3.17Майрон вглядывался в осколок палантира с таким видом, словно от этого зависела его жизнь, Тхурингветиль вцепилась в его руку, притягивая кольцо ближе к себе. Сириусу в этой суматохе нормального места не досталось, поэтому он с невозмутимым видом прогуливался по залу, изредка вставляя саркастичные реплики в непрерывную болтовню майар.
Пожалуй, если для кого прошедшие годы и оказались по-настоящему тяжелыми, так это для Мелькора. Сириус в очередной раз мысленно поблагодарил Гарри: хотя он оказался никудышным крестным, тот все же пожелал увидеть перед смертью именно его и избавил тем самым от долгих и мучительных лет на грани между жизнью и смертью.
Сириусу была слишком хорошо знакома эта оглушительная, опустошающая усталость. Воспоминаний об Азкабане не удалось перечеркнуть даже чертогам Мандоса — но Мелькору ведь не с чем было сравнивать.
Очевидно, что сейчас его в последнюю очередь интересовали прирост поголовья орков и новая лаборатория, что Тхурингветиль распорядилась оборудовать в замке на холме, попутно тайно перетаскав туда половину оборудования и записей из Утумно.
— Наши худшие подозрения оправдываются, не правда ли? — заметил он, узнав о воскрешательном камне. — Они используют магию, земную магию. Я видел Сильмариллы. Они напрямую связаны с древами.
— Значит, от них необходимо избавиться, — убежденно заявил Майрон. — И от древ, и от Сильмариллов. Уничтожить их так же, как светильники!
В этот момент Сириус осознал, почему ему настолько не хватало друга. Там, где лично ему пришлось бы потратить долгие часы споров и уговоров, вовсе не гарантирующих, что в итоге Майрон все равно не поступит по-своему, оказалось достаточно лишь фирменного взгляда Мелькора.
— Что с ними не так? — Майрон нахмурился. — Их охраняют? Их нельзя уничтожить?
— Все можно уничтожить, — после паузы отозвался Мелькор. — Вопрос в том, какой ценой. Валар учли предыдущую неудачу со светильниками. На свете древ завязано много больше, нежели простое усиление магии фэйри. Если полностью лишить Арду этого света, мы пострадаем не меньше остальных.
— Каким образом? — Сириус, наконец, счел необходимым вмешаться в разговор. — Если прекратить отток магии в Валинор, у нас есть шанс обнаружить немало волшебников среди пробудившихся людей. Если убедить их встать на нашу сторону, мы выиграем много больше, нежели от твоих весьма сомнительных переговоров с нолдор. Не говоря уже о том, что королевский дом Финвэ никому не позволит диктовать себе свою волю, я уже успел понять от Индис, что это за народец.
— Да неужели? — Мелькор издевательски изогнул бровь. — Скажи, а ты видел хоть одного из них? Не считая этой девочки, унаследовавшей исключительно фамильные черты семьи Индис?
— Не приходилось, — озадаченно протянул Сириус. — Да я и не интересовался, для того, чтобы не проникнуться к ним расположением, мне достаточно рассказов.
— А стоило бы, — усмехнулся Мелькор. — Ты бы приятно удивился, узнав, что Финвэ — один из тех фэйри, что незапамятное количество лет назад мы имели глупость связать с родом.
Воцарилась продолжительная тишина. Майрон подчеркнуто заинтересовался пейзажем за окном, игнорируя убийственный взгляд Сириуса.
— Разве это не хорошо? — осторожно поинтересовалась Тхурингветиль, склоняясь к палантиру. — Присяга перед родом не позволит им целенаправленно нам вредить.
— Тхури, ты представить себе не можешь, каким ударом может обернуться обет такого вида, особенно с учетом того, что мы стирали им память, — сердито бросил Сириус. — Я относительно недавно подтвердил силу этих клятв перед Марволо, который, несмотря на свое состояние, еще может выступать в качестве полноценного магического свидетеля!
— Марволо? — заинтересованно переспросил Мелькор. — Я должен о чем-то узнать?
Теперь настал черед нервничать Сириусу.
— Потом это обсудим, договорились? Итак, у нас сразу три проблемы. Первая: магический обет могу расторгнуть только я, как глава рода. Вторая: ритуал нельзя провести без физического присутствия хотя бы одного из связанных с нами эльфов. Третья: для этого нужно находиться в Утумно.
— Нолдор весьма привлекает та жизнь, что мы вели в Арде, — заметил Мелькор. — О многом они узнали от меня, часть — от тех ваниар, что разделяют тайные взгляды Ингвэ. Они заинтересованы в том, чтобы вернуться. Это хорошо и для нас, и для Индис.
— Если нолдор решат выступить согласованно, валар не станут их удерживать, — убежденно заявил Сириус. — В конце концов, переселение в Валинор было жестом доброй воли, никто их не принуждал. Но это не проясняет ситуации с древами. Почему они так важны?
— Значительная доля секретов Илюватора неизвестна никому из валар, даже моему брату, — пояснил Мелькор. — Если принять за аксиому наше предположение о том, что измерение, в котором существует Арда, является второстепенным по отношению к твоему миру, то свет древ буквально вплетен в структуру этой вселенной. Он поддерживает тот магический купол, внутри которого мы существуем: если выпустить его и уничтожить сосуд, сфера начнет слабеть и растворяться.
— К чему это в итоге приведет? — помрачнел Сириус. — К разрушению Арды?
— Скорее, к поглощению Арды более сильной вселенной, — возразил Мелькор. — Грань между мирами будет слабеть, а наши силы — уменьшаться вместе с продолжительностью жизни. Мы снова станем смертными, как и были когда-то, и если у валар еще есть шансы повторить опыт с созданием пространства в пространстве, нам там уже места не найдется.
— Но нельзя же позволить древам питаться нашей магией! — возмутился Сириус. — Сколько сотен лет должно пройти, прежде чем мы начнем замечать, что заклинания даются нам все тяжелее? И сколько времени понадобится валар, чтобы понять, насколько мы слабы? Ты ведь видел, что происходит с Индис!
— Видел, — Мелькор сосредоточенно что-то обдумывал. — Есть один путь, что приходит мне в голову. Если уничтожить древа, отток магии действительно прекратится, сомневаюсь, что валар в скором времени найдут способ его восстановить в прежнем объеме. Части этого света, заключенного в материальном носителе, будет достаточно для поддержания равновесия в Арде.
— Материальный носитель? — Майрон широко раскрыл глаза. — Ты имеешь в виду Сильмариллы?
— Именно, — коротко кивнул Мелькор. — Сильмариллы должны находиться в Арде. И это единственная причина, по которой я все еще трачу время на попытки о чем-то договориться с несносным наследником Финвэ.
— Мы бы могли ему приказать, — заметила Тхури. — Он ведь обязан действовать в интересах рода. Теперь я сомневаюсь, что собой представляло это творение — не вмешательство ли самой судьбы?
— Так и есть, по мнению Намо, — усмехнулся Мелькор. — По его словам, судьбы трех стихий: земли, моря и воздуха — заключены в этих камнях.
— Трех стихий? — заинтересовался Сириус. — Любопытно, почему цикл не завершен? Для того, чтобы круг замкнулся, не хватает еще одного камня. Ты уверен, что Куруфинвэ показал валар все артефакты, что создал?
— На досуге непременно распрошу его об этом, — саркастично заметил Мелькор. — Он ведь с таким удовольствием делится планами и объясняет мотивы своих решений.
Сириус взволнованно поднялся на ноги.
— Все это одновременно упрощает и усложняет нам задачу. Не вдаваясь в ненужные сейчас подробности, расскажу, что удалось выяснить мне. Незадолго до своего исчезновения из Британии, фэйри пользовались защитой и покровительством одной крайне влиятельной особы. Они называли ее королева Маб. У меня есть шаткие основания полагать, что эта женщина может быть здесь. В Арде. Если быть точнее, в Валиноре, среди валиэр. Или валар, учитывая даже то немногое, что о ней известно, она могла воплотиться в кого угодно. Вот почему я бы не спешил приказывать фэйри. Они должны привезти камни в Арду по собственному желанию.
— Эта женщина опасна? — быстро спросил Мелькор. — В чем ее интерес?
— В моем мире она жила слишком давно, чтобы можно было что-то знать наверняка, — покачал головой Сириус. — Скажу только, что волшебница, которую помнят и по прошествии тысячи лет, не может не быть опасной. Достаточно судить по ее ученикам…
— Но кем она может быть? — недоуменно пожала плечами Тхурингветиль. — Варда, да?
— Слишком очевидно, — возразил Сириус. — Я разговаривал с Вардой, ее незаинтересованность в магических практиках в Средиземье отвечает целям Маб, но магия и знания ее не настолько велики. Выбирая из всех, я бы поставил на Йаванну.
— А я на валиэ Эстэ, — не согласилась Тхури. — Ей эта роль больше других подойдет. Хотя о чем мы гадаем? Их четырнадцать человек, из которых, судя по всему, только один помнит свое истинное прошлое. И он уж точно не станет привлекать к себе внимание.
— Об этом можно поразмыслить позже. Времени у нас не так много, — подметил Мелькор. — Сказать по правде, я не хотел бы задерживаться тут дольше необходимого. И вы можете кое-что сделать для меня. Повлиять на Индис и ее сыновей.
— Этого достаточно для отметы обетов, — согласился Майрон. — Но не решает проблемы камней. Если Куруфинвэ настолько несговорчив, он не согласится отправиться в Средиземье на твоих условиях.
— Пока думает, что валар всецело на его стороне, — усмехнулся Мелькор. — Этому нолдо еще предстоит узнать, что даже запасы великого терпения моего святого братца имеют тенденцию истощаться. Если Куруфинвэ лишится поддержки своих покровителей, куда он пойдет тогда?
— Попытаться можно, — Сириус утомленно возвел взгляд. — Вот только на логичное развитие событий я бы тут не рассчитывал. Здравый смысл в нашем случае никогда не работал. Возьми хотя бы мой побег из тюрьмы? И кто мог такое предвидеть?
— Кстати, о твоем побеге, — Мелькор растянул губы в ухмылке в ожидании захватывающей истории. — Я хочу знать подробности. Как тебя встретила блистательная леди Вальбурга?
Сириус, Майрон и Тхури невесело переглянулись. Выбора у них не оставалось. Все же предупредить Мелькора о Марволо стоило заранее — пока тот еще находится на безопасном расстоянии от Ангбанда.
