Jane F.    закончен

    На пять лет приговорили по окончанию войны Драко Малфоя в Азкабане за использование непростительного заклинания «Империо». Решив единожды навестить его, Гермиона Грейнджер пришла на встречу к бывшему однокурснику, даже не подозревая, что станет после этого навещать его каждый месяц. Уже вскоре Драко и сам не заметил, как стал ждать её прихода, а Гермиона – наступления пятнадцатого числа каждого месяца, чтобы скрасить будни своего бывшего школьного врага…
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гермиона Грейнджер, Драко Малфой
    Angst/ Любовный роман/ Hurt/comfort || гет || PG-13
    Размер: миди || Глав: 14
    Прочитано: 34392 || Отзывов: 9 || Подписано: 61
    Начало: 16.06.17 || Последнее обновление: 28.01.18


Посетительница

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


— Серьезно?! — ошарашено уставившись на свою посетительницу, сидевшую с другой стороны расположенного по центру маленькой пустой комнатки стола, Драко Малфой застыл на месте. Ведущий его надзиратель тоже остановился, но уже через мгновение несильно толкнул заключенного в плечо, веля этим жестом продолжить свой путь и не тратить его время впустую. Пройдя к столу, но всё ещё продолжая буравить своего внезапного посетителя поражённым взглядом, Драко неспешно уселся на стул и откинулся на его спинку. Сделал он это до такой степени вальяжно, что создавалось впечатление, словно он находился сейчас не в стенах Азкабана, а в одном из залов Малфой-мэнора, и уселся даже не на дорогой резной стул, спинка которого обита бархатной тканью, а на трон, украшенный драгоценными камнями. Глядя на него, посетительница поджала губы, заерзав на стуле. Ей было слишком неуютно под пронзительным взглядом серых глаз, однако уходить сразу она не планировала — не зря же она всё-таки решилась сюда прийти.

— Двадцать минут, — басистым голосом объявил смотритель, после чего скрылся за дверью. Скрестив руки на груди, Драко нахмурил брови, принявшись внимательно рассматривать её лицо.

— Зачем ты пришла?! — прямо спросил он, глядя в карие глаза заметно смутившейся Гермионы Грейнджер — его бывшей однокурсницы и извечной соперницы.

— Решила проведать, — на выдохе проговорила Гермиона, слегка потупив голову, но тоже не сводя с него взгляда.

На минуту в помещении повисло напряжённое молчание. Никто из них не спешил прерывать его, оба лишь безмолвно продолжали смотреть друг другу в глаза: он с любопытством и удивлением, она — с неуверенностью и отчуждённостью. Наблюдая за ней, Драко отметил для себя, как тяжело вздымалась её грудь, хотя девушка и старалась продемонстрировать спокойствие. Вот только удавалось ей это крайне плохо. Глядя на него, она же отметила для себя, как нетипично для своего образа молодого представителя голубых кровей выглядел бывший однокурсник: тюремная роба, слегка растрёпанные белокурые волосы, лёгкая щетина. Перед ней будто бы сидел какой-то другой человек, быть может, брат-близнец Драко Малфоя, о котором это семейство умалчивало всё это время. Но никак не тот, кто ежедневно стремился одеваться с иголочки и выглядеть ухоженно и аккуратно. Вот только его взгляд и поведение доказывали обратное: перед ней был всё тот же бывший слизеринец. Даже в стенах грозного Азкабана, в который его поместили, несмотря на усердные старания Малфоев откупиться и выйти сухими из воды, за использование непростительного заклинания «Империус» на мадам Розмерту, он продолжал оставаться собой. Всё тем же заносчивым и высокомерным представителем змеиного факультета, считающим себя лучше других.

— Тебе больше нечем занять своё свободное время? — вскинув брови, ироничным тоном поинтересовался он, всё же нарушив молчание.

— Мы учились вместе, хоть и враждовали. Потому я и решила навестить тебя в честь дня Святого Мерлина, — стараясь не реагировать на его ехидный тон и сохранять спокойствие, коротко пояснила Гермиона, хотя её и терзало жуткое желание как можно скорее покинуть это место даже не оборачиваясь и уж точно не прощаясь с ним.

— Точно, сегодня же уже пятнадцатое июня! — прищурив глаза, вспомнил дату Драко. В последнее время он уже не следил за тем, как быстро пролетали дни, и какое было число. Его дни проходили слишком мрачно и однообразно в этом сыром и поганом месте, пропитанном смрадом и гнетущим холодом, порождаемым скопищем дементоров. Выйдя из своих раздумий, он вновь взглянул на свою посетительницу и насмешливо произнёс: — Ты ещё отца моего навести! Как-никак, тоже неплохо его знаешь.

— Ты невыносим, Малфой! — сделав глубокий вдох, раздражённо проговорила Гермиона, нервно барабаня по столу пальцами левой руки. Заметив этот жест, Драко усмехнулся, с задором продолжая наблюдать за изменениями в её поведении.

— Помнится, со мной училось ещё две сотни однокурсников. Вот только здесь я их что-то не вижу! — не поленился заметить он. Услышав это, Гермиона быстро заморгала заблестевшими от злости глазами и уже поднялась с места в стремлении покинуть своего неблагодарного врага, чьё отношение к ней явно не поменялось даже с течением времени. Но вдруг он резко проговорил: — Ладно, не злись. Сядь! Всё равно осталось всего-то минут пятнадцать. Уж как-нибудь попробуем пообщаться для разнообразия, — пошел на попятную Драко, чем сильно удивил её.

— А есть смысл? — приподняв брови, холодно проговорила Гермиона, которая решила всё же дать ему возможность высказаться напоследок.

— Тебе виднее, ведь это ты надумала прийти сюда, — чуть более примирительным тоном проговорил на этот раз он. Не отводя взгляда от её блестевших глаз, кивком головы Драко указал на стул напротив, но она не спешила присаживаться. — Да брось, Грейнджер! Можно подумать, ты ожидала от меня иной реакции. Мы никогда нормально не общались, и ты прекрасно знаешь, что я та ещё язва. Можно подумать, ты полагала, что я в дёсны тебя кинусь целовать! Ты и сама знала, каким будет наше общение.

Помедлив немного, Гермиона, решившая, что раз уж она пришла сюда, можно и попытаться пообщаться с ним, тем более остались считанные минуты, неспешно присела на стул. Удивительным для неё было то, что Малфой, по сути, сам попросил её не уходить. Она догадывалась, что дни в магической тюрьме тянулись для него монотонно, и общения практически никакого не было — условия здесь всегда были жёсткими. Вероятно, именно из-за этого он решился всё же побеседовать с ней — хоть какое-то общение в любом случае было лучше его отсутствия. Однако стоило ей усесться напротив, как в комнате на пару минут повисло неловкое молчание. Казалось, теперь они даже не знали, о чём им говорить, да и не было у них никогда общих тем для разговора. Первым молчание нарушил всё-таки Драко, с усмешкой поинтересовавшийся:

— И чем живёт теперь Золотое Трио? Рассказывай, раз уж пришла!

Цокнув языком и пытаясь сообразить, с чего начать и о чём стоит ему рассказывать, а о чём не следовало бы, Гермиона вскоре заговорила довольно напряжённым голосом, так и не сумев даже на мгновение расслабиться в обществе бывшего школьного врага.

— Гарри поступает в аврорат и сдаёт сейчас экзамены. Пока у него с этим всё хорошо. Рон решил работать в магазине вместе с Джорджем и ни в какое учебное заведение подавать документы не стал, а я поступила на юридический факультет магической академии «Фемида».

— Ты же, как я однажды мимоходом слышал, тоже хотела в авроры податься, — не без любопытства смотря в её лицо, сказал Драко, после чего, подумав секунду, добавил: — Или после окончания войны решила революцию в Министерстве устроить и хочешь заняться разработкой и продвижением новых законов, направленных на уравнивание, дай угадаю, поделённого на социальные слои населения? Решила на законном основании уравнять грязнокровок в правах с остальными?

— Нет, Малфой, я хочу помочь домовым эльфам улучшить жизненные и рабочие условия! Но спасибо, что лишний раз напомнил о неравенстве и особом отношении к грязнокровкам у некоторых, — не сдержавшись, стоило ему договорить, высказалась на это Гермиона. Сразу после её слов он беззвучно рассмеялся, облизав пересохшие губы.

— Эльфов? Серьёзно что ли? Со своими-то мозгами ты могла бы столько действительно стоящих законопроектов продвинуть, а ты на эльфов решила потратить свою жизнь? Да, сомнительно твоё звание первой умницы…

— А ты мил и добр как никогда! — перебив его, ехидно ответила Гермиона, на что Драко усмехнулся.

— Да брось! Кому это нужно? Эльфы сами выбрали такую жизнь, и большинство их ничего против неё не имеют и всем вполне довольны. Помочь можно только тому, кто этого хочет, а сами эльфы на тебя скорее косо смотреть будут, чем поддержат твои законы, которые должны якобы облегчить их жизнь. Они это в штыки быстрее примут.

Слушая его речь, Гермиона состроила недовольную гримасу и перевела взгляд куда-то в сторону, одним только своим видом давая понять, что ничего он в этом не понимает и вряд ли поймёт, а слушать она его принципиально не жаждет. Заметив это, Драко только чуть покачал головой.

— Я всю жизнь рос в особняке, полном такой прислуги, и общался только с теми людьми, которым также прислуживает множество эльфов. Можешь не слушать, конечно, я же твой вечный соперник, но я знаю, о чём говорю сейчас! Они только на смех тебя поднимут, эльфам этого не нужно…

— Да, потому что вы — их хозяева, их в этом убедили! И эльфам теперь придётся годами прививать самоуважение, чтобы они начали наконец ценить себя и свой труд, — с неким укором сказала Гермиона, и Драко вновь усмехнулся.

— Ну валяй, раз так жаждешь убить жизнь впустую ради пары десятков тех, кто к тебе всё же прислушается через пару десятилетий! Только тысячи других этих существ тебя даже слушать не захотят. Очень продуктивно потратишь свои годы, — не без иронии договорил он, активно закивав головой. Тяжело вздохнув, Гермиона поджала губы, но ничего на этот раз не стала отвечать ему. — Шла бы лучше в авроры, но горбатого создателя «ГАВНЭ», как видано, могила исправит.

— Ты невыносим! — с раздражением проговорила Гермиона, на что тот рассмеялся.

— Я в курсе. Ты это только сейчас поняла?

— Да нет, что ты, ещё лет семь тому назад.

После этих слов они оба замолкли, не сводя друг с друга взгляда. С губ Драко сейчас не сходила ухмылка, в то время как с её лица — раздражение. Но всё же они не могли не признать, что их разговор выдался довольно сносным, ведь могло быть и хуже. Помолчав немного, на этот раз вопрос задала уже Гермиона, которая решила нарушить тишину:

— Терпимо хоть сидеть здесь или совсем всё плохо?

— Какое у тебя скудное представление об этом месте, Грейнджер! У меня личная камера с двуспальной кроватью и кучей книг, собственный санузел с белоснежным джакузи и четырёхразовое питание! Или я, по-твоему, не представитель голубых кровей? — с энтузиазмом рассказал он, и в этот раз Гермиона не сдержала лёгкой улыбки.

— Врёшь ты всё.

— Кто знает, — неожиданно грустно улыбнувшись, сказал Драко, после чего Гермиона опустила глаза. Она была немало наслышана о том, что условия здесь были не просто плачевными, но даже невыносимыми. Именно поэтому Азкабан являлся худшим кошмаром для каждого колдуна. Даже представители так называемой элиты не получали здесь никаких привилегий. Все пребывали во мраке и сырости четырёх стен узкой тёмной камеры, мечтая только об одном — покинуть это место. По одному только лицу заметно осунувшегося парня уже было заметно, что ничего хорошего он здесь не видел, мучаясь от угнетающего воздействия дементоров наравне со всеми.

— Время! — открыв дверь, сообщил надзиратель. Кивнув ему, Драко поднялся с места. Встала также и Гермиона, поднявшая с пола небольшой пакетик с изображёнными на нём пушистыми белыми котятами, который она протянула бывшему однокурснику.

— Серьёзно? И что там? — ироничным тоном не без удивления спросил он.

— Небольшой пирог и тыквенный сок, — пожав плечами, нерешительно ответила Гермиона, но тут увидела приблизившегося к ней надзирателя. — Пакет уже проверяли на входе и вроде бы дали разрешение пронести это заключённому, но проверьте ещё раз, чтобы не было проблем, — передав работнику тюрьмы пакет, она перевела взгляд на вскинувшего брови Драко. Его губы тронула усмешка, и, заметив это, она снова смутилась своей задумке принести ему передачку.

— Какая ты щедрая! Даже пирожок с собой захватила, — засмеялся он, а Гермиона сказала только:

— Да, в честь праздника. Уж простите, что это не ростбиф и не чёрная икра!

— Мне больше пакетик нравится, — в своей насмешливой манере прокомментировал он, и девушка только отвела взгляд и покачала головой. — Ладно, — уже более серьёзно добавил Драко, отчего она снова посмотрела на него. — Спасибо, что навестила.

Удивительно было видеть, как теперь уже слегка смущённо говорил он сам. Драко всё же старался не подавать виду, что ему было неловко от её неожиданной заботы. От заботы той, с кем он полжизни воевал и которой он нередко, как и её друзьям, только портил жизнь и действовал на нервы.

— Не за что, — негромко ответила Гермиона, менее всего ожидавшая, что он всё же поимеет совесть не посмеяться над ней за это, а поблагодарить.

— Что ж, заходи ещё, если надумаешь.

Добавив это, он переглянулся с ней напоследок, а затем отправился в сопровождении надзирателя назад в свою камеру. Гермиона посмотрела ему вслед, от нервного напряжения задумчиво перебирая свои длинные волосы, собранные в хвост, но вскоре также развернулась и направилась к противоположной двери, на выход. Так или иначе, но эта их встреча оказалась относительно неплохой. Во всяком случае, она ожидала гораздо худшего, решившись на эту сомнительную задумку проведать заточённого в стенах Азкабана Драко Малфоя…

Глава 2


— А на этот раз кто будет изображён на пакете? Милые щенята, которым я должен буду умиляться, как пятилетняя девочка? — не без привычной иронии встретил её Драко. Однако глаза выдавали его истинные эмоции – он поражённо глядел на Гермиону, снова пришедшую в Азкабан проведать его.

— На этот раз с лошадьми, — её сковала непонятная и внезапная неуверенность в себе, из-за чего Гермиона даже не смогла ответить улыбкой на его шутку. Растянув губы в ухмылке и пару раз всё в той же насмешливой манере кивнув, Драко опустился на стул напротив неё.

— Хм, это я смогу пережить.

— Двадцать минут! – напомнил приведший его сюда смотритель, после чего оставил их одних и закрыл за собой дверь.

Так как его посетительница упрямо молчала, Драко принялся со вниманием наблюдать за ней. Он скрестил руки на груди и глубоко вздохнул. Сквозь напускную серьёзность Гермионы он увидел усердно скрываемую, затаённую печаль. Время уходило впустую, и это угнетало. Драко не стал больше играть в молчанку, медленно поднял на Гермиону глаза и начал первым:

— И что снова привело тебя сюда?

— Не знаю. Мы учились вместе. Как-то не по себе от того, что ты очутился здесь, вот и решила навестить… ещё раз, — призналась она. Выразить это словами почему-то было еще тяжелее. Она жалела его, ведь Малфой, не совершив серьезных преступлений, отбывал свой срок наравне с самыми настоящими преступниками, грозными убийцами. Но если первый визит вежливости ещё как-то вписывался в рамки допустимого, то прийти второй раз подряд вряд ли было правильным. Они не были ни друзьями, ни даже хорошими знакомыми — их ничего не связывало в жизни, кроме школьных лет. И нужна ли ему эта встреча – сложно было сказать. Даже сама Гермиона всё больше склонялась к тому, что это лишнее… Вот только её чуткость и сочувственность, будь они неладны, всё же заставили её опять явиться сюда! И из-за этого ей было теперь в разы более неловко, в особенности из-за страха того, что он рассмеётся ей в лицо и назовёт настоящей дурёхой с её желанием проявить заботу. Однако Драко не спешил выпытывать у неё причинных этих посещений, и уже за это она была ему благодарна.

— Ясно, — только сказал он, на что Гермиона облегчённо выдохнула и пару раз быстро моргнула.

Подперев рукой подбородок, Драко бегло осмотрел её наряд. Выглядела она практически так же, как и всегда — джинсы, коричневая кофта и собранные в незамысловатую причёску волосы. Даже её ногти не были накрашены, и макияжа на лице он не увидел, что было типичным для Гермионы Грейнджер. Как и в школьные годы, она никуда не наряжалась, лишь Святочный бал стал исключением из правил. Её нелюбовь к косметике и красивой одежде только усугубляла ситуацию, ведь она ни на дюйм не желала видеть в себе довольно хорошенькую девушку, которая вполне могла дать фору многим. Ему же куда привычнее было смотреть на ухоженных и лощеных слизеринок, и потому её внешний вид резал глаза своей простотой.

— Что на этот раз расскажешь?

Пристально посмотрев на него, Гермиона отметила, что круги под глазами стали гораздо темнее, нежели в предыдущую их встречу, а само лицо осунулось ещё сильней. Вдобавок ко всему, он заметно исхудал, а его светлая щетина заметно удлинилась, и потому узнать в нём прежнего Драко Малфоя можно было с трудом. Ей показалось, что для Малфоя прошло гораздо больше времени, вполне возможно, что полгода, но никак не месяц с момента их предыдущей встречи. Вид Малфоя, внешне постепенно угасавшего, вызывал лишь сочувствие, которое ей не хотелось бы выражать открыто: он вполне мог разозлиться. Но даже несмотря на негативные внешние изменения, он продолжал привычно язвить и отшучиваться, и благодаря этому становилось понятным, что не всё было для него настолько безнадёжным. Увидев, что она стала рассматривать его, Драко не сдержал смешка.

— Красавчик, не правда ли?

Неловко улыбнувшись, Гермиона быстро перевела взгляд на его серые глаза.

— Для дементоров пойдёт, — попыталась пошутить она, но ответ Драко заставил ее снова стать серьезной:

— Только не вздумай, Мерлина ради, меня жалеть! Мне вполне хватает тяжелых вздохов и оханий матери, — признался он и закатил глаза.

— Миссис Малфой тебя часто навещает? — решила уточнить Гермиона.

— Чаще, чем следовало бы, хотя её и воротит от этого места. Не сиди здесь я, уверен, её посещения отца ограничились бы одной встречей в полгода, и он её даже не осудил бы за это, — прямо сказал Драко, а Гермиона понимающе посмотрела на него. Удивляться здесь было нечему – Малфои принадлежали к элите магического общества, и даже если Нарцисса любила своего мужа, постоянно навещать его в таком мрачном и тяжёлом месте вряд ли было бы для неё допустимо и уж тем более приятно. Даже у самой Гермионы Азкабан вызывал только страх, отторжение и желание обходить его стороной, ибо даже на расстоянии ощущалось пагубное влияние дементоров, высасывающих радость и жизнь из всего, что их окружало.

— Напомни, на сколько тебя приговорили? — попросила всерьёз закрутившаяся с поступлением в академию и прочими хлопотами Гермиона, у которой эта цифра стала стираться из памяти.

— На пять лет, потому как никто не пострадал. Даже молодым ещё выйду!

— В самом расцвете сил, — в тон Драко добавила она, хотя шутить с ним ей было более чем некомфортно, да и попросту непривычно.

— Ну да, дементоры мне их много оставят, — с раздражением произнёс он и откинулся на спинку стула.

Они оба замолчали. Гермиона, слегка постукивая ногой по полу, думала о том, что жалеть его было бы непростой задачей. Даже у Гарри и Рона проскальзывало возмущение по поводу решения судей касаемо дела Малфоя-младшего. Нет, Рон, конечно, иногда говорил о том, что такие как Малфои заслужили свое наказание, но все равно пять лет даже для него были слишком долгим сроком. В Азкабане можно было легко сойти с ума и за более короткое время.

— Раз пришла, расскажи лучше о себе, Грейнджер! Как бы там ни было, твоя жизнь всяко поинтереснее моей!

Гермиона перебрала в памяти темы, о которых можно было бы рассказать, слегка помедлила, чтобы дать ему прочувствовать тяготы ожидания, и не торопясь стала отвечать:

— Учёбой, Малфой, чем же ещё. Ей по большей части и живу. Изучаю программу, по которой мне предстоит учиться, а параллельно познаю историю магического мира и… — запнувшись, она сердито взглянула на него, — домовых эльфов.

Услышав это, Драко всё же ухмыльнулся. Тогда как Гермиона сердито вскинула брови и продолжила:

— Да, я не оставлю свою задумку.

— Ну и зря! — ожидаемо произнёс Драко, но больше ничего не добавил.

— Изучаю старые законы, новые, ищу в них лазейки и то, что следовало бы дополнить или в корне поменять. По окончании своего обучения планирую заниматься этой деятельностью, получив должность в Министерстве Магии.

— Заучка Грейнджер решила стать серьёзным человеком! — усмехнулся он. — А кроме учёбы хоть чем-то ещё живёшь? С Уизли когда хоть свадьба?

Этот вопрос заставил Гермиону измениться в лице. Она сильно смутилась, на щеках заалел румянец, что еще больше развеселило Драко.

— Не находишь, что это личное?

— Да ладно тебе! Не делай вид, что между вами ничего нет. Ты по нему курса с четвёртого сохнуть начала, может, чуть позже. Это сложно было не заметить.

От его прямолинейности Гермиона сама не заметила, как стала совсем пунцовой. Пожалуй, теперь Драко был даже рад её приходу, ведь их разговоры давали ему повод то подколоть её, пусть и несильно, то просто привести в смятение или поставить в неловкое положение, что хоть и садистски, но веселило его. Ключевым словом здесь было «веселье», которого ему катастрофически не хватало в стенах унылого и промозглого Азкабана. Каждый день дементоры выкачивали из него всякую радость, потому к концу дня измученному Драко безмерно хотелось найти хотя бы повод улыбнуться, что удавалось ему с немалым трудом. Гермиона же своим посещением сделала почти невероятное – она смогла внести разнообразие в его чётко структурированную тюремную жизнь. После её первого посещения, Драко не мог не признаться себе, он был рад её визиту, хотя и не мог удержаться от язвительности в беседах с Гермионой. Его друзья из чистокровных семей не навещали его, что в принципе было понятно: никому из его круга не хотелось пачкать свою репутацию, общаясь с бывшим Пожирателем смерти, да что там — просто с заключенным. Он тоже бы не стал так делать, окажись кто-нибудь на его месте. Но Гермиона Грейнджер словно не видела в этом никакой проблемы и вот уже во второй раз приходила к нему. Драко искренне надеялся, что она придет сюда снова, пятнадцатого числа следующего месяца. Ему так не хватало общения, что он был готов хвататься за разговоры с Гермионой, как за последнюю соломинку.

— Ты в курсе, что вообще-то это беспардонно? — Гермиона не смогла сдержать свои мысли при себе, а Драко самодовольно улыбнулся.

— Да не темни ты.

— Пока не знаю, я на этот счёт не забиваю себе голову, — уклончиво сказала Гермиона. В её лице Драко вновь разглядел промелькнувшую печаль, но вытягивать из неё подробности не стал.

— Ну а какие-то культурные мероприятия? Выход в свет, поход в тот же театр, на концерт какой-нибудь знаменитой певицы, посещение международных соревнований по каким-либо видам магического спорта? Они сейчас как раз в самом разгаре.

Вместо ответа она только смущённо покачала головой, на что Драко насмешливо наморщил лоб.

— И как же ты отдыхаешь?

— Просто провожу время с друзьями.

— Серьёзно? Ты так скучно живёшь? У тебя же теперь столько возможностей! — искреннее удивление Малфоя сквозило в его словах. Он был поражен однообразному течению её жизни, даже возмущен её неумению использовать подбрасываемые шансы.

— Мне всё нравится, и ничего другого я не хочу, — просто ответила Гермиона.

— Ну и зря, Грейнджер! Ты много что теряешь.

Она резко скрестила руки на груди, закатила глаза и слегка поджала губы.

— Малфой, ты судишь других по себе. Вот только не всем нравится постоянно крутиться на мероприятиях, ловить восхищенные и подобострастные взгляды, обмениваться информацией о всякой ерунде типа погоды и скачек. Ах да, еще выгуливать наряды стоимостью в полугодовые зарплаты обычных людей.

— И это прискорбно, а свою прежнюю жизнь я чертовски любил как раз за всё это! — гордо сообщил он. На полминуты воцарилась тишина, которую он сам и нарушил достаточно своеобразным, но чисто малфоевским вопросом: — Пирог сама пекла?

— Нет, мама. Надеюсь, от осознания того, что тебе передали пирожки маггловского производства, давиться ими не станешь.

Драко хмыкнул и в тон ей спросил:

— С повидлом хоть?

— Не только. Там ещё и с картошкой есть.

— Тогда съем.

Она слегка улыбнулась, покачала головой и что-то собиралась добавить, но массивная фигура сурового надзирателя, который пришёл объявить, что время вышло, заставила её замолчать. Гермиона послушно встала, отдала пакет работнику тюрьмы на очередную проверку и только тогда заметила, что Драко поднялся со своего места и, не отрываясь, пристально смотрел на неё.

— Что ж, был рад встрече, — сказал он.

— Прямо-таки рад? — наклонив голову набок, поинтересовалась Гермиона.

— Вполне. Ждать тебя ещё через месяц?

Она лишь пожала плечами и, слегка замявшись, обронила: «Если так хочешь — приду», после чего кивнула ему на прощание и направилась к двери. Гермиона уже настроилась уйти, как вдруг Драко остановил её уже ставшим привычным: «Грейнджер!». Ей ничего не оставалось, кроме как удивлённо обернуться.

— Да купи ты уже чёртову юбку! Девчонка ты, в конце концов, или кто? — внезапно сделал ей замечание Драко, чем застал Гермиону врасплох.

Гермиона не сразу нашлась, что ответить ему, потому как слова застряли в горле. И как он только смел говорить ей такое?! Что до Драко, даже не обернувшись, он сразу же отправился вместе с надзирателем в свою камеру, всем своим видом демонстрируя абсолютное спокойствие и привычное ему самодовольство. Шумно выдохнув и тщетно попытавшись свести на нет свою злость, она смогла процедить сквозь зубы лишь: «Козёл!», после чего резко развернулась на своих низеньких каблуках и стремительно зашагала прочь.


Глава 3


Он на мгновение замер в дверях и слегка усмехнулся, удивленный переменами в образе Гермионы Грейнджер. Она стояла перед столом, облокотившись ладонью на столешницу; глаза были прищурены. Гермиона выглядела иначе: вместо привычной кофты – строгая белоснежная блузка, а джинсы сменились неброской юбкой до колен чёрного цвета. Что до волос, с ними всё оставалось неизменно — они были собраны в простую незамысловатую причёску. Создавалось впечатление, будто бы она являлась либо работницей офиса, либо старшекурсницей в школе, но не это было главным. Драко был приятно изумлен тем, что она последовала его совету.

— Уже лучше, — уверенно сказал он, после чего прошёл к столу и занял место напротив Гермионы.

Надзиратель привычно обронил: «У вас двадцать минут» — и направился к выходу, а Гермиона, едва за ним закрылась дверь, опустилась на стул и возмущенно заявила:

— Что ты вообще имеешь против моего внешнего вида?!

— То, что ты себя не любишь и не умеешь нормально одеваться, — весьма прямолинейно ответил Драко, ничуть не удивившись её выпаду. Гермиона в ответ довольно эмоционально качнула головой и раздражённо выдохнула:

— А вот и неправда! Да и какая тебе разница до этого?

— Ну так докажи себе, что умеешь одеваться со вкусом! В следующий раз возьми красивый костюм, но только не брючный. Желательно светлых тонов, можешь остановиться на бежевом варианте, тебе подойдет. Не забудь украшения, для начала — серьги, и волосы распусти. Хотя лучше будет сделать прическу, она придаст шика и выгодно подчеркнёт выразительные черты лица.

— Ты в стилиста решил поиграть? Тебе настолько тут скучно? — с раздражением бросила немало ошеломлённая его бурной фантазией и неуместной настойчивостью Гермиона. Для неё было чем-то немыслимым, чтобы её учили, как следует одеваться. Это ощутимо било по самолюбию. Даже родители не допекали её этим, а уж слушать модные советы от Драко Малфоя, с таким усердием критикующего её повседневный образ, было более чем оскорбительно!

— Посмотрела бы на себя со стороны! Ты же нормальная девчонка, а выглядишь так, будто с Уизли безвылазно лет десять прожила, — с сарказмом продолжал Драко.

— Ну, значит, я легко избавлю тебя от необходимости наблюдать впредь это жалкое зрелище! — её голос стал вкрадчивым. Становилось понятно, что она вне себя от злости и готова в любую секунду вскочить с места и уйти. Медленно откинувшись на спинку стула, Драко сдался и махнул рукой.

— Да пожалуйста! Тебя никто сюда насильно не тащил, — сощурив глаза, пробурчал тот. В комнате повисло напряжённое молчание, без которого, по сути, не обходилась пока ни одна их встреча. Драко теперь старательно делал вид, что ему внезапно стали интересны трещины на стенах, их причудливый узор и полученная возможность найти в них что-то необычное помимо серости и монотонности. На протяжении двух мучительных минут они абсолютно не понимали, что делать дальше. Возникшее напряжение стало почти осязаемым, и потому Гермиона, дабы хотя бы немного избавиться от неприятного ощущения, забарабанила пальцами по столу. Всего через мгновение раздражённый взгляд Драко впился в её руку, а сам он сквозь зубы процедил: — Прекрати это!

— Отчего же? — задрав носик, любознательно поинтересовалась Гермиона.

— Действует на нервы! — буркнул Драко и снова отвёл глаза.

Гермиона убрала руку со стола, вздохнула и пристально посмотрела на него. Его щетина становилась всё длиннее и гуще, из-за чего внешний вид Драко Малфоя разительно изменился, стал ещё более неприглядным и запущенным, но осуждать его за это было невозможно. Заметно отрастать стали и волосы, из-за чего челка падала на глаза, однако убирать её он пока не спешил. На секунду Гермионе показалось, что, если бы не обстановка и эти разительные перемены в нём, то создавалось впечатление, словно они вновь вернулись в школу и с полным правом могли взаимно ненавидеть друг друга, как это было раньше. Да только в предыдущие встречи у них как-то выходило общаться… До тех самых пор, пока Малфой не задел её своими замечаниями. Переведя дух, Гермиона всё же заговорила, решив, что развернуться и уйти она может в любую секунду. Ну так разве стоило из-за небольшого конфликта спешить на выход? Ведь, как ни крути, он ждал её прихода. Даже эти двадцать минут по-своему скрашивали его мрачные однообразные будни.

— Ладно, — попыталась она сменить тему разговора. — Как ты тут?

— Да замечательно! Загорел, отдохнул, хочу вот домой, да только документы не отдают и за ворота выпускать таких VIP-гостей не спешат, — не без иронии произнёс Драко, что заставило её снова тяжело вздохнуть.

— А я вот вещи собираю потихоньку. Почти всё лето провела дома с родителями, а теперь снова целый год пробуду вдали от них. Хорошо хоть академия находится в центре Лондона и далеко уезжать не придётся.

— Ну да, и Уизли под боком, — со смешком ввернул Драко, всё же посмотрев на неё. – Наверное поэтому и поступила именно туда. Насколько мне известно, в Манчестере тоже есть крупное учебное заведение, что славится факультетом юриспруденции.

— Да, это тоже плюс, — с ноткой грусти ответила Гермиона и поспешно отвела взгляд. Драко это заметил и, вглядевшись в ее лицо, на этот раз рискнул спросить:

— Поссорились или не сложилось?

Гермиона запнулась. Поначалу она хотела промолчать, даже перевести разговор на другую, не настолько личную тему, но в последний момент решилась рассказать все, как есть:

— Мы расстались. Как выяснилось, нет того, что объединяло бы нас как пару.

Губы Драко искривились в ухмылке, и Гермиона даже успела пожалеть, что призналась ему в таком. Его реакция царапнула прямо по сердцу, но он внезапно продолжил:

— Неудивительно! Вы друг другу и не подходили. Тебе Крам был бы куда ближе по духу. А вот Уизли нужна такая как Браун — чтобы детей рожала, вкусно готовила, вела дом и скрашивала его вечера, слушая нудные рассказы о работе. Это явно не твоя роль.

— А ты прямо-таки сразу это увидел и всё правильно расставил по местам! — едко Гермиона, на что Драко беззлобно пояснил:

— Со стороны порой видно гораздо больше, если тебе присуща наблюдательность.

— Может быть, — сухо сказала она, а затем облокотилась на спинку стула.

— Поттер всё также с Уизли? — решил поинтересоваться Драко.

— Да, он с Джинни, и у них всё хорошо.

— Эти друг другу подходят, — поведя бровями, рассудил он, после чего уже сам, не заметив того, стал легонько барабанить пальцами по столу. Обратив на это внимание, Гермиона хмыкнула.

— А так не раздражает? — одним только взглядом указав Малфою на его действия, сказала она. Он на это лишь усмехнулся и прекратил своё бесцельное занятие.

— Нервы, знаешь ли, — пояснил Драко и подпёр подбородок рукой.

— Боюсь новых профессоров. Вдруг станут заваливать, — с лёгкой улыбкой призналась Гермиона.

— Ну да, тебе-то точно стоит беспокоиться! Тебя даже я не сумел обойти в учёбе — ты была лучшей на нашем курсе, но тут вдруг испугалась. Грейнджер, научись уже расслабляться! Тебе точно не о чем волноваться, — прыснув, ответил он и всё-таки убрал чёлку на бок.

— Ну мало ли какие там будут студенты и какие преподаватели! Программа в академии нелёгкая, — пожала плечами Гермиона.

— И ты её наверняка уже наизусть выучила, — предположил Драко, на что она лукаво улыбнулась, лишний раз подтверждая его догадку. — Кто бы в тебе сомневался!

— Я не просто заучка, Малфой. Мне всё это действительно интересно, — честно сказала Гермиона, однако он вновь покачал головой.

— Ну а пока не отбыла на учёбу, сходи хоть в театр напоследок! Потом впечатления от какой-нибудь пьесы озвучишь.

Лукавый огонек зажегся в её глазах, и она с хитринкой спросила:

— Ты так уверен, что я снова приду?

— Думаю, да. Причем пятнадцатого числа.

Слегка улыбнувшись, Гермиона вдруг заметила, что и он сделал то же самое. А ведь она не ошиблась прежде — Малфой действительно стал ждать её прихода.

— Если… хочешь, я могу приходить чаще? — несмело предложила она, но Драко вдруг нахмурился.

— Не стоит. У надзирателей это вызовет слишком много вопросов. Одного посещения в месяц вполне достаточно, да и новостей за это время накопится.

— Это так, — согласилась Гермиона, но вдруг заметила, что Драко почему-то замешкался.

— Слушай, принеси мне в следующий раз какую-нибудь книгу, — после небольшой паузы попросил он.

— Какую? Вкусы у нас могут быть различными… Да и позволят ли мне пронести её сюда? — растерянно проговорила Гермиона.

— Ну, это уже моя проблема! Постараюсь договориться с надзирателем, чтобы разрешили. Думаю, он не откажет, всё-таки в этом нет ничего сверхъестественного, противозаконного и уж тем более общественно опасного, — ответил Драко. — А по поводу темы или жанра — любую! Хоть классику, хоть историю, хоть детектив. Только не вздумай притащить мне книгу про эльфов! Я к ней даже не притронусь, — сразу предупредил он, и Гермиона прыснула со смеху.

— Значит, с книгой определились. От безделья как раз прочтёшь её, никуда не денешься!

Драко хмыкнул и пригрозил пальцем, что насмешило её в разы сильней. Но именно в этот момент к ним вошёл смотритель. Моментально посерьезнев и поднявшись с места, Гермиона достала из-под стола пакет и протянула его надзирателю. Увидев пакет с рисунком щенков, о чём он, по иронии судьбы, говорил месяцем ранее, Драко недоумённо посмотрел на неё.

— Что? Ну вот не было у нас другого, — всплеснув руками, призналась она.

— Как мило-то! Боже!

— Ладно, в следующий раз будет с котятами.

Губы Драко расплылись в широкой улыбке. Он кивнул ей на прощание, произнёс банальное: «До встречи!», и покинул комнату для свиданий, а Гермиона, как всегда, шагнула к противоположной двери. Забавно, но, как оказалось, они всё же были способны спокойно общаться. И всё-таки могли!



Глава 4


— Здравствуйте, леди! — Драко замер в дверях, изумленно рассматривая внешний вид Гермионы. Рывком выйдя из оцепенения, он поспешно отошел от прохода, чтобы не злить надзирателя. Усевшись на стул, он вновь окинул свою посетительницу внимательно-заинтересованным взглядом. Гермиона, не взирая на обиду, все же частично прислушалась к его словам. Она купила белоснежный костюм с юбкой, который ей так шел, хотя Драко и говорил про бежевый, но это не играло особой роли. Завершали ансамбль легкие туфельки того же цвета на небольшом каблучке, а струящиеся по плечам распущенные волосы подчеркивали красивую линию скул. Да что там говорить — даже на губах мерцала телесного цвета помада, делая их более соблазнительными. — Ну вот, а сама возмущалась. Совсем другое дело!

Гермиона хмыкнула и уселась напротив. Объявив, что у них только двадцать минут, надсмотрщик вышел, оставляя их одних.

— Слушай, раскрой сразу секрет, кто на этот раз будет нарисован на пакете? — не без ухмылки полюбопытствовал Драко.

— Не поверишь, но я нашла без рисунка! — с широкой улыбкой ответила Гермиона.

— Чёрт! А я так надеялся на котят!

Беззвучно засмеявшись, она прикусила нижнюю губу, неожиданно для себя заметив, что Малфой всё ещё изучал её новый образ, который даже ей самой был в новинку.

— Признайся, наверняка уже подумал, что я больше не приду? — с хитринкой спросила Гермиона, на что он слегка нахмурился и хмыкнул.

— Подумаешь… Днем раньше, днем позже. Шестнадцатое — тоже отличное число.

— У меня вчера лекции были допоздна. Нас там хорошенько нагрузили, так что вырваться не удалось, — рассказала Гермиона, а Драко кивнул ей в ответ.

— Неудивительно. В Хогвартсе мы, можно сказать, ещё отдыхали, а в вузе всё в разы серьезней, да и предметов больше.

— А ты намерен поступать куда-нибудь, когда выйдешь отсюда? — осторожно спросила Гермиона. Она затронула тему очень аккуратно, поскольку не была полностью уверена в том, что ему будет приятно.

— Если только примут с такой-то репутацией и прошлым, в чём я лично глубоко сомневаюсь, — рассматривая теперь уже свои сильно отросшие ногти, просто сказал Драко. Гермиона потупила голову. Она искоса смотрела на него, испытывая сочувствие и сожаление за то, что его жизнь так рано и быстро сломалась. Но вскоре она всё-таки нашлась, что ответить:

— Ну, ты же можешь посвятить себя тогда, к примеру, развитию семейного бизнеса. Как ни крути, ты Малфой, и у тебя немало возможностей!

— Занятие себе по жизни я в любом случае найду, но в моих планах было также отучиться и устроиться после в Министерство Магии, а теперь эта идея трещит по швам, — переведя на неё взгляд, сказал Драко. — Хотя, кто знает, может, так будет даже лучше или же проще, если я останусь вне политической сферы. Время покажет. Для начала мне нужно хотя бы выбраться отсюда, и я надеюсь, это случится раньше, чем через пять лет.

— Раньше? – переспросила оживившаяся Гермиона, и её глаза загорелись. — Твоя мать что-то придумала?

— Да, — просто ответил Драко. — Она пытается найти адвокатов, которые не оставят Министерству даже шанса на победу на моём последующем судебном слушании. Такие есть, но они стоят баснословно дорого, а по нашим финансовым возможностям ощутимо ударило окончание войны и в особенности подкошенная теперь репутация отца, что имело свои плачевные последствия. Но мать сказала, чтобы я не волновался об этом — она всё устроит. И если ей это удастся, то я просижу здесь как максимум года три, а может, и вовсе год. Примерное поведение также будет засчитано в мою пользу.

— А мадам Розмерту она не пробовала к этому подключить? — с энтузиазмом поинтересовалась Гермиона.

— Пробует, но у той остался неприятный осадок после того, как я использовал её, и она не спешит в этом участвовать. Но думаю, мать всё же найдёт подход к мадам Розмерте, — с усмешкой рассказал Драко, всё также намекнув на толстый кошелёк.

— Мы с Гарри можем дать показания, что ты не действовал против нас и даже кое-где помогал…

— Да учли они это всё, Грейнджер. Поттер уже говорил об этом на прежнем суде, — махнул он рукой. — Потому мне и не пожизненный срок дали. Всё это без толку!

Гермиона нахмурилась. Она думала о том, как ему помочь в этом деле, но Драко внезапно перебил её размышления вопросом:

— Ты лучше скажи, как твои друзья относятся к тому, что ты приходишь ко мне?

— Ну… Гарри относится уважительно. Он и сам хотел хотя бы раз прийти, но с учетом его загруженности это почти нереально – у него на дню по пять-семь интервью. Также на него возложили обязанность присутствовать на публичных выступлениях и мероприятиях, которые несут немаловажное значение для города и страны. Да и Джинни ждет дома… И экзамены никто не отменял.

— Само собой. К тому же, рискну предположить, что толпы фанатов также не дают ему покоя, чем порядком докучают, — хмыкнул Драко.

— Не без этого, — не сдержала смешка Гермиона. — А Рон… Ну… Ты сам понимаешь.

— Совершенно не одобряет этого, но запретить тебе навещать меня уже не может, — сходу догадался Драко.

— Именно, — кивнула она.

— О себе-то расскажи! Как живётся на новом месте? Нравится учиться? — внимательно посмотрев ей в глаза, спросил Драко.

— Ещё как! — с улыбкой ответила Гермиона, придвинувшаяся чуть ближе и облокотившаяся на стол. — А живётся неплохо. Со своими соседками нашла более-менее общий язык, а большего мне и не нужно. Спальни там хорошие, не менее роскошные, чем в Хогвартсе. Так что мне грех жаловаться. — По выражению на её лице было видно, что она действительно всем довольна. — Кстати, наслышана, что Хогвартс теперь работает в прежнем режиме, и Минерва МакГонагалл стала директрисой. Очень рада за нее и за студентов, которые смогут продолжить обучение в родных стенах.

— Жаль, профессора Снейпа не стало. Гриффиндорцы будут теперь жить слишком просто и скучно.

— Это уж точно! — не сдержала смешка Гермиона, но после заметно помрачнела. — Хотя да, очень жалко, что он погиб.

— Наш факультет его всегда любил — за нас он искренне болел, хоть и редко демонстрировал это, — с лёгкой грустью вспомнил Драко.

— Зато мы его на дух не переносили. Он постоянно гонял нас с написанием дополнительных эссе, их доработками или же без веской на то причины нередко списывал с львиного факультета баллы, — также вернулась на несколько секунд в прошлое Гермиона.

— Ладно, не будем о грустном, — закусив нижнюю губу, произнёс Драко. Он слегка тряхнул головой, гоня от себя воспоминания, а затем спросил у Гермионы, чтобы сменить тему разговора: — Так ты принесла книгу?

— Да-а, — протяжно ответила она, с задором глядя на Драко.

— Только не говори, что она об эльфах! — скривив губы, предупредил он.

— Хуже!

— И о чём же? — нахмурился он, даже не представляя, что именно Гермиона принесла ему и что задумала.

— Начну с того, что это маггловский роман.

— Я тебя убью! — загробным голос произнёс Драко, что порядком повеселило её.

— Не убьёшь — сидеть здесь из-за такого тебе точно не захочется! — отшутилась Гермиона.

— Ну и что это хоть за книга? Плеваться после её прочтения я буду долго?!

— Уверена, что совсем не станешь, — перестав смеяться и вынув из пакета толстую книгу, сообщила она. — Это произведения Джейн Остин, и это классика. У неё замечательнейшие творения, особенно роман «Гордость и предубеждение». Ты просто обязан их прочесть!

Взяв из её рук книгу, Драко бегло пролистал её. Затем он убрал упавшую на лицо чёлку, которая стала ещё длиннее и спадала ему теперь на глаза, заметно мешая, и сказал:

— Да, толстая книжонка. Мне на месяц хватит.

— Поверь, она тебя затянет! Потом ещё нахваливать станешь.

— Это мы ещё посмотрим! — шутливо, но с вызовом произнёс Драко, и Гермиона снова рассмеялась. Глядя в серые глаза, она внезапно поняла, что они смотрели друг на друга несколько дольше, чем следовало бы. Причём Драко явно рассматривал её, если не сказать больше — любовался её обликом.

— Перестань! — смущённо покраснев, попросила Гермиона и отвела взгляд.

— А что я такого делаю? — улыбнувшись уголками губ, невинным тоном осведомился Драко.

— Не смотри так!

— Ну простите засранца! У меня здесь одни дементоры и надзиратели перед глазами мелькают, а вот на девушек в Азкабане дефицит. Во всяком случае тех, на ком нет судимости, — со смешком ответил он, но после сдержался, сдавленно кашлянул в кулак и уже спокойно продолжил: — Кстати, ты молодец. Почаще бы так наряжалась.

— Спасибо, вы так любезны! — поморщив носик, съехидничала Гермиона, намекая на предыдущую встречу, когда он взялся критиковать её внешность. Хмыкнув, Драко сказал:

— А в следующий раз надень платье, но не из бабушкиного сундука.

— Ты мне ещё указания давать будешь? — вскинув брови, полушутливо-полувозмущённо произнесла Гермиона.

— Но ведь это работает, и тебе же мои советы только на пользу.

Не согласиться с Малфоем она не могла, потому Гермиона просто поджала губы и промолчала.

— Время! — открыв дверь, объявил об окончании их встречи немногословный надсмотрщик.

— Здесь пудинг. Кстати, моего приготовления. Надеюсь, что тебе он понравится, — Гермиона смущенно улыбнулась, на что Драко кивнул.

— Спасибо. И передай благодарность от меня своей матери. Она очень вкусно готовит!

Радостная улыбка коснулась ее губ. Гермиона даже не могла поверить, что он сочтёт нужным поблагодарить однажды её маму, которая являлась простым магглом.

— До встречи, Грейнджер!

После этих слов Драко, по приказу надзирателя, круто развернулся и вышел из комнаты. Тот последовал за ним, держа в руках пакет Гермионы, чтобы не торопясь проверить его содержимое. Оставшись в одиночестве, Гермиона бегло осмотрела себя и усмехнулась. И все же в одном этот гадёныш был прав: она действительно значительно выгоднее и наряднее смотрелась в этом образе, ведь даже Малфой по достоинству оценил его. Гермиона победно улыбнулась и уверенно двинулась на выход, ведь её ждала целая гора домашних заданий, и одной ролью посетительницы в этот день ей было не обойтись.


Глава 5


Гермиона ёрзала на стуле и ощущала столь несвойственное ей чувство — легкое волнение. Оно было неожиданно приятным, ведь она предвкушала скорую встречу с Малфоем, снова находясь в «комнате для свиданий» в грозном Азкабане. И всё же она пошла у него на поводу, надев синее платье. Оно доходило ей до колен, плечи были закрыты, а разрез декольте был умеренным и совсем не вызывающим, что полностью устраивало Гермиону. Она и сама не знала, почему вдруг решилась купить его и надеть сейчас, но, прогуливаясь возле бутика женской одежды в Косом Переулке, Гермиона просто не смогла пройти мимо, и теперь в тайне надеялась на оценку Малфоя. Волосы она снова собрала в пучок, но в этот раз добавила заколку с крупной фиалкой, благодаря чему прическа смотрелась женственно, а не слишком строго и консервативно. Чёрные открытые туфли на небольшом каблуке, накрашенные губы в сочетании с платьем — всё это внезапно заставило её почувствовать неловкость. Гермионе отчетливо стало казаться, но лишь сейчас, что она вернулась сюда отнюдь не просто увидеть Малфоя. Она пришла на свидание. В какой-то момент ей даже захотелось уйти и переодеться, однако бежать домой было слишком поздно. К тому же, словно в ответ на её мысли, открылась дверь, через которую вошел на удивление ухоженный Малфой. Полное отсутствие щетины, ровно подстриженные волосы и ногти – такие изменения в его облике не могли не радовать. Малфой криво усмехнулся, сел напротив Гермионы и самодовольно оглядел её с ног до головы.

— Двадцать минут, — объявил надзиратель. Ему в ответ Драко негромко сказал: «Знаем», но комментарий не был услышан работником Азкабана.

— Грейнджер, ты меня поражаешь! Прекрасно выглядишь, — не сдержав улыбки, похвалил её Драко.

— Как и ты, что не может не удивлять, — ответила Гермиона. Щеки заалели, и она не смогла этого скрыть

— А, — махнул он рукой, после чего беззвучно рассмеялся. — Мать постаралась. Она едва ли не со скандалом ворвалась сюда и на глазах начальника тюрьмы привела меня в божеский вид. Он не смог сказать ей даже слова поперёк! Нрав у моей матери настолько суровый, что им и не снилось.

— Это точно, раз миссис Малфой сумела противостоять даже главе Азкабана, — широко улыбаясь, заключила Гермиона.

— Как у тебя дела? — лучезарно улыбнувшись, поинтересовался Драко. Он искренне был рад, что она снова пришла, и снова пятнадцатого числа, но теперь уже октября.

— Всё хорошо. Учусь, с головой в это ушла. Очень нравится проходить историю создания каждого закона. Я в восторге, что мы проходим только точные науки и нет ни одного, подобного тому же прорицанию! Всё, что мы проходим по программе — серьёзно, немаловажно и пригодится в жизни.

— Рад за тебя! — с теплотой произнес он, а Гермиона отметила для себя, что ей приятно видеть Малфоя. Она даже стала ждать этих встреч, как и сам Драко её прихода. А ведь раньше Гермиона и в страшном сне не могла представить, что однажды они с Малфоем будут общаться как закадычные друзья и получать наслаждение от этих встреч.

— Что сам расскажешь? — слегка наклонив голову, поинтересовалась она.

— Ну, - начал Драко, пожав плечами, – у меня всё как обычно и без особых изменений. Дни здесь пролетают слишком однообразно. Душит меня эта тюрьма, если честно, и за это «спасибо» дементорам, — улыбка быстро слетела с его лица. — Ничего здесь нет ни хорошего, ни даже сносного. Дотянул до вечера — и слава Мерлину! Засыпаешь с мыслью, что тебя словно половую тряпку отжали, потому что к ночи все силы из тебя выкачали, ничего уже не хочешь.

— Но ты продолжаешь улыбаться, — несмело напомнила Гермиона, в то же мгновение посерьёзнев.

— Да, но только здесь, в комнате для свиданий. Если же ты хотя бы попытаешься улыбнуться в пределах камеры, то они отнимут это. Потому я приучился напоминать себе, что для улыбки не нужен большой повод. Достаточно просто приятного разговора, — со вздохом признался Драко, и Гермиона понимающе кивнула. — Кстати, — вдруг вспомнив что-то, с энтузиазмом заговорил он. — Ещё два месяца назад я советовал тебе выбраться в театр. Ну так?

— Ну, — прикусив нижнюю губу и виновато посмотрев на него, она немного помедлила, но всё же призналась: — Честно говоря, я пока не дошла до него.

— Вот ты… Зубрилка-то, Грейнджер! — поражённо уставившись на неё, с легким укором сказал Драко.

— Малфой, мне некогда растрачивать своё время на развлечения. У меня учёба… — напомнила Гермиона, но он перебил её:

— Точно, только в августе ты ещё не училась и вполне могла позволить себе одну такую вылазку! Грейнджер, ты неисправима, — покачав головой, заключил Драко. Он посмотрел на неё слегка обиженным взглядом.

— Ладно, давай лучше обсудим книгу, — Гермионе хотелось уйти от этого разговора, но Драко резко оборвал её:

— Нет уж, так просто я от тебя не отстану! Сходи уже в театр или на концерт! Ты ведь даже культурной жизни магов толком не знаешь, а сама живёшь в этом мире вот уже семь лет, — не поленился напомнить Драко, что заставило Гермиону усмехнуться.

— Ну раз вы так настаиваете... Как появится время — так и быть, выберусь! — сдалась Гермиона, и он поначалу хмыкнул, но после удовлетворённо кивнул.

— Другое дело.

Несколько минут они просто смотрели друг на друга, улыбаясь глазами, а затем Драко сам вернулся к той теме, что попыталась затронуть Гермиона:

— А книга замечательная! Не ожидал, что так зачитаюсь маггловской литературой, тем более романом, но он того стоил. Я её уже дважды прочёл: здесь всё равно нечем больше заняться, — с воодушевлением рассказал Драко, что несказанно порадовало Гермиону.

— Я же говорила тебе: ты не оторвёшься от неё и будешь потом в восторге! — довольно проговорила Гермиона. — Я росла на этой литературе, и даже мои родители. Это истории, проверенные временем, они на века.

— Знаешь, роман «Гордость и предубеждение» — это нечто! И ведь надо было героям столько времени ходить вокруг да около, мучиться, раз они так полюбили друг друга. Хорошо хоть конец у этой истории позитивный: и Элизабет с Джейн нашли своё счастье, и у мамашки их душа теперь спокойна, и мистер Дарси понял, что для него важней всего.

— Да-да, ох и матушка у них! — рассмеялась Гермиона, хотя размышления Малфоя о мистере Дарси не могли её не удивить. — А ведь и в жизни таких людей действительно немало: вроде бы и пытаются помочь своим детям, а на деле только портят своими выходками и несносным поведением им жизнь и потом на протяжении многих лет не общаются.

— Теперь эта мадам до конца жизни будет хвалиться своими зятьями и положением в обществе обогатившихся дочек, — всплеснув руками, сказал Драко, на что Гермиона согласно закивала.

— Верно говоришь!

Они одновременно замолчали, но тишина не тяготила их, ведь этот разговор был приятен обоим. Мимоходом Гермиона стала поглядывать на его предплечье, ещё на днях задумавшись над вопросом — возможно ли избавиться от Чёрной метки?

— Это ты так метку разглядеть пытаешься? — заметив это, вскинул брови Драко.

— Да, — Гермиона тряхнула головой и поспешила отвести взгляд. — Просто стало интересно: сводится ли она, или же это клеймо на всю… дальнейшую жизнь?

— На всю жизнь, — сходу ответил Драко, стоило ей договорить.

— Уверен? — с неким разочарованием и тревогой посмотрев на него, уточнила Гермиона. Она словно продолжала надеяться, что его ответ может измениться. — Всё-таки магия на многое способна, а найти того, кто в силах убрать метку, с вашими-то связями вряд ли станет проблемой, если всерьёз взяться за это.

— Нет, Грейнджер. Я не просто уверен в этом — я знаю это наверняка! — закрыв на секунду глаза, негромко сообщил Драко. — Волдеморт намеренно сделал метку такой, чтобы её невозможно было убрать с кожи. Ну разве что руку отрезать — тогда и её не станет, — невесело усмехнулся он. — Так это клеймо позволяло ему не только связываться со своими последователями, но и беспрепятственно выискивать предателей.

Заметив, как Гермиона сделала глубокий, тяжёлый вздох, он прямо спросил:

— Видела её когда-нибудь?

— Мимоходом только, — призналась она. Закатав левый рукав, Драко до локтя оголил руку и показал свою чёрную метку. Гермиона немного замялась, но всё же принялась рассматривать её. Змея, выползающая из черепа, по-прежнему смотрелась угрожающе и напоминала о том, какие беды и ужасы порождали её носители. Протянув ладонь, но так и не решившись дотронуться до него, Гермиона неуверенно заглянула в серые глаза. — Можно?

Драко неопределённо пожал плечами, продолжая с любопытством наблюдать за ней. Несмело коснувшись указательным пальцем змеи, Гермиона стала водить им по метке, словно прощупывая её, но уже через минуту остановилась. Ненароком она коснулась его ладони, отчего что-то в её душе сделало сальто. Поспешно отдёрнув руку, она смущённо посмотрела на Малфоя и опустила глаза.

— Извини, — пробормотала Гермиона.

Драко помедлил, а затем поправил рукав и, уже спрятав метку, посмотрел на Гермиону.

— Клеймо моё, значит, трогать не стесняешься, а как ладони моей коснулась — так сразу залилась краской! — с ухмылкой не поленился заметить он. Гермиона же бросила на него разозлённый взгляд. — Ладно, забыли про это, — всё-таки пошёл на попятную Драко.

— Слушай, а как ты выторговал у надзирателя право протащить книгу? — не сдержала любопытства Гермиона.

— Пришлось пожертвовать твоим пудингом во имя литературы, — в ироничной манере рассказал Драко.

— Что ж, тогда спрашивать мнение о качестве моего десерта буду у него же, — хмыкнула она, а затем добавила: — Тогда хорошо, что в этот раз я снова принесла тебе пудинг. И апельсиновый сок.

— Спасибо, — поблагодарил он, и уголки губ Гермионы растянулись в улыбке.

— Вас здесь нормально хотя бы кормят?

— Ага, — громко хмыкнул Драко. — Ты разве не заметила, как я прибавил лишних десять кило? — попытался пошутить он, но её внимательный взгляд, в котором промелькнуло неподдельное беспокойство, вынудил сказать правду. — Да паршиво, конечно же: порции совсем маленькие, и вкус у еды противный. Но мать тоже приносит мне еду, так что мне грех жаловаться.

— Другого от Азкабана ожидать и не стоило, — опустив голову, с грустью проговорила Гермиона.

С одной стороны, её сочувствие Драко счел унизительным. Но, с другой стороны, это ведь была демонстрация её неравнодушия к нему! Да и в целом Гермиона стала относиться к нему с теплотой. Было даже непривычно, что бывшая школьная соперница и в некотором роде недруг за каких-то пять месяцев и пять встреч стала ему хорошим другом. Но, несмотря ни на что, он был рад такому раскладу, и в особенности тому, что она продолжала его навещать. Драко стал теперь ждать её прихода и надеяться, что Гермиона сумеет вырваться в нужный день, и что у них состоится очередная приятная беседа, которая подарит ему множество поводов для искренней радости. Ведь именно такими были их последние встречи: позитивными, веселыми и светлыми.

— Время! — в размышления Драко внезапно ворвался окрик надзирателя, который резко открыл дверь. Драко и Гермиона быстро поднялись со своих мест и вновь посмотрели друг другу в глаза.

— Ну-с, мистер Малфой, будут ещё пожелания и рекомендации касательно моего гардероба? — передавая надзирателю пакет, с усмешкой спросила Гермиона. И всё же она свыклась с тем, что Драко своими советами бесцеремонно вторгался в её личные границы. Хотя это удивительным образом шло ей на пользу.

Задумавшись на секунду, Драко ответил:

— Да, приобрети алого цвета брючный костюм…

— Алого? — удивлённо взглянув на него, переспросила ошарашенная Гермиона, надевавшая в этот момент куртку. — И на кого же я, позволь спросить, буду походить в нём?

— На леди, Грейнджер! – Драко ухмыльнулся, но Гермиона поняла, что он и не думал шутить. — До ноябрьской встречи, посетительница!

— До встречи, несчастный заключённый! — с небольшой грустью ответила она.

Драко ушел в сопровождении надсмотрщика, а Гермиона сделала шаг на выход. На её губах снова заиграла лучезарная улыбка. Теперь она точно знала, что и сама с нетерпением будет ждать наступления очередного пятнадцатого числа.



Глава 6


— А ты почему не в платье? — шуточный вопрос, казалось бы, повис в воздухе. Драко застыл в дверях, увидев сразу двух посетителей, одного из которых он никак не ожидал когда-либо здесь увидеть.

— А мне не пойдёт. С фасоном вечно промахиваюсь, — нашёлся тот, на что Драко лишь усмехнулся в ответ. Надзиратель с тяжелым металлическим лязгом захлопнул за ним дверь, и эхо поглотило уже ставшее привычным: «Двадцать минут».

— Поттер! — Драко был крайне поражён. Он сел на стул, а его брови изумлённо взлетели вверх.

— Всё же удалось захватить его с собой, — сияя улыбкой, довольно сообщила Гермиона, посматривающая то на Малфоя, то на Гарри.

Некоторое время Драко не мог отвести недоверчивого взгляда от Гарри, потому что совершенно не ожидал, что его извечный соперник также решится прийти сюда. Но затем Драко пристально посмотрел на Гермиону и сказал:

— Прямо-таки чудеса!

— Должен же я хоть раз своими глазами увидеть, как устроена жизнь постояльцев знаменитого Азкабана. Ради этого и пришёл, — иронично ответил Гарри и поправил очки на носу. — Как жизнь, Малфой?

Переглянувшись с Гермионой, Драко слегка усмехнулся, а после посмотрел Гарри в глаза и неторопливо произнёс:

— Загораю, отдыхаю, набираюсь сил перед будущими злодеяниями. Разве по мне не видно?

— Ещё как заметно, особенно с учётом твоей щетины! — хмыкнул Гарри.

— Это ещё короткая, — проведя рукой по подбородку, сказал Драко. — Мать не так давно стригла меня.

— А если серьёзно? — снова спросил Гарри. — Терпимо или совсем кошмарно? Дебошей тут хотя бы не устраиваете?

— Относительно, — скривившись, коротко поведал Драко, однако его выражение лица говорило в разы больше любых слов и давало понять, что он значительно преуменьшал реальное положение дел. — А по поводу дебошей… — Драко снова провел рукой по заросшему подбородку. — Я примерный заключенный, который отнюдь не желает задерживаться здесь дольше установленного срока.

— Да, тебе высовываться точно не следует. Это уже не школа, где нам многое сходило с рук, — серьёзно ответил Гарри.

— Само собой, капитан очевидность. Ну, а твои дела как? — в свою очередь поинтересовался Драко. Гермиона наблюдала за ними, и на ее лице блуждала счастливая улыбка. Ей нравилась их беседа, и она совершенно не хотела в неё вмешиваться.

— Мне и рассказать-то особо нечего, — пожал плечами Гарри. — Учёба, насыщенная публичная жизнь, необходимость присутствия на куче мероприятий и всё в таком роде. Утомляет это…

— Популярность и обширная известность? Да ладно, Поттер, тебе к этому не привыкать! — с небольшим ехидством заметил Драко и вновь вскинул брови.

— Есть такое, — ухмыльнулся Гарри. — Но всё хорошо в меру.

— Ты как? — наконец поинтересовался Драко у Гермионы.

— У меня всё хорошо. Вот принесла тебе новую книгу — на этот раз Джека Лондона. А ещё сразу два пирога, чтобы было и чем откупиться, и чем перекусить, — с широкой улыбкой сказала Гермиона.

— У неё опять пакет с изображением на нём котят? – переглянувшись с Гарри, спросил Драко и указал на Гермиону рукой.

— Нет, со щенятами, — расхохотался Гарри, вспомнив из рассказов Гермионы об этой претензии к ней Малфоя.

— Грейнджер, ты в своём репертуаре! — хоть и нахмурившись, и даже постаравшись придать своей речи нотки возмущения, Драко произнёс это с улыбкой.

— Мне их отбирать что ли? Какой был в торговой лавке, такой и взяла, — рассмеялась она.

— Вот именно! Нужно было отбирать!

Слушая их диалог, Гарри невольно задумался над тем, насколько по-дружески непринуждённо он звучал. Это не могло не удивлять. Он и прежде не раз слышал от Гермионы о том, что они с Малфоем стали общаться гораздо ближе, но с трудом верил в это. На протяжении долгих семи лет эти двое активно соперничали и противостояли друг другу, так неужели какие-то пять посещений могли что-то изменить? Как оказалось, действительно могли. Мало того, что Малфой и Гермиона нашли общий язык, так теперь они ещё и смеялись вместе, шутили и разговаривали, будто бы старые друзья! Скорее всего, такое положение дел сложилось из-за тяжелого положения Малфоя в роли заключенного. Ему, как и любому, были жизненно необходимы поддержка и дружеское участие, которое он с лихвой получил в лице Гермионы Грейнджер. Она оказалась рядом, и теперь их взаимоотношения менялись на глазах.

— Ты сходила куда-нибудь? — все-таки решил уточнить Драко, напоминая о театре.

— Пока нет, но схожу, раз ты так настаиваешь! — уверенно ответила Гермиона, вздёрнув подбородок и особо выделив слово «так».

— Пытаешься приобщить её к культурной жизни? — усмехнулся догадливый Гарри и взглянул на сидевшую рядом подругу.

— Да, уже который раз усиленно гонит меня на концерт или в театр, — ответила за Драко Гермиона и упрямо скрестила руки на груди.

— А ты с не меньшим усердием всё никуда не идёшь и не идёшь! — вставил Гарри.

— О чём и речь! Одним словом — упрямица, что тут ещё скажешь. Времени у неё якобы нет! Охотно верю!

Показав Драко язык, Гермиона заливисто засмеялась, а Драко воспользовался моментом и бегло оценил её внешний вид. Она всё-таки купила красный костюм, который более чем роскошно смотрелся на ней. Её волосы были распущены, а губы накрашены ярко-красной помадой, отчего образ получился весьма утончённый и гармоничный. Порозовевшие же от мороза щёки только придавали Гермионе миловидности и некоего шарма. Несколько огорчала Драко лишь невозможность оценить наряд в полный рост: его скрывала шубка, накинутая на плечи. Однако без того становилось ясно, что его задумка оказалась поистине удачной. Заметив, как Малфой засмотрелся на Гермиону, Гарри был обескуражен. Он не мог не отметить для себя, что между этими двоими, к всеобщей неожиданности, могло зарождаться нечто большее, чем дружба, даже если сами они этого ещё не понимали.

— Адвокаты планируют скостить срок заключения твоего отца, или дела мистера Малфоя обстоят гораздо хуже? — спросил Гарри, чем заставил их оторвать увлечённые взгляды друг от друга. На секунду Драко даже вздрогнул, словно только сейчас вспомнив о том, что Гарри Поттер находился с ними в одном помещении.

— Нет, не скостят. Копилка его преступлений перед законом и страной куда более обширна, так что с этим решением Визенгамота ничего не поделаешь. Свои семнадцать лет он тут точно отсидит, но если никаких происшествий не случится, то, может, лет через пятнадцать его всё же выпустят досрочно, — рассказал Драко. Гарри молча кивнул.

— Не всё зависит от одних только наших желаний, — пожала плечами Гермиона.

— Да нет, уже довольно неплохо. Отец хотя бы выйдет отсюда, причём ещё молодым, и у него будет возможность прожить впредь немало лет. Не стоит забывать, что большинству Пожирателей Смерти вынесли пожизненный приговор, а некоторых вовсе отправили на растерзание дементорам. Смело можно сказать, что ему ещё даже повезло, — серьёзно сказал Драко, и эта трезвая оценка данности приятно удивила Гарри. А ведь за все эти годы он привык к тому, что семейство Малфоев не способно быть ни справедливым, ни тем более благодарным.

— А как обстоят дела с твоим сроком? Гермиона поделилась со мной, что миссис Малфой пытается урезать его, причём до года. Есть с этим успехи? — положив руки на стол и переплетя свои пальцы, задал ещё один вопрос Гарри.

— Да, она активно занимается этим, но пока всё тихо. Мама хочет подключить мадам Розмерту. Если она даст показания, что ничего страшного после моего Империуса с ней не произошло и никаких последствий это не имело, то есть хоть какой-то шанс. Но она не слишком горит желанием помогать нам, — невесело усмехнувшись, дал понять Драко. Гарри задумчиво посмотрел на него и поначалу слегка помешкался, но вскоре произнёс:

— Я попробую поговорить с ней. Быть может, ко мне она прислушается.

Драко откинулся на спинку стула. Он был поистине поражён участливостью Гарри.

— Неожиданно.

— Дело в том, что я тоже считаю, что сажать тебя на такой срок было излишним. Это слишком суровое наказание, ведь ты немало помог нам. Не раскрыл наши личности в Малфой-мэноре, передал мне палочку на финальной битве — не это ли главный показатель того, что в итоге ты выбрал сторону совсем не Волдеморта? — признался Гарри. Услышав это, Драко внимательно посмотрел на него, а в его глазах отразилось чувство настоящей благодарности. — Да и его сторонником, как ни крути, ты стал не по своей воле: тебя по большей части принуждали и шантажировали. Так что чем смогу — помогу.

— Спасибо, Поттер, — негромко произнёс Драко, хотя было видно, что эти слова дались ему с трудом. Гермиона понимала его. Ещё вчера ребята являлись заядлыми врагами, которые устраивали перепалки на каждом шагу, стоило им пересечься в школе и даже за её пределами, а уже сегодня Гарри оказывал Малфою помощь в тяжёлой жизненной ситуации.

— Признавайся, сколько раз перечитывал ту книгу? — решив разрядить обстановку, поинтересовалась она.

— Ой, — Драко облизал пересохшие губы и засмеялся, — уже раз пять, не меньше! Можно сказать, зачитал её до дыр. Но вот с собой не захватил, чтобы вернуть тебе.

— Оставь пока у себя. Вдруг снова захочешь к ней вернуться, — с улыбкой ответила Гермиона, на что он повёл бровями.

— Может быть, но сейчас мне гораздо интересней прочесть другую книгу и познакомиться с новыми героями и их историями. Благо в моей камере есть небольшое окошко, и проникает свет, потому есть возможность занимать себя чтением. Некоторые камеры лишены даже этого.

— Сириус рассказывал мне однажды, что в его камеру не пробивалось даже лучика света — там царили постоянные мрак и темнота, — вдруг вспомнил Гарри и моментально сменился в лице.

— Да, и таких тут полно, — подтвердил Драко, невесело усмехнувшись. — Так что мне ещё грех жаловаться. Хотя вид из оконца не самый приятный: всё вокруг серое и мрачное, не лучше, чем внутри башни.

Гермиона шумно выдохнула и с сожалением посмотрела на него. Но стоило Драко перевести на неё взгляд, как она постаралась изобразить спокойствие и даже абсолютное безразличие. Ей не хотелось надоедать ему со своей жалостью, которую он так презирал.

— Я слышал, Бруствер стал министром магии. Что ж, это вполне ожидаемо, — поднял новую тему Драко.

— Он заслужил это, Малфой. Кингсли справедливый человек. Я уверен, что он именно тот, кто сумеет и наш магический мир восстановить, и порядок в стране навести, — уверенно ответил Гарри.

— А ещё он щедр, благоразумен и является хорошим стратегом, который не забывает прислушиваться к мнению других. Так что смело могу сказать, что такая должность ему подходит. Он никого не подведёт, — высказалась уже Гермиона.

— Грейнджер, да ты никак влюбилась в него! Какой длинный список, — со смехом прокомментировал Драко её похвалу Бруствера. Гарри тоже только было хотел что-то добавить, но не успел. Дверь в комнату распахнулась, вошёл надзиратель. Участники беседы переглянулись и встали со своих мест, а Гермиона отдала ему пакет. На этот раз Гарри сам протянул Драко руку, и, помедлив секунду, тот с усмешкой пожал её.

— Не ожидал увидеть тебя здесь, но спасибо, что навестил, — серьёзно сказал Драко, а Гарри ответил на это:

— Я сделал то, что счёл нужным. И я постараюсь помочь твоей матери в её делах. До встречи, Малфой!

— Свидимся, Поттер, — ответил Драко, а затем перевёл взгляд на Гермиону.

— Через месяц снова жди в гости, — с улыбкой сказала она, и Драко улыбнулся в ответ, ненароком вновь привлекая внимание Гарри к их манере общения.

— Буду ждать, что ещё мне остаётся. Пока, Грейнджер, — договорив, Драко вместе с надзирателем покинул комнату, оставляя Гарри и Гермиону одних.

— Не ожидал, что вы сможете однажды так тесно общаться, — повернувшись к Гермионе, заметил Гарри.

— Ну а что в этом такого? — пожала она плечами. — Малфою здесь скучно и плохо, а я своими посещениями хотя бы изредка составляю ему компанию. Он не так уж и плох, когда не пытается включать в себе заносчивого и вредного слизеринца. К тому же мы с ним сумели найти общий язык.

— Это уж точно! — загадочно улыбнулся Гарри.

— Эй! Что за тон? Мы с ним просто общаемся, — пожурила его Гермиона, пока застёгивала свою шубку. Гарри энергично закивал головой.

— Да-да, я уже понял. Об этом и говорю: хорошо общаетесь. Ну да ладно, пойдём уже! Через месяц снова свидитесь.

— Как и всегда, — мимоходом взглянув на дверь, за которой совсем недавно скрылся Малфой, подтвердила Гермиона.

Эта встреча задалась на славу: она сделала Драко сюрприз, приведя за компанию Гарри. Несмотря на то, что парни долгие годы враждовали, сейчас Гарри и Малфой смогли спокойно и непринужденно пообщаться друг с другом. После всего пережитого к концу войны они, наконец, сумели свести свои претензии и обиды на нет. Гермионе это было приятно, былого напряжения между ними практически не ощущалось, и это было главным показателем того, что всё нехорошее между ребятами раз и навсегда осталось в далёком прошлом. Конечно, они пока не стали настоящими приятелями, но и это был колоссальный шаг вперед. А по поводу того, что происходило между ней и Малфоем… Гермиона не могла чётко ответить на заданный вопрос. Пока что они стали друзьями, но произносить это вслух она пока не решалась, не будучи до конца уверенной, что уместно применять настолько немалозначимый термин к их взаимоотношениям.

Как бы там ни было, Гермиона отлично понимала, что следующей встрече с Малфоем через месяц быть. А там… будь что будет!


Глава 7


— О, это что-то новенькое! Грейнджер, ты меня приятно удивляешь, — не сумел скрыть улыбки Драко, появившись в дверном проёме. Как только он занял место напротив Гермионы, то смог внимательно рассмотреть её наряд. На ней было маленькое жёлтое драпированное платье с тонким чёрным пояском. Отсутствие рукавов придавали его хозяйке изящества. Ткань целомудренно закрывала грудь, а небольшой воротничок добавлял кокетства. Её выбор приятно удивил Драко. Он никак не ожидал, что в Гермионе всерьёз проснётся любовь к моде.

— Двадцать минут! — надзиратель был неумолим. Как только он скрылся за дверью, Гермиона произнесла, даже не пытаясь скрыть весёлую улыбку:

— Это дело рук однокурсниц. Выбралась с ними разок погулять — и вот результат! Как увидели, что я стала рассматривать бесформенные блузки, практически сразу же потащили меня к платьям. Но жаловаться на них смысла нет — оно пришлось мне по душе.

— Ты молодец, — серьёзно сказал Драко. Он заметив снежинки в её волосах и то, какими не в меру розовыми стали её щеки после мороза. Гермиона зябко потерла друг о друга руки, пытаясь согреться, и, проследив за его взглядом, сказала:

— Там сегодня так холодно! Настоящая зима. Пока дошла — совсем замерзла.

— Ну, милая, я бы согрел, но, боюсь, надзиратели не поймут, — пошутил Драко, но это лишь хорошенько насмешило Гермиону.

— Да ну тебя!

— Выкладывай, как твои дела? — искренне радуясь её приходу, спросил он.

— Всё хорошо. Учусь, понемногу готовлюсь к зимним экзаменам. Начала вот общаться с соседками. Они оказались отличными девчонками — приятными и простыми. Провела с ними всю прошлую субботу и ничуть не сожалею…

— Но до того же театра или концертного зала ты так и не добралась? — перебив её, с укором, хоть и в шутливой форме, уточнил Драко.

— Эм… нет, — честно призналась Гермиона и неловко засмеялась.

— Вот что с тобой поделаешь! — пробормотал он в ответ и откинулся на спинку стула.

— Ну так вот, — попыталась она улизнуть от этой темы. — Прикупила себе платье и пару туфель. Мои соседки ничем не лучше тебя — требуют, чтобы я постоянно наряжалась! Модницы, блин.

— И правильно делают! — поучительным тоном произнёс Драко, на что Гермиона сощурила глаза.

— Я и сама решу, как мне одеваться, и что мне идёт, а что — нет!

Драко не мог не оценить то, с каким вызовом она произнесла это. Даже спустя несколько лет после войны она оставалась самой собой.

— Как твои дела? — уже более серьёзно спросила Гермиона.

— Как обычно. Я развлекаю себя чтением. Представляешь, до последних страниц, где прописана биография автора, думал, что Джек Лондон — англичанин! А он оказался американцем. Но это не умаляет достоинств его книги. Вчера вот в третий раз перечитал его рассказы. Если так пойдет — вскоре выучу наизусть, — со смехом рассказал Драко.

— Тогда хорошо, что я ещё одну тебе захватила. На этот раз Шекспира…

— Я слышал о нём, но читать его произведения мне не приходилось, — Драко перебил Гермиону и задумчиво потер подбородок.

— Уверяю, они тебе понравятся! Это самый известный в мире литератор!

— Дай угадаю: ты и твои родители выросли на его произведениях, — с ухмылкой заметил Драко, припомнив её былые слова.

— Верно! Его почитают не только у нас, но и во всем мире. Это самый популярный писатель Англии на все времена — подтвердила его догадку широко заулыбавшаяся Гермиона. Она вдруг ощутила, насколько приятно ей стало проводить с Малфоем время, пусть их встречи и были редкими.

— Что ж, тогда с удовольствием познакомлюсь с работами этого уникального гения Шекспира, — тепло произнёс Драко. Видя, что она всё никак не может согреться после сурового мороза, он не сдержался и накрыл её ладони своими.

— Спасибо, — смущённо поблагодарила Гермиона и опустила глаза, однако отдёргивать руки или просить его прекратить не стала. Ничего не ответив, Драко просто стал греть её своим теплом. Ему и самому было неловко даже от такой малейшей близости с ней. Около минуты они молчали, но вскоре Гермиона вздохнула и снова заговорила: — Холодно у вас здесь?

— Если честно, да. Даже очень. И хотя начальник тюрьмы приказал прогревать здание при помощи магии — проку от этого немного. Вот сейчас, кстати, нахожу минус в том, что у меня есть окно, потому что из него постоянно дует, и в моей камере гораздо холоднее, чем во многих других. Однако стоило мне сообщить об этом матери, как она, — Драко не сдержал ухмылки, — притащила сюда два толстых одеяла и едва ли не со скандалом вручила их мне, хотя надзиратель сопротивлялся, как мог. По правилам это не положено, и в итоге ей пришлось договариваться об этом со всё тем же начальником тюрьмы — мистером Уайтом. Так чую, ещё немного, и мама здесь революцию устроит, и ей для этого никакой Империус не понадобится! — на этих словах Драко в голос рассмеялся, как и сама Гермиона, которую эта история не могла не повеселить.

— Да уж, с твоей матерью и впрямь лучше не связываться!

— Это ещё мягко сказано! — отдышавшись, уже серьёзно продолжил Драко. — Так что жить ещё можно. Закутаюсь теперь в них и сижу, читаю днём. А так рассказывать больше и нечего. Ну кроме того, что Поттер всё же поговорил с мадам Розмертой, и она не смогла отказать ему в просьбе дать показания в суде в мою пользу. Но, полагаю, ты и сама об этом знаешь.

— Да, я в курсе, — с улыбкой подтвердила Гермиона.

Как только она немного согрелась, Драко снова откинулся на спинку стула и посмотрел в карие глаза. В комнате снова повисла неловкая пауза, во время которой они пристально рассматривали друг друга.

— По поводу нового слушания пока ничего не известно? — кашлянув, первой нарушила тишину Гермиона.

— Нет, но мать хлопочет над этим. Думаю, у неё что-то да может получиться. Во всяком случае, хочу в это верить, — признался Драко, и видя, как в его глазах загорелась надежда, Гермиона ощутила, как на душе потеплело. — Спасибо тебе за это.

— Я здесь ни при чём, — легонько пожала она плечами.

— Ты привела Поттера, и только благодаря этому он решил помочь мне. Так что не преуменьшай свою роль в этой истории! — возразил Драко.

— Поблагодаришь, когда окажешься наконец на свободе, — сказала Гермиона, поймав себя на том, что не может отвести взгляда от его жизнерадостных серых глаз.

— Обязательно!

— Что ж, — резко выдохнув и быстро заморгав, Гермиона посмотрела на стол между ними и сменила тему. — А я тут хочу пожаловаться, хотя ты, увалень, вряд ли станешь мне сочувствовать!

— Вот спасибо за добрые слова! — вскинув брови, обиженно, хоть и беззлобно, ответил Драко.

— Мне наконец удалось устроить первое собрание для домовых эльфов в трактире мистера Аберфорта «Кабанья голова». Я составила речь, где только возможно разместила эльфийские пригласительные буклеты, в особенности в Хогвартсе, и профессор МакГонагалл дала мне добро на это. Директор, вернее, — поправила она себя. — И, знаешь, что хуже всего?

Драко всеми силами сдержал себя, чтобы не расхохотаться, заранее догадываясь, что эта история ничем хорошим и уж тем более приятным для неё не закончилась.

— Эти бессовестные создания пришли! Около пятидесяти эльфов! — теперь Гермиона уже даже не пыталась скрыть своего негодования. — Где-то двадцать минут они слушали мою речь, но в итоге принялись то швыряться в меня чем попало, говоря, что я несу ересь, то просто начали вставать со своих мест и уходить! Один единственный эльф, — после этих слов она не выдержала и ударила руками по столу, зарычав, — просидел до конца. Но стоило мне закончить, как он поднялся и со словами: «Уж лучше бы я потратил время на домашние хлопоты, чем на эту чушь!» — ушёл! Гады, ну просто неблагодарные гады!

И всё же Драко не сдержался и прыснул со смеху, прикрыв рот рукой.

— Не смешно! — зло выкрикнула надувшаяся Гермиона и упрямо скрестила руки на груди.

— Ошибаешься, Грейнджер! Более того, это очень комично!

— Да ну тебя! — фыркнула вздёрнувшая подбородок Гермиона, но её фраза потонула в её хохоте. — В следующий раз буду приводить им более веские аргументы!

— Ты же прекрасно знала, как я отреагирую. Так зачем решила пожаловаться? — поинтересовался тщетно попытавшийся отдышаться Драко.

— Потому что это было в воскресенье, то есть вчера, и ни с кем из друзей поговорить об этом я ещё не успела. А мне нужно выговориться! — раздражённо призналась она, а затем сама же усмехнулась и снова посмотрела на него.

— Грейнджер, они тебя даже через год слушать не захотят, хоть сколько ты их убеждай. Для эльфов их работа — смысл всей жизни, как и главенствующая для них задача — во всём угодить хозяину! — попытался втолковать ей Драко, но Гермиона только хмыкнула.

— Это мы ещё посмотрим!

— Ох ты и упрямица! Гриффиндорка, что с тебя взять, — он всплеснул руками, после чего, передразнивая её, также деловито скрестил их на груди.

— Иди ты, Малфой!

— А вообще меня Драко зовут, и раз уж мы стали тесно общаться — можно и по имени друг к другу обращаться, — предложил он, и на губах Гермионы снова заиграла улыбка.

— А меня — Гермиона. Рада знакомству!

Они сидели напротив друг друга и все больше понимали, что былая вражда отходит на второй план. С их лиц не сходила улыбка, но эту идиллическую картину вскоре разрушил лязг открывающейся двери. Надзиратель тяжело вошел внутрь и объявил об окончании посещения. Гермиона шумно вздохнула. Она неторопливо встала и дала возможность Драко рассмотреть своё новое платье. Её шутливый поклон заставил его признаться:

— А тебе оно и впрямь идёт!

— Спасибо.

Передав надзирателю пакет, на этот раз чисто белого цвета, не оставивший Драко ни единого шанса на то, чтобы снова съязвить, Гермиона неуверенно протянула ему руку, которую тот слегка пожал.

— До встречи, Драко!

Сразу после Гермиона быстрым движением схватила шапку и уверенно зашагала на выход, чтобы хоть как-то скрыть румянец на щеках.

— Пока, Гермиона! — проговорил он ей вслед.

После этой встречи Драко ощутил небывалый прилив сил и энергии. Он тоже отправился на выход, хотя больше всего ему хотелось, не будь он заключённым, пойти за ней и попросту прогуляться с Гермионой по заснеженным дорожкам. Пусть его жизнь в стенах Азкабана и была тяжкой, а дни тянулись подолгу, проходя в сырости, холоде и бесконечном мраке, эта девчонка всё же сумела привнести в них лучик света и радости.


Глава 8



— И снова привет! — произнес Драко, подходя к столу. Гермиона снова пришла в своем красном брючном костюме, который так был ей к лицу. Драко даже залюбовался стройностью её фигуры и гармоничностью образа. Услышав за спиной: «У вас двадцать минут!», Драко не сдержал смешка. — Прогресс! Предлог с местоимением выучил, — поехидничал он, стоило надсмотрщику скрыться за дверью.

— Да ладно тебе, — тепло сказала Гермиона. — Привет, Драко! И с прошедшим тебя, пусть и сильно, Рождеством!

— И тебя с праздником! — растянул он губы в улыбке.

— Раз у нас традиция: видеться только по пятнадцатым числам — то и подарок я вручу тебе сегодня.

— Какой же? — вскинул брови Драко. Он совершенно не ожидал, что она позаботится об этом.

— Я принесла тебе книгу про приключения Шерлока Холмса, которая захватит тебя с головой! По правде говоря, я бы с удовольствием подарила тебе что-нибудь ещё, но, — вздохнула Гермиона, — не уверена, что тюремщик разрешил бы мне сделать это.

— Я и новому произведению рад, — пожал плечами Драко. — Извини, я не захватил с собой книги. Но я обязательно верну их тебе, можешь не волноваться.

— Мне сейчас в любом случае не до них, так что не заморачивайся, — махнув рукой, заверила его Гермиона. — Отдашь, как сможешь, а пока пусть скрашивают твои будни.

Драко улыбнулся ей. Его внимательный взгляд пробежался по раскрасневшимся от мороза лицу и замёрзшим рукам Гермионы, которые она снова тщетно пыталась согреть. Немного помедлив в нерешительности, он, как и в прошлый раз, аккуратно взял её ладони в свои и принялся отогревать их.

— Спасибо, — смущённо улыбнулась Гермиона. С первых же секунд после его прикосновения она ощутила, как что-то внутри сделало сальто, вынуждая её дыхание участиться, а сердце быстрее биться в груди. — Как твои дела?

— Неплохо. Мать приходила перед Рождеством и снова подстригла меня под недовольное мычание начальника тюрьмы, — весело сказал он. — Она даже научилась делать некоторые модельные прически, хотя сама никогда прежде этого не делала. Также в честь праздника меня навестили однокурсники: Панси, Дафна, Блейз и Теодор. Никак не ожидал, что они вспомнят обо мне, но они пришли.

Увидев, как Драко искренне заулыбался, Гермиона вдруг поймала себя на мысли, что засмотрелась в его загоревшиеся глаза и озарившееся светом лицо, каким оно становилось только в этой комнате и то отнюдь не со всеми.

— Они без умолку трещали и что-то рассказывали, особенно девчонки! Все они сейчас учатся, за исключением Дафны. Она собралась замуж за какого-то шотландца и с головой ушла в предсвадебную суету. Так что такие вот дела.

— Наверно, двадцати минут для такой беседы было крайне мало — они показались лишь мгновением, — предположила Гермиона, однако Драко вдруг громко хмыкнул.

— Нет уж! Мне и этого времени, проведённого в их обществе, хватило за глаза, хотя я и был рад повидаться с однокурсниками. Просто болтовня девчонок даже за этот короткий промежуток времени успела свести меня с ума, — пояснил он и рассмеялся. — Знаешь, отвык я от их нескончаемого щебетания! И так у нас всегда, стоит Панси и Дафне оказаться в одном месте.

— Зато эти болтушки не забыли тебя и даже заявились в Азкабан, чтобы навестить. Это уже о многом говорит! — мягко добавила Гермиона, и в ответ на это Драко согласно закивал.

— Не спорю. Я никак не ожидал, что хоть кто-то из них придёт, — после этих слов он замолчал, пристально посмотрев в карие глаза. — Как твои дела?

— Я сдаю сейчас экзамены и, как покину тебя, продолжу готовиться к ним. Каникулы я провела у мамы с папой, навестила кое-кого из близких родственников, погуляла по своему родному городу, а потом встретилась с друзьями в Норе. У них всё по-старому и по-доброму, жизнь идет своим чередом. Ребята даже устроили в честь встречи соревнование по квиддичу во дворе, но так как поединок был товарищеским, а точнее — дружеским, то сошлись на ничье.

Улыбнувшись, Драко стал мягко водить большим пальцем правой руки по тыльной стороне её ладони, отчего Гермиона на мгновение вздрогнула.

— Весело вы отдохнули. А в мэноре в это время должен был бы проходить бал, но мать не стала его устраивать. Сказала, что развлекать посторонних гостей нет ни малейшего желания, пока её семья заточена здесь. Да и сама она никуда не выбиралась — провела весь праздник в замке, в одиночестве, — поведал следом Драко. — А у нас здесь было непредвиденное веселье. Представляешь, все заключенные, почти в один голос, как только куранты начали отбивать двенадцать, дружно затянули из своих камер старую песню про Рождество. И ведь никто не стал нас затыкать! Уверен, что дементоры в тот момент перенасытились нашим позитивным настроем. Но, чёрт возьми, дух рождества сумел пробраться даже сюда, в промозглый Азкабан. Это ли не чудо!

— Это хорошо, что хотя бы пять минут вы позволили себе искренне порадоваться празднику! — оживлённо проговорила Гермиона, после чего решила рассказать ещё одну новость: — А мне написал на каникулах Виктор Крам и поздравил с Рождеством. У него сейчас соревнования в Ирландии, приглашал посмотреть его игру вместе с друзьями…

— Но ты, как истинная зубрилка, и его решила обломать! — хмыкнул Драко, уже довольно хорошо знающий её настрой касательно каких-либо развлечений.

— Знаешь, — неоднозначно пожала плечами Гермиона, чем удивила его, но отчего-то далеко не порадовала, — я ещё не решила. В принципе, можно посетить такое мероприятие, заодно и с Виктором повидаться. Ты сам меня столько времени посылал куда-нибудь, чтобы разнообразить серые будни, так что подумываю даже выбраться разок, а там как получится!

— Ясно, — с внезапной резкостью отпустив её руки, на выдохе негромко сказал Драко. Неожиданно для себя он вдруг ощутил, что ему претит сама мысль о встрече Гермионы и Крама, с которым она некогда встречалась.

— Он мой друг и просто позвал меня на свои соревнования. Неудобно будет не поддержать Виктора, — замявшись, примирительным тоном проговорила она.

— Я понял, — быстро кивнул Драко. Гермиона вдруг поняла, что вся её радость куда-то испарилась, ровно как и позитивный настрой Драко. В комнате моментально повисло неловкое молчание.

— Драко, — нарушив тишину, произнесла Гермиона. Она почувствовала, до какой степени неловко ей было затрагивать тему, о которой они ещё ни разу не решились заговорить вслух — о взаимной симпатии, удивительным образом возникшей между ними. Но, всё же набравшись смелости, она прямо сказала: — Я ведь грязнокровка, и, кроме как друзьями, никем больше мы всё равно не сможем быть друг для друга.

С каждым словом Гермиона говорила всё тише, понимая, что её лицо становится пунцовым. Ей было настолько неудобно говорить это, что после каждого слова хотелось замолчать и, подобно маленькой девочке, закрыть себе рот руками. Также слегка покраснев от её вслух высказанных об этом мыслей, Драко стал постукивать пальцами обеих рук по столешнице в тщетной попытке хотя бы немного сбросить напряжение.

— Я знаю, — всё же произнёс он, да только мириться с её планами Драко совершенно не желал, ощущая жуткий внутренний протест.

— Так что я хочу сходить к нему на игру и элементарно пообщаться, — закончила, наконец, свою речь Гермиона и стала нервно подёргивать себя за мочку левого уха. Почему-то от понимания того, что она сказала пару минут назад, стало не по себе. Даже всерьёз обдумывать эту тему она прежде не бралась, хотя вспоминать о Драко и их теплом общении ей приходилось множество раз.

— Знаешь, я бы тоже сводил тебя на какой-нибудь концерт, не находись я в неволе. Или в тот же театр, раз сама идти не хочешь. Но, увы, я здесь, а не там, как вы! — мысленно разграничив территорию комнаты и руками указав на ту половину, где сидела Гермиона, на выдохе сказал вдруг Драко. От этих слов она помрачнела.

— И не посмотрел бы на то, что твоя спутница — грязнокровка? — робко уточнила Гермиона. Драко дёрнул плечами.

— Ты теперь героиня войны, а вот я — преступник. Так что пофиг уже!

Услышав столь неожиданный ответ, она резко опустила глаза. Ей как будто не хватало воздуха… И снова они молчали, впустую тратя драгоценные минуты и не зная, о чём после такого говорить. От напряжения переключившись на волосы и бесцельно перебирая их кончики пальцами, Гермиона пару раз попыталась заговорить, но стоило ей открыть рот, как она не могла вымолвить ни слова. Драко же просто сидел напротив и увлечённо разглядывал серые стены, словно там было на что смотреть. Понимая, что время их встречи на исходе, и вскоре к ним должен войти смотритель, Гермиона взяла инициативу в свои руки:

— Я принесла тебе пудинг и пару бутербродов. Съешь их сразу, чтобы не испортились.

— Хорошо, — только бросил в ответ Драко, чётко давая понять, что поддерживать диалог не намерен. От такой холодности и равнодушия с его стороны Гермионе стало обидно, но ничего поделать она не могла. Драко совершенно не хотел разговаривать с ней, а минуты нещадно бежали вперёд, приближая тот момент, когда их свидание подойдёт к концу.

— Заканчиваем! — объявил вошедший вскоре надзиратель. Стоило ему появиться, как даже не взглянувший в её сторону Драко сходу кинул: «Пока, Грейнджер» — и скрылся за дверью. Отдав пакет работнику Азкабана, она развернулась к двери и тут почувствовала, как глаза обожгли предательские слёзы.

— Гермиона вообще-то, — еле слышно произнесла она. Теперь она испытывала мучительное чувство досады из-за того, что их встреча завершилась на такой отвратительной ноте. Совсем недавно они с Драко общались как хорошие друзья, но сегодняшний день всё изменил, если не сказать больше — испортил. И ведь надо ей было упомянуть о Викторе и его приглашении!.. Хотя они с Драко в последние встречи обоюдно стали посматривать друг на друга, как на парня и девушку, меньше всего она могла ожидать, что всплывёт тема ревности и привязанности. Но ведь, по правде говоря, и сама Гермиона успела привыкнуть к Драко и даже больше того. Однако ненароком она задела его, рассказав о приглашении Виктора, который теперь был для нее всего лишь хорошим знакомым, человеком из прошлого. Ошибочно считавший иначе Драко был ей теперь в разы ближе, и потому стало даже обидно, что такая мелочь смогла поссорить их.

Опустив голову, Гермиона быстро застегнула пуговицы на шубе и надела шапку, после чего поспешила на выход. Настроение окончательно было испорчено, и оттого единственным верным решением стало как можно скорее вернуться в общежитие при академии и забыться в учебниках…


Глава 9


Гермиона нетерпеливо барабанила пальцами по столу. Самым огромным её желанием сейчас было увидеть Драко Малфоя и наконец понять, что между ними снова всё хорошо. На протяжении целого месяца, который, как ей показалось, тянулся целую вечность, она гнала прочь мысли о том горьком осадке, который наверняка терзал и его душу, и который мог окончательно разлучить их, разрушить их тесное общение. Размышлять об этом было грустно и тяжело, даже несколько больно. Более того, обстоятельства заставили прийти к нему лишь шестнадцатого числа, из-за чего Гермиона переживала ещё сильнее. Меньше всего ей хотелось, чтобы он подумал, якобы она больше не хочет общаться или стесняется пересекаться с ним, и что то их свидание было последним. Эта девятая, февральская встреча помогла ей понять, как ей не терпится снова увидеть его, услышать его заразительный смех, улыбнуться в ответ на его шутки. Хотелось былого непринуждённого общения, но вместо этого Гермиона всё более отчётливо осознавала, что если раньше горела желанием рассказать ему обо всём и сразу, то сегодня она даже не знала, о чём говорить, да и стоит ли вообще начинать. Несмотря на прежние планы посетить игру Виктора, после того неприятного разговора с Драко, Гермиона предпочла даже не упоминать квиддич в разговорах со своими друзьями, да и видеться со старым приятелем ей совершенно расхотелось. Куда больше все эти недели душа просилась навестить другого человека и наладить общение с ним, да только тот сейчас не спешил. Гермиона провела в томительном ожидании уже почти пятнадцать минут, но Драко так и не появился в комнате для свиданий. О причинах, которые могли его задержать, ей приходилось разве что гадать.

Гермиона почти подпрыгнула на стуле от неожиданности, когда железная дверь с лязгом отворилась, а на пороге появился Драко Малфой. Его чёлка снова начала отрастать, а над верхней губой и на подбородке вновь появилась хорошо различимая щетина. На мгновение задержавшись у двери, он подошёл к стулу и сел напротив Гермионы. За его спиной раздалось неизменное: «Двадцать минут!».

— Привет, — не теряя времени, первой негромко поздоровалась Гермиона.

— Привет, — также просто произнёс Драко. Она шумно выдохнула и уже собралась что-то сказать, но он опередил её: — Гермиона, — стоило начать, как он заметно нахмурился и устремил серьёзный взгляд в пол. Говорить ему явно было нелегко: — Извини меня за прошлый раз. Я не вправе диктовать тебе, с кем общаться, встречаться или гулять. Это было неправильно и эгоистично с моей стороны…

— Драко, — Гермиона улыбнулась его искренним словам и снова попыталась что-то сказать, но Драко вновь прервал её.

— Нет, Гермиона, подожди!..

— Драко, — громче сказала она, — я буду очень рада, если ты пригласишь меня куда-нибудь, когда выйдешь отсюда.

В её голосе слышалось столько искренности, что у Драко словно упал камень с души. Однако вместе с тем ему стало несколько неловко, из-за чего он не удержался от простого вопроса:

— Правда?

— Да! — честно ответила Гермиона и тут поняла, что её лицо сделалось пунцовым.

— Тогда у меня появился весомый повод как можно скорее выбраться из стен «родного» Азкабана, — с усмешкой сказал он.

Гермиона опустила голову, пряча смущение и тёплую улыбку. А ведь, придя сюда однажды, она не могла позволить себе даже подумать, что однажды его внимание станет для неё таким немаловажным и приятным. Вот только, подняв голову и снова посмотрев на Драко, она увидела, что его лицо стало кислым, а сам он потирал влажный лоб. От былой жизнерадостности у Гермионы не осталось и следа — куда больше её волновало теперь, почему его настроение так быстро изменилось не в лучшую сторону.

— Драко, что с тобой? — несмело спросила она, всерьёз опасаясь, что такая перемена в его состоянии и поведении вытекала из их прежнего конфликта.

— Неважно, — Драко попытался изобразить улыбку, но вышло натянуто. Гермиона в ответ лишь несколько раз моргнула, а на её лице отразилось неподдельное беспокойство. Заметив, что она заволновалась, Драко понял причины её тревог и поспешил развеять её сомнения: — Это никак с тобой не связано.

— А с чем тогда? Что с тобой происходит? — Гермиона недоверчиво покосилась на него, а её внимательный, изучающий взгляд заскользил по его лицу. Первая мысль, промелькнувшая в её голове, сводилась к тому, что он заболел и просто не хочет в этом признаваться. Однако ответ Драко опроверг её размышления:

— С дементором.

Нахмурившись, Гермиона откинулась на спинку стула. Она никак не могла понять, почему эти твари только сейчас стали беспокоить его, а их присутствие стало негативно сказываться на его состоянии здоровья.

— Но ведь прежде они не воздействовали на тебя так сильно, и ты сам говорил мне, что в этой комнатке смело можешь позволить себе почувствовать радость. Что изменилось?

Драко молчал. Его самолюбие и гордость не позволяли ему поведать Гермионе о собственных бедах и слабостях, но её эхом разнесшиеся слова: «Драко, прошу тебя, не молчи!» — заставили его изменить решение.

— В Азкабане появились новые дементоры, и один из них нашёл себе пристанище прямо подле двери моей камеры. Такое соседство не даёт мне теперь даже относительно спокойно находится в камере. Слишком… непросто быть возле этих энергетических вампиров. Даже дышать рядом с ними тяжело.

Дослушав его, Гермиона охнула. Каждая их встреча, за исключением самых первых, сопровождалась радостью и желанием доставить друг другу моральное удовольствие дружеской беседой. И от понимания, что былого света в Драко уже не будет, ей и самой стало не по себе. Казалось, словно ей тоже довелось повстречаться с этими созданиями, и теперь ничего, кроме разочарования и бессилия, она уже не могла испытывать. Но куда сильней её досадливость и переживания за него усилились, стоило Драко спустя какое-то время продолжить:

— Они никак не могут насытиться, хотят всё больше эмоций. Молодые дементоры до ужаса жадные, они только поняли, сколько энергии можно вытащить из нас. Не знаю, когда он уже утолит свой голод, но сейчас ему хочется ещё и ещё. Теперь я даже просто подумать о том, что мне нравятся наши встречи, не могу — он забирает абсолютно всё и без остатка!

— Сможешь как-то подстроиться под это и терпеть его воздействие? — тихим голосом спросила расстроившаяся из-за него Гермиона.

— Пытаюсь, — Драко неестественно улыбнулся. Конечно, очередная его попытка доказать, что всё не так плохо, как кажется, не увенчалась успехом. — А ты снова вернулась к старому стилю в одежде, — пытаясь сменить не самую приятную тему разговора, заметил он, кивком головы указав на её внешний вид. Гермиона снова была одета в синие джинсы и бесформенную коричневую кофту. Именно так она любила и предпочитала одеваться как в школьное время, так и в первые месяцы, когда навещала его. Разумеется, он заметил это.

— Сегодня мне некогда было переодеваться: сразу после подготовки реферата я отправилась к тебе, иначе бы вновь не успела навестить. Да и нравится мне такой стиль в одежде — он простой и удобный. Я же не на светский раут собралась, — пожав плечами, призналась она. Гермиона мило заулыбалась, и её искренность заставила Драко хотя бы на мгновение также растянуть губы в улыбке.

— А я уж тем более! — взглядом указав на свою робу, с отвращением произнёс он. Даже за десять месяцев пребывания в Азкабане Драко не сумел привыкнуть к такому убогому и позорному одеянию.

— Извини, я не успела захватить с собой новую книгу, — вдруг вспомнила Гермиона. — Положила её к себе на стол, но так увлеклась составлением реферата, что позабыла о ней.

— Что же там за реферат такой? — не мог не поинтересоваться Драко, в котором проснулся неподдельный интерес к тому предмету, что захватил её с головой.

— Он связан с инновацией законов магического мира на два ближайших десятилетия, — Гермиона с видимым удовольствием начала рассказывать о своей работе, на которую она тратила всё свободное время.

— Дай угадаю! — не без ухмылки заговорил Драко, снова потерев лоб. — Ключевая роль в твоём проекте будет отведена продвижению прав и свобод магглорождённых волшебников и домовых эльфов. И ты немало дней обдумывала законопроекты, которые позволят им жить и существовать наравне с другими обитателями магического мира.

Хмыкнув, Гермиона дёрнула плечами и признала, что он попал в точку:

— Разумеется! Я всерьёз считаю, что это очень важно. И вряд ли кто-то помимо меня намеревается заниматься этими вопросами, потому я просто обязана взяться за это!

— Если так рассудить, для продвижения прав магглорождённых ещё может и найдутся активисты, а вот за домовых эльфов бороться будешь, несомненно, ты одна, — рассудил Драко. Гермиона вмиг скрестила руки на груди и упрямо ответила:

— Вот и хорошо, что хоть я беспокоюсь о них и стремлюсь улучшить их жизненные и рабочие условия!

И всё же Драко весело усмехнулся внезапно пришедшей в голову мысли, но, увидев взыскательный взгляд Гермионы, рассказал, что именно его так позабавило:

— Уже представляю, как лет этак через двадцать какая-нибудь Винки станет директором Хогвартса, а ещё лет через десять в школу чародейства и волшебства прекратят принимать человеческих детёнышей…

— Да иди ты! — одёрнула его Гермиона, которой так и не удалось сдержать вырвавшийся смешок. — Юморист, блин.

— Кто знает, может, я провидец! — попытался пошутить Драко, однако вымученно улыбаться больше не стал.

— Я хочу организовать для них ещё одно собрание и уже детально продумала свою речь. Так что уверена — в этот раз меня услышат! — заявила Гермиона, а Драко покачал головой.

— Ох ты и упрямое создание!

Не сдержав улыбки, Гермиона чуть наклонила голову, всматриваясь в его лицо, после чего твёрдо проговорила:

— У меня всё получится, я знаю это!

— Ты, конечно, навряд ли прислушаешься ко мне, но я всё равно скажу то, что считаю наиболее верным, — подавшись вперёд, немного придвинулся к ней через стол Драко. Увидев несокрушимую настойчивость в её взгляде, он совершенно серьёзно и строго произнёс, пытаясь достучаться до Гермионы: — Если хочешь, чтобы твоя жизнь и твои таланты не были растрачены впустую, то сделай своё стремление помочь эльфам второстепенной задачей, а в первую очередь занимайся чем-то другим. Тогда ты сумеешь и им оказать столь желанную тобой помощь, и сама не впустую потратишь отведённые тебе годы.

Гермиона нахмурилась, не зная, что ему на это ответить.

— Я подумаю над твоими словами.

— Очень надеюсь на это. Отнесись к этому серьезно, поразмысли, всё взвесь и уж тогда реши! — как никогда настойчиво сказал он. Гермиона тогда хмыкнула и вздёрнула подбородок, что заставило губы Драко на мгновение искривиться в улыбке. Однако, не успели они что-либо ещё сказать друг другу, как дверь открылась, и к ним вошёл надсмотрщик, демонстрируя, что время вышло.

— Я принесла тебе пирожков, — передавая тюремщику пакет, на котором был изображён пейзаж с закатом, рассказала она Драко, — и апельсиновый сок.

— Какой романтичный пакетик, — закатил глаза Драко. Гермиона с улыбкой и едва заметным укором посмотрела на него, и он примирительно поднял ладони вверх. — Ладно, не придираюсь! Но ты, конечно, мастер их выбирать.

— В таком случае, в следующий раз будет пакет с бабочками! — ехидно заявила Гермиона.

— Ты, главное, сама приходи!

Невзирая на внутреннюю пустоту, Драко напоследок улыбнулся, и Гермиона кивнула ему.

— До встречи, Драко!

— Пока, Гермиона.

Он вынужденно скрылся за дверью, оставляя Гермиону одну. Она облегчённо вдохнула и беглым взглядом осмотрела комнатушку для свиданий. Сейчас в её душе поселилась радость за то, что их взаимоотношения наладились, но также по соседству поселились и нешуточные переживания за Драко. Ей безумно хотелось помочь, но здесь она была бессильна. Оставалось только терпеливо ждать и надеяться, что уже вскоре начнутся новые судебные слушания по его делу, и Драко Малфой покинет это ужасное место. Застегнув пуговицы шубы и надев шапку, его преданная посетительница отправилась на выход. Уже сейчас она понимала, что больше всего будет ждать наступления пятнадцатого числа нового, теперь уже первого весеннего месяца, чтобы снова увидеться с ним.


Глава 10


Гермиона шла по темному коридору. Её рука крепко сжимала неизменный пакет, на этот раз — абсолютно черного цвета. Это было забавно, но Драко всё время обращал внимание на рисунки на них, которые, как правило, были смешными или милыми. Гермиона не сомневалась, что они поднимали ему настроение, хотя он никогда не признается в этом. Это было сущей мелочью, но, начиная с самого первого её посещения, он не ленился в саркастичной манере указать на этот нюанс, чем и веселил, и вместе с тем злил Гермиону. Уже по этой причине сегодня ей захотелось из вредности принести ему пакет с изображением карликовых пушистиков, но она сдержалась. Гермиона покачала головой, пытаясь прогнать эти мысли. Куда больше её волновал другой вопрос: тюремщик на входе невзначай обронил, что Драко сегодня уже навещали, но кто именно — она не знала. Скорее всего, это была его мать, которая постоянно приходила к Драко и Люциусу, поступившись ради них собственными принципами и убеждениями. По правде говоря, это вызывало уважение к ней.

Позади нее словно тень шел надзиратель. Когда они дошли до комнаты свиданий, он неторопливо открыл дверь перед Гермионой, и тут она застыла в проходе, увидев эту самую тайную посетительницу. Конечно же, ей оказалась Нарцисса. Её изумрудная утепленная мантия и красивая соболиная шапка создавали резкий контраст с унылыми серыми стенами Азкабана. Мать Драко обернулась на звук открываемой двери и, увидев перед собой Гермиону, не меньше её самой удивилась внезапной встрече.

— Мисс Грейнджер? Не ожидала увидеть вас здесь.

— Здравствуйте, миссис Малфой, — проговорила, ощутив небывалое смятение, Гермиона. Ей вдруг нестерпимо захотелось уйти и навестить Драко позднее либо вообще в другой день, однако понимание того, как нелепо это будет смотреться, остановило Гермиону. Под внимательным взглядом миссис Малфой она сделала несколько шагов к столу, поставила пакет на пол и остановилась возле Нарциссы. Та стояла, и потому Гермиона посчитала, что садиться в таком случае будет невежливо. Она несмело подняла на Нарциссу глаза, поняв, что та рассматривает её.

— Драко не раз упоминал, что вы навещаете его, — заметила Нарцисса, на что Гермиона коротко кивнула и на выдохе негромко проговорила:

— Верно.

— Неожиданно, — с ощутимой прохладой в голосе сказала Нарцисса, и Гермиона слегка поёжилась. Они помолчали немного, после чего миссис Малфой продолжила, причём уже более доброжелательным тоном: — Но это хорошо, что вы составляете ему компанию. Во всяком случае, он вам всегда рад, насколько я поняла.

— Да, это так, — подтвердила Гермиона и снова посмотрела в лицо Нарциссы. Несколько секунд она раздумывала, но всё же решила спросить: — Миссис Малфой, есть успехи с возобновлением слушаний по делу вашего сына?

— Да, — кивнула та, заметно оживившись. — Новое слушание назначили на десятое апреля. Хочется надеяться на лучшее.

— Конечно, — Гермиона постаралась улыбнуться ей.

В этот момент вторая дверь открылась, и к ним вошёл Драко. Не заметив поначалу, что в комнате находятся сразу две его неизменных посетительницы, он сделал пару шагов и, только подняв голову, поражённый замер на месте. В чувство его вскоре привел сильный толчок в плечо.

— Двадцать минут! — как и всегда, огласил надзиратель, а затем вышел.

— Интересно, однако, получилось, что вы столкнулись здесь, — изумлённо проговорил Драко, на что Нарцисса хмыкнула.

— Дорогой мой, с учётом того, что только я и мисс Грейнджер тебя в основном навещаем, это должно было однажды случиться.

После этих слов она опустилась на стул. Расправив полы мантии, Нарцисса улыбнулась сыну. Гермиона присела рядом с ней. Ей было жутко неловко, что не ускользнуло от взгляда Драко. Сам он также занял место напротив них. Переводя взгляд с Гермионы на мать и обратно, он совершенно не понимал, как начать беседу, как она вообще теперь пройдёт. Тогда Нарцисса взяла инициативу в свои руки и заботливо поинтересовалась у него:

— Как ты?

— Нормально. Всё как всегда, мама, — выдавив из себя достаточно правдоподобную улыбку, ответил Драко и переглянулся на мгновение с Гермионой. Беспокоить лишний раз мать он явно не хотел, о чём и предупредил Гермиону, бросив на нее строгий взгляд. Едва заметно кивнув ему в ответ, она стала рассматривать его лицо. То же самое сейчас делала Нарцисса, которую ранили отрицательные изменения в его внешности.

— Ох, сынок, как же быстро отросли твои волосы и ногти! — не сдержавшись, посетовала она.

— Зато какой завидный у меня маникюр! — пошутил на эту тему Драко и вновь улыбнулся ей. – Твои теперь точно будут короче.

— О чём и речь, — не разделив его веселья, нахмурилась Нарцисса. — В ближайшие дни я загляну сюда и приведу тебя в порядок. Нельзя так, это слишком! — Замолчав на мгновение, она следом добавила: — Почему ты так бледен? У тебя точно всё хорошо?

— Да, мама! — с нажимом проговорил тот, всем своим видом демонстрируя, что всякие её предположения на этот счёт ошибочны. — Просто не выспался. Не зря же Азкабан зовётся тюрьмой.

— Разумеется, Драко, — закивала Нарцисса, которая, тем не менее, не особо успокоилась после его объяснений. — Кстати, тебе назначено слушание на десятое число следующего месяца.

— Что ж, будем ждать дня икс и скрещивать пальцы, — усмехнулся Драко, переглянувшийся и с матерью, и с Гермионой.

— Я наняла тебе одного из лучших адвокатов Лондона, — продолжила Нарцисса. — Он явится к тебе на днях, обсудите с ним все вопросы, — незаметно с недоверием покосившись на Гермиону, коротко сообщила она сыну, не решаясь сказать больше.

— Хорошо, пусть приходит. Так понимаю, теперь у меня появится ещё один постоянный посетитель, — взглянув на Гермиону, пошутил Драко. Не сумела на этот раз сдержать улыбки и миссис Малфой. — Как твои дела, мама? — не мог не поинтересоваться он, снова посмотрев на Нарциссу.

— У меня всё в порядке. Готовлюсь к твоему будущему слушанию, собираю необходимую информацию, а всё остальное пока подождёт. В замке всё без изменений, а гостей я не принимаю. Не до них.

— И зря, — пожал плечами Драко. — Какой тебе смысл сидеть запертой в особняке, да ещё и в одиночестве? Навестила бы кого-нибудь! У тех же Гринграссов скоро должна состояться свадьба, и на такое мероприятие тебе обязательно вышлют пригласительное письмо.

— Она была неделю назад, — снисходительно улыбнувшись уголками губ, сказала Нарцисса.

— Но ты, конечно же, отсиделась дома! — с укором заметил Драко и покачал головой. Нарцисса помрачнела, но, снова недоверчиво посмотрев на Гермиону, через десяток секунд напряжённого молчания честно призналась ему:

— Да, я предпочла побыть одна. Мне нет дела до праздничных светских мероприятий, пока вся моя семья заточена в Азкабане. Придёт время, и у нас однажды возобновятся балы, но сейчас, сын, я не хочу показушного и вынужденного веселья.

Драко глубоко вздохнул и посмотрел на стол. Он понимал настрой матери, но всё же не желал ей такой доли. Когда он поднял глаза, то поймал взгляд до сих пор молчавшей Гермионы, в лице которой промелькнуло неподдельное сожаление.

— Астории тоже подыскали жениха, — опустив голову, сухо поведала Нарцисса, боясь, что сына заденет эта новость, ведь когда-то младшую сестру Дафны пророчили ему в невесты. Но Драко только хмыкнул, а в его реакции не проступило ни капли разочарования.

— Её дело. Я понимаю её: ждать меня из Азкабана и тем более породниться с преступниками Гринграссы теперь точно не захотят.

Драко это никак не укололо. Он и сам предполагал, что этим всё закончится. По многим параметрам, начиная от благородного происхождения и заканчивая вполне красивой внешностью, она подходила для роли его будущей супруги, но не более того. Никаких сильных чувств Астория не вызывала в нём, и потому ни на мгновение огорчаться из-за этой потери он не собирался. К тому же не так давно он неожиданно для себя понял, что ему стала симпатична совершенно другая девушка… Та самая, что сидела сейчас напротив него, не смея вмешиваться в их с матерью разговор.

— Кто хоть породнился с Гринграссами? — поинтересовался он.

— Дафна вышла замуж за потомственного банкира из Шотландии. Этот юноша старше её почти на пять лет. А что касается Астории — ей в женихи был выбран друг мужа Дафны, семейство которого занимается скупкой и перепродажей антиквариата. Его род тоже довольно обеспечен и знатен.

— Что тут скажешь, я рад за них. Стоящие партии, — откинувшись на спинку стула и несильно всплеснув руками, подвёл итог Драко. Нарцисса натянуто улыбнулась, всё ещё будучи уверенной, что это известие в некой мере травмирует его. — Как отец? В последнее время почти не вижу его, — решил сменить тему Драко.

— Насколько мне известно, с ним всё хорошо. К нему я тоже сегодня зайду. — Нарцисса перевела взгляд с продолжающей хранить молчание Гермионы на сына и, слегка улыбнувшись, поднялась с места. — Что ж, оставлю вам немного времени на приватную беседу.

— Не спешите, вам намного важней пообщаться с сыном… — с удивлением посмотрев на неё, вежливо начала Гермиона, но Нарцисса приподняла ладонь и жестом останавила её речь.

— Нет-нет, мисс Грейнджер, пообщайтесь. Драко я навещу на днях: надо же привести его внешний вид в порядок. Так что не буду вам мешать. К тому же у меня есть и другие дела.

Драко встал со стула и поцеловал протянутую руку матери. Сразу после этого Нарцисса удалилась, кивнув ему напоследок. Сделав глубокий вдох, Драко опустился на прежнее место и перевел всё своё внимание на Гермиону. Несмотря на то, что она была в курсе его проблем, он старательно продолжал играть на публику. Однако его усердные попытки внешне скрыть правду только сильней расстраивали её, ведь он совершенно не был искренен, в том числе и с ней.

— Не удалось нам сегодня толком пообщаться, — с едва уловимой досадой произнёс Драко. Грустно улыбнувшись, Гермиона с участием сказала:

— Ничего страшного! Миссис Малфой беспокоится за тебя, так что беседа родных людей намного важней. Наша же подождёт. Как ты? Удаётся справляться с натиском дементора? Я так надеялась, что он оставит тебя в покое.

— Если бы! Относительно выходит справляться: подстроился под это, пришлось свыкнуться и смириться…

— Но? — почуяв, что он недоговаривает, стала выпытывать обеспокоенная Гермиона.

— Но это слишком сложно, и меня такое противостояние, если честно, безумно выматывает, — с неохотой признался Драко, наконец скинувший маску улыбчивости, на смену которой пришло довольно кислое выражение лица.

— Драко, быть может, уже совсем скоро ты выйдешь отсюда, и всё обойдётся. Верь в это! — с надеждой в голосе проговорила Гермиона, но он только невесело покачал головой.

— Одной надежды мало, Гермиона. Просто верить… — Посмотрев на свои ногти, Драко ненадолго замолчал, но немного погодя договорил: — Не хочу зазря тешить себя пустой надеждой, ведь высока вероятность того, что здесь я застряну ещё как минимум на три года. Да и это произойдёт только в том случае, если меня решат выпустить досрочно за хорошее поведение.

Подавшись вперёд и через стол притянувшись немного ближе, Гермиона в знак поддержки накрыла его правую руку своей. Их взгляды встретились.

— Как твои дела? Что в твоей жизни интересного происходит? — спросил Драко, на что Гермиона пожала плечами.

— Всё как всегда: с головой погружена в учёбу, дни пролетают в стенах академии, в общежитии и в библиотеке. Особо и нечего пока рассказывать.

Не успела она договорить, как дверь позади Драко открылась, и в проходе появился надзиратель, одним своим видом напомнивший, что время встречи истекло. Под конец ощутив чувство неловкости даже из-за такого малейшего физического контакта, Гермиона поспешила убрать руку: её вдруг накрыло ощущение, словно их застукали за чем-то личным. Она поднялась на ноги и протянула тюремщику пакет. Конечно же, Драко обратил на него внимание, но на этот раз не стал отпускать своих шуток.

— Там следующая книга из серии приключений Шерлока Холмса и две порции пирожков, а также тыквенный сок, — мельком взглянув на тюремщика, сообщила она. Гермиона прекрасно помнила, что, если она действительно желает накормить Драко, одной порции будет мало, ведь ради возможности пронести с собой книги ему необходимо чем-то умаслить надзирателя. Благодарно кивнув, Драко негромко сказал:

— Спасибо, Гермиона.

Несмело, пока он не направился к выходу, Гермиона подошла к нему и спросила:

— Давай я буду навещать тебя чаще или приду ещё раз на днях. Тебе и так здесь тяжко, так хоть…

— Не нужно, — тут же оборвал Драко, чем удивил её. Гермиона моментально пожалела, что вообще затронула эту тему, потому как создалось противное впечатление, будто она навязывалась. Но Драко понял её смятение и поспешил разъяснить ситуацию, да только не успел.

— Время вышло. На выход, Малфой! — грубо скомандовал надзиратель, напоминая о себе.

— Одну минуту! — немного громче ответил Драко, с плохо скрываемым раздражением посмотрев на него. — Пожалуйста! — добавил он, и, с неудовлетворением поджав губы, тюремщик кивнул ему, давая своё разрешение. Обернувшись к Гермионе, Драко заговорил, но так тихо, чтобы только она одна могла слышать его: — Я был бы рад видеть тебя хоть каждый день, но новостей сейчас действительно нет, а мусолить тему с судом мне хотелось бы меньше всего. Да и, — с огромной неохотой признался он, — мне с трудом теперь даётся демонстрировать в стенах этой комнаты выносливость и стойкость. Из-за дементора я уже не тот…

— Так не нужно притворяться, якобы у тебя всё хорошо. Будь самим собой! — с воодушевлением шепнула Гермиона, но Драко отрицательно мотнул головой.

— И позориться перед тобой? Я так не умею и не хочу. Я такой, какой есть, и это как раз я настоящий: тот, кто презирает жалость и не любит выставлять наружу свои слабости. Так что, пожалуйста, не требуй от меня обратного! За последние годы жизнь отучила меня от этого, а за минувшие месяцы — подавно, — горько усмехнулся Драко. На секунду Гермионе показалось, что такую позицию он занял ещё и потому, что она всё больше становилась ему уже не просто другом. Но она поспешно прогнала эти мысли, которые по-прежнему продолжали казаться ей нелепыми, даже невозможными.

— Ты уверен, что мне действительно не следует приходить раньше, чем через месяц? — уже спокойнее, без былого напора уточнила она.

— Да. Извини, — прервав зрительный контакт, упрямо сказал Драко.

Хотя он и ответил на её предложение отказом, Гермионе стало намного легче после его слов. Она приняла его позицию, хоть и не желала этого.

— И всё же мне хочется верить, что следующая наша встреча, которая состоится после слушания, пройдёт уже не в стенах Азкабана, — мягко произнёс Драко, а затем шумно выдохнул и взглянул сначала на надзирателя, а после и на дверь, за которой ему, так или иначе, предстояло скрыться. — До следующего пятнадцатого числа, Гермиона.

— Удачи тебе, Драко!

Он поспешно последовал за тюремщиком, и уже вскоре Гермиона осталась одна. Она смотрела на закрывшуюся за ними дверь, и из её груди невольно вырвалось: «И да поможет тебе Мерлин!». Она всей душой желала, чтобы мучения Драко как можно скорее закончились. Наблюдать, как он страдал здесь, даже ей было невыносимо, но помочь ему она никак не могла — это было выше её сил. Оставалось разве что считать дни и терпеливо, с неугасающей надеждой ждать нового судебного разбирательства, а вместе с ним — вердикта злосчастного суда…



Глава 11


Согласно сложившейся традиции пятнадцатого числа нового месяца Гермиона сидела в комнате для свиданий и ожидала прихода Драко. Но сегодня всё было иначе: её волнение было безудержным, во всей ее позе сквозило нетерпение. Сегодня её не волновали ни его колкие шутки, ни придирки по поводу рисунков на пакетах, ни мнение о выборе наряда или же его точка зрения о её жизненной позиции, в чём они не сошлись. Всё это было уже настолько неважно, ведь новое судебное слушание не принесло желанного освобождения, но все же срок был изменен — до трех лет без права досрочного освобождения. Узнав обо всём из местных газет, которые пестрили заголовками и длинными размашистыми статьями об этой новости, Гермиона сильно расстроилась и даже ощутила настоящую горечь за его плачевную участь. Драко отбыл в Азкабане целый год, уже познал все «прелести» этого сурового места и выучил урок из былого проступка, совершённого далеко не по своему желанию. Но, даже несмотря на это, Визенгамот не был к нему благосклонен. Несказанно поразил всех тот факт, что знаменитая журналистка и любительница скандальных статей Рита Скитер встала в этой истории далеко не на сторону судей, а наоборот создала разгромную статью, где расписала былые прецеденты таких же предвзятых вынесенных решений. Что именно пошло не так, и почему адвокат не сумел вытащить Драко из тюрьмы — пока оставалось для Гермионы загадкой. Больше всего ей хотелось навестить новоявленного друга в тот же день, вот только Гермиона понимала, что, кроме ненавистной ему жалости, ничего другого Драко от неё не увидит. Потому она приняла решение не травить ему лишний раз душу, а дождаться привычной для них даты, чтобы успокоиться самой.

Наконец-то дверь распахнулась, и в комнату быстро вошёл Драко. Он сел на стул, и Гермиона смогла хорошо его рассмотреть. Ужас охватил все ее существо: его кожа была неестественно бледной и имела серый оттенок, а сам он сделался ещё более худощавым, словно из него выжали все соки. Даже его облагороженный заботливой Нарциссой внешний вид отходил на второй план и не мог перекрыть той изнурённости и безжизненности, которая по вине дементоров стала его нормальным и обыденным состоянием.

— Двадцать минут.

Слова тюремщика за минувший год стали настолько привычными, что Драко и Гермиона не обратили на них совершенно никакого внимания. Подняв глаза на свою посетительницу, Драко негромко поприветствовал её, а затем уставился отрешённым взглядом на стол, словно заставляя себя собраться с силами.

— Привет, — также негромко ответила Гермиона, ощутив вдруг, что от одного только его вида, такого разбитого и измученного, в горле встал ком. — Как ты? — несмело спросила она и тут почувствовала, что ей стало уже не просто не по себе: на глаза наворачивались слёзы.

— Не очень, — признался Драко и сразу же строго посмотрел на неё. — Гермиона Грейнджер, чёрт тебя возьми, не смей реветь!

— Не буду, — пообещала она, хотя это далось Гермионе с трудом, ведь всё это время Драко сверлил её внимательным, требовательным взглядом. Сглотнув ставший в горле ком, она сделала глубокий вдох и продолжила нарочито спокойным тоном, на который только была способна: — Вы будете подавать апелляцию?

— Мать планирует, а я не особо хочу. Толку с этого? Только лишняя нервотрепка! — дёрнул плечами Драко.

— Зачем ты так? Не теряй надежду. Минус два года — это уже маленькая победа! Давай надеяться на лучшее…

— Попробуй! — перебив её, разозлено процедил Драко, что немало смутило отвыкшую от такого его тона Гермиону. — Вот только, даже если мне вдруг вычтут ещё год, я всё равно вскоре загнусь тут и слечу с катушек раньше, чем покину Азкабан. Эта тварь за какой-то месяц иссушила меня, да так, что я сам на себя перестал походить. О том, что дементор сотворит со мной ещё через год, вернее, что от меня останется, я даже думать не хочу!

Не найдя, что ответить, Гермиона только опустила глаза на его худощавые кисти рук, ощутив, до какой степени ей было жаль Драко. Увы, те четыре дня, что она заставляла себя продержаться вдали от него, не сыграли роли: скрыть настоящие эмоции она так и не сумела. Казалось, словно даже из неё сейчас выкачали всю радость — всё то светлое и позитивное, что некогда жило в Гермионе.

— Извини, — вдруг произнёс Драко. — Я не хочу показаться какой-то размазнёй. Просто это… — он запнулся и облизал пересохшие губы. — Это невыносимо. Не зря все так боятся Азкабана и всеми силами стараются избежать заточения здесь. Если дементор где-то вдали от тебя, на расстоянии, то тут ещё можно как-то находиться и выживать, но если он появится поблизости…

— Я понимаю, — стоило ему замолчать, закивала Гермиона. — Не утруждай себя объяснениями! Я же вижу, что ты практически без сил.

Драко отвел взгляд. Он искренне сожалел, что не был в состоянии казаться в её глазах более стойким и выносливым. Даже создавать видимость, что с ним всё в порядке, у Драко сегодня не выходило.

— Расскажи, пожалуйста, почему с решением суда всё так вышло? Почему они так мало внимания уделили показаниям мадам Розмерты? Она же…

— Да потому, что она не слишком-то и старалась, — невесело усмехнулся перебивший Гермиону Драко. — Да, она дала показания в мою пользу, вот только искренности в её словах судьи не услышали. Мадам Розмерта по сей день считает мой поступок вопиющим: никто и никогда не творил с ней такого. Поэтому она лишь сухо выполнила данное Поттеру обещание, явившись и озвучив то, о чём её просили. Да только не так, как было необходимо! Играть на публику она не стала.

Шумно выдохнув, Гермиона расстроено посмотрела в его лицо, в то время как Драко, в свою очередь, старательно начал избегать ее взгляда.

— Знаешь, — снова начал он, задумчиво взглянув на её аккуратно накрашенные ноготки, что прежде было так нетипично для Гермионы, которую он знал годами. Жаль, что эта маленькая победа над её прежним стилем ввиду последних событий стала слишком малозначимой. — Отчасти я понимаю её. Но, гиппогриф эту женщину задери, она была моей последней надеждой! А теперь верить не во что.

Всё же заглянув в потускневшие глаза Гермионы, он снова поспешно опустил голову, стыдясь своей слабости. Гермиона накрыла ладонью руку Драко, от души желая поддержать его.

— Давай переведём тему. Не хочу больше об этом говорить и вспоминать! Пустое это всё.

— А у меня всё как всегда, — слегка потерянно начала тогда Гермиона. — Учусь, познаю юриспруденцию. На днях провела второе собрание для эльфов. Правда, они опять не стали меня слушать, — говоря это, Гермиона поджала губы, уже готовясь отбиваться от его саркастичных и прямолинейных нападок.

— Я говорил тебе, что это непродуктивная задумка, но ты упрямая, — несмотря на её опасения, равнодушно и спокойно прокомментировал её рассказ Драко. — Что ж, твоё дело.

— Ты даже не улыбнулся или не ухмыльнулся в своей манере! — с грустью подметила Гермиона, которой хотелось взвыть от одного только вида совершенно разбитого Драко. Но, увидев укор в серых глазах, она постаралась снова сменить тему разговора, хотя сделала она это через силу, ведь все её безрадостные мысли были связаны с ним одним. — Мои родители недавно улетели на море в Испанию. Хотя пляжный сезон ещё не наступил, они так устали от работы, что решили позволить себе внеплановый отпуск, — рассказывая это, она легонько улыбнулась. — А Гарри и Джинни теперь помолвлены! Они решили сыграть свадьбу в июле.

Драко бесстрастно выслушал её и коротко кивнул, а затем, хотя, как ей показалось, он сделал это вынуждено, чтобы поддержать разговор, сказал:

— Молодцы. Так чую, об этой новости вскоре будут кричать все заголовки газет и журналов магического мира!

— Это уж точно, — всё же усмехнулась Гермиона. — В покое журналисты их теперь не оставят! С одной стороны, я очень рада за ребят, но с другой — Гарри и Джинни отныне ждёт испытание ещё большей славой и излишним вниманием фанатов спасителя магического мира. Хорошо хоть, что меня они не слишком преследуют, да и, подолгу пропадая в стенах академии, я практически полностью лишила репортёров и поклонников возможности связаться со мной. А пробираться в здание образовательного учреждения они не рискуют, — довольно рассказала она. — Да и поводов говорить обо мне, по сути, нет: я же веду довольно тихую, затворническую жизнь.

— И даже не стремишься разнообразить серые будни и выбраться на какой-нибудь концерт, — напомнил ей Драко, хотя по интонации его голоса было заметно, что, сдавшись со своими попытками отправить Гермиону на какое-либо мероприятие, он уже не раздражался её упрямству.

— Я схожу, точно схожу! Возможно даже уже этим летом, но не сейчас: скоро сессия и у меня много домашних заданий, приходится учить большие объёмы текста и подолгу сидеть над рефератами. Мне не до того, — объяснилась Гермиона. Драко недоверчиво хмыкнул, слегка наклонил голову набок и стал рассматривать её. Взгляд скользнул по её новому кораллового цвета платью.

— Красивое платье, приталенное, подчёркивает фигуру. Да и этот цвет тебе к лицу, — вдруг дал он оценку её обновке. Заулыбавшаяся Гермиона заглянула в его глаза и заметила, что Драко словно бы вынуждал себя ни на мгновение не позволять себе испытать чувство радости, хотя оно пошло бы ему на пользу. Зачем он это делал, она пока не решилась спросить.

— Спасибо, — ответила Гермиона и убрала свою руку с его, ощутив, что ей стало неловко. — Я забыла захватить с собой новую книгу, — виновато сообщила она, снова пытаясь разнообразить их диалог.

— Ничего, — Драко пожал плечами. — Не нужно пока никаких новых книг! Они дарят слишком много свежих эмоций, и нередко позитивных.

— Ты до такой степени теперь боишься их? Поэтому усиленно сдерживаешься даже от простой улыбки? — догадалась Гермиона.

— Да, — неохотно признался Драко. — Всё хорошее, что я испытываю, дементор забирает, вытягивает это из меня без остатка, а это очень мучительно. Куда проще совсем не испытывать положительные эмоции, и тогда ему нечего будет брать. В последнее время я часто перечитываю старые книги: они не дают столько ощущений, как при первом прочтении, но хотя бы отвлекают. Не зря я оставил их.

— Пусть пробудут у тебя, сколько тебе нужно! Если хочешь, можешь насовсем их забрать. Мне они всё равно не понадобятся, — предложила Гермиона, но он качнул головой.

— Нет, я верну их потом. Но сейчас в их компании хотя бы не схожу с ума.

Гермиона отлично понимала его терзания, словно бы это была её собственная тяжкая ноша, либо ей доводилось проходить через нечто подобное. Судорожно втянув ртом воздух, она отвела от Драко взгляд, ощутив, как подступили предательские горькие слёзы.

— Грейнджер, чёрт тебя подери! — нахмурившись, прикрикнул Драко, заметив это изменение в её помрачневшем лице.

— Прости… — прошептала Гермиона, которая ничего не могла с собой поделать.

— Прекрати уже демонстрировать мне жалость! Я не хочу её видеть! Самому от себя тошно, так ещё ты нюни распустила, — с крайним раздражением проговорил Драко, едва не плюясь.

— Извини меня! Просто мне так хотелось бы тебе помочь, хоть чем-то, — честно сказала она, быстро моргая, чтобы согнать слезинки с влажных глаз.

— Ну-у, — протянул Драко, с хитринкой посмотрев на неё. — Кое-чем ты вполне можешь помочь.

— Чем? — тут же оживилась Гермиона. Её взгляд стал серьёзным, а сама она сделалась максимально сосредоточенной.

— Вот только боюсь, толком не успеем ничего — время-то на исходе! — встревожено взглянув на дверь, за которой находился надзиратель, начал Драко, а затем обернулся к Гермионе и торопливо, заговорческим тоном проговорил: — Но ты пока раздевайся, может что-то и получится.

— Малфой! — ошарашено уставившись на него, выкрикнула Гермиона, не просто ощутив, но полноценно осознав, насколько её смутили его слова, и как сильно раскраснелись щёки. — Да ты… — задыхаясь от возмущения, вспылила она. Не выдержав, впервые за этот день Драко в голос рассмеялся.

— Ну хоть опечаленное выражение пропало с твоего лица, — сквозь смех, от которого он так усиленно старался уйти, проговорил Драко.

— Да иди ты! — отвернувшись и уставившись куда-то на стену, со злостью выпалила Гермиона. — Нашёлся, блин.

— Время вышло! — В этот момент дверь открылась, и в проходе появился тюремщик.

— Говорю же, не успели бы, — шепнул ей Драко, после чего поднялся на ноги.

Покачав головой, Гермиона смущённо посмотрела на надзирателя, хотя тому не было ровным счётом никакого дела до того, что творилось в этой комнате. Если, конечно, здесь никто и никого не убивал. Тогда она встала и передала ему пакет.

— С утятами! Мерлин! Ну, они у тебя все как на подбор, — закатив глаза, загробным голосом вымолвил Драко, заметивший на нём рисунок.

— Извини, господин придирчивый, но искать другие не было возможности!

Хмыкнув, Драко скрестил руки на груди и покачал головой, всем своим видом говоря, какая же она чудачка. Хоть в чём-то, но настоящая чудачка!

— Там два пирога с корицей и вишнёвый компот, — постаравшись прийти в себя и хотя бы напоследок не выплёскивать неуместных эмоций, сообщила Гермиона. Драко благодарно кивнул ей.

— Спасибо тебе.

— До встречи, Драко, — она почти искренне улыбнулась ему.

— До пятнадцатого мая, Гермиона.

Драко ушёл, как и последовавший за ним по пятам надзиратель, а Гермиона осталась одна. Застегнув молнию на тонкой куртке и бросив мимолётный взгляд на модные замшевые сапожки, которые она в кои-то веки купила, решив побаловать себя, Гермиона шумно выдохнула и поспешила на выход. Больше всего ей хотелось помочь Драко, но всё было тщетно… В голове прокручивались сотни возможных вариантов, и тут на Гермиону внезапно нашло озарение. Только слово Гарри — героя магического мира и победителя самого Волдеморта — могло иметь силу для Визенгамота и целого Министерства магии. Застыв возле двери, за ручку которой она уже взялась, Гермиона вдруг поняла, что знает, что нужно делать: попросить Гарри лично выступить на следующем суде! После этого скандала, когда многие журналисты обругали судейскую коллегию, если он тоже во всеуслышание выскажется решительно против несправедливого приговора, к нему прислушаются. Она знала своего лучшего друга — он сделает это! Осталось только подключить Гарри к своему плану.

Облегченно вздохнув, Гермиона поспешила на выход, подумав о том, что все остальные дела подождут. Главной задачей для неё сегодня будет навестить Гарри Поттера.



Глава 12


Сидя на своём обычном месте, Гермиона с трепетом и страхом ожидала Драко. Он задерживался минут на десять. Гермиона понимала, что он будет далеко не в лучшей форме, но больше всего ей хотелось, чтобы каким-то чудом он сумел стать прежним улыбчивым парнем, которого она открыла для себя в Драко Малфое. Почти год она неизменно навещала его, и нередко их общение было настоящей отрадой для обоих. Теперь же ей стоило немалых усилий, чтобы не расплакаться от одного только вида измученного и морально убитого Драко! До чего же внезапным стало их сближение, ведь, кажется, ещё совсем недавно они были врагами и соперниками, и она переживала за то, что впервые решила проведать его — того, кто навряд ли будет в восторге от её появления. Теперь же её посещения стали обыденностью, неизменным ежемесячным занятием, которому Гермиона не смела изменить. Да и не хотела, ведь каждый раз ощущала приятное волнение. Всё в их общении было до безобразия приятным и прекрасным, пока подле камеры Драко не поселился дементор… Из-за него все их последние долгожданные встречи стали совершенно иными: безрадостными, блеклыми и серыми, а в чём-то даже трагичными. Хотелось скрасить будни Драко, посмеяться вместе с ним, пошутить и найти сотню поводов улыбнуться, но вместо этого сильно огорчённая Гермиона всё последнее время настраивала себя на то, чтобы держаться стойко и отстранённо, а также не действовать Драко лишний раз на нервы своей нескончаемой жалостью.

В который раз подумав о том, как сурово Азкабан терзает и мучает людей, она с тревогой и, одновременно с тем, с внутренним ликованием за то, что они наконец увидятся, подняла глаза на открывшуюся дверь. Но стоило Гермионе увидеть Драко, как она изменилась в лице. Он снова не задержался в дверном проёме, как когда-то раньше, а сразу прошёл и плюхнулся на стул. Причем сделал это так, словно даже такое простое действие отныне являлось для него непосильной задачей. Хуже всего было то, что это являлось правдой. Нарцисса следила за внешним видом сына даже в стенах Азкабана, но теперь все эти приятные изменения в облике Драко терялись на фоне того, что он был уже не просто бледен — его кожа вовсе сделалась серой, как у мертвеца, а сам он был иссохшим и болезненным. Под впалыми глазами залегли фиолетового оттенка мешки, отчего даже смотреть на него было больно и страшно. И именно это Драко прочёл в лице Гермионы, стоило ему поднять на неё взгляд.

— Гермиона, вздумаешь разреветься — предупреждаю сразу: я уйду и больше на встречу с тобой не выйду! — опередив собиравшегося заговорить надзирателя, строго сказал Драко, на что Гермиона кивнула и через силу негромко произнесла: «Хорошо». Несмотря на жуткое бессилие, проявить здесь бойкую настойчивость у него хватило запала.

— У вас двадцать минут, — сразу после него равнодушно огласил тюремщик, а затем оставил их. Бросив взгляд на закрывшуюся за ним дверь, Гермиона несмело посмотрела на Драко, который пристально наблюдал за ней. Опередив уже её, он сходу нервным голосом ответил на неизменный вопрос, который Гермиона каждый раз задавала ему:

— И нет, мои дела, да и я сам — не слишком хорошо, и это бросается в глаза. Но давай не будем это обсуждать!

— Я поняла тебя, — пообещала Гермиона и проглотила образовавшийся ком в горле. От небывалого напряжения она ёрзала на стуле. Сильное раздражение у Драко сейчас не просто ощущалось, но даже бросалось в глаза, а видеть его в таком состоянии ей прежде ещё не доводилось. — Что со слушанием?

— Его назначили на четырнадцатое июня. Да только будет ли с этого прок? — скептически заметил Драко, и по интонации его голоса было хорошо заметно, что сам он с трудом верит в благополучный исход дела.

— Хочется верить, что да, — улыбнувшись, прокомментировала Гермиона, однако Драко поджал губы.

— Я в курсе, что ты подключила к этому Поттера. Мой новый адвокат сообщил мне об этом. Сам бы герой магического мира навряд ли ринулся оказывать мне помощь и поддержку, — прямо высказался он, добавив под конец: — Не умеешь ты сдаваться.

— Я гриффиндорка, мне не положено, — снова тепло улыбнулась Гермиона. Её лицо засветилось, в нём читались участие к его беде и искренность, но вместо какого-либо ответа Драко только довольно безэмоционально усмехнулся. На наполненную благодарностью улыбку у него не нашлось сил, но Гермиона всё поняла. Его реакция не требовала для неё разъяснений, и потому она спокойно продолжила: — Он обещал помочь, и Гарри сдержит своё слово. Я знаю его!

— Ну, была не была, — пожав плечами, сухо проговорил Драко, который окончательно отказался от какой-либо веры в лучшую для него долю. — Что в твоей жизни творится? Уже сдаёшь экзамены, или они начнутся у тебя немного позже? — намеренно решил он сменить тему разговора.

— Они начнутся только через две недели, а пока я готовлюсь к…

— И по десять раз повторяешь то, что уже знаешь назубок лучше любого другого студента, — только сейчас по-доброму усмехнувшись, сказал перебивший её Драко. Пусть через силу, но он всё-таки заставил себя поддержать желанную для Гермионы иллюзию, якобы у него всё не так уж паршиво, как кажется на первый взгляд.

— Повторить не помешает, — мягко ответила Гермиона. Тем не менее, она начала нервно покусывать губы и вглядываться в его глаза, словно бы ища в них ответ на вопрос: «А искренен ли ты со мной? Хотя бы на мгновение?».

— Красивый костюм. Почаще его надевай, — окинув её наряд не менее внимательным взглядом, заметил Драко, и этим комментарием слегка смутил Гермиону. На этот раз на ней был брючный костюм насыщенного лимонного цвета, который очень ей шёл. Он был довольно модным, броским, но в то же время изысканным, а вкупе с её ярко накрашенными губами и распущенными накрученными волосами создавал довольно приятный взору образ. — А вот на следующую встречу надень синее платье, но только лёгкое по своему фасону.

— Ты мне ещё будешь запросы оставлять? — с хитринкой сказала Гермиона, у которой не вышло сдержать смеха. — Опять ты за своё!

— Ну должен же я себя хоть чем-то развлекать. А так хоть стилистом побуду… Немножко, — всё же выдавил из себя улыбку Драко, в то время как Гермиону его ответ от души посмешил.

— Только у тебя может хватать наглости диктовать девушке, во что ей одеваться! — в шутливо-возмущённой форме проговорила она, всплеснув руками. — Ну разве нельзя быть хоть чуточку более сдержанным и тактичным джентльменом?

— Я слизеринец, мне тоже не положено, — в тон ей ответил Драко, на что Гермиона цокнула языком. — Помни об этом.

— Да уж, ты точно не позволишь об этом забыть!

Шумно выдохнув, Гермиона одарила его лучезарным взглядом. После, немного замявшись, она с некой неуверенностью открыла рот, но, так ничего и не сказав, потупила голову.

— И что же этакого ты хочешь рассказать мне, что никак не можешь решиться? — прищурившись, с проснувшимся интересом спросил Драко. И снова он пытался играть бодрого собеседника.

— Я всё же… — Гермиона быстро запнулась и потупила голову, ненадолго замолкнув и вдобавок ко всему закусив губу. Однако, спустя какое-то время заметив, как вопросительно изогнулись брови Драко, продолжила: — Я всерьёз решила сделать защиту прав и свобод эльфов своей второстепенной задачей, — на одном дыхании с трудом закончила она.

С десяток секунд в комнате было тихо, но после заметно удивлённый её словами Драко хмыкнул. И, заметив немой вопрос в его слегка вытянувшемся лице, Гермиона всё же решила рассказать, почему поступилась своими принципами:

— Я провела уже третье собрание, созвала их, подготовила хорошо продуманную речь, подкреплённую множеством фактов и здравых идей, а явилось только пятеро домовых эльфов, да и те ушли через десять минут… — Было заметно, что ей было обидно за то, что её старания и благие деяния пошли прахом. Гермиона была опечалена, но утешить её в должной мере Драко не мог, потому как изначально не поддерживал эту неразумную и сомнительную затею. — Устроила четвёртое собрание, повесила объявление на двери паба, но на него никто не захотел прийти, а сам буклет вскоре сорвали и выбросили в стоявшую рядом урну. Никому это оказалось не нужно.

— Произносить фразу: «Я же говорил!» — не стану, — начал Драко, всё-таки накрыв её руку своей и поглаживая большим пальцем. — Потому скажу просто: ты приняла верное решение. При таком раскладе ты не оставишь своё излюбленное дело, но и не убьёшь впустую годы жизни. Так что умница, Гермиона! Ты всё правильно сделала. Надеюсь, со временем ты поймёшь это.

— Может так оно и случится, а может и нет, — негромко произнесла та, устремив взгляд на его совсем бледную руку. Они снова некоторое время помолчали, а после Гермиона заговорила, изо всех сил стараясь не выказывать Драко ненавистных ему эмоций. — Неужели этот дементор так сильно извёл тебя? Ведь ещё месяц назад всё было не так плохо.

Хмыкнув, Драко вышел из мрачной задумчивости и поднял на неё глаза.

— Дело не в нём одном, а в том, что у этой твари появилась тесная компания. Вблизи моей камеры нашёл себе пристанище уже второй дементор, причём тоже молодой и до крайности голодный. Прежде я думал, что тот первый является моим худшим кошмаром, но, как оказалось, это были ещё цветочки. С позапрошлой недели всё стало гораздо хуже! — отпустив её руку, Драко откинулся на спинку стула и болезненно поморщился.

— Говорят, самая тёмная ночь перед рассветом, — с надеждой в голосе сказала Гермиона, но он никак не отреагировал на её слова. — Может, мне тоже явиться на суд… — задумчиво проговорила она после ещё одной недолгой паузы.

— Если только заранее запасёшься тонной платочков, — съёрничал Драко. — Да брось ты! Там и Поттера будет предостаточно. К тому же многим известно, что наши с ним взаимоотношения далеко не дружеские, потому его слово станет весомей, а вот на твоё могут посмотреть сквозь пальцы.

Задумавшись над его словами, Гермиона бесцельно взглянула на поверхность стола, в то время как Драко продолжил:

— Гермиона, занимайся лучше учёбой. Ты и так немало сделала для меня. Выше головы, к сожалению, при всём желании не прыгнешь.

— К сожалению, — тихо вторила она, и их взгляды встретились.

Около минуты Драко и Гермиона просто смотрели друг на друга. Она отзывчиво и с теплом, он — с благодарностью. Драко и сам не заметил того момента, когда вдруг принялся любоваться ею. Гермиона была сегодня хороша как никогда, только былого блеска в карих глазах он не заметил. Огорчение и сильное переживание за его же дальнейшую судьбу — вот что терзало ее уже несколько месяцев. Гермиона не сразу заметила, как он глядит на неё. А когда обратила на это внимание — моментально зарделась и смущённо опустила глаза. Она не смогла бы объяснить, что в его выразительном взгляде было такого, что заставляло её краснеть. Скорее всего то, что он смотрел на неё не просто как на собеседницу или друга… А с живым интересом и уже как на небезразличную ему девушку, что было ужасно непривычно, хотя, по совести говоря, приятно и весьма волнующе для Гермионы.

— Если не выйду отсюда, а оно так, скорее всего, и будет, тогда всё же приноси следующую часть из серии приключений Шерлока Холмса. Эта история и впрямь захватила меня с головой, да и книги пришлись как нельзя кстати: разбавили красками моё мрачное существование, — кашлянув в кулак, попытался разрядить обстановку Драко.

— Но ведь она породит новые эмоции! — напомнила Гермиона, с нескрываемым страхом посмотрев в его лицо.

— Знаешь, хуже уже не станет, — почти шёпотом произнёс Драко и невесело усмехнулся. — От прямого воздействия этих тварей быстро не окочуриваются, зато подолгу мучаются. Так что терять мне больше нечего.

— Драко! — с укором проговорила Гермиона и с некой мольбой во взгляде закачала головой. Но тут дверь открылась, и в комнату вошёл надзиратель.

— Время вышло.

Поднявшись с места, Гермиона передала тому пакет с изображением на нём котят. Точно такой же она приносила Драко, когда впервые пришла его навестить. Просто других в товарной лавке сегодня не было, но она не особо заморачивалась на этот счёт. В отличие от Драко...

— Ну ты и мастер их подбирать!

— Бери, что дают! — фыркнула Гермиона, что заставило его криво усмехнуться. — Там пирог с яблоком, творожный пудинг и апельсиновый сок.

— Откормить решила? Хотя это неудивительно.

— Угощайся, — только и ответила Гермиона, а затем пристально посмотрела в серые глаза, словно пытаясь одним взглядом передать ему свою искреннюю надежду на лучшее. — Удачи тебе! И да поможет тебе Мерлин.

— Спасибо, — кивнул ей Драко, став серьёзным. — До встречи, Гермиона!

— До новой встречи.

Надзиратель вывел Драко, а Гермиона, как и всегда, осталась наедине с голыми и пустыми серыми стенами, от которых исходил хорошо ощутимый, неестественно жуткий холод. Она сделала несколько глубоких, судорожных вздохов, а после зажмурила глаза. Ничто больше не было так важно, как освобождение Драко из этого ужасного места, и оттого в голове билась настойчивая мысль, с которой Гермиона не желала в ближайшие недели расставаться. Она была простой, но очень верной и искренней: «Святой Мерлин, помоги ему! Пожалуйста, помоги!»…



Глава 13


Проснувшись рано утром, Гермиона не могла найти себе места. Ещё прошлым вечером она была вся как на иголках. Причина тому была серьёзная: вчера состоялось повторное судебное слушание по делу Драко Малфоя. А как и чем оно закончилось — Гермиона не имела ни малейшего представления. От Гарри вестей не было, а газеты доставляли только в девять часов утра, тогда как сейчас стрелки показывали всего восемь. Спала Гермиона сегодня отвратительно, ведь сильные переживания не давали покоя даже во сне. Конечно, Гермиона смело могла бы отправиться на это слушание, вот только оно проводилось строго в закрытом режиме, что немало огорчало её. Почти полчаса она металась из угла в угол, что не ускользнуло от внимания её соседок по комнате. Однако они знали о причине её волнений и потому не задавали никаких вопросов: не выдержав, накануне она поделилась с ними и всё рассказала о Драко Малфое и их тайной дружбе. Больше всего Гермиона мысленно ругала Гарри, который не счёл нужным даже прислать ей сову с парой строк, черкнув в них главное. Но, с другой стороны, действительно ругать его она не смела, потому как Гарри уже сделал немало и, вполне возможно, что попал вчера домой довольно поздно и порядком измотанным, ведь слушание могло сильно затянуться и хорошенько потрепать всех присутствующих на нём. Она искренне хотела верить, что Драко уже оказался дома, наконец-то нормально выспался и снова мог улыбаться, как когда-то раньше… Даже если он больше не захочет общаться с ней. Но, несмотря на этот немалозначимый для неё нюанс, Гермиона желала надеяться, что отныне у него всё будет хорошо. Если только его освободили, и он снова не мучается в четырех стенах железной камеры под натиском безжалостных дементоров.

Позабыв обо всём на свете, она нарезала круги по комнате, не спеша даже сменить халат на что-то другое. Вдруг раздался стук в дверь. Мимоходом взглянув на неё, Гермиона подумала, что это пришёл кто-то из друзей либо вовсе парней её соседок, и потому не придала этому особого значения. Окончательно она потеряла интерес к неизвестному гостю, когда одна из её соседок – Анжелика – отправилась впустить его. Однако не прошло и пары секунд, как та, лукаво улыбаясь, позвала Гермиону. Понадеявшись, что это Гарри, а не кто-то из однокурсников, которым, как всегда, требовалась её помощь, она нахмурилась и направилась к двери. Но стоило ей выглянуть, как Гермиона замерла. Перед ней стоял никто иной, как сам Драко Малфой, одетый в классический чёрный костюм и накрахмаленную белоснежную рубашку. Он снова был ухожен, как когда-то раньше, и лишь неестественная бледность лица и жуткая худоба выдавали, что ему немало пришлось пережить за этот год.

— Держи! — протянув ей синий пакетик без каких-либо изображений, произнёс он. — Долги нужно возвращать.

Широко улыбнувшись, Гермиона забрала из его рук и отставила в сторону этот самый пакет, а затем снова посмотрела на Драко. Она ощутила несравнимое облегчение от того, что всё наконец-то закончилось для него благополучно.

— И вновь передо мной всё та же Гермиона Грейнджер! — окинув беглым взглядом её внешний вид: собранные в хвост волосы, простой домашний халат и тапочки — с усмешкой сказал он.

— Нет… то есть, — зажмурив глаза, Гермиона неловко засмеялась. — Я только недавно встала и сейчас ждала доставки утренней газеты.

— Так чую, ничто иное тебя сегодня больше не интересовало.

Несмотря на это незначительное замечание, Драко отметил про себя, что в таком вот простом одеянии и без какого-либо макияжа она была очень привлекательной, но отчего-то раньше он этого не понимал и даже не видел толком.

— Именно так, — тепло улыбнулась Гермиона.

— На Поттера не злись, — вдруг сказал Драко. — Я сам подговорил его ничего тебе не писать и не сообщать, решив самолично рассказать, как всё закончилось. Ну а подробности ты узнаешь из газет — свежий выпуск «Ежедневного пророка» также в пакете. Так чую, журналисты поведают обо всём куда более красочно и подробно. Уж им-то всегда виднее, как всё прошло! — не без смеха закончил он, и Гермиона ухмыльнулась.

— Поведай сам! — попросила она его. Пожав плечами, Драко только ответил:

— А что рассказывать? Слово Поттера сыграло свою роль, а гонения Скиттер только подлили масла в огонь. Как ни крути, суд обязан быть справедливым и непредвзятым, а тут их публично уличили в обратном.

— Признайся, — стоило ему замолчать, с хитринкой прищурила глаза Гермиона, — статья ведь была заказная?

Наклонившись к её левому уху, отчего она даже вздрогнула, оказавшись настолько близко к нему, Драко еле слышно проговорил:

— Да, но не моей семьёй.

Немного отстранившись, Гермиона удивлённо посмотрела на него. Но не успела она задать соответствующий вопрос, как Драко раскрыл ей все карты:

— Это были мои друзья, которые, как оказалось, не забыли про меня. Они хотели помочь, но лезть в это публично не посмели, ведь и под них могут копнуть с плачевными последствиями. Поэтому они подкупили Скитер, ну а для неё это стало только лишним поводом написать очередную разгромную статью, на которой она, вдобавок ко всему, ещё и хорошенько заработала. Упускать случая она не стала.

Не сдержав смеха, Гермиона покачала головой.

— Знаешь, даже осуждать их не возьмусь! Они молодцы.

— Знала бы ты, как я был поражён этой новостью, когда они встретили меня возле входа в здание суда после моего освобождения и про всё рассказали. Я даже не ожидал этого. Теперь я будто увидел их другими глазами! У меня всё-таки есть друзья, причём настоящие, которые не бросят в беде, — Драко заулыбался, и Гермиона искренне порадовалась за него. — И ты у меня есть, — добавил он, и после таких слов Гермиона засмущалась ещё сильнее. — Только благодаря тебе, Гермиона, я здесь, а не в Азкабане. Я многим тебе обязан!

— Я лишь сделала то, что посчитала правильным, — мягко ответила она, на что Драко решительно покачал головой.

— Гораздо больше!

С десяток секунд они помолчали, радостно глядя друг другу в глаза, а затем Драко не без иронии произнёс:

— Ну, а теперь айда вызволять отца!

— Боюсь, что это уже не в моих силах, — со смешком ответила Гермиона.

— И даже не в силах Поттера, разумеется. Что ж, каждому своё: список «благих» дел отца, увы, в разы размашистей и длинней. Он сам себе вырыл могилу, — серьёзно сказал Драко, а затем заговорил о том, что было для него намного важнее: — Позволь поблагодарить тебя и наконец сводить в театр. Заодно хоть подарю тебе букет, как только ты подскажешь, какие твои любимые цветы. Не хочу тыкать пальцем в небо, так что приоткрой мне занавесу этой великой тайны!

— Хорошо, — с улыбкой ответила Гермиона. — Я люблю лилии.

— Неплохие цветы, приятные, — задумчиво проговорил он и следом добавил: — Букета из более чем ста штук будет достаточно?

— Перестань! — поняв, что он отнюдь не шутит, серьёзно произнесла Гермиона, которая даже перестала улыбаться. — Мне хватит и маленького скромного букета, раз хочешь сделать мне приятное.

— Боюсь, что скромность — не мой конёк! — упрямо ответил Драко, а затем нахмурился и спросил: — Ты ведь свободна сегодня, скажем, часов в шесть?

— На это время я планировала встретиться с Гарри и Джинни, но, думаю, это подождёт, — расплывшись во всё той же смущённой улыбке, сказала ему Гермиона.

— Значит, договорились. Я зайду за тобой за полчаса до начала представления, так что будь к этому времени готова. Синее платье, надеюсь, ты уже приобрела?

— А вот не скажу! Узнаешь вечером, — лукаво улыбнулась Гермиона, на что он лишь хмыкнул.

— Тогда до вечера. А пока хочу отдохнуть и набраться сил: такие мешки под глазами, боюсь, что не слишком меня красят!

Гермиона понимающе кивнула и только было хотела что-то сказать, как Драко неожиданно приблизился и чмокнул её в щёку:

— Спасибо тебе ещё раз, Гермиона! Знай, я никогда не забуду того, что ты для меня сделала, и, если ты не будешь против, постараюсь в полной мере отблагодарить тебя за твои старания, — уверенно произнёс Драко. Гермиона вдруг заметила, что он залюбовался ею, отчего что-то в животе сделало сальто. — Буду ждать вечера и новой встречи. Снова пятнадцатого числа, кстати! Очень надеюсь, что теперь мы хотя бы немного сдвинем эту дату, и наши свидания станут чаще, чем раз в месяц.

— Конечно, — только выдавила из себя окончательно залившаяся краской Гермиона.

Сразу после этих слов Драко, что было непривычно, подмигнул ей и ушёл, оставив Гермиону одну. Стоило ему скрыться из поля зрения, как она вдруг поняла, что затаила дыхание, и что ей жутко не хватает воздуха. Достав газету, она стала обмахиваться ею, стараясь перевести дух. Пару минут Гермиона пыталась осознать происходящее. До чего же радостно ей было оттого, что она сумела помочь Драко, ведь теперь он был на свободе и мог вновь спокойно жить, да к тому же горел желанием продолжить их общение. О большем — хотя его настрой на более тесные отношения в дальнейшем и был отлично заметен — она пока не смела даже мечтать. Гермиона старалась гнать от себя мысли о том, что они не ровня, и однажды Драко может отвернуться от неё, или же она от него, если он вдруг вздумает стать прежним задирой. Вот только что-то подсказывало Гермионе, что этого не случится. Наконец успокоившись, она подняла с пола пакет и вернулась в комнату, где сидели три её соседки, которые с нетерпением ждали подробностей и с нескрываемым любопытством посматривали на Гермиону.

— Ита-а-ак? — протянула девушка по имени Мэри.

Ничего ей не ответив, Гермиона только вынула книги, положила их на прикроватную тумбочку, а потом молча открыла шкаф. Оттуда она достала синее платье, которое было куплено ещё в день их последней встречи с Драко. Она приобрела его заранее, потому как, хотя ей и стали нравиться покупки красивых нарядов и постоянные примерки, порой они всё равно несколько тяготили её. Приложив платье к себе, она не без смущённой улыбки посмотрела на своих приятельниц.

— Как вам?

— Поверь, твой парень оценит! — сказала третья соседка — Кристина.

— Не нужно торопить события, — ощутив, что лицо снова залилось краской, негромко проговорила Гермиона.

— Приталенное; приятный цвет, который тебе очень идёт; пышное в юбке; спина, кажется, открытая, но выполнено это вполне целомудренно. А также присутствует очень уместный небольшой разрез в области декольте, который заинтригует любого кавалера, но при этом не отвлечёт на себя внимание от романтичного образа в целом. Не сомневайся, такое платье понравится. И, да-да, не кому-нибудь, а твоему теперь уже парню! — более громко закончила Анжелика, и Гермиона даже отвернулась от них и прикусила нижнюю губу.

— Значит, не прогадала с выбором наряда.

— Как и с парнем. Что он там про сотню лилий говорил? — с задором поинтересовалась всё та же Анжелика.

— Да идите вы! Мы с ним просто друзья, — обернувшись, твёрдо сказала Гермиона, после чего аккуратно положила платье на кровать.

— Пока что! Уж поверь нам — это ненадолго, — вторила Анжелике Мэри. Покачав головой, Гермиона рассмеялась.

— Только распусти волосы, а также обязательно накрасься!

— И да, ногти ещё не забудь покрыть лаком!

— В общем, чтобы была вечером в полной боевой готовности! А мы тебе с этим поможем.

— Да-да, — словно не соседки, а сёстры или лучшие подруги, давно знающие друг друга, отлично понимающие и говорящие на одном языке, одна за другой затараторили соседки. Это позабавило Гермиону, но под конец она всё же закатила глаза, среагировав таким образом на их наполеоновские планы.

— И не вздумай спешить заканчивать вашу встречу! Скажем завтра преподавателю на подготовке к экзамену, что ты приболела. Уж один день он тебе простит, ведь ты любимая ученица мистера Флетчера, ну а мы принесём тебе все конспекты, ничего ради тебя не упустим. Только не смей возвращаться раньше времени! — высказалась уже Кристина.

Гермиона пообещала им, что всё выполнит, и вскоре сбежала в ванную комнату, решив хотя бы минуту побыть в тишине и просто подумать обо всём этом. Подойдя к зеркалу, она посмотрела на собственное отражение, со смущённой улыбкой припомнив, как Драко чмокнул её в щёку. Впервые за этот год ей было хорошо, по-настоящему хорошо. У неё всё благополучно складывалось и по жизни, и в учёбе. В магическом мире теперь было тихо и спокойно, у её друзей было всё в порядке, и у Гермионы были на редкость замечательные соседки по комнате, ставшие её лучшими подругами. А также у неё появился он — Драко Малфой, о дружбе с которым она даже не смела раньше помыслить. И первым делом, набравшись сил и хотя бы немного восстановившись, он отправился утром к ней, чтобы, как и обещал, сводить её куда-нибудь, вытащив из четырёх стен и показав Гермионе излюбленные им прелести своей светской жизни. Азкабан, душная комната для свиданий и тот холод и мрак, которые жили там из-за прямого воздействия дементоров, теперь остались позади. Впереди их ждала совершенно другая, и, отчего-то Гермиона была уверена, что очень приятная и светлая история.


Эпилог


Она снова ёрзала на стуле, а её руки дрожали, чего с ней не случалось уже год. С того времени, как она сдала итоговые экзамены и окончила академию. Волшебники обучались в высших учебных заведениях по срокам гораздо меньше магглов: всего два или три года, в зависимости от выбранной специальности. У Гермионы это вызывало лёгкую грусть, но, разумеется, она прекрасно понимала, что жизнь преподнесет еще много уроков, и главные из них ещё только ждут её впереди.

Пятнадцатое июня. Сегодня исполнилось ровно три года с момента их с Драко первой встречи в маленькой комнатке для свиданий в Азкабане. С тех пор, в особенности после того, как его выпустили на свободу, это число стало для них особенным, даже символическим. Каждый месяц в этот день они устраивали небольшой праздник, и Драко с немалым облегчением и с нескрываемой радостью говорил о том, что годы заточения остались в прошлом. Теперь он имел возможность свободно разгуливать по улицам города, дышать свежим воздухом и крепко спать по ночам, а перед сном спокойно и с наслаждением зачитываться теми книгами, с которыми Гермиона по сей день продолжала его знакомить. В её выборе произведений он больше не сомневался и потому сам же нередко просил подкинуть ему новые для досуга. Что же касается цифры «пятнадцать», она шла красной нитью сквозь их отношения, что даже нравилось им самим: пятнадцатого числа, ровно через месяц после высвобождения Драко, они в первый раз по-настоящему поцеловались, а через полгода (они не спешили с этим) у них случилась первая близость. Они и сами не заметили, как после того похода в театр их дружба стала перерастать в нечто гораздо большее. Драко даже не предлагал ей напрямую встречаться, всё стало как-то само собой разумеющимся. Конечно же, в связи с этим возникло немало трудностей и проблем… Нарцисса относилась к Гермионе с уважением и огромной благодарностью, но с трудом приняла её в качестве девушки сына, всё же придав немалое значение её происхождению. Друзья Драко и Гермионы также первое время недоумевали и разводили руками, предостерегающе нашёптывая им о том, что в таком союзе не будет перспектив. Лишь студенческие подруги Гермионы, Гарри Поттер и её родители отнеслись к её выбору спокойно. Та же Джин Грейнджер и сама жалела Драко, о котором дочь часто рассказывала прежде, а также нередко передавала ему во время заключения в Азкабане что-нибудь вкусненькое, и потому протестов тут быть не могло. Но всё это было сущей мелочью на фоне того гнева Люциуса, к которому Драко благо что остался равнодушен; а также реакции Рона, который хоть уже давно не встречался с Гермионой, но всё-таки проявил настоящего собственника, когда впервые лично столкнулся в Косом Переулке с мило воркующими Драко и Гермионой. Немало измучили их и назойливые журналисты, для которых образование такой пары стало настоящей сенсацией, о чём они не поленились написать в каждой чёртовой газете! Что уж было говорить о том, что жёлтые издания перевернули их историю сверх на голову и месяцами во всех красках расписывали, как ещё в школьные годы эти двое были вместе в тайне ото всех, что якобы долго и усердно скрывали.

Порой на почве всех этих неприятностей нервы Гермионы начинали сдавать, а руки опускаться, в то время как у Драко такие передряги, наоборот, вызывали отторжение, а следом и безразличие. Азкабан стал для него не просто чёрной полосой в жизни — он научил его различать и разграничивать то, что поистине значимо, от временных трудностей и невзгод. И потому ко всему, что творилось вокруг, Драко относился на удивление спокойно и даже подбадривал Гермиону, а где-то и подшучивал над её эмоциональной взвинченностью. Поначалу она злилась на него за это, но позже всё утряслось, уладилось, и уже ко второму году их отношений у них всё было хорошо, если не сказать больше — отлично и даже сказочно. Закончив обучение, Гермиона сняла квартирку в центре магического Лондона и поступила на работу в Министерство Магии. Там она решительно начала раскрывать свои таланты, которые не остались незамеченными высшим руководством. Драко же, убедив мать поверить в него и забрав остатки всех их семейных накоплений, открыл собственный бизнес: сеть ювелирных салонов по всей стране. И не прогадал — с его подачи уже через полгода дела пошли в гору. Даже сама Нарцисса вскоре присоединилась к сыну и занялась разработкой дизайнерских украшений, к чему подошла с огромным азартом и энтузиазмом, что немало поразило Драко и Гермиону. Несмотря на прошлое семьи Малфой, элегантные украшения, созданные руками аристократки, радовали взор покупателя, и потому такие вещицы быстро скупались и получили немалую известность. Драко очень часто бывал у Гермионы. Он настойчиво предлагал взять оплату квартиры на себя, но гордая и независимая Гермиона была категорична в этом вопросе. Не желая наседать на неё, Драко уступил и остался всего лишь гостем в скромном, но уютном доме возлюбленной. Съезжаться они также не спешили, да и Драко не хотелось торопить события, ведь всё развивалось постепенно и устраивало их обоих. Они всё больше стали привыкать друг к другу, всё сильнее сближаться и привязываться, и сердце Гермионы искренне радовалось тому, что она тогда все же решилась навестить его. А затем, несмотря на вздорное поведение Драко, явилась в стены магической тюрьмы и во второй раз, что в итоге привело к тому, что они имели в настоящем времени.

Сегодня же, всё того же пятнадцатого числа, Драко и Гермиона договорились встретиться в ресторане. Драко слегка задерживался. Проверка крупных точек сети немного затянулась, но Гермиона даже обрадовалась. Причина тому имелась веская: предыдущим вечером, вешая на спинку стула упавший в какой-то момент пиджак Драко, она заметила в кармане маленькую ювелирную коробочку. Решив, что это очередная созданная руками Нарциссы новинка, она заглянула во внутрь, а там, как оказалась, лежало красивое и очень дорогое обручальное кольцо. С внутренней стороны на нём была выгравирована надпись, заставившая сердце Гермионы подпрыгнуть, а ноги подкоситься: «15.06.2000 г. Будь всегда моей! С любовью, Драко». Конечно же, она сразу догадалась, что в ресторан, да ещё и в один из лучших во всём Лондоне, Драко позвал её неспроста. И потому затаившая дыхание Гермиона уже не просто волновалась, но вовсе тряслась перед его приходом. Разумеется, ей хотелось создать семью и всегда быть с Драко Малфоем, но о том, чтобы уже в скором времени соединить их судьбы, она старалась на всякий случай не обнадёживать себя впустую. И вот с этого дня всё должно было измениться, вся её дальнейшая жизнь. Их жизнь! Этой ночи, полной раздумий о находке из пиджака, было более чем достаточно, чтобы понять, что Гермиона никогда не хочет расставаться со своим любимым человеком. Радость и внезапные решительные перемены, к которым она не была морально готова — всё слилось воедино, заставляя её дрожать всем телом и мечтать, чтобы этот вечер поскорее закончился.

Дверь ресторана открылась, и вошёл Драко. Холеный, ухоженный, в красивом дорогом костюме и с зачёсанными назад волосами. Быстро найдя взглядом нужный столик, он приблизился к Гермионе, наклонился и торопливо, но нежно поцеловал в губы, а затем сел напротив.

— Привет! Извини, что заставил ждать. Бумажная волокита в последней точке в Лидсе заняла слишком много времени, — закатив глаза, рассказал Драко. От него не ускользнуло ее волнение, и Драко, даже не притронувшись к меню, протянул руку и накрыл ею ладонь Гермионы.

— Милая, с тобой всё хорошо?

Она не ответила, а начала глотать ртом воздух, в то время как её глаза заблестели.

— Гермиона? — Драко удивился и даже немного растерялся.

Она отрицательно качнула головой и быстро заморгала, отчаянно желая прогнать предательские слёзы. Гермиона не могла представить, что одно только его присутствие всколыхнет в душе целую волну эмоций, которые накроют её с головой. Драко находился совсем рядом — её любимый и самый родной человек, с которым она провела вместе более двух прекрасных лет. Его серьезные намерения, её тревоги, волнения, переполнявшее счастье и нежность к Драко и стали теми слезами, что она отчаянно сдерживала. Конечно, она хотела хоть как-то объяснить, рассказать об этом Драко, но не могла — голос предательски дрожал и срывался.

— Гермиона, да что не так? Ты в порядке? — широко заулыбался он, хотя и было заметно, что Драко теперь волновался за неё. Он поднялся и подошёл к Гермионе. Наклонившись к ней, он взял её за руки и пристально посмотрел в карие глаза. — Тебя повысили? — Она покачала головой. — Уволили?

— Типун тебе на язык! — сквозь заскользившие по щекам слёзы засмеялась Гермиона и откинулась на спинку стула.

— Тогда что? — с энтузиазмом, отчасти уже веселя её, спросил Драко. — Сидела себе за столиком, вся такая задумчивая, а как только я вошёл — благополучно раскисла. Я зря пришёл или сделал это совсем не вовремя? — с задором и наигранной подозрительностью поинтересовался он, и Гермиона лучезарно улыбнулась.

— Знаешь, неуместная к сегодняшнему дню параллель, но когда-то я точно также ждала тебя в одной крохотной и очень мрачной комнатке, а потом ты заходил и тоже присаживался напротив. Кажется, с тех пор прошла целая вечность. Да и слава Мерлину! — негромко проговорила она, не отводя взгляда от лица Драко.

— Могу выйти и войти снова, и начнём всё сначала. В смысле, этот вечер, — указав рукой в сторону дверей, с завидной лёгкостью предложил он. Сегодня Драко был в отличном настроении, и это несмотря на заметную усталость после напряжённого дня.

— Нет, хватит тебе... Драко! — едва не вскрикнула Гермиона, когда он, подняв ладони вперёд и дав ей понять, что вскоре всё будет сделано, отправился на выход. Закрыв лицо руками, Гермиона рассмеялась. Драко даже не смутило присутствие в ресторане других гостей, он всё равно решил разыграть с ней занимательную сцену.

Дверь открылась, и во второй раз на пороге ресторана появился Драко Малфой, который наигранно принялся выискивать столик Гермионы, что не могло не позабавить её. Наконец, он нашел взглядом нужное место и не торопясь подошел к ней.

— Добрый вечер, мисс Грейнджер. Надеюсь, так лучше? — с улыбкой спросил Драко, поцеловав ей руку и усевшись напротив.

— Намного! — уверенно сказала она и весело засмеялась. Да, теперь всё действительно было гораздо лучше и даже правильней. Драко расстегнул пуговицы пиджака, а затем накрыл ладонь Гермионы своей рукой.

— Мисс Грейнджер, мне бы хотелось, чтобы этот вечер стал для нас с вами незабываемым. Потому я уточню: теперь с вами точно всё хорошо? — с весёлым азартом повторил Драко.

Так некстати для Драко внутренний карман пиджака стал слегка топорщиться, и в нём Гермиона снова заметила ту самую коробочку, которая сильно взволновала её. Глубоко вздохнув, Гермиона перевела взгляд на Драко. Его лицо источало уверенность, глаза горели спокойным огнем. Он прочно стоял на ногах и точно знал, что ему нужно, чтобы стать счастливым. Гермиона молчала. От прикосновения его ладони по телу разлилось тепло. Его непоколебимая уверенность, участие и даже любовь, выраженные в этом простом, казалось бы, жесте, словно передались ей. Гермиона снова заулыбалась, причём её улыбка была ослепительной. Страхи, волнения, даже небольшие сомнения — всё это окончательно улетучилось. Рядом был родной человек, с которым они так много пережили вместе, хорошенько узнали друг друга и потому теперь могли быть полностью уверены в своих чувствах. Конечно же, и у них случались моменты непонимания, но они всё преодолели вместе, и теперь Гермиона чувствовала, что никогда уже не оставит Драко. Эта мысль придавала ей уверенности.

Драко смотрел на неё с веселой улыбкой, но всё ещё не понимал, стоит ли всерьёз беспокоиться за свою будущую невесту, которой такое бурное проявление эмоций было практически несвойственно. Зато для Гермиона всё теперь стало просто и понятно. Она уже не сомневалась, что ответит Драко согласием, и иных вариантов здесь быть не может. Потому она решительно кивнула ему и взяла его ладонь в свою. Он пришёл делать ей предложение, чтобы быть с ней до последнего. Когда-то она появилась в его жизни и скрасила его мрачные будни, а теперь он был намерен стать огромным подарком в её судьбе и создать их совместное, яркое будущее. О большем, о Мерлин, она не смела мечтать!

— Да, Драко, всё хорошо. Теперь всё будет хорошо. И, верю, что так будет всегда!

* * *

Demi Lovato - Heart By Heart
https://vk.com/wall-40862358_1343?z=photo-40862358_456239108%2Falbum-40862358_00%2Frev
(Очень под­хо­дящие к эпи­логу пес­ня и арт)

__________________________________________________________________
От автора: Да, чёрт возьми, я хочу такую концовку этой истории и только такую. Иной я её здесь даже не вижу) И пусть кто-то станет плеваться и говорить, что это чистый флафф - я отвечу, что здесь он обязан быть! Особенно в этой главе, ведь сама история во многом светлая и позитивная, и потому завершиться она должна соответствующе)
Вот и закончилась история «Посетительницы», и сегодня я ощущаю даже не грусть на фоне прощания с ней, а настоящее приятное послевкусие, которое она оставляет по прочтению заключительной главы. Даже присутствует чувство праздника и недюжинной радости за героев. Надеюсь, у читателя эта история вызовет ровно те же эмоции и оставит приятный след в памяти) Спасибо тем, кто читал «Посетительницу» и был со мной все полгода, что она писалась) Даже жаль ставить последнюю точку в этой работе, но фанфу, как и Драко с Гермионой из него, пришло время распрощаться со своим читателем) Всем вам удачи и побольше работ по вкусу, а героям – красивой и долгой совместной жизни, наполненной радостными событиями, особенно по пятнадцатым числам)
Всем пока! (Ваша Jane F.)


Оставить отзыв:
Я зарегистрирован(а) в Архиве
Имя:
E-mail:


Подписаться на фанфик

Top.Mail.Ru