Глава ГлаваЗа чашкой чая он сидел и думал: как так могло получиться, что его мнение поменялось? В какой момент он стал думать совершенно по-иному и эта девушка стала его привлекать?
— Чёрт, опять я думаю про эту чёртову грязнокровку. Почему она постоянно в моей голове?
В его голове опять проскользнули мимолётные видения её причёски. Эта дурацкая копна волос, вечно выглядящая как гнездо, так заманчиво выглядит и пахнет, наверное, тоже очень приятно. Опять он думает о ней... Как же это всё выбросить из головы? Как же это бесит. Тут вдруг скрипнула дверь и зашли ребята. Драко был чертовски раздражён, и вовсе не из-за того, что ребята помешали пить ему чай или опять пришли со своими шумными разговорами, а опять-таки потому, что не выходила из головы Гермиона. Грязнокровка. Чёртова грязнокровка. Он не должен думать о ней. Но в то же время он ничего не мог с собой поделать: мысли постоянно витали у него в голове и постоянно возникал образ Гермионы. Гермионы Грейнджер.
Сегодня такой чудесный вечер. Чёрное звёздное небо и так вкусно пахнет цветами, как в детстве, когда с мамой ходил гулять по вечерам в сад. Драко решил прогуляться, заодно проветрить свои мысли.
Всю жизнь родители растили его в чётком понимании того, кто он и чего стоит. Но что поменялось за последний год, он никак не мог понять. В какой момент произошло так, что, находясь в одном помещении с этой девчонкой, сердце просто начинало выпрыгивать из груди, потели ладошки и возникало ощущение безумного счастья.
В то же время Гермиона не обращала на него внимания. Она вечно возилась с этими мальчишками, с Гарри и Роном. Такой противный умник, как будто бы он лучше Драко, как будто бы он чего-то стоит. О Роне можно было и вообще не переживать. Неуклюжий, рыжий, конопатый — на такого обычно не смотрят девчонки. Но они ему ужасно не нравились, потому что всегда были рядом с Гермионой.
Он сидел на земле возле огромного дерева. Мягкая подушка из мха создавала ощущение, что ты находишься в мягком и уютном кресле, звёзды и луна освещали небольшое пространство вокруг, и так чертовски вкусно пахло цветами и прохладным летним воздухом. Тут Драко услышал шорохи. Он уже хотел пойти в комнату, но решил посмотреть, кому же не спится так же, как и ему в эту ночь. Он был немало удивлён, так как увидел саму мисс Грейнджер, и что не менее удивительно — она была совершенно одна. Ни выскочки Гарри, ни олуха Рона.
В этот вечер Гермионе не спалось. Она опять задумалась над тем моментом, как она, обычная девчонка, как говорят здесь, магл, сумела попасть в этот прекрасный Хогвартс. И иногда казалось, что она до сих пор не верит своему счастью и что это всего-навсего сон: она откроет глаза и окажется в своей комнате. Маленькой, но очень уютной комнате. Конечно, она была безмерно счастлива тому, что оказалась в таком прекрасном месте, эти все великолепные профессора, учителя. Одни друзья чего стоили. С Гарри и Роном они сдружились с первых же дней. Одно время он ей очень нравился, она даже думала, что влюбилась в него. Но чем больше она с ним общалась, тем больше понимала, что этот мальчишка совершенно не для неё. Она всегда мечтала о великой любви, о том, чтобы её носили на руках, кидали на огромную кровать, готовы были убить за неё. Рон совершенно не такой. Гермиона передёрнула плечами. Прохладный ветерок растрепал её волосы ещё больше. Почему-то в голове всплыла улыбка Драко. Драко Малфой... С ним у них не заладились отношения с первой же минуты. Высокомерный и очень противный, она не любила таких людей, но её чертовски тянуло, словно магнитом, к этому человеку последнее время. Она словно кожей ощущала его присутствие в помещении. Чтобы это значило? Гермиона встряхнула головой, словно пытаясь вытряхнуть эти мысли из головы, но взгляд и улыбка не хотели оттуда уходить никак. Она даже себе боялась признаться в том, что Драко ей очень нравится, и если бы он не был таким противным и высокомерным, возможно, она бы обратила на него своё внимание. Но это точно из разряда фантастики.
Драко сидел под своим деревом, стараясь даже не дышать, боясь вспугнуть Гермиону. Он не мог налюбоваться на её профиль. Сегодня ночью её дурацкое гнездо почему-то казалось особенно привлекательным, её озябший силуэт так и тянул подойти и обнять, в голове были просто тысячи мыслей. Он не знал, что же всё-таки сделать. Буквально через мгновение Драко стоял за спиной у Гермионы, проклиная себя в голове. Что же он делает? Гермиона резко развернулась, чуть ли не нос к носу столкнулась с Драко, испуганно вскрикнула и отступила на шаг назад. Через мгновение она почувствовала, что начала падать, но крепкая рука ухватила её за талию и резко притянула к себе.
Они оба стояли ошарашенные происходящим. Драко удивился самому себе. Он, Малфой, дотронулся до грязнокровки? Ну, ему чертовски нравились эти ощущения: она была так близко, как он и думал, от неё чертовски вкусно пахнет, так хотелось зарыться носом в её волосы, но это было бы слишком. Гермиона чуть ли не носом уткнулась в грудь Драко и боялась пошевелиться. Её озябшее тело ощущало его жар, так хотелось к нему прижаться. Даже одни мысли об этом её пугали. Всё это длилось всего несколько секунд, но словно в замедленной съёмке показалось, что прошла целая вечность. Это были именно те объятия, о которых она всегда мечтала. Это был именно тот запах и те ощущения, которые постоянно возникали в голове у него.
— Грейнджер, ты чертовски неуклюжа, — голос прозвучал каким-то хриплым.
— Что ты здесь делаешь, Малфой? Ты следил за мной? — голос Гермионы отказывался её слушаться.
— Слишком много чести, Грейнджер. Ты что-то вынюхиваешь по ночам? — взяв себя в руки, сказал Драко.
Гермиона только фыркнула и, осознав, что до сих пор находится в его объятиях, попыталась вырваться.
— Немедленно отпусти меня! — вздёрнув свой прекрасный нос, воскликнула Гермиона.
Только сейчас Драко заметил, что до сих пор крепко держит её в своих объятиях. На мгновение он даже испугался, что она о чём-то догадается, и быстро отдёрнул руки. В это же мгновение Гермиона чуть не рухнула. Не успел он подать ей руку, как она бросилась прочь. Луна была полной и висела очень высоко, в её свете была видна тонкая фигурка, убегающая ближе к замку. Драко тяжело вздохнул. Его переполняла буря эмоций, он не понимал, что он чувствует, но казалось, что ему это нравится. Постояв какое-то время возле дерева, пытаясь собрать свои мысли в ровные ряды, он двинулся в свою комнату. Завтрашние занятия никто не отменял, и надо было бы лечь сегодня спать, ну или хотя бы попытаться уснуть.
— О, Великий Мерлин! Гермиона Грейнджер, как ты дожила до такого? — тихий шёпот Гермионы раздался громогласно в её пустой комнате.
Захлопнув за собой дверь и прижавшись к ней спиной, она ощущала, как дрожит всё её тело. Ноги подкашивались, а руки её не слушались, словно она сделала что-то ужасное, запретное и преступное. Гермиона закрыла глаза, но мгновенно возникшая в воображении картинка их обнимающихся ночью в лесу заставила открыть их широко, словно от того, насколько широко она откроет глаза, зависела её жизнь. Словно широко открытые глаза могли защитить её от этих фантазий и воспоминаний.
— Как ты дожила до такого, мисс Грейнджер? — мысленно она спросила себя на этот раз.
Умывшись ледяной водой, Гермиона забралась под одеяло. Странно, но холодная вода ни капли её не отрезвила, а в голове крутились мысли, обрывки фраз, и эти чёртовы глаза возникали каждый раз перед её взором, стоило ей закрыть свои глаза хоть на секунду. Что это было? Ей показалось, или на самом деле Драко хотел её обнять? Его глаза не были колючими и холодными, а в них были нежность и желание?
— Надо попытаться уснуть. Завтрашние занятия никто не отменял, — пробурчала себе под нос Гермиона.
В звенящей тишине комнаты голос показался каким-то чужим и нереальным. Гермиона закрыла глаза и попыталась уснуть.
В это время в своей комнате, смотря в потолок, лежал Драко Малфой и не мог понять, в какой момент его жизнь повернула не туда. Так же как Гермиона, он не мог унять дрожь в руках, так же как и она, он не мог выбросить из головы их случайную встречу.
— Гарри, ну скажи мне, что я делаю не так? — Рон метался по комнате, раздражая Поттера своим поведением. — Почему Гермиона не обращает на меня абсолютно никакого внимания?
— Рон, ну не начинай, пожалуйста, и так голова болит. Опять ты со своими глупостями. Гермиона сто раз говорила, что мы для неё просто друзья. Когда был момент развить что-то большее, ты сам его упустил. Занялся бы ты лучше учёбой.
Гарри перебирал книги, лежащие на столе. Он точно помнил, что вчера положил одну из нужных ему книг на столе. Мысленно Гарри был совершенно в другом месте: как можно помочь своему другу и стоит ли это делать, потому что Гермиона тоже была его подругой и ей зла он вовсе не желал. Рон вроде и неплохой парень, очень хороший друг, но как спутник жизни для Гермионы он абсолютно не подходил. Но объяснить Рону это никак не получалось.
Вдруг открылась дверь. Как-то резко и достаточно нервно, и к ним, можно сказать, ввалилась в комнату растрёпанная Гермиона.
— Ребята, я проспала! Понимаете? Я проспала! Первый раз в жизни! — воскликнула девушка.
Рон и Гарри удивлённо переглянулись. Такого за Гермионой никогда не наблюдалось. Это самая пунктуальная и ответственная девушка, наверное, во всём мире. Никогда в жизни Гермиона никуда не просыпала, тем более на учёбу.
— Гермиона, нам бы с тобой вечером поговорить, — Гарри стоял у окна и задумчиво что-то разглядывал вдалеке.
— Зачем это? — встрепенулась Гермиона.
— Хотел с тобой кое-что обсудить, — кивнув одними глазами в сторону Рона, сказал Гарри.
— О-о-о, — только и смогла воскликнуть Гермиона.
Во время обеда в столовой Гермиона не находила себе места. Даже кусок в горло не лез. Справа от неё сидел Рон, который постоянно что-то говорил, рассказывал, не замолкая, а Гермиона не могла сосредоточиться на его словах. Она не могла сосредоточиться абсолютно ни на чём, даже на уроках постоянно витала в облаках. Чёртов Малфой. Всё дело оказалось именно в нём. Весь день она была словно сама не своя, а во время обеда глазами искала его. Но Малфоя в столовой не было ни на завтраке, ни на обеде, ни на ужине. Не успела Гермиона задуматься над отсутствием Малфоя, как к ней тихонечко подошёл Гарри.
— Гермиона, пойдём поговорим, — прошептал на ухо Гарри.
— Гарри, что за тайны? — удивилась Гермиона.
Но Гарри за рукав тащил её в свою комнату. Гарри предстояла нелёгкая задача: попытаться объяснить, выяснить, разработать план того, что делать с Роном.
— Гермиона, ты должна как-то с ним поговорить. Я ему объяснял уже сотню раз, он не понимает. Он постоянно мне жалуется. Я уже устал. У меня просто взрывается мозг. Я так больше не могу, — затараторил Гарри.
— Гарри, подожди, пожалуйста, — как-то слишком приглушённо перебила его Гермиона. — По-моему, у меня появилась проблема, и она поважнее той, которую зовут Рон.
Гарри удивлённо посмотрел на девушку. Взгляд у неё был потерянный, словно она пыталась сама осознать только что сказанную фразу. Как-то это непривычно и совершенно не похоже на Грейнджер. Это человек, который всегда всё знает, который спокоен в любой ситуации и всегда всем всё разложит по полочкам, всегда подскажет. И голова у неё всегда чистая и трезвая. Но сегодня она выглядела как-то потерянно.
— Что случилось? Какие проблемы?
— Гарри, только не смейся, пожалуйста. И ради всего святого не говори ни о чём Рону. Пообещай, — Гермиона выжидающе смотрела на Гарри.
— Хорошо, обещаю. Выкладывай, что у тебя за проблема.
— Гарри, я не знаю, как это объяснить, как это сказать. Это на уровне каких-то ощущений, но сегодня ночью мне не спалось, я вышла погулять и там встретилась с Малфоем. Нет, не специально. Это была случайность. И с тех пор не могу думать ни о чём другом, — и Гермиона пересказала ночную встречу.
Гарри молча выслушал, но посоветовать, что сделать, он не знал, и единственное, что он понимал, это то, что проблемы у них только начинаются, притом, видимо, у всех троих.
— Гермиона, для начала мы должны поговорить с Роном!
— О нет, Гарри, только не это, — чуть ли не с плачем взмолилась Гермиона.
— Грейнджер, не забывай, он наш друг, мы всегда вместе, и без него у нас ничего не получится, это во-первых, а во-вторых, наконец-то нужно ему объяснить, что он именно друг, а не что-то большее. И эта ситуация с Малфоем, возможно, поможет ему это донести. Так что пойдём к Рону.
На этих словах дверь открылась, и в комнату вошёл Рон с огромной тарелкой жареной курицы.
— Гермиона, ты сегодня практически ничего не ела, и я решил, что ты захочешь поужинать.
Только сейчас Гермиона осознала, что на самом деле очень сильно голодна. Завтрак она проспала, в обед она так и не смогла ничего поесть, так как думала о Драко, а на ужин она не успела тоже, так как была занята в библиотеке.
— Хорошо, давайте поужинаем и за ужином как раз и обсудим.
---
— Гермиона! А как же я? — взмолился Рон. — Какой Малфой? Ты всю жизнь его ненавидела.
— Рон, не начинай, пожалуйста. Мы с тобой друзья и всегда ими были. Тебе нужна совершенно другая девушка. Давай не будем портить нашу дружбу всеми этими рассуждениями. А по поводу Драко я и сама не знаю, ненавижу ли я его или что-то другое, но это не даёт мне покоя. И к тому же у меня ощущение, что с ним что-то происходит не то, и мне кажется, что мы должны в этом разобраться.
Именно этого Гарри и боялся.
— Ребят, я не знаю, как это объяснить, — осторожно начала Гермиона, — но есть такой момент, что я могу ощущать, когда человеку плохо. Но не в плане здоровья, физического или морального, а когда мучают либо сущности, либо что-то ещё. Я не знаю, как это объяснить. Нечто похожее я ощущаю рядом с Малфоем. Да, я последние дни постоянно думаю о нём, но я не могу сказать, с чем это связано: правда ли я воспылала какими-то чувствами, кроме презрения к этому человеку, либо всё же это вот это ощущение опасности. И ребят, помогите мне, пожалуйста, с этим разобраться. Потому что если это именно те ощущения, то у Малфоя огромные проблемы.
Гарри совершенно не хотелось слушать рассуждения Гермионы. Как только она завела речь об этом, он сразу понял, что ничем хорошим это не закончится. В принципе, он понимал, почему Гермиона раньше не рассказывала о своих способностях: даже в их мире её могли посчитать сумасшедшей. Но если всё так, как она говорит, то дела плохи, и если они в это всё ввяжутся, то проблем не оберёшься. Гарри не мог с точностью сказать, что он ненавидит Драко, но отношение было двояким. С одной стороны, ему было его чертовски жаль, так как, несмотря на наличие полной семьи, денег и положения в обществе, он всё равно был несчастным человеком. От него просто несёт за километр одиночеством и какой-то безысходностью. Если бы не его дурацкое высокомерие, то они вполне могли бы подружиться и научить многому друг друга, но, видимо, не судьба.
Драко на занятия так и не пришёл. В этот день у него даже не было сил дойти до столовой. Как же давно ему не снились кошмары, он даже было подумал, что всё наконец-то закончилось. С самого детства, сколько себя помнил Драко, его постоянно мучили жуткие сны. Будучи маленьким, он даже не понимал, что это был сон, ему казалось, что всё это происходило наяву, хотя кто его знает. Может быть, так оно и было. Но чем старше становился Драко, тем реже приходили кошмары. В последнее время, больше чем полгода, кошмаров не было. Стоило только Драко, скажем так, поверить в себя и настроиться на оптимистический лад, прошлой ночью он решил, что нужно обязательно наладить отношения с Грейнджер, нужно хотя бы попытаться. Его очень тянуло к этой девушке, и, поразмышляв всю ночь, он решил, что стоит всё-таки попробовать.
Драко провёл в борьбе с кошмарами из-за того, что всю ночь не спал, весь день его просто клонило в сон, он мужественно пытался не спать, но какими-то моментами его просто выключало, и он попадал в свой кошмар физически и морально. Он до такой степени был измотан, что сил не было даже встать и зажечь свет.
Тут вдруг в дверь тихонько постучали, и дверь слегка приоткрылась. Словно в бреду, Драко услышал голос Гермионы:
— Ребят, тут темно. По-моему, никого нет.
Драко увидел, что дверь распахнулась и в дверном проёме стояла та самая троица.
— Малфой, ты тут? Ты жив? — поинтересовался Поттер.
— Поттер, какого чёрта тебе тут нужно? Что ты забыл здесь? — стиснув зубы, прошептал Драко.
Голова ужасно раскалывалась, глаза закрывались, и совершенно не хотелось ни с кем разговаривать, тем более с Поттером.
— Драко, нам надо с тобой поговорить, — голос Гермионы был такой нежный, но в то же время уверенный и не терпящий возражений. — Я уверена, тебе нужна наша помощь, — закрывая за собой дверь с обычным своим напором, сказала Гермиона.
В нынешнем своём состоянии Драко ощущал разницу между ними ещё больше. Нет, не полукровка и чистокровный, а жизнерадостная и светлая Гермиона и совершенно отчаявшийся, безжизненный, погрязший во тьме Драко.
— Ты что, заболел? — спросил Поттер. — Выглядишь ты совершенно не очень. Что с тобой случилось?
— Нет, я здоров, — тяжело вздохнув, произнёс Драко. — Просто кошмары, меня опять мучают кошмары.
Только сейчас Драко заметил стоящего у двери молчаливого Рона.
— Уизли, что это там трёшься у этой двери? Иди садись за стол. У меня слишком раскалывается голова, чтобы следить за вами всеми, — раздражённо пробурчал Драко.
— В общем, Драко, я не знаю, как это объяснить, но всю свою жизнь я чувствую людей, с которыми происходит что-то страшное, — начала Гермиона.
— Малфой, мы пришли, потому что Гермиона сказала, что тебе нужна помощь. Она чувствует, что ты в беде, — перебил её Гарри. — Гермиона, так быстрее, давай свои розовые сопли вы обсудите потом, а сейчас нужно быстренько накидать план нашей помощи, если она нужна. У меня лично завтра тяжёлый день, и я бы хотел выспаться.
Драко был очень удивлён. Но не успел сложить воедино всю информацию, как заговорил Рон.
— Малфой, если я правильно понимаю, тебе снятся кошмары, которые не выглядят как сон. Мама мне когда-то рассказывала, что бывают такие ситуации, когда человека пытаются затянуть во тьму. Тогда человеку по ночам приходят кошмары, и на самом деле непонятно, то ли это сон, то ли это бред, то ли это какая-то другая реальность. Что с этим делать, я пока не знаю. Я думаю, что надо съездить к моим и поспрашивать родителей. Как минимум данную легенду они должны знать. Когда мама мне об этом рассказывала, меня это особо сильно не заинтересовало, поэтому в подробности я не вдавался.
— Драко, сам ты понимаешь, что с тобой происходит? — спросил Гарри.
— Если честно, то не особо. Эти кошмары мне снились, сколько я себя помню. Чем я был младше, тем сильнее они на меня действовали, но с возрастом они приходили реже и восстанавливаться после них тоже становилось проще. Больше полугода я спал спокойно. Но сегодняшнюю ночь я еле пережил.
О событиях, предшествующих кошмарам, о своих мыслях, переживаниях, естественно, он умолчал. Драко ещё не понимал, стоит ли им доверять и открываться. Конечно, закономерность для себя он понимал, но открыться пока он не мог.
— Спасибо, ребята. Идите спать. Я ещё немного поспрашиваю Драко и тоже пойду. Завтра вечером давайте соберёмся в моей комнате и обсудим наш дальнейший план. К этому времени я постараюсь в библиотеке узнать что-то стоящее.
После того как Рон с Гарри ушли по своим комнатам, в комнате воцарилось лёгкое напряжение. Неожиданно Гермиона подошла к Драко и обняла его. От неожиданности он потерял дар речи.
— Стой спокойно, — шёпотом сказала Гермиона. — Я попытаюсь снять твою головную боль.
Только после этих слов Драко заметил, что голова раскалывается немного меньше. В тех местах, где руки Гермионы касались его тела, разливался достаточно сильный и приятный жар. Безысходность и тревога постепенно сходили на нет. Это было такое приятное чувство... Но в следующее мгновение Драко почувствовал, что Гермиона теряет сознание. Подхватив её на руки, он уложил её на диванчик, стоящий у камина.
Ему на самом деле становилось легче, словно своими руками Гермиона закрыла его от надвигающейся тьмы. Неожиданно Гермиона зашевелилась. Глаза были закрыты, щёки были малиновые. У неё температура. Драко осторожно дотронулся до лба. Гермиона вся горела.
«Неужели это всё из-за меня?» — испуганно подумал Драко.
Практически всю ночь он провёл у постели Гермионы, укладывал мокрое полотенце на лоб, отпаивал с ложечки горячим отваром. Но даже при таких условиях эту ночь он провёл намного лучше, чем предыдущую.
Гермиона плохо помнила прошедшую ночь. Единственное, что она поняла, что проснулась она в комнате у Драко, практически в его постели. Но постепенно приходя в себя, Гермиона вспомнила, что пыталась исцелить тьму, накрывавшую Малфоя, потом она потеряла сознание... Потом отрывочно она помнила, как в полубреду она боролась с кошмарами. Если это были его кошмары, то ей его было очень жаль. Бедный Драко, и столько лет он жил с этим. На столике рядом с кроватью стоял уже остывший отвар и мисочка, в которой смачивал полотенце Драко. Драко, свернувшись в клубочек, лежал на своей кровати в ногах.
— Словно большой кот, — прошептала Гермиона.
Лицо Драко было расслабленное, волосы растрёпанные.
— Не похоже, что ему снятся кошмары. Надеюсь, я вчера смогла ему помочь.
Неожиданно дверь в комнату с грохотом открылась. Гермиона аж подпрыгнула.
— Чёртов Малфой, где Грейнджер? Ты ответишь за всё! — в комнату ввалился разъярённый Рон.
— Господи, Рон, ты что творишь? — удивилась Гермиона.
Проснувшийся Драко уставился на Гермиону.
— Грейнджер, ты жива? — как можно более небрежно поинтересовался Драко.
— Как видишь, Драко, твоими молитвами, — как можно лучезарнее улыбнулась Гермиона.
Гарри подоспел в тот момент, когда Рон пытался ударить Драко, а тот, забегая за стол, споткнулся об стул и начал падать на диван. Гермиона сидела на незаправленной кровати и пыталась собрать волосы. Это выглядело настолько комично и обыденно, что Гарри застыл в дверях.
— Вас слышно с лестницы. Что у вас тут происходит? — и, уже повернувшись к Гермионе, спокойно поинтересовался: — Ты всю ночь провела здесь?
— Поттер, давай без намёков. Да, она была здесь, но только всю ночь я пытался сбить у неё жар и отпаивал её травами, — пытаясь не дать себя задушить, выдавил из себя Драко.
— Уизли, так прекратишь ты уже наконец-то или нет? Успокойся! — чуть ли не в один голос закричали ребята.
Сегодняшним утром Малфой, Поттер, Уизли и, конечно же, Грейнджер завтракали за одним столом, что вызвало немалое удивление среди постояльцев Хогвартса. Как преподаватели, так и ученики были чертовски озадачены данным положением вещей, но поинтересоваться никто не решился.
За завтраком Драко и Гермиона рассказали о событиях прошедшей ночи, ну, во всяком случае, попытались собрать воедино обрывки того, что знал каждый из них. К сожалению, остаться наедине у Драко и Гермионы не вышло. Все разошлись по своим делам: кто на занятия, кто в библиотеку, кто в оранжерею, предварительно договорившись встретиться вечером в комнате Гермионы.
— Надо постараться побольше раздобыть информации об этом явлении, — озадаченно произнёс Гарри. — Гермиона, сходи, наверное, в медчасть и библиотеку. Если встретишь кого-то из преподавателей, попытайся аккуратно, не вызывая подозрений, расспросить и у них. Мы же с Роном попытаемся узнать, что сможем, у Хагрида. Драко, ты тоже подумай, у кого что можешь узнать. Стараемся соблюдать осторожность, чтобы лишних вопросов нам не задавали. Я думаю, пока слишком рано вводить в курс дела кого бы то ни было ещё, — обернувшись к Рону, Гарри продолжил: — Ну и в выходные мы всей компанией наведаемся к твоей семье.
— Джинни будет рада тебя видеть, — обречённо пролепетал Рон.
---
— Мисс Грейнджер, к чему такие вопросы? — поинтересовался Люпин. — У вас что-то случилось?
Под его пронзительным взглядом Гермиона поёжилась: было ощущение, что зря она завела эту тему.
— Профессор, если честно, я не могу вам рассказать всего, просто мне нужна информация. Хотя бы это, — Гермиона запнулась.
— Надеюсь, вы с Поттером не вляпались ни в какую ужасную историю?
— Нет, профессор... Не с Поттером, — Гермиона осеклась. Сегодня она была слишком растерянной, чтобы пытаться что-то скрыть.
— Ладно, Грейнджер, — устало вздохнул Люпин. — Пойдём искать Поттера... и не Поттера, — с нажимом сказал профессор.
У двери комнаты Грейнджер уже стояли Гарри, Рон и Драко. Они достаточно мило и спокойно беседовали.
— Гермиона, что у вас здесь происходит? — удивлённо спросил Люпин. — Эта троица не поубивает друг друга?
— Утром Рон пытался задушить Драко, но Малфой выстоял. Да и Поттер не позволит этого. Так что я думаю, что всё под контролем, — загадочно сказала Грейнджер.
Когда все расселись за столом после непродолжительных любезностей, непонятно откуда Рон достал сливочное пиво.
— Сказать, что я удивлён, — не сказать ничего, — проворчал профессор Люпин. — Гарри, что у вас тут происходит?
Поттер насколько можно подробно рассказал о событиях прошлых двух ночей.
— Я слышал о таком, но сам лично не сталкивался. Грейнджер, ты не перестаёшь меня удивлять, — допивая вторую кружку сливочного пива, сказал Люпин. — Что вам удалось узнать?
— В библиотеке я абсолютно ничего не нашла. Я весь день просидела, изучая книги, а потом отправилась к вам, — тяжело вздохнула Гермиона.
— Я оповестил родителей, что завтра вечером после занятий мы всей толпой приедем погостить. В подробности я не вдавался, думаю, не стоит о таких вещах писать в письмах, лучше поговорить на месте.
— В этом ты точно прав. Рон, ты не против, если я отправлюсь с вами? Заодно повидаю своих любимых друзей, — поинтересовался профессор Люпин.
— Конечно, не против. Я думаю, они будут рады.
— Я тоже ничего не узнал, — вздохнул Гарри. — Хагрида весь день не было, но думаю, скоро он появится. Может, стоит отправиться к нему в домик? — предложил Гарри.
Допив пиво, осторожно, стараясь не шуметь, словно заговорщики, все дружно отправились в домик к Хагриду. На улице уже было темно и достаточно прохладно, но именно эта свежесть делала ночи такими прекрасными и незабываемыми. Драко каждой клеточкой своего тела впитывал, ему казалось, что всё это происходит с ним впервые. Не ситуация с кошмарами и тьмой, а эта дружеская атмосфера, эти непринуждённые разговоры, и выглядело всё словно тайная прогулка в ночи с друзьями.
«Даже если мне это ничем не поможет, то хотя бы я прекрасно проведу время, — думал про себя Драко. — Да и Грейнджер рядом», — а больше он старался не думать.
Хагрид заметил всю эту процессию ещё издалека и вышел с фонарём на улицу, чтобы точно убедиться, что глаза его не обманывают. Было немного странно видеть Малфоя рядом с этой троицей. И что ещё удивительнее, всю эту процессию возглавлял Люпин.
— Я так понимаю, вечер будет интересным и совершенно не скучным, — голос Хагрида напоминал раскаты грома.
Ребята ещё раз рассказали о произошедшем за последние две ночи, о своих попытках найти какую бы то ни было информацию о произошедшем. Хагрид и Люпин внимательно слушали.
— Так, ладненько, в принципе, я всё понял. С этим я не сталкивался никогда, но слышал нечто подобное. Располагайтесь. Сейчас расскажу всё, что знаю.
Из рассказа Хагрида следовало, что Тёмный Лорд таким образом подготавливал для себя последователей. С раннего детства, порой даже с младенчества, Тёмный Лорд отбирал детей, которых считал подходящими на эту роль. Смысл этих кошмаров был в том, чтобы тьма могла укорениться в душе ребёнка. Таким образом можно было создать последователя тьмы даже из потенциально белого мага.
Но с Драко, видимо, что-то пошло не так. Возможно, мать пыталась его защитить в младенчестве, или же Тёмный Лорд отвлёкся на что-то более важное для него, но почему-то сейчас эти попытки возобновились. И это не может не пугать. У Тёмного Лорда были планы на Драко, и, скорее всего, всеми силами он попытается их осуществить.
Гермионе удалось приостановить проникновение тьмы в душу Драко. И это стоило ей огромных усилий. Но нужно было как-то разорвать эту связь и убрать Драко из видимости Тёмного Лорда. А это очень походило на малорешаемую задачу.
Усилий Гермионы хватило ненадолго. Когда вся колоритная компания заявилась в поместье Уизли, в первую же ночь кошмары к Драко вернулись.
Ночью Гермиона проснулась. Сначала она не могла понять, что прервало её сон, и решила сходить на кухню попить воды. В доме Уизли никогда не было кромешной темноты: на маленьком подоконнике в кухне, на узком окошечке под самым потолком в коридоре, практически на каждом окне в доме стоял маленький фонарик. Молли всегда говорила, что ужасно не любит, когда что-то или кто-то теряется, поэтому каждую ночь оставляла фонарики в окнах, чтобы никто не потерялся и нашёл дорогу домой. Гермиона всегда восхищалась этой женщиной. Именно эти фонарики помогали передвигаться по дому: ночью было чертовски удобно. Проходя мимо комнаты, в которой спали мальчишки, Гермиона услышала шорохи. Тихонько заглянув в комнату, она увидела Драко, мечущегося в постели.
— Неужели опять? — испуганно прошептала Гермиона. — Как-то очень быстро всё вернулось.
Гермиона как можно тише подбежала к постели Драко, присев на краешек, положила руки ему на голову. Он был просто ледяным, не просто холодным, а словно лёд исходил изнутри. От неожиданности Гермиона отпрянула. Следующее мгновение Драко застонал. Взяв себя в руки, Гермиона продолжила. Она пыталась мысленно окутать силуэт Драко, защитить его от поглощающей тьмы. В следующее мгновение Гермиона пошатнулась. Пытаясь не упасть, облокотилась о стол, смахнув с него книгу. От звука упавшей книги проснулись Гарри и Рон.
— Гермиона, что случилось? Опять началось? — Гарри пытался нащупать очки. — Чем я могу помочь? Рон, быстрее зови взрослых.
Только взглянув на происходящее в комнате, Артур и Молли кинулись на кухню варить поддерживающее зелье. Люпин присоединился к Гермионе своими заклинаниями. Он пытался поставить защиту на Драко и в то же время поддержать силы Гермионы.
В это время внутри кошмара Драко Малфоя происходила битва. Драко находился в белом тёплом пространстве. Было тепло и уютно, свет был мягкий и словно тёплый, но пространство стало заполняться тьмой. Становилось ужасно холодно. При помощи заклинаний и палочки Драко пытался удержать свет вокруг себя, не давать тьме себя опутать. Но получалось очень плохо. С каждой минутой он терял свои позиции. В какой-то момент Драко решил, что всё потеряно, и хотел было уже сдаться, но он ощутил новый прилив тепла. Откуда-то издалека к нему приближался небольшой жёлтый огонёк света. Этот огонёк медленно, но верно продвигался в сторону Драко.
— Не знаю, что ты, — прошептал себе под нос Драко, — но сейчас любая помощь мне очень пригодится.
Он ощущал, как промерзает насквозь.
В какой-то момент маленький жёлтенький огонёчек начал тускнеть. В голове у Драко промелькнула мысль, что сейчас тьма его поглотит. Спустя несколько мгновений огонёк разгорелся с новой силой и стал приближаться быстрее. Чем ближе он приближался, тем больше окутывал своим теплом и светом обессилевшего Драко. В это же время, словно у себя в голове, Драко стал слышать голоса Гарри и Рона, где-то вдалеке переговаривались Молли и Артур. Он пытался расслышать голос Гермионы, но она молчала.
В это время в доме Уизли была невообразимая суматоха. Гарри и Джинни бегали как сумасшедшие, находя среди запасов нужные снадобья, Молли и Артур очень слаженно варили поддерживающее зелье. В это время близнецы двигали кровать вместе с Драко и Гермионой ближе к камину.
— Драко, держись! Без боя мы тебя не отдадим! Она близко! — это был голос профессора Люпина.
Чем ближе приближался огонёк, тем громче становились голоса. В какой-то момент милый огонёк неожиданно вспыхнул и в мгновение ока поглотил остатки тьмы. От неожиданности Драко зажмурился буквально на мгновение, но когда открыл глаза, огонька больше не было, рядом стояла Гермиона. Немного потрёпанная, уставшая, она такая красивая.
— Драко, ты в порядке? — дрожащим голосом спросила Гермиона и пошатнулась. — Как нам отсюда выбраться?
Драко обнял Гермиону за плечи, придерживая её, чтобы она не упала, и в следующее мгновенье он оказался в постели в доме Уизли. В доме царил полный хаос. Вокруг него столпились близнецы, Гарри с Джинни, увидев очнувшегося Драко, Молли кинулась на кухню за зельем, Артур стоял, прислонившись к стене, и с видимым облегчением вздохнул.
Профессор Люпин придерживал обмякшую Гермиону.
Голова Драко раскалывалась. Всё увиденное словно в замедленной съёмке, голоса доносились словно сквозь вату. Одно он ощущал чётко: тепло, исходившее от Гермионы, которая находилась рядом.
Когда всё немного поутихло, все поуспокоились, Гермиону и Драко напоили всевозможными зельями, и Драко даже немного пришёл в норму. Гермиона тоже уже даже могла сидеть без поддержки. Вошёл Хагрид.
— Я пропустил всё веселье? — усмехнулся великан. — Я рад, очень рад, что успел вовремя и что вы справились. Я раздобыл камень. Он защищает своего владельца от тьмы. Носи пока его всегда с собой. Но у меня есть мысль, и мы сможем сделать из него либо кулон, либо кольцо, перстень.
Драко взял камень и сразу же ощутил тепло, как от того маленького огонька.
Постепенно все разошлись по своим комнатам. Гарри с Джинни ушли прогуляться, несмотря на ночное время. Рон пошёл перекусить.
— Гермиона, посиди ещё со мной немного, — прошептал Драко.
Вот к этому времени в доме погасли огни, остались только маленькие фонарики на окнах, камин мелодично потрескивал, на столе стояли кружки с горячим отваром.
— Драко, как ты? — отхлёбывая горячую жидкость, спросила Гермиона. — Это было чертовски страшно.
— В этот раз всё было намного серьёзнее, — немного помолчав, ответил Драко. — И если бы не ты, то возможно, в этот раз тьма одержала бы верх. Ты успела в последний момент, когда сил почти не осталось. Спасибо тебе, Грейнджер, — и горько усмехнувшись, добавил: — Никогда не думал, что буду говорить спасибо, да что там говорить, буду благодарен всей душой и всем сердцем грязнокровке.
Гермиона напряглась. В этих словах чувствовался старый Драко, высокомерный и жестокий.
— Как видишь, где-то грязнокровки тоже на что-то годны, — с издёвкой заметила Гермиона.
— Прости, — тихо прошептал Драко.
Он смотрел на пылающий камин, на потрескивающие дрова и ощущал, что внутри его бушует такое же пламя. Его мир потихоньку рушился. Вся его жизнь строилась на других понятиях. А эти люди, всё бросив, не просто оказались рядом, а спасли ему жизнь, несмотря ни на что.
— Гермиона, ты можешь меня выслушать? Не перебивая. Я не уверен, что смогу донести всё, что я думаю и чувствую, но я хочу хотя бы попытаться. Возможно, это облегчит наше общение.
Гермиона сидела, закутавшись в плед. Конечно, то, что Драко назвал её грязнокровкой в очередной раз, её больно кольнуло, но почему-то ей хотелось остаться рядом, выслушать его.
Гермиона не знала, сколько прошло времени. Она слушала сбивчивый рассказ Драко о его детстве, о его переживаниях, об отношениях с родителями. Конечно, многое становилось понятно.
— Понимаешь, видимо, я просто не умею дружить. Первый день, когда я увидел вашу троицу на перроне, я так ярко запомнил этот момент. Я подумал, что в Хогвартсе я найду себе настоящих друзей. Ну а потом я узнал о Гарри, о Роне и тебе побольше и понял, что связаться с вами я просто не смогу. Это бы означало, что я ослушался отца, предал все его мечты и старания. Поэтому я решил, что обязательно устрою вам сладенькую жизнь, — Драко горько усмехнулся. — Как бы я хотел вернуться на эти несколько лет назад и найти в себе смелость поступить иначе.
Драко не слышал, как Гермиона тихонько подошла к нему. Когда она его обняла, он вздрогнул от неожиданности, на мгновение застыв, даже перестал дышать. Он не знал, что делать дальше. Очень хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно. Её волосы щекотали ему шею, маленькие тёплые руки обвивали его торс.
— Драко, — тихо начала Гермиона, — в твоей жизни было столько боли и одиночества, но теперь ты не один. Гарри и Рон и в первую очередь я... мы трое есть у тебя.
Драко повернулся, и их глаза встретились. Следующее мгновение Драко, крепко обняв Гермиону, осторожно её поцеловал. Он ожидал, что Гермиона его оттолкнёт, начнёт возмущаться, а может быть, даже просто убежит, но она ответила на поцелуй, обвив его шею руками.
— Я люблю тебя, Гермиона, — с трудом оторвавшись от её губ, прошептал Драко.
— Драко, с той самой ночи, как мы с тобой встретились у дерева, я не находила себе места. Теперь я точно знаю: моё сердце принадлежит тебе. Я тоже люблю тебя, Драко. Впереди нас ждут с тобой большие испытания, мы должны пройти их вместе.
Утром Молли Уизли, заглянув в комнату, увидела мирно спящих Драко и Гермиону на диване у камина. Голова Гермионы лежала на груди у Драко, он крепко её обнимал. Тихо потрескивали догорающие поленья в камине, солнечные лучи просыпающегося солнца пробивались сквозь тёмные шторы.
— Мои бедные дети, — прошептала, улыбнувшись, Молли. — Я верю в то, что вы справитесь со всеми своими испытаниями. Впереди вас ждут тяжёлые битвы.
Впереди была учёба в Хогвартсе, множество приключений и испытаний. Но одно было неизменно: любовь, которая вспыхнула между этими двумя совершенно разными мирами. Люциус Малфой долгое время не принимал выбор сына, в отличие от Нарциссы. Но со временем тоже сдался и принял Гермиону. Борьба с тьмой продолжалась недолго. Им удалось найти способ победить тьму, захватывающую Драко. После было много событий: поиски скрижалей, обучение в Хогвартсе, первая и вторая магическая войны. Но ребята стойко шли вперёд к своей мечте.
