Глава 25Обо всем узнали уже на следующий день. Все планы Мелани с треском рухнули, и она ничего не могла с этим поделать. Она пыталась убить Лили — её спас этот недоумок Малфой, она пыталась убить Инди — снова Малфой, она пыталась быть с Эваном — он посчитал ее ненормальной. И теперь во всем этом её обвиняли, и прямо сейчас директор читала длинную лекцию об этом. Мелани сама несла за себя ответственность, но она понятия не имела, что с ней сделают. Только ей было плевать на то, что говорит директриса. Уже ничего не исправишь. Никто не защитит её. Но пусть Мелани и осталась одна, она, по крайней мере, не сдалась.
— Ответственность за все это лежит полностью на вас, мисс Остин, — говорила Макгонагалл. — Разумеется, вы больше не являетесь студенткой школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, ваше дело передается в Министерство Магии. Если бы вы были несовершеннолетней, может, наказание и смягчили бы. Но в этом случае вас ждет суд. И никто не будет выгораживать вас, мисс Остин, имейте в виду.
Брюнетка закатила глаза и отвела взгляд, тем самым показывая свое равнодушие не только по отношению к людям, которым навредила, так и к собственной участи.
— У меня только один вопрос мисс Остин: зачем вы это сделали? Неужели вы не сожалеете о своих действиях?
Директор ожидающе смотрела на девушку, надеясь, что она что-то скажет. Ведь уже прошло несколько часов после того, как Скорпиус и Лили все рассказали директору Макгонагалл о том, что сделала Мелани, они рассказали все. Остин же ни слова не проронила в свою защиту, лишь подтвердила, что оправдываться и извиняться она не будет.
— Они это заслужили!
Директор покачал головой.
— Через час за вами приедет ваша мать, мисс Остин можете идти собирать свои вещи.
Спустя три месяца
— Долго там ещё? — устало спросила Лили.
Скорпиус усмехнулся:
— Я только начал. И как ты только умудрилась спросить это сто раз за минуту?
— Мне солнце в глаза светит, — не унималась Лили.
— Зато красиво получится.
Поттер вздохнула, снова отвернувшись от него. Они сидели у озера, а Скорпиус пытался нарисовать Лили. Только у него не слишком получалось, учитывая то, что она все время вертелась, как ребенок. Но Малфой молча ухмылялся этому. Ему нравилась такая Лили. Сейчас у неё не было никаких тайн, её не терроризировал Аноним в лице Мелани Остин. С того случая уже столько времени прошло... Ну или три месяца. Да, может, и не так много, но за это время немало изменилось в их жизнях.
Не изменилось лишь одно: она все так же не являлась его девушкой. Не то чтобы парень не хотел этого, просто Лили не торопилась. Они просто проводили все свободное время вместе, разговаривали. И казалось Лили этого хватало, но не Скорпиусу. Ему все время хотелось целовать, обнимать ее. Только, когда они доходили до секса, Лили останавливала его. Скорпиус не знал, что Лили боролась сама с собой, со своими противоречиями.
— Лили, — Скорпиусу осталось еще немного, чтобы закончить рисунок, но девушка его не слушала и смотрела по сторонам.
Поттер хотела было вернуть свою голову в то же положение, как увидела в трехстах метрах от них Эвана с Элеонорой.
Они гуляли по противоположному берегу, держась за руки, и Элеонора оживленно что—то рассказывала Эвану. Лили даже отсюда могла видеть огонь в её глазах. А Эван просто слушал её с довольной улыбкой на губах, не отрывал от неё взгляда и, наверное, был счастлив. Лили нечасто с ним пересекалась за все это время, но много знала о его "новой" жизни. Все—таки, слухи о капитане не переставали ходить по Хогвартсу после их расставания. Но что бы о нем и Элеоноре ни говорили, Вуд был по—настоящему счастлив. Лили видела это по его глазам. И она была на самом деле рада за него.
Улыбнувшись своим мыслям, Поттер наконец повернулась к Малфою.
— Ну, наконец—то! — весело сказал он, воля карандашом по листу, — Так и сиди.
Лили усмехнулась.
Скорпиус всегда был рядом, даже в трудные моменты он был рядом, и от этой мысли по телу Лили распространялось тепло. Блондин посмотрел на нее долгим взглядом, девушка даже почувствовала себя неловко.
Когда Малфой вернулся к своей работе Лили резко вскочила и направилась к нему. Ничего не говоря а, только улыбаясь, она схватила его за руку, заставляя подняться.
- Что? Я еще не закончил... – возразил Малфой.
— Позже закончишь, — прошептала Лили ему в губы и поцеловала. — Пойдем.
— Куда?
— Ко мне, — загадочно ответила Поттер, и Малфой дернул уголком губ, — Кажется, пора наверстать упущенное.
***
Альбус сидел в библиотеке и читал книгу, приближаются ЖАБА, и Поттер все чаще зависал в храме знаний, и только с Индианой он мог забыть об учебе. Только стоило о ней вспомнить, как девушка опустилась рядом со слизеринцем.
— Альбус нам нужно поговорить, — сдавленно сглотнув, сказала блондинка, нервно теребя свои волосы.
Поттер встревоженно на нее посмотрел и захлопнул книгу «Основы Трансфигурации».
— Что—то случилось?
Малфой потрясла головой:
— Нет, ничего не произошло.
Парень ожидающе на нее смотрел, а Индиана не знала, как начать этот терзающий ее разговор. Она положила руки на стол и тяжело вздохнула. Ей было необходимо собраться, чтобы сказать ему правду.
Индиана шумно втянула воздух и хрипло проговорила:
— Мы должны расстаться.
Альбус вскинул брови и недоуменно посмотрел на возлюбленную:
— Сегодня что первое апреля?
Инди сильнее нахмурилась:
— Не смешно, Ал. Нам, правда, нужно расстаться. Не спрашивай почему, просто нужно.
Поттер ничего не понимал, он был в растерянности. Что она несет?
— Я не понимаю, почему?..
— Потому что ты на самом деле не любишь меня, вот почему. Все это время я заставляла тебя делать это.
— Ты не в себе. И ничего ты не заставляла, — Альбус попытался дотронуться до её руки, но она убрала руку, не давая о себя дотронуться.
— Со мной все нормально. Просто... В общем, я подливала тебе Амортенцию все это время. Каждый раз после того, как вы с Дани расстались. Вот и все. Эта любовь обман.
— Что за чушь ты несешь, Инди?
— Я не вру, я действительно подливала тебе амортенцию в течение полугода, но я так больше не могу, – девушка опустила голову и накрала лицо ладонями, — Я не люблю тебя, а ты меня и подавно. Мы лишь держим друг друга.
Альбус свел брови. Что с нее? Как она может такое говорить?
— Я тебе не верю, ты не могла!
— Я Малфой не забыл? – она убрала руки с лица и слегка улыбнулась, — Посмотри свои леденцы, которые ты часто ешь. В них добавлена амортенция, я заплатила, чтобы это сделали. Таким образом, ты каждый день подливал себе амортеницю, собственноручно. Со вкусом черники, поэтому ты ее и любишь. Прости, но это правда.
— Инди, — начал Альбус, но слизеринка его не слушала. Она встала, заканчивая этим разговор.
— Нет.
— Индиана!
Он успел поймать её руку, до конца не понимая, чего хочет, и она обернулась. Лицо все так же не выражало никаких эмоций.
— Я уезжаю, Ал. Сегодня. Сейчас же. И когда я уеду, ты поймешь, что я уже не нужна. Амортенции больше не будет. Все это кончится, ты просто должен отпустить.
Она выдернула свою руку и ушла так же быстро, как и появилась.
