Глава 10: «Угроза».Артур не удивился ни просьбе Мерлина, ни вопросу про жалование – он ждал этого. Конечно, когда день рождения Хунис король понятия не имел. Но в том, что друг захотел проведать маму, нет ничего удивительного. И, конечно, для этого деньги нужны. Но почему его лучший друг, практически брат, не счесть сколько раз спасавший ему жизнь, должен жить от жалования до жалования? Артур не представлял, какая зарплата положена Мерлину, любая сумма казалась слишком маленькой. Поэтому король поступил проще – велел казначею выдавать советнику Мерлину столько денег, сколько он потребует.
Реакция Мерлина на это известие огорчила короля – друг абсолютно не поверил. Артур по глазам видел – знакомы давно. Но потом казначей доложил ему о сумме, которую запросил чародей. Король сразу понял – проверить захотел. Что ж, убедился, и хорошо. А казначею Артур велел с подобными глупостями его больше не беспокоить.
Артур сразу решил, что отправит с Мерлином именно Персиваля и Элиана. Потому что рыцари готовы были поверить чародею, считали его другом, но им нужен был небольшой толчок. Король решил – им троим просто надо поговорить, все обсудить. И они будут близки, как прежде. Жаль, что между ним самим и Мерлином все далеко не так просто.
Артуру очень бы хотелось самому поехать с другом. Он хорошо знал его маму, и он помогал ей, и она ему. Он хотел бы поехать, именно в качестве самого близкого друга Мерлина. Но увы, сейчас Мерлин не верит в то, что они друзья.
Поэтому Артур просто передал подарок. Эта подвеска принадлежала его маме, и он захотел, чтобы она была у мамы его самого лучшего друга, практически брата. Пусть даже Мерлин никогда его не простит и не поверит ему.
В день отъезда Мерлина в покои Артура, прямо с утра, без стука ввалился Гвейн. Выглядел рыцарь очень злым. Питер сразу, поклонившись, вышел. Все-таки и он не подходит Артуру. Раздражает. Причем король даже не может определить, чем. Может тем, что совсем не похож на Мерлина?
Гвейн, не спрашивая разрешения, налил себе вина, оставшегося у Артура со вчера, и сел на кровать. Спросил с плохо сдерживаемой агрессией:
- Почему ты не отправил с Мерлином меня?
- Расстроен, что погулять на празднике не получится? - Артур знал, что это не так, но решил спровоцировать.
- Расстроен, что друга не получится поддержать!
- А что насчет меня? Леона здесь нет. А я больше всего доверяю вам пятерым – Мерлину, тебе, Леону, Персивалю, Элиану. Я решил, что Мердина будут сопровождать именно Персиваль и Элиан, им нужно многое обсудить. А ты... Если хочешь поезжай с ними.
Отчасти это была проверка. Но Гвейну она ничем не грозила – просто Артур хотел узнать, правда ли они больше не друзья. Рискнет ли рыцарь оставить его одного. И даже если бы оставил, Артур не собирался ничего с ним делать. Просто принял бы к сведению. Гвейн задумался и нерешительно ответил:
- Нет, я не поеду. У тебя из ближнего круга кроме меня сейчас никого нет.
- Разве тебя это волнует? Раз ты так ненавидишь меня?
- Я не могу тебя ненавидеть, я давал присягу. Повторяю еще раз – друзья мы, или нет, ты мой король. И я в любое время, не колеблясь, отдам жизнь за тебя. Это ты великий король, это ты позволил мне стать рыцарем Камелота, это в тебя так верит Мерлин.
Гвейн, поклонившись, вышел. А Артур даже не понял, доволен он разговором, или нет. Ему льстило, что рыцарь так уважает его. Но хотелось быть именно друзьями.
Тем не менее, Гвейн был все время с ним, не оставлял одного. На короля напали в нижнем городе, и именно Гвейн помог. Артур поблагодарил, рыцарь ответил, что это его долг. Но король надеялся, что рыцарь спасает его не поэтому. Надеялся, что они до сих пор друзья.
Потом вернулся сэр Леон. Коротко доложил об успешном окончании миссии. Артур понимал, что рыцарь недоволен. Такой умный человек, как Леон, конечно, понял, что Артур просто отослал его подальше. Но, как бы ни был обижен, против короля он не пойдет никогда.
Артур тоже не хотел ссориться с одним из лучших рыцарей. Поэтому дружелюбно выслушал доклад, похвалил и пригласил выпить. Леон замешкался, словно хотел отказаться. Правда, обиделся. Тем не менее, предложение принял.
Сначала все шло хорошо – шутили, болтали о разном. Но о Мерлине разговор все же зашел. И начал его Леон:
- Я не увидел Мерлина. Его нет в Камелоте?
- Маму навестить отправился, у нее день рождения. Персиваль и Элиан поехали с ним.
- Опасно отпускать их с чародеем.
- Леон, ты опять?
- Они мои друзья, я просто волнуюсь.
- А как же Мерлин? Его другом не считаешь?
- Если намекаете, что я кичусь положением, то это не так. Да. Я хорошо относился к Мерлину несмотря на то, что он крестьянин и слуга, пока не узнал, что он владеет магией и нас всех водил за нос.
- Леон, почему ты не можешь понять, что это все тот же Мерлин? Да, он владеет магией. И с ее помощью не раз нам помогал.
- Вы сами приказали казнить колдуна. А потом так резко передумали. Для меня все очевидно – он околдовал вас.
- А Гвейн?
- Ну Гвейн при всей своей выдающейся храбрости умом, к сожалению, не отличается.
- Леон! Он наш друг.
- Конечно, друг. Но факт остается фактом.
Артур вздохнул. Зря он вообще этот разговор затеял. И так ясно – Леона не переубедить. Король, правда, хотел, чтобы Леон, с которым они не один пуд соли съели, которого он знал дольше, чем остальных друзей, принял Мерлина. Потому что не хотел делать выбор. Понимал, что выберет Мерлина. Но не хотел – он Леона давно знает, и рыцарь дорог ему.
Но тот разговор ни к чему не привел. А потом вернулся Мерлин. Артур сразу понял, что друг помирился с Элианом и Персивалем, но вместо радости почувствовал легкую грусть. Сам на себя злился, но было обидно, что с остальными Мерлин хорошо общается, а его простить не может. Артур с тоской об этом думал, когда вечером советник несмело постучал в дверь. Вошел, в ответ на приглашение. Артур жестом предложил сесть. Налил другу вина и спросил:
- Ты что-то хотел, Мерлин?
- Да, у меня к вам просьба, сир.
- Если просьба, для начала вспомни, как я просил ко мне обращаться.
- Мне нужна помощь, Артур.
- Гораздо лучше. Слушаю.
- Ты помнишь моего друга, Уильяма? Он погиб, когда мы защищали Эалдор.
- Конечно помню. Он спас мне жизнь.
- Да, и мне тоже.
Артур прекрасно понял, о чем друг говорит. Помнил, как, вне себя от ярости, подбежал к двум друзьям, помнил свой жесткий вопрос: «Кто из вас это сделал? Такой ветер не мог появиться просто так, я узнаю магию. Кто это сделал?». Конечно, Мерлин абсолютно уверен, что, если бы не Уилл, лишился бы головы еще тогда. Артур открыл рот, чтобы возмущенно возразить… И промолчал. В этом страшно признаваться самому себе, но, скорее всего Мерлин прав. Скорее всего, он убил бы друга за то, что тот спас деревню, его, Гвен и Моргану. Королю хотелось верить, что это не так. Но он казнил Мерлина даже когда их связывали годы дружбы, даже когда видел своими глазами, что чародей их всех защитил от рыжей ведьмы. Поэтому он не возразил, а спросил:
- К чему ты вспомнил о нем?
- Я привез в Камелот Уолтера, его младшего брата, и пообещал, что найду ему работу. Прости, без твоего разрешения я не должен был. Просто Уилл мне очень дорог, меня в Эалдоре поддерживали только он и мама, я был бы давно мертв, если бы не он. Поэтому я хочу помочь его брату. Может, ему найдется какая-нибудь работа в замке?
Мерлин выглядел очень виноватым и потерянным, Артур почувствовал себя негодяем. Это он довел до того, что друг просит, словно о милостыне, об элементарном одолжении.
Мерлин даже сделал большой глоток вина, чтобы успокоиться, видимо. И зачем он только ему налил? Артуру было обидно, что ему так не доверяют, но ответил король спокойно:
- Мерлин, тебе не нужно на это мое разрешение. Ты после меня второй человек в Камелоте, забыл? Мог просто найти распорядителя и приказать подыскать для, как его…
- Уолтера.
- Уолтера. Приличную работу. Но хорошо, что пришел ко мне. Приводи завтра утром своего протеже.
На самом деле Артур был рад, что сможет что-то сделать для Уильяма. Даже не за спасение своей жизни – за Мерлина. Просто в дрожь бросало, стоило только представить, что было бы, если бы тогда он понял, что колдует его слуга. Точно не знает, как бы поступил, но в одном Артур уверен – если бы он убил Мерлина сам, или сдал отцу, ему не было бы покоя всю оставшуюся жизнь.
Мерлин удивленно смотрел на него, потом нерешительно спросил:
- Зачем?
- Мерлин, ты же сам хотел помочь парню. Как думаешь, должность моего личного слуги достаточно хорошая работа?
- А Питер?
- Не подходит. Ты как будто не рад?
- Нет, просто… Спасибо, Артур.
Мерлин казался таким ошарашенным тем, что король пошел ему на встречу, что Артуру обидно стало. Спросил:
- Ты, правда, думал, что я откажу?
- Я не знал. Мне тебе помогать ни к чему, но хорошо, что ты помнишь, что Уилл спас тебе жизнь.
- Знаешь, что?! Мне это надоело! – вскочил со стула король. Мерлин тоже встал. Он казался очень растерянным и расстроенным. Но остановиться Артур уже не мог, продолжал высказывать то, что его беспокоило в последнее время:
- Я и так в последнее время столько сделал для тебя, а ответ одни упреки выслушиваю! Негатив и недоверие! Ты не казнен, ты второй после меня человек в Камелоте, а тебе все мало! Все меня в чем-то подозреваешь! Знаешь, что, если не хочешь быть советником и придворным чародеем, ты свободен, я тебя не держу!
- Аартур, я не понимаю… Я просто…, - мямлил Мерлин дрожащим голосом, но Артура все еще трясло от обиды:
- Вы свободны на сегодня, советник.
- Но сир…
- Я все сказал!
Только тут он заметил, что у друга дрожат руки, лицо совсем белое. Надо было что-то сделать, сказать, но Артур не знал, что. В глазах Мерлина мелькнули слезы, он развернулся и практически бегом выбежал из комнаты.
Артур сел за стол, сжал голову руками и долго так сидел. Что он наделал? Это он виноват он должен извиняться. Он хотел по крупицам собирать доверие друга. А теперь сам все рушит. Все характер дурацкий. Ждать он устал, видите ли. Сам давал себе клятву, что Мерлин не будет больше страдать из-за него. И сам ее нарушает.
Король подошел к комнате друга и долго стоял около двери. Он должен постучаться. Должен извиниться сегодня. Но уже ночь, да и что он скажет… Вернулся к себе, заснул под утро, встал ближе к полудню. Прислуживал королю Питер, новость, что он больше не королевский слуга, воспринял философски. Сам Артур решил найти друга и попробовать помириться. Первым делом заглянул в его комнату, на всякий случай, да и все равно она напротив.
Принесенный исполнительным Джорджем завтрак стоял на столе, нетронутый. Мерлин сидел на полу, прислонившись к стене, глаза у него были красные. Артуру стало очень грустно. Ситуацию не улучшило то, что Мерлин, заметив его приход, поднялся и поклонился:
- Ваше величество.
- Мерлин, не надо. Я насчет вчерашнего, - несмело начал Артур.
- Я, правда, не знаю, чем так разозлил вас, сир. Я не хотел… Я просто… Прош…
Артур резко поднял руку, прерывая друга. Не хватало только, чтобы он начал извиняться:
- Нет, Мерлин, прощения прошу я. Я вел себя совершенно недопустимо. Но это просто потому, что был очень расстроен. Ты же знаешь, что у меня тяжёлый характер.
- Это ни для кого не секрет… Ой, простите.
Мерлин попытался поклониться, но Артур схватил его за локоть и настойчиво, но осторожно, усадил за стол:
- Не вздумай мне кланяться. Тем более извиняться, тебе не за что. Давай лучше завтракать, я сегодня тоже еще ничего не ел, - Артур завтракал, но решил, что за общим столом они быстрее помирятся.
Сначала ели молча потом Мерлин несмело подал голос:
- Я все понимаю. Вы многое делаете для меня против своей воли. Я понимаю, что вы расстроены. Я могу поговорить с Фреей и отменить сделку без ущерба для того, кого вы хотели спасти. Или хотя бы отменить условие относительно меня. Я могу это сделать.
Мерлин даже не понимает, о чем говорит – отменить условие относительно него, да ради этого условия все и затевалось. Но Артур решил немного подыграть:
- Если отменишь, что, по-твоему, дальше будет?
- Я буду казнен, - сказано без тени сомнения, но Артур твердо решил на друга больше не злиться.
- И ты это сделаешь?
- Да.
- Почему?
- Вы… ты мой самый близкий друг, Артур, не зависимо от того, считал меня другом, или не считал. Я не хочу, чтобы тебе всю жизнь приходилось делать то, что тебе противно. Скажи одно слово, и я прямо сейчас иду к озеру.
И этого человека он казнил? Человека, преданного настолько, что готов жизнь отдать, только чтобы ему комфортно было? На этого человека он вчера накричал? Было стыдно и горько. Хотелось обнять Мерлина, на коленях просить прощения. Но так друг только испугается. Поэтому Артур просто покачал головой:
- Нет.
- Ты уверен?
- Я в жизни ни в чем не был так уверен. Мне в этой сделке выгодны оба условия, и она ни за что не должна быть расторгнута.
- Но как же…
- Мерлин, почему ты Уолтера не привел? Я ждал вас утром, - не ждал, но переменить тему захотелось.
- Я не был уверен, что сам до сих пор советник, не говоря про Уолтера.
- Ты мой советник, придворный колдун, правая рука, близкий друг. Так будет всегда. Ты сам знаешь, какой я вспыльчивый. Вчера просто был плохой день. Прости еще раз.
Мерлин удивленно заморгал. И его можно понять. Артур вообще извиняться не любитель, а чтобы за одно и то же два раза... Но есть вещи, за которые и люди, перед которыми он может извиниться и тысячу раз. Людей таких двое – Мерлин и Гвен. Самые близкие люди. Больше всего на свете Артур боится их потерять.
Потом Артур напомнил про Уолтера, и вместе с Мерлином сходил к Гаюсу, где теперь живет молодой человек. Парень ему понравился – не подхалим, но и не наглый: объема работы не испугался, но и ложного восторга не выказал. Очень возможно, что этот слуга у него задержится.
Артур ушел с Уолтером, нужно показать парню свою комнату и еще раз рассказать про его обязанности. Мерлин остался с Гаюсом.
Потом была тренировка, потом Артур и Мерлин читали проекты законов. Друг вздрагивал каждый раз, когда король пристально на него смотрел, собираясь еще раз обсудить то, что произошло вчера. И Артур решил не давить.
Поужинали вместе – Уолтер и Джордж пришли одновременно. Еды было много. Потом разошлись по комнатам. Гвиневра навещала подругу в нижнем городе, так что спал Артур в одиночестве.
Ему снился горящий Камелот. Огонь был повсюду, люди кричали, сгорая заживо. А он стоял посреди этого кошмара и не мог пошевелиться. Напротив стояла Моргана и смеялась злым, страшным смехом. Отсмеявшись, она с торжеством сказала: «Думаешь, ты спишь, братец? Нет, это будущее, и весьма скорое. Час моего триумфа. Не сомневайся в этом». Потом она вонзила в брата нож, и Артур проснулся, весь в поту.
Он даже не осознавал, что делает, вбегая без стука в комнату Мерлина. Ему было страшно, ему был нужен лучший друг.
Мерлин мгновенно проснулся, когда Артур резко открыл дверь в его комнату. Наверное, выглядел он страшно – чародей быстро подошел, взял за руку, отвел к кровати и усадил. Мягко спросил: «Что случилось, Артур?» Но король не мог ответить, ему словно не хватало воздуха.
Тогда глаза чародея полыхнули золотом. Король понял, что друг делал – читал его мысли. В другое время был бы в бешенстве, но это не тот случай. Чародей делал то, что нужно.
Глаза Мерина потемнели от ярости, Артур никогда не видел друга таким. Потом чародей прикоснулся к его лбу, и король еле удержался, чтобы не отшатнуться – это его лучший друг, и он должен ему доверять.
Он снова оказался в том страшном сне, но рядом был Мерлин, держал его за руку. Друг заговорил с Морганой холодным, опасным тоном: «Друиды называют меня Эмрисом. Тебе же известно, что это значит, Моргана? Я буду защищать свой город и своего короля. Не вздумай соваться в Камелот, иначе здесь тебя и похоронят».
В тот же миг огонь исчез, все люди были живы и занимались своими делами, словно ничего и не происходило. Моргана страшно закричала от ярости, видение исчезло.
Король несколько минут пытался отдышаться, потом неуверенно спросил:
- Мерлин, что это…
- Это был не сон, Артур. Видение, которое наслала Моргана. Она посмела угрожать тебе!
Мерлин был в бешенстве, Артур его почти боялся. Потом чародей прикрыл глаза, а когда открыл, выражение его лица было почти нормальным. Улыбнулся королю:
- Артур, не волнуйся, в твои сны Моргана больше залезть не посмеет, а если придет сюда, мне есть, чем ее встретить.
- Спасибо, Мерлин. Я не заслуживаю такого друга, как ты.
- Не нужно, - грустно покачал головой чародей, - Я все равно буду тебя защищать.
Артур мог бы возмутиться что друг вздумал подозревать его в лицемерии, но не было сил. И не было сил возвращаться к себе. И он боялся засыпать, но не знал, как сказать об этом Мерлину. Но друг внезапно предложил сам: «Артур, давай ты здесь переночуешь? Пока я рядом Моргана точно не станет беспокоить тебя».
Король кивнул и лег, друг накрыл его одеялом, себе постелил на полу. Кошмары короля больше не мучали, но мучило то, что он хорошо знал Моргану и понимал, что напасть на Камелот она все равно попытается. И то, что лучший друг совсем не доверяет ему.
