылась от нее, сложила свои руки на коленях. — Погоди со своими догадками, ты сейчас все поймешь. Только не произноси его имя вслух.

Эл выдержала выжидающую паузу и продолжила, получив кивок сестры:

— Этот человек меня раздражает. В то же время, я постоянно ищу его глазами. Видеть не хочу, но желаю, чтобы он смотрел на меня. Мне хочется выкинуть его из головы, но постоянно представляю, как… — Эл замолчала, не выдержав, снова скрестила руки на груди.

— Что ты представляешь? — деликатно спросила Эми.

— Что я держу свои руки на его шее, сдавливаю и целую его одновременно. Настолько противоречивые он вызывает во мне эмоции.

Наступила пауза. Эми смотрела, как сестра наблюдает за совой, летящей высоко в небе.

— Немного неоднозначные ощущения, правда? — спросила Эл.

— Ага, совсем слегка, — Эми изогнула одну бровь, а Эл рассмеялась.

— Это ужасно! Что я несу вообще? — Эл прикрыла рукой свое лицо, а второй рукой прикрыла лицо Эми, чтобы она перестала смотреть на нее.

— Ты знаешь, я догадывалась, — тихо произнесла Эми, взяв руку сестры в свою. — Я не чувствую между вами ненависти. Между вами появилась незримая связь, понимаешь? Вы будто вечно желаете остаться наедине.

— Он такой придурок, — со вздохом произнесла Эл, — но очень красивый.

* * *

На уроке Защиты от Темных искусств гриффиндорцев ждал сюрприз. Профессор Люпин обрадовал учеников новостью, что сегодня у них урок пройдет без второго факультета и в связи с этим, он предложил гриффиндорцам самим выбрать, чтобы они хотели изучить.

Класс зашумел, загудел, поднялся гомон и каждый, перекрикивая другого, старался выдвинуть свою версию интересного урока. А Эми с Эл стояли немного в стороне, не имея представления, что можно изучать, кроме того, что они уже прошли.

— Профессор, а это правда, что Гарри в прошлом году вызвал Патронуса? — Риона О’Нил вышла вперед и класс притих.

— Да, правда, — гордо ответил вместо учителя Рон, — Гарри сражался с сотней дементоров и смог остановить их.

Класс снова зашумел, только теперь это был тихий шум, состоящий из перешептываний, кто-то высказывал свою теорию случившегося, кто-то шептал, что не верит этому.

— Не преувеличивай, Рон, — скромно сказал Гарри.

— А ты не скромничай, — парировал Рон.

— Научите нас, — послышался негромкий голос из толпы.

— Да, научите! — Симус попытался перекричать гул голосов.

Немного поколебавшись, профессор Люпин согласился.

— Патронус — магическая сущность, вызываемся заклинанием «Экспекто Патронум», — начал рассказ он.

Нужно заметить, что класс мигом замолчал, и все устремили свои взгляды на преподавателя. На самом деле, на уроках профессора Люпина всегда царил порядок, а потому можно было смело сделать вывод, что гриффиндорцы уважают и любят этого учителя. Даже на уроках Трансфигурации профессору Макгонагалл порой приходится успокаивать класс и призывать к тишине и порядку.

— Служит как защита от Дементоров и Смеркутов, — расхаживая взад-вперед, объяснял профессор Люпин. — Может быть выражена как просто облако серебристого пара, так и обретать различные формы, так называемый — Телесный Патронус. В боевых условиях Патронуса под силу вызвать только сильному, опытному волшебнику, так как это очень сложная магия. Чары вызова Патронуса очень древние, доподлинно неизвестно, когда они были изобретены. Так, встаньте, пожалуйста, посвободнее. Уберите все лишнее, в руках только палочка.

— Мы будем тренироваться? — обрадовалась Парвати.

— Ну, вы же сами просили научить вас, дополнительную литературу сможете и сами изучить. — Люпин усмехнулся, похлопывая своей палочкой по ладони. — Итак, чтобы вызвать Патронуса, нужно вспомнить самые счастливые моменты своей жизни, иначе кроме вспышки света ничего не получится. И помните, некоторые волшебники и волшебницы вообще не могут произвести Патронус до тех пор, пока не переживут какой-нибудь психологический шок.

Люпин еще раз повторил заклинание и показал, как нужно использовать палочку. И все стали пробовать. Гарри, без труда вызвав своего, стоял и беседовал с профессором.

Перебирая в голове радостные события, которые могли бы подойти, Эми обвела взглядом класс. Каждый закрывал глаза и взмахивал волшебными палочками. Подумав о первом дне в Хогвартсе, когда они с сестрой поняли, что нашли свое место и свой дом, Эми закрыла глаза, представляя свои ощущения, взмахнула палочкой, сказав заклинание, и из ее палочки вырвался сгусток дыма. Должно быть, не слишком радостное воспоминание, подумала Эми и обернулась, услышав, как колдует Гермиона. Она вызвала телесного патронуса: светящаяся выдра проскакала по воздуху вокруг Гермионы и исчезла.

— Минуточку внимания. Хочу отметить, что есть общее убеждение в том, что тёмный волшебник не способен вызвать Патронус, — оторвал студентов от стараний профессор Люпин, подходя к Эл, — так как он находится на тёмной стороне вместе с дементорами. Однако у злого мага может возникнуть потребность в Защитнике. О последствиях использования этих чар нечестными колдунами рассказывала Миранда Гуссокл: когда тёмный маг Разидиан произнёс заклинание «Экспекто Патронум», из его палочки посыпались личинки, облепили его и уничтожили.

Люпин выдержал паузу, а затем продолжил:

— Ни на что не намекаю, но у студентов Слизерина так и не получилось за долгие годы вызвать телесного Патронуса. Пожалуй, кроме профессора Снейпа.

На этих словах в груди Эл что-то кольнуло и она, сильно зажмурившись, произнесла заклинание. Рука ее дрогнула, и из палочки вырвался невероятной Красоты Патронус. Белоснежное свечение было настолько ярким, что казалось, вырвался патронус не из палочки, а из самой Эл. Рядом с Эл стоял Пегас. Вставая на дыбы и расправляя крылья, патронус явно демонстрировал свою красоту.

По классу пронесся вздох, а затем еле слышное шептание. Даже профессор Люпин на некоторое время замер на месте, рассматривая волшебного патронуса. Поглаживая своего Пегаса с улыбкой на лице, Эл казалось, что она чувствует его тепло под своей ладонью.

За спиной Эми услышала, как Гермиона, что-то объясняет Гарри, горячо жестикулируя и подумала, что сильное удивление всех присутствующих связанно с успехом Эл, которая обучаясь только первый год, смогла вызвать телесного патронуса.

— Продолжаем, продолжаем, — попросил профессор Люпин.

Некоторые еще стояли и смотрели завороженно на призрачного патронуса, а он до сих пор красовался рядом с хозяйкой. Эми взглянула на свою палочку и решила, что уедет домой, если так и не сможет вызвать патронус.

Копаясь в голове, выискивая что-то по-настоящему счастливое, Эми чуть ли не истерично размахивала палочкой, выкрикивая заклинание. Но кроме искр (которые теперь даже приближенно не имели ничего общего с облаком дыма), не могла получить. Глубоко вздохнув, Эми так и осталась стоять с набранным воздухом: почувствовав знакомый аромат, она поняла, что к ней подошел Рон.

— Ты неправильно делаешь, — приглушенно сказал он.

Мягко положив свою руку на руку Эми, Рон показал движение палочкой. Прекрасно понимая, что ничего сейчас придумать не сможет, Эми закрыла глаза, впитывая в себя прилив нежности и ощущение спокойствия, шепотом произнесла:

— Экспекто Патронум.

Поток энергии, с нарастающей силой, рвался наружу, и в мгновение Эми почувствовала, как изнутри вырывается что-то теплое и приятное. Рон отошел назад со словами «вот это да» и остался стоять вместе с Гарри и Гермионой, которые, уже не скрывая своего удивления, смотрели на патронус Эми. Рядом с ней стояло существо с львиным телом, огромной лохматой гривой, хвостом, как у скорпиона и крыльями, как у летучей мыши. Шептание за спинами усилилось и многие стали подходить ближе, чтобы рассмотреть.

— Мантикора! — воскликнула Гермиона, прижав ладонями рот.

— Мантикора? — переспросила Эми.

— Твой патронус — это мантикора, но этого просто…

Гермиона замолчала, не сводя взгляда с ослепительного странного существа. Патронусы сестер излучали такой свет, что могли бы спокойно осветить весь Большой зал. Разглядывая мантикору, Эми не чувствовала отвращения, как многие, кто морщился рядом. Эми чувствовала защищенность и спокойствие и ловила себя на мысли, что это потрясающе испытывать то, что испытывает волшебник, когда вызывает своего патронуса.

— Так, господа, — произнес Люпин, нарушив оцепенение любопытных студентов, — на этом все! Все молодцы и можете идти отдыхать. На следующем уроке продолжим школьную программу для вашего курса.

Поток студентов не спеша стал продвигаться к выходу, толкаясь и переговариваясь. Кто-то восхищался уроком, кто-то жаловался, что у него так ничего и не получилось, а кто-то до сих пор обсуждал странных патронусов сестер Ньюмен. Пегас и мантикора растворились, оставив после себя слабый дымок, расползавшийся в разные стороны, будто почувствовав, что их присутствие больше не требуется. Рон, Гарри и Гермиона ушли вперед, не дождавшись, когда Эл вспомнит, куда дела свою волшебную палочку.

Глава 7. Легенда.


Выйдя из кабинета профессора Люпина, сестры буквально одновременно пересказали друг другу какие эмоции и ощущения испытывали. Какую неведомую силу чувствовали внутри себя. Они так увлеклись разговором, что Эми напрочь забыла про Рона и про реакцию класса на их патронусов, которую Эл, как оказалось, даже не заметила.

— Я хочу, чтобы он был со мной постоянно, Эми, он нереальный, могучий, красивый и мой. Я чувствовала, что он принадлежит мне, как единое целое, — сказала Эл, взмахивая руками, как крыльями, повторяя движения своего патронуса.

— Да! Мне казалось, что если я захочу поговорить с ним, то он поймет меня, — почти вприпрыжку, Эми шла рядом с сестрой, — мне даже захотелось встретиться с дементорами, чтобы посмотреть на что способна мантикора.

Показывая, как патронус дерется с дементорами (которых она в жизни не видела), Эми громко смеялась. Но в этот момент Эл резко схватила ее за руку. Она словно задыхалась и начала терять равновесие, Эми еле успела удержать ее, прежде чем она упала бы. Прислонив сестру к стене, Эми взглянула на нее: Эл побледнела и тяжело дышала. Это было ведение, без сомнений. Оперевшись себе на коленки, Эл начала приходить в себя и продолжала жадно хватать воздух.

— Что это было? — испуганно спросила Эми.

Эл подняла глаза на сестру и на ее лице смешалось чувство страха и тревоги.

— Эми, — осипшим голосом произнесла она, — Эми, помнишь я увидела какого-то человека в пещере?

Эми молча кивнула.

— Представь самое мрачное, самое холодное место, какое только сможешь. Кругом факелы, которые практически ничего не освещают. Я снова была в том помещении, в той пещере. И был он, в длинном балахоне с закрывающим голову капюшоне. И он смеялся, так жутко Эми. Меня накрыло волной ужаса от этого смеха, как в фильмах бывает, какой-то дьявольский смех. — Эл несколько раз сглотнула и стала размахивать рукой, помогая себе вспомнить. — И он все время говорил и говорил. Повторял одно и тоже. Что-то похожее на «он вернется, он вернется»! Еще кажется «на этот раз Мир погрузится во тьму». И смех... Эми, что это было?

Смотря на сестру, Эми не могла вымолвить ни слова, чувствуя страх.

— Пошли к Дамблдору! — очень тихо произнесла Эми, словно боялась, что скажи она чуть громче, что-то изменится.

— К кому?

— К директору, Эл!! Пойдем скорее!!

И не дав сестре возразить, Эми потащила ее за руку по направлению к каменной горгулье, за которой находился вход в кабинет директора Школы.

— В прошлый раз ты не хотела идти к директору, — притормозив на пол пути, возразила Эл, считая, что не понятные видения не повод беспокоить директора.

— В прошлый раз твой рассказ не был похож на сценарий к фильму ужасов, — не останавливаясь ответила Эми.

— А откуда ты знаешь куда идти? — не унималась Эл.

— Ох, это спасибо Гермионе, которая досконально рассказала мне о всех известных ей закоулках Замка, — усмехнулась Эми и остановилась как раз у каменной горгульи.

— Ну надо же, — фыркнула Эл.

— Что?

— Какой пароль, спрашиваю!

— Лимонные дольки! — громко и отчетливо произнесла Эми, одновременно отвечая и сестре на вопрос и обращаясь к статуе.

За открывающимся за статуей проходом находилась винтовая деревянная лестница, которая, подобно лифту, медленно поднимала сестер в кабинет. Дверь в кабинет была открыта, и они решили, что можно войти. Это была круглая комната с окнами. На стенах комнаты висели портреты предыдущих руководителей школы, которые зачастую тихо дремали. В кабинете директора находилось множество каких-то серебристых приборов, о назначении которых и сам хозяин наверняка уже забыл. На полке лежала Сортировочная шляпа, принадлежавшая когда-то Годрику Гриффиндору, и скрывающая в себе его же меч — извлечь из шляпы, который, может только истинный Гриффиндорец.

На почетном месте находился насест, где обитал любимец Дамблдора — феникс по имени Фоукс, птица, обладающая колоссальным магическим потенциалом. Сам кабинет меблирован массивным письменным столом и креслами, за которым сейчас и сидел Директор Школы.

Как только сестры вошли, он даже, не взглянув на них, жестом подозвал к себе. И только когда они приблизились к его столу, он взглянул на них по верх своих очков. Так же он смотрел на них в самый первый день: с любопытством и добротой.

— Что привело вас сюда? — спокойным тоном задал вопрос директор. — Присаживайтесь, прошу вас.

К столу моментально подъехали два кресла. Казалось, что в этом кабинете все подчиняется ему, даже воздух. И зайдя в кабинет, сестры почувствовали некое облегчение, защищенность. Что вот именно здесь точно можно быть в безопасности. Такова была энергия Альбуса Дамблдора — огромная, могущественная и величественная.

Взглянув на свою сестру и получив одобряющий кивок, Эл рассказала все, что до этого поведала ей. Дамблдор слушал ее так, словно знал и понимал все, о чем она говорит, словно совершенно не удивлен ее видениям.

— Если я вас правильно понял, вы мисс Ньюмен, можете видеть будущее?

— Да, Директор, и именно так мы попали сюда. Мне снилась Школа и я как будто чувствовала, что мы должны быть здесь, — ответила Эл и поправила свои волосы.

Дамблдор улыбнулся.

— Эмили, а вы обладаете чем-то таким? — обратился он к старшей сестре.

— Я? — немного растерялась Эми. — Да... я умею останавливать время и, кажется, умею взрывать предметы.

— Интересно, очень интересно. И силы свои вы обнаружили четыре года назад?

Переглянувшись сестры озадаченно посмотрели на директора, ведь именно тогда они открыли в себе способности.

— Потрясающе! — Дамблдор с неподдельным детским интересом хлопнул в ладоши. — Именно четыре года назад я пытался отыскать вас, чтобы пригласить учиться. Но вот странное дело, вы так хорошо спрятаны были, что я так и не смог вас найти. И мне в голову пришла одна занимательная идея, — глаза Директора блеснули, показывая, как он доволен своей гениальностью, — я обратился к такой же прорицательнице, как и вы Эл. Она слегка странная, в большинстве своем отстраненная, но талант у нее имеется. Вы знакомы с Сивиллой Трелони, я полагаю?

На секунду Эми показалось, что директор таким образом шутит, а вот Эл совершенно так не показалось. В его словах она услышала откровенную насмешку.

— Я не странная Директор! — и встретившись с глазами Дамблдора, опустила свои. — Простите...

— Ох ну что вы! Конечно же вы не странная. Вы видели прежде подобные видения?

И Эл рассказала и про тот случай, когда на уроке Трелони у нее было первое видение.

— Честное слово, мне даже в голову не приходит, чтобы это могло значить. Думаю, вам не о чем беспокоится. Только прошу лишь, сообщить мне, если подобное повторится.

Угостив лакомством, и рассказав, как однажды попробовав неизвестного происхождения шоколад, и после чего у него выросли рога, он побаивается есть сладкое, Директор отправил сестер в гостиную.

Всю дорогу до своей башни, Эми и Эл шли почти молча, обе под впечатлением и о самом Директоре, и от того, что он их искал.

— Это все так странно, да? Все это. Дамблдор, который все будто знал заранее. И твое видение. И я думаю, что он нас просто успокоил, не просто же так ты это видела, — сказала Эми, разводя руками.

— Я тоже считаю Эми, что Дам... Дабр..., что Директор просто нас успокоил. — Эл почесала голову, уводя глаза от укоризненного взгляда сестры, что она не может запомнить имя самого директора Школы!

Войдя в гостиную девочки встретили встревоженные лица друзей. Гермиона выглядела крайне обеспокоенно.

— Мы же пропустили ужин, Эми! — спохватилась Эл, всплеснув руками и совершенно не замечая Гермиону. — Вот бы нам сюда принесли...

И в этот же миг на столике около камина появилась еда. Стол заполнили большие порции печенного картофеля с бифштексами, пироги с почками, тыквенный сок и огромная тарелка пирожных.

— Вот чертовы эльфы, мне никогда ничего не приносят! — расстроившись, Рон взял пирожное и плюхнулся в кресло.

— Может, это потому, что ты называешь их «чертовы эльфы»? — Эми улыбнулась Рону, и поймав его взгляд вспомнила прикосновение на уроке у профессора Люпина. Но углубиться в свои воспоминания ей не позволила Гермиона, которая подсела на пол и заговорила совсем тихим голосом, каким обычно перед сном детям рассказывают страшилки.

— Девочки, вы знаете, что за патронусы у вас?

— Пегас и мантикора, — с набитым ртом ответила Эл.

— Нет, вы знаете ЧТО это за патронусы?

Сестры отрицательно покачали головой.

— А вы слышали что-нибудь про ведьму Селену Варун?

Получив снова отрицательное мотание головой, Гермиона продолжила:

— Существует легенда, — Гермиона заговорила еще тише, — много веков назад существовала ведьма Селена Варун. Ее считали ясновидящей, она была красива, умна и нескончаемо добра. По началу.

Гермиону прервал вскрик Гарри, который подскочил с места и схватился за голову. Рон, что до этого безучастно жевал свое пирожное поперхнулся и выплюнул остаток крошек прямо Гарри на затылок.

— Так вот ты о чем нам весь вечер твердишь! Прости Гарри, я просто не сразу понял.

— У тебя умственный диапазон как у зубочистки! — Гермиона строго посмотрела на Рона, но не удержалась от смеха, глядя на озадаченный вид рыжего друга.

— Рассказывай дальше, — все еще жуясь, попросила Эл.

— Итак, Селена была доброй. Но только по началу. Со временем она становилась злее, сторонилась всех и каждого. Кто-то полагает, что ей являлись духи, нашептывая и дурманя ее сознание. И она стала сходить с ума. Кто-то считает, что ее хотели склонить на свою сторону демоны, точнее один — Астарт. Он приходил к ней во снах, искушая, ведь у нее была самая мощная сила всех времен! В любом случае, легенда, проходя сквозь века изменялась и подвергалась корректировкам. Что было на самом деле — никто знать не может. И вот, в один из обычных дней, пришел он! Демон Астарт. Со своим войском! Он был крупных размеров (как описывают его в книгах) в человеческом облике. Насколько это было возможным. Серо-синяя кожа, горящие адским пламенем глаза. Маленькие черные крылья за спиной, но описывают их как общипанные и безжизненные, ссылаясь на то, что он растрепал их во время своих многочисленных воин на земле. Обугленный шлем с тонкими длинными рогами и клювом вместо носа, как у орла. И из каждого крыла на землю, извиваясь сами по себе, спадали черные полупрозрачные ленты.

Сестры слушали, как завороженные и даже Эл отложила свои деликатесы и пододвинулась ближе, вслушиваясь в каждое слово.

— Но Гермиона, при чем здесь наши патронусы? — спросила Эми.

— Сражалась Селена с ним одна, — продолжила Гермиона, кивнув Эми, что как раз к этому она и ведет. — Говорят, оказалась Селена самой могущественной ведьмой. По силе равной которой не было и нет по сей день! В помощь себе вызывала она духов... — Гермиона выдержала паузу. — Пегаса, дышащего холодом, замораживающего все на своем пути. Под ударами его копыт земля раскалывалась и огромные глыбы льда возрастали из бездны. И мантикору, чей хвост выпускал снаряды молний, сжигая демонов и превращая их в горстки пепла, а глаза извергали разряды, волнами расходившиеся на много миль вдаль. Но демон был силен, неописуемо силен и в конце концов, поняв, что не сможет уничтожить его, Селена заковала Астарта в медальон. Она объединила своих духов воедино и пока огромный шар густого серого дыма, окутавший Астарта, сдерживал его, Селена сорвала медальон, что висел на ее шее и произнеся заклинание позволила камню, лежавшим внутри поглотить демона. Потратив все свои силы на такую магию, к которой даже она сама не была готова и упав почти безжизненно, изрекла Пророчество, ныне потерянное.

Гермиона замолчала и тот круг, что образовали между собой друзья, плотно сидевшие рядом друг с другом, потонул в полной тишине, прерываемой лишь негромкими разговорами учеников и потрескиванием поленьев в камине.

— А при чем здесь наши патронусы, Герм? — прошептала Эл.

— Так называла она своих духов патронусами! Я не сказала разве? — Гермиона сдвинула брови. — Олицетворением своих сил, помощниками, приспешниками — патронусы. И потому многие считают, что именно Селена Варун была прародителем патронусов. Хотя, она не пользовалась волшебной палочкой. Ни у кого за все это время не было таких патронусов, да и считается, что только у великих и самых сильных волшебников патронус может принять вид пегаса или мантикоры. Да и то, почти весь мир магов считает это мифом. Теперь понимаете?

Повисло еще одно молчание. Эми с Эл боялись взглянуть друг на друга, чтобы не подать лишних поводов для вопросов.

— Вот это да... — все, что смогла произнести Эл. — Ты что, думаешь, что эта история как-то связана с нами?

Гермиона пожала плечами.

— Нет, не думаю. Просто это поистине самые мощные патронусы!

— Почему нет пророчества? Никто никогда не слышал даже маленькую часть? — Эл изогнула одну бровь и когда Гермиона покачала головой, спросила: — Тогда откуда вообще известно, что оно было?

— Хороший вопрос, оттуда же, откуда и легенда, — усмехнулся Гарри.

Для такого обычного дня слишком много событий и сестры, не осмеливаясь переглядываться обе думали об одном и том же. Они не знают своих предков, не знают откуда у них волшебные силы. И умеют колдовать, не используя волшебных палочек. И теперь, когда у Гермионы в голове возникла связь между ними и этой легендой, о их способности к необычному колдовству точно стоит молчать.

— Слушай, Герм, и ни одна ведьма после Селены не была такой же сильной? — спросила Эми.

— Их вообще очень мало. Тех, кто спокойно принимает участие в магической жизни волшебников. И на то есть свои причины. Встретить просто так в косом переулке, к примеру, настоящую ведьму большая редкость!

— Гермиона, я поражаюсь твоим знаниям! Честное слово! Ты самая умная из всех, кого я знаю! — искренне сказала Эми.

Смущенно поблагодарив Эми, Гермиона углубилась в свою сумку с учебниками, проверяя все ли приготовила для завтрашних занятий. И как бы сейчас Эми и Эл не хотелось остаться наедине и обсудить все, что сегодня произошло — они продолжали сидеть в гостиной, пытаясь разговор увести к обсуждению домашних работ.

Глава 8. Секреты.


Снег выпал, не заставив себя ждать — первого декабря. Гриффиндор выиграл Когтевран в квиддич, как и говорил Оливер.

Казалось бы, что задавать больше уже некуда, но преподаватели удивляли с каждым разом все сильнее и засиживаться допоздна стало обычным делом в башне Гриффиндора.

Обычно, с наступлением декабря и снежных пейзажей у Эми появлялось чувство праздника, Рождественского настроения и оно становилось каким-то зимне-теплым. Но омрачало все это огромный объем домашних работ.

Эл же наоборот, с наступлением зимы становилась спокойнее и размеренней. В ней просыпалась задумчивость и романтичность.

В первые выходные стояла замечательная погода, и увидев за окном летающие снежинки, Эл настояла на прогулке и поторапливала своих друзей поскорее одеваться и идти с ней. Она уговорила достать ей сани, но оказавшись на заснеженной лужайке передумала на них садиться и потому Рон катил их пустыми. Отделившись немного от друзей Эл рассматривала снежинки и наслаждалась снегом. Чем старше Эл становилась, тем больше влюблялась в это проявление природы.

Идущие впереди Гарри с Гермионой что-то обсуждали между собой. В последнее время они словно секретничали в сторонке, что-то скрывая от Эми и Эл. И, несмотря на то, что это слегка задевало сестер, они все же сошлись на том, что у них тоже имеются свои тайны.

— Эми?

— Рон?

Эми улыбнулась их привычному обращению друг к другу.

— Не замерзла? — спросил Рон, догнав ее с санками.

И как только он произнес это своим хрипловатым голосом и подошел ближе, Эми почувствовала, как мурашки забегали по ее спине. Она опустила голову, разглядывая снег, который слепил глаза.

— Не замерзла, — ответила она своим ногам.

— Может тогда сядешь на санки? Я прокачу тебя, — предложил Рон.

— Не хочется, — скромно ответила Эми, представляя в голове как неуклюже и смешно она будет на них выглядеть.

— А чего хочется?

Эми посмотрела на Рона и поймала его взгляд. Она никак не могла понять его, толи он с ней заигрывал, толи просто спрашивал без задней мысли.

— Все тебе скажи, — мягко улыбнулась Эми в ответ на игривую улыбку Рона.

Рон немного придвинулся ближе соприкоснувшись своим плечом с плечом Эми и улыбнулся еще шире. Затем открыл рот, чтобы явно что-то произнести, закрыл его и мгновенно изменился, став задумчивым.

— Ну да, я же не Оливер, — неуместно произнес он.

Эми так удивилась, что даже не сообразила сразу, что ему на это ответить. А ведь она после случая падения с метлы почти не общается с Оливером.

— Ээээээми! — к Рону с Эми подбежала довольная Эл. — Чудесная погода! Ты что не садишься на санки? Садись, мы с Роном тебя покатаем!

— Она не хочет, — недовольно пробурчал Рон, не сводя своего странного взгляда с Эми.

— Да, не хочу! — так же недовольно ответила Эми.

— А почему? — Эл чувствовала, что что-то происходит, но не понимала, что именно.

— Потому что кое-кого на этих санках уже понесло не туда! — стараясь как можно спокойнее ответила Эми, отвечая на взгляд Рона.

— Или потому что Вуда с нами нет.

Эми скривилась и махнула рукой, стараясь сдержать себя от эмоций и отошла в сторону. А Рон отошел в другую сторону, оставив Эл в недоумении.

— Не поняла, а что Оливер хотел пойти с нами? — спросила Эл, но ей никто не ответил.

Снег летел крупными хлопьями, на улице было тепло и очень красиво. Густой Запретный Лес стоял, одетый в белоснежные меха, озеро было покрыто тонким слоем пушистого снега, так как оно не замерзает, а верхушки башен словно надели шапки. Пытаясь отвлечь себя от мыслей о непонятном поведении Рона, Эми думала о Рождестве и как будет украшать свой уголок в спальне.

Спокойным шагом пятеро друзей дошли до небольшой деревушки Хогсмид. Хогсмид — единственный населенный пункт в Великобритании, где нет магглов. Подходя к кондитерской «Сладкое Королевство» встретились с Хагридом. Он был явно чем-то обеспокоен и поглядывал на Гарри, будто хотел поговорить с ним наедине. Он не слишком уж доверял сестрам, хотя и Гарри и Гермиона, и Рон убеждали его, что сестрам можно доверить любой секрет.

Каким-то образом Гарри уговорил все же всех пойти в паб «Три метлы», хотя Эл сопротивлялась до последнего, желая заглянуть именно в кондитерскую. И друзья пообещали ей, что на обратном пути обязательно зайдут туда. Пока Гарри с Роном заказывали сливочного пива, девочки выбрали место поуютнее, и несмотря на то, что народу было не очень много, все же выбрали место более уединенное. Отдавая кружку Эл Гарри случайно задел ее рукой и, она вздрогнула. Никто и не заметил этого, а вот Эми поняла сразу — видение.

— Что, опять? — склонившей к сестре, Эми прошептала очень-очень тихо, чтобы никто не слышал.

— Да.

— И что ты увидела? Как изготавливают это пиво? — пошутила Эми.

— Я прикоснулась к Гарри так-то! — возмущенно ответила Эл, и все обратили на нее внимание. — И-и-и сразу поняла, что у него замерзла рука!

На ходу придумала Эл и широко улыбнулась.

— У меня тоже замерзли! — вытянув вперед свои руки и вертя ими, сказал Рон. — Вот посмотрите-посмотрите.

Иногда Эми казалось, что Рон специально делает вид, что ничего не понимает и ничего не замечает. Разумеется, Эми очень хотелось узнать, что могла увидеть ее сестра в своем видении, но расспрашивать сейчас не было возможности. Тут колокольчик зазвенел, когда дверь в паб открылась и в нее вошли слизеринцы, с ними был и Блейз. Он огляделся по сторонам, выбирая себе место и увидев Эми улыбнулся. На самом деле, сталкиваясь частенько в коридорах Эми и Блейз приветствовали друг друга, иногда он заговаривал с ней, кидая общие фразы. По началу, ее это действительно настораживало: все же он слизеринец, а как твердил неустанно Рон: «все они гады и при любой возможности сделают гадость». Но в этих дружественных фразах и улыбках не было никаких скрытых смыслов, и они не несли ничего тайного в себе и в итоге, Эми даже стали симпатизировать его милые улыбки.

Приветливо помахав Блейзу рукой и слегка улыбнувшись Эми наткнулась на неоднозначный взгляд Рона, который вместе с Гарри тут же обернулся назад.

— И чего ты с ним вообще милуешься? — спросил Рон.

— А что в этом плохого, Рон?

— Он же из Слизерина! Как что?! — возмутился он.

— Ай, — отмахнулась Эми, предотвращая занудные вещания о плохих мальчиках с этого факультета.

— Давайте на Рождество сделаем друг другу подарки? — вмешалась Гермиона, не дав Рону ничего ответить и с энтузиазмом обводила всех глазами. — Напишем имена и каждый вытянет себе того, кому будет дарить.

— Я согласна, — хором тут же подхватили сестры.

Обменявшись взглядами Рон и Гарри пожали плечами и покорно кивнули.

Гермиона наколдовала листочки с именами и положила их в шапку. Вытягивая поочередно листочки каждый с интересом заглядывал в него, а затем улыбаясь складывал его в карман, чтобы никто не смог подглядеть. Когда Эми тянула свой листочек с именем мысленно желала вытянуть Рона, но быстро их отогнала. Что бы она ему подарила, думала Эми, как не быть таким болваном? Или пособие по контролю своего настроения? Но имени Рон в любом случае на листочке не было и Эми уже обдумывала что сможет подарить своему счастливчику.

После паба, как и обещали, друзья отправились в «Сладкое королевство», но Эми придержала сестру немного позади, чтобы расспросить о видении.

— Я видела разговор Снейпа с директором. Они обсуждали какое-то зелье, Снейп говорил, что не представляет, что это может быть с такими ингредиентами. Потом обрывками видела мертвого огромного паука в лесу. Эми, у нас же тут не обитают такие чудища?

— В Запретном Лесу, сестренка, обитают чудища и по хлеще какого-то огромного паука! — Эми засмеялась видя, как у сестры округлились глаза. — А вообще странное видение, и при чем тут Гарри?

Пожав плечами, Эл нетерпеливо переступала с ноги на ногу и Эми кивнула ей, чтобы та бежала в свою кондитерскую. А сама задумалась: знает ли сама Эл, что по ночам иногда кричит?! Совершенно недавно ей стали сниться какие-то кошмары и Эми не знала стоит ли спрашивать у сестры про это, ведь последнее видение ее не на шутку испугало.

Вечером, утомленные от долгой прогулки, сестры сидели у камина в полной тишине. Гарри, Рон и Гермиона уже поднялись к себе и теперь девочки могли просто побыть вдвоем. Вглядываясь как маленькие угольки подскакивают в искрах огня, Эл думала о уроках и сколько времени они потратят на домашнюю работу в этот раз. Еще она вдруг подумала, что даже не поблагодарила Малфоя за помощь на Зельеварении. «Так! Стоп! — подумала Эл. — Откуда он взялся в моей голове?». В последнее время бледный слизеринец очень часто возникал в ее мыслях в самые неожиданные моменты, даже когда она ни о чем не думала, он внезапно появлялся в голове. Почему-то, Эл иногда хотелось просто подойти к нему и поговорить. Без сарказма, колких замечаний и насмешек. Как все нормальные люди! Но она ни разу не слышала в его сторону ни одного положительного слова. Возможно, в Слизерине именно такие и учатся: злые, надменные и противные.

— Спать идешь? — где-то издалека послышался голос Эми.

— Да, надо бы уже пойти спать. Слушай, как думаешь, в Слизерине все злые?

— Ты имеешь ввиду кого-то конкретного? — улыбаясь, Эми подсела на пол к сестре.

— Я? Нет, конечно, — уклончиво ответила Эл. — Профессор Люпин говорил, что на этом факультете никто не умеет вызывать телесного Патронуса, а значит учатся там одни темные маги?

— Да, факультет Слизерина выпускает темных магов, — вздохнув, Эми положила свою голову на плечо Эл. — Точнее, только оттуда выпускаются такие. Но у Снейпа получается вызвать телесного патронуса, а значит, это просто стереотип. И я не считаю, что его можно применять ко всем. Каждый сам выбирает на чьей стороне ему быть и мрачность души зависит от тебя самого. Я так думаю.

Эл нравилось слышать такие слова от сестры. Она вообще любила, когда Эми может так просто и логично все разложить по местам.

— И я думаю Он не относится к этому стереотипу. — Эми поднялась и помогла встать сестре.

Ложась спать, Эл все обдумывала слова сестры и никак не могла понять, отчего же ей так неспокойно на душе. Следующим днем, когда все уроки с огромнейшим трудом были сделаны и убраны наконец-то в сумку, пятеро друзей спустились в Большой зал на ужин, где директор Школы попросил внимания студентов для объявления.

— Прошу всех внимания! — зал мгновенно притих, внимательно слушая директора. — В этом году Школа устраивает бал на Рождество. Тех, кто собирался уехать домой настоятельно рекомендую хорошенечко подумать.

Зал встрепенулся, поднялся гул.

— Бал — это традиционное действо! — и вновь тишина. — Которое проводится для курсов выше четвертого, включая сам четвертый курс. Да-да, знаю. Все бы хотели на него попасть, но к сожалению, увы, только с четвертого курса! Но! Могу обрадовать вас, мои студенты тем, что пригласить на Бал вы можете ученика с любого курса, а значит, у всех есть шанс!

Директор выдержал паузу, подождав пока новая волна волнений стихнет, затем продолжил:

— Приходить парами — обязательное условие! Все присутствующие обязаны быть в парадных мантиях и соблюдать привычные нам правила этикета, выражая уважение и дружелюбие друг к другу!

Закончив, директор сел обратно на свой стул-трон и в зале поднялась шумиха, перекрикивая друг друга студенты бурно обсуждали столь ошеломительную новость. Но вот только сестры Ньюмен, находясь в легком недоумении не знали, как себя вести. Новость о Бале стала для них по меньшей мере удивительной! Бал? Парадные мантии? Приходить парами? Эл тут же подумалось о Гарри, с которым она с удовольствием пошла бы на Бал, а вот Эми стало безумно грустно, так как она прекрасно понимала, что единственный с кем она хотела бы разделить праздник будет не с ней.

* * *

После новости директора вся школа погрузилась в возбужденные разговоры о рождественском бале, о нарядах и партнерах, которых еще только предстояло пригласить. Но ажиотаж исчез так же быстро, как и предвкушение Рождества. Почти все свое свободное время студенты проводили за книгами. Библиотека была заполнена учениками, штудирующих нужные им материалы. И пятерка друзей не стала исключением.

Период спокойных ночей для Эл прошел, в последнее время ее все чаще мучали ночные кошмары, в которых она испытывала страх. И видела она всякий раз одно и тоже: его, облаченного в серый плащ, лица которого она никак не могла рассмотреть из-за капюшона. Он смеялся жутким смехом, затем резко прекращал и поворачивал голову. И Эл просыпалась с мокрым от пота лбом, бешеным стуком сердца и в панике осматривалась. И только когда она понимала, что находится в женской спальне, а девочки спокойно спят рядом — с облегчением выдыхала.

Своей сестре Эл не рассказывала о своих ночных кошмарах, так как та была и без того обеспокоена ее внезапными порывами. Иногда, спускаясь вниз посреди ночи, Эл ложилась на диван и, рассматривая угасающие языки пламени — засыпала.

Еще одна мысль, которая не давала покоя Эл, посещала ее голову все чаще и чаще. И эта мысль была о Драко Малфое. Эл была вынуждена признать, что часто думала о нем. Драко Малфой будто становился ее навязчивой идеей, и думая о блондине, она отвлекалась от всего остального.

Сегодня, уснув в очередной раз на большом диване в теплом свете камина Эл разбудил Гарри, спустившийся ни свет, ни заря в гостиную, хотя за окном еще не рассвело.

— Почему ты перебралась сюда? — поинтересовался он.

Эл поправила свои длинные волосы. Вид у нее был весьма привлекательный: футболка и короткие шорты. Гарри тоже был весьма хорош и Эл подумала, что они бы не плохо смотрелись вместе.

— М? — Гарри внимательно смотрел на Эл, а она так задумалась, что забыла какой вопрос он задал.

Улыбнувшись Эл, Гарри отошел к камину, что-то сказал и в следующий момент уже направлялся к дивану с двумя кружками кофе.

— Я спросил, — спокойно сказал Гарри, — почему ты спишь здесь.

Взяв кружку, Эл поняла, что рада утреннему кофе.

— Я думала только моей Эми удается добыть тут кофе, — закрыв глаза, с удовольствием вдыхая аромат кофе, Эл сделала глоток и откинула голову на спинку дивана.

— Не хочешь отвечать?

Обычно, Эл раздражали дотошные люди, исключением была лишь ее сестра. Эл открыла глаза и внимательно посмотрела на Гарри, интуитивно она ощущала его волнение. Она же наоборот, была спокойна и даже захотела немного его подразнить. И тут же задумалась, почему она не может так же спокойно при Малфое себя чувствовать? Эл пододвинулась ближе к Гарри, согнула ноги и убрала чашку на стол.

— Я все-таки был удивлен увидеть тебя тут.

— Ты из тех, кто всегда ждет ответа на свой вопрос, да?

Гарри молча пожал плечами.

— Просто кошмар приснился и мне захотелось посидеть тут. По всей видимости я уснула.

— У меня был период, когда мучили кошмары, — сказал Гарри и тоже убрал свою кружку.

— Просто сны? — почему-то спросила Эл.

— Они оказались вещими, — просто ответил он. — А тебе что снится?

Несмотря на то, что у Эл была хорошая фантазия, сейчас под его требовательным взглядом ей ничего в голову не приходило. Гарри смотрел внимательно, не отводя взгляд. У него были красивые, голубые глаза, но не такие, как у Малфоя. У того взгляд совсем другой... Глубоко вздохнув, Эл понимала, что даже сейчас ее мысли улетают совершенно в другую сторону и она знала, что Малфой не стал бы ждать от нее ответа, да и она сама бы не смогла молчать так долго.

— Гарри, поцелуй меня, — произнесла очень тихо Эл.

Гарри нежно прикоснулся рукой к ее щеке, заправил прядь волос за ухо и приблизился. Эл почувствовала его губы, слегка обветренные. Поцелуй начинался очень аккуратно, но распробовав губы Эл, Гарри стал немного настойчивее и Эл чувствовала, как ему хочется прижать ее к себе. Положив одну руку на талию Эл, он повел ей выше, но Эл резко подставила локоть и отстранилась от него.

— Прости, это машинально вышло, — скрестив свои пальцы рук, сказал Гарри.

— Поцелуй без продолжения, — сказала Эл скорее больше себе, чем ему.

Для чего нужна была эта просьба и этот поцелуй, Эл не понимала, но теперь была уверена, что если Гарри и нравится ей, то тело ее не отзывается на его прикосновения. Не дав себе снова уйти мыслями в сторону слизеринского блондина, Эл посмотрела в камин и встала, желая вернуться в спальню и остаться одной.

— Я не думал о поцелуе, на самом деле это ты меня загипнотизировала, — улыбаясь, мягко произнес Гарри.

— Я пойду в спальню, — отвечая на улыбку, сказала Эл.

Забавно, но точно так же она думала о Малфое. Он гипнотизировал ее, лишая ясного разума. Гарри все еще рассматривал Эл и вздернув чуть подбородок, она произнесла:

— И не проси, тебя с собой взять не могу, сам понимаешь, я там не одна.

С секунду замешкавшись, Гарри не сразу понял, что Эл шутит.

— Я вообще-то хотел сказать «увидимся позже».

Эл засмеялась и направилась к лестнице, ведущей в спальню девочек, по пути нарочно виляя бедрами.

— Ну и стерва же ты, — смеясь, крикнул Гарри.

Послав воздушный поцелуй, Эл думала, как хорошо так непринужденно и легко общаться с Гарри. На ступеньках из спален мальчиков появился лохматый Рон.

— Ты чего раздетая тут ходишь? Иди оденься, а, — зевая, произнес он.

— Ага, и тебе доброе утро!

Пробравшись на носочках в спальню, чтобы никого не разбудить, Эл присела на кровать к сестре.

— Эми! — шепотом позвала Эл. Эми повернулась на другой бок. — Э-э-м-и-и!

— Что?

— Ты спишь?

— Нет конечно! Лежу, притворяюсь!

— Правда?

Раздраженно вздохнув, Эми недовольно посмотрела на сестру и Эл в этот момент почему-то очень захотелось тоже поваляться в теплой постели.

— И куда ты улеглась? — спросила Эми, как только Эл укрылась одеялом до самых ушей.

— Спи, спи, — ответила Эл, — давай еще поваляемся немного.

— Ты серьезно? — Эми села на кровать и приподняла бровь.

— Ну если не хочешь, так там внизу Гарри с Роном, а я полежу чуточку. А потом расскажу тебе кое-что, — сказала Эл и отвернулась на другую сторону, закрывая глаза.

Эми говорила что-то еще, но Эл ее уже не слышала, она засыпала.

Следующим днем, когда пятеро друзей шли на урок, у всех было прекрасное настроение. Каждый от души шутил и смеялся. Гарри держался рядом с Эл, они несколько раз пересекались взглядом и по-заговорщицки улыбались, словно зная о чем-то секретном. Хотя, то что произошло прошедшим утром поистине можно было назвать секретом, ведь Эл даже своей сестре ничего не рассказала.

Остановившись у свободного окна, Рон тут же запрыгнул на подоконник. Эми с Гермионой встали по обе стороны от него, а вот Эл с Гарри остались стоять напротив и Гарри положил свою руку ей на плечо, по-дружески, разумеется.

— Я вам серьезно говорю! Сначала мне приснился огромный паук! — рассказывал Рон о своем сне. — Я сначала бежал от него, но! — он повернулся к Эми. — Я вспомнил, что какие-то паучишки не смогут меня так просто напугать. — Положив руку на грудь, Рон вальяжным тоном продолжил, уже повернувшись к Гермионе. — И поэтому я резко остановился. И представляете, паук стал уменьшаться! Вот из такого размера, — он развел широко руки в стороны, — до вот такусенького! И это что! Я сразу проснулся и что вы думаете? — Рон загадочно обвел всех глазами. — На моем одеяле сидит тот самый маленький паук!

— Ты хоть никого не разбудил своим криком? — смеясь, спросила Гермиона.

— Нет конечно, — обиженно произнес Рон, — все ребята крепко спят. Ну в смысле, я и не кричал! Дело в другом, не поняли, что ли?

— В чем? — хором спросили Эми с Эл.

— Паук был на моем одеяле, так? — растягивая слова, будто разговаривая с детьми, ответил Рон. — И пока он там сидел, я предвидел его во сне! Пред-ви-дел!

— Я думаю, тебе это срочно нужно рассказать профессору Трелони! — шутя предложила Гермиона. — Она напророчит тебе светлое будущее вместе с ней в кабинете!

— А может и вместо нее! — подхватил Гарри.

— Вы просто завидуете, что у меня открываются новые способности! — гордо произнес Рон.

— А старые уже закрылись?

Все покатывались от смеха, еле стоя на ногах. Продолжая передразнивать Рона и шутить над его новыми способностями, друзья уже начали привлекать к себе внимание подходивших учеников на урок. Но в один момент, Эл непроизвольно напрягла и выпрямила спину, почувствовав некий холодок, от которого захотелось поежиться.

— Этот сноб смотрит в нашу сторону не отрываясь, — вдруг злобно произнес Рон, изменившись моментально в лице.

Малфой. У Эл внутри все перевернулось. Как же она его спиной почувствовала... Будто поправляя свои волосы, Эл аккуратно отстранилась от Гарри. «Боже, Эл! — думала она. — Ну не выдавай саму себя! Это просто Малфой! Просто Малфой!»

— Рон, он смотрит, потому что ты смотришь на него, — негромко произнесла Эми.

— Ничего подобного! Я уже вижу, как этот слизняк подходит к нам, чтобы сказать очередную гадость!

— По-моему, ты увлекся своими видениями, — сказала Эл.

Не удержавшись, Эл повернулась все же в его сторону. Вокруг было много учеников, но он словно выделялся. Малфой стоял недалеко, спиной прислонившись к стене и держа руки в карманах. Рядом все также окружали его огромные дружки и вились девчонки.

Отчетливо видеть его лица Эл не могла, но прекрасно понимала, что смотрит он в ее сторону и, слегка улыбнувшись ему, она направилась в его сторону. Шаг, возможно и был уверенным, но вот внутри все дрожало. Казалось, Малфой сначала удивленно уставился на нее, но сообразив, что она идет к нему, пошел навстречу. Она хотела просто поблагодарить его за помощь на уроке Зельеварения. Просто поблагодарить и забыть.

Встретившись на середине между двух стоящих факультетов, Эл не удержалась и улыбнулась. Малфой же был сдержанней, но все же лицо его выражало некую мягкость.

— Ньюмен, я конечно уже давно понял, что ты чокнутая, но одной идти прямо в лапы к слизеринцам! — усмехнулся Малфой. — Должно же быть в тебе хоть немного инстинкта самосохранения! Хоть бы кого из дружков своих прихватила.

— На самом деле, — проигнорировав насмешку, произнесла Эл, — я просто хотела сказать спасибо. За помощь. На уроке у Снейпа.

— Надеюсь ты теперь не думаешь, что мы друзья? — ехидно спросил он.

— Друзьями нам не быть?

— Друзьями? Нет, — произнес Малфой не так заносчиво, как обычно и изогнул одну бровь.

И только Эл хотела ответить, как прозвенел колокол и все вокруг них направились в кабинет. Малфой в миг изменился, вздернул подбородок, а в глазах вместо блеска опять повеяло холодом. Эми, Рон, Гарри и Гермиона приближались к Эл с Малфоем и он, еще раз взглянув на нее, резко развернулся и ушел прочь.

Странным было то, что никто из друзей и словом не обмолвился по поводу странного поступка Эл. И скорее всего за это нужно было сказать спасибо ее сестре, которая наверняка привела массу доводов почему Эл так сделала и почему не нужно ее в этом упрекать.

После уроков все мысли Эл были заняты гордым блондином, ей хотелось вспоминать все до мелочей: взгляд, голос...

— Тебе не следует вот так просто подходить к нему и заводить непринужденные беседы! — прервал Рон, витающую в облаках Эл.

— А что собственно такого? Я просто поблагодарила его за помощь, — спокойно ответила Эл.

— Если ты считаешь, что это «помощь», — Рон демонстративно показал двумя пальцами кавычки, — то имей в виду, что это не спроста все. Слизеринцы не делают ничего просто так, у них на все своя выгода!

— Ой ну и какая же тут выгода для него?

— Поймать тебя на крючок! — многозначительно произнес Рон.

— Для чего, Рон?

По его виду было понятно, что ему было что ответить. Рон посмотрел на идущих впереди друзей, затем снова на Эл.

— Я тебя предупредил!

— Вот спасибо! — обиженно сказала Эл.

Все время, что друзья сидели в библиотеке, Рон ни разу не посмотрел на Эл, а ей очень хотелось поговорить еще, потому как чувствовался некий неприятный осадок. Ведь он ее друг, которому она многое доверяла, но непонятные чувства к его врагу раскрыть Эл не могла. Хотя, истинной причиной был скорее страх, что Рон сможет привести достаточно доводов и причин, почему не стоит связываться с Малфоем. А ей непременно хотелось с ним связываться и это единственное, что она знала точно.

После библиотеки, Гарри, Рон, Гермиона и Эл с Эми сидели уже в гостиной за столом и доделывали письменное задание.

— Эми, как думаешь, может ли Малфой мне нравится потому что он слишком недосягаем? — шепотом спросила Эл.

— Я не думаю, что он для тебя недосягаем судя по тому, как он смотрел на тебя сегодня, — так же тихо ответила Эми.

— Он правда смотрел как-то особенно? — встрепенулась Эл. — А я уж начала думать, что мне все это кажется.

— Правда.

— А видела, как Рону это не понравилось? — пожаловалась Эл.

— Вообще-то, им всем это не понравилось! И кстати, у компании Малфоя наверняка появились вопросы. Ты бы его больше так не подставляла... — Эми серьезно посмотрела на Эл. — Это наши лояльные, а вот его компания явно отличается от нас.

— Ты права, Эми, — согласилась Эл. — Это было глупо.

— Зато вы, наверное, стали ближе друг к другу, — улыбнулась Эми.

— Нет. Ты права во всем. И вообще, нужно выкинуть это все из головы!

— Если у тебя получится, то постарайся.

Эми видела, как нервничает ее сестра, как эти видения и напасть под названием «Малфой» кружили ей голову. И Эми старалась не спорить с ней, а помочь с ее вопросами, на которые она и сама не знала точного ответа.

Прогуливаясь как-то одним из вечеров по замку, Эми понимала насколько порой не хватает уединения с собственными мыслями и почему Эл иногда сбегает ото всех. Так хочется, чтобы иногда никто не мешал, не дергал, ни о чем не спрашивал. Просто побыть наедине с собой.

Идя по полупустым коридорам и вслушиваясь в разговоры картин, Эми отметила про себя, какими смешными могут быть проблемы у нарисованных персонажей. Вот, к примеру, Сэр в сорочке, сидящий за столом и помешивающий чашку с чаем, рассуждал, как не просто добираться до своего друга, который находился тремя этажами ниже. А один седовласый мужчина в окружении еще четверых таких же бубнил, что ему надоело проигрывать в покер.

Погрузившись так сильно в своим мысли, что, когда перед ней как из воздуха резко возник Блейз Забини, Эми испугалась и взорвала стену, оставив на ней черное пятно внушительных размеров.

— Что это? — за озирался по сторонам Блейз.

— Что ты тут делаешь? — спросила Эми, отвлекая Забини, ведь ему уж точно не стоит знать ее секретов. — Твоя гостиная в подземелье.

— Гулял, а ты почему бродишь одна в потемках?

— Гуляю, — улыбнулась Эми, — уже иду к себе.

— Хочешь, я провожу тебя? А тот тут странное что-то происходит.

Забини был на две головы выше Эми, очень красив, с наглым и откровенным взглядом без тени смущения или неловкости. Смуглая кожа и черные пронзительные глаза. Шрам на левой брови придавал его образу невероятную сексуальность и шарм.

— Я, пожалуй, откажусь, — Эми хоть и не чувствовала себя смущенной, взгляд все же отвела.

— Зря ты так. Может, тогда ты не откажешься пойти со мной на бал?

— Меня уже пригласили, — соврала Эми, ни секунды не колеблясь.

— Ну тогда погуляем, может? — Забини прикусил нижнюю губу и слегка наклонил голову. — Как-нибудь.

— Как-нибудь — может, — игриво улыбнувшись, Эми отвернулась, чтобы он не успел еще что-нибудь придумать и быстрым шагом пошла к лестнице, ведущей в башню гриффиндора.

— Приятных снов, — крикнул он.

Поднимаясь в гостиную, Эми думала, что скажут ее друзья, узнай они с кем она собралась гулять. «Это же слизеринец, ты что, как ты могла, он же со злым умыслом, Эми, ну как так!» — представила Эми себе возмущенного Рона.

Но с другой стороны, думала Эми, почему это она должна думать о том, что скажет Рон и при чем тут он вообще? Захочет и пойдет!

Пройдя в проем, Эми махнула рукой Гарри с Роном сидевшим за столом и что-то обсуждавшим. Эми заняла свободное кресло и стала наблюдать за огнем в камине, прокручивая в голове неожиданную встречу с Забини. Вообще, он практически всегда один и редкость, когда его встретить в шумной компании. Ей нравился этот флирт, он был легким и открытым. Его дерзкие взгляды и ухмылки привлекали Эми или, возможно, просто тешили ее самолюбие, учитывая насколько ей сложно с Роном.

— Девушка-загадка, слышишь нас? — послышался голос Рона, вырывая Эми из собственных размышлений.

— Ой, да-да, — Эми улыбнулась Рону и Гарри.

— О чем задумалась? — внимательно посмотрев на Эми, спросил Рон.

— Мелочи... Вы что-то спросили?

— Да, я спросил не показалось ли тебе, что твоя сестра немного странная, — повторил Гарри.

— Только сегодня? — пошутила Эми.

— Ну она в принципе необычная, — Гарри смущенно отвел взгляд.

— Да ну?

Складывалось ощущение, что Гарри что-то недоговаривает, хотя Эми сразу поняла, что Гарри имел в виду беседу Эл с Малфоем.

— На самом деле она поблагодарила Малфоя только и всего, — серьезно сказала Эми. — Не стоит на этом делать акцент. Мне кажется, Малфой совершенно не настроен вредить Эл. Если вас это так интересует, наверное, лучше об этом с ней поговорить, — последние слова Эми говорила именно Гарри.

И они оба прекрасно поняли, что если и говорить о чем-то, то лучше делать это наедине. Почему-то, именно с Гарри возникало понимание с полуслова, с полувзгляда. Он молча кивнул, затем поднялся с пола и, похлопав Эми по плечу и обменявшись рукопожатием с Роном, направился в мужскую спальню.

Опасаясь, что Рон может продолжить эту тему, а зная Рона так оно и будет, Эми поднялась с кресла и собиралась пойти наверх.

— Эми, давай все-таки поговорим, — сказал он.

— Говори, — вздохнула Эми и села обратно.

— Тебе стоит серьезно поговорить с Эл, повлиять на нее!

— Что сказать?

— Ну скажи ей, что водить дружбу с Малфоем у нее не получится, — слегка раздражаясь, сказал Рон.

— А почему ты в этом так уверен?

— Ну это же Малфой!

— И ты так хорошо его знаешь? Что если Эл знает его лучше?

— Не смеши меня!

— Рон, ты что, ревнуешь? — Эми прищурила глаза.

— Да при чем тут ревность? — Рон почесал макушку, взъерошив волосы и взглянул на Эми, как на дурочку. — Я сейчас говорю о самом мерзком, самом беспринципном, самом гадком человеке во всей этой школе!

— Не преувеличивай, — Эми махнула рукой.

— Я сейчас начну думать, что ты поддерживаешь их общение!

— Я поддерживаю Эл!

— Так и я тоже! — всплеснул руками Рон.

— Странно, а я вижу с твоей стороны не поддержку, а предвзятое отношение!

Рон резко замолчал, прикусив при этом нижнюю губу. Он поднялся с дивана и подошел ближе, молча нависая над Эми и все так же внимательно глядя на нее. Оперевшись руками на подлокотники так, чтобы Эми оказалась замкнута в кресле, Рон продолжал молча изучать ее лицо. Она подняла голову, отвечая взглядом и почувствовала его аромат, и если бы она могла хоть на секунду позволить себе раствориться в этой близости...

— Ты не всегда видишь все... — произнес хрипловатым голосом он.

От этой фразы и атмосферы, созданной полутемной комнатой и греющим камином, у Эми все сжалось внутри. Но в этот момент, казалось бы, в такой личный, в такой уединенный в гостиную спустилась Лаванда, достаточно громко давая о себе знать. Не удержавшись, Эми закатила глаза, не подумав, что Рон все еще смотрит на нее. Но он лишь улыбнулся и выпрямился. Эми приподнялась, приблизившись к Рону, который даже не потрудился отойти в сторону, чтобы пропустить ее.

Эми была ниже Рона на голову и если бы он сейчас опустил ее, то они могли соприкоснутся с ним и от этих мыслей голова Эми начала кружиться. Воспользовавшись тем, что Рон сейчас смотрел на Лаванду, Эми вглядывалась в каждый сантиметр: легкая небритость и множество веснушек, очень бледных, которых при первом взгляде даже не заметно. Стараясь не дышать, чтобы Рон не понял, насколько его запах дурманит рассудок и насколько сейчас ее собственные мысли сводят с ума, Эми сделала шаг в сторону и снова посмотрела на него.

— Спокойной ночи, — севшим голосом пожелала она.

Рон взял за руку Эми и слегка притянул к себе, не обращая внимания на все еще стоявшую Лаванду, которая переводила взгляд с одного на другого.

— Мы не договорили!

Если бы Рон хоть на минуту мог заглянуть в голову к Эми, то увидел в каком тумане сейчас находились ее мысли. Стоя вот так близко друг к другу, прикасаясь настолько неуловимо, Эми смотрела на Рона совершенно другими глазами. Словно сейчас перед ней не тот стеснительный Рон, что смущался и переводил в шутку любой разговор. Серьезный, со строгим, но одновременно мягким взглядом, решительный Рон...

— Договорили, — ответила Эми, для которой все это уже становилось пыткой. — Я поняла тебя. И надеюсь, ты понял меня.

Стараясь больше не смотреть на него, и понимая, что прозвучало это куда грубее, чем ожидалось, Эми стала подниматься в спальню. Рон что-то сказал, но Эми не услышала, краем глаз заметив, как Лаванда подбежала к нему, как показалось Эми, даже что-то прошипела.

Переодевшись в пижаму и проходя мимо постели Эл, Эми остановилась. Ей показалось, что Эл хотела что-то сказать, но подойдя ближе, Эми увидела, как ее сестру всю трясет.

— Эл! Эл! — но Эл не реагировала и Эми аккуратно потрясла ее за плечи. — Эл, проснись!

— Пусти! Пусти! — мягко удерживая вырывающую сестру, Эми испуганно ее разглядывала.

Эл невнятно бормотала что-то еще, затем резко замолчала.

— Эми? — спросила она.

— Все хорошо, все хорошо.

Прильнув к плечу Эми, Эл вновь засыпала, словно до этого ничего не происходило и не снились кошмары. Посидев еще немного вот так, обнимая сестру, Эми осторожно переложила ее на подушку, укрыла одеялом, а сама отсела к окну все равно держа ее в поле зрения. Ощущая внутренние волнения, будто волнами, Эми долго не могла уснуть. Слишком много всего. Много разных мыслей, секретов, переживаний. И тревожное состояние, будто скоро должно что-то произойти...

Утром обе сестры Ньюмен чувствовали себя одинаково разбито.

— Знаешь, я тут подумала, а ведь мы ни разу не пропускали уроки, — задумчиво сказала Эл, натягивая лениво на себя школьный свитер.

— Знаешь, я тут подумала, твои такие предложения могут меня рассмешить, — ответила Эми, проверяя сумку сестры и запихивая туда недостающие учебники.

— Ты бы меня порадовала, если бы согласилась, — Эл плюхнулась на свою кровать так и не надев до конца свитер.

Взглянув на сестру с улыбкой, Эми понимала, что им опять придется ждать ее дольше всех.

На уроке зельеварения Снейп был в самом худшем настроении, отчего становилось еще сквернее на душе. К общему разочарованию к Эми на уроке подсел Рон и постоянно заглядывал через плечо в ее конспекты, отчего Эми никак не могла сосредоточиться и все время сбивалась. Ее раздражало, что для него это ничего не значило, хотя она прекрасно понимала, что он то в этом не виноват.

— Эми? — шепотом позвал Рон.

— М?

— Ты какая-то напряженная.

Эми взглянула на Рона и вернула свой взгляд на Снейпа, пытаясь вникнуть в его слова.

— Ты вчера сразу уснула? — не унимался Рон.

— Моментально, — раздраженно ответила Эми.

— А вот я нет. Как ты ушла я тоже сразу поднялся к себе, но уснуть не смог.

Тот факт, что Рон не оставался наедине с Лавандой бесспорно порадовал Эми, но отчего-то грусть все же сидела внутри.

— Ну так вернулся бы в гостиную, — ответила Эми, пытаясь все еще слушать профессора.

— Ты знаешь... — Рон сделал небольшую паузу, словно решаясь, а потом продолжил более тихим голосом: — Вообще-то...

— Мистер Уизли, встаньте!

Эми вздрогнула от резкого и грозного тона Снейпа. Рон вальяжно встал со своего стула и недовольно посмотрел на профессора.

— Мы не мешаем вам обсуждать ваши важные дела? — ровным, но таким ядовитым голосом спросил Снейп.

— В общем-то, нет, — непринужденно пожал плечами Рон и стало понятно, что Снейп сейчас взбесится.

— В таком случае, мистер Уизли, возможно вы и нам расскажете, что у вас такого важного и неотложного, раз вы решили нарушить тишину в классе, обратившись к Ньюмен?

— Боюсь, это личное, сэр!

— Тогда выйдите из класса! Пятьдесят очков потеряла Ньюмен младшая и вы потеряете столько же если я услышу от вас еще хоть слово! — прошипел Снейп.

Злясь, Рон нервно скидывал свои принадлежности в сумку и было очевидно, как ему сложно сейчас молчать.

— Простите профессор, но Рон разговаривал по моей вине, — обратилась Эми к Снейпу, в каком-то неожиданном порыве.

— Тогда, возможно, ВЫ сможете поведать всему классу, о чем шла речь?

Эми моментально налилась краской, и не глядя на профессора ответила:

— Увидев, что Рон записал неправильно, я его поправила, потому что на экзамене обязательно будет эта тема, — соврала Эми, отчего ей стало еще неуютней.

— Оценка на экзамене, — обратился Снейп ко всему классу, — напрямую зависит от правильности ваших конспектов. И не будь Уизли таким болваном, то ваш факультет, — Снейп ястребом взглянул на парту Эми и Рона, — не потерял бы по 10 очков с каждого! Садитесь!

Все оставшееся время Эми ловила на себе взгляды учеников, как и своих однокурсников, так и слизеринцев, которые то и дело передразнивали Снейпа, называя Рона «болваном». И когда Рон в очередной раз склонился к Эми, чтобы что-то сказать, она его тут же пресекла:

— Нет, Рон! Потерпи до конца урока, я не хочу, чтобы тебя выгнали! Снейп и так следит за нами.

После урока с какой-то пустотой внутри Эми шла следом за своими друзьями, которые бурно что-то обсуждали и громко смеялись. Неожиданно для самой Эми, Рон настойчиво отвел ее в сторону.

— Эми, ты поговорила с Эл? — спросил он.

— Когда? Нет, конечно!

— Я просто вижу, как Эл меняется, когда видит его! — склонившись к Эми, прошептал Рон.

— Тебе кажется, — встав на носочки и прошептав в ответ, она была слегка удивлена такой внимательности Рона.

На самом деле, Эми и сама не раз подмечала странную перемену ее сестры, когда Малфой находился неподалеку. Рон как-то неестественно напрягся, толи от того, что Эми прошептала это ему прямо в ухо, толи от отрицания очевидного, но он явно изменился в лице. Непременно, Эми очень хотелось посекретничать с Роном, обсудить что-то тайное, что могли бы знать только они и это бы сблизило их. Но... Этот секрет принадлежал не ей, да и Эми была вынуждена признать, что с Роном-то они не такие уж и друзья.

— На уроке я хотел тебе кое-что сказать, — сменив тему, Рон шел рядом и разглядывал стены.

— Что?

— Вчера я не смог уснуть, потому что...

— Привет Эми!

Почувствовав на своих плечах руку Оливера, Эми приветливо улыбнулась и проводила взглядом молчаливое рукопожатие Оливера и Рона. Дальше пара дежурных фраз и Оливер подошел поздороваться с Гарри и девочками.

— Что? — нетерпеливо переспросила Эми у Рона. — Что ты хотел сказать?

— Ты знаешь, это неважно, — немного повысив голос, ответил Рон.

— Как это неважно? — удивилась Эми.

— Да вот так! — раздраженно сказал Рон и отдалился на пару шагов.

— Рон!

Но Рон лишь демонстративно отвернулся.

— Но это же глупо! — крикнула в спину Эми, но Рон уже удалялся вперед.

— Что у вас происходит? — к Эми подошла Эл и взяла под руку.

— Этот идиот меня сведет с ума! Я его не понимаю! — вспылила Эми.

— Не советую я тебе принимать все так близко к сердцу, — Эл махнула рукой. — Это же Рон! Вспомнил, наверное, что не поел с утра, вот и психует.

* * *

Утопая в повседневном штудировании учебников, копаясь в старых библиотечных книжках и исписывая тонны пергамента, по мере приближения Рождества, ученики начинали оживать. Как оживал и Замок, который украшался к самому долгожданному празднику. Разговоры про бал возобновились и в воздухе витал дух романтизма, с каким студенты приглашали друг друга.

На одном из двоенных уроках с Пуффендуем, один из самых красивых учеников Седрик Диггори прислал записку Эл, в которой предложил стать его спутницей в рождественскую ночь. Взглянув на Гарри, который, прикрывшись учебником играл с Роном в какую-то игру, она повернулась к Эми.

— Думаешь, стоит согласиться? — поинтересовалась она.

— Тебя что-то останавливает?

— Ну меня еще не пригласил Гарри.

— Можешь отказать Седрику и ждать приглашения от Гарри, — ответила Эми, тоже покосившись в сторону мальчиков, — а можешь и пойти с Седриком, который весьма хорош, между прочим.

— Думаешь?

Посмеявшись, Эми похлопала сестру по плечу и вернулась к конспекту.

— Ну Эми! — заныла Эл. — Скажи мне!

— Как я могу принять это решение за тебя? — удивилась Эми. — Решай сама.

— Вот спасибо! — обиделась Эл. — И решу сама!

Вечером, когда Эми в очередной раз потянула сестру прогуляться по Замку, так как безумно восторгалась всей рождественской красотой, сестры брели по полупустым коридорам.

— Что ты ответила? — спросила Эми.

— Кому?

— Седрику.

— А-а-а, — протянула Эл. — Я согласилась.

— Я думаю, что ты не пожалеешь, что пошла с ним. Вы хорошо смотритесь вместе, — честно призналась Эми.

— А ты с кем идешь? — поинтересовалась Эл.

— Ты ведь знаешь, что ни с кем!

— Пригласи Рона.

— Вот еще! — Эми взмахнула волосами, как делала это Эл. — Кто тебе достался для подарка на Рождество?

— Я не скажу, это же секрет! — Эл развела руками.

— Если не я, то можешь сказать.

— Гарри, — широко улыбнулась Эл.

— А ты придумала, что будешь дарить?

— Не-а, — задумчиво ответила Эл.

— Две недели осталось, Эл! — укоризненно сказала Эми.

— Еще две недели!

— Ты можешь подарить ему что-то связанное с квиддичем, — предложила Эми.

— Мм... Что? Метлу?

Эми расхохоталась, закрывая свое лицо руками.

— Он говорил, что мечтает заполучить редкое издание про историю квиддича, почему бы тебе не подарить именно его?

— А где я его достану-то? — искренне удивилась Эл.

— В магазине «Все для квиддича», разумеется, — невозмутимо сказала Эми.

— Ну и где же этот магазин? — передразнила Эл сестру.

— В Косой Аллее, Эл! — сердито ответила Эми.

— Так, так, так, — манерно растягивая слова произнес Малфой. — Какая редкость, Сестры Ньюмен без золотого трио!

Чувствуя, как все сжимается в груди, Эл посмотрела в серые глаза блондина, который смотрел прямо на нее, игнорируя присутствие второй сестры.

— Какая редкость, Малфой и без охраны! — сказала Эл, скрывая свою дрожь в теле.

Сжав руку Эл, Эми как бы отстранилась, отойдя на небольшое расстояние и оставляя этих двоих одних.

— Твоя сестричка что, боится меня?

— Что, обязательно быть таким мерзким, Малфой? — Эл вздернула подбородок.

— Каким ты хочешь, чтобы я был? — шагнув вперед и сощурив глаза, тихо спросил Малфой.

Встав в какой-то ступор, Эл почувствовала, как заметно напряглась.

— Подумай, Ньюмен, может, я исполню твое желание, — совсем тихо сказал Малфой, приблизившись почти вплотную.

Когда гордой походкой с высокоподнятым подбородком, Малфой удалился, не удостоив Эми даже мимолетного взгляда, она подошла к сестре.

— Ты знаешь, — каким-то неестественно бодрым голосом сказала Эми, — дружбы у вас действительно не выйдет!

— Что?

Но Эми не ответила, развернувшись в обратную сторону. Она шла и что-то бормотала сама себе, на счет того, что все оказывается куда серьезней, чем она думала. А Эл никак не могла прийти в себя. Он словно играет с ней, дразнит, издевается. А что, думала Эл, если Рон прав и у Малфоя своя выгода?! Возможно, действительно стоит перестать с ним связываться и игнорировать, пока все не зашло слишком далеко. Пока она может хоть как-то позволить себе держать себя в руках.

В гостиной было пусто, не считая нескольких первогодок и девочек со старших курсов. Ни Гарри, ни Гермионы, ни Рона не оказалось на своих привычных местах.

— Мне это уже начинает надоедать, — мрачно сказала Эми, садясь в свое кресло.

— Что именно? Малфой? И мне вот что-то уже тоже!

— Да не Малфой, а наши друзья.

— Не понимаю.

— Они явно что-то скрывают от нас!

— С чего ты взяла?

— Сама подумай, они вечно где-то пропадают, шушукаются, переглядываются, а когда мы подходим, то сразу же замолкают! — Эми стукнула кулаком по креслу.

— Я не думаю, что в этом что-то есть, — Эл пожала плечами. — У нас с тобой ведь тоже есть секреты.

— Эл, наш с тобой секрет слишком секретный, о котором даже догадаться невозможно! А вот они даже не пытаются скрыть, что что-то скрывают, — сказала Эми и засмеялась.

— Дурочка ты, — посмеиваясь сказала Эл и подошла к креслу.

Как только рука Эл коснулась бархатной поверхности, она вздрогнула. Водоворот видения утянул Эл, забросив ее в Запретный Лес. Кругом тишина и непроглядная темнота. Увидев впереди слабый свет, Эл двинулась на него. Послышался крик, и он принадлежал Гермионе. Совсем близко, еще чуть-чуть и Эл дойдет. Крики все отчетливей доносились до Эл и она, прибавляя с каждым вздохом шаг, спешила к ним. Свет маячил совсем неподалеку, то загораясь совсем ярко, то исчезая насовсем. Отодвигая ветки, которые то и дело норовили полоснуть Эл по лицу, она шла на звуки. И вот, мелькавшие силуэты стали различимы и отодвинув перед собой последнюю густую ветвь, Эл увидела картину, от которой ей стало плохо: лежащий на снегу Рон, с окровавленной рукой и гримасой боли; Гарри, беспрерывно выкрикивающий заклинания и Гермиона, метавшаяся из стороны в сторону. Но они не одни! Чуть дальше, в ночном мраке, стоял кто-то еще. У Эл сжалось сердце — обычного вида колдун, выглянув всего на полсекунды на свет, падающий от очередного выстрела заклинания, он завел руку назад, на которой тут же образовался огненный шар. Миг и Гарри отталкивает Гермиону в сторону, уберегая от огненного шара, который пролетел совсем рядом и рассыпался искрами, ударившись о дерево.

Немного придя в себя, Эл открыла глаза и увидела перед собой встревоженную сестру. Прокручивая в голове, все что увидела, Эл думала, что это все могло означать. Что она видела? Прошлое или будущее? И кто это был!

— Эми! — опомнилась Эл, наконец понимая смысл ее видения. — На них напали! В лесу!

Не давая опомнится сестре, Эл схватила ее за руку и побежала к выходу из гостиной.

— Что происходит? — испуганный голос Эми.

— Некогда, — на бегу крикнула Эл. — Потом.

Чувствуя, как в виске яростно стучат крики своих друзей, Эл бросилась бежать. Сотни лестниц и множество пролетов и вот, сестры выбежали из Замка.

— Да объясни же мне! — крикнула Эми, еле поспевая за сестрой.

— Они в беде, понимаешь? В беде! — запыхавшись, ответила Эл.

Казалось, бежать до Леса целую вечность, но Эл ни на секунду не позволяла себе затормозить. И вот, оказавшись в самой чаще, Эл остановилась, переводя дыхание. Эми зажгла свет на своей палочке и стала вертеться на месте, совершенно не понимая, что они тут делают и что происходит.

— Ты слышишь что-нибудь? — прерывисто спросила Эл.

— Нет! Да я и не знаю даже, что должна услышать!

И как только слова слетели с губ Эми, они совершенно четко услышали донесшийся до них крик. Узнав его, Эл сорвалась с места. Эми кинулась за ней, начиная чувствовать страх и предвкушение чего-то самого страшного. Толстые стволы деревьев и густые ветви не могли задержать сестер, они приближались, и приближались звуки, становившиеся все отчетливей.

Пробираясь вглубь, Эл узнала последнюю преграду, отделяющую ее с сестрой от их друзей, которые находились в опасности. Метание огня и выстрелы заклинаний, крики и странный смех. Отодвинув ветку, Эми и Эл успели. Успели увидеть, как насмерть перепуганная Гермиона закрывает лицо руками, а Гарри отпихивает ее в сторону, предотвращая смертельную встречу огненного шара с ней. Выбежав вперед, Эми одной рукой заставляет колдуна, замахнувшегося новой порцией странного проклятья, застыть на месте.

— Что??? Что, черт побери, здесь происходит???? — закричала Эми, показывая дрожащим пальцем на колдуна.

Никто не говорил ни слова, Гарри обнимал трясущуюся Гермиону, которая успела уже подняться с земли, а Рон... Эми только что обратила внимание на него и на снег, который покрылся бордовым оттенком, так отчетливо выделяющегося в свете огня палочки.

— Рон! — взвизгнула она и бросилась к нему. — Да объясните мне уже!!!

Но молчал и Рон, который с широко раскрытым ртом переводил свой шокированный взгляд от одной сестры к другой. И Эл прекрасно понимала, почему. Ведь Эми только что раскрыла их секрет. Тайну, которую они скрывали. Эми применила чары.

Вздохнув несколько раз, Эл подошла к потрясенным Гермионе и Гарри, оглядывая все ли с ними в порядке, но тут колдун, про которого уже все успели забыть, обрел способность двигаться и огненный шар пролетел в нескольких дюймах от их голов. Вскрикнув от неожиданности, Эл интуитивно прикрыла Гермиону с Гарри собой, встав впереди и приготовившись сделать что-то.

— Кто это такой? — вскинув свою волшебную палочку и становясь рядом с сестрой, спросила Эми.

— Это демон! Настоящий демон! — охрипшим голосом ответил Гарри.

Демон? Обменявшись взглядами, сестры сжали свои волшебные палочки со всей силы.

— И что нам делать? Какое существует заклинание против демонов? — спросила Эми, понимая насколько глупо и абсурдно звучит ее вопрос.

Колдун метнул еще один огненный шар и сестрам пришлось отпрыгнуть в разные стороны, чтобы шар пролетел мимо.

— Против демонов не существует заклинаний! Волшебная палочка против них бессильна! — крикнула Гермиона.

Эми и Эл, смотря друг на друга отчетливо понимали, что имеет в виду Гермиона, и что единственным спасением для них являются их же силы.

— И что нам теперь делать? — прошипела Эл. — Что мой идиотский дар может в такой ситуации?

— Успокойся! Давай отправим их в Замок за Дамблдором! — ответила так же тихо Эми.

— Может хватит шептаться? — прорычал Рон. — Мы все и так прекрасно слышим!

— Мы никуда не пойдем, — вставил Гарри, присоединяясь к сестрам. — Мы вас не оставим!

В этот момент еще одна неудавшаяся попытка демона и шар летит мимо.

— ДОСТАЛ! — заорала в панике Эми и заставила застыть его еще раз.

Это был тот момент, когда Эми и Эл должны были смело выйти на середину и произвести на всех впечатление, показать свои силы и одолев демона, гордо спасти всех. Но ситуация выходила из-под контроля, и ни Эл, ни Эми не знали, что им делать, ведь это первый, да и вообще единственный демон, с которым они столкнулись!

В какой-то момент, когда Эл смотрела в глаза Эми, она почувствовала внутри себя необъяснимое тепло. Тепло, исходившее из самого сердца, призывая поддаться ему, выпустить. Почти не понимая, что делает, Эл развернулась всем корпусом к демону и стала поднимать руки. Вместе с руками, с земли поднимался снег, превращаясь в ослепительно-блестящие осколки льда. Поддаваясь собственному телу, Эл прижала руки к груди, как если бы кого-то крепко-крепко обнимала и резким движением вытолкнула вперед. Сотни осколков мгновенно полетели по направлению руки, пронзая насквозь демона, который от сильнейшего удара повалился на землю.

— Это что? — ошарашенно спросила Эл. — Новая сила что ли?

К слову, Эл всегда мечтала иметь активный дар, ссылаясь, что видеть будущее — это совершенно бесполезно и неинтересно. А вот если бы она могла что-то взрывать или летать, то это было бы другое дело. Но она никогда до конца не осознавала, каким необыкновенным и по-настоящему важным даром наделена. Ведь благодаря именно ее дару предвидения, каких-то полгода назад, она изменила свою судьбу и судьбу своей сестры.

— Вот это дааа!! — восторженно произнесла Эми, не замечая ни открытые рты Гермионы с Гарри, ни полуобморочного состояния Рона и уж тем более демона, который уже поднимался на ноги с не менее удивленным видом.

— ОН ВСТАЛ! ОН ВСТАЛ! — заорал Рон.

И пока Эми оборачивалась к Рону, демонский огненный шар попал ей прямо в плечо. От удара, упав навзничь, Эми машинально схватилась за то место, где по логике должна быть прожженная дыра.

— Эми! — крикнула Эл, одновременно пытаясь провернуть все тоже самое, что делала до этого.

Вспышка гнева и боли вызвали в Эми колоссальное желание разорвать этого демона голыми руками, но вместо этого, поднявшись на ноги, она одним молниеносным движением кулака (подняв его высоко над головой) заставляет небеса развергнуться, и присев на колено и ударив кулаком о землю мощный разряд поражает демона, оставляя под его ногами черные следы.

Оскалившись, словно только этого и ждал, демон исчез, оставив после себя небольшой дымок и растаявший снег.

— Вы кто такие? — прохрипел Рон, который по всей видимости от потрясения смог подняться на ноги.

— Не понимаю, о чем ты, — отмахнулась Эл, не желавшая сейчас объяснять друзьям все, что произошло.

Эми хотела подойти к Рону, чтобы осмотреть рану на руке, которую он получил от огненного шара, но Рон отшагнул в сторону, встав рядом с Гермионой и Гарри. В воздухе накапливалось напряжение, в котором каждый смотрел друг на друга. Конечно, в глазах Гарри, Рона и Гермионы Эл и Эми выглядели сейчас чужими и по меньшей мере странными, скрывающие такое!

Пока все переглядывались, Гермиона, взяв в свою руку — руку Рона, попыталась заклинанием излечить рану, но у нее так ничего и не вышло.

— Ну хватит ребят, пойдемте в Замок, — опомнилась Эми, взяв себя в руки. — Там и обсудим все.

— Да...да, ты права, идемте! — поддержал Гарри. — Рон, ты как?

Недоверчиво разглядывая сестер, Рон не сдвинулся с места и этот взгляд затмил все последние события для Эми.

— Рон! — подергала его за рукав Гермиона.

Идя позади друзей, Эми и Эл молчали. И судя по тому, как Гарри подталкивал Рона локтем, Рон все еще сопротивлялся.

— И вы думаете они нам сейчас правду скажут? — демонстративно громко произнес Рон.

Гермиона «зашикала» на него, а Гарри, обернувшись, смущенно улыбнулся.

— Думаешь Рон больше не захочет с нами общаться? — шёпотом спросила Эми.

— Думаю, что Рон ведет себя в очередной раз, как болван! — в сердцах сказала Эл. — Эми, скажи мне лучше, что у нас с тобой за силы такие появились? Откуда они?

— Не знаю, — ответила Эми, не сводя своего взгляда со спины Рона. — Вообще-то я думаю, что у меня ничего и не появлялось. А вот у тебя — да! То, что мы приняли в прошлый раз за умение взрывать оказалось вот этим.

Эл прекрасно понимала, почему Эми так переживает, ведь они и так были не особо близки с Роном, а сейчас он отдалился окончательно. Но больше ее волновали их новые силы и с кем они только что столкнулись.

Добравшись до своей гостиной, при свете теплого огня факелов и согревающего камина, тело начинало гудеть и на смену адреналину пришло чувство осознания. Настоящего осознания произошедшего.

Гарри с Гермионой сели на диван, Рон остался стоять, периодически морщась от боли, а Эми и Эл сели прямо на пол.

— Рон, тебе нужно к мадам Помфри, — обеспокоенно сказала Эми, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Переживу! — огрызнулся он и Эми совсем смутилась.

— Пока Рон приходит в себя, думаю, нам стоит объясниться, — сказала Эл, строго взглянув на Рона, поведение которого ее раздражало.

— О боже! — воскликнула Гермиона, вскакивая на ноги. — Эми! Твое плечо!

И все посмотрели на Эми, а затем на ее плечо, куда попал огненный шар демона. Мантия и школьная форма были прожжены на сквозь, а вот оголенный участок плеча был цел, хоть и был грязным. Эми приложила руку к тому месту и растерянно посмотрела на сестру, словно она могла объяснить это.

— Я не знаю, почему мне не навредило это, — призналась Эми и виновато посмотрела на Рона.

— Так что, кто вы такие на самом деле? — брезгливо скривившись, спросил Рон.

— Так! — Эл тоже поднялась на ноги. — Может быть хватит уже? Ты смотришь на нас, как на каких-то... каких-то..., да я даже не знаю, как на кого ты смотришь! Прекращай! Мы все те же Эл, — Эл рукой показала на себя, а затем на Эми, — и Эми! Да, я согласна, что выглядит это все странно и у вас появилась масса вопросов, но все же, это не повод вести себя, как идиот!

— Уж знаете ли, что...

— Заткнись, Рон — резко оборвал его Гарри. — Эл права, ведешь ты себя, как идиот!

Пара человек повернулись в сторону друзей и Рону ничего не оставалось, как тоже сесть на диван, но он принципиально не смотрел в сторону сестер.

— Итак, — начал Гарри, — вопросов действительно много.

Эми с Эл переглянулись и решили, что скрывать что-либо больше нет никакого смысла и поочередно рассказали все. С самого начала. Они рассказали про своих родителей, которых не знали, о катастрофе, в которой они погибли, но при очень загадочных обстоятельствах. Про тетушек, которые воспитывали их и как после их смерти они обнаружили в себе дар предвидения и дар останавливать время. А скрыли они это, по абсолютно простой причине — опасаясь реакции.

Ребята слушали очень внимательно, включая Рона, который уже и забыл, что сердился. Гермиона иногда «охала», а Эми улыбалась ей. Иногда Рон прикрывал глаза, мужественно терпя боль, и Эми всеми силами заставляла себя сидеть неподвижно. Сестры признались, что и не подозревали в себе настолько могущественных сил, и для них это было таким же потрясением, как и для ребят.

— Почему заклинания не действуют на демонов? — после непродолжительной паузы, спросила Эми.

— Потому что он демон, — сказала Гермиона. — Волшебные палочки для них обычные палки.

— Это так странно, — задумчиво произнесла Эми, потирая плечо.

— Болит? — вдруг спросил Рон и Эми от неожиданности покрылась румянцем.

— Нет, а вот тебе стоит все же сходить в больничное крыло!

— Да, — согласился Гарри, — вдруг ты заразишься и станешь демоном?

Эл громко засмеялась, а Рон испуганно взглянул на свою руку, по всей видимости, всерьез думая над словами Гарри.

— Знаете, ребят, что странно... — тихонько сказала Гермиона и всем пришлось к ней склониться, чтобы услышать. — А ведь с демонами могут сражаться только ведьмы...

— Глупости, — возразила Эми.

— Почему глупости? — удивилась Гермиона. — Сама подумай, в чем самое главное отличие ведьм от волшебника? Ведьмы могут колдовать без помощи волшебных палочек.

— Не думаешь ли ты, что мы ведьмы? — спросила Эми строгим голосом.

— Я не знаю, что думать, — призналась Гермиона. — Разве вы не продемонстрировали нам сегодня это?

— Вот мне еще ярлыков не хватало! — вспылила Эми. — Рон и так считает нас монстрами! А тут ты еще со своими догадками!

— Эми... — одернула Эл сестру.

— Ну а что? Никакие мы не ведьмы! Волшебная палочка — видишь? — Эми повертела своей палочкой. — А насколько мне известно, ведьмы так же не умеют ими пользоваться.

— Может, вы какие-нибудь уникальные ведьмы? — вступил в разговор Рон. — Можете и так, и так.

Эми бросила на него гневный взгляд и повернулась к Гермионе, словно она в чем-то виновата.

— А что вы делали ночью в Запретном Лесу?

Ребята переглянулись, явно не собираясь рассказывать о своих приключениях.

— Хватит секретов, — сказала Эл. — Они чуть не стоили вам ваших жизней! Мы перед вами открыты и теперь вы знаете все. Ваша очередь.

— Справедливо, — кивнул Гарри. — Мы не должны были знать об этом, но Хагрид абсолютно не умеет скрывать что-либо от нас. И однажды он просто проговорился, что в Школе происходят странные события. Кто-то убивает магических существ. Хагрид наткнулся на мертвого паука со срезанными клешнями, а совсем недавно нашел мертвого единорога.

— И Снейп не знает для какого зелья могли понадобиться такие ингредиенты, — сказала Гермиона. — Это очень странно, чтобы кому-то понадобилось лишать жизни невинных животных.

— О боже! — теперь воскликнула Эл. — Я же это видела, ну помните? Тогда, в пабе, когда прикоснулась к Гарри! У меня было видение, об убитых существах и Снейпе, который ничего не знает!

— Ну и мы сегодня решили выбраться из Школы, чтобы самим посмотреть, что там происходит на самом деле! — сказал Гарри.

— Ага, и как обычно вляпались в неприятности, — иронично добавил Рон.

— А вы что делали в Лесу? — спросила Гермиона.

— Вас спасали! — гордо произнесла Эл. — У меня опять-таки было видение.

— Слушай, — загадочно протянул Рон, — твои видения хорошая штука ведь. И в Школу вы попали благодаря им, и нас спасли. А ответы на экзаменах ты увидеть сможешь?

Эл с минуту сдерживала себя, чтобы не засмеяться, а потом деловым тоном сказала:

— Ой, поглядите-ка, кто решил с нами заговорить!

— Я, между прочим, — таким же деловым тоном ответил Рон, — был крайне оскорблен вашим секретом, что вы могли умолчать о ТАКОМ!

— Как и вы умолчали о событиях и одни поперлись в лес! — парировала Эл.

— Это еще пол беды, — вклинился Гарри. — На самом деле, самое страшное, что из Азкабана сбежал узник.

— Из откуда? — переспросила Эл, которая естественно не поняла ни слова.

— Из Азкабана — это магическая тюрьма, — пояснила Эми, читавшая о ней в книжке Гермионы.

— И Дамблдор считает, что тот собирает армию. — продолжил Гарри. — Тот, кто был Пожирателем Смерти, тот, кто служил Волдеморту. Люциус Малфой.

Эл вздрогнула от упоминания знакомой фамилии, а Эми поглотила порыв взглянуть на Эл.

— Это отец нашего слизняка! — вставил Рон, глядя прямо на Эл. — Вот именно поэтому я прошу тебя не связываться с Малфоем. С сыном пожирателя!

— Сын не обязательно такой же, как отец, — сказала Эми.

— Не начинай, я тебя умоляю, — махнул Рон рукой и скорчился от боли.

— Рон, ну правда, иди в больничное крыло! Хочешь, я провожу тебя? — встревоженно сказала Эми.

— Ну-у, я не маленький, — замялся Рон, но так и не ответил на вопрос.

— Как думаете, — загадочно спросила Гермиона, — нападения, Малфой, ваши силы — все связано?

И только Эми хотела ответить, что не нужно теперь их приписывать к странным событиям, как это сделала за нее Эл:

— Ну наши то силы тут при чем? Мы просто в магическом месте, и наши силы здесь возросли, вот и все. А то, что там Малфой замышляет к нам никакого отношения не имеет.

— Я не это имела ввиду, девочки, — скованно произнесла Гермиона.

Поднявшись с дивана и все же решив, что помощь мадам Помфри не помешает, Рон подошел к проему.

— Эми, ты идешь? — позвал он.

Смущаясь и все время поправляя одежду, Эми догнала его, и они вышли в проем. Какое-то время, Рон и Эми шли молча, но потом она решилась задать вопрос, так ее мучавший:

— Ты все еще считаешь нас монстрами?

— Я не считал вас такими, — спокойно ответил он. — Я правда разозлился, что вы скрыли это от меня. Почему ты ничего мне не рассказала?

Эми немного растерялась от такого вопроса.

— Я? — искренне удивилась она. — Но ведь это с Эл вы большие друзья, почему ты такое спрашиваешь у меня?

— Я думал, что мы... — Рон закашлял и снова сморщился.

— Больно?

— Не очень, — соврал Рон, по лицу которого было и так все понятно.

— Что ты говорил? — переспросила Эми.

— Что вы не монстры и все в порядке. И это очень здорово, что у вас такие силы!

У мадам Помфри пришлось врать, что Рон тренировался с заклинанием Инсендио и очень неудачно. Но, к сожалению, мадам Помфри не смогла до конца излечить руку Рона, затянув основную часть пораженной кожи. А потому наверняка не поверила ребятам, что это всего лишь обычное заклинание. И Эми сделала вывод, что скорее всего это из-за демона, чья магия отличается от магии волшебников.

Глава 9. Вынужденная мера.


«...Человек сам

выбирает свой путь,

не вешай ярлыков,

не разобравшись в сути...»

Эмили Ньюмен



Те жалкие часы, что оставались на сон, Эми с Эл провели у себя в спальне, сидя у окна и долго рассуждая обо всем, что произошло на кануне. Эл не могла избавиться от ощущения, что ее обманули, думая об отце Малфоя и какая на самом деле у него гадкая семья. Но Эми на это сказала только одну фразу: «Помни, человек сам выбирает свой путь, не вешай ярлыков, не разобравшись в сути». И больше они об этом не говорили.

Спустившись утром вниз, сестры удивились, увидев там Гарри и Рона, дремавших на диване. Гермиона, которой хоть и удалось поспать немного, выглядела нисколько не лучше сестер.

— Я тут подумала, — сказала первым делом Гермиона, когда спустилась в низ, — нужно все рассказать Дамблдору.

— Для чего? — разозлился ни с того ни с сего Гарри. — Он не соизволил поставить нас в известность.

— А должен был? — Гермиона тоже была на взводе. — Это не нашего ума дело, но мы как обычно влезли, и наша теперь обязанность — обо всем рассказать!

Гарри пожал плечами и вновь упал на диван, а Гермиона, подойдя к нему уже более мягким тоном добавила:

— За эти годы я поняла лишь одно — от Дамблдора ничего не получится скрыть, и чем раньше мы к нему придем, тем быстрее во всем разберутся. Тем более, что на территории школы просто так бродят демоны!

Общим решением было принято сначала сходить на завтрак, но не успели друзья и двинуться, как в гостиную влетела профессор Макгонагалл в очень растрепанных чувствах.

— Поттер, Уизли, Грейнджер, Ньюмен — вас ждет Директор. Бегом! — скомандовала она.

Весь основной рассказ в кабинете директора был возложен на Гарри, и он не торопясь рассказал, все что произошло. Слушая очень внимательно, профессор Макгонагалл, обращаясь к Гарри, Рону и Гермионе произнесла монотонным голосом:

— Скажите, почему, когда случается какая-то неприятность, вы втроем все время оказываетесь рядом?

— Поверьте, профессор, — спокойно ответил Рон с ноткой юмора, — я задаю себе тот же вопрос уже четвертый год!

— Наверное, мне стоит напомнить вам, что ходить в Запретный Лес строго запрещено! — укоризненно глядя на каждого, произнес директор.

— Профессор Дамблдор, неужели нет никаких возможностей защититься от демонов? — задала вопрос Эми, которую только что посетила устрашающая мысль. — Ведь волшебники не могут противостоять им и находятся в опасности. Что, если кому-то взбредет в голову, что им хочется откусить кусок от магии? И что тогда? Защищаться некому и нечем?

— Хороший вопрос, Мисс Ньюмен, очень хороший! — Директор спокойно разглядывал присутствующих. — Дело в том, что демоны никогда раннее не проникали на территорию школы. У меня имеются на сей счет мысли, но они не так важны, чтобы засорять ваши юные головы, — у директора на секунду загорелись глаза. — Много веков назад между демонами и волшебниками был заключен договор по всем известным волшебным правилам, нарушать который никто из сторон не имеет права. В случае если кому-то и впрямь взбредет в голову нарушить его — существует общество ведьм, ведущие затворнический образ жизни и которые смогли бы им противостоять. Но вот только найти сейчас их не представляется возможным. Все по тем же причинам, как я и сказал — договор старше даже меня.

— Профессор Дамблдор, откуда в нашем лесу вообще мог взяться демон? — спросила Гермиона. — Я до сих пор не могу в это поверить, ведь о них я читала только в книгах!

— Я разделяю ваше недоумение, мисс Грейнджер и это первое, чем я займусь, — ответил директор. — Мои чары еще никому не удавалось испортить. Никому. И вопрос, каким образом демоны могут появляться и исчезать, когда захотят я не оставлю просто так. Ну а теперь, прошу вас идти на занятия, к сожалению, освободить от них вас я не могу. Мисс Ньюмен и старшая и младшая, я так полагаю, вы обрели свои силы?

— Да, они появились сегодня ночью, — ответила Эл.

— Поздравляю, — сказал директор и отвернулся.

Какой-то не хороший осадок тут же появился в груди, просто поздравляю и все? И Эл, и Эми, и даже трое друзей ожидали чего-то большего, чем простое поздравление. Ни комментариев, ни вопросов. И это действительно расстраивало и злило, что такой могущественный волшебник, собственно говоря, самый могущественный, ничего кроме поздравительного слова не нашелся, что сказать.

Не попрощавшись, как принято в культурном обществе, Эл вышла из кабинета первой и спустилась вниз, не желая больше ни минуты проводить в этом кабинете, злясь на директора.

Возможно, чувствуя внутреннюю злость Эл, никто из друзей не решился заговорить о данном инциденте с ней и даже Эми решила сегодня не забивать свою голову лишними мыслями. На уроке прорицания профессор Трелони заставила Гермиону рассказать по ветке полыни, что она видит и та, явно не в настроении взяла и рассказала про демона, посылающего во всех свой огненный шар. Аудитория от смеха не могла долго прийти в себя, а Гарри ткнул Гермиону учебником, чтобы больше так не делала. И когда после урока, друзья вспоминали об этом, Рон удивленно расспрашивал, так как проспал все самое интересное.

Под вечер, когда Гарри ушел спать, а Гермиона сидела в библиотеке, в гостиной у камина остались Рон, Эми и Эл. Эми подсела к Рону в кресло и взяла его руку, засучив рукав.

— Как твоя рука? — спросила она.

— Болит, — скривился Рон и Эми погладила обожженное место.

— Вот артист, — негромко сказала Эл, но ее никто не услышал.

— А твое плечо? — спросил Рон.

— С ним все в порядке, — ответила Эми.

Чувствуя себя явно лишней, Эл тихонько встала и направилась к выходу.

— Ты куда? — одновременно спросили Эми и Рон.

— Хочу прогуляться, — ответила Эл и многозначительно посмотрела на сестру.

Рон тут же стал рассказывать, как больно ему было, когда шар угодил прямо в руку и он чуть заживо не сгорел, и Эл, чувствуя, как еле сдерживается от смеха, поскорее нырнула в проем.

Идя по коридорам, встречая студентов, Эл не обращала внимания ни на кого, воспроизводя в голове ночные события. Кто-то здоровался с ней и по инерции она кивала головой, думая о том, как ей уже хочется каникул, лежать на белоснежном снегу и наблюдать за снежинками, что плавно спускаются с неба и тают на ее горячей коже.

— Ньюмен! — вздрогнув, Эл сразу же узнала голос, принадлежавший Малфою.

Еще какие-то минуты назад коридоры были заполнены учениками, занятыми своими делами, а сейчас, как назло, коридор пустой и только Малфой, появившейся как обычно из ниоткуда. Школьная рубашка с неровным галстуком слизерина, небрежно торчала из брюк. Внимательно смотря прямо на него, рассматривая тонкие черты лица, острый нос, такие холодные серые глаза, выделяющиеся на бледной коже, Эл не могла совладать со своими противоречивыми чувствами. Его отец был соратником самого ужасного мага всех времен. Возможно ли, что в сыне будет хоть капля чего-то благородного?! Вспомнив слова сестры, Эл решила действительно не вешать никаких ярлыков. Она абсолютно ничего не знала про него и не имела права судить.

— Малфой, мне не до тебя сегодня, — спокойно сказала Эл и хотела пройти мимо, но Малфой с удивительной быстротой прижал ее к стене, оперевшись одной рукой на стену, вторую держа в кармане.

— Куда-то спешишь? Не вежливо уходить, не поздоровавшись.

— Чего ты хочешь?

Спокойствие Малфоя начинало раздражать Эл и, закрыв глаза она постаралась успокоиться.

— Ты уверенна, что хочешь знать, чего я хочу? — резко отстранившись, Малфой прожигал взглядом.

— Ладно, круто, конечно, что ты отвечаешь вопросом на вопрос, но мне пора.

И только Эл шагнула в сторону, как почувствовала на своем локте крепкую хватку.

— А ну пусти! — огрызнулась она.

— Ну уж нет! Ты так просто не уйдешь, — Малфой с силой притянул Эл к себе.

Крайне возмущенная таким действием, Эл не сразу сообразила, что ей нужно делать и чуть помедлив, сделала отчаянную попытку высвободить свою руку. Размахнувшись свободной рукой, чтобы влепить ему пощечину, Эл поняла, что Малфой теперь держит и вторую руку тоже. Прижав крепко Эл к себе, не давая возможности двинуться, он впился в ее губы. С каким-то жадным остервенением, Малфой буквально вжался в Эл, одновременно держа ее голову рукой.

Наступила пауза, в которой Эл замерла вместе со всем внешним миром, пауза, в которой Эл не отдавала себе отчета в своих чувствах и действиях. Пауза, в которой Малфой тщетно пытался добиться ответа.

Высвободиться из львиной хватки не получалось, Малфой был сильнее и выше, но Эл, крепко сжав губы, старалась даже не дышать — держала оборону. Она была настолько прижата к нему, что чувствовала под его рубашкой напряженные мышцы груди и об эту грудь она постаралась стукнуть своим маленьким кулачком.

На миг расслабившись, устав держать свое тело в напряжении, Малфой слегка дернулся от неожиданности и этого мгновения хватило, чтобы прикусить его нижнюю губу и вырваться из лап зверя.

— Что ты себе позволяешь? — тяжело дыша каким-то неестественным голосом, спросила Эл.

Малфой стоял неподвижно и странно смотрел на Эл, словно сам не ожидал ничего подобного от себя. И в эту секунду, не дожидаясь ответа или еще одной попытки застать ее врасплох, Эл развернулась и кинулась прочь. Опустошенная до этого после всех событий, после всех потрясений, Эл наполнялась сейчас какими-то едкими чувствами: смешанного страха и ярости, безумной обиды и неописуемой грусти. Неужели, Рон прав? И слизеринцы так просто никогда ничего не делают? Все его игры и манипуляции... Теперь Эл точно решила, что больше не позволит ему управлять собой, не позволит больше влезать в свою голову! И уж наверняка не позволит больше себе что-либо чувствовать к нему!

Если посчитать все неожиданные встречи и случайные столкновения с Малфоем, то пришлось бы воспользоваться калькулятором. Но сейчас, спустя несколько дней после того злачного поцелуя, Малфой исчез. Испарился, будто притаился перед очередным нападением. Эл пыталась не вспоминать об этом и даже сестре ничего не рассказала, боясь, что она по своему обычаю сможет найти оправдание и этому гадкому поступку. И пошатнет твердое решение Эл стереть Малфоя из своей головы. А если уж и Рон прознает о случившемся, то страшно представить, что тогда будет.

Замок жил своей жизнью и каждый закоулок кричал о приближавшемся празднике. Даже преподаватели, сменив гнев на милость, стали задавать в разы меньше домашних работ.

На выставку, где осуществлялась продажа магических сувениров, все торопились попасть вовремя. Собираясь слишком долго, Эл позволила своим друзьям пойти раньше, но договорившись обязательно встретиться в определенном месте. Спустившись в пустую гостиную, Эл очень обрадовалась, увидев Рона.

— Ро-о-он! — протяжено позвала она его. — Так мило, что ты единственный кто решил все-таки меня подождать!

— Ну я же твой настоящий друг! — улыбнулся он и отвесил поклон.

— Или ты тоже слишком долго собирался? — усмехнулась Эл, зная своего друга слишком хорошо.

— Долго, — вздохнул Рон. — Но только потому, что знал, что и ты будешь копошиться.

Эл засмеялась и, взяв Рона под руку направилась с ним на выход.

Выставка проходила в Хогсмиде, небольшой деревушке, расположенной недалеко от Замка. Ученики толпились у прилавков, толкаясь и пропихиваясь вперед. Как только Эл увидела, что прилавки просто завалены магическими штуками, сразу же захотела побежать рассматривать их.

— Давай найдем наших, — успев удержать Эл за руку, крикнул Рон.

— Да, давай. Ты ищи, а я пойду сувенирчики погляжу, — улыбнулась Эл и побежала вперед, оставив растерянного Рона одного.

— Вот так и жди после этого тебя, — крикнул он вдогонку.

От изобилия разных вещиц разбегались глаза. Столько всего волшебного, казалось, что здесь было все, что только можно вообразить: карманные зверьки, перья, игрушки, зелья. Эл переходила от одной палатки к другой, не в силах определиться, что же ей рассмотреть повнимательней.

— Эл! — к Эл подошли ребята уже вместе с Роном. — Мы же договорились встретиться у «Сладкого королевства».

— Я знала, что вы меня найдете. Эми ты видела сколько тут всего? — восхищенно спросила Эл.

— Вы такие смешные, — сказал Гарри. — Все это имеется в Косом переулке. Они оттуда ежегодно приезжают сюда на распродажу.

— Если что, дорогой Гарри, — ответила Эл, закатив глаза, — мы в вашем мире впервые!

— Ладно-ладно, не дуйся, — Гарри приобнял Эл за плечи. — Пойдешь со мной на бал?

— Меня уже пригласили, — демонстративно вздохнула Эл. — Ты опоздал, Поттер.

— Гермиона! — обратился Гарри к ней. — Ты свободна? Пойдешь со мной на бал?

— Ну раз ты так упрашиваешь... — Гермиона заулыбалась и кивнула в знак согласия.

— Ой ну и не спрашивайте меня, — наигранно надулась Эми.

— Вэ-э-эл! — протянул Гарри. — Пойдешь со мной на бал?

— Спасибо, конечно, — рассмеялась Эми, — но я как-то предпочитаю быть единственной приглашенной.

— А со мной... — начал говорить Рон, пытаясь перекричать толпу, но ему в лицо прилетел снежок, который запустила Эл, незаметно отойдя от компании.

— Эй! — крикнул Рон.

— ВОЙНААА! — закричал Гарри, ринувшись прямо на Эл и сбив ее с ног.

Гермиона с Эми бросились на подмогу Эл, которая от смеха не могла подняться на ноги.

— Рон, ты идешь? — обернувшись, крикнула Эми.

— Я догоню, я тут кое-что... Мне тут нужно... Идите, в общем, — крикнул он в ответ и отошел к прилавку.

Ничто не отягощало и было действительно в данный момент легко на душе. Дойдя до Озера, сестры поразились потрясающей красотой. Бескрайнее, уходящее далеко за горизонт белоснежное Озеро. Тут в затылок Эл прилетел комок снега.

— Чего встали? — смеясь, спросил Рон, подкидывая в руке еще один заготовленный снежок.

— Ах, вот ты как! — Эл подпрыгнула на месте. — Ну держись!

Все смеялись, обляпанные снегом, мокрые и раскрасневшиеся. Когда верхушку леса тронул сумрак, пятеро друзей лежали на снегу, разглядывая звезды и очерчивая руками и ногами следы. В таких моментах хочется задержаться, замедлить время, чтобы как можно дольше наслаждаться спокойствием и счастьем. Задрав одну ногу, с ботинка Эми свалился снег и упал прямо на лицо Рону.

— Ой, — засмеялась она.

Рон медленно поднялся, набирая в руки пушистого снега и приготовился отомстить, но Эми вскочила на ноги и побежала.

— Не догонишь, не догонишь, — кричала она.

Замахнувшись как следует, Рон кинул свой снежок, но Эми совершенно случайно свела руки вместе и комок застыл прямо перед ней. Гарри чуть ли не рыдал от смеха, а Эми согнулась пополам, наблюдая за реакцией Рона.

— Так не честно! — крикнул он, закидывая снежками Эми.

— Там Малфой, — резко крикнул Гарри и смех моментально стих.

Темная фигура быстрым шагом удалялась к замку.

— Ты уверен, что это он? — спросила Эми.

— Да, и он видел.

— Нужно догнать его и превратить в жабу, пока он не растрепал всей Школе, — Рон стукнул кулаком об руку.

Эми испуганно прикрыла руками рот.

— Так, без паники, — сказала Гермиона. — Есть Зелье Памяти. Оно самое легкое, которое мы изучали на первом курсе. Все остальные имеют побочные эффекты и требуют жесткой концентрации либо определенного времени.

Образовав между собой тесный круг, все говорили очень тихо, обдумывая план.

— Как долго его делать? — поинтересовалась Эл.

— Час, — Гермиона уже в голове прокручивала порядок приготовления.

— Как мы его подсунем этому уроду? — спросил Рон.

— Наверное... я.. — медленно произнесла Эл, понимая, что ей придется столкнутся лицом к лицу со своими внутренними монстрами.

— Ни за что! — запротестовал Рон.

— Согласен, это опасно, — согласился Гарри с Роном.

— Послушайте, — вмешалась Эми. — Я понимаю, что вы обеспокоены, но из нас тут всех присутствующих только Эл спокойно к нему может подойти и не получить в ответ порцию грязи.

— Но его отец... — начал Рон.

— Да, он Пожиратель Смерти. Но мы сейчас говорим не о нем, а о Драко Малфое! — вставила Эми.

— Эми, — мягким тоном произнес Гарри, — ты слишком наивна. Мы знаем, что в таких семьях выбора обычно не имеют!

— Ну и что ты тогда можешь предложить? — разозлилась Эми.

Эл наблюдала за ними и в какой-то момент ей даже захотелось рассказать обо всем, чтобы Эми запретила ей приближаться к Малфою, но она должна была это сделать. Это вынужденная мера, чтобы их секрет таковым и оставался.

— Ребят, — сказала Эл, набрав побольше воздуха, — я ведь сама предложила. И я справлюсь! Вам это не нравится, но выбора у вас все равно нет.

— Да, не нравится! — твердо сказал Гарри. — Ты собираешься подсунуть Малфою зелье, в которых он, между прочим, отлично разбирается. Как ты собираешься это сделать?

— А я даже не подумала об этом, — задумчиво произнесла Эми. — И все же! Давайте тогда голосовать!

Гермиона, Эл и слегка поколебавшись Эми подняли руки к верху. И Гарри с Роном остались в меньшинстве.

— Ну а ты-то куда? — обратился Гарри к Гермионе.

— Если тебе это не по нраву, это не значит, что мы поступаем не верно, — просто ответила Гермиона и развернулась к Эл. — Пойдем, я приготовлю.

Иногда Гермиона очень могла удивить. Такая любительница все делать исключительно по правилам, в самые нужные моменты легко могла их нарушить. Приобняв недовольных Рона и Гарри, Эми радостно сказала:

— Не грустите, если план провалится — я разрешу вам превратить его в жабу. Или в слизняка.

Гермиона засмеялась, а Гарри с Роном всю оставшуюся дорогу придумывали в кого они смогут его превратить. Все то время, что Гермиона готовила Зелье Памяти, Эл пребывала в встревоженном состоянии. А ведь Гарри сказал очень правильную вещь, что Малфой отлично разбирается в зельях и моментально поймет, что что-то не так. И решение пришло, само собой...

Как же все-таки хорошо, что в свое время Эл нашла общий язык с одним домовиком по имени Рики. Он частенько приносил Эл еды, когда она этого просила или теплый плед, когда она в одиночестве проводила вечера в совятне. И в этот раз, милый эльф не отказался помочь. Помочь оглушить и связать человека...

Выручай-комната, про которую столько раз рассказывали Гарри, Рон и Гермиона, сейчас служила уютной комнатой с камином, большим мягким ковром и одним единственным стулом, на котором и находился без сознания Малфой, крепко привязанный к нему.

Пока Малфой находился без сознания, Эл стояла рядом, крепко сжимая склянку с заветным порошком в руках и любовалась блондином. Платиновые волосы прикрывали лоб опущенной головы, бледная кожа от огня приобрела теплый оттенок и казалась мерцающей. Когда Малфой пришел в себя, ему хватило нескольких секунд, чтобы понять, что происходит.

— Ты что сделала? — яростно крикнул он.

Не дождавшись ответа, Малфой с силой дернул свои руки. С каким-то рычанием некоторое время он пытался высвободится, но крепкая веревка не поддавалась. Эл наблюдала за ним, словно за зверем, пойманным в ловушку.

— Не дергайся, — спокойно сказала она, — они крепко привязаны, ты лишь натрешь себе запястья.

На миг Малфой успокоился, закрыв глаза, по всей видимости стараясь совладать с собой, затем взглянул на Эл, изогнув бровь.

— Ты мог неправильно понять то, что видел у озера.

— Неправильно? — Малфой неестественно рассмеялся. — Я прекрасно видел, как твоя сестра умеет останавливать движущиеся предметы. И если это обман зрения, то для чего все это?

Он головой указал на свое положение, ехидно ухмыляясь.

— В целях осторожности... Ты мог не заметить, что Эми это сделала при помощи своей палочки.

— Ты меня что, за дурака принимаешь? — прохрипел он со злостью.

— Мы с эльфом предприняли вынужденные меры, чтобы ты не донес об этом всем, кого мог встретить. Ведь ты бы непременно так и сделал?

Малфой молчал, не сводя своего презрительного взгляда с Эл. Стараясь ничего не выражать на своем лице, Эл подошла ближе и коснулась его лба, чтобы убрать волосы с глаз. Он резко дернулся в сторону, словно ее касание обожгло ему кожу.

— Вы с сестрой обе так можете? — ледяным голосом спросил он.

— Неважно...

— Послушай, ты мне не веришь, но я даю слово, что никто ничего не узнает, — внимательно посмотрев на Эл, сказал Малфой более спокойным тоном. — Освободи меня.

В какой-то миг, от его мягкости в голосе и пронзительного взгляда, у Эл промелькнуло в голове освободить его.

— Нет, нельзя... — произнесла Эл, сбрасывая с себя его гипнотический голос.

Немедля больше ни секунды, Эл высыпала содержимое бутылька ему на лицо и порошок, осыпаясь становился невидимым.

— Как это мерзко с твоей стороны! — рявкнул он.

— Тебя не утомляет постоянно всех ненавидеть и презирать?

— Ты сделала свое дело, можешь уходить, — проигнорировав вопрос, спокойно произнес Малфой.

Почему-то именно эти слова задели Эл, ей не хотелось оставлять его просто так. Не хотелось уходить прямо сейчас.

— Тогда ты застал меня врасплох, считая себя победителем, но сейчас я готова тебе ответить...

Малфой вопросительно уставился на Эл. И когда она потянулась к нему, он по инерции отвернул лицо, но Эл решительно убрав свои волосы на одну сторону и взяв Малфоя за подбородок, прикоснулась к его губам. Это не было тем звериным поцелуем, с каким он тогда впился в нее. Малфой недолго сопротивляясь все же расслабился и ответил на поцелуй. Эл чувствовала, как он тяжело дышит, вытягивая голову ей навстречу. Ее тело отзывалось на его тепло и уже не думая, что делает, она села ему на колени, прижавшись к нему всем телом. Малфой, чуть со слышным стоном еще настойчивей пробовал на вкус ее поцелуй. Оторвавшись, чтобы перевести дыхание, Эл посмотрела на Малфоя затуманенными глазами. Ее лицо пылало.

— Развяжи мне руки, — шепотом произнес Малфой и вновь потянулся к губам.

Сейчас это была животная страсть, где Малфой с жадностью впивался Эл в губы, а Эл отвечала ему, позабыв обо всем на свете. Но в какой-то момент, послышался стук в невидимую дверь и им пришлось оторваться друг от друга. Сердце бешено стучало.

— Да? — хриплым голосом произнесла Эл.

— Мисс Ньюмен, ваша сестра и мисс Грейнджер интересуются как ваши дела, — пропищал эльф Рики.

— Передай, что я уже иду!

Спрыгнув с блондина и стараясь избегать его взгляда, Эл поправила одежду и волосы.

— И ты вот так уйдешь? — Малфой аж подавился воздухом от возмущения.

— Пять минут назад ты сам сказал, что я могу идти, — улыбнулась Эл. — Скоро ты все забудешь.

— А как тебе удастся забыть этот поцелуй, Ньюмен? — с вызовом спросил он.

— Я буду помнить его и знать, что ты хочешь меня, — наконец посмотрев на него, сказала Эл.

— Это взаимно, и не смей отрицать этого!

— Возможно... — ответила с долей горечи Эл и у самого выхода добавила, — но очень жаль, что у тебя это всего лишь физическое желание. Мне этого недостаточно...

Выйдя из выручай-комнаты, Эл прислонилась спиной к двери и закрыла глаза, пытаясь успокоить свою трепыхающуюся душу.

Глава 10. Не говори стихами.


В то время, пока Эл боролась со своими внутренними демонами, Эми сидела в гостиной, в своем уютном, любимом кресле и разглядывала языки пламени в камине. У дальнего стола, играя в волшебные шахматы, сидели Гарри и Рон. За их игрой наблюдала Лаванда и потому Эми старалась казаться как можно незаметнее, чтобы не вслушиваться в ее писклявые комментарии.

Обратившись шепотом к полу, Эми вежливо попросила чашечку кофе со сливками и в тоже мгновение на столике появилась кружка с ароматным кофе.

— Когда-нибудь, я поблагодарю вас лично, сэр, — произнесла Эми и сделав глоток, добавила: — Очень вкусно, спасибо.

— Разговариваешь сама с собой? — над ухом послышался голос Гарри.

Улыбнувшись Гарри и машинально заглянув за его спину, увидела, что за самым дальним столом остались Рон и Лаванда вдвоем.

— Будешь ждать Эл? — Гарри присел на край кресла и взял кружку с кофе из рук Эми.

— Конечно, буду. Ты волнуешься?

— Волнуюсь.

Больше они ничего не говорили друг другу. В этом не было необходимости, Гарри был весьма деликатен и прекрасно понимал, когда в лишних разговорах собеседник не нуждался.

Когда Гарри ушел в спальню, попрощавшись с Эми и сказав, чтобы она не грустила, она осталась одна с теми двумя. Желая вжаться в кресло, чтобы вообще не знать, что там происходит, Эми все равно прекрасно слышала каждое слово.

— Так ты еще останешься? — писклявый вопрос Лаванды.

— Да, — твердый и спокойный ответ Рона.

— С ней?

«Красивый камин, яркий огонь, мягкое кресло», — проговаривала про себя Эми, чтобы хоть как-то заглушить их прощание. Услышав, что Рон подходит, Эми попыталась придать своему лицу самое отчужденное выражение и отпить кофе, но Гарри очень помог опустошить чашку раньше времени.

— Будешь ждать Эл? — Рон, как и Гарри присел на кресло.

— Да, — ответила Эми, теребя свои пальцы.

— Я тоже подожду.

Когда Гарри и Эми сидели молча, это было нормальным, а вот молчание с Роном было напряженным и неуютным. Ей очень хотелось спросить с кем он идет на бал и предполагая ответ не решалась задать вопрос. К тому же, как ей казалось, за ее вопросом последует обязательно ответный, а так как ее до сих пор никто не пригласил, жалкой выглядеть не хотелось. К слову, Эми прекрасно знала кто ее пригласит и, к своему великому огорчению, безумно не хотела соглашаться.

Одновременно произнеся какой-то вопрос, Рон с Эми посмотрели друг на друга и улыбнулись. Эми спросила каким обычно бывает праздник в Школе, а что спросил Рон так и не разобрала. Но молчание вновь нависло над уютным уголком у камина. Чувствуя на себе взгляд Рона, Эми закусывала губы и не знала куда себя деть. Ей искренне хотелось, чтобы он прямо сейчас встал и позвал пойти с ним на бал, а она бы с радостью согласилась и полетела бы рассказывать сестре и строить планы на этот прекрасный вечер.

— Я, пожалуй, пойду наверх, — сказала Эми, вставая с кресла.

— Ты дочитала про китов? — Рон отступил в сторону, освобождая путь.

— Да.

— Надеюсь, когда-нибудь ты все же сможешь наблюдать их.

Это были теплые и искренние слова, от которых на душе становилось хорошо. Когда Эми встала на первую ступеньку лестницы, ведущую в спальню девочек, а Рон остался позади, она повернулась к нему.

— Доброй ночи, Рон.

Слегка прищурив глаза, словно не решаясь, что-то сказать, Рон продолжал молча смотреть на Эми. И тут, прямо над их головами начала распускаться Омела.

— Что это? — спросила Эми, впервые наблюдая такую картину.

— Рождественская Омела, — не глядя на верх, Рон продолжал смотреть на Эми, — или ветка поцелуев. Традиционно под ней принято целоваться.

— Да, я знаю, — застенчиво ответила Эми, чувствуя, как мириады бабочек залетали у нее в животе. — Я удивлена, что и в мире волшебства существуют такие традиции.

— Ну а чем мы хуже? — пожал плечами Рон, засунув руки в карманы.

Неотрывно смотря на Эми, явно ожидая какой-то реакции или какого-то разрешения, Рон медленно шагнул на туже ступеньку и поравнялся с ней. Волнующий момент, от которого бросило в жар и щеки начинали пылать. И почему-то, именно в этот момент в голове Эми промелькнула мысль о той, другой, которая могла оказаться на ее месте, и вопрос — как бы Рон вел себя тогда?

Что могло произойти в следующее мгновение, когда Рон осторожно потянулся к Эми, останется тайной, утонувшей в словах Эл, которая только что вошла в гостиную.

— Всем привет! — мрачно сказала она, не заметив ничего особенного между Роном и Эми.

Отшагнув назад, оставив одну ногу на ступеньке и даже не повернувшись в сторону подруги, Рон положил свою руку себе на шею, медленно потирая ее.

— Привет, Эл, получилось? — спросила Эми, чувствуя разочарование от упущенного момента.

— Да, как нельзя лучше... Кажется... — Эл прошла мимо ребят. — Вы собирались спать?

Взглянув на Рона, Эми улыбнулась ему.

— Да, мы собирались идти спать.

— О-о, смотрите! — Эл пальцем указала на цветок, выпустивший свои белоснежные мраморные бусины. — Это же Омела!

Рон издал звук, похожий на смешок и кратко попрощавшись, поднялся к себе.

— Ты знала, что под Омелой принято целоваться? — спросила Эл сестру, когда они вошли в спальню.

— Правда? — саркастично спросила Эми.

— Конечно! — Эл сделала самое умное лицо. — Постой... а вы там?

— Нет, мы не там, — ответила Эми, словно злясь на сестру и пошла переодеваться.

— Так вы? — догадалась Эл и подскочила к сестре. — И как?

Эми грустно взглянула на Эл и со вздохом произнесла:

— Никак, Эл. Расскажи про Малфоя лучше.

Посчитав, что Эми просто не в духе, да у Эл и самой голова была в полном тумане, она, медленно натянув на себя пижаму, залезла к Эми в постель и заговорила совсем тихо, чтобы спящие девочки ничего не могли услышать:

— Когда он пришел в себя, то был в ярости!

— Он действительно что-то видел? — спросила Эми.

— Да и спрашивал могу ли я так же.

— Что он еще говорил тебе?

— Пожелал нам удачи, — Эл улыбнулась. — Ох, Эми, я не знаю... Несколько дней назад он силой поцеловал меня, а сегодня...

— Что? Силой? Почему я об этом ничего не знаю? — громко спросила Эми.

— Чтобы ты так вот не кричала, как сейчас!

— По-настоящему прям поцеловал? — понизив голос, спросила Эми, которую явно заинтересовали подробности.

— Да, против моей воли. А сегодня я поцеловала его...

— Что? — опять прикрикнула Эми и вновь перейдя на тихий тон, добавила: — Что?

— Да, против его воли.

— Ну хоть у кого-то хватает смелости действовать, — задумчиво произнесла Эми. — И как? Ну что было-то?

— Было одновременно потрясающе и безумно обидно, — призналась Эл.

— Почему? — удивилась Эми.

— Потому что для него это простое физическое влечение, а у меня...

Эл увела взгляд, устремив его далеко-далеко за пределы окрестностей Хогвартса.

— Почему ты так в этом уверенна? Это он тебе сказал?

— Нет необходимости.

— Ты как всегда, честное слово! — слегка разозлилась Эми. — Все ваши стычки и встречи не похожи на обычную игру, неужели ты все еще этого не поняла?

— Раз ты такая умная, — Эл тоже начинала злиться, — что ж тогда вы с Роном до сих пор не вместе?

Этот вопрос словно полоснул Эми, как острый нож, и она моментально переменилась в лице.

— У нас совершенно другая ситуация.

— И чем же? Как раз-таки у вас все очевидней очевидного!

— Ты заблуждаешься, — сказала Эми, опустив голову, — иногда и мне кажется, что он тянется ко мне, смотрит иначе, говорит по-другому, но в следующую секунду злиться на меня без причин.

— Есть причины, — искренне сказала Эл, — он ревнив! Знаешь, по крайней мере у вас нет равнодушия.

— Что? — опять Эми возмущенно повысила голос. — Равнодушие? У вас-то? Думай, что хочешь, но те искры что не перестают летать между вами никак не связанны с равнодушием. Твоему Малфою хотя бы не нужна Омела, чтобы сделать то, что он хочет.

— Ага! — хлопнула в ладоши Эл. — Так значит у вас тоже что-то было?

— Могло бы быть, наверное, — пожала плечами Эми. — И Рон правда намекал вроде, когда Омела выросла, но...

— Тут появилась я, — догадалась Эл и стукнула рукой себе по лбу.

— Если подумать, то Рон мог так и не решиться, на самом деле...

— Глупости! Давай наколдуем вам еще одну!

Эми рассмеялась и шутя толкнула Эл в плечо.

— Давай спать лучше, — сказала Эми, ногами подпихивая сестру, чтобы та шла к себе.

Прошло три дня с того вечера, когда Малфой был связан, а над головами Рона и Эми выросла Омела. Рассказав друзьям краткую версию событий, упустив поцелуй, Гарри и Рон успокоились, добавив лишь только, что Эл нужно было хорошенечко его попинать.

Разделившись с друзьями, потому что Эл не хотелось сразу же идти в библиотеку, она с Роном прогуливалась по Замку.

— Рон, ты знаешь с кем я иду на бал?

— С Диггори.

— Ага.

— А почему не с Гарри? — поинтересовался Рон.

— Седрик меня первый пригласил, — пожала плечами Эл. — А знаешь с кем идет Эми?

— С кем? — Рон резко повернулся к Эл.

— С тобой, — засмеялась Эл и глядя на его растерянный вид, добавила, — ты же пригласишь ее?

— Я думал она уже с Вудом идет, — Рон почесал подбородок и сделал вид, что его совершенно не заинтересовала эта тема.

— А я вот думаю, что с тобой ей будет интересней, — Эл подмигнула другу и взяла его под руку.

Рон только хотел что-то ответить, но им навстречу шел Он. Как всегда, в компании своих дружков с ехидным выражением лица. Рон моментально напрягся, а у Эл все сжалось внутри и в голове всплыла их последняя встреча. Какое-то нелепое смущение наполнило грудь и Эл захотелось убежать прочь, но она гордо подняла голову и выпрямила спину. Малфой что-то быстро сказал своим дружкам, и они стали приближаться к Рону, явно разделяя их, а вот Малфой оставил Эл на себя.

— Ты мне тут снилась на днях, — сходу сказал он, растягивая в своей манере слова.

— Так перестань уже думать обо мне перед сном.

Малфой привлекательно улыбнулся с долей издевки и Эл показалось, что он как-то по-другому смотрит на нее. Неужели он сожалеет о своем гадком поступке, когда застал ее врасплох, ведь их поцелуй в выручай-комнате он помнить не может.

— Послезавтра будь добра подойти к большому окну, которое ты так облюбовала в прошлый раз, — совсем тихо сказал Малфой, чтобы слышала только Эл.

— Это еще зачем?

— Преподам тебе парочку уроков по зельеварению, — насмешливо сказал он.

Малфой махнул головой своим громилам и двинулся дальше, а Рон, пыхтя от ярости подошел к Эл.

— Я все видел! — строго сказал он.

— О чем ты?

— Малфой специально своих подружек на меня натравил, чтобы с тобой уединиться. Что он говорил тебе? — Рон внимательно смотрел на Эл.

— Как обычно, гадости всякие, — соврала Эл.

Эл чувствовала себя паршиво от того, что приходится врать другу и понимала, что нужно уже прекращать это общение с Малфоем.

Вернувшись в гостиную, Рон и Эл присоединились к своим друзьям, которые так и не дождались их в библиотеке.

— Как думаешь, стоит мне пойти? — склонившись к Эми и рассказав о необычной просьбе Малфоя, спросила Эл.

— Я не знаю, — задумчиво произнесла Эми. — А представляешь, он все помнит? — Эми еле заметно засмеялась, но увидев, как Эл напряглась, добавила: — Шучу, он не может помнить. Единственное, что может быть — это отголоски где-то внутри, которые он примет за сон или за собственные желания.

Почти на автомате переписывая с конспекта сестры, Эл думала, что ничего страшного не произойдет, ведь она теперь прекрасно знает, чего можно от него ожидать и будет готова. И, убедившись, что в Малфое нет абсолютно ничего положительного — проще будет выкинуть его из головы.

— Трудитесь? — Оливер Вуд незаметно подошел к столу, где сидели ребята.

— Не то слово, — ответила Эми.

— Можно тебя на пару слов? — обратился Оливер к Эми.

— Да, конечно.

Они отошли подальше ото всех и Оливер, улыбаясь своей обворожительной и доброй улыбкой, сказал:

— Приглашаю тебя на бал, подаришь ли ты мне такое удовольствие?

Конечно, Эми знала, что именно этот вопрос сейчас задаст Оливер и, взглянув украдкой на Рона, изо всех сил пытающегося свернуть свой пергамент и запихнуть в сумку и психующего из-за того, что тот постоянно разворачивался, вернула свой взгляд на Оливера.

— Да, я согласна, — произнесла она без какой-либо радости в голосе.

— Что Оливер хотел? — спросил Гарри, как только Эми вернулась к столу.

— Пригласил на бал, — твердым тоном ответила Эми.

— Значит, все мы уже нашли себе пары, — протянул Гарри, закрывая учебник. — Рон, остался ты.

У Эми что-то кольнуло внутри, ведь до этого она была уверенна, что Рон уже идет с Лавандой.

— Это поправимо, — злясь на свой сверток эссе, сказал Рон. — Эй, Лаванда! — крикнул он и отвернулся от всех, встречая порхающую Лаванду. — Пойдешь со мной на бал?

— Конечно, пойду, о мой Бон-Бон, — Лаванда буквально вцепилась в Рона, крепко обнимая.

Эми хотелось психануть, пнуть стол, кинуть в них книгами, но крепко сжав кулаки, сквозь зубы процедила: «раз Лаванда с ним идет Бал, хочу, чтобы голос у нее пропал».

Что произошло в следующую секунду — трудно объяснить. Схватившись за горло, Лаванда начала метаться из стороны в сторону, лихорадочно показывая на свой рот. В недоумении Рон схватил ее за руки и стал спрашивать, что с ней происходит, но Лаванда не могла произнести ни слова, чуть ли не рыдая беззвучно, она не могла найти себе места.

— Я все слышала, — прошептала Эл на ухо Эми, которая тоже поднялась на ноги и наблюдала за сумасшедшей картиной.

— Не понимаю, о чем ты, — сказала Эми, не смотря на сестру.

— Не отпирайся, это ты сделала. Я не виню тебя, я бы так же поступила, только я не знаю, как тебе удалось.

— Ты думаешь, я знаю? — прошептала Эми, чувствуя жалость к однокурснице. — Нужно ей помочь.

— Да ладно, пусть так и останется, — съехидничала Эл, но наткнувшись на строгий взгляд сестры, добавила: — Ты произнесла какое-то заклинание, сделай тоже самое, но только не желая ее смерти или еще чего.

— Что сказать? — растерялась Эми.

— Чего вы там шепчетесь? — спросила Гермиона, заметив, как Эми и Эл отошли в сторонку.

— Вспоминаем заклинания, чтобы помочь этой, — ответила Эл.

— Вы знаете, это очень похоже на заклинание Силенцио, его изучают на пятом курсе, — задумавшись, сказала Гермиона.

— Значит, это не мы, — быстро сказала Эми.

— Разумеется, — подозрительно посмотрела на нее Гермиона.

— Обратное есть? — в спешке спросила Эми.

— Голос можно вернуть с помощью «болтливого зелья», но я даже не имею представления, как его готовить, — призналась Гермиона, жалобно наблюдая, как Лаванда кричит, не произнося ни звука.

Эми потерла виски и с надеждой взглянула на сестру.

— Интересно, кто это сделал? — задала вопрос Гермиона и подошла к Лаванде.

— Эл, придумай что-нибудь! — взмолилась Эми.

— Ладно-ладно, — закивала Эл, потирая руки. — Так что ты там говорила? В рифму? Кхе-кхе, что ж... — Эл замолчала на пару секунд, придумывая в голове что-то подходящее, — попробуем: Волшебства явитесь силы, пусть все будет так, как было.

В мгновение ока Лаванда прекратила истерить, ее лицо приобретало естественный оттенок, а сама она шепотом начала произносить разные звуки, словно пробуя их на вкус. Поняв, наконец, что способность говорить к ней вернулась, она вновь обняла Рона, повиснув на нем.

— Нужно быть осторожнее с нашими силами, что-то мне подсказывает, что мы еще и не на такое способны, — прошептала Эл, явно довольствуясь своим новым умением.

— Думаешь, это очередное наше отклонение?

— Отклонение? Эми, пора бы тебе уже начать любить свои особенности, — искренне сказала Эл.

Чувствуя себя разбитой и разозленной одновременно, Эми собиралась подняться в спальню, но ее остановил мальчик с первого курса.

— Вы Эмили Ньюмен? — дрожащим голосом спросил он.

— Да, — Эми мило улыбнулась ему, хотя у самой на душе скребли кошки.

— Это вам, — он протянул пергамент, аккуратно скрученный и побежал наверх.

— Что там? — поинтересовалась Эл.

Эми развернула записку:

«Прекрасная погода в столь прекрасный вечер. Жду тебя там, где от твоего присутствия взрываются стены. Надень что-то теплое. Б. Забини»

— Я против, — тут же отозвалась Эл.

— Почему это?

— Ты что, не поняла от кого она? — Эл понизила голос и прошептала, — это от Забини.

— Конечно, я поняла, и не вижу никаких преград, чтобы согласиться, — ответила Эми.

— Тебе не кажется это странным? — нахмурилась Эл.

— Он обычный человек и я не чувствую с ним себя скованно или неуютно. А находиться здесь и смотреть, как те двое не могут отлипнуть друг от друга, прости, я не хочу, — Эми взглянула на Лаванду, которая приглаживала волосы Рона.

— Ты это делаешь назло, да? — подозрительно прищурилась Эл.

— Если бы назло, то продемонстрировала бы записку всем! — спокойно ответила Эми, хотя ей бы очень хотелось, чтобы Рон узнал. — Просто он поднимает мне настроение. Не волнуйся, меня он не привлекает.

— Хорошо, — согласилась Эл, понимая, как тяжко сейчас приходится Эми. — Но в случае чего — взрывай его!

Блейз стоял именно на том месте, где в последний раз Эми столкнулась с ним. Увидев его легкую улыбку и прищур, искренне улыбнулась, пытаясь освободиться от тягостных мыслей и образа Рона, обнимающего радостную Лаванду. Забини не вызывал у Эми каких-то фантастических эмоций, а тем более каких-либо волнующих чувств. С ним просто было комфортно.

— Зачем ты запугал бедного мальчишку?

— Я был весьма добр, — подмигнул Забини Эми.

— То-то он весь дрожал.

— Готова к приключениям? — черные глаза-бусины смотрели прямо на Эми.

— Каков твой план? — без эмоционально спросила она.

— Пойдем и сама все увидишь, — Забини протянул руку Эми, но она прошла мимо, показывая, что это лишнее.

Поднимаясь по нескончаемым лестницам, Забини всю дорогу развлекал Эми и действительно очень остроумно шутил. Его наглость не была вульгарной, а откровенные намеки не казались пошлыми.

— Ну вот, — наконец, сказал он, когда они поднялись к самой верхушке башни, — астрономическая башня, ты бывала тут раньше?

Астрономическая башня была самой высокой башней в Хогвартсе и туда строго было запрещено подниматься, кроме как на уроки астрономии.

— Нет, сюда и нельзя подниматься, — ответила Эми, разглядывая свободную площадку.

— В этом и смысл, разве не здорово нарушать правила? — Забини прошел на середину широкой смотровой площадки и улыбнулся.

— Истинный слизеринец, — усмехнулась Эми.

— Тебе ведь именно это и нравится, не так ли? — он взял Эми за руку и подвел к балкону, — а то твой скучный Гриффиндор...

— Ты нас плохо знаешь, — перебила его Эми. — и плохо знаешь меня.

Образ Рона вновь всплыл перед глазами, но как только Эми взглянула вперед — ее захлестнула волна восхищения. Поток холодного ветра, что обжигающе обдувал лицо, смыл моментально все лишние мысли из головы. Башня находилась как раз над фасадом школы и открывала превосходный обзор окрестностям. У Эми перехватило дыхание от потрясающего вида и, взглянув на Забини, в глазах которого играли озорные огоньки, произнесла:

— Впечатлил.

— Я знал, что ты оценишь.

Эми искренне улыбнулась, впервые за то время, что находилась с ним.

— Ну наконец-то! — воскликнул он. — Вот та Эми, которую я ожидал увидеть, а то мне начинало казаться, что тебя подменили.

— Это был твой план, да? — насмешливо произнесла Эми. — Очаровать меня видом?

— А получилось? — Забини подтолкнул Эми своим плечом. — Смотри.

Вытянув вперед свою волшебную палочку Забини произнес какое-то заклинание, и стайка маленьких птичек тут же закружились перед ними, выделывая различные маневры своими крошечными тельцами упорно махая крыльями. Они кружились над головами Эми и Блейза, облетая вокруг и между собой, а потом внезапно полопались, превратившись в сотни маленьких огоньков и медленно полетели вниз.

— Ну как? — Блейз незаметно приобнял Эми за плечи.

Взглянув сначала на его руку, а потом переведя взгляд на него, Эми вопросительно приподняла брови.

— Да ладно, — ни капли не смутившись, сказал он, — просто постоим, я ни на что не намекаю.

— И это работает? — спросила Эми.

— Что?

— Твои уловки? Вот это вот все.

— Как видишь, — рассмеялся Забини.

Постояв так еще совсем немного и начиная замерзать, Эми потянула Блейза обратно. На обратном пути он рассказывал про озеро, и кто там обитает, про огромного Василиска на втором курсе и много смешных историй. Как только они миновали место встречи, Эми остановилась.

— Дальше не стоит.

— Это что, будет нашим секретным местом? Не очень-то секретно, тебе не кажется?

— Самое то, — улыбнулась Эми.

— И что все? Ты вот так уйдешь? — наигранно обиделся Забини.

— Переживешь, — крикнула Эми, удаляясь к лестнице.

К счастью для Эми, в гостиной ни Рона, ни Лаванды не было. У самого проема ее встретила сестра и, расспросив подробности — успокоилась.

— И все равно мне не очень нравится он, — задумчиво, но мягко призналась Эл, переодеваясь в пижаму.

— Эл, — Эми серьезно посмотрела на нее, — с ним можно флиртовать и не бояться, что смогу задеть его чувства. С ним я не думаю, как деликатней отказать, чтобы не обидеть. С ним все просто. Прозрачно. Понимаешь? Никаких молниеносных перемен настроений, недомолвок и загадок.

Выдержав небольшую паузу, и прекрасно понимая, к чему клонит Эми, Эл, не удержавшись от сарказма, произнесла:

— Только не влюбись.

— Ага, — отозвалась Эми, забираясь под одеяло.

«Он же не Рон», — подумала она, закрывая глаза.

Глава 11. Условия.


На следующий день пятеро друзей словно разъединились. С той самой минуты, как Рон пригласил Лаванду на бал, она будто приросла к нему, следуя везде по пятам и придумывая разные причины, чтобы находиться рядом. Не желая все это видеть, Эми отделялась от друзей, а Эл поддерживала ее. Гермиона после уроков убежала в библиотеку, а Гарри занимался своими делами. И с наступлением вечера, Эми точно знала куда хочет пойти. Захватив с собой теплую мантию, Эми поднялась на самую высокую башню Школы.

Подойдя к балкону, перед Эми открылось все великолепие безупречного озера, окруженного снежными горами. Глубоко вдохнув свежего воздуха и закрыв глаза, Эми наслаждалась уединением. Ветер развивал ее волосы, а легкий снег медленно спускался вниз.

Засмотревшись на особо крупную снежинку, Эми задумалась о том, что Эл всю свою жизнь любила снег. И вот у нее появились силы льда, а сама Эми любила ночь, грозу и звезды. И теперь может вызывать молнию. Взглянув на свои руки, Эми удивлялась всем невероятным событиям, которые с ними происходят.

— Эми? — она вздрогнула от неожиданности и, развернувшись увидела Рона.

— Рон? — искренне удивилась Эми. — Что ты тут делаешь?

— Что я здесь делаю? — он был удивлен не меньше Эми. — Это что ты тут делаешь?

— Отсюда открывается великолепный вид, — спокойно ответила Эми.

— Я знаю! — эмоционально воскликнул Рон.

— Ты один? — зачем-то спросила она.

— Эмм... — задумался Рон, не поняв вопроса.

— Я имею ввиду без Гарри? — соврала Эми, понимая, что выглядела бы глупо, если бы приплела сюда Лаванду.

— А-а-а, ага, — Рон подошел к Эми, встав рядом. — Я сюда часто прихожу. Очень любопытно получается.

— Что?

— Ты облюбовала мое кресло, теперь башню, а потом займешь и мою кровать тоже? — Рон засмеялся, а вот Эми взглянула на него с какой-то горечью.

— Ее уже Лаванда, наверное, заняла, — вырвалось у нее, и она прикусила губу.

— Ей не светит, — спокойно ответил Рон и устремил свой взгляд вдаль.

Вспоминая, как еще сутки назад, Эми была здесь с другим, любуясь той же красотой и стоя на том же месте, она чувствовала абсолютно другое. А точнее сказать, не чувствовала ничего. А сейчас ее переполняло волнение и какое-то покалывание в груди не позволяло спокойно дышать. Она чувствовала напряжение в теле и необъяснимое желание прикоснуться к нему...

Думая о том, что они вновь молчат, как и в любой другой момент, когда остаются одни, Эми не понимала почему так. Будь на ее месте сейчас Эл, они бы с Роном заливались от смеха, ни на минуту не умолкая, а с ней... Но где-то из глубины пришел ответ, ведь Рон сюда пришел, чтобы насладиться уединением, как и собственно сама Эми, так почему же он должен о чем-то говорить?!

— Как твои киты? — облокотившись на перила, спросил Рон.

— Ни одного еще не встретила, — улыбнулась Эми.

Стоя вот так, в тишине некоторое время, Эми подумала, как должно быть глупо они выглядят со стороны: два взрослых человека, вглядывающихся в ночь, где в принципе ничего уже и не видно.

— Рон, — резко позвала Эми. — Как твоя рука?

— Болит, — вздохнул Рон, потирая руку.

— Так у тебя же другая повреждена, — рассмеялась Эми, глядя как Рон наигранно морщится, — ну и артист же ты.

Увидев свою оплошность Рон тоже засмеялся, почесав затылок.

— Почти зажила, ладно уж, так и быть, — сказал он, посмеиваясь.

Ветер, который до этого почти не проявлял себя, вдруг набрал силу, продувая Эми насквозь, и она поежилась.

— Замерзла? — серьезно спросил Рон.

— Не очень, — ответила Эми, которая знала, что ветер только усилил ее дрожь, связанную отнюдь не с холодом.

В бархатном черном небе показалась луна, осветив добрую половину неба и, засмотревшись на нее ни Эми, ни Рон не заметили, как над их головами, прямо в воздухе уже второй раз начинала распускаться Омела.

— Красиво, — сказала Эми и взглянув на Рона, увидела растущую «ветку поцелуев».

Быстро встав прямо и стараясь не дышать, Эми не двигалась, делая вид, что ничего не заметила.

— Не то слово, — согласился Рон, разглядывая, как прозрачные круги расходятся от золотого круга.

Эми хмыкнула и переступила с ноги на ногу.

— Ты точно не замерзла? Я могу дать тебе свою мантию, — Рон повернулся к Эми и увидел Омелу. — Омела...

— Что? — Эми сделала самое невинное выражение лица. — О, Омела.

Чувствовала Эми себя невероятно глупо и одновременно безумно смущалась, не зная куда деть свои руки или в какую позу встать.

— Эти Рождественские Омелы растут на каждом шагу, в каждом углу появляются, — Рон пожал плечами, наблюдая за растущими белыми бусинами, — Лаванда их как будто специально выглядывает, — добавил Рон, взглянув на Эми.

Словно камень, все внутренности Эми мигом рухнули куда-то в район живота. Такого дискомфорта она еще не испытывала. Волнительное чувство улетучилось и на смену ему пришло чувство какого-то постыдного ощущения.

— Ах ну да! — резко произнесла Эми. — Я замерзла, пойду в Башню.

Громовыми раскатами в висках пульсировало «какой позор». Ведь надо было стоять и надеяться, что уж тут-то, на самой высокой башне Хогвартса им точно не помешают. Все то нежное, что она испытывала от предвкушения и какая-то детская наивность, что в Такой-то Школе уж точно не просто так растут «ветки поцелуев» над головами двух людей. Все это давило на Эми и было противно от себя самой.

Поспешным шагом Рон следовал за Эми, но ничего не произносил. Она не могла избавиться от злости, что сейчас волнами поглощала ее. Только вот из-за чего сильнее: потому что Эми успела влюбиться или потому что Рон не чувствовал того же?

Уже в гостиной, когда Эми направилась прямиком к лестнице, Рон догнал ее.

— Стой, послушай...

— У меня голова болит, — ответила Эми, не смея посмотреть ему в глаза.

— Мне кажется, ты на меня злишься, — спокойной сказал Рон.

И Эми захотелось как-то обидно съехидничать, но она промолчала.

— Братишка, ты матушке отправил открытку? — в проеме показались Фред с Джорджем.

— Да, — ответил Рон, не сводя глаз с Эми.

— Что у вас тут происходит? — полушутя спросил Фред, подойдя к Рону с Эми.

— Я иду спать, — ответила Эми. — Спокойной ночи.

Растерянный Рон, потирая шею, остался позади, провожая Эми взглядом, которая слишком быстро поднималась наверх.

Уже поздней ночью, терзаемая противными ощущениями, чувствуя себя виноватой, Эми решилась извиниться перед Роном. Ведь он ни в чем не виноват. Набросав на клочке бумаги короткие фразы и заколдовав листок, Эми отправила его прямо в спальню Рона в надежде, что тот еще не спит или проснется и все же спустится.

Несмотря на то, что камин все еще сверкал в полумраке, в гостиной все равно было прохладно, а Эми в своих взволнованных чувствах так спешила, что спустилась в чем и была — короткие пижамные шорты и свободная футболка, оголявшая с одной стороны плечо. Стоя лицом к камину и опираясь на диван, Эми переминалась с ноги на ногу волнуясь и одновременно поеживаясь от холода.

— Эми?

Она повернулась и увидела растрепанного Рона, который скорее всего уже спал.

— Я разбудила тебя? — спросила она волнующимся голосом.

— Нет. — Рон почесал голову и грубым голосом, проходящему мимо ученику с шестого курса, который разглядывал Эми, сказал: — Чего уставился?

Шестикурсник скривился и молча поднялся на верх. Не обратив на это никакого внимания, Эми села на подлокотник дивана и подождала, когда Рон сядет напротив нее — на кресло.

— Я хочу извиниться перед тобой, — неуверенно произнесла Эми.

— За что?

— За сегодня, — она поджала губы, заламывая себе пальцы. — Я была не права, что так себя повела.

— На самом деле... если честно, то я совершенно не понял, что произошло, — спокойно отозвался Рон. — Что я сделал не так?

— Ты тут не при чем! Дело во мне, — призналась Эми. — Понимаешь, эта Омела и твоя Лаванда...

— Не моя, — вставил Рон, внимательно глядя на Эми.

— Не перебивай, пожалуйста, — попросила она и подняла глаза на Рона. — В тот момент я почувствовала себя чужой, будто заняла ее место. Ведь это Лаванда должна была стоять там, рядом с тобой под этой идиотской Омелой.

Отчасти, это было правдой и Эми действительно чувствовала себя чужой на этом «празднике любви». Нахмурившись, Рон еще немного смотрел на Эми, словно не поверил ей и пытался прочесть ее мысли.

— Ничего глупее я еще не слышал, — спокойно сказал он.

— В каком смысле? — Эми сдвинула брови.

— При чем здесь Лаванда?

— Как это при чем? — раздраженно спросила Эми.

— Ну вот так! С чего это ей надо было там стоять? — Рон тоже раздражался.

— Вы везде вместе, зачем ты сейчас споришь? — Эми приподнялась с дивана. — И там, наверху ты тоже о ней говорил, что вы постоянно целуетесь! Бедный Рон, устал от внимания девушки!

— Я не говорил такого! — вспыхнул Рон.

— Я не понимаю, зачем ты скрываешь очевидное? — прикрикнула Эми.

— Да ничего я не скрываю! — Рон тоже начинал кричать. — Плевать мне на эту Лаванду!

— Неужели это такой большой секрет, что ты так отчаянно его скрываешь? — Эми направилась к лестнице, на ходу выкрикивая фразы. — Куда не глянь — везде Рон и Лаванда, как клеем приклеенные друг к другу!

Как только Эми приблизилась к первой ступеньке лестницы, Рон схватил ее за руку выше локтя и с силой развернул к себе.

— Почему? Ну почему каждый наш разговор превращается в ругань? — с нажимом процедил он.

— Потому что ты не признаешь очевидного! — сквозь зубы проговорила Эми и хотела развернуться, но Рон крепко ее держал.

— Может это потому, что мне совершенно плевать на нее? — спокойно и тихо сказал Рон.

— Ты не похож на человека, кто может пользоваться другой, — Эми тоже уже не кричала и говорила почти шепотом.

— Я таким и не являюсь, — еле слышно произнес Рон. Они стояли в полумраке вплотную и говорили очень тихо, еле шевеля губами, глядя друг к другу в глаза. — Она пытается выдать желаемое за действительность, а я в основном не хочу ранить ее чувства.

— Ее чувства ты ранить не хочешь, а... — Эми осеклась, боясь взболтнуть лишнего.

— И позвал ее я на бал только потому, что та, с кем мне хотелось пойти была уже занята, — будто не услышав Эми, медленно сказал Рон.

Закрыв глаза и с шумом втянув воздух, легкие Эми наполнились до боли знакомым ароматом, и решившись спросить про ту, другую, ее прервал шум отодвигающегося портрета. В проеме появилась Джинни, и увидев Эми с Роном встала, как вкопанная.

— Джинни? Ты где была? — отцовским тоном спросил Рон, в мгновение переменившись в лице.

— Я? Я гуляла... — Джинни густо покраснела.

— Рон, отстань от нее, — Эми кивком показала Джинни, чтобы та поднималась к себе.

— Как это отстань? Ты видела сколько времени? — Рон взглянул на Эми, а затем вдогонку крикнул сестре: — Я еще не закончил!

Когда Эми громко засмеялась, Рон развернулся к ней и на лице у него до сих пор бушевали эмоции.

— Чего ты смеешься? Маленьким девочкам не позволительно расхаживать ночью по замку!

— Она давно уже не маленькая девочка, Рон, — посмеиваясь сказала Эми. — А вечер самое романтичное время.

— Что? Ты что-то знаешь? Кто он?

— Успокойся, — Эми взяла за руку Рона и похлопала по ней второй рукой. — У кого-то же должна быть личная жизнь в этой школе. Пойдем спать, — добавила она, прервав очередную реплику Рона, пока он не разозлился сильнее.

Ведь в чем-то он был прав — их разговоры и правда чаще всего заканчивались ссорой.

* * *

Идя к месту встречи Эл надеялась, что забудет, где находится то самое окно, куда когда-то случайно забрела. И у нее будет причина, почему она не пришла. Хотя, у Эл и без того причин было достаточно. Странным было то, что Эл не чувствовала никакой опасности. Еще Эл предвкушала увидеть, как Малфой удивится ее приходу, а ведь она даже волосы не успела высушить, боясь, что Рон и Гарри пристанут с вопросами. И именно на этой мысли Эл поняла, что Малфой может решить, что она спешила к нему, раз даже не удосужилась уложить свои волосы. И подойдя к окну, где Малфой уже стоял и судя по тому, как он задержал свой взгляд на них — он, так и подумал.

— Что, так спешила ко мне? — ухмыляясь, спросил он.

— Еще чего! — Эл вздернула подбородок.

— Разумеется, — Малфой улыбнулся, внимательно разглядывая Эл.

Он был спокоен и вальяжен, что не скажешь о Эл, которая заметно нервничала.

— Что ты хотел? — грубо спросила Эл.

— Пойдем в выручай-комнату, — приподняв одну бровь сказал Малфой. — О ней-то ты слышала?

Ничего не сказав, Эл развернулась и была готова уйти, но Малфой обогнал ее.

— Ты куда?

— Малфой, если ты думаешь, что...

— Я думаю лишь о том, чтобы нам никто не помешал и было где присесть, — перебил ее Малфой. — А вот о чем подумала ты, мне интересно узнать.

Замешкавшись немного, Эл тут же вспомнила первый и единственный раз, когда она была в выручай-комнате и все, что там происходило.

— Я прекрасно помню, как ты силой можешь поцеловать человека!

— Скажи, — он подошел ближе к Эл, — ты бы хотела мне отомстить?

— Ничего я не хочу, — как-то неуверенно произнесла она.

— Пойдем, уйдешь, когда захочешь, — серьезно произнес Малфой.

Выручай-комната на этот раз выглядела иначе. Она была маленькой и выдержана в холодных тонах, под стать Малфою. Красивый небольшой диван и стол, на который Эл только сейчас обратила внимание. Бутылка Уэльского вина и большая тарелка свежих фруктов.

— Малфой, ты что, свидание мне организовал?

— Можешь присесть, — проигнорировав, Малфой жестом указал на стул.

Когда Малфой учтиво отодвинул стул, Эл стала наблюдать за ним и не могла отвести взгляд. Весь его образ словно завораживал ее. Эл часто называли утонченной и грациозной, но теперь она понимала — все, кто так говорил, еще не видели Драко Малфоя. Он все делал с легкостью и лицо его не выдавало никаких эмоций. Он разлил вино и отдал один из бокалов Эл. Она тут же поставила его на стол и отодвинула от себя.

— Неужели ты думаешь, что я мог отравить твой бокал?

Недоверчиво взглянув на Малфоя, Эл ничего не ответила и тогда он сделал несколько глотков из ее бокала и отдал обратно в руки.

— Весьма в твоем стиле, — произнесла Эл, как только Малфой сел на другой конец стола напротив нее.

— Значит, понравилось? О, ну наконец-то ты улыбнулась, Ньюмен. А то я уж было решил, что наши дела совсем плохи.

— Наши? — искренне удивилась Эл.

— Наши. Что ты такого обо мне слышала, что не доверяешь пить вино, которым я угощаю?

— Правильным было бы спросить, что я такого слышала о тебе, чтобы могла доверять.

Малфой улыбнулся и сделал медленный глоток, внимательно смотря на Эл. Его взгляд был пронзительным, будто видел все ее мысли. Эл постаралась как можно непринужденнее откусить дольку яблока.

— Зачем ты меня позвал?

— У меня есть к тебе вопрос.

— Какой?

Малфой выдержал паузу и разглядывая свой бокал, держа его на уровне своих глаз, медленно произнес:

— Останавливать предметы в воздухе умеет только твоя сестра или ты тоже?

Яблоко, которое жевала Эл вдруг стало каким-то резиновым, вдобавок ко всему встало у нее в горле. Она закашляла, затем запила вином и взглянула на Малфоя, надеясь, что ей это послышалось.

— Что?

— Ты все услышала правильно, — тихо и внятно произнес он. Эл стало дико неуютно на этом стуле, и она взглянула на дверь.

— Смотри на меня, Эл! — требовательно сказал он. — Куда делась вся твоя дерзость?

— Ты ничего от меня не узнаешь! — Эл грубо взглянула на слизеринца.

— Сегодня возможно нет.

— Зелье не сработало?

Малфой поднялся с места, взял зеленое яблоко и присел на край стола.

— Как только ты вышла и оставила меня одного в таком состоянии. Ну, ты сама помнишь в каком, — он вздернул бровями и нахально ухмыльнулся, явно получая удовольствие от происходящего, — я вызвал своего эльфа. Да, не только у вас есть преданные домовики. Сразу после того, как он меня освободил, я вернулся в свою гостиную и за минуту до действия вашего зелья принял противоядие. Я не только прекрасно умею вести себя с девушками, Эл, я ко всему прочему искусный зельевар. А ваше зелье было слишком простым.

Прикрыв глаза и всем сердцем желая, чтобы все это оказалось лишь сном, Эл ощущала себя разбитой и несчастной. Она подвела свою сестру. Они доверились ей, ждали, что все получится, а она... Тут Эл ошпарило, как кипятком, получается, Малфой и поцелуй помнит?! Эл начинала пылать то ли от стыда, то ли от злости.

— Сколько дней прошло, ты не посчитала? И за эти дни никто не узнал о секрете твоей сестры, — продолжал Малфой и наклонился к Эл. — И о нашем с тобой секрете тоже.

Не в силах больше держать себя в руках, Эл резко встала и отошла подальше.

— И что ты хочешь Малфой? Я не про нас с тобой, на это мне все равно! — настойчиво произнесла она. — То, что ты видел на озере... Знай, я буду защищать до последнего!

— Как жаль, что именно нам ты придаешь так мало значения, — Малфой пожал плечом и наигранно вздохнул.

— Да что с тобой? — прикрикнула Эл. — Неужели ты думаешь, что я поверю тебе? Поверю, что ты придаешь этому значение? Я знаю, кто твой отец!

На секунду Малфой дрогнул и скривился, чем выдал свои эмоции. Он подошел к Эл, и она осталась стоять на месте, не позволяя давить на себя.

— Я уже сказал тебе, что за эти дни, я оставил все при себе. Тебе этого недостаточно, чтобы хоть немного поверить мне?

Прикрыв снова глаза, Эл вдруг резко ощутила усталость. Поэтому, почувствовав, как его руки прижимают ее к себе, даже не стала сопротивляться.

— Не надо так дрожать. Я не причиню тебе вреда, — непривычно мягкий голос Малфоя еще больше обволакивал Эл.

— А моей сестре? — выдавила из себя она, чувствуя, с каким трудом подчиняется ей собственный язык.

Он обнимал ее без ожидаемой грубости. На этот раз Малфой был нежен и аккуратен. Эл позволила себе закрыть глаза и вдохнуть его запах, и в тоже мгновение услышала, как он вдыхает запах ее волос. Ей хотелось раствориться, но собрав последнюю волю в кулак, она отстранилась от него.

— Какое будет условие, Малфой?

— Условие? — он наигранно удивился, а затем расслабился. — Ах да, условие... Конечно будет, Ньюмен.

Взяв Эл за руку Малфой направился к дивану, который стоял позади стола. Сел и усадил ее к себе на колени, но Эл тут же попыталась встать. Молниеносная реакция Малфоя и вот его руки крепко держат Эл за талию и усаживают обратно.

— Слушай внимательно, — деловым тоном начал он. — Ты же так отчаянно защищаешь секрет своей сестры. Во-первых...

— Во-первых? — бросив попытки высвободиться, Эл искренне удивилась. — Малфой, их что, будет несколько?

— Во-первых, ты дашь мне слово, что никогда не будешь применять ко мне никаких зелий! Если надо — подойди и скажи, — проигнорировав Эл, сказал Малфой.

Многозначительно взглянув на нее, Малфой дал понять, что продолжит только после ее согласия.

— Ладно...

— Во-вторых, ты будешь приходить ко мне тогда, когда я захочу.

— Что? — Эл подскочила так резко, что даже Малфой не успел среагировать.

— Ты слышала!

— Нет! — твердо заявила Эл.

— Ты не можешь отказаться, — уверенно произнес слизеринец.

— Могу! Да как ты вообще посмел? Я тебе не собачка, чтобы по первому зову бежать к тебе! — разозлилась Эл. — Что ты возомнил о себе? Да как ты...

Эл настолько была возмущена и оскорблена таким предложением, что не могла подобрать нужных слов. В этот момент ей стало совершенно плевать на все его угрозы, но к ее великому удивлению, Малфой, развалившийся на диване только лишь улыбался.

— Дааа, Ньюмен, даже в такой ситуации ты не уступаешь.

Прищурив глаза, Эл сначала не поверила своим ушам, что Малфой вот так просто вроде как отступил, и вздернув головой и махнув волосами, Эл почувствовала, что чтобы она не сделала — он не выдаст их.

— Дальше? Или на этом все?

Подойдя к столу и взяв бокал, Эл сделала глоток и вопросительно уставилась на Малфоя.

— Я хочу, чтобы ты научила меня вызывать Патронус.

— Что? — она поперхнулась вином. — Патронус?

— Да, — спокойно сказал Малфой, не отрывая глаз от Эл.

— Его изучают только на пятом курсе, — засмеялась она.

— Ходят слухи, что вы с сестрой вызвали самых сильных Патронусов за всю историю магии.

— Но я сделала это всего лишь один раз!

— Именно поэтому ты являешься лучшим учителем, — на этих словах Малфой подошел к Эл и провел рукой по ее спине.

— Хорошо, — Эл пожала плечами, чтобы скрыть мурашки, вызванные его прикосновением. — Что-нибудь еще?

Малфой усмехнулся и приблизился вновь, внимательно смотря на нее.

— Много чего, но в свое время, — выдохнул он прямо в губы Эл, и она почувствовала его поцелуй.

Глава 12. Чья-то очень злая шутка.


На Астрономическую Башню Эми стала приходить реже, и выбирая исключительно моменты, чтобы не столкнуться с Роном. И ей это удавалось, к слову, днем вряд ли кто-то бы захотел туда подняться. Любуясь природой и ощущая расслабленность от каникул, Эми не сразу заметила, как по краю балкона ходит важная сова, держа сверток. Ей еще никто ни разу ничего не присылал, и она искренне удивилась, не увидев обратного адреса. Развернув упаковку, ей в руки упала коробочка. Когда Эми открыла ее, почувствовала, как сердце сжалось — из коробочки выплыл кит, размером с ее ладонь, на которую тот плавно опустился. Кит... Как на волнах над ладошкой раскачивался крошечный и красивый зверек. Стараясь развернуться своим неуклюжим телом, он словно смотрел прямо на Эми. Но кто мог сделать для нее такой подарок? Такой личный... Неужели Рон?

Эми сидела на выступе, улыбаясь и качая головой, не веря своим глазам. Этого просто не могло быть, но только с Роном она говорила о летающем ките. Почему же анонимно в таком случае? Должно быть, это было просто совпадением и Эми отогнала мысли, так настойчиво вселявшие надежду.

Сидя вечером в кресле и дожидаясь остальных, Эми улыбалась сама себе, чувствуя тепло крошечного создания у себя в кармане. Сегодня канун Рождества и друзья собирались поздравить друг друга в тесном кругу, собравшись как обычно у камина.

— Привет, Эми, — поздоровалась Гермиона и от неосторожного движения из внутреннего кармана жилетки выплыл кит. Эми тут же поймала его, но Гермиона вместе с Эл заметили его.

— Что это у тебя? — вопросительным тоном произнесла Эл. Эми разжала ладонь, демонстрируя подарок, ведь она даже сестре не рассказала о нем. Кит недовольно фыркнул воздухом.

— Какая прелесть! — улыбаясь Гермиона погладила кита по спине. — Кто тебе его подарил?

— Не знаю. Подарок был анонимным, — призналась Эми и немного покраснела, ведь предательский стук сердца вновь напомнил о Роне. Улыбка сама по себе расползлась по ее лицу.

— Даже записки не было? — не унималась Гермиона. Эми лишь покачала головой, стараясь смотреть на кита.

— Я правда не знаю от кого.

— Но по тебе не скажешь этого! Ты вся красная и довольная, ты явно знаешь кто это! — Гермиона смотрела на Эми, не отрываясь. — Это же очевидно, этот человек знает твою любовь к таким вещам, знает, что ты читала книгу про китов. Да и ты явно неравнодушна к этому анониму.

— Эмм... — Эми покраснела еще сильнее.

— Это Оливер Вуд! — сделала вывод довольная Гермиона, а Эми лишь облегченно вздохнула, встретив ее взгляд.

«- Какие точные наблюдения и какие неверные выводы, подруга», — подумала про себя Эми.

Только Эл по-прежнему недоверчиво смотрела на сестру и ее сомнения читались слишком легко: «Вуд не стал бы присылать подарок анонимно, в этом нет смысла» — сказала бы она Эми и была бы права.

— О, Рон, давно ты тут стоишь? — Гермиона жестом позвала Рона, а Эми тем временем постаралась незаметнее убрать кита обратно в карман.

— Вы так были увлечены беседой, что не хотелось вас тревожить, — важно произнес Рон и уселся на диван рядом с Эл. — Гарри сейчас спустится, он упаковывал подарок, чтобы я не увидел и даже не признался для кого он.

Когда все были в сборе, пятеро друзей по традиции уселись на пол, ближе к камину и отодвинув стол, чтобы образовать маленький круг. Гермиона наколдовала снег, который падал сверху и таял, недолетая до ребят. Ученики, проходившие мимо поглядывали в их сторону, кто-то не скрывая кривился такой тесной дружбе, а кто-то с любопытством вглядывался, что они там опять затеяли.

— Ну, кто начнет? — потер руками Гарри. — Давайте я!

Он протянул Рону сверток, в котором находилось большое, красивое перо, исправляющее ошибки написанного текста и не позволяющее сделать их.

— Вот бы мне такое! — воскликнула Эл.

— На экзамен с такими не допускают, — похлопала Гермиона ее по плечу.

— Теперь тогда я вручаю свой подарок, — сказал Рон, и улыбаясь протянул Гермионе не очень аккуратно упакованную коробку. В коробке был набор для чистки перьев. Она улыбнулась и поблагодарила Рона. — Это еще не все. Есть еще подарки от моей мамы, я попросил ее прислать раньше, чтобы вручить их сегодня.

Рон раздал каждому бумажные пакеты, в которых были завернуты свитера ручной вязки с именными буквами. Гарри получил горчичного цвета свитер, Гермиона лимонный, Эл ярко-розовый с малиновыми вставками, а Эми синий, плавно переходящий в фиолетовый.

— Вот это да! — восторженно воскликнула Эми. — Какой потрясающий!

Она быстренько натянула его на себя, что повторила и ее сестра, надев свой.

— Твоя мама знает о нас? — удивленно спросила Эл.

— Разумеется! Как я от мамы скрою таких сестричек! — засмеялся Рон.

— Так, теперь я, — отложив свои подарки в сторону, Гермиона протянула праздничный пакет Эми. В пакете лежал нежный, легкий шарф лилового цвета. — В зависимости от погоды он меняет свою структуру, становясь плотнее и объемнее, когда холодно.

— Ого, Гермиона! Спасибо большое! — искренне поблагодарила Эми подругу и обняла ее. — Теперь я точно не боюсь холода!

Молча протянув маленький конверт своей сестре, Эми выжидательно следила за ее реакцией. Повертев конверт в руках, Эл пожала плечами и вскрыла его, достав оттуда металлический плоский компас.

— Компас? — Эл приподняла удивленно брови. — Серьезно? Ты боишься, что я заблужусь?

— В этом есть смысл, — громко рассмеялся Рон.

— Произнося ему место, куда тебе необходимо попасть — он превратится в карту с проложенным путем. Так что, теперь ты можешь не волноваться, что забудешь где находится туалет или кабинет, — Эми тоже смеялась.

— Точно нужная вещь для тебя, — Рон ткнул локтем Эл.

— А еще, — продолжила Эми, — этот предмет заколдован, в нем капля моей крови и, если когда-нибудь тебе будет необходимым найти меня — он приведет тебя ко мне, где бы я не находилась.

Повисло молчание и только Гермиона возбужденно дышала.

— Ого! — приглушенно произнесла она. — Эми, где ты его взяла? Это очень редкий предмет.

— Я о таком от отца слышал, он не просто редкий, он — редчайший. Таких изделий лишь несколько на всем белом свете, — изумленно пролепетал Рон.

Эми лишь улыбнулась и пожала плечами.

— Мне пришлось очень постараться. Эл, твоя очередь.

— Держи, — Эл протянула подарок Гарри.

Как и советовала сестра, Эл купила книгу, редкое издание, которое так хотел Гарри и тот, не скупясь на эмоции, обнял Эл и с жадностью перелистывал страницы.

— Давайте сфотографируемся! — предложила Эми. — Ну-ка, надевайте все свои свитера.

— Я позову Колина, у него есть фотоаппарат, — с энтузиазмом сказал Гарри и, надевая на ходу свитер поднялся наверх.

Когда Гарри спустился с Колином, Эл уже успела несколько раз сбегать до зеркала и поправить свои волосы. Встав спиной к камину, Эми и Эл обняли Гермиону по бокам, а Гарри с Роном присоединились сзади, все стали радостно махать руками и улыбаться. Снег, наколдованный Гермионой падал сверху, придавая этой и без того уютной атмосфере еще больше сказочности и тепла.

— Как же хорошо, да? — обводя всех взглядом, Эми наслаждалась обстановкой.

— Что делать будем? Завтра величайший праздник, а сегодня у нас свободный вечер, — усевшись на диван, Эл закинула ногу на ногу.

Встретив мечтательный взгляд своей сестры, Эл незаметно качнула головой. Она рассказала только Эми о том, что произошло между ней и Малфоем и что на самом деле зелье не подействовало. Эл ожидала увидеть беспокойство сестры, но та лишь одобрительно улыбалась и сказала, что не сомневается в словах Малфоя, а так удачно сложившаяся ситуация лишь дала повод ему стать ближе к Эл. Но как сама решила Эл, она не будет искать с ним встречи и даже будет избегать его, чтобы лишний раз не напоминать ему о их секрете, который он согласился сохранить. И потому, когда Эми сейчас взглянула на Эл намекая, что та может спокойно прогуливаться по замку, не волнуясь, что наткнется на слизеринца, Эл отрицательно помотала головой.

— Эл и Эми, — обратилась Парвати к сестрам, — в комнате лежит подарок, он для вас. Там ваше имя.

Сестры переглянулись и поднялись в спальню вместе с Гермионой. И действительно, на кровати Эми лежал сверток, обвязанный бархатной изумрудной лентой. Взяв сверток в руки, Эми не нашла записки, а лишь прикрепленную карточку с указанной на ней фамилией Ньюмен.

Распечатав сверток, Эми достала красивый медальон на серебряной цепочке с серебряной обводкой. Рисунок в виде инь-ян, с одной стороны нарисованным большим конем, стоящем на дыбах и расправившим крылья, а с другой стороны огромным львом в застывшем рыке. Эми перевернула медальон и не смогла прочесть надпись, выгравированную на нем, так как она была на латыни.

— Здесь латынь, а я ее не знаю, — сказала Эми и вздрогнула.

Кит, что спокойно все это время лежал у нее в кармане вдруг забился, словно пытаясь выбраться наружу.

— Девочки, возьмите, у меня кит нервничает, — сказала Эми, протянув медальон в сторону.

В этот момент Эл, снимавшая свой свитер так и осталась со стянутыми рукавами и ими же взяла медальон из рук сестры.

— Я тоже не знаю латыни, — раздосадовано протянула Эл.

— Читай, а я переведу, — гордо заявила Гермиона и встала рядом с Эл.

— Qui voluit in servitutem Mundi est, carcerem in lapidem a saeculo. Est solum potentia aequalis meus, qui et ipse erit iterum dimisit, — выделяя каждое слово, прочитала Эл.

— Тот, кто Мир поработить желал, на веке в камне заточен. И лишь той силой, равной мне, он будет вновь освобожден.

Будто переключатель щелкнул в голове Эми и она, как в замедленной съемке, бросилась к Эл, на ходу крича «не открывай!», но было поздно и открывшейся медальон упал на пол. Оттуда выпал зеленый камень и разбился, испустив черный дымок, как последнее дыхание.

Все трое замерли, глядя вниз на медальон с потускневшим расколотым камнем.

— Мне кажется, это все очень похоже...

— Молчи! — перебила Гермиону Эми.

— О чем вы? — заинтересованно спросила Эл.

— Эми, но ведь ты тоже об этом подумала! — настаивала Гермиона.

— Это же смешно! Ну какова вероятность? — нервно посмеиваясь сказала Эми. — Бред какой-то, это все дурацкое совпадение.

— Да о чем вы? — прикрикнула Эл, так как ее все игнорировали.

— Эми не хочет признавать, что это напоминает легенду, — не обращая внимания на строгий взгляд Эми, ответила Гермиона.

— Легенду? Какую еще легенду? — Эл стянула наконец свой свитер и присела рядом с Эми и Гермионой на коленки.

— Легенду о Селене Варун, ведьме, что заточила демона в свой медальон! — уверенно произнесла Гермиона и получила толчок плечом от Эми.

— Согласна с сестрой — все это чушь собачья! — закивала Эл и подняла медальон, но тут же выронила его, — АЙ!

— Ты чего? — уставились на нее Гермиона с Эми.

— Он обжог меня! — обиженно простонала Эл. — Идиотский медальон! Идиотская легенда! Идиотские демоны с ведьмами!

Эми быстренько сгребла и медальон, и разломанный надвое камень и спрятала их в шкаф, подальше запихивая к задней стенке.

— Так, девочки, давайте рассуждать логично, — призвала к вниманию Эми Гермиону и сестру. — Мы знаем, а точнее нас хотят убедить в том, что когда-то, очень давно жила какая-то ведьма и якобы заточила в свой медальон какого-то демона. — Гермиона хотела что-то возразить, но Эми прервала ее, выставив руку в перед. — И даже если это на самом деле так и было, — на этих словах Эми с отвращением передернулась, — то перед нами никто не появился. Никто не воскрес, не вылез и не погрузил мир во тьму. Так может нам не стоит драматизировать.

— Хочешь сказать, что это всего на всего совпадение? — с сомнением прищурилась Гермиона.

— Да, — кивнула Эми.

— Но ты ведь в них не веришь! — напомнила Эл своей сестре.

— Да-да, — поддержала Гермиона подругу. — А еще одна незначительная, — Гермиона начала пищать тоненьким голоском, — совсем такая незначительная деталь.

— Какая еще деталь, — вздохнула Эми.

— Надпись на медальоне! — рявкнула командным голосом Гермиона, что аж сестры вздрогнули от неожиданности.

— Точно! Что ты на это скажешь? — скрестила руки на груди Эл, поравнявшись с Гермионой.

— Мы с вами тут что, играем в игру «кто правдоподобней придумает объяснение»? — нервно спросила Эми.

— Именно так! Кто придумает, тому я и поверю, — изогнула бровь Эл.

— Не идиотничай, Эл, — огрызнулась Эми. — С надписью согласна — странно. Но этому тоже можно найти логичное объяснение. Все это может быть лишь шуткой, чей-то неуместной шуткой.

— Ты сама в это не веришь, — укоризненно произнесла Гермиона.

— Подслушали нас в тот вечер или насмотревшись на наших патронусов решили пошутить, — пожала плечами Эми, в сердцах желая, чтобы именно так и было.

— Надеюсь, что так, — вздохнула Гермиона.

— Девочки, мне тоже стало страшно, но ничего не изменилось. Давайте все так и оставим и никому не расскажем об этом, — попросила Эми.

— Кому? Мальчикам? — спросила Эл.

— Ну да, а то Рон похлеще тебя Гермиона придумает немыслимые истории с этим медальоном.

Глава 13. Рождественский бал.


«...Так мало смысла там,

Где много любви...»

На следующий день вся школа готовилась к празднику. Разговоры были только о нарядах, парах и группе, которую пригласили играть в Рождественскую ночь. Весь предыдущий вечер девочки вели себя тихо и старались вообще не вспоминать о медальоне, а любопытным Гарри с Роном соврали, что получили открытки от анонимных учеников. Эл спала из ряда вон плохо, ей всю ночь снились кошмары. Сначала ей приснилось, что медальон выпрыгнул из шкафа и засосал ее внутрь, погрузив в кромешную тьму и холод. Затем сон мягко переключился на бесформенные фигуры драгоценных камней, хищных львов и летающих лошадей, которые так и намеревались ее растоптать. А под конец ночи, Эл приснилось, что она плывет на ките Эми, а Малфой размахивает перед ней своей палочкой и кричит во все горло, что расскажет всем об их секрете. В общем, Эл проснулась без настроения и весь день дергалась, раздражаясь от любой мелочи.

К вечеру, когда время пришло начинать одеваться, наряжаться, приводить себя в порядок и готовиться к выходу, Эл повеселела. Она нервничала лишь по одному поводу — чтобы ее наряд был идеальным и все пошло по плану. Ее сестра тоже нервничала, но совершенно по другому поводу. Хотя, это был их первый в жизни Бал, Эми волновалась из-за Рона. Ей хотелось выглядеть потрясающе, чтобы он заметил ее и обратил внимание. И потому, когда она надевала свое платье, ее руки тряслись и у нее то и дело выскальзывало все из рук.

К назначенному времени с горем пополам все были готовы. Только разумеется ждали Эл, которая постоянно бегала в ванну к зеркалу и поправляла макияж.

Когда Гермиона впервые появилась перед девочками — они ахнули от изумления. Утонченная, красивая, так не похожая на себя Гермиона выглядела прекрасно. Волосы ее были аккуратно собраны в пучок, спереди спадали легкие пряди, обрамляя худенькое личико с румянцем на щеках и делая ее образ милым и нежным. Белое длинное платье, облегающее красивую фигуру, тонко подчеркивало все ее достоинства. А полоски блестящего серебра, спускавшиеся по платью, отражались в ее искрящихся глазах.

Эл выбрала для себя платье цвета Шампань, так элегантно подчеркивающее ее изящную талию. Сверху на шелке нежная сетка, на которой выделялись цветы, растущие к верху. Такая же нежная сетка на спине, на первый взгляд оголяя ее. Изысканная полоска из камней на спине делала фигуру более тонкой и прямой. В длинном платье Эл выглядела словно свеча. Собрав свои локоны в небрежный хвост, чтобы добавить своему образу некий шарм, Эл убрала его назад.

— Ну все? Идем? — Гермиона теребила платье, волнуясь.

— Да, сейчас, я только кита положу в сумочку, — Эми чуть не забыла своего друга и поспешила взять его с собой.

Нужно отметить, что Лаванда тоже собиралась вместе с девочками, так как предварительно вся компания договорилась идти вместе и хоть Эми совершенно это не нравилось — выбора у нее не было и ей пришлось быть вежливой с ней. И Эми всеми силами убеждала себя, что выбор платья Лаванды так ей не нравится не потому что, она не любит эту девчонку, а потому что у Лаванды действительно отсутствует вкус. Девушка с цветочным именем выбрала для себя бирюзовое летящее платье, спускавшееся чуть ниже колена и совершенно лишнее ожерелье в виде васильков.

Рон, Гарри и Оливер уже стояли внизу и когда Эми закрыла за собой дверь, то застыла на пару секунд, чтобы успокоить свое дыхание и не свалиться от волнения с лестницы. Первым в поле зрения попал Гарри, на котором были светло-серые брюки в клетку, темно-серая кофта и синий не классический пиджак. И в этом Гарри выглядел безусловно шикарно.

Лаванда подбежала к Рону и Эми обратила внимание насколько он великолепен. Темно-синие брюки с жилеткой и бежевого цвета рубашка, рукава которой были закатаны. Про себя подумав, что они должно быть гармонично смотрелись вместе, заставила себя отвести от него взгляд.

Сама Эми выбрала для себя темно-синего цвета платье, завораживающее своей магической глубиной. По плечам до талии спускалась телесного цвета сетка, на которой были вышиты крупными камнями узоры, выделяющие грудь, но хорошо скрывая ее. От талии до пола из черного плавно перетекая в насыщенный синий цвет свободного кроя ткань, сверху покрытая сеткой и которая при походке, создавала эффект волн. Волосы Эми оставила распущенными, легкими волнами спадающие на плечи. Эми в последний раз поправила их, перекинув на правую сторону и заправив левые пряди за ухо.

Переведя взгляд с ослепительного Рона, Эми увидела Оливера, который, не отрывая глаз следил за ней. Он был в классическом черном костюме и белой рубашке, расстегнутой сверху. Красив. И серьезен. Подойдя к нему, Оливер протянул Эми свою руку, и она вложила в нее свою. Второй рукой он протянул белоснежную лилию.

Седрик ждал Эл перед входом в гриффиндорскую гостиную и сразу же оценил ее взглядом, когда она вышла, шепнув комплимент ей на ухо. Он был в классическом бежевом костюме, рубашке и галстуке и идеально подходил Эл. Лаванда с Роном обогнали всех и шли впереди. Подхватив Эл под руку, Эми немного отвела ее от своих кавалеров, предоставив им возможность поболтать об игре.

— Вот досада для Рона, — сказала задумчиво Эл.

— Почему досада?

— Так ты представь, как он расстроился, что пошел с Лавандой, когда тебя увидел, — Эл весело улыбалась.

— Наверняка ему повезет ночью. Лаванда только этого и ждет, так что вряд ли он вообще обратил внимание на меня, — Эми печально улыбнулась и поправила свои волосы.

— Я же видела, как Рон рот открыл, когда в твою сторону смотрел. Хорошо он сегодня выглядит.

— Хорошо... — Эми взглянула на идущего впереди Рона, размашисто шагая и что-то рассказывающего Лаванде. — Ему идет. Волнуешься? На счет Него? — Эми перевела взгляд на сестру.

— Немного... Да конечно волнуюсь! Я не знаю, чего уже ожидать от него, — Эл провела рукой по своей талии, спускаясь вниз.

— Ну одного ожидать точно стоит — он не будет сводить с тебя глаз, — Эми искренне улыбнулась.

Улыбнувшись сестре, Эл вздернула подбородок и подошла к Седрику, взяв его под руку.

Большой зал узнать было сложно. Вместо факультетских столов появилось множество маленьких столиков, застеленных светлыми скатертями. На столах была разная еда и напитки. На месте, где раньше стоял стол преподавателей теперь была устроена сцена для музыкантов, а по середине Зала оставили огромное пусто место для танцев. По периметру Зала стояли заснеженные крупные ели, украшенные гирляндами и свечами. С заколдованного полотка падал снег, а над камином, что расположился рядом со сценой, висел громадный венок Омелы. Легкая музыка расслабляла, а сама атмосфера завораживала и пронизывала теплым волшебством.

Большинство учеников уже собрались, кто-то разглядывал украшения, кто-то стоял под Омелой и без стеснения целовался. Увидев эту картину, Эми непроизвольно взглянула на Рона и именно в этот момент Рон повернулся назад и их глаза встретились. Но как только Рон спокойно улыбнулся Эми, Лаванда тут же его одернула, переводя все его внимание на себя и Эми покачала головой, предчувствуя нелегкий вечер в такой компании.

Гарри с Гермионой отправились занимать стол, чтобы вся компания смогла за ним поместиться. Хагрид стоял около сцены и смешно, немного сконфуженно пританцовывал. Оглядывая Зал, Эл искала глазами Малфоя, но его не было, впрочем, как и почти всех слизеринцев.

Усевшись за один большой стол, разливая себе напитки и обмениваясь фразами, Зал начинал оживать, а гостей с каждой минутой прибавлялось. Обходя стол, Эл делая вид, что выбирает для себя лакомство — поглядывала на вход. И, взглянув туда очередной раз — сердце екнуло. В дверях стоял Малфой. Ему не пришлось взглядом блуждать по Залу, он моментально заметил Эл и игриво улыбнулся. Бордовый костюм, светлая рубашка, галстук — Малфой не изменял себе и был как всегда безупречен. Единственное, что делало его не таким приятным — это его спутница и Эл с отвращением подумала про себя, насколько ей неприятно это зрелище. Пэнси Паркинсон была отвратительной особой, что нельзя было сказать о ее внешности и это Эл раздражало еще больше.

— Ты видела с кем Малфой пришел? — тихонько спросила Эл у сестры.

— Нет, — Эми привстала, делая вид, что поправляет платье и взглянула на вход. — Не удивлена, что с ней, — призналась Эми и заметила приветливую улыбку в свой адрес.

Рядом с Малфоем стоял Блейз Забини со своей спутницей. Элегантный светло-серый костюм, плотно облегающий мускулистое тело, черная рубашка с расстегнутыми несколькими пуговицами, оголявшая его смуглую грудь. Он откровенно разглядывал Эми, а она в ответ покрутилась вокруг себя, демонстрируя платье. Эми прекрасно видела боковым зрением, как сейчас смотрел на нее Рон, и в каком-то глупом, девчачьем порыве решила покрасоваться перед другим. Блейз одобряюще кивнул, а Эми ему в ответ показала большой палец, говоря, что и он хорошо выглядит.

— Я все видела, — укоризненно вставила Эл, когда Эми села обратно. — И не я одна.

— Ну и что? — внезапно взъерошилась Эми. — Знаешь, иногда приятно знать, что ты интересна кому-то, а не ждать бесконечно того, кому все равно!

— Ладно, ладно, я просто сказала, не нервничай, — ответила Эл и переключила свое внимание на Седрика, который как раз подливал ей шампанского.

После недолгой речи и поздравительных слов Директора, Зал ожил. Кто-то продолжал сидеть за столиками, кто-то нерешительно двигался под музыку. Для Эми было очень странным находиться в обществе Лаванды Браун. Они никогда не были подругами, мало того, они никогда не скрывали своего истинного отношения друг к другу, а тут приходится сидеть за одним столом. К тому же, Эми приходилось волей не волей наблюдать, как Лаванда не церемонясь обхаживала Рона, то прильнув к нему, то поглаживая по руке.

Когда вышла группа, которую так все ждали, почти все присутствующие столпились у сцены. Лаванда потянула Рона с собой, но тот остался сидеть на месте. Оливер последовал примеру Лаванды и пригласил Эми потанцевать, и она согласилась. Музыка заиграла и все закричали, прыгая и подпевая.

Стоя с Седриком у столика, Эл разглядывала танцующих и почувствовала, как его рука скользнула ей на бедро. И как только Эл хотела убрать его руку, заметила на себе взгляд Малфоя. Он, не скрывая смотрел в их сторону, сидя на стуле и держа в руке бокал. Передумав убирать руку Седрика, Эл размышляла о своих желаниях. Вот что ей еще нужно? Рядом Гарри, который при каждом удобном случае делал ей комплименты, Седрик, чье внимание было даже через чур повышенным. Но она все равно постоянно бросала взгляды в сторону блондина. Красивый, сдержанный и безумно привлекательный. Рядом с ним Пэнси в черном платье тоже смотрела на Эл, но она демонстративно делала вид, что не замечала этого.

— Ты такая задумчивая сегодня, — сказал Седрик.

— Всех разглядываю, такие красивые, — улыбнулась Эл.

— Ты самая красивая, — Седрик притянул Эл к себе, но она успела подставить руку между ними, чтобы удерживать расстояние.

— Спасибо... — слегка смутилась Эл и посмотрела в сторону сестры, которая танцевала с Оливером и казалась довольной. Но Эл прекрасно чувствовала ее настоящие эмоции, такие же, как и у нее — все это лишь маска, скрывающая печаль.

— Может, хотя бы один танец посвятишь своему другу? — Гарри подошел к Седрику с Эл, — Седрик, ты не против?

— Против, — шутливо ответил тот.

— А где Гермиона? — поинтересовалась Эл.

— Мы с Роном потеряли своих спутниц, — пожал Гарри плечами.

Почему-то, именно в этот момент, Эл оглянулась и как раз вовремя, чтобы заметить, как Малфой направлялся прямо в их сторону. Сердце бешено застучало и Эл резко отцепилась от Седрика.

— Гарри, Седрик, не могли бы вы принести мне напиток, — как можно естественней произнесла Эл и мило улыбнулась.

И не дождавшись ответа быстро скользнула в толпу. Еще мгновение и Малфой оказался рядом с Эл. В его руках было два бокала, один из которых он протянул Эл.

— Ты что, хотел вот так в открытую сейчас подойти ко мне?

— Ты же так делала. Забыла? — Малфой вздернул бровями.

— Поговорим потом, — протараторила Эл и развернулась.

Но она не успела никуда уйти — крепкая рука схватила ее за локоть. Малфой склонился к уху Эл и спокойно произнес:

— Не провоцируй меня своими поклонниками, Ньюмен, и пусть они вьются возле тебя, я все равно вижу твои мысли.

— И о чем они? — Эл развернулась и с вызовом посмотрела на Малфоя.

— Обо мне, — усмехнулся он.

— По-моему, о тебе мысли лишь у той брюнетки, что сегодня с тобой, — с негодованием произнесла Эл.

— Ты хорошо выглядишь, Ньюмен. Не забывай о нашем договоре, — просто произнес он.

— И приходит к тебе пусть она же! — вырвалось у Эл, хотя она не плохо умела держать себя в руках.

— Мне тоже хотелось, чтобы на этом балу со мной была ты, а не кто-то другой, — шепотом сказал он. — Я жду тебя, нам нужно остаться наедине.

И Малфой ушел, плавно исчез, оставив Эл с комом в горле. Она так хотела, чтобы он увидел ее красивой, чтобы любовался, чтобы они вместе танцевали. Чтобы он крепко обнимал ее, а она без стеснения говорила, какой он потрясающий. А что получается? Он с другой. И она с другим. Встряхнув головой, Эл знала, что эти удушливые мысли скоро должны пройти и через минуту приступы отчаяния отступят.

Танцуя под энергичную музыку, Оливер то кружил Эми, то прижимал к себе, то хватал за талию и наклонял назад и ее это даже развеселило. И когда толпа стала рассредоточиваться, Эми с Оливером тоже решили передохнуть.

— Вы что тут одни сидите? — спросила Эми у Рона с Гарри, подойдя к столику, пока Оливер пошел за напитками.

— Мы потеряли наших спутниц, — улыбнулся Гарри.

— Я не терял, вон она пляшет, — Рон кивнул в сторону танцующей Лаванды.

— Ну что ж, не буду мешать вам веселиться, — посмеялась Эми.

— Стой, — Рон догнал Эми и отвел ее немного в сторону. — Ты бы поосторожней была.

— Осторожней? — удивилась Эми.

— Оливер, конечно же хороший человек, но настроен он явно не на дружбу, — серьезно произнес Рон.

— Что? О чем ты?

— Я знаю, что я говорю! — грубо ответил Рон.

— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — хмыкнула Эми и подозрительно взглянула на Рона.

— Надеюсь, ты услышала меня!

Не дав ничего ответить, Рон развернулся и вернулся за столик, а Эми стояла и не понимающе смотрела ему в след. Настроение, которое начало подниматься вновь упало и ей даже захотелось уйти отсюда. Но не успела она и шагу ступить, как чьи-то руки буквально втащили ее в толпу танцующих студентов.

— Да что ж такое! — возмущенно воскликнула Эми. — Блейз?

— Ну а ты кого ожидала увидеть?

— Ты не вовремя.

— Один танец, Ньюмен, не ломайся, — нагло потребовал Забини.

— Ладно, — вздохнула Эми, которой не особо хотелось возвращаться в общество Рона. — Твоя подружка тебя не потеряет?

— А твой?

— Потеряет, — улыбнулась Эми.

— Ты знаешь, возможно я не слишком ловко тебя украл, и теперь твои дружки готовы меня порвать на части, — прошептал Забини, склонившись к уху Эми.

— Что? — не поняла она.

— Да-да, я даже смущаться начинаю под их пристальными взглядами, — Блейз еще сильнее прижал к себе Эми, у которой мысли еще не совсем вернулись на свои места.

— Прекрати! — Эми ущипнула его за бок.

— Ты же сама их сейчас провоцируешь. Что скажешь им потом?

— А что я должна буду им сказать? — Эми посмотрела на Блейза и улыбнулась.

— Скажешь, что у нас любовь и мы жить друг без друга не можем, — он откровенно издевался над ней.

— Все, еще хоть одно что-то подобное — и я ухожу, — Эми отстранила его от себя.

— Понял, — Блейз вдруг стал совершенно серьезным и молча продолжал удерживать Эми в объятиях.

— Ты что, обиделся? — насмешливо спросила она.

— Я выполнил твою просьбу, — с прищуром сказал Блейз.

— Ох, и воздастся мне, я чувствую, за это, — рассмеялась Эми.

— Все, что пожелаешь, — Блейз склонился к ее руке, поцеловал и стал отходить.

— Блейз! — окликнула его Эми.

— Я так и знал! — возвел он руки к верху и подошел обратно. — Ты не сможешь без меня!

— Спасибо, — сказала она и мягко погладила его по руке.

— Всегда пожалуйста, — Забини подмигнул и ушел к своим.

Когда Эми вернулась к столику, к нему как раз подошла Эл и сразу же попросила сестру отойти с ней в сторону.

— Я сегодня нарасхват, — пошутила Эми.

— Что? — отстраненно спросила Эл.

— Что-то случилось? — Эми увидела встревоженный взгляд сестры.

— Тут такое дело...

— Малфой? — не дав договорить сестре, Эми перебила ее.

— Да.

— Вы увиделись?

— Ага, и мы...

— Поговорили?

— Эми! А можно я сама расскажу? — возмутилась Эл и отвела сестру еще дальше.

— Ой, прости.

— Эми, я не знаю... Мы с ним поговорили, и он хочет увидеться. Представляешь? Глупости какие! Но я не знаю, все-таки у нас уговор. Я не пойду конечно. Тем более он с девушкой. А я вот с Седриком. И кстати, Седрик хороший. И вообще он меня бесит! — протараторила Эл.

— Кто? Седрик? — ничего не поняла Эми.

— Малфой конечно же! При чем тут Седрик? Вот так и знала, что не поймешь!

— Эл, — спокойно взглянула на нее Эми и взяла за плечи. — Он предложил увидеться сегодня?

— Да, — совсем тихо произнесла Эл.

— Иди, — твердо сказала Эми.

— Идти?

— Иди, я отвлеку Седрика, — настоятельно проговорила Эми.

— А как же Оливер? Ты же с ним сегодня.

— Все равно этот неугомонный Рон не оставляет нас в покое, пока мы вдвоем. У меня нет никакого желания оставаться вообще на этом празднике, — махнула рукой Эми.

— А что Рон? — удивилась Эл.

— Ничего особенного, собственно, просто он вдруг решил, что может управлять моей жизнью и указывать мне, что делать. Ему взбрело в голову, что Оливеру от меня нужно только одно, — нервно пожаловалась Эми.

— Эми! Так Рон же ревнует! — радостно произнесла Эл.

— Это не ревность, а какое-то неистовое желание испортить мне вечер!

— Знаешь, Рон просто не сдержался, и злится в открытую. Я вот с Малфоем тоже не выдержала, — Эл вновь поникла.

— Ты тоже ему весь вечер твердишь, что Паркинсон хочет его использовать? — серьезно спросила Эми, а Эл рассмеялась.

— Я пошла?

Эми обняла Эл и проводила ее взглядом. Ей предстояло как можно убедительнее отвлечь Седрика, а в голову как назло не приходило ни единой мысли. Когда Эми вернулась к столику, Седрик естественно тут же подошел к ней.

— А где Эл?

— Она пролила на себя шампанское. Вот неуклюжая, да? Убежала переодеваться, — пожала плечами Эми.

Гарри как-то странно посмотрел на нее, но не стал задавать никаких вопросов и Эми про себя облегченно вздохнула, а когда Оливер подошел к ней сзади и обнял, то она снова вернулась в свое неуютное, скверное настроение. Ко всему прочему Рон прожигающе смотрел на них.

— Тебе что-нибудь принести? — спросил Оливер.

— Нет, спасибо, — вежливо ответила Эми и кинула быстрый, злобный взгляд на Рона.

Она искренне не понимала почему Рон себя так ведет. Почему он Эл так же не предупреждает, ведь поведение Седрика куда прямолинейней, нежели Оливера, который в свою очередь очень осторожен и деликатен? Быть может, Эми так сильно раздражает Рона, что он решил испортить ей жизнь? И Эл совершенно не права на счет нелепой ревности?

— Бон-Бон, ты весь вечер оставляешь меня одну, — заныла только что подошедшая Лаванда и вцепилась ему в руку.

Не удержавшись от эмоций, Эми скривилась и отвернулась, закатив глаза. Но, к счастью, это заметил только Гарри и тихонько посмеялся. Прошло около часа, пока друзья стояли вот так все вместе и о чем-то общались, а Седрик то и дело высматривал, покинувшую его спутницу, прежде чем Оливер снова потянул Эми на танцплощадку. Она согласилась, но лишь потому, что не хотела и дальше продолжать стоять и перекидываться с Роном не понятными раздраженными взглядами.

— Ты сегодня очень молчаливая, — во время медленного танца сказал Оливер и заглянул в глаза Эми.

— Вовсе нет, — соврала она. — Просто немного устала от громкой музыки.

— Мы можем уйти отсюда и посидеть где-нибудь в тихом месте, — предложил с надеждой в голосе Оливер.

Что на это могла ответить Эми, которой хотелось уйти, но остаться в одиночестве? Ее гложило чувство обиды, обиды за Оливера, который питал к ней искренние теплые чувства, и никак не мог добиться ее расположения. Украдкой взглянув на Рона, который стоял перед столом, держа руки в карманах, Эми видела, как Лаванда с чувством что-то ему рассказывала, а он явно ее не слушал. В свете огней было трудно определить выражение его лица, да и направление взгляда тоже было не разобрать.

— Ты знаешь, да, мы можем уйти от сюда, — решилась Эми.

— Правда? — не поверил своим ушам Оливер и было отчетливо видно, как он рад. — Тогда я захвачу нам вкусностей. Встретимся у выхода.

Чуть ли не в припрыжку, капитан команды Квиддича, всегда сдержанный и дипломатичный Оливер, сейчас по-детски бежал собирать с собой еду. На краю столика лежала сумочка Эми и она настойчиво подошла к ней, чтобы взять и молча удалиться, не удостоив Рона даже взгляда.

— Уходишь? — Эми вздрогнула от неожиданности.

— Рон, только не начинай! — взмолилась она.

— Я еще ничего не сказал.

— Вот и не стоит!

— Ты уходишь с ним? — голос Рона звучал где-то издалека, но он по-прежнему стоял рядом.

— Да, с ним и мне плевать, что ты там себе напридумывал! — дерзко ответила Эми и развернувшись на каблуках, пошла прочь.

— Ты должна меня выслушать! — крикнул ей в спину Рон и судя по приближающим шагам, которые вопреки громкой музыке Эми отчетливо слышала, он следовал за ней.

— Я никому, ничего не должна, — на ходу выкрикнула Эми.

— Стой! — Рон обогнал ее, преградив путь. — Ты не понимаешь! Ты ничего не понимаешь!

— О боже! — безнадежно застонала Эми. Неведомая сила отчаяния поглощала ее. Ей хотелось разрыдаться, высказать все ему в лицо, но она не могла. — Что ты от меня хочешь, Рон?

— Неужели ты не видишь, что я беспокоюсь о тебе? — через чур громко спросил Рон и проходящие мимо ученики стали оборачиваться.

— И твои унижения называются беспокойством? — разгоравшаяся злость Эми росла, и она тоже начинала громко говорить.

— О чем ты? Ты ведешь себя как наивная дура! — выпалил Рон, покрываясь от злости красными пятнами.

Эми поджала губы от обиды и гневного раздражения, а когда любопытные головы начали выглядывать из Большого зала, схватила Рона за руку и потащила вверх по лестнице. Эми терпеть не могла публичных выяснений отношений.

— Ты не прав! И я прекрасно понимаю, что ты имеешь ввиду, — Эми хоть и старалась говорить спокойно, но ее голос срывался, а тело дрожало, как осиновый лист на ветру.

— Видимо не понимаешь, раз собралась уйти с ним, — не унимался Рон и продолжал сверлить Эми горящими от ярости глазами.

— А ты не думал, что это вообще-то не твое дело? — крикнула Эми.

— Нет, мое! — Рон сжал кулаки и скулы его с силой заиграли на лице. — Я не хочу, чтобы тебя обманули, воспользовавшись твоей же наивностью.

— Ааааа, — прорычала Эми, запрокинув голову назад. — Скажи мне, чем ты отличаешься от него?

— Что? При чем тут я?

— ЧЕМ ТЫ ЛУЧШЕ ОЛИВЕРА? — закричала Эми. — ВСЕМ ПОНЯТНЫ ВАШИ ОБЖИМАНИЯ С БРАУН И ВСЕ ЗНАЮТ, ЧЕМ ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ! ТАК СКАЖИ МНЕ, РОНАЛЬД УИЗЛИ, ЧЕМ ТВОИ ЖЕЛАНИЯ ОТЛИЧАЮТСЯ ОТ ЖЕЛАНИЙ ОЛИВЕРА?

— НЕ СРАВНИВАЙ МЕНЯ С НИМ! — закричал в ответ Рон, пыхтя и раздувая ноздрями. — Я НЕ ХОЧУ ЗАТАЩИТЬ ЕЕ В ПОСТЕЛЬ, В ОТЛИЧИЕ ОТ ТВОЕГО ДРУЖКА!

— Ну конечно, — спокойно сказала Эми на выдохе. — Тебе и не надо, ведь ОНА САМА К ТЕБЕ ПРЫГНЕТ!

— Я В СОСТОЯНИИ ОТКАЗАТЬ ЧЕЛОВЕКУ, КОТОРЫЙ МНЕ НЕ ИНТЕРЕСЕН, ЕСЛИ ЧТО! — проорал Рон и тут же осекся.

Жгучая боль прожгла сердце Эми, и она замерла. Сказанные слова словно острое лезвие полоснули грудь и дышать стало трудно. Рон открыл рот, чтобы что-то сказать, но вновь закрыл его, как рыба, хватавшая воздух. Так вот в чем дело! Вот что именно думает Рон и к чему все это!

— Эми... — начал он, но она его перебила.

— Не нужно, — не глядя на него охрипшим голосом ответила Эми. — Я поняла.

Губы дрожали, в горле словно что-то застряло, а глаза щипало и Эми поспешно отвернулась от Рона, лишь бы он не увидел ее слез. Стоя в таком прекрасном платье, в такую волшебную ночь, Эми чувствовала себя облитой грязью.

— Я... я пойду, — неуверенно промямлила она.

— Я не это имел в виду, Эми, — сказал Рон, но она уже удалялась.

Единственное, о чем молилась Эми, ускоряя шаг в этих одиноких коридорах замка, чтобы Рон не пошел за ней, чтобы не видел, насколько сильно задели его слова и как больно сейчас дышать. Ей хотелось скорее снять с себя это ужасно неудобное платье, смыть с себя этот поганый вечер и просто лежать под одеялом, скрывшись от всех и вся. Пустая и тихая гостиная не встретила прежним теплом и уютом, а камин, где уже такой родной огонь согревал промозглыми вечерами, почему-то только раздражал.

В темной спальне для девочек, где единственным светом служила яркая луна, Эми села прямо на пол и закрыла лицо руками. Она не могла справиться с дрожью и такой сильной едкой обидой, отравляющей ей душу. Извращенные картины замелькали в голове, проигрывая последние минуты их ссоры. Судя по всему — последней ссоры. Как она посмотрит ему в глаза? Единственному, кто ей был так нужен считает ее доступной, не способной сказать «нет».

Стягивая с себя платье, Эми хотелось его рвать на клочья, чтобы выпустить свою злость наружу, но она осознавала, что все ее эмоции должны быть под контролем, иначе та сила, что бурлит внутри вырвется на волю. А крушить комнату молниями ей совершенно не хотелось.

— Эми? — беззвучно в спальне возник Рон. — Можно?

— Если я скажу «нет» — ты уйдешь? — не поворачиваясь к Рону, спросила Эми.

— Нет, — он пожал плечами. Голос Рона не был злым, сейчас он был спокоен.

— Пришел посмотреть на очередь у кровати наивной дуры, которая никому не в состоянии отказать? — с презрением бросила Эми и проглотила ком горечи.

— Я не имел ввиду это, я вообще не то хотел сказать, — Рон прошел в комнату и остался в стороне, выдерживая дистанцию.

— Ок, — коротко ответила Эми, невидимым взглядом смотря вдаль.

— Ок? Ты поняла, что я сейчас сказал?

— С первого раза, — она не хотела разворачиваться к нему, не хотела его видеть и совершенно не потому, что злилась, а потому что чувствовала она себя униженно.

— Ну что ж.., — немного неуверенно проговорил Рон, — раз все в порядке...

— Не в порядке! — не выдержала Эми. — И не будет в порядке! Кто тебе дал право думать за меня? Я далеко не маленький ребенок, кого просто обмануть! Неужели я давала повод думать так обо мне?

Рон вздохнул и затылком Эми показалось, что он даже улыбнулся.

— Эми, — позвал он.

Она не ответила, все еще стоя к нему спиной.

— Эми! — настойчивей позвал Рон.

— Что? — она развернулась и увидела горящие изумруды в сиянии лунного света. Из всей комнаты Рон встал именно туда, где луна разлила свои лучи.

— Эми, ты светлая и добрая, слишком добрая. И люди это видят. И может даже не нарочно, но кто-нибудь захочет воспользоваться этим. Ты, доверчивая, видишь в людях только хорошее и поэтому тебя легко обмануть. Нет, Оливер не сделал бы тебе ничего плохого, но он мог бы этого даже не заметить, понимаешь? Я только хотел, чтобы твоя хрупкая душа оставалась целой. Я не хотел, чтобы тебе сделали больно... И сделал это сам. Я разозлился, прости.

Рон говорил все это спокойно и каждое слово словно лечебные прикосновения заживляли раны, оставленные еще совсем недавно. Эми хотела ответить, но не могла подобрать слова и просто молча смотрела на него, в его зеленые глаза.

— С ним мы просто друзья, он это знает. И не позволил бы себе лишнего, — наконец сказала она. — А уйти мы хотели лишь потому, что я сказала, что устала.

Рон понимающе кивнул, но по нему прекрасно было видно, что сказать ему есть что. Но он промолчал. В этот самый момент, из брошенной на кровать сумочки выплыл кит, будто почувствовав, что буря миновала.

— Носишь его с собой? — подозрительно спросил Рон.

— Да, — пытаясь как можно быстрее засунуть обратно, ответила Эми.

— А говоришь просто друзья, — усмехнулся Рон и встал на ее место около окна.

— В каком смысле?

— Ну он же от Вуда, я сам слышал, как ты Гермионе это сказала. А она подметила твое неравнодушие к нему. Значит, не просто дружите, — Рон пожал плечами и отвернулся, щурясь от яркого белого круга на небе.

— Я не говорила этого Гермионе. Она сделала не верные выводы, а я не стала спорить, — Эми внимательно взглянула на Рона, пытаясь прочитать на его лице эмоции, ведь этот подарок сделал он, по крайней мере Эми так думала. Но Рон был серьезен.

— Ты знаешь от кого он? — он развернулся как раз в тот момент, когда Эми подошла к нему.

— Только один человек знал про Летающих Китов.

Молча Рон продолжал смотреть на Эми, и она отметила про себя, что сейчас просто идеальный момент для волшебной Омелы. Темная комната, утихшие эмоции, красивая сказочная луна и они — вдвоем. Но Омела не росла, по всей видимости для Эми такая роскошь закончилась.

И только ей на секунду показалось, что Рон начал к ней наклоняться, как в комнату вбежала Гермиона. Именно вбежала и замерла. Ощущение уединенности растворилось.

— Вас все потеряли..., — скромно произнесла Гермиона. — Мы решили, что вы...

— Что мы — что? — раздраженно спросил Рон. — Пропали? Нас украли? Исчезли? Уехали в Шотландию?

— Я... я, мы..., — Гермиона смутилась окончательно. — Там внизу... Я им скажу, что...

— Зачем ты так? — спросила Эми, после того, как раскрасневшаяся Гермиона вышла из спальни.

— Мы дети что ли, чтобы следить за каждым нашим шагом? — вспыхнул Рон. — Притащила с собой, наверное, всех, кого нашла! Вот увидишь — спустимся, а там целая гостиная любопытных.

— Мы наверняка орали очень громко и нас все прекрасно слышали, вот и решили, что мы поубивать друг друга сможем — пришли на выручку, — Эми хотелось улыбнуться, но она сдержалась. — Нужно спуститься.

— Хочешь — иди, я не собираюсь устраивать цирк, — Рон уселся на кровать и потормошил сумочку Эми, чтобы достать оттуда кита.

Помедлив несколько секунд, Эми все же оставила и Рона и кита наедине. В гостиной и правда стояла не только Гермиона. С ней были Гарри и Оливер. И при виде последнего сердце у Эми больно сжалось. Она сбежала от него, оставила одного.

— Оливер, — сказала Эми, подойдя к нему. — Прости! Прости меня! Я ушла не предупредив. Испортила тебе весь вечер! Ты хотел шикарную девушку, с которой повеселишься, проведешь праздничную ночь. А тебе досталась я.

Эми опустила взгляд, чувствуя себя паршиво.

— Вот чего не ожидал, так это твоих извинений! — бодро сказал Оливер. — Я шикарно провел время, к тому же ночь еще не закончилась! Поверь, мне было приятно твое общество. А пришел я лишь для того, чтобы узнать все ли у тебя в порядке.

Все это время Гермиона с Гарри стояли в стороне, кидая в сторону Эми и Оливера застенчивые взгляды.

— Ты не обижаешься? — с надеждой спросила Эми.

— Нет конечно! — он взял ее руку в свою. — Если ты остаешься, то я вернусь на праздник.

— Я устала... — печально произнесла Эми.

— Спасибо за вечер, — Оливер поцеловал Эми в щечку и кивнув Гарри с Гермионой вышел из гостиной.

— А теперь рассказывай, что у вас случилось! — тут же накинулся Гарри на Эми.

— Гарри! — воскликнула Гермиона. — Эми, ты прости, что я вам помешала...

— Все в порядке, — ответила Эми, глядя на забавные лица друзей. — И это ответ обоим.

Гермиона после недолгих уговоров, чтобы Эми вернулась на праздник, все же сдалась, и они с Гарри покинули гостиную. «Надеюсь, хоть одной Ньюмен сегодня по-настоящему хорошо», — подумала Эми и забралась с ногами в кресло, накинув на себя плед.

В тот момент, когда Эл покинула Большой зал — замок был пуст. С каждым шагом, приближаясь к собственной гостиной Эл терзали сомнения — стоит ли вообще идти?! Вдруг, он все еще на празднике, или у себя, или вовсе не собирался никуда приходить и решил просто на просто посмеяться над ней? Но Эл уже переодевалась в свободную одежду и распускала волосы. Что ж, думала она, вот и посмотрим.

В выручай-комнате весь интерьер призывал к спокойствию, отчего даже разговаривать не хотелось, будто можно было кого-то потревожить. Малфой вальяжно развалившийся на кресле с бокалом в руках не отрываясь смотрел на только что вошедшую Эл. В отличие от нее самой, Малфой до сих пор был в костюме, только галстук исчез, а волосы были немного взлохмачены, словно по ним провели небрежно рукой.

— Жаль, ты переодела платье, — наконец-то произнес блондин. — Хотя в этой толстовке ты выглядишь как подросток, и надо сказать, что мне нравится.

— То платье было не очень удобным. А мне, знаешь ли, с тобой неудобств хватает.

Усмехнувшись, Малфой подошел к столу, поставил свой бокал на него и вновь посмотрел на Эл.

— Я бы предпочел то платье снять с тебя сам.

— Я не взяла с собой палочку, — сделав вид, что не услышала, сказала Эл. — Поэтому заклинание будем изучать в другой раз.

Пока Эл говорила, Малфой наливал во второй бокал шампанское и поставив его перед ней, пододвинул стул ближе и сел на него.

— Отложим Патронусов, — прохладно произнес он, делая глоток.

— Не напивайся, Малфой.

— Не переживай, я буду держать себя в руках, — Малфой улыбнулся. — С тобой нужно быть начеку, а то ненароком свяжешь опять.

— Такого больше не повториться, — Эл ответила на улыбку своей, — просто нужно было взять все в свои руки.

— Со мной так не получится.

— Соглашусь, план оказался провальным, — Эл сделала глоток и почувствовала, что напряжение, какое она испытывала начинало отступать.

— Ты была сегодня с Диггори? — вдруг спросил Малфой и выпрямился на стуле.

— Он пригласил меня.

— И Поттер рядом ошивался. Наивные глупцы! — Малфой скривился.

— Он не наивный! А достойный! — заступилась Эл за Гарри. — Может, я с ним и встречаться даже буду!

Малфой неподдельно рассмеялся, а Эл сделала еще глоток, чтобы не начать раздражаться.

— Поттер может и толково играет в Квиддич и неплохо заклинания бросает во врагов, но с такой как ты ему точно не справиться.

Молча поднявшись со стула, Малфой прошел в другой конец комнаты, снял пиджак и повесил его на вешалку.

— В смысле с такой, как я? — Эл тоже встала и присела на подлокотник кресла.

— С беспокойной. С не знающей, чего хочется самой, — спокойно ответил слизеринец, расстегивая верхние пуговицы рубашки.

— Ты плохо знаешь меня!

— Я это вижу, — Малфой подошел к ней. — Тебе наскучит Поттер, если уже не наскучил. И Диггори туда же. Ты сама этого не понимаешь?

Эл захотела подняться с места, так как Малфой подошел слишком близко, но он положил свою руку ей на плечо и надавил, чтобы она оставалась на месте.

— А что ты сказал своей подружке, чтобы оставить ее на сегодня? — робко спросила Эл и не узнала собственный голос.

— Мне не перед кем объясняться! — презрительно сказал Малфой и сел в кресло, положив свои руки на бедра Эл, чтобы удержать ее, так как она вновь попыталась встать.

— Я только бокал поставлю и вернусь, — произнесла Эл.

Он ослабил хватку и Эл сделала, как и сказала. А когда вернулась обратно, то замешкалась: что ей делать? Она не могла позволить себе лишнего, не могла кинуться в его объятия, как бы ей самой того не хотелось. И о чем говорить с ним, она тоже не знала.

— Сядь уже обратно! — приказным тоном произнес он и Эл машинально подчинилась.

— Малфой... Давай я в следующий раз приду? С палочкой.

— Хватит этих мыслей в твоей голове, — он обнял ее. — Нам не обязательно что-то делать или что-то говорить. Просто расслабься.

Малфой придвинул Эл ближе к себе, и она почувствовала его тепло и приятный аромат. Возможно, подействовало шампанское, а быть может Эл действительно разрешила себе расслабиться и прижалась к его груди. Закрыв глаза, она вдруг осознала, что ей наконец-то хорошо и спокойно. В этой тишине и этих объятьях...

Глава 14. Больничное крыло.


Учебные дни наступили внезапно. Все оставшиеся дни каникул Эл не видела Малфоя и где-то услышала, что он уехал в свое Поместье. Сегодня после обеда у гриффиндорцев был сдвоенный урок со Слизерином и Эл ждала этого. После той праздничной ночи ее не покидало чувство, что Малфой совсем не тот, кем кажется. Что он очень хочет казаться мерзким, напуская на себя выдуманную агрессию. Рассказав о своих ощущениях сестре, Эми согласилась и добавила, что это Эл на него так влияет — раскрывает его душу. Но сама не замечала симпатию Рона к ней, хотя после Рождественской ссоры он этого особо даже не скрывал.

После обеда все поднимались на урок по Защите, которая должна быть со слизеринцами и Эл с неким трепетом шагала следом за ребятами. Идущие вперед Эми, Гарри и Гермиона что-то бурно обсуждали в приподнятом настроении (разумеется, Гермиона безумно рада, что наконец-то начались занятия), а вот Рона не было и Эл даже не заметила куда он делся. Когда Эл заворачивала за угол ее схватили крепкие руки и втащили в свободную аудиторию. Ничего не успев понять, и развернувшись к виновнику внезапного «нападения» у Эл сжалось сердце.

— Соскучилась, Ньюмен? — разглядывая ее с ног до головы, нахально произнес Малфой.

— Что ты делаешь? — игнорируя его вопрос, Эл задала свой.

Малфой сделал шаг вперед, а Эл невольно назад. Он довольно улыбнувшись сделал еще один и Эл спиной уткнулась в дверь.

— Сегодня в девять в Трофейном зале. Палочку не забудь, — Малфой склонился к Эл, но сохранял расстояние, словно дразня ее.

— Почему там? — удивилась Эл.

— Я пробовал открыть Выручай-комнату, чтобы она подходила под занятия, но всегда одно и тоже, — Малфой прищурился с наглой ухмылкой и выждав минуту, продолжил, — уютная гостиная с диваном и камином. Видимо даже комната требует нашего уединения.

Эл молчала, глядя на Малфоя и любуясь его безупречной красотой.

— И сделай все уроки, вдруг мы задержимся, — прошептал Малфой, склонившись к Эл.

Соприкоснувшись кончиками носов, Эл подумала было, что он сейчас ее поцелует, но тот рукой открыл дверь, как-то уж ловко сразу найдя ручку и вышел из аудитории.

— Вот подлец, — сказала Эл вслух. — И почему я так цепенею рядом с ним?

Подождав еще несколько минут, Эл вышла из кабинета. На уроке, как она ни старалась — сосредоточиться у нее не получалось, что сразу же заметила ее сестра. К тому же, Эми видела, как они поочередно покинули кабинет и Эл действительно повезло, что этого больше никто не заметил.

— Малфой дразнит меня, а я ведусь на это! — рассказывала Эл своей сестре, зайдя в туалет для девочек после урока. — Надо бы прекращать это.

— Он слишком самоуверен, сестренка. А ты наоборот, превращаешься в маленькую девочку и теряешься, — подметила Эми, сверкая глазами.

— Ты права, Эми, ох как права! — поправив свои волосы, Эл задержалась перед дверью. — Слушай, а каким заклинанием Патронус вызывают?

— Экспекто Патронум, — рассмеялась Эми. — Ой, и что вы там выучите, не знаю я.

Остаток дня Эми не упускала момента подшутить над сестрой, а вот Эл было не до шуток и чем быстрее приближался вечер, тем сильнее она волновалась. Хотя, она уже оставалась с ним наедине, а в этот раз они и вовсе будут колдовать.

К девяти Эл переоделась в джинсы и водолазку, взяла палочку и пока Эми отвлекала друзей, вылезла в проем. По пути никто не встретился, к ее радости и она смогла спокойно дойти до места. Малфой уже был там и к слову был одет тоже в маггловскую одежду.

— Любуешься? — заметив, как Эл рассматривает его, спросил блондин.

— Не дождешься, — передразнила она его.

Малфой демонстративно прошел мимо Эл и стал что-то делать с дверьми.

— Что ты делаешь?

— Ну ты же не ждешь непрошенных гостей? Или хочешь, чтобы нас тут увидели? — не отрываясь от заколдовывания дверей, произнес Малфой.

— Малфой, если ты не перестанешь так со мной разговаривать — я уйду!

— Я думал тебе это нравится, — Малфой изогнул бровь. — Ладно, Ньюмен, давай заниматься.

Эл сдержанно подождала пока Малфой займет место позади нее и достала свою палочку.

— Чтобы вызвать Патронус, нужно...

— Представить счастливое воспоминание, я знаю! С теорией у меня все в порядке, — перебил ее Малфой.

Эл не понравился его тон. До Рождества она бы не удивилась его поведению, ведь таким оно было постоянно. Но сейчас — она знала, каким Малфой может быть.

— Что с тобой сегодня? Ты можешь нормально со мной общаться?

Развернувшись к Малфою и раздраженно на него взглянув, она вдруг увидела в нем то ли волнение, то ли беспокойство. Неужели Малфой боится потерпеть неудачу? Самовлюбленный и самоуверенный слизеринец просто не мог принять поражения, не мог стерпеть если у него что-то не получится. Поняв, что Эл изучает его, он скривился, сделав вид, что делает ей одолжение.

— Просто представь, оно должно наполнить полностью тебя и произнеси заклинание, которое ты должен и так знать, — спокойно сказала Эл.

Молча подняв палочку, он произнес заклинание, но ничего не произошло и Малфой перевел взгляд на Эл, будто это ее вина.

— У меня тоже с первого раза не получилось, — попыталась сгладить неудачу Эл. — Малфой, воспоминание должно быть настоящее, самое счастливое.

Она увидела, как Малфой копается в памяти. Неужели ничего такого у него нет? После долгих и счетных попыток Малфой потерял над собой контроль и отшвырнул палочку. Эл впервые видела, как он поддается эмоциям. А она даже не знала, как его утешить — ведь не было даже слабого дымочка.

— Может, хватит на сегодня? — отстраненно произнесла она.

— Ты слышала о том, что ни у одного слизеринца не получается телесный Патронус? — не глядя на Эл спросил Малфой.

— Слышала, но не думаю, что это что-то значит.

— Неужели? Что, Ньюмен, считаешь меня таким жалким, что даже честно признаться духу не хватает, что мы не способны на такую магию? — вспылил Малфой.

— Да хватит уже! — резко воскликнула Эл и Малфой удивленно уставился на нее. — Сам себя жалеешь тут! Или ты, Драко Малфой, приравниваешь себя ко всем остальным?

Вздохнув, Эл подняла его палочку и подошла к нему. Встав вплотную к его спине, она протянула палочку и вложила ему в руку, не убирая своей.

— Давай вместе. Ты просто выбираешь не то, понимаешь? Закрой глаза.

Малфой был высоким, и она не могла видеть его лицо. Как маленький котенок, Эл стояла, прижавшись к нему. Он поднял палочку, но тут же опустил.

— Что ты представляла?

Эл прекрасно помнила тот момент, когда профессор Люпин упомянул слизеринцев, напомнив ей о Малфое и ее тогда противоречивых чувствах к нему, которые вызывали тепло и трепет.

— Как мы с сестрой попали сюда, — соврала Эл и услышала от Малфоя смешок.

Несмотря на пренебрежительное отношение Малфоя, к Эл пришла сумасшедшая идея и она руками развернула его к себе.

— Закрой глаза, — попросила она. — Ну же, закрой.

Малфой покорно повиновался и поколебавшись Эл все же приподнялась на носочки и обхватив своими руками его лицо прикоснулась к губам. Легкое прикосновение и Эл отстранилась, а когда Малфой потянулся еще раз, она его остановила рукой. На лице Малфоя поползла знакомая ехидная ухмылка.

— Думаешь поцелуй вызывает во мне счастливые эмоции?

Эл смотрела на него и понимала насколько сейчас это было для нее оскорбительно.

— Да пошел ты! — со злостью отпихнув его, Эл пошла к выходу.

— Стой! — крикнул он, но Эл не остановилась. — Да стой ты! Черт, прости! Я понял, что ты имела ввиду.

Эл замедлила шаг, но не повернулась.

— Еще одна такая выходка Малфой, и мы разрываем наш уговор. И делай, что хочешь, понял?

— Понял.

Малфой закрыл глаза, поднимая палочку. На его лице чуть дернулись уголки губ в еле уловимой улыбке и из палочки вырвался дым. Он был не густым, мало заметным, но был и в тоже мгновение Эл просто не узнала Малфоя. Он озарился самой настоящей улыбкой и обхватив Эл, приподнял.

— Говорил же — ты лучший учитель! Надеюсь, ты понимаешь, что мне понадобиться, чтобы вызвать телесного Патронуса? — рассмеялся он и Эл не сдержала улыбки.

— Размечтался!

В течении нескольких часов у Малфоя еще несколько раз получалось воспроизвести что-то на подобии белого дыма, но не более. Под конец, они просто сидели на полу и разговаривали. Он расспрашивал ее про Пегаса и что она ощущала, вызывая его. А когда они поняли, что времени уже много и стоит уходить — им обоим этого не хотелось.

— Мы можем провести ночь здесь, а утром вернешься к себе, — предложил нахально Малфой.

— Я ночую только в своей постели! — игриво ответила Эл.

Расколдовывая дверь, Малфой забыл о своей привычке «держать лицо» и слегка улыбался. А Эл наблюдала за ним, чувствуя какую-то гармонию внутри себя. Проверив, что на горизонте никого нет и замок тонет в тишине, Малфой повернулся к Эл:

— У меня через две недели игра, и почти все вечера будут заняты тренировками. Я сообщу тебе, когда мы сможем позаниматься, — на этих словах он склонился к Эл, но она отстранилась.

— Хорошего помаленьку, Малфой.

В гостиной сидела только Эми.

— Ну наконец-то! — строго сказала она и тут же улыбнулась. — Чем вы занимались?

— Занимались Патронусами, — уловив намеки своей сестры, серьезно ответила Эл.

Сестры поднялись в спальню и тихонько переоделись в пижамы.

— Ох, Эми, у Малфоя искаженное чувство реальности или у него просто никогда не было настоящих друзей. Он боится показать себя настоящего, — призналась Эл, залезая к сестре под одеяло.

— Я думаю он в этом не виноват, — ответила Эми. — Он воспитывался в чистокровной семье, чьи законы и порядки не включают в себя наличие близких и искренних связей с людьми.

Эл многозначительно вздохнула, подумав, что должно быть трудно быть Малфоем.

— Эл, — серьезно обратилась Эми к сестре. — Будь его лекарством.

* * *

Как Малфой и говорил, больше им с Эл позаниматься ни разу так и не получилось. За эти две недели они несколько раз сталкивались в коридоре, и никто из присутствующих ни за что бы не догадался, что между ними что-то было. Малфой искусно оскорблял всех без исключений, особенно доставалось Гарри, но и это не выглядело подозрительным.

Сегодня игра Слизерин-Пуффендуй и все гриффиндорцы поменяли цвета своих шарфов на желто-черные в знак своего предпочтения. Но Эл категорически отказалась это делать, оставив свой шарф без изменений.

— Ты что, за Седрика не болеешь? — недоуменно спросил ее Рон, когда все направлялись к полю.

— Цвет не повлияет на игру, — спокойно ответила она.

— Да, но это подбодрит его и тогда Седрик еще быстрее сможет обыграть слизняка.

На этих словах Эл впервые захотелось стукнуть Рона за то, что он так отозвался о Малфое, но она смолчала. Эми была права, когда говорила, что все к слизеринскому блондину относятся предвзято, на самом деле омерзительного в нем только его самомнение.

Заняв места на своей трибуне, все стали выжидательно вглядываться на поле, высматривая игроков. Эми сидела между Гарри и Оливером, который каким-то образом оказался с ними. А Эл уселась между Роном и Гермионой.

Погода была безветренной, но морозной и Оливер отметил, что это не очень хорошо, так как руки будут чувствительны в полете.

В этой игре Малфой был безусловно лучшим, а Седрик вместо того, чтобы искать снитч постоянно облетал Малфоя и что-то ему выкрикивал. Судя по выражению лица Малфоя — ему это даже нравилось, он демонстративно кривился и ехидно посмеивался. Вот Малфой поворачивается и в очередной раз изобразив свою обычную ухмылочку что-то говорит Седрику, судя по всему какую-то гадость в своем стиле.

Эл краем уха слышала, как Оливер не упускал момента рассказать Эми о неточностях игроков, которые, по его мнению, могли в определенные моменты сыграть лучше. Гарри, к слову, соглашался и сравнивал Малфоя с «вяленным окороком».

— Вон он! — воскликнул Гарри минут через сорок.

— Кто? — испуганно переспросил Рон.

— Снитч, — довольный собой ответил Гарри.

— Ну, что я говорил? — обрадовался Оливер. — Даже сидя на трибуне Гарри знает свое дело и делает его лучше всех!

Наблюдая, как пуффендуйская команда атакует, а Седрик смотрит на шесты, Эл глазами стала искать Малфоя. Неужели никто так и не заметит маленький шарик, который так легко может затеряться в считанные секунды? Но Малфой похоже тоже его увидел и молнией сорвался с места. Седрик кидается за ним, но тот уже далеко и вытянув руку легко схватил золотой мячик.

— ДРАКО МАЛФОЙ ПОЙМАЛ СНИТЧ! СЛИЗЕРИН ОДЕРЖАЛ ПОБЕДУ СО СЧЕТОМ 210-40! — проголосил голос комментатора и разочарованные крики гриффиндорцев заполнили трибуну.

— Что-то твой Седрик сплоховал в этот раз, так легко отдав победу придурку, — хлопнул Рон Эл по плечу.

— Не мой вовсе, — резко ответила Эл. — Один раз на бал сходили только и всего.

Пожав плечами, Эл хотела уже развернуться и продвигаться к спуску, но в этот момент заметила такое, от чего кровь застыла в ее жилах. Зеленым строем слизеринцы во главе с Малфоем облетали круг почета и снижаясь, ловца задержал Седрик, что-то крича ему. Малфой вздергивает бровями и отвечает с усмешкой на лице, а затем наклоняет метлу вниз. Седрик, покраснев от злости что-то орет тому в спину и Малфою преграждают путь два загонщика Пуффендуя. Там явно что-то происходит и Эл не может понять, что, но сердце у нее бешено стучит. Эми кидает на сестру встревоженный взгляд, заметив неравное противостояние. И вдруг, резко сорвавшись с места Седрик на всей скорости толкает плечом Малфоя в спину. Одной рукой держа метлу, а второй снитч, Малфой не удержал равновесие от сильного толчка и...

— ОН ПАДАЕТ! — заорала Эл.

Общий крик раздается на стадионе, но Эл ничего не слышит, ее глаза застилают слезы, и она кидается вниз, к полю, позабыв обо всем.

— ЭЛ! — кто-то тормозит ее, хватая за руку и затаскивая под трибуну.

— Эми? Пусти меня, я должна идти, — отчаянно сказала Эл.

— Куда ты собралась идти? К Малфою? — обеспокоенно спросила Эми.

— Ты видела, что произошло? ОН УПАЛ! — завопила Эл, пытаясь вырваться.

— Если ты не успокоишься — я тебя заколдую! — настойчиво произнесла Эми, выхватив свою палочку.

— Смешно, — горько усмехнулась Эл, но осталась на месте. — Там он! Я должна...

— Да послушай ты, — нервно прикрикнула Эми. — Его должно быть уже отправили в больничное крыло и вряд ли сразу кого-то к нему пустят. Тебе нужно успокоиться!

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, что? Что его нет на поле? Сама подумай, он свалился с такой высоты, по-твоему, все решат, что он как-нибудь сам справится?

— Наверное...ты права..., — сбитая с толку Эл, потерла лицо и умоляюще посмотрела на сестру.

— Ох Эл, — вздыхает она. — Нам...

— Что вы здесь делаете? — удивленная Гермиона переводила свой взгляд с одной сестры на другую.

— Эми, — взмолилась Эл, игнорируя Гермиону.

— Идите в лазарет и ждите меня за углом, — строго сказала Гермиона.

— Что? — хором переспросили сестры.

— Дождитесь меня, — бросила Гермиона и умчалась вниз.

— Чего это она? — озадаченно спросила Эл.

— Она не дура и поняла по твоему виду, что происходит, — Эми схватила за руку сестру и потянула вниз.

Стоя, как и сказала Гермиона, за углом, девочки слышали приглушенные перешептывания слизеринцев и громкие всхлипывания девиц. Эл раздражалась от каждого звука и не знала, что ей делать. Ей было абсолютно плевать если кто-то еще сможет понять, единственное чего она хотела — это видеть его.

По каменному полу послышались торопливые шаги и в коридор влетела запыхавшаяся Гермиона.

— На, — она протянула скомканную ткань. — Это мантия-невидимка Гарри. К нему никого не допустят сегодня, а я думаю тебе захочется его увидеть.

— Что? — ошеломленно уставилась на нее Эл. — Откуда ты знаешь?

— Догадалась, Эл. А в рождество, когда вы оба покинули Большой Зал, убедилась окончательно. Все его взгляды в твою сторону и твои вечные исчезновения лишь подтверждают мои догадки, — отчеканила Гермиона. — Надевай скорее!

Эл послушно натянула на себя мягкую мантию и скрылась из вида.

— Что теперь? — спросила Эми.

— Идите за мной, а ты, — Гермиона обратилась к тому месту, где только что стояла Эл, — ни звука!

— Что с Малфоем? — громко спросила Гермиона.

— Вам-то что? Пришли позлорадствовать? — злобно прошипела Пэнси Паркинсон.

— Мы здесь по поручению Директора, жду ответа! — устрашающе заявила Гермиона.

— У него все плохо, — зарыдала Пэнси, — возможно он даже не выживет.

Внутри все похолодело у Эл и ноги начали подкашиваться. Слизеринцы выглядели мрачными и кучкой стояли у стены, а Седрик со своими друзьями даже не пытался сделать вид, что сожалеет и Эл еле сдерживалась, чтобы ему не врезать.

Вдруг дверь распахнулась и появилась мадам Помфри бледная и взъерошенная. Все на нее тут же уставились, но она смотрела только на слизеринцев.

— К мистеру Малфою я сегодня никого не допущу, он в крайне тяжелом состоянии. Повреждения слишком огромны, чтобы лечить сразу все. Мистер Малфой очень слаб. Он без сознания, и если повезет, то пробудет без сознания до утра.

— Если повезет? — переспросила бледная как смерть Пэнси.

— Именно! — сухо ответила мадам Помфри. — Когда он без сознания, то не ощущает боли. Поэтому, прошу вас всех идти в свою гостиную и не пытаться увидеть его до завтра.

Слизеринцы хмурясь и вздыхая побрели прочь.

— Что касается вас, — она со злобным взглядом обратилась к виновникам, — Директор ждет вас у себя в кабинете. Ваш декан уже там.

Когда Седрик проходил мимо Эл, она увидела на его лице тень беспокойства, но явно не о здоровье и жизни Малфоя и отвращение наполнило ее грудь.

— Мисс Грейнджер, мисс Ньюмен, вы пришли справиться о здоровье мистера Малфоя? — задала вопрос мадам Помфри и Эл вздрогнула.

— Да, — ответили вместе Эми и Гермиона.

— Как я и сказала — все слишком печально. Если бы высота была чуть больше, боюсь, мы бы потеряли его, — опечаленно объяснила мадам Помфри и скрылась за дверью.

— Эл, ты тут? — позвала Эми.

— Угу, — голос Эл звучал тихо и безжизненно. Ей казалось, что внутри она уже умерла.

— Ты пойдешь к нему?

— Да.

— Будь осторожна и без глупостей. Ты ему все равно помочь ничем не сможешь, — грустно и мягко сказала Эми, и они с Гермионой ушли.

Эл разрывалась внутри, ей хотелось скорее попасть внутрь, но она безумно боялась увидеть, что там.

Малфой спал и лицо его по бледности соперничало с простынями. Тонкие светлые волосы намокли от пота и прилипли ко лбу, и не удержавшись, Эл погладила его по щеке, убрав со лба волосы. Она была готова сидеть здесь столько, сколько Малфой будет тут лежать. Через несколько часов Эл устала в уличной одежде и ей пришлось покинуть палату, чтобы сходить к себе и переодеться.

Когда Эл вернулась в палату к Малфою, укутанная мантией-невидимкой, он уже не спал, а мадам Помфри что-то с ним делала, нашептывая какие-то неразличимые слова. Эл пришлось задержать дыхание, чтобы та ее не услышала и очень тихо протиснулась к дальней стенке ширмы. Как только мадам Помфри ушла, Малфой зашевелился и стал оглядываться по сторонам, при этом морщась от боли.

— Ньюмен! Я знаю, что ты здесь, — вдруг произнес он слабым голосом.

Эл подавилась воздухом от удивления и стала ощупывать себя — может где-то задралась мантия?

— Черт, — произнес он и снова закрыл глаза.

— Я здесь, — тихо сказала Эл и скинула с себя мантию. Малфой вздрогнул и вновь скривился, закусывая губу. — Как ты узнал?

— Я почувствовал твои духи, вся палата ими пропиталась, — грубо сказал он, не глядя в ее сторону. — Зачем ты пришла?

Ее задела та интонация, с какой он разговаривал, но не подавая вида, она подошла к нему.

— Потому что кроме меня, судя по всему, к тебе больше никто не придет, — зачем-то сказала она.

Малфой хотел усмехнуться, но с его губ вместо усмешки сорвался хрип.

— О боже, Малфой! Тебе нельзя говорить! — жалобно залепетала она и склонилась еще ближе.

— Мне не нужна твоя жалость! — выдавил из себя блондин.

— Это не жалость, — улыбнулась она, — а сочувствие, Драко. Ты хоть знаешь, что это такое?

Идеально выдержанное выражение лица Малфоя дернулось от названного ею его имени, он сузил глаза, пытаясь взять себя в руки, но боль волнами прокатывалась по его телу и Эл прекрасно понимала, что он делает усилие, чтобы говорить с ней.

— Можешь сказать своему уродскому дружку спасибо! — с отвращением произнес он.

— Хорошо, при первой возможности я вмажу ему как следует, — кивнула Эл и мягко улыбнулась, игнорируя грубость слизеринца.

Эл можно было назвать невнимательной, временами заносчивой и безответственной, но она как никто другой могла прочувствовать человека и знала сейчас, отчего Малфой строит из себя железного героя, пытаясь тем самым оттолкнуть ее от себя.

— Какая забота, — он взглянул на нее и опять отвернулся.

— Не строй из себя мерзавца, Малфой. Я здесь и никуда не уйду, — сказала Эл и провела рукой по щеке.

— Ясно, — обессиленно произнес он и прикрыл глаза.

— Я думаю, тебе стоит поспать, а когда немного наберешься сил я разрешу тебе подерзить, — полушепотом сказала Эл.

Малфой открыл рот, чтобы ответить, но Эл шикнула на него и тот сдался, проваливаясь в сон. Ночью он несколько раз приходил в себя и каждый раз удивленно таращился на Эл, считая по всей видимости, что до этого ему она просто мерещилась. Он корчился от боли, стонал и гнал Эл, говоря, что ее здесь никто не держит и одолжения ему не нужны. Но она молча вытирала пот с его лба и преподносила стакан с водой, а когда он вновь терял сознание, то прижималась к нему, в надежде, что сможет всю его боль забрать себе.

Еще до рассвета Эл вернулась к себе, сходила в душ и легла. Ее благодарности за то, что наступило утро воскресенья и не нужно мучиться на уроках, не было предела.

— Ты на завтрак идешь? — спросила Эми, когда Эл тяжело поднялась с постели.

— Да, только сбегаю к Малфою, можете меня не ждать, я приду сразу в Большой зал.

— Как он? — взволнованно спросила Эми.

— Плохо, Эми, — почти всхлипывая пожаловалась Эл. — Ты бы слышала, как ему больно! Он весь разбит, в буквальном смысле! Он даже говорить не мог...

Эми обняла сестру и отпустила, чтобы та успела сбегать до лазарета. Ее тревожили мысли о Малфое, она искренне за него волновалась, но больше она переживала за свою сестру.

Эл так торопилась попасть до завтрака к Малфою, что напрочь забыла о мантии Гарри и залетела в лазарет.

— Седрик? — удивилась она, увидев пуффендуйца у ширмы Малфоя.

— Эл? — он был удивлен не меньше ее.

— Что ты тут делаешь? — грубо спросила она, чувствуя, как при виде него все закипает внутри.

— Я могу задать тебе тот же вопрос, — он мило улыбнулся.

— Пришел, чтобы сделать с ним что-нибудь еще? — Эл сверкнула глазами и кончики ее пальцев похолодели.

— Эл, ты чего? — у Седрика аж глаза полезли на лоб.

— Я не ожидала от тебя такого! Это подло, мерзко! Это самый низкий поступок, а ведь на такое не каждый слизеринец даже отважится! — злобно прорычала Эл.

— Я не хотел делать того, что получилось. Я думал, что просто подтолкну его, а он оказался слишком хлипким и свалился, — пожал плечами Седрик, но при виде Эл все же почему-то сделал шаг назад. — А чего это ты вообще о нем волнуешься?

— А он что, не человек что ли?

— Вы что тут расшумелись? — из своей комнаты выбежала мадам Помфри. — А ну, идите отсюда, устроили здесь перепалку! Мистеру Малфою нужен покой!

— Я пришел принести свои извинения этому... Ему, — деловым тоном заявил Седрик.

— Придете в другой раз, — строго сказала мадам Помфри и зашла к Малфою за ширму.

— Пошли, — кивнул Седрик.

— Никуда я с тобой не пойду! — тихо, но очень грозно сказала Эл.

— Да что с тобой такое? — удивленно скривился Седрик. — То ты вся кокетливая, заигрывающая девочка, принимающая с удовольствием комплименты, а тут делаешь вид, что тебе вдруг не наплевать на слизеринскую змею. Он делал вещи и похуже, уж можешь мне поверить.

— И теперь давайте поступать так же? Давайте скидывать и калечить людей? Ведь даже сам Малфой делал и похуже, — рявкнула Эл и тут же притихла, чтобы опять не получить замечание.

— Не нужно было меня провоцировать, тогда бы ничего этого не случилось, — прошипел Седрик.

— А ведь ты его еще и с дружками зажал! — свистящим шепотом проговорила Эл. — Постой, что? В каком смысле провоцировать?

— Иди и спроси у своего Малфоя, раз так интересно! — Седрик смотрел на Эл, словно впервые ее увидел. — Никогда бы не подумал, что ты и опустишься до того, чтобы жалеть этого урода!

— Вы все еще здесь? — грозно крикнула из-за ширмы мадам Помфри.

— Нет, — огрызнулась Эл и направилась к выходу.

У нее тряслись руки от злости и неизвестно какими немыслимыми силами она смогла сдержать себя, чтобы не врезать Седрику за все его слова. Она быстрым шагом отделилась от него и одна дошла до Большого зала. Есть ей не хотелось, но вызывать подозрений ей хотелось еще меньше. К тому же, все расспросы лягут на плечи ее сестры, а подставлять Эми после всего, что она для нее делает и каждый раз подставляет свою спину, было бы верхом наглости.

— О чем болтаете? — наигранно довольно спросила Эл и села к друзьям за стол.

— Извини, конечно, — вдруг сказал Рон, — но от тебя холодом веет. Нет, серьезно, как будто ты только что с мороза.

— Ты злилась! — машинально вырвалось у Эми, и она виновато взглянула на Эл.

— Злилась? — не понял Рон. — На кого? А при чем тут холод?

— Наши силы тесно связаны с нашими эмоциями, — тихим голосом начала пояснять Эми, склонившись к Рону. — Вот тебе и холод, сам подумай какими силами обладает Эл. Снежными.

— А-а-а-а, — протянул Рон. — А расскажи еще про ваши силы.

— Что ты хочешь знать? Ты и так вроде знаешь теперь все, — улыбнулась Эми.

Наблюдая за всем этим со стороны, Эл не в силах была даже слова вставить, объясняться или вообще поддерживать разговор. Она молча, уткнувшись в тарелку, поковыряла в каше, выпила до дна тыквенный сок и вздохнула.

— Ты сама не своя, что случилось? — спросил Гарри.

— Я устала, — еще раз вздохнула Эл.

— Устала? — посмеялся он.

— Вот не поверишь, мне не хватило каникул! Хочу еще, — Эл склонила голову на бок и улыбнулась.

— Ты, кстати, пропустила кое-что, — загадочно произнес Гарри.

— М? — не особо заинтересованно подняла Эл глаза на него.

— Я рассказывал, что вчера говорил с Хагридом, — откусывая тост произнес Гарри. — Нападения прекратились, все спокойно. Поместье Малфоя под круглосуточным наблюдением.

— Это хорошие новости, — кивнула Эл.

Весь день ребята занимались уроками, а Эл невыносимо трудно было соображать и то и дело она потирала глаза, чтобы хоть как-то встрепенуться.

— Я все сделаю, иди поспи, — сочувствующе сказала шепотом Эми. — Ты же сегодня опять к нему пойдешь?

— Кроме меня некому, Эми, понимаешь?

— Понимаю, — как-то грустно ответила она. — С кем ты сегодня ругалась? С ним?

— Когда? А-а, утром? С Седриком, — и Эл с отвращением передернулась. Вся ее симпатия к этому человеку мгновенно улетучилась.

— С Седриком?

— Да, Эми, он такой козел! И даже не раскаивается, представляешь!

— Это удивительно...

— Мне тоже так показалось, а ведь он даже не слизеринец! — перебила Эл сестру.

— Я не про это. Я про наши силы, удивительно, что от тебя веяло холодом после эмоционального всплеска. Ты вообще отдаешь отчет насколько они велики?

Но Эл честно говоря было не особо интересно дискутировать сейчас на эту тему и вяло кивнув, она поднялась и отправилась в спальню.

Когда Эл проснулась, за окнами уже было темно и тело ее страшно ломило. Сходив в душ, Эл спустилась вниз и ни капли не удивилась, увидев там свою сестру и Рона, уютно устроившись перед камином. Она хотела выскользнуть незаметно, но Рон ее увидел.

— Куда собралась? — спросил он.

— В совятню, — без колебаний соврала Эл.

— Хочешь, мы с Эми пойдем с тобой?

— Я не хочу, — резко сказала Эми. — Рон, тут так тепло, а ты мне еще не до рассказал историю про гномов.

Рон тут же расслабился и деловито продолжил рассказ, размахивая руками, забыв моментально об Эл и она спокойно вышла в проем.

Малфой лежал, глядя в потолок. Эл была в мантии и видеть он ее не мог, но она вспомнила, как он узнал ее по аромату и сняла мантию. Он вздрогнул от неожиданности.

— О, Ньюмен, — иронично произнес он. — Не думал, что придешь.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Эл. Она была на взводе, но как только их глаза встретились ее раздражительность вся испарилась, сменившись состраданием и сочувствием.

— Плохо, — притворился блондин, — очень плохо.

— Клоун! — улыбнулась она. — Я же нормально спрашиваю.

— Пока терпимо. Ты не перестаешь меня удивлять!

— От чего ж? — Эл приподняла брови.

— Ты так отчаянно меня защищала, что мне даже стало лестно, — он нагло улыбнулся.

— Ты слышал? — смутилась Эл.

— Конечно! Ты орала, как ненормальная. Тебе бы поосторожней быть, Ньюмен, а то я решу еще, что ты ко мне не равнодушна, — засмеялся Малфой.

— Ага, как же, — Эл сделала вид, что поправляет ему простынку, чтобы не выдать своего смущения. — Почему ты сейчас такой бодрый? Я думала, что такие повреждения за сутки не проходят.

— Во мне столько зелий, отваров и заклинаний, что я могу скончаться от передозировки, — он ехидно прищурился.

— Значит, ты идешь на поправку? — обрадовалась Эл.

— Увы, — Малфой пожал плечами, насколько ему позволяла лежачая поза. — В лучшем случае я проваляюсь здесь еще недели полторы.

— В лучшем? — округлила глаза Эл. — А в худшем?

— А в худшем, Ньюмен, я останусь инвалидом и тебе придется ухаживать за мной всю оставшуюся жизнь.

Эл засмеялась и покачала головой.

— Скажи-ка мне лучше, каким образом ты спровоцировал Седрика? — она строго взглянула на Малфоя и тот недовольно закатил глаза.

— Вот трепло, — фыркнул Малфой.

— Ну и?

— Он меня всю игру доставал, решил, что ему дозволено такое поведение, — надменно произнес он. — А я лишь сказал ему, что такие неудачники, как он — таких девушек, как ты не интересуют.

— Зачем ты так сказал? — с укором спросила Эл.

— Во-первых, Ньюмен, это правда, — усмехнулся он. — А во-вторых, ему все равно ничего не светит.

— И почему же?

— Ты мне скажи, — заулыбался Малфой.

— Не понимаю, о чем речь, — Эл увела взгляд, незаметно улыбаясь.

— Почему ты здесь? — задал серьезно вопрос Малфой.

— В каком смысле?

— Почему ты беспокоишься и сидишь тут?

— Не знаю... — замялась Эл. — Наверное, я бы сделала это для любого...

Малфой вдруг отвернулся.

— Малфой! Опять плохо? — испугалась Эл.

— Нет, — прохрипел он.

— Точно?

— Как трогательно, — холодно произнес он.

— Ты что, обиделся? — откровенно засмеялась она. — Ну ты даешь! А что ты ожидал услышать?

— Если ты тут трешься из-за уговора, то могу успокоить тебя — на больничную койку он не распространяется, и ты можешь идти, — грубо проговорил он и скривился в своей фирменной ухмылке.

— Я тут только потому, что сама этого хочу — такой ответ тебя устроит или дальше будем дуться? — с той же интонацией произнесла Эл.

— Я польщен, честно, — саркастически сказал он и хотел улыбнуться, но долго ожидаемая боль настигла внезапно и Малфой прикусил свою губу до крови, не желая при Эл поддаваться своим страданиям.

— Драко, — Эл подскочила к нему, — не терпи. Я обещаю, что, выйдя отсюда забуду все, что здесь происходило и никому не расскажу. Честь Малфоя не будет тронута, и никто не узнает, что ты умеешь чувствовать.

— Я что, слабак по-твоему? — огрызнулся он, при этом крепко вцепившись в кровать.

— Да при чем здесь это? Я же вижу, что ты сопротивляешься, пытаясь скрывать как тебе плохо, — жалобно произнесла Эл, хотя хотела ответить довольно грубо, чтобы лишний раз не задевать Малфоя. — Я наложила заклинание на ширму и теперь она звуконепроницаема.

— Хм, — выдавил он из себя.

— Да, мне Эми подсказала, — мягко улыбнулась Эл.

— Она знает, что ты здесь? — искренне удивился Малфой, глубоко дыша.

— Разумеется, знает! Она обо всех наших встречах знала.

— Это странно, даже для вас.

Малфой попытался улыбнуться, но был скован новой волной и отчаянно схватил руку Эл. Все началось сначала, только милостивое забвение на сей раз не придет... Когда ему стало лучше, Эл устроила его на подушках и села рядом.

— Может, поспишь? — спросила она.

— Не смогу, — осевшим голосом пробормотал Малфой. — Лучше поговори со мной, отвлеки меня.

— Зачем ты создал себе репутацию самого отвратительного человека во всей школе? — шутя спросила Эл.

— Я не только самый отвратительный, но и самый сексуальный, Ньюмен, — он подергал бровями.

— Все дело в этом, — многозначительно произнесла Эл, и Малфой вопросительно посмотрел на нее. — Ты недостаточно счастливый человек, ты высокомерный, самовлюбленный и считаешь себя лучше остальных, поэтому у тебя не получается Патронус.

— Ты хочешь сделать меня счастливее? — у Малфоя в глазах мелькнул огонек.

Она не успела ответить — его вновь захлестнула боль.

— Малфой, — шепотом произнесла Эл, — это нормально, что ты чувствуешь боль приступами?

— Так должно быть, Помфри говорила, что заживление при таких травмах происходит волнами. Процесс восстановления тканей и вызывает эту боль. Бороться с ней нельзя — только терпеть.

Эл вздохнула и сжала его руку, а Малфой улыбнулся.

— К чему такой кислый вид? Ты как будто переживаешь, — насмешливо произнес он.

— Ты считаешь, что я не способна переживать или что я не могу переживать за тебя? — Эл сидела на корточках у кровати, оперевшись на свою руку и смотрела прямо ему в глаза.

— Не знаю, что и выбрать, — усмехнулся он.

— Это даже обидно, — Эл наигранно надула губы.

— Ну ты все же не забывай кто перед тобой.

Эл не успела остроумно ответить — услышала шаги и быстро накинула на себя мантию.

— Мистер Малфой, я принесла вам лекарство, — мадам Помфри несла на подносе какие-то склянки с неприятными вида жидкостями.

— Опять? — застонал Малфой.

— На сегодня это все, к сожалению, больше ничего сделать будет нельзя, — она помогла ему выпить все зелья и сочувственно посмотрела, — Драко, если что-то будет нужно — зови. Мне очень жаль.

Когда она ушла и Эл скинула с себя укрытие сразу подсела к Малфою.

— О чем это она? — испуганно спросила Эл.

— Это значит, что сегодня мне не посчастливиться отключиться и я буду в сознании, — грустно ответил Малфой.

Эл прикрыла рот руками всеми силами пытаясь не разрыдаться.

— Тебе лучше уйти, — сухо произнес блондин.

— Я так не считаю, — Эл погладила Малфоя по щеке. — Я останусь с тобой и сделаю все, что понадобиться.

— Ох, Ньюмен, зря ты это сказала.

— Ты даже в таком состоянии умудряешься все извратить! — засмеялась Эл.

— Ты сама сказала, — наигранно возмутился Малфой.

— Беру свои слова обратно, — Эл вздернула бровями в точности как это делает он.

— Ты же гриффиндорка, — рассмеялся Малфой, — а вы слов на ветер не бросаете!

— А ты в таком случае держи себя в штанах, — Эл тоже засмеялась.

— Шутка удалась, — он одобрительно кивнул.

За бесконечными шутками и сарказмом последовал особенно сильный приступ и Малфой не смог себя сдерживать. Перепуганная до смерти Эл прижалась к нему, пытаясь хоть как-то унять его дрожь.

— Малфой, — зашептала она, глотая слезы, — скажи что-нибудь... Что я могу сделать?

— Поцелуй меня, — прохрипел он.

— Что? — Эл подавилась воздухом и закашляла.

— Поцелуй меня, — с трудом проговорил он. — Пожалуйста.

— Но... но тебе ведь... — Эл не могла подобрать слов, не зная, что ей делать и как реагировать на столь неуместную просьбу.

— Ты сама сказала, что сделаешь все, что необходимо. Это тот самый момент, когда мне это необходимо, — Малфой закрыл глаза и облизнул губы.

Она смотрела на него и не могла разгадать шутка ли это, но все же склонилась к нему, нежно обхватив его лицо своими руками и прикоснулась губами. Отстранившись и заглянув к нему в глаза, она увидела лишь в ответ измученный взгляд и приблизилась вновь. Запустив руку ей в волосы, Малфой накрыл ее губы своими. Чем настойчивей становился поцелуй, тем сильнее он прижимал ее к себе, жадно впиваясь губами. Наслаждение волнами прокатывалось по ее телу и Эл чувствовала жгучее желание, не в силах остановиться. Малфой вдруг застонал.

— Тебе больно? — спросила Эл, оторвавшись от него.

Но Малфой лишь припухшими губами прошептал «еще» и Эл не стала возражать. Отвечая на поцелуй, его язык встретился с ее, унося обоих на небо. Он прикусывал ее губы, нежно пробуя поцелуй; медленно и искушено водил языком, затем вновь жадно впивался в нее. Еще и еще... До тех пор, пока возбуждение, охватившее их не стало непереносимым.

Лицо Малфоя пылало, глаза потемнели от возбуждения. Эл смотрела на него, стараясь запомнить все до мельчайших деталей. Он облизнул ярко-алые губы и в этом было столько неосознанной чувственности, что она невольно застонала.

— Что? — спросил он охрипшим голосом.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила в ответ Эл, прикрыв глаза борясь с желанием, равного которому не испытывала, наверное, никогда в жизни.

— Если честно, то такого в медицинской практике еще не было.

— Что? — не поняла Эл.

— Я не чувствую боли, — признался он и как-то странно взглянул на Эл.

— Правда? — неровным голосом спросила она.

— Правда.

Малфой вдруг стал серьезным и уставился в потолок.

— Ты чего? — спросила Эл.

— Ничего.

— Я что-то сделала не так? — с подозрением Эл взглянула на Малфоя.

— Глупая, — пробормотал он. — Ложись рядом.

— Еще чего! — воскликнула Эл и тут же перешла на шепот. — Что еще сделать?

— Ты не поняла, — усмехнулся он. — У тебя завтра уроки, тебе нужно поспать.

— Не переживай, мне и так нормально.

Малфой взглянул на Эл, обглядел ее с ног до головы и затем задал вопрос, который дался ему, по всей видимости, с трудом:

— Ты завтра придешь?

— Да, — просто ответила Эл.

— Тебе и правда нужно поспать.

— Только после тебя, — вежливо произнесла Эл и поправила ему постель.

За разговорами ни о чем, наступил рассвет и Эл нужно было возвращаться к себе, а когда она уходила, Малфой был невероятно серьезным, что в принципе было ему не свойственно. Без намека на дерзость, колкости и его пошлые шуточки.

На протяжении недели Эл приходила к Малфою каждый вечер и уходила под утро. Иногда она засыпала рядом с ним, а иногда они болтали всю ночь. «Лечебные поцелуи» стали своего рода ритуалом и под конец, когда Малфой почти был здоров, то начал жульничать и Эл не возражала, поддаваясь искушению. Эми с Гермионой готовили для нее бодрящие зелья, чтобы она хоть как-то могла учиться. Гермиона предупреждала Эл быть осторожнее с ним, а Эми чаще всего молчала, и Эл видела, как она боролась с собой, не зная, что говорить. Она верила людям и искала в них самое лучшее, но слова друзей настораживали ее и Эми переживала за свою сестру. И Эл обещала, но куда там! Стоило ей взглянуть в серебряные глаза ее блондина, как она забывала обо всем, кроме него...

Каждый день Эл задавалась только одним вопросом — неужели возможно так притворяться? Ведь она видела, как его влекло к ней, как он на нее смотрел и как говорил.

Глава 15. Видение.


Снейп ходил по классу и бросал яростные взгляды на гриффиндорцев. Малфой сидел на первой парте с Пэнси Паркинсон и это был его первый урок после возвращения из больничного крыла.

— Явился слизняк, — громко прокомментировал Рон, но тут же осекся под грозным взглядом Снейпа, — ну почему он не провалялся там до конца года?

— Минус десять очков Гриффиндору за разговоры Уизли и Ньюмен, — прошипел Снейп и Малфой послал им усмешку.

Аудитория варила зелье, улучшающее память и по составу оно было настолько простым, что Эл, не задумываясь над тем, что делает автоматически отмеряла и взвешивала ингредиенты. Все ее мысли были заняты Малфоем, с которым она не знала какие будут отношения после всего случившегося. Вернуться ли они к первоначальным дерзким высказываниям и грубостям в сторону друг друга или же все-таки между ними все стало по-другому?

Вечером, когда все друзья собрались у камина и обсуждали какие-то темы, Эл встала и сказав всем, что хочет прогуляться одна, ей никто не стал возражать. Точнее Эми всех отвлекла, начав рассуждать об экзаменах и Эл с благодарным кивком вышла из гостиной.

В совятне было хорошо и спокойно и совы дружелюбно заухали при встрече. Они привыкли к Эл, ведь тут она бывала довольно часто. Оглядев насесты, ее взгляду попался филин, единственный среди сов. Он сидел в самом низу и не раздумывая, Эл подошла ближе.

— И почему я не удивлен, что ты выбрала именно моего филина для издевательств? — Эл вздрогнула.

— Я не издеваюсь, — Эл повернулась к Малфою. Он был великолепен и расслаблен, что даже не скажешь, что целую неделю его зверски терзали боли. — Красивый он у тебя.

— Красивый, да, — усмехнулся Малфой. — Ты тоже ничего.

Она хотела улыбнуться, но Малфой вел себя как ни в чем не бывало, поэтому Эл не могла расслабиться. Ну как же так, думала она, неужели все это было лишь временно и теперь все станет как прежде. И как прежде их связывать будет только уговор?

— Хотел отправить тебе письмо, но ты и сама тут. Когда мы сможем позаниматься?

Эл смотрела на него и не могла вымолвить ни слова.

— Может, скажешь уже что-нибудь? Или ты так рада меня видеть, что дар речи потеряла?

— Когда тебе будет удобно? — сухо спросила она его.

Малфой вздохнул и неожиданно обнял ее.

— Я скучал.

Эл напряглась, но вдыхая горьковатый аромат его тела, закрыла глаза и поняла насколько скучала она. Насладиться этим моментом Эл не смогла — ее накрыла волна видения. Она вздрогнула и Малфой руками держа ее за плечи, отстранил от себя, тревожно взглянув на нее.

— Что с тобой?

— Ничего, просто тут холодно, — придумала Эл, ведь Малфой не знал о ее способностях.

— Тогда пойдем. Завтра сможешь вечером?

— Да.

— Эл! — Малфой задержал Эл, рукой приподняв ее подбородок. — Да что такое с тобой? Почему ты такая холодная? Если ты думаешь, что я забуду все что было в больничном крыле — то ты ошибаешься и теперь я ни за что не поверю, что тебе все равно.

Почувствовав, как тепло растекается по телу, Эл услышала шаги, и они тут же отошли друг от друга. В совятне показался Гарри и сердце бешено забилось в груди, словно она совершила что-то ужасное. С минуту молчание и вот Эл видит, как моментально искажается от злости лицо Гарри, а Малфой цепляет на себя надменное выражение лица.

— Чего уставился, Поттер?

— Эл, все в порядке? — не глядя на нее, спросил Гарри.

Она кивнула, а Малфой кинув на нее быстрый взгляд пошел к выходу, не забыв при этом толкнуть плечом Гарри.

— Что вы тут делали?

— Ничего, я просто наслаждалась видом, а Малфой... По своим делам приходил.

— Даже гадостей не наговорил? — удивился Гарри.

— Малфой не всегда такой подлец, между прочим.

Эл прикусила язык, явно сказавшая лишнее.

— Надеюсь у тебя хватит ума держаться от него подальше? — Гарри привязывал письмо к своей сове.

— Разумеется, — спокойно ответила Эл, зная, что никогда не сможет признаться своим друзьям.

Пока они возвращались в гостиную вместе, Эл думала о том, что видела. Это было довольно странное видение — оно было не четким, обрывочным и бессмысленным. Люди в темно-синих мантиях, какие-то места, которые Эл видела в первые и не смогла бы их узнать, даже если бы видение было ясным. Но еще сильнее на нее повлияли слова слизеринца, которые засели глубоко в голове. И она с нетерпением ждала встречи.

В Трофейном Зале было темно и Эл решила, что перепутала время, но голос, раздавшийся из темноты, доказал ей обратное.

— Долго будешь так стоять?

Малфой палочкой зажег свечи и пошел заколдовывать двери.

— Давай заниматься, — холодно сказала Эл, когда Малфой подошел к ней.

— Ты опять играешь в снежную королеву? Здесь никого нет, можешь вести себя нормально, — насмешливо произнес Малфой.

— Это я-то нормально? С минуту назад не ты ли одарил меня надменным взглядом?

— Ну и глупая же ты, — улыбнулся Малфой, притягивая Эл к себе и на ее попытки вырваться шепотом добавил: — хватит вырываться. Я думаю, нам пора признать, что равнодушия между нами нет.

— Ну, равнодушия, Малфой, между нами никогда и не было, — она улыбнулась и расслабилась.

— Ладно, Ньюмен, ты права — давай заниматься. Мы потеряли много времени, — он медленно отошел и встал спиной к ней.

Как и ожидала Эл — ничего схожего с телесным Патронусом у Малфоя не было. Но успехи он имел, у него иногда вырывался густой дым. Правда слабый. Она видела, как он злился и раздражался при неудачных попытках и тогда Эл просто обнимала его, и он успокаивался.

И вот в один из таких моментов в комнате замигал свет. Малфой посмотрел по сторонам, а затем вопросительно на Эл.

— Это не я, — ответила она на его немой вопрос.

Оглядываясь, ничего подозрительного на глаза не попадалось — было тихо и не похоже, чтобы кроме них в Зале Наград кто-то был еще. Но вдруг свет вновь завибрировал, будто кто-то невидимый проходил мимо свечей и факелов, делая огонь в них меньше.

— Приведения скорее всего, — Малфой настороженно обвел комнату взглядом, а Эл стало немного страшно. — Давай заканчивать, поздно уже.

На последнем слове, стул, что стоял позади них резко отлетел в сторону, с глухим стуком ударившись о стену. Вздрогнув, Эл инстинктивно встала перед Малфоем, заслоняя его.

БАМ.

С полок полетели кубки и статуэтки. Эл вдруг показалось, что они стоят в самом эпицентре чего-то сверхъестественного, какое обычно снимают любители паранормального. Тут Малфой отодвинул Эл в сторону и с вытянутой палочкой встал перед ней. Она хотела встать опять перед ним, но он удерживал ее одной рукой.

— Куда ты лезешь? — пылко спросил он.

— Отойди!

Со стороны это казалось неким противостояние их характеров. Однако в комнате все равно никого не было, но Эл всем телом ощущала чье-то присутствие, кого-то темного и злого. У нее даже мороз пошел по коже. И тут Эл вспомнила их с Эми умение произносить в стихотворной форме заклинания без палочек. На ум тут же пришли слова, хотя обстановка была очень напряженной.

— Все, что скрыто в тишине, все, что тайною покрыто — покажись сейчас же мне, появись передо мной открыто.

Эл постаралась очень тихо произнести эти слова, но Малфой все равно услышал и повернулся к ней. Он вопросительно метнул бровями, а за его спиной Эл увидела демона... В человеческом облике, почти такой же, как и обычный человек, только лицо его было искореженно, обтянутое кожей, практически голый череп тошнотворного бледно-серого цвета.

Тут же, не раздумывая, Эл с силой отпихивает Малфоя и убирает свою палочку в карман, чтобы она не мешалась в руках.

— Что тебе нужно? — гневно крикнула Эл, чувствуя спиной, как у Малфоя открылся рот от удивления, и несмотря на это он все же опять делает попытку поменяться с Эл местами и спрятать ее за собой.

— Черт, Малфой! Ты не представляешь кто перед нами! С ним могу справиться только я, не мешай мне! — проорала она в страхе.

— Как мило за этим наблюдать, — раздался грубый, низкий бас демона. — А что, если я поджарю твоего дружка?

И демон расхохотался неестественным голосом, от которого поджилки затряслись.

— Ты не посмеешь его тронуть! Что тебе нужно? — внутри Эл вся дрожала, но внешне она держала себя в контроле, что ее сильно удивляло.

Это второе столкновение с демоном, но только в этот раз с ней не было ее сестры и от этого внутренности скручивались и выворачивались на изнанку от ужаса. Что, если ее сил не хватит? Что, если демон и правда сможет навредить Малфою?

Мерзкий монстр молча приподнял свою руку, злобно скалясь и на ней появился такой же огненный шар, готовый поджарить их. Не думая, что делает, как в лесу, Эл интуитивно поднимает руки, поднимая с пола неизвестно откуда взятый блестящий снег. Демон начинает замахиваться, явно получая удовольствие от, казалось бы, беспомощных студентов, загнанных в угол, но реакция Эл быстрее. Она словно всю жизнь была готова к этому и из ее рук вырывается острая глыба, сбивая демона с ног.

Не ожидая ничего подобного Малфой громко охнул — теперь он знает и о ее секрете тоже. Но это последнее, о чем сейчас стоило волноваться Эл.

Демон поднялся на ноги, подрагивая от смеха, будто его все это только раззадорило и дико забавляло. Теперь в двух его руках огненные шары. И Эл совершенно не представляла, что делать? Где-то в закромах сознания она испытывала странные ощущения — словно она знает, но просто забыла.

Со всей силы топнув ногой, пол затрясся и ледяная дорожка из множества мелких льдин, растущих из невидимых трещин побежала к ногам демона и его шары погасли, испарились, замораживая руки. Он перевел взгляд с одной ладони на другую, а потом взглянул на Эл. Сморщился, толи от удивления, толи от злобы и со всей яростью взмахнув руками отбросил Эл с Малфоем в стену, точно так же, как стул. И исчез. Сбежал с неравной битвы.

С трудом вставая, Эл помогла подняться полному потрясения и шока Малфою. Вся дрожа, Эл испытывала действительно непонятные чувства. Какое-то нелепое ликование и неописуемый страх, затопивший ее тело до мозга костей. Малфой молча смотрел на нее, не моргая, а потом отошел.

— Кто вы? С сестрой? — щурясь спросил он.

На его лице вновь появилась холодная маска презрения и надменности. Неужели, Малфой сейчас отвергнет ее? Даже находясь в волшебном мире силы Эми и Эл были странными.

— Малфой, — Эл шагнула вперед, но он глазами показал, чтобы она оставалась на месте. — Хорошо. Ты хочешь все знать? Пожалуйста.

Расхаживая взад и вперед, пытаясь унять дрожь в голосе и теле, Эл рассказывала свою историю. Про родителей, про тетушек, про неизвестное появление сил, о которых они и сами ничего не знают. Малфой слушал внимательно и по мере приближения к концу удивительного рассказа его лицо оттаивало.

— Вот же угораздило связаться, — мягко произнес он. — Гриффиндорка еще и не простая.

— Ты ждал, что я превращусь в монстра?

— Типа того, — пошутил он. — Это же уникально, понимаешь? Вы уникальные!

Эл улыбнулась такой реакции. Сейчас Малфой был другим, даже не таким, как в больничном крыле. Может, им именно этого и не хватало? Правды. Честности. Чтобы окончательно стереть преграду между ними. И Эл действительно стало очень легко, ведь теперь ничего не придется скрывать и спокойно, не боясь реакции или взболтнуть чего лишнего, можно было говорить обо всем.

— Ты представляешь сколько я теперь пунктов смогу добавить в наш уговор? — рассмеялся Малфой, усаживаясь на пол и потирая спину после удара об стену.

— Ага, размечтался, — Эл села рядом и вдруг стала серьезной. — Малфой, в совятне у меня было видение.

— Оно так происходит? Ты вздрагиваешь? — спросил он и взял ее руку в свою.

— Почти. Я видела людей в странных мантиях. Темно-синие. Ты знаешь, кто они?

— В черных мантиях Пожиратели Смерти, приспешники Волдеморта, а в темно-синих — нет, — он пожал плечами. — А почему ты их видишь? Что означают твои эти видения?

— Хороший вопрос, Малфой, — усмехнулась Эл. — Если бы я только знала. Мы предполагаем, что я могу видеть будущее, только не всегда понятно, что именно оно значит. Вот, к примеру, как ты думаешь, как я сюда попала? Благодаря своим видениям! — гордо заявила Эл и задрала подбородок.

Малфой засмеялся заразительно звонко и повалил Эл на пол.

— Ну-ка, посмотри, что я хочу сделать? А точнее, что я сделаю?

— Ой ну тут не нужно обладать даром, по тебе и так все видно, — хихикнула Эл, слегка смущаясь. — Только я не говорила, что давала своего согласия.

— Знаешь, Ньюмен, с демоном может ты и главная, но со мной...

И Малфой не закончил предложение — он поцеловал ее. Очень нежно, аккуратно, будто только сейчас открывал ее для себя. И Эл наслаждалась этим. Наслаждалась новым, чем-то теперь принадлежавшим только им...

* * *

Все шло своим чередом. В такой безусловной идиллии, где Эл была счастлива, проводя встречи с Малфоем, Эми не могла найти себе места. Ей было грустно от того, что ее сестра теперь где-то далеко от нее. Она все чаще пропадала и порой забыв предупредить даже Эми, а ей в свою очередь приходилось придумывать отговорки для друзей. Еще Эми видела, как тоскует Рон по своей лучшей подруге. Ведь Эл отдалилась и от него. Он скучал по их бесконечному веселью, ребячеству, как тайком они пробирались на кухню, а затем совершенно беспардонно валялись прямо на полу в гостиной, жалуясь, что объелись.

Разумеется, Эми была рада, что счастлива ее сестра, но никак не могла избавиться от ощущения, что надвигается что-то ужасное. Что-то очень плохое, что невозможно было объяснить. Ее не покидало чувство, что за ней кто-то постоянно следит, а тот вопиющий случай с демоном в Зале Наград, о котором Эл забыла ей рассказать и вовсе угнетал. Демон! Напал! А Эл сообщила ей так спокойно и безмятежно, будто рассказывала о своей очередной неудаче с конспектом для профессора Макгонагалл.

— Твоя сестра опять где-то бродит, — послышался рядом голос Рона.

Эми сидела перед камином, устроившись на подушках и не заметила, как гостиная опустела, и они с Роном остались вдвоем.

— Переживает из-за большого количества домашних работ, — с тяжелым сердцем соврала Эми.

— А куда она ходит?

— Рон, может у нее спросишь? — повышенный тон стал для Эми уже нормой, и она отвернулась к огню, пляшущего на ее щеках.

— Ладно, можешь не говорить, мне и так все понятно, — Рон положил свою подушку рядом на пол, а затем склонился к Эми. — Только Гарри не говори.

— Хорошо... а что не говорить? — удивленно сдвинула брови Эми.

— Ну что она тайно встречается с Седриком.

— Что? — усмехнулась Эми.

— Только я не понимаю, зачем это скрывать? — задумчиво произнес Рон.

— А почему ты решил, что она с Седриком?

— Я внимательный, Эми, — Рон повернулся и посмотрел на нее. — Вижу, как они демонстративно друг с другом не здороваются. Решили, что никто не догадается. Но только не я!

Эми по-доброму улыбнулась, думая, как бы отреагировал Рон, узнай с кем на самом деле Эл тайно встречается.

— Ты действительно внимательный, — сказала она и вздохнула.

— А что с тобой?

— Со мной? — в который раз удивилась Эми.

— Я внимательный ведь, — напомнил он ей и наклонил голову, глядя на Эми из-под приподнятых бровей. — Ты грустишь.

— Ох, Рон, — Эми не смогла сдержаться и засмеялась. — Ты такой чудесный, тебе кто-нибудь говорил?

— Я знаю, как тебя развеселить, — гордо произнес он, а затем вернулся к своему обычному смущенному выражению лица. — Надеюсь, что знаю.

— Как же? Только чур бегать с тобой наперегонки по коридорам школы я не буду, — посмеиваясь пояснила Эми.

— Эми, — вдруг такой серьезный тон Рона заставил ее напрячься.

— Да?

— Пойдем завтра вечером погуляем, — он проговорил это так быстро, что Эми понадобилась пара секунд, чтобы до ее сознания дошли его слова.

Она повернулась к нему и встретилась с зелеными глазами, что так внимательно смотрели на нее. Правая сторона лица отливала ярким теплым оттенком от камина, от чего весь его вид казался загадочным. Эми смотрела то в глаза Рону, то на его губы и боялась дышать, чтобы не проснуться.

— Что? Погулять? — переспросила она.

— Да. Ты против? — почему-то спросил он и как-то поник, опустил голову и водя рукой по ковру, словно очищая его от невидимых крошек.

— Нет, нет-нет, — выпалила она. — Я согласна. И погода такая хорошая...намечается, — добавила она окончательно смутившись.

— Я бы предложил зайти за тобой, но мы вроде как с тобой и так живем в одной башне, — своим хрипловатым голосом сказал Рон, и у Эми пробежались мурашки по спине.

Она улыбнулась, встретившись с его глазами. Глаза цвета изумрудов завораживали ее и это была какая-то магия, казалось, будто они одни на всем белом свете и кроме них нет больше никого.

— А вот и я! — радостно воскликнула Эл.

Эми с Роном в мгновение отстранились друг от друга, будто до этого делали что-то незаконное и в тот же миг рассыпалась завеса их уединения. Заметив подозрительный вид Эми и Рона, Эл прищурилась:

— Вы что тут, меня обсуждали?

— Я спросил твою сестру, где ты вечно шляешься!

— Сбавь обороты, дружище, — посмеиваясь произнесла Эл. — Я была в совятне.

— Так поздно? — он изогнул недоверчиво бровь.

— А когда еще, Рон? Мы только по вечерам свободны.

— Что правда, то правда, — согласно кивнул он.

— Я спать пойду, поэтому дорогой мой Рональд, прошу, пожелай мне приятных снов и запечатай это волшебным поцелуем, — провозгласила Эл королевским тоном.

Рон рассмеялся и поднялся с пола. В этом было что-то братское, простое, но Эми все равно чувствовала себя неуютно и неловко. У нее почему-то в голове промелькнула неприятная мысль, о том, что Малфой ни за чтобы ничего подобного делать не стал, даже если бы они с Эми были закоренелыми друзьями.

— Ну что ж, — неуклюже произнесла Эми, — и я пойду, пожалуй.

Перегородив дорогу своей сестре, Эл взглянула на Рона.

— А моей Эми? Ей тоже нужен волшебный поцелуй для чудесных снов.

Недовольно уставившись на свою сестру, которая игнорировала ее, Эми неловко взглянула на Рона. А он уже направлялся с улыбкой на лице к ней.

— Доброй ночи, Эмили, — произнес он и заметавшись с выбором щек, попал в уголок губ.

— И тебе, — сконфуженно произнесла она, цепляясь за тонкую надежду оставаться в сознании и не покраснеть до корней волос.

Когда обе сестры поднялись в спальню и укладывались спать, Эми подсела к Эл:

— Сегодня вы быстрее обычного.

— Мы и не встречались сегодня.

— А где ты была?

— В совятне же. Оставила для него письмо, у нас там свое место есть, где мы оставляем послания друг другу. Ну, знаешь ведь, опасно посылать сов.

— Ну да, ты права, — отстраненно произнесла Эми и пошла к себе в кровать.

— Я написала ему о своем сегодняшнем видении. Точнее, вопросы ему понаписала, — просто сказала Эл, укрываясь одеялом.

— Видении? Сегодня? — Эми как острой бритвой полоснули где-то в районе живота.

— Да, когда сидели в библиотеке.

— Когда мы все вместе сидели? Сегодня вот днем? Все вместе? — у Эми перехватывало дыхание от скомканных чувств.

Она смотрела, как Эл спокойно поправляет свое одеяло, выпрямляя его от складок и откидывает распущенные волосы на подушку и не понимала, что ее задевает сильнее: то что про свое видение она рассказала первому Малфою, хотя Эми все это время была с ней; или то, с каким непринужденным видом она сейчас обо всем этом говорила.

— Если честно, то видение было не ярким, я лишь успела заметить опять тех людей в темно-синих мантиях. Спросила, сможет ли он узнать, кто они, — объяснила Эл, судя по всему поняв взгляд сестры по-своему.

— Конечно! — язвительно фыркнула Эми. — Конечно-конечно, почему бы и нет? Малфой, видения, силы. Кому какое дело, что у тебя есть сестра?

— Эми, ты что? — Эл встала с постели и подошла ближе, чтобы никого не разбудить. — Обижаешься?

— Кто? Я? — Эми наигранно закатила глаза. — С чего ради, мне обижаться? Забыла рассказать о демоне? Плевать! Забыла рассказать о непонятных, загадочных видениях — ПЛЕВАТЬ!

Эми выглядела разъяренной, пыхтела и дергала нетерпеливо ногой.

— Может, ты не будешь так орать? Все-таки никто...

— Никто не знает? Кроме Малфоя! — Эми отвернулась от сестры, уставившись в окно.

— Ну Эми, — Эл погладила ее по плечу. — Мы с ним много говорим об этом, когда я помогаю ему с заклинанием. Я не подумала, что тебя это так заденет. Ну хочешь, я всегда буду только тебе первой все рассказывать?

— Все нор-маль-но, — по слогам проговорила Эми. — Знаешь, что меня злит больше всего? — Эми вдруг повернулась и села на кровати, — Что ты так не охотно раскрываешься перед своими друзьями, а с Малфоем обсуждаешь каждую деталь.

Закатив глаза, Эл вернулась к себе в постель.

— Эми, не будем спорить на ночь, хорошо?

Эми лишь фыркнула и закрылась одеялом. Ей было, что сказать, но она не стала разгонять ссору. Разумеется, ей было обидно, обидно не только за себя, но и за друзей, кому Эл так тяжело доверилась. А тут тот, кого терпеть не может вся школа, тот, про кого ни один человек не скажет ничего хорошего. А еще Рон... Эми безумно хотелось рассказать о его предложении, о своей радости. Посоветоваться, что надеть и как выглядеть. Что говорить и как себя вести, но все это осталось далеко позади. И делиться желания никакого не осталось.

Первая половина учебного дня стерла обиду Эми на сестру, подменяя ее волнением о предстоящей встречи с Роном. И когда на последнем уроке он подсел к ней, она никак не могла сосредоточиться, чувствуя свое смущение и скованность. В тот момент, пока Эми трудилась над своим письменным заданием, которое Снейп приказал всем выполнить, Рон постоянно оборачивался к Гарри и они еле сдерживались от смеха.

— Мистер Уизли! — прогремел Снейп. — Судя по вашему полупустому пергаменту, могу смело заявить, что сегодняшнее задание вы уже не выполните.

— Еще пятнадцать минут до конца урока, я все могу успеть, — сдерзил Рон.

— Нет! — рявкнул тот. — Не успеете! — и сгреб со стола его пергамент. — А за такое отношение, вы, мистер Уизли, сегодня вечером будете отбывать наказание у меня в кабинете!

Снейп развернулся, взмахнув своей мантией, словно она заколдована и раздраженно прошел к своему столу.

— Вот черт! — сев на место, пробурчал Рон. — Эми, прости.

— За что? — удивилась она.

— Наказание! Сегодня вечером! — зло проговорил он. — Я сомневаюсь, что освобожусь раньше полуночи.

— Вечер... — вырвалось у Эми, и она тяжело вздохнула.

Идя после урока с поникшей головой и скверным настроением, к ней подлетела взволнованная Эл.

— Эми! — позвала она.

— Что? — нервно ответила Эми.

Эл молча взяла ее за руку, и сказав, что они догонят ребят позже, завела сестру в пустой класс.

— Что случилось?

— У меня сейчас было видение! Эми, это ужасно! — она говорила громче, чем следует.

— Что ужасного? Говорить мне первой о нем? — съехидничала Эми, но Эл пропустила это мимо ушей. Она действительно выглядела встревоженной.

Только Эл собиралась рассказать обо всем, как дверь в кабинет отворилась и показался Малфой. Он быстрым шагом приблизился к Эл.

— Я видел, что ты напугана, — сказал он, игнорируя присутствие второй сестры. — Нам нужно поговорить.

— Сейчас? — Эл немного замялась.

— Да, о том, что ты мне написала.

Эми вздохнула, чувствуя неприятные покалывания.

— О том, что я соскучилась? — неуверенно пролепетала Эл.

— Про синие мантии, Эл! — сурово произнес слизеринец.

— Мы и отошли, чтобы поговорить об этом, — сообщила Эл. — У меня сейчас опять оно было. Это был странный, старый дом, я бежала по лестнице наверх, и снова видела людей в синих мантиях.

— Ты разглядела их лица? — спросил озадаченно Малфой.

— Нет.

— Так вот, синие мантии, — сказал Малфой, все еще игнорируя Эми. — У Волдеморта в подчинении не только пожиратели смерти были, но еще и ученики.

— Ученики? — хором спросили сестры.

— Да, секретный отряд, где их обучали смертельным заклятиям и запрещенным зельям. А может и не учили вовсе, и они уже были таковыми. Это не имеет большого значения. Их было не так уж и много, но! — Малфой посмотрел на Эл тяжелыми глазами. — Но один из такого отряда мог сойти за пятерых пожирателей, а то и больше. Их силы были не сравнимы ни с чьими.

— Откуда ты это узнал? — спросила Эл.

— Неважно, — не поведя ни одной мускулой, ответил Малфой.

— Что еще ты видела? — спросила Эми, привлекая к себе внимание.

— Вопрос в другом — почему ты их видела, — задал хороший вопрос Малфой, с нажимом смотря в глаза Эл.

Эл перевела испуганный взгляд на Эми.

— Они схватили тебя...

С минуту все трое молчали.

— Так, — Эми прокашлялась, пытаясь разрядить обстановку. — Ты говорила, что это было в каком-то доме?

— Да.

— Значит, мы что-нибудь придумаем, а пока не будем покидать этот замок в ближайшее время, — через чур бодро сказала Эми и хлопнула в ладоши.

— Только в ближайшее? — надменно произнес Малфой. — Думаю, вам придется не покидать этот замок значительно дольше.

— Может, навечно тут останемся? — съязвила Эми.

— Эл помчится за тобой, если тебя схватят! — рявкнул он.

— Я сама знаю, что сделает МОЯ сестра! — Эми одарила его ненавистным взглядом.

— Перестаньте! — вмешалась Эл. — Сейчас мы ничего не решим, конечно же мы будем осторожны.

Малфой переменился в лице, взяв Эл за плечи и с нежностью взглянул на нее. Эми была вынуждена признать, что они великолепно смотрелись вместе и Малфой менялся с Эл, как и Эл менялась с ним.

— Увидимся вечером, тогда и поговорим. Будь аккуратнее, — он погладил Эл по щеке и первым вышел из аудитории.

— Пошли? — обратилась Эл к сестре.

— Да, идем, наши уже заждались, наверное.

У Эми были странные ощущения. Похитят... Как на это реагировать? Что чувствовать? Хотя, когда Эл только сказала об этом, Эми испугалась, но теперь, через некоторое время ей все это казалось не таким уж и страшным. Ко всему прочему, видения были не такими уж и точными, быть может все совсем не так, как кажется.

Как Эми не уговаривала Эл рассказать все друзьям — она ни в какую не соглашалась, говоря, что Гермиона потащит их к Директору, а Рон вообще с ума сойдет от беспокойства.

Выйдя из библиотеки, в которой Эми задержалась, желая порыться в запретной секции, тут же пожалела об этом. Идя по полупустым коридорам, которые тонули в полумраке, ей было немного страшно. Факелы блекло потрескивали и стояла тишина. Такая неестественная тишина, что было слышно, как завывал за окнами ветер.

Она остановилась у одного из окон, перебирая мысли в своей голове. На самом деле, Эми было бы приятно увидеть беспокойство Рона, если бы он узнал о видении Эл. Но она, пожалуй, была права — рассказывать друзьям пока что не стоит. Эми было очень жаль, что Снейп назначил Рону наказание, из-за чего сорвалось их первое свидание. Конечно, возможно, Рон и не подразумевал, что это должно было быть свиданием, приглашая ее погулять. И тут впервые за все время нахождения в этой школе, Эми отчетливо почувствовала неприязнь к Снейпу, как будто он отобрал у нее последнюю надежду, единственную слабую возможность остаться с Роном наедине.

Несмотря на то, что Эми находилась на четвертом этаже, и за окном было довольно-таки темно, все же она смогла разглядеть две фигуры, удалявшихся от замка. Только было похоже, что одна бежала от другой. Не раздумывая, Эми бросилась вниз по лестнице, перекинув сумку через плечо. Выбежав на улицу, в радиусе ее взгляда никого не было, и она быстрым шагом двинулась в сторону Запретного леса. Она остановилась и напрягла слух, прислушиваясь к любому шороху и мимолетному движению, но кроме ветра ничего не слышала. Серебристый пар от ее дыхания напомнил Эми, что на улице зима и школьная форма не спасает от морозного вечера.

Перед ней во всей своей сказочной красе стояли густой Лес и кромешная тьма. Та часть замка, что окнами освещала заснеженную территорию давно осталась позади и достав свою волшебную палочку, Эми зажгла на ней огонь. Еще пару минут повертевшись на месте и вслушиваясь в тишину, она решила вернуться в Замок.

Как только Эми стала уходить, ее пробила мелкая дрожь и отнюдь не от холода. У нее было четкое ощущение, что на нее кто-то смотрит и в голове вспомнился маленький факт — видение Эл о ее похищении. Обернувшись, Эми никого не увидела и ускорила свой шаг. Сердцебиение участилось, а дыхание стало сбиваться. Чем быстрее она шла — тем сильнее ее охватывало чувство страха, словно ее кто-то преследовал, кто-то, кого она видеть не могла, но ощущала всем нутром.

Больше не мешкая ни секунды, Эми бросилась со всей дури в замок. Она бежала сломя голову, не обращая внимания на бурчание картин и озирающихся студентов. Казалось, за секунды она добралась до своей гостиной и вбежала внутрь, принеся за собой холодный ветер. Она облокотилась на диван, ожесточенно борясь с собственной отдышкой и держась за бок. Грудь сводило, а щеки щипало от бега и мороза.

— Что с тобой? — подозрительно спросил Гарри.

И Эми только тогда обратила внимание, что на нее удивленно смотрят Гарри с Гермионой.

— Вечерняя...пробежка... — задыхаясь, произнесла Эми. — Пойду...наверх...

Быстрее, чтобы больше вопросов ей не задавали, Эми поднялась в спальню. Она твердо решила не рассказывать о своей глупости Эл, и больше ни за что одной не ходить зимними вечерами за призраками.

Глава 16. Заклинание Правды.


Каждыми днями преподаватели не уставали твердить о предстоящих экзаменах и что пора начинать к ним готовиться. Почти каждый вечер Эл проводила с Малфоем, а придумывать где она — приходилось Эми. И она сердилась именно на него, при каждом удобном случае напрашиваясь первой на стычку, пытаясь посильнее его задеть.

Субботнее утро и не изменяя своим привычкам — Эми встала первой, хотя в последние дни ей давалось это с трудом.

— Ну ничего себе! — воскликнула Эми, увидев на диване Гарри, читающего книгу. — Вот тебя я точно не ожидала увидеть с утра пораньше.

— Доброе утро, Эми, — улыбаясь поздоровался Гарри. — Вот твою книжку читаю.

— И как?

— Ооо, это потрясающе, правда. Видишь, даже по утрам не сплю, — он поправил свои очки, демонстрируя последние страницы.

Усевшись в кресло, Эми поежилась.

— О чем думаешь? — спросил Гарри, откладывая книгу в сторону.

— Как будет хорошо, когда мы сдадим экзамены и вздохнем с облегчением.

— Ты же любишь учиться!

— Не путай! — засмеялась Эми. — Учиться любит Гермиона, а я предпочитаю успевать по предметам. К тому же, я первый год учусь и мне вдвойне сложно угнаться за вами.

— Ну и ты вдвойне молодец, между прочим, я вот хоть и учусь четвертый год, а успевающим учеником так и не стал, — Гарри тоже рассмеялся.

— Подвинься, — Эми подошла к дивану и легла рядом. — Скажи, а летом вы вообще не видитесь с Роном и Гермионой?

Эми с Гарри лежали на спине, глядя в потолок.

— Нет, под конец каникул можем к Рону приехать, а оттуда сразу в школу.

— Что вы тут делаете? — раздался возмущенный голос над головами Гарри и Эми.

Рон обошел диван и встал прямо над ними.

— О, доброе утро, Рон, — дружелюбно поприветствовал его Гарри.

— Что вы тут делаете? — повторил свой вопрос Рон, который дружелюбием в данную минуту не располагал.

— Да ничего мы не делаем, рассуждаем лежим, чем будем заниматься летом, — Гарри словно не замечал недовольный тон друга.

Эми поднялась и села, чувствуя себя слегка неудобно, словно их с Гарри застукали за чем-то плохим.

— Вдвоем? — Рон принципиально не смотрел на Эми, испепеляя взглядом Гарри.

— В общем, я пойду отнесу книгу, а вы тут...ну, я пошел, — Гарри приподнялся и подмигнул Эми, а она уставилась на него жалобными глазами, говорящими «не оставляй меня тут одну». Смотря в след удаляющемуся Гарри, по затылку которого было заметно, как он ухмыляется, Эми взглянула на Рона. Тот уже сел в кресло и постукивал пальцами по подлокотникам.

— Что решили? — спросил он.

— На счет чего? — Эми постаралась принять непринужденную позу, но у нее не получалось.

— На счет лета! — сердито пробурчал Рон.

— Я не знаю, что ты там себе напридумывал, но вот лично я поинтересовалась, как вы обычно проводите время и видитесь ли, — спокойно сказала Эми, теребя волосы.

— Обычно мы не видимся, одно лето у меня гостил Гарри.

— Тоже самое он мне и сказал. А ты что подумал? — сощурилась Эми.

— Неважно, — кинул он и посмотрел в окно. — Ты когда-нибудь олицетворяла людей с временами года? — резко сменил тему Рон.

— Чтобы специально — нет.

— Вот Эл зимняя.

— Разумеется, — вставила Эми, внимательно глядя на Рона.

— Что?

— Что ты все знаешь о моей сестре.

— Я и о тебе знаю, — Рон развернулся и посмотрел на Эми.

— И какая я?

— Ты весна. Ранняя. Серьезная и задумчивая, но в тоже время светлая и теплая. Как первые лучи солнца, когда они отражаются на снегу, заставляя его таять. А когда злишься — это подобно грозовым раскатам, собственно, что и не удивительно, — Рон все это произнес очень вдумчиво, не отводя своего взгляда.

Почувствовав, что краснеет, Эми отвела глаза в сторону, пытаясь понять хорошо это или плохо, в его понимании быть весной.

— Наверное, — запнувшись произнесла она.

— Пойдемте уже есть, дорогие мои, — торжественно и громко сказала Эл, от чего Эми и Рон даже вздрогнули.

После обеда, когда каждый занимался своими делами, Эми внезапно пришла в голову очень занимательная идея. Занимательная и немного дикая. Она временами думала об этом, но никогда серьезно.

— Эл, мне нужно срочно с тобой поговорить, — склонившись к ее уху, позвала Эми.

— Ну Ээээээми, — заныла Эл, — мы так хорошо сидим, я не хочу никуда идти.

Эл сидела с Роном и играла в какую-то игру на мини кексы, которые они принесли с кухни, а так как она явно выигрывала, судя по внушительной пирамидке с ее стороны сладостей, разумеется ей не хотелось уходить.

— А куда вам нужно? — поинтересовался Рон.

— Хочу посоветоваться с ней кое, о чем, — Эми сделала самое милое выражение лица и улыбнулась.

— Эл, ну ты что?! Тебя сестра зовет, а ты как размазня тут растеклась по стулу, — расхохотался Рон.

— Вот ведь! Ты вообще-то, Рон, должен быть всегда на моей стороне! — Эл потрепала его по голове и специально разрушила его маленькое построение из кексов.

— Я на стороне справедливости! — крикнул Рон и Эми видела, как он сделал тоже самое с горкой выпечки Эл.

— Ну и что ты хочешь мне сказать? Опять про похищение? — не давая начать разговор сестре, Эл развалилась на своей кровати, — Так я больше ничего и не видела, и по-прежнему не хочу никому об этом рассказывать.

— Тут такое дело, — деликатно начала Эми, пододвинув ноги сестры и сев на ее кровать. — Ты не одобришь, я точно знаю, но ты только подумай, насколько нам это выгодно!

— И что же это? — Эл внимательно взглянула на Эми, явно заинтригованная таким началом.

— Я тут была в запретной секции...

— Туда же не пускают учеников до шестого курса! — перебила Эл.

— Меня пускают! — гордо задрала нос Эми. — Благодаря Гермионе, разумеется, — и остановив сестру жестом, продолжила. — Я нашла одну старинную книгу, это сборник заклинаний ведьм. Да погоди, — Эми вновь не дала перебить ее, — я нашла там одно заклинание и подумала, что мы сможем им воспользоваться, учитывая наши силы…

— ЭМИ! Ты с ума сошла? — воскликнула Эл, подрываясь на кровати. — Какое еще заклинание? Постой, а там есть такое, чтобы уроки вообще не делать, и они делались сами? — мечтательно начала рассуждать Эл.

— Слушай меня, — Эми ущипнула Эл, чтобы та не уходила от темы. — Там есть заклинание правды. Тебе в течении суток все будут говорить только правду, чтобы ты не спросила. И я подумала...может нам попробовать?

Эми видела, как задумалась ее сестра. Конечно, она понимала, что правда не всегда такая, какой ее хотели бы слышать.

— Ну, что скажешь?

— Эми, это заманчиво, конечно... — неторопливо сказала Эл. — А если мы услышим такое, что ну вообще не хотелось бы знать?

— Конечно, услышим! Разве не в этом смысл? Что, если весть вещи, которые нам стоит знать, чтобы...ну...чтобы не тратить на них свое время.

— Ты про Рона, да? — догадалась Эл.

— Да и тебе будет полезно. Я ни на что не намекаю, но думаю, ты все сама прекрасно понимаешь, — Эми серьезно взглянула на сестру.

— Это интересно, — отрешенно произнесла Эл, думая о своем. — Давай попробуем. Что нужно делать?

Радостно улыбаясь, Эми достала под подушкой два клочка бумаги, на одном она переписала заклинание, а на втором перерисовала рисунок.

— Пойдем в ванну, чтобы никто не увидел.

— Что это за рисунок? — спросила Эл, вертя в руках бумагу.

— Для заклинания, я уже вписала сюда наши имена, — Эми бесхитростно улыбнулась.

Когда сестры прочитали заклинание, листок с рисунком вспыхнул и моментально растворился в воздухе, оставив после себя еле заметный запах сожженной бумаги.

— Ого! — восхитилась Эл.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — возбужденно спросила Эми.

— Нет, а ты?

Эми помотала головой.

— Возможно, на нас оно и не действует? Только на окружающих. Ровно через сутки чары спадут и все, кому мы будем задавать вопросы — все забудут. Так что много не расспрашивай, и главное, старайся избегать Гермиону. Она сразу все поймет, — настойчиво предупредила Эми.

Девочки спустились вниз, Эми заметно волновалась, ведь своей целью она наметила Рона, с которым только предстояло остаться один на один и задать интересующие ее вопросы.

— Ну что, готов проиграть все свои пироженки? — смеясь спросила Эл, подсаживаясь к Рону за стол.

— Я съел большую половину, чтобы тебе не достались, — деловым тоном заявил Рон и тут же округлил глаза. — Что?

Все уставились на него, а Эл возмущенно нахмурилась. Они с сестрой переглянулись — заклинание работает и очень хорошо.

— Ребят, скоро вернется Гарри, предлагаю сесть за уроки, — обратилась ко всем Гермиона, недовольно разглядывая кучу оберток от кексов.

— Ты что, правда хочешь уроки делать? — Эл развернула очередной кекс.

— Нет, но если я не буду вас заставлять, то вы вообще ничего не будете делать, — вырвалось у Гермионы и теперь она ошалело вытаращила глаза.

Отсев подальше, она достала книгу и принялась за ее чтение и в этот момент вошел Гарри, уставший, грязный, но довольный.

— Что делаете? — спросил он.

— Тебя ждем, чтобы идти в библиотеку с Гермионой, которая сама этого не хочет, но заставляет нас, — рассмеялся в голос Рон.

— Ничего смешного, Рон, — укоризненно отозвалась Гермиона.

Пока Эл хихикала, отвернувшись в сторону, Рон стиснул у нее еще один кекс.

— Как тренировка? — поинтересовалась Эми. — Готовы сразить Слизерин?

— Всегда! — закивал Гарри. — Кстати, Оливер спрашивал о тебе.

— Да? Мм...

— Знаешь, Эми, мне так хотелось сказать ему, что у тебя есть другой, если честно мне его даже жалко, — признался Гарри и Эми напряглась, как струна, в страхе, что Гарри может сейчас ляпнуть лишнее.

— Кто? — вопросительно уставился Рон на Гарри.

Эми мысленно взмолилась всем небесам, не зная, что придумать, чтобы Гарри ничего не отвечал, а Эл смотрела на нее очень внимательно, взглядом говоря, что именно о таком она ее и предупреждала.

— Да никого у меня нет, — нервно посмеялась Эми и махнула рукой.

Гарри пожал плечами, ничего не отвечая и многозначительно посмотрев на Эми, пошел переодеваться. А Эми мысленно расцеловала его, облегченно вздыхая. Наверное, заклинание работает только когда они сами задают вопросы.

По дороге в библиотеку, сестры старались идти молча и тщательно подбирали фразы. И каково был их изумление увидеть за одним из столов Малфоя в компании своих громил. Вот чего им сейчас уж точно не нужно, так это стычки со слизеринцами, если Малфой взболтнет... Эл посмотрела на сестру умоляющим взглядом, но что она могла сделать?!

— А этот слизняк, что тут забыл? — громко спросил Рон и Малфой, увидев вошедших растянулся в довольной ухмылке.

— Пойдемте сядем куда-нибудь, — подтолкнула Эми друзей, — ну, чего встали?

— Наверняка поджидает первокурсников, чтобы поиздеваться над ними, — сказал Гарри, доставая с полки нужную книгу.

— Да-да, его шестерки и читать-то не умеют, — согласился Рон, усаживаясь за стол и доставая пергамент.

— Почему между вами вражда? — задала вопрос Эл с абсолютно отсутствующим лицом.

— Мои родители знакомы с семьей Малфоя и никогда не были от них в восторге, они всю жизнь были мерзкими. Тем более его папаша убийца, от сынка другого даже ждать не стоит, — скривился Рон.

— Наше знакомство оказалось показательным примером и думаю, задев чувства Малфоя, отказавшись с ним дружить — он не смог мне этого простить, — Гарри пожал плечами. — Потому, этот придурок не оставляет меня в покое с самого первого дня.

— А я считаю, что он просто завидует Гарри, — открывая учебник, Гермиона с серьезным выражением лица обвела присутствующих. — Поэтому-то и создал себе соответствующую репутацию, хотя возможно это и воспитание, которое превратило его в озлобленного, никого не любящего мальчика.

У всех была разная точка зрения по поводу слизеринца, что сестры не удержались и переглянулись. И каждая думала об одном и том же — по факту, Малфой был лишь отголоском сопутствующих мнений, и никто его по-настоящему не знал.

Наконец, усевшись за домашние задания все писали в полной тишине, иногда сверяясь или советуясь о каком-нибудь из предметов. Рон то и дело заглядывал к Эми в конспекты, заставляя ее каждый раз напрягаться. И те еле уловимые прикосновения, то к ее плечу, то к руке вынуждали ее замирать.

— Рон, что ты делаешь? — не выдержала Эми очередного прикосновения его щеки к своему плечу, от которого волосы Рона щекотали ей шею.

— Ты так вкусно пахнешь, что мне хочется просто сидеть, прижавшись к тебе, — произнес Рон и чуть со стула не свалился.

Никто ничего не сказал, сделав вид, что не услышали этого, но каждый тихонько улыбался, прячась за учебниками. А вот Рон вообще отвернулся, нервно подергивая ногами. Больше он не наклонялся и в сторону Эми не смотрел, предпочитая теперь списывать у Эл, которая пыталась списывать у Гермионы.

Под предлогом «забыла учебник», Эл задержалась в библиотеке после выполненных домашних работ, чтобы переговорить с Малфоем, а Эми осталась ждать ее этажом выше. Когда она услышала шаги, то решила, что это идет Эл, но из-за угла вышел Малфой.

— Скажи своей сестре, что я ее буду ждать в нашем месте, — одарив надменным взглядом, сказал Малфой.

— В смысле? Она тебя в библиотеке осталась ждать, хотела поговорить, — тем же тоном ответила Эми.

— Никто меня там не ждал, я вообще-то давно покинул библиотеку, так как вы такие тупицы, что делаете работы полгода, — высокомерно произнес Малфой, вздернув бровями.

— Мы хотя бы способны хоть что-то делать, — ввернула укол Эми, желая поставить этого заносчивого идиота на место.

— Тебя спасает только то, что ты сестра Эл, — огрызнулся он и скривился.

— А ты не сдерживайся!

— Сам решу, что и когда мне делать!

— И чего ты вечно такой мерзкий! С тобой даже говорить противно, — Эми сморщилась и двинулась дальше по коридору.

— Куда это ты собралась?

— Тебя это не касается, придурок.

— Меня касается все, что связанно с Эл, а значит и твои похождения тоже! — крикнул Малфой.

— Что? — у Эми аж дар речи пропал.

— А то! Ты не имеешь права шляться одна по замку! — командным тоном заявил он.

— Тебе-то что вообще до меня?

— Ты самый близкий человек для Эл, а значит, я должен беспокоиться и о тебе тоже, — Малфой демонстративно закатил глаза и скривился, показывая, насколько ему это не приятно.

— Тебе правда дорога моя сестра? — спросила Эми спокойным голосом.

— Очень, — ничуть не смутившись, ответил он.

В какой-то момент Эми показалось, что она даже не прочь с ним подружиться, в конце концов у Эл должна быть личная жизнь, а если они будут на дух друг друга не переносить, то от этого страдать будет только Эл.

— Что вы тут делаете? — воскликнула Эл, вывернув из-за угла. — Драко, я искала тебя, где ты был?

— Шел в совятню оставить письмо, но на пути попалась твоя сестричка, — Малфой моментально изменился в лице, голос его стал мягче, и даже казалось походка стала совершенно другой.

— Я освободилась, если ты не занят... — Эл наигранно поморгала ресницами, на что Эми незаметно улыбнулась и покачала головой.

— Пойдем, — Малфой приобнял ее за плечи, игнорируя Эми.

— И вам хорошего вечера, — иронично пожелала Эми.

— Эми, тебя проводить? — спросила Эл, выглядывая из-за спины высокого блондина.

— Нет, я в состоянии сама дойти, — улыбнулась она.

— К себе? — спросил Малфой, изогнув бровь.

— Конечно, — Эми пожала плечами, а затем глядя на его не довольный взгляд, добавила: — Да, Малфой, я пойду в башню Гриффиндора и не стану делать глупостей, буду осторожна и бдительна.

— Ого, — удивилась Эл.

— Пошли, — потянул ее слизеринец, и они вместе скрылись за поворотом.

В гостиной сидели Гарри с Гермионой, споря над какой-то книгой. Оглядевшись, Эми не нашла Рона, что ее очень удивило.

— Ты же ждала Эл? — озадаченно спросил Гарри, увидев, что Эми без сестры. — Где ты ее потеряла?

— В совятне, захотелось ей побыть наедине с собой, потому что ее достали уроки, — соврала Эми на ходу. — А вы что делаете?

— Мы спорим, — вздохнул Гарри и покосился на Гермиону. — Она доказывает мне, что отбрасывающие чары не всегда могут сработать так, как мы этого хотим.

— Да, именно так! — возмущенно произнесла Гермиона. — Профессор Флитвик нам рассказывал, что заклинание Депульсо может дать осечку в случае несоизмеримого отбрасывающего предмета в сравнении с твоим собственным телом.

— Занятно, — пошутила Эми, не желая вмешиваться в спор.

— Кстати я дочитал твою книгу, можешь ее забрать у меня в спальне. Она лежит на тумбочке, — произнес Гарри и повернулся к Гермионе. — Это не имеет абсолютно никакого значения, Гермиона! Ты понимаешь, что отбрасывающие чары по действию обратные манящим? Вот и подумай, с чего это они должны работать как-то иначе.

— Ну ладно, сама, так сама, — озадаченно пробормотала Эми, но затем развернулась и поднялась в спальню мальчиков.

Книга лежала на тумбочке, рядом с кроватью Гарри, как он и сказал. Взяв ее и уже готовая уйти, Эми вдруг встала как вкопанная — в дверях ванной комнаты показался Рон. Он был в джинсах, с расстегнутой пуговицей; по голому торсу стекали капли воды. Вытирая голову полотенцем, он не видел Эми, а она не знала, подать ей звук, или же вот так и стоять.

— Рон? — осторожно позвала она его.

Тут же вскинув взгляд, Рон повесил полотенце себе на шею, до конца так и не высушив волосы и они небрежно спадали ему на лоб.

— Что ты тут делаешь? — удивленно спросил он и улыбнулся.

— Я? Что я делаю? Да я тут...тут вот... — несуразно говорила Эми, показывая рукой то на тумбочку Гарри, то на книгу у себя в руках. — К-книгу взять...забрать, ну она же...Гарри сам разрешил.

Она наконец выдохнула, не в силах продолжать нести бред. Засмеявшись, Эми прикрыла рукой лицо. Она чувствовала себя маленькой девчонкой, которую вогнали в краску, показав кусочек обнаженного тела.

— За книгой я пришла, — подвела она итог, смущенно рассматривая собственные ноги.

— Очень мило у тебя это получилось, — рассмеялся Рон, внимательно смотря на нее. Эми закусила губу от неловкости.

Она стояла, обхватив книгу рукой и теребила ее обложку, а Рон все так же смотрел на нее, а затем сделал несколько шагов в ее сторону. Почувствовав, как вспыхнуло лицо, Эми не знала куда себя деть, но ноги словно налились свинцом, и она не могла пошевелиться.

— Давно ты увлекаешься квиддичем?

— Я? — переспросила Эми, не поняв вопроса и Рон глазами указал на книгу в ее руках. — А-а-а, так это же моя. Про китов, Гарри брал ее почитать.

— Ясно, — сказал он и отошел к своему шкафу, достав оттуда черную футболку.

— Не буду тебе мешать, — быстро и скомкано проговорила Эми и вышла из комнаты.

Прислонившись к двери спиной, она закрыла глаза, осознавая насколько глупо и по-детски выглядела. Еще не хватало, чтобы Рон посчитал ее маленькой девочкой. «О боже, — думала она, — да что со мной не так?»

Немного времени спустя, когда в гостиной почти никого не осталось, Эми сидела с Гермионой. Рон так больше и не спускался, а Эми теряла драгоценные минуты и надежды, что ей удастся с ним поговорить с глазу на глаз оставалось все меньше и меньше. К тому же, ее не покидало постыдное ощущение после своего нелепого поведения. Обсудив несколько тем, касающихся учебы и летних каникул, Гермиона поднялась к себе, пожелав добрых снов Эми. Последние полчаса она уже просто сидела, наблюдая за угольками в камине, которые трещали и подскакивали.

— Можно к тебе? — из тишины раздался тихий хрипловатый голос.

— Рон? — Эми вздрогнула. — Да, садись.

— Все хорошо? — спросил он, а Эми испугалась, что он сейчас сможет услышать, как дико забилось сердце в ее груди.

— Да, конечно, все хорошо, — сказала она и подавилась воздухом.

— Ты чего? — Рон мягко похлопал ее по спине, на что она просто улыбнулась.

— Почему не спишь? — задала она свой первый вопрос, позабыв, что нужно тщательно следить за своими фразами.

— Я хотел с тобой поговорить, и ждал, пока ты останешься одна, — серьезно произнес он.

Рон уселся поудобнее, соприкоснувшись своим плечом с плечом Эми, от чего ей захотелось положить туда свою голову. От него исходил приятный аромат и необъяснимое, обволакивающее тепло, словно он обнимал ее невидимыми руками.

— Говори, — смело попросила Эми.

— Может, Эл пойдем встретим? — проговорил он и уставился в камин.

Эми даже не поверила своим ушам — встречать Эл? Все моментально перевернулось с ног на голову и вот уже совсем не хочется класть свою голову ему на плечо, а тепло, что волнами расходилось от Рона стало жгучим и едким.

— Куда мы встречать ее пойдем? — резко спросила Эми.

— В совятню, она же там вечно пропадает, — ответил он.

— Рон, — Эми повернулась к нему с серьезным лицом. — Могу я спросить тебя кое, о чем?

— Что угодно.

— Тебе что, нравится моя сестра?

Рон сначала удивленно посмотрел на Эми, пытаясь понять шутит ли она, а затем громко рассмеялся.

— Ты с ума сошла? Она же мне как брат! Как сестра, с чего ты взяла?

— Ты всегда говоришь о ней, все твои вопросы о ней и вот сейчас собрался идти ее встречать, — Эми улыбнулась, зная, что его ответ был искренним, он не мог ей сейчас врать.

— Она же мой друг, Эми, я бы и тебя собрался встречать, но я всегда знаю, где ты, — Рон развернулся и сел в позу лотоса напротив Эми.

— Я так и поняла, — кивнула она, рассматривая ковер. — Ты об этом хотел поговорить?

— Нет, — ответил он. — Скажи, между тобой и Гарри что-то есть? — Рон смотрел прямо Эми в глаза, желая видеть в них честный ответ.

— Ты шутишь, да? — искренни удивилась Эми.

— Да какие тут шутки, Эми? Я на грани того, чтобы перестать вообще с ним общаться, — произнес Рон и выпятил глаза, не ожидая, что правда вырвется наружу.

Эми хотелось смеяться, но она сдержала себя.

— Ничего между нами нет, Рон, кроме дружбы, — честно сказала Эми, чувствуя себя почему-то очень радостно.

— Просто вы сегодня вместе лежали, и книгами делитесь, — попытался оправдаться Рон.

— Ну а ты целуешься с моей сестрой, — Эми скопировала позу Рона, сев напротив него.

— Это же в шутку, — закивал он, как будто Эми его в чем-то обвиняла. — Хочешь, не буду больше.

— Если в шутку, то не возражаю, — засмеялась она. — А с Лавандой у вас что-то есть? — спросила она как бы, между прочим.

— Нет, и она больше ко мне даже не пристает, представляешь? — неряшливо сказал Рон, махнув рукой.

— По-твоему, я должна это предстааааа... — Эми сообразила в последнюю секунду, что это будет вопрос, — ...вляю конечно, похоже, ты рад.

— Если честно, — Рон склонился к Эми, будто раскрывая чужой секрет, — я очень даже как рад!

— Это здорово, — снова засмеялась Эми, похлопав Рона по ноге.

— Бедный Оливер, — вдруг вздохнул Рон, делая вид, что совершенно не заинтересован в том, что сказал.

— Что ты имеешь в виду?

— У него до сих пор теплится надежда, а у тебя уже кто-то есть, оказывается, — Рон водил рукой по ковру.

— Это ты, о чем? — Эми изогнула бровь.

— Помнишь, Гарри сегодня сказал, что у тебя есть другой? — Рон почесал макушку, все еще избегая взглянуть на Эми. — Можешь не отвечать, если не хочешь.

— Я свободна, как ветер, — пошутила Эми, глядя на забавный вид Рона.

— Вот я и говорю, — развел руками Рон, — бедный Оливер.

В который раз, Эми засмеялась свободным, искренним смехом.

— Ну а что я могу поделать, если у меня к нему ничего нет?! — Эми тоже развела руками.

— Ты знаешь, — вдруг Рон стал совсем серьезным. — В прошлый раз так вышло не хорошо, позвал тебя гулять, а сам застрял с этим сальным уродом.

— Да я не обиделась, вроде, — улыбнулась Эми, а у самой все закололо внутри, чувствуя к чему он клонит.

— Отлично, — ответил Рон и замолчал.

Он был неуловим для Эми, в одно мгновение открытый, как ладони, а в другой миг становился сложным, непонятным. Она никак не могла его разгадать, чего на самом деле он хочет, к чему все его намеки, если в самый последний момент Рон как книга закрывался от нее.

— Рон, что ты хочешь? — спросила напрямую Эми.

— Хочу позвать тебя гулять, — признался он.

— Зови, — она мягко улыбнулась.

— Зову, пойдешь?

Эми склонила на бок голову и посмеялась такому его нелепому поведению. Согласно кивнув, она наконец расслабилась, решив, что вопросов хватит. Всему свое время, а залезать вот так в голову к человеку она не имеет права. Но мысленно она себе пообещала, что когда-нибудь, обязательно расскажет Рону об этом заклинании.



Подписаться на фанфик
Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.




Top.Mail.Ru

2003-2021 © hogwartsnet.ru