Beдьмочк@, пока я выкладываю уже написанное. А это – предпоследняя на сегодняшний день готовая глава((
Насчет Гермионы: вы не угадали. Впрочем, мыслите в верном направлении.
Глава четвертая.
Том Риддл.
- Могу поспорить, что потомков Салазара Слизерина ты еще не встречала, - Эйлин закончила свою мысль.
- Нет, не встречала, - признала Луна, отмечая, что Блэк с какой-то странной поспешностью встает из-за стола.
- Заметь, - Эйлин не могла оставить без внимания подобное событие, - меня упрекнуть в том, что я всеми силами стремлюсь не замечать чьего-то существования, проще простого. Однако самого себя вряд ли кто будет подвергать подобным упрекам…
Если Эйлин поставила себе целью не замечать слова и поступки Блэка, когда ей это невыгодно, то Блэк держался совершенно противоположенного правила:
- Я заблаговременно забочусь о том, чтобы с факультета не снимались очки, а всякие заучившиеся зануды потом не попрекали меня всяческими глупостями…
Если Эйлин и задели эти слова, то она не подала виду, и лишь покачала головой:
- И как такое могло попасть в Слизерин? – возвела она очи к пасмурному потолку. – Такое эмоциональное, такое экспрессивное…
Луна пожала плечами, но ответить ничего не успела: её вниманием целиком и полностью завладел слизеринский староста. Завладел не потому, что обладал какими-то особенными качествами, не потому, что было в нём что-то, что моментально отличило его от других, - хотя он, бесспорно, был красив - а потому что Луна знала его дальнейшую судьбу. Знала, кем ему суждено стать. А если не суждено, то кем он станет по доброй воле…
Правила 24.3, 24.4, 24.5 Семейного Кодекса Блэттеров гласили: «Возможного врага следует знать в лицо. А до тех пор, пока не сошлись вы в открытой схватке, надлежит быть с ним любезным и почтительным, чутким и внимательным, однако не давать возможности заподозрить вас в страхе перед ним и в слабости душевной или физической».
Луна уже давно заметила, что каждый пункт Кодекса заканчивается пожеланием не быть заподозренным в слабости или душевной и сердечной мягкости. Вот и теперь то же самое.
- Наверное, мне следует быть благодарной за то, что расписание и некоторые документы, переданные мне директором, были доставлены так быстро, - Луна приветливо улыбнулась. Нет, все-таки улыбка у неё холодной и совершенно отстраненной не получается. Но, возможно, это и к лучшему.
- Наверное, не следует, если учитывать, что это входит в мои обязанности, - улыбка была ответом на улыбку, а то, что было сказано на словах - данью вежливости.
Пожалуй, данью вежливости в Риддле было всё, начиная от манеры улыбаться и говорить и заканчивая внешним видом. До этого дня Луна не подозревала, что Темный Лорд был блестящим учеником, однако теперь она в этом не сомневалась.
Как каждое её движение и слово говорили знающему человеку, что этикет Блэттеров для неё не пустой звук, так же каждое слово и движение Риддла буквально кричало: всё, что им делается, делается исключительно по необходимости… Разумеется, указывало тоже только понимающему человеку.
- Что же, в любом случае, благодарю, - Луна поднялась, чтобы взять из рук Риддла бумаги, - того требовали правила Блэттеров, в этом пункте ничем не отличавшиеся от правил других семей. Однако будущий Темный Лорд то ли не был с ними знаком, то ли не считал нужным им следовать: встав, Луна оказалась стоящий к нему почти вплотную, хотя в идеале расстояние должно было быть более
приличным... Документы он тоже держал не так, как полагалось по допотопному этикету, поэтому, принимая их, Луна невольно дотронулась до его пальцев, оказавшихся неожиданно горячими.
...Задумывалась ли она раньше, что Т`мный Лорд когда-то был совершенно обычным человеком?
Задумывалась, причем не раз, но никогда не предполагала, что ей удастся в этом убедиться. Её охватило странное, не похожее ни на что волнение, будто она совершила важное открытие.
А ещ` она почувствовала явное превосходство над будущим величайшим тёмным магом: не знать простейших вещей…
«А еще презирает маглорожденных...»
Судя по всему, эта мысль нашла отражение на лице девушки, потому что Риддл вдруг отступил на шаг, будто увидев что-то, сильно ему не понравившееся.
Луна чуть-чуть наклонила голову и опустилась обратно на стул, всем своим видом показывая, что уж она-то никогда не совершает подобных ошибок.
Назло.
Она ничуть не удивилась, когда Риддл решил проверить: а так ли это? Задавать вопрос словами он, ввероятно, счёл ниже своего достоинства или посчитал, что его могут обмануть, поэтому Луна ощутила легкое прикосновение внутри головы.
На пятый день своей жизни в особняке Блэттеров, Луна пришла к выводу, что единственными людьми, с которыми она может бы общаться здесь, - челядь, предпочитающая держаться подальше от хозяйских гостей. Как вскоре удалось узнать девушке, дело было не в личных симпатиях и антипатиях (эти весьма естественные чувства, казалось, были в особняке под запретом), а в договоре, который подписывался при приёме на работу и не допускал никаких личных отношений.
- Мы лишь замена домовых эльфов, - печально улыбнулся седой управляющий. – Мы занимаемся тем, что хозяева не доверяют им, поэтому и внимания на нас следует обращать не больше.
Со всем этим Луне было очень сложно смириться. В особенности с отношением к домовым эльфам. А ведь раньше её не очень волновала их судьба, пусть она и не смеялась над деятельностью Гермионы как многие. Хотя она вроде никогда ни над кем не смеялась… Это было ей чуждо.
Теперь же вопрос об эльфах почему-то очень сильно взволновал её: люди, работавшие здесь, сами выбирали себе такую судьбу, но эльфы… они передавались по наследству и были лишены права выбирать. А разве может быть что-то хуже?
Она тоже лишена этого права, и совсем не зависит от её желания, останется она в этом доме или нет… Т.е., конечно, в некоторой степени зависит: она может уйти и начать своё странствие по улицам Лондона во времени, где у неё нет ни одного близкого или хотя бы знакомого человека. Может попробовать обратиться к Дамблдору, возможно, он даже ей поможет. Но вот только вопрос: в большей степени, чем Блэттеры, или в меньшей? Второй вариант наиболее вероятен – Блэттеры хотя бы примерно знают, зачем она оказалась здесь. Луна старательно отгоняла мысль, что Мейв только делает вид, что знает, поскольку не видела в подобной лжи смысла. Что с неё одному из богатейших семейств Англии?
Вначале Луна предполагала, что из неё попытаются вытянуть информацию о событиях, которые должны произойти в будущем, однако Мейв заверила её, что всё, могущее сыграть хоть сколько-нибудь важную роль для её семейства, известно из того же источника, что поведал им и о самой Луне.
- Единственное, что мы, или по крайней мере я, можем получить с тебя – это моральное удовлетворение, - усмехнувшись, сказала Мейв.
Нет, им решительно ничего не нужно было от Луны, кроме неё самой.
Так какой смысл бежать, обрекая тем самым себя на неизвестность?
А домовым эльфам было еще хуже: попробуй они сбежать, их ждала бы не бессмысленная, жалкая жизнь, а страшная смерть. Пожалуй, кто-то когда-то хорошо вбил им в головы, что, выбирая между бытием и смертью, следует выбирать бытие, каким бы отвратительным оно не было.
- Тогда их стоит оставить вместе с их бытием в покое, не мешая выполнять привычную работу, - бесшумно вошедшая Мейв даже не пыталась скрыть, что читала мысли Луны.
- Им можно внушить нечто совершенно другое, - возразила Луна, решив не обращать на подобную бесцеремонность внимания.
- А какой смысл, если потом им можно будет легко внушить что-то ещё? Пусть лучше всё идет так, как идёт, - Мейв присела на кресло, предварительно придержав рукой подол платья неизменного красного цвета.
- Так будет справедливей, - ответила Луна, подумав, что раньше она бы не ограничилась этой простой фразой, а сказала бы что-нибудь ещё… что-нибудь правильное и хорошее.
Интересно, почему платье опять красное?
- Справедливей… Могу сказать, что чаще всего люди и подобные им существа получают то, что заслуживают. Если бы эльфы не хотели в глубине души подчиняться, они бы не подчинялись... Кстати, - перевела разговор на другую тему Мейв, - раз это тебя так заинтересовало, я всегда ношу красный. Или красный с черным – цвета моего дома.
Действительно, цвета дома… А Луна ведь совсем забыла, что в некоторых чистокровных семьях всё ещё придерживаются этих традиций.
- Тебе придется многое вспомнить, - Мейв читала в ее голове как в раскрытой книге, и Луна в очередной раз ощутила прилив гнева. – А вот злиться не стоит. Это ни в коей мере не поможет тебе овладеть окклюменцией…
Луна позволила себе улыбнуться ещё чуть-чуть приветливей. Нехорошо, наверное, изгонять будущего Темного Лорда из своего сознания...
В отличие от Альфарда Том Риддл прекрасно умел держать себя в руках, а потому, сделав вид, что ничего не произошло, он присел рядом и сказал:
- Очень рад, что ты попала к нам факультет, - при этом у него было такое выражение лица, будто все, произносимое им здесь и сейчас, - истина, а в её сознание пытался пробиться кто-то другой.
А что самое удивительное, Луна вполне могла бы купиться на это, не знай она, кто именно сейчас сидит рядом. Удивительная способность вызывать доверие…
Но она знала, а поэтому чуть наклонила голову набок и молча слушала юношу, имя которого в будущем будут бояться произносить. При этом она не забыла строго посмотреть на какую-то рыжеволосую и судя по всему не отличающуюся интеллектом толстушку, косящуюся в их сторону и что-то жарко шепчущую своей не менее неприятной соседке. Наслать на них заклятие какое-нибудь что ли?
Риддл же предпочел вообще не обратить на это внимания и продолжил говорить, как ни в чем не бывало:
- Да, извини, что я не представился… Меня зовут Том Риддл, - это имя настолько легко слетело с его губ... Никто ни за что не смог бы догадаться, насколько оно ненавистно говорящему. – Я староста Слизерина…
«А то этого не видно», - подумала Луна, выразительно посмотрев на значок.
- …Если у тебя когда-нибудь возникнут вопросы или проблемы, ты всегда можешь ко мне обратиться.
«После чего ты благополучно сможешь влиять на меня. Превосходно», - Луна мысленно фыркнула, а вслух произнесла:
- Слишком мило для Слизерина.
- Я всего лишь выполняю свои обязанности…
«Надо же, даже не поморщился, хотя стоило бы. Или ты начинаешь догадываться, что со мной стоит говорить иначе, нежели, допустим, с той рыжей… дурищей? Правильно, но всё-таки слишком неосторожно».
- Очень хорошо, если что-то мне потребуется, я обязательно к тебе обращусь, - Луна ещё раз улыбнулась Риддлу и отвернулась, показывая, что разговор закончен. Слизеринский староста легко встал и направился к своим однокурсникам, большинство из которых уже заканчивало с обедом.
Луна им мысленно позавидовала: сама она за разговорами никак не могла приступить к еде, которая неожиданно показалась совершенно невкусной, хотя раньше негативных эмоций не вызывала. Пришлось признать: блэттеровские домовики готовят куда лучше хогвартских.
- Советую тебе поспешить, - Эйлин, в очередной раз проигнорировавшая разговор, напомнила о своём существовании. – А впечатлениями о наследнике Слизерина можешь не делиться – и так видно, что он тебе не понравился.
Луна не совсем поняла, на каком основании Эйлин сделала такой вывод, но спорить не стала.
