Глава 57Гермиона открыла дверь собственной квартиры и устало прислонилась к стене. Да уж, последние деньки выдались напряжёнными: вчера была полна на события свадьба Гарри и Джинни, утром несколько часов гриффиндорка отсыпалась, потом бежала на встречу с подругой, которая рассказывала о визите к ребенку Рона и Панси, свадебных подарках и фотографиях, в Косом переулке она пересеклась с Блейзом, вместе они выбрали подарки вышеупомянутому малышу. После ужина Забини умчался в Мунго.
«Слишком много всего, — думала Гермиона, — хочется завалиться на диване с книжкой и чашкой чая».
На пороге гостиной девушка замерла. В полутемной комнате, как бенгальский огонек, сверкала и искрила волшебная палочка Блейза, в воздухе она выписывала объемные буквы из мелких искр, что взрывались крохотными фейерверками.
«Ты дождалась. Встретимся в моем любимом месте. Б.З.»
Грейнджер зависла. Чего она дождалась? Вдруг в ее мозгу прокрутился вчерашний разговор о женитьбе. Он что собирается сделать предложение? Она что — напросилась?
Гермиона набросила кардиган, засунула в карман палочку и трансгрессировала в парк Уотерфолл — туда возле каскада фонтанов Блейз часто приводил ее посидеть на лавочке под фонарем и попить кофе или съесть мороженое.
В парке было на удивление тихо. Обычный вид дополняла роскошная, викторианской эпохи карета из темного дерева — не то розово-белое недоразумение, что было на девичнике у Джинни.
— Неужели он подготовил для меня полёт? — под нос пробормотала Гермиона и медленно шагнула к карете.
Дверца самостоятельно распахнулась и внутри стал смутно виден мужской силуэт.
Лампочка в фонаре громко — на фоне окружавшей парк тишины — треснула, Грейнджер вздрогнула и будто отрезвилась. В ее памяти всплыла ухмылка Блейза:
— Я бы сел в летающую карету только пьяным…
Не он. Пальцы решительно обхватили лежащую в кармане волшебную палочку, но там и остались, закаменев. Голос застрял где-то в горле, а ноги несли Гермиону к карете, что с зияющей открытой дверцей напоминала неизвестное чудовище.
Гермиона ввошла внутрь, всеми фибрами своего разума пытаясь собственному телу приказать слушаться ее, а не неизвестного, сидящего рядом. Ничего не получалось. Шея послушно повернулась в сторону окошка, не дав даже возможности девушке глазами встретиться с противником.
Мужская рука потянулась и, дотронувшись до Гермионы, захлопнула дверцу.
Панси носилась по больничной палате, одной рукой придерживая младенца, а второй переворачивая многочисленные пакеты.
— Идиот! Вот так идиот! Я просила купить специальные влажные салфетки. Что же сложного? Это же может запомнить даже тормоз! Малюсенький списочек покупок, крохотный!
Рон, чья голова еле выглядывала из-за гор пелёнок, подгузников, присыпок и одежок, вздохнул и почесал голову пинеткой:
— У тебя странное представление о размерах. Если этот список крохотный…
— Хочешь поговорить о размерах? — завалила пирамиду из подгузников Паркинсон.
— Да не при ребенке же! — возмутился Рон.
Уизли-младший вылупил и без этого большие глазенки и начал жевать нижнюю губу.
— Чем мне вытереть ему задницу?
— слизеринка ткнула Рону под нос попку размером с большой кулак.
— Нуу… Я знаю одно заклинание.
— Колдовать над собственным ребенком? — зашипела Панси.- С твоими-то куриными мозгами?!
Рон, что уже давно не обижался на любые слова Паркинсон на свой адрес, покрутил головой и достал одну из бумажек из папки документов, опрометчиво забытой Гарри в палате.
— Вот!
Панси, возмущённо охнув, выхватила листок из рук парня:
— Да ты гонишь! — мельком глянула она на бумагу.- О, знаю колечко с этим камушком. Но, как ты думаешь, эта бумага предназначена для вытирания детских какашек? Ассоциация целителей одобряет?
Гермиона всматривалась в чудесные огни вечернего Лондона, мелькавшие внизу. Она не могла видеть своего попутчика, но чувствовала его рядом, дотрагивалась до него плечом и рукой, слышала его спокойное уравновешенное дыхание, в воздухе витал лёгкий запах его приятного, дорогого парфюма.
Ей не было страшно, хотя сердце стучало так громко, что ее похититель мог его слышать. Больше всего гриффиндорка хотела повернуться и посмотреть на его лицо. Почему он не говорил? Во всех фильмах негодяй толкает длинный монолог, описывая свои деяния, а этот молчит. Он мучает ее. Он знает, что с ее синдромом всезнайки худшим наказанием для нее будет неведение.
Рука опять проскользнула мимо Гермионы и распахнула дверцу.
Шепотом неожиданно теплый, приятный мужской голос произнес:
— Умеешь ли ты летать, Грейнджер? — и другая рука с силой толкнула ее вниз.
За секунду Гермиона успела многое: услышать из своего горла отчаянный крик, почувствовать, как ожили держащие в кармане палочку пальцы и произнесла единственное, что взбрело в голову — идиотское заклинание Луны Лавгуд, что она орала на девичнике у Джинни, пытаясь выпрыгнуть с кареты.
— Что ты сказала? — Рон пытался отфильтровать спам, исходящий от слизеринки.
— О дерьме? — поменяла подгузник сынишке Паркинсон.
— О кольце! Может ты имела в виду браслет?
Панси закатила глаза:
— Ты что думаешь, что я не способна различить браслет и кольцо? То что мне их не дарят, конечно, в последнее время — это факт, но я же не лохушка какая-то…
Рон подошёл к девушке и взял из ее рук ребёнка:
— Панси, это важно. Ты точно ты видела кольцо? Где?
Паркинсон пожала плечами:
— Ясен пень, что видела. У Миллисент Буллстроуд, ее с ним похоронили.
Гарри снял очки и устало потёр глаза. Молодая медсестра молча и с каменным выражением лица вводила Гермионе в вену лекарство, потом посмотрела на капельницу и так же молча вышла с палаты, сменив Грейнджер неодобрительным взглядом.
— Они думают, что я сама прыгнула с крыши, — обьяснила Грейнджер и попробовала улыбнуться, но разбитые губы и поцарапанное лицо эй этого не позволили.- Но они не понимают, как мне удалось выжить.
Гарри посмотрел на ноги подруги — в шинах и покачал головой:
— Честно говоря, даже мне, волшебнику, это сложно понять.
— Я вспомнила левитирующее заклинание Луны, — дотронулась пальцем до шейного воротника Грейнджер, — не скажу, что оно работает, но мне помогло.
Поттер придвинул к кровати подруги стул и сел:
— Ты знаешь, мне кажется, что мисс Лавгуд очень недооценена современниками.
— Так возьми ее в авроры, — продолжала водить пальцем по шее Гермиона.
— Обязательно подарю Биркли эту идею на день рождения, когда он меня окончательно достанет.
В палату — без стука и лишних церемоний ворвался Блейз. Не очень тактично отодвинув Гарри вместе со стулом, он упёрся на койку:
— Ты как? Как?
Гриффиндорка вздохнула:
— Жить точно буду.
— Ее надо перевезти в Мунго!
— Не сейчас, — из-за спины Блейза отозвался Гарри.
— Почему?
— Забини, мы сосуществуем с миром магглов. А у них, соответственно, свои законы и правила, которые для собственной безопасности надо пытаться уважать!
— Как? Как? — взгляд Забини бегал по Гермионе — от ног к лицу, видимо, оценивая степень повреждений.
Грейнджер смутилась:
— Я думала, что это ты позвал меня в парк Уотерфолл. Знаешь, после всех этих напряженностей на тему свадьбы, я думала, ты решил предложить мне… Ну… И в связи с этим сделал мне сюрприз с летающей каретой. А он… Я была под Империо и он столкнул меня вниз.
Гермиона замолчала и украдкой взглянула на Блейза. На его лице отобразилось замешательство и непонимание.
— Карета? — наклонился он к девушке.- Гермиона! Какая, к едреной матери, карета?!
— Забини, где ты был вечером? — спросил Гарри и подошёл к слизеринцу.
— Что? — удивился парень.
— Нет, Гарри, — запротестовала Гермиона, пытаясь сесть в кровати, — прекрати, это не он! Не он.
— Я спрашиваю, где ты был сегодня вечером?
— Гарри, я же говорю, что это не он. Я не разрешу, чтобы второй раз из-за меня…
— Лежи, я разберусь сам, — ответил Забини холодным тоном, по которому Грейнджер всегда узнавала в любимом человеке того мерзавца из Слизерина, которого ненавидела в школьные годы.- То есть ты думаешь, что это я все подстроил? Просто из-за того, что какой-то мудак закосил под меня?
— Скажи ему про палочку, Гермиона, — попросил Поттер.
— Какую палочку? — повернулся к девушке Забини.
Гермиона зажмурилась:
— В квартире была твоя палочка, именно она наколдовала приглашение.
— Ты не ошиблась? — переспросил удивленный слизеринец.
— Она уверена, что нет, — строго произнес Гарри.
— Да ну, — жутко засмеялся Забини, от чего у Грейнджер побежали по коже мурашки, — а тебе, я вижу это доставляет удовольствие. Моя палочка?
Гермиона кивнула.
— Вот эта палочка? — вытянул слизеринец из кармана волшебную палочку.
Гермиона шокировано молчала.
— Это твоя палочка, — не спросила, а, скорее, констатировала факт девушка.- Но там была тоже палочка. Твоя. Я же ее узнала.
— Там была эта палочка или та, что у меня в пещере отобрал Райнер?
Грейнджер громко выдохнула:
— Какая же я идиотка! Поверить не могу! Какая идиотка!
Гарри, решив, что оставить Гермиону в покое будет сейчас лучше, погладил ее по руке:
— Не казни себя. Я пойду успокою наших.
Разминувшись в дверях с Поттером, в палату вкатила какой-то то столик с прибором незнакомая Гермионе докторша.
— Это что? — поинтересовался Блейз.
— Аппарат УЗИ.
— Зачем? — не поняла Грейнджер.
— Если молодой человек выйдет, то я объясню.
— Он не выйдет, — совершенно не излучая доброжелательность, ответил парень.
— Пусть остаётся, — кивнула гриффиндорка.
Доктор включила аппарат.
— Дело в том, мисс, что по результату анализа крови, мы увидели, что на момент вашего… ммм… несчастного случая, вы были беременны. И вот нам нужно проверить, что с ребенком после столь значительных повреждений вашего организма.
Блейз побледнел и закрыл лицо руками. Гермиона ахнула и собрала в кулак простыню:
— Что же я наделала? Что же я наделала? Почему? Почему?
Доктор подняла рубашку девушки:
— Мисс, успокойтесь, в любом случае вам нужно беречься. Мы все выясним.
Гермиона не смотрела на маленький экран УЗИ-аппарата, она смотрела на Блейза, в ярких глазах которого всегда плясали озорные огоньки, а сейчас была просто пустота.
Доктор водила по животу гриффиндорки и нажимала какие-то кнопки.
— Он? Он жи…- проглотил последние буквы Забини.
— Простите! — виновато глянула на Гермиону медик и повертела один из рычажков. Палату наполнило равномерное громкое стучание. Блейз сполз по стене.
— С ним все в порядке? — наконец посмотрела на экран Грейнджер.
— Сложно сказать, мисс, срок очень маленький. Основные показатели в норме, но гематома огромная, угроза серьезная, специалист подберет вам терапию. Отдыхайте, — врач вытерла живот девушки салфеткой и поднялась.-Вам нужно поспать.
Дождавшись, когда женщина скроется за дверью, Блейз пододвинул стул к кровати, сел и уткнулся лицом Гермионе в плечо.
— Я бы себе не простила, — облизала пересохшие губы Грейнджер, — если бы что-то… Не простила бы. Как же хорошо, что обошлось. Я дышать теперь могу.
— Я его убью, — послышался голос Забини — Убью.
Гермиона гладила парня по голове, пропуская сквозь пальцы его темные волосы.
— Мне больше всего жаль, что я его не рассмотрела. Он ведь специально позволил мне выйти из этого оцепенения в последний момент, чтобы услышать мой крик, мой страх. Я была плечом к плечом к нему, Блейз, и я его не узнала.
Слизеринец поднял голову и осторожно, кончиком пальца, дотронулся до разбитой губы Грейнджер:
— Это не имеет значения. Я все равно найду его. Гермиона, я найду его.
