Глава 39.От автора:
Видимо, отзывов больше я не дождусь…
Вот возьму и развоплощусь!
Не, ну давайте вместе поставим рекорд –
Много-много отзывов, и в короткий срок!!
Краткое содержание ответов
И традиционная передача приветов
Всем, отзывы оставившим
И что-то автору написавшим:
loving, сон – это дело святое!
Однако кошка – животное ночное,
Так что приходится мне смиряться,
И с количеством шоколада сверяться,
Ведь правильное “стимуление” –
Гарантия скорого обновления.
Lihanna, проды ожидание не особо затянется
И в скорости глава новая появится
Потому как советь моя пока не засыпает,
Да и муза настороже, а не дремает.
За отзыв пламенный, стихотворный,
Поведший меня в шок непритворный,
DimonS, от души благодарствую тебе!
И заметь, что проду я не задержала
Настолько, сколь сильно обещала,
И, в первую очередь, по твоей “вине”
За что троекратное “Спасибо!”,
Ведь музе так понравилось сильно,
Что слов снова, вновь нет у меня,
В чём, опять-таки, “Невиноватая я!”.
Ну, вот, edik123, прода и появилась,
И я раньше положенного объявилась
Для счастья мне ничего больше и не надо,
Кроме как доесть уцелевшую дольку шоколада…
Ну, вот, уже и доедать больше нечего…
Зато хорошее настроение мне обеспечено!
Помянем же вместе крошки шоколада!
И оставим мне отзыв – я буду так рада…
Ньюра, прямо даже на цитаты?
Брать и просто разбирать?..
К сожаленью, мои подруги
Именно так и предпочитают поступать,
Причём исключительно и только –
На занятиях. На лекциях. И громко!..
P.S. А вообще, если окружающие не возражают,
То автор руки умывает,
Добро даёт, благословляет,
И благодарность оставляет!
Так рада, что тебе, Dominik, прода понравилась!
Новая глава, конечно, не отличная,
Но тоже весьма приличная,
Да и выкладка подозрительно не затянулась…
И теперь, для полной радости,
Не откажите в малой малости
Что-нибудь мне напишите,
Желательно – что видеть дальше хотите!
Ну, спокойно… Особо не пугаемся!
Давайте быстренько оклемаемся
От моего рифмоплётческого безобразия
Которое, такая вот оказия,
У меня буквально прорвалось
Из-за слишком нетвёрдого решения
Хоть немного и вскользь
Перечитать Бальмонта произведения…
Всё-всё, Пушкина томик я убрала,
И Лермонтов отодвинут со стола,
Блока наизусть не декламирую
И читателей особо не нервирую…
Медленно кружась в странном хаотическом танце, снежинки пытались достигнуть заветной цели, коей являлось приземление их на какой-нибудь поверхности, но… Но они таяли не долетев буквально пары метров. Очередной порыв ветра – и очередной пируэт из танца снежинок. Как красиво… И что странно – под “небесным” потолком было явно холодно, но здесь, внизу, замёрзнуть было просто нереально, прямо даже и интересно, какой магией можно поддерживать такое чудо… В открытые окна, вместе с очередной танцевальной труппой снежинок, влетело огромное количество сов, которые, неся в своих лапках какие-то свёртки, пакеты или просто письма, с довольным уханьем присаживались рядом с хозяевами, хотя… Хотя порой они присаживались и на хозяев, и в их тарелки, и в стаканы, и так удачно задевали какую-то заполненную едой посуду, что вся означенная пища в срочном порядке перемещалась на близсидящих людей…
– Глупая птица… – Явственно услышал я недовольное ворчание Рона Уизли, сова которого сейчас мирно спала в теперь уже пустой миске от его супа, ведь сам суп переехал на постоянное место жительства к гриффиндорцу на мантию…
– Ребята, а нам ведь тоже что-то прислать должны…
Мысль, высказанная Бали, заставила всех задуматься и насторожиться. И действительно, буквально через пару секунд стройная колонна серых и неприметных птичек залетела в Зал, после чего, сделав круг почёта, явно собиралась спикировать на наши многострадальные головы. Первым очнулся Орёл, который, тупо уставившись на них, вдруг резко спросил:
– Вы думаете о том же, о чём и я?..
А через секунду мы все хором крикнули “Ложись!” и в срочном порядке переместились под стол. Как оказалось – очень вовремя и кстати, так как на те места, где только что были наши головы, уже громко шлёпнулись огромные свёртки с чем-то длинненьким, продолговатеньким и явно тяжёленьким… Ещё через полминуты лежания в импровизированных окопах я высунулся на разведку. Всё было тихо. И грязно. В общем, с нашей стороны было крайне благоразумно предпринять подстраховачные меры по предотвращению пачкания пола ещё и своей кровью…
– Что-то я больше не хочу есть…
Волк, высказавший общее мнение, с явным сожалением вылез из мини-бомбоубежища и на цыпочках, пытаясь найти на идеально грязном полу место почище, дошёл до своей почему-то лежащей в сторонке метлы.
– Вот уж воистину квиддич – грязный вид спорта… – Пробормотал я, пока отряхивался и помогал вылезти Пантере.
– Прошу прощения, но… – Рядом с нами материализовалась преподавательница трансфигурации и, переведя взволнованный взгляд с наших недоумённых мордашек на мётлы, уже крепко зажатые в явно собственническом жесте в руках, продолжила. – Я вынуждена у вас их забрать…
– Что-что, пардон, вы вынуждены сделать?..
Мы недоумённо переглянулись, и Лиз, озвучившая общественное мнение, удивлённо пожала плечами.
– Полная или частичная конфискация имущества без права возврата? За какое уголовно наказуемое преступление?!
Но профессор МакГонагл вряд ли что-то поняла из гневной тирады Пантеры, ведь она сосредоточенно отнимала у Медведя метлу, при этом сам Медведь её абсолютно игнорировал, спокойно обсуждая новую тему по трансфигурации со стоящей рядом Бали, при этом было вполне закономерно, что все потуги преподавательницы никакого внешнего эффекта не имели. Наконец, добродетельной учительнице надоело заниматься бесполезным делом, и она заявила, что…
– Мы должны проверить все мётлы на наличие каких-нибудь заклинаний, которые могут вам повредить каким-нибудь образом…
Но мы все уже давно и безоговорочно не обращали на неё внимания, а ожесточённо спорили на тему “В кого лучше транфигурировать ежа – в игольницу, подушку или мягкую/колючую игрушку?”.
– Конечно, в игольницу! – Вдруг сказала профессор МакГонагл, после чего обстоятельно аргументировала свой ответ тем, что колючки ежа будут неплохо и весьма гармонично сочетаться при недотрансфигурации с иголками, а, кроме того, при должной мере мастерства…
– А по мне, так лучше в подушку! – Моментально возразил ей Волк, тут же подкрепив свой ответ примером йогов, спящих на колючках, пространственно поразмышлял на тему “Как это, должно быть, полезно для здоровья, спины и не только”, потом сказал, что вообще, ходить по битому стеклу – это тоже полезно, как, впрочем, и всё, связанное с восточными единоборствами, помешанность на которых у него была столь явная и очевидная.
– И всё-таки лучше всего трансфигурировать ежа в мягкую игрушку, ведь вы только представьте, такая маленькая колюченькая прелесть, которую так и хочется прижать к себе, потискать, да с таким симпатягой даже спать можно!! – Лиз сосредоточенно делала вид, что она действительно всю жизнь мечтала о таком подарке, пока мы, по одному и по возможности незаметно, сматывались из поля зрения строгой преподавательницы.
– Нет, я вообще абсолютно уверен и ничто не заставит меня поменять своего мнения, что ежей нужно оставить в покое! И нечего над ними всякие опыты производить, пытаясь затащить к себе в постель, или на стол, или… Да что вы все так на меня смотрите? Я, может, всю жизнь мечтал быть активистом движения Гринпис!!
Но не найдя сочувствия в этом жестоком и очерствевшем мире, я гордо развернулся и ушёл к выходу. Вот за моей спиной закрылась дверь, а потом послышался удивлённый возглас догадавшейся как её одурачили учительницы, но было уже слишком поздно, ведь последний спецназовец в моём лице уже покинул Большой Зал, а отнять заныканные средства перелетания у нас уже не сможет никто и никогда…
***
Мы размеренно продолжали выполнять распоряжения отлучившегося начальства, с удовольствием прислушиваясь к практически истерическим крикам под дверью.
– Друзья, прекрасен наш союз!.. – Процитировал я Пушкина, мою позицию разделили все присутствующие и даже отсутствующие, судя по спокойному голосу что-то отвечающего Ричарда.
Через пару минут почему-то улыбающийся тренер вошёл внутрь и, сказав, что иногда он даже нами гордиться, предложил пойти извиниться перед оскорблённой в лучших чувствах учительницей, ведь, конечно же, сегодня у нас нет её уроков, но вот уже завтра… В общем, отношения надо было бы восстановить и больше не портить, а то ведь себе дороже…
Весь этот день на удивление спокойные, культурные и воспитанные спецназовцы вели себя подозрительно тихо…
***
На следующий день. На обеде.
– Покажи!
– Не покажу!!
– Ну, покажи!..
– Нет, не покажу!!!
– Не буди во мне зверя!
– А я не боюсь кроликов!!
– И зря!!! Они ведь могут затра… – Проходящий мимо нас с Пантерой Ричард заинтересованно приостановился, явно ожидая продолжения. – Затравить тебя анекдотами, и будешь тогда знать… – Тренер отвернулся и сделал шаг в сторону своего места за учительским столом, как вдруг смутно расслышал продолжение. – И как следует обложить тоже могут… – Он резко повернулся к нам лицом, а я, всё ещё делая вид, что милый, белый и пушистый кролик – вот моя краткая характеристика, продолжил. – Овощами и фруктами… И будешь ты безвылазно в трёхэтажном… – У Ричарда руки чисто автоматически переместились в скрещенное положение на груди, а глаза нехорошо сощурились. – …доме из одних сплошных редисок да морковок сидеть… Ой, Ричард, как хорошо, что ты здесь мимо проходил! Скажи ей, чтобы она перестала вредничать и показала мне, как нужно оформлять эссе по Истории Магии! А то у нас урок сразу после обеда, а я до сих пор не знаю, как правильно подписываться!..
– Лаки, да не отсохнет язык твой столь нагло меня провоцировать!
– Ну, что я опять сделал не так, а? Я же никого и ничего и ни разу…
– Ты опять, да?.. Похоже, действительно пора принимать меры по поднятию морали в нашем разложившемся обществе…
– О, прости меня великодушно за грехи несовершённые! Я клятвенно обещаю замолить их все сегодня перед сном!..
– Лаки…
– …хотя можно и прямо сейчас, чего тянуть-то? Тем более перед едой – святое дело… Ой, только не надо говорить, что ты хочешь внеочередной раз обновить мой гардероб!!
– Примерно так, но несколько иначе… У меня тут экспериментальная разработка…
– …которую надо проверить на людях… А можно это буду не я?..
– Нельзя. Давай сюда руку.
– Какую?
– Какую не жалко. – Увидев мой подозрительный взгляд, он спокойно достал какие-то электронные часы, на которых виднелась надпись “1 км”. И только-то?! Видимо, поняв моё недоумение, Ричард посмешил исправиться и прибавил в конце нолик, после чего предложил мне поносить немного, мол, мне пойдёт…
– А когда я отбегаю десять километров, то что?
– То отдашь часы мне. Удобно, правда? А то раньше контролировать приходилось, а с твоей любовью к отлыниванию… В общем, наслаждайся! Потом поделишься впечатлениями…
И он ушёл, а я, печально вздохнув от своей тяжёлой доли, списал необходимую мне информацию у Бали, после чего, в срочном порядке собрав вещи, медленным бегом устремился к покиданию зала. У выхода я обернулся и, дождавшись величавого подплытия Пантеры, открыл перед ней дверь.
– Пробежимся?
– А то!
И мы начали свой скоростной обгон друг друга и всего того, что движется впереди нас. Уже через три минуты мы были на месте, и это при том, что пешком обычно до этого крыла можно дойти только минут за десять. Часы показывали явное превышение скорости, но нам было всё равно…
– А давай обратно сгоняем, ребят подгоним?..
И мы побежали в обратный путь, правда, предварительно скинув все вещи в неаккуратную, но хорошо замаскированную кучку. По прибытии к дверям Большого Зала нами были обнаружены выходящие ребята. Тут же поставив их в известность о том, что черепахи и улитки всё же по сравнению с отдельными личностями отличаются высокими скоростными характеристиками, мы снова полетели к первоначально поставленной цели.
– А что теперь?..
– А до звонка ещё десять минут… Предлагаю… Побегать… Во-он в том кабинете…
Конструктивное предложение, высказанное мною, в течение первого чтения было рассмотрено и одобрено, а потом… А потом было второе чтение, потому как разобрать те знаки, которые мы оставили, когда прятали вещи, оказалось сложнее, чем предполагалось изначально…
– Эврика!
– А это ещё что за дамочка, а?! Меня вообще-то Пантерой зовут, так что будьте любезны приготовить отчёт о своих перемещениях за последние…
Но договорить она не смогла, потому как её разобрал смех. Я фыркнул, мол, смеяться над своими же шутками… Бр-р… Но находящаяся явно не на нашей грешной земле судорожно хихикающая девушка категорически отказывалась внимать голосу разума и помогать единственному находящемуся в зоне дотягиваемости разумному существу в моём лице все вещи, включая и явно неадекватную кошку, в количестве одной штуки, перетащить в ближайший класс. Вздохнув о тяжести своей судьбы, я пинком открыл дверь, тупо свалил в угол все сумки-мантии, после чего за руку втянул в означенное помещение несопротивляющееся нечто.
– Лаки, а ты видел… Ой, я не могу…
– Что видел? – Поинтересовался я, попутно накладывая на весьма скромную по размерам аудиторию (по сравнению с Большим Залом, естественно) всевозможные запирающие и заглушающие чары.
– Там… Ха, там… Просто, понимаешь, там хафлпаффцы стояли, глаза вытаращили… Ты хоть представляешь, как смотрелись наши с тобой поиски со стороны?..
Я честно заявил, что не представляю и представлять столь страшное зрелище не собираюсь, поэтому…
– Нет, но ладно это… Так ведь мы же когда пробегали сюда, мы случайно… Задели… Парочку сладкую, эти… Как их там… Эрни и Ханна… Ой, ты бы видел, как они друг от друга отскочили!!
– А чем они занимались-то таким, что прямо даже…
– Так ведь в том и дело! Они… Они просто держались за ручку… И…
– И хватит о них. Потом извинимся.
И я взял её за руку, а потом поцеловал ей ручку, а потом…
– Но, Лаки… Мы ведь… – Она глубоко выдохнула, когда почувствовала моё дыхание у себя в области шеи. – Опоздаем… – Уже просто констатировала факт практически мурлычащая киска, выпуская когти и слегка царапая мои плечи.
– Вето!
Тут же решительно сказал я, на всякий случай одной рукой удерживая её запястья над головой. Стоять так стало явно неудобно, и я подтолкнул Пантеру к ближайшей парте, на которую она села.
– Может, всё же отпустишь меня?..
– А ты куда-то хочешь уйти?..
Но ответа на вопрос не последовало, да и не могло последовать – её желание мне что-нибудь сказать потонуло в моём “хочу тебя… поцеловать”, хотя уже через секунду, когда я перестал держать её руки и даже ненадолго оторвался от губ, она не просто не отодвинулась, а скорее наоборот… Эх, жаль только, что скоро придётся куда-то уходить…
Неожиданный, громкий и на удивление резкий звук прорезал относительную тишину класса. Пантера вздрогнула, после чего мы, как по команде, стали в срочном порядке собираться.
– Ну, и что вы там делали, а? Звонок только что прозвенел, и был он на урок…
Прямо за только что распахнутой нами дверью стоял Ричард, подозрительно сощуривший глаза и явно ждущий объяснений.
– Мы… Занимались…
– Чем же, интересно знать?
– Повторением! – Сказал я, после чего взглядом предложил Пантере предоставить право выкручиваться мне. Как это ни странно, но возражений не последовало…
– Даже так… И почему-то нет никаких сомнений у меня, что на вопрос “чего?” вы мне ответите “изученного”… А теперь ответьте кратко и по существу, что вы там делали?
– Занимались йогой!
– Занимались йогой – в смысле, при занятии… – Мы так невинно на него взглянули и недоумённо похлопали ресницами, что Ричард даже на секунду задумался, как бы пополиткорректней выразиться. – Вы там случаем не по книжечке одной весёлой занимались, где фактически каждая следующая поза отличается от предыдущей только названием да поворотом голеностопного сустава на два градуса вправо?..
– Нет, что ты! Мы же… – Мы возмущённо переглянулись с Пантерой и она досказала мысль.
– Мы всё делали по памяти, и вообще, в каком-то смысле…
– В каком-то смысле мы опоздали на урок, поэтому, ты уж нас извини… Мы пойдём, ладно?
И я, быстро-быстро схватив под локоток несопротивляющуюся девушку, преодолел расстояние до двери в класс, после чего повернул ручку и влетел в помещение, которое иначе как убежище лично у меня сейчас никак назвать бы не получилось. Но тут… Я повернулся к Пантере, и мы чисто инстинктивно сжали сильнее руки друг другу и одними губами сказали “Окружили, гады…”.
