Страх Одиночества

Глава 17

Принимайте победу со смирением, а проигрыш — с достоинством.
Сэр Алекс Фергюсон.


Вернувшись в ставку, я обо всем рассказал Тому, но он заявил, что этого и следовало ожидать. Это еще почему?! Но ответа я не получил, Том был занят — разрабатывал план, как бы ему заставить мальчишку прийти за пророчеством в Отдел Тайн. Он посылал мальчишке ментальные видения, и подробно показывал, где хранится пророчество, но Поттер не спешил действовать, вопреки нашим ожиданиям. Том расстраивался и нервничал.
Заняться было нечем, и от скуки я начал исследовал площадь всего Малфой-Мэнора, но это было чревато последствиями, например, схватить какое-нибудь фамильное проклятие. Том вроде бы что-то перенастраивал в охранной системе поместья, но мало ли… Я стал изредка выбираться в магический Лондон. Мир как будто не знал о нашем существовании, по крайней мере, в нем ничего не изменилось. В каком-нибудь особо темном закоулке можно было наткнуться на дементора, но теперь эти существа были мне не страшны: едва увидев Черную Метку, они старались как можно скорее исчезнуть. Мне было любопытно, чем же купил их Том, но он лишь улыбался и молчал. Со стороны это выглядело ужасно. Его улыбка походила на жуткий звериный оскал, но я то знал и помнил его прежнего, для меня он все тот же мой самый лучший друг. И под этой ужасной маской я видел его настоящего.
Не знаю, как долго бы это продолжалось, но в один прекрасный день Малфоя навестил спятивший домовик семейства Блеков, и дело сдвинулось с мертвой точки. Эльф рассказал Малфою, все что нужно: о сильной привязанности мальчика к крестному, и о том, что он понятия не имеет ни о каком пророчестве.
Том тут же приступил к решительным действиям, послав Поттеру видение, что крестный мальчишки у него. Со слов домовика мы знали, что Блек безвылазно сидит в одной комнате, а если мальчик захочет проверить, дома ли его крестный, то домовик солжет. Главным в этой операции Том назначил Малфоя. Люциус раздувался от гордости и с важным видом раздавал нам указания.
Прибыв в Отдел Тайн, мы приготовились к встрече гостей, отойдя в тень стеллажей так, чтобы, проходя мимо, нас никто не смог заметить. Минуты тянулись медленно, Малфой как-то незаметно растерял свой апломб и был сейчас очень напряжен. Наконец-то чертов Гриффиндорец явился, но не один, а с кучей таких же детишек. Они прошли мимо нас, Малфой подал знак — ждем. Когда Поттер взял пророчество в руки, Люциус неслышно двинулся к нему, мы, выждав минуту, стали подходить к ним с разных сторон. Казалось, развязка близко, но эти паршивцы разбили стеллажи и разбежались в разные стороны. Мы кинусь искать их. Я не смотрел по сторонам, и не слышал ничего — в голове пульсировала одна мысль: «Поймай!»
Я увидел, как они забежали в одну из комнат, и двинулся следом. Они уже хотели запечатать дверь, но передо мной проскочил Роули.
— Импедимента! — не сговариваясь, закричали мы.
Троих подростков сбило с ног, и они разлетелись в разные стороны. Нужно было позвать наших, но я не успел — лохматая девчонка наслала на меня Силенцио. Какая глупость, я прекрасно владею невербальными чарами. Меня снова толкнул Торфинн и вышел вперед, тут же получив Петрификус, который предназначался мне. То-то же! Не будешь, друг мой, вперед меня влезать. О твоем поведении нужно будет рассказать Тому, он отлично учит хорошим манерам.
Нужно было скорее заканчивать, это все мне начинало надоедать. Я невербально послал проклятие в эту лохматую тварь, несильное, способное лишь оглушить, но с веселенькими последствиями. На помощь ей, из под стола, выползло еще одно недоразумение — какой то толстый увалень. Я пнул его в голову, неуклюжий скорчился, и сломал собственную палочку. Я снял с себя маску, и нацелил палочку в лицо Поттеру. Рукой я указал на пророчество, которое он держал в руке, и кивнул в сторону оглушенной девчонки. За дверью раздался грохот, и это была моя ошибка: я обернулся. Тут же Поттер кинул в меня Петрификусом, и я уже не мог ничего сделать. Не помню, кто применил ко мне Фините. Я поспешил на помощь соратникам — в зале с аркой вовсю шло сражение. На помощь детишкам прибыл почти весь Орден Феникса. Я осмотрелся, увидел Макнейра без сознания, и Поттера, с неуклюжим идиотом, рядом с ним. Я наслал на толстяка Таранталлегру, пусть попляшет, ему полезно.
Пора заняться Поттером. Я хотел оглушить его, так же, как девчонку, но не успел — мальчишка выставил щит, правда, слишком слабый. Ему поранило лицо и отбросило в сторону.
Я хотел призвать пророчество, но на меня налетел Блек. Да что же это такое-то?! Чего вы меня сегодня все толкаете?! Мы сошлись с ним в поединке, я чувствовал себя в своей стихии. Не прилагая усилий, я одерживал победу над ним, но я снова ошибся — будучи целиком и полностью увлечен боем, я не смотрел по сторонам. Меня достал Петрификус. Я упал, отвлеченно думая, что у Поттера никакого разнообразия…. До конца всех событий я так и пролежал там. Как я узнал позже, потом появился Дамблдор, и нас всех снова отправили в Азкабан, и поместили в одну тесную камеру. Надолго ли они нас теперь удержат? Нам всем было смешно, всем, кроме Малфоя. Задание ведь было на нем. И провалил его он. Я почувствовал укол жалости к нему. Но это быстро прошло, нужно было все обдумать.