Глава 17: «Испытание дружбы».Артур не успел среагировать – первым был Мерлин. друг встал напротив юноши спросил, что ему надою и друид ответил: «Ваш король, Артур Пендрагон, убийца! Он подло убил жрицу Моргану, только за то, что она обладала магией! И не в бою - ударом меча в бок. И день рождения короля сегодня станет днем его смерти!».
Артур чувствовал, как закипает кровь, он дрожал от ярости. Как смеет этот мальчишка в таком его обвинять! Словно он трус и бесчестный человек. Король понимал, что враг добивается именно этого, но бросил бы ему перчатку, если бы не Мерлин. Друг сделал предупреждающий жест, и Артур послушал. Он должен доверять Мерлину. А чародей заговорил, голос дрожал от ярости:
- Его величество Артур Пендрагон самый мудрый и справедливый король. И ты не смеешь обвинять его в трусости!
- Да неужели Эмрис? И что же мудрого и справедливого в том, чтобы убить женщину, сестру! Ударом меча в бок!
- Мордред, я понимаю, что ты любил Моргану, как мать. Она спасла тебя, но, если вспомнишь, Артур и я в этом тоже участвовали. И Моргана давно не добрая и нежная леди, она ведьма, она всюду сеяла разрушение и смерть. И ее нужно было остановить.
- Не нужно мне зубы заговаривать! Да, Моргана делала ошибки, но это из-за вас она такая!
- Она такая из-за меня, не вмешивай Артура! И убил ее тоже я. Это я использовал заклятие противоположностей. А король просто спас мне жизнь. Моргана все равно погибла бы. Я виноват! Если хочешь отомстить, предлагаю магическую дуэль. Или струсил?
Артур похолодел. Магическая дуэль? Сейчас? Да, Мерлин достаточно восстановился, но пока не в самой лучшей форме. А если Мордред победит? Артур даже представлять не хотел свою жизнь без Мерлина. Он должен защитить друга. Прямо сейчас он бросит Мордреду перчатку. Он понимает, что тот будет пользоваться магией, и это почти самоубийство. Но готов пойти на что угодно, чтобы спасти друга. Король почти сделал это, но вдруг почувствовал, что не может сдвинуться с места. Мерлин заколдовал его! Артур не знал, быть ему благодарным или злиться, а тем временем колдун расхохотался невеселым, страшным смехом. Ответил:
- Я бы винил тебя, Эмрис, но не могу. Ты великий чародей, и мы должны править Камелотом вместе.
- Этого не будет никогда. Артур Пендрагон законный король.
- Ты так защищаешь его. А он казнил тебя, это было его решение. И не думай, что он отменил казнь.
- Я знаю, что не отменил. Если это твой козырь, то карты биты. Мы все обсудили, я простил его.
Усмехнувшись, Мордред ответил:
- Это ты так думаешь, Эмрис. Ты считаешь, что простил, но такое простить нельзя.
- Я могу понять, простил или нет.
- Пока не можешь, но скоро сможешь. Ты знаешь, что умер по приказу того, кого защищал и считал другом. Но не чувствовал это. Я помогу тебе осознать. И насчет нашего союза - жду твоего положительного решения.
Мордред сделал едва уловимый взмах рукой, а потом исчез в закружившемся вокруг него вихре. В следующий миг Мерлин упал на пол, а король смог двигаться. Он сразу подбежал к другу, но Мерлин, похоже, не видел этого, он стонал, держась за голову.
Артур был в ужасе и растерянности, он не знал, чем помочь. Он мог только обнимать друга, стараясь унять боль, и кричать, чтобы немедленно привели Гаюса. Что происходит? Что сделал Мордред? Почему Мерлин позволил это с собой сделать? Что теперь будет с другом?
Эти мысли метались в голове короля, когда одновременно произошли два события – друг потерял сознание и прибежал придворный лекарь.
Осмотрев воспитанника, Гаюс попросил подробно рассказать, что произошло. Был хмур и задумчив. Разрешил отнести Мерлина в комнату, Артур сам сделал это. Когда уложил друга, нетерпеливо спросил лекаря:
- Гаюс, он поправится? Что нам делать? Почему ты его не лечишь?
- Лекарства, если я прав, тут не помогут. Скажите, сир, то, что Мордред сказал, что вы казнили Мерлина, это правда? Мне нужно знать, чтобы понять, что происходит.
Артуру всего несколько раз в жизни было стыдно настолько, что хотелось немедленно умереть, провалиться сквозь землю. Это как раз такой случай. Он понимал, как выглядит, и что Гаюс теперь, конечно, будет его презирать. Хотя разве можно презирать больше, чем он себя сам… В любом случае, он это заслужил.
Они сидели на стульях рядом с постелью Мерлина, тот метался в бреду. Артур тихо рассказывая, что случилось, во всех подробностях.
Король понимал, что, если сейчас Гаюс будет его обвинять кричать, возмущаться, ни слово не ответит. Потому что заслужил это. Он просто предатель, он недостоин быть другом такому человеку, как Мерлин. Но лекарь сказал совсем не то, чего ожидал король:
- Спасибо, ваше величество.
- Ччто? Зза что? - начал заикаться Артур.
- Вы спасли Мерлина, я знаю, к каким силам пришлось прибегнуть. И знаю, что вы готовы были отдать жизнь за слугу. Это очень древняя магия. Если бы вы усомнились, хоть на одно мгновение поставили свою жизнь выше жизни Мерлина, вас обоих было бы не спасти. Но ваши намерения были чисты. Спасибо вам.
- Меня не надо благодарить – я один во всем виноват. Я казнил друга, бесконечно преданного мне, я чудовище.
- Нет. Вы совершили ошибку, признали и исправили ее. Но сейчас нам нужно позаботиться о Мерлине.
Артур быстро закивал. Конечно, сейчас нет никого важнее Мерлина. Взволнованно спросил:
- Гаюс, ты знаешь, как ему помочь?
- Боюсь, мы не сможем. Если я прав, он вспомнил.
- Ччто?
- Вы правильно подумали – свою казнь. Он сейчас помнит все, в том числе момент смерти. А это страшно – помнить смерть, это запредельный ужас. Сейчас его мозг пытается справиться с шоком. При неблагоприятном исходе он либо сойдет с ума, либо останется навсегда в мире грез.
- Что я могу сделать?
- Говорите с ним, он все слышит. Вам жаль? Расскажите ему об этом. Хотите, чтобы он вернулся? Зовите его. Это все, что сейчас можно сделать.
Артур в отчаянии вцепился руками в свои волосы, словно желая с корнем выдрать их. Он же знал, что сейчас вспоминает Мерлин -. конвой, площадь, палача… и его равнодушный взгляд. Он понимал, как больно, как страшно другу. Не очень надеясь на удачу, король умолял друга простить его, умолял очнуться и бесконечно извинялся.
К Мерлину заходили все друзья. Гвейн, Гвен, Персиваль, Элиан, Леон. Джордж проводил с ним максимум времени уходил только при крайней необходимости. Немного было обидно – ему тот так не служил. Видимо, Мерлин больше заслужил такую преданность.
Вот Артуру приходилось уходить и заниматься делами, он все же король. Но все было словно в тумане, и он с трудом мог сосредоточиться на чем-то кроме друга. А когда посреди совета ему сообщили, что советник очнулся, Артур сорвался в его комнату, даже не думая, как это выглядит.
Выглядел Мерлин плохо – весь белый, руки дрожали. Артур зашел и направился к другу, но тот внезапно задрожал и стал просить, чтобы он немедленно ушел. Не кричал, не ругался – умолял. И король ушел.
Больше не заходил к другу, потому что боялся причинить ему вред. Но в голове, снова и снова, билась мысль – Мерлин боится и ненавидит его. Они больше не будут друзьями, да и советником его, скорее всего, Мерлин не сможет быть. Артур плохо спал и ел, едва мог хоть на чем-то сосредоточиться. А потом неожиданно Мерлин появился на совете.
Он опоздал к началу, зашел и замер на пороге. Нерешительно, словно его могут прогнать. Потом попробовал подойти к столу, но пошатнулся. И все одновременно встали с мест, чтобы помочь. Но спустя мгновение остальные сели, поняв, что это должен сделать король. Артур видел, что в глазах друга, когда он подошел, промелькнул страх. Но Мерлин позволил довести себя до стола и усадить. Совет продолжился.
После окончания король спросил Мерлина, поможет ли он ему с одним важным делом. Нужно пригласить в Камелот магических существ, заключить с ними мир. Но, конечно, Артур не имел о них углубленных знаний. Сказал, что нужна помощь, но, если Мерлин не сможет, он поймет.
На самом деле, это было в планах Артура, но не самых ближайших. А сейчас он решил, что нужно что-то, что встряхнет Мерлина, порадует, заставит выйти из ступора. Друг же так хотел этого – жить в мире с остальными магическими существами, чтобы те не боялись приходить в Камелот. Пусть его мечта исполнится.
Они снова работали вместе, и несмотря ни на что, снова это было очень гармонично. Вечером слуги принесли еды и вина. Но Артур помнил, как Мерлин умолял его покинуть его комнату. Если советник не хочет его видеть, нечестно его заставлять. Особенно когда на сегодня работа завершена. Королю было грустно, ему хотелось побыть рядом с другом. И все равно он предложил:
- Мерлин, если тебе неприятно со мной проводить время вне работы, ты можешь этого не делать. Поешь с Гаюсом или с друзьями.
- Я так и делаю. Ты мой самый близкий друг.
Артур даже глаза прикрыл, словно не верил, что это не сон. Сказал:
- Я думал, ты меня никогда не простишь.
- Я же сказал, что простил.
- Но это было до прихода Мордреда.
- Да, мне очень тяжело. Теперь я помню казнь, помню ужас, боль. Я до последнего верил тебе, Артур. Я так надеялся, что ты вытащишь меня из этой кромешной тьмы. Или хотя бы даруешь легкую смерть. Мне так страшно было умирать вот так.
Артур почувствовал, как слезы текут у него из глаз, но не мог и не хотел ничего с этим поделать. Он виноват, страшно виноват. И нет слов, чтобы оправдаться, о чем он сообщил другу:
- Мерлин, я даже не могу словами выразить, как мне жаль.
- Я понимаю. И я не хочу лишаться еще и дружбы с тобой. У меня и так многое отняли. Я любил Фрею, считал почти братом Ланселота. Тебя братом считаю. Я не хочу больше страдать и лишаться родных людей. Я буду говорить, что простил тебя, пока мы оба не поверим в это.
- Я клянусь честью, что сделаю все что в моих силах, чтобы ты больше никого не потерял, Мерлин, чтобы тебе не пришлось страдать. Я клянусь, что считаю тебя братом и больше не отвернусь никогда, - слова сами срывались с языка Артура и были тогда единственно верными.
- Спасибо, Артур.
Они улыбнулись друг другу. Улыбки вышли немного грустными, потому что друзья понимали, что будет не просто. Но они будут стараться, и все получится.
Когда Гвиневра спросила ночью как у них с Мерлином дела, Артур так и ответил – стараются. Он не мог ей сказать. Пусть в мыслях любимой супруги он остается самым добрым и честным королем. Слишком больно было видеть тогда, после казни Мерлина ее разочарование и отвращение. Артур хотел, чтобы Гвиневра никогда больше не смотрела на него так. И все равно, когда супруга успокаивала его и говорила, что все будет хорошо, Артур чувствовал себя лицемером. Но он в чем не признался – так лучше для всех.
На следующий день король и советник продолжили работу. Она спорилась, им вообще работать друг с другом всегда очень комфортно. А потом Артур решил все же поднять неудобную тему:
- Что будем делать с Мордредом?
- Я никогда не объединюсь с ним.
- Мерлин, я в этом ни на секунду не сомневаюсь. Я только хочу знать, что ты думаешь о нем и планируешь сделать с ним.
- Я не знаю, что делать. Мордред не мерзавец и заслуживает второго шанса. Но хочет ли его? Он нас ненавидит. И есть пророчество, что ты погибнешь от его руки. Я не могу допустить этого. Мне жалко Мордреда, но я скорее убью его, чем позволю ему стать причиной твоей смерти.
- Ты всегда был таким, Мерлин, думаешь о других гораздо больше, чем о себе, - тепло улыбнулся король, - Но я считаю, если Мордреда можно спасти, мы должны попытаться.
- А если пророчество сбудется?
- Мерлин. Ты сам называл меня великим королем. Если есть шанс спасти человека, я рискну.
Артур говорил искренне. Не смотря на причиненный Мерлину вред и попытку убить его, Мордред не походил на мерзавца. Да, он ошибался. Все ошибаются. Он хотел добился того, что в эго понимании является справедливостью. Их задача показать, что он не прав.
После работы Артур с удовольствием проводил время с Гвиневрой, но что-то тревожило его, все мысли возвращались к Мерлину. Супруга давно сладко спала, а король подошел к окну и выглянул. И увидел, как Джордж тащит на себе его пьяного в ноль чародея. Пошел навстречу. Слуга, когда король встретил его на лестнице и забрал советника, только глазами от удивления моргал. Пендрагон повелительно бросил: «Я сам его доведу. Иди пока приготовь постель и все что нужно».
Поклонившись, Джордж занялся делом. Артур практически тащил друга на себе. Да что ж такое? Хотя, он понимал, что. Мерлин не знает, как справиться с навалившемся ужасом. Но почему таверна? Да, раньше король считал слугу алкоголиком, но теперь знает, что Мерлин никогда таким не был. А теперь, если он не поможет, станет.
Когда дошли, все уже было готово. Джордж лепетал о том, что все сделает сам, что королям не пристало таким заниматься, но Артур лично уложил друга в постель. И шепотом поинтересовался:
- Почему он в таком состоянии? Что случилось?
- Сир, я везде разыскивал милорда советника. Мне подсказали, что он в Подкове.
- Надо же, начал по тавернам ходить. Один был?
- С сэром Гвейном.
Вот же… Артур даже кулаки сжал. Конечно, большой любитель таверн и горячительного решил и друга к этому пристрастить. Ну завтра они поговорят…
Тем не менее, состояние Гвейна Артура тоже волновало. Не такой близкий, как Мерлин, но он все равно его друг. Поэтому король спросил у Джорджа:
- А сэр Гвейн? Там остался? Нужно его забрать.
- Нет, сир. Я вывел его тоже, помог Гилан, хозяин таверны.
- Ты там что ли завсегдатай? По имени хозяина зовешь.
- Сир… я… просто…
- Не оправдывайся. Как слуги проводят свободное от работы время не мое дело. Дальше.
- Сэр Гвейн каким-то образом сумел уйти сам. Что удивительно, учитывая, сколько они с советником на двоих выпили.
- Ну, сэр Гвейн и не такое может. Завтра скажи советнику, что я жду его в своем кабинете. Только не буди, пусть выспится, это не срочно. И возьми для него у Гаюса средство от похмелья.
- Сир… я …только…
- Не мямли, я этого не люблю! - Артур понимал, что не должен повышать голос, но настроение и так не очень, а тут еще это блеяние.
- Сир, не наказывайте советника. Он не специально пил, это способ справиться с горем.
Джордж выпалил фразу на одном дыхании, и даже глаза от ужаса закрыл. Как интересно… Идеальный слуга указывает королю, чтобы защитить хозяина. Ему страшно, но он защищает Мерлина. Похоже, другу повезло со слугой. Артур сказал самым мягким своим тоном: «Джордж, не волнуйся за Мерлина. Я хочу ему помочь, а не наказать. Иди спать».
Первым делом утром Артур нашел сэра Гвейна и сквозь зубы процедил: «Надо поговорить». Как ни странно, рыцарь довольно дружелюбно кивнул и попросил друзей их оставить. Еле сдерживая гнев, Артур бросил:
- Вы с Мерлином, я слышал, по тавернам зачастили?
- Пока не то, чтобы, но, думаю, такая ситуация каждый день повторяться может.
- Гвейн, ты себя слышишь!?
- Артур, лучше пусть Мерлин пьет со мной в хорошем месте, чем без меня непонятно где.
Артуру потребовалось несколько минут, чтобы понять, и его гнев испарился. Он спокойно переспросил:
- Значит, это инициатива Мерлина?
- Да, он сам пришел. Артур, я говорил с Гаюсом.
- Он рассказал, что это все из-за меня?
- Он рассказал, что это все из-за Мордреда. А мы должны помочь другу.
- Надо еще с Мордредом разобраться.
- Не волнуйся, вместе мы справимся.
Гвейн ему улыбнулся, и Артур заметил, как изменилось отношение рыцаря. Похоже, на этот раз он все делает верно. Теперь нужно решить две главные проблемы, и все непременно будет хорошо.
