Глава 1: «Плохой день»Мерлин надеялся на успех. Это было хорошее исцеляющее заклинание, все должно было получиться. Он спасет короля, и Артур поймет, что магия может быть доброй. Не только убивает, но может и исцелять. Все зависит от того, кто ее применяет. Потом, возможно, можно будет и признаться.
Но делал это чародей не только поэтому. Он считал Артура близким другом и не хотел, чтобы он страдал.
Но все пошло не так – Мерлин был уверен, что все получится, и не понимал, почему король умер. Нужно было бежать, но чародей не смог заставить себя навредить Артуру, хотя первой мыслью было отправить принца в полет и смыться. Но он не сделал этого, Артур подходил с мечом в руке, и в этот момент чародей почувствовал, что к нему возвращается его обычный облик.
Много раз чародей представлял, как принц узнает его большой секрет. В основном это были кошмары, мучавшие его ночами. Реже – мечты, в которых Артур понимал, прощал, говорил, что они все равно навсегда друзья. Но и мечтая об этом, Мерлин понимал, насколько это невозможно. Принц и слугу-то никогда другом не называл, на что надеяться чародею…
Итак, в основном кошмары. Мерлина они мучили часто, но то, что сейчас происходило, ни шло ни в какой сравнение. Даже в кошмарах Артур узнавал правду, когда Мерлин спасал ему жизнь. Реже, когда слуга глупо прокалывался. Ни разу ни в одном кошмаре друг не считал его виновным в смерти отца.
Чародей чувствовал, как возвращается его молодость, и одновременно расширялись от шока и ярости глаза Артура. Он не знал, что можно сказать или сделать, и по-прежнему не мог поднять на друга руки.
Сначала Артур не верил, что перед ним настоящий слуга. Решил, колдун принял его обличие. Голосом, дрожащим от ярости, держа перед собой меч, будущий король Камелота спросил:
- Где мой слуга? Что ты с ним сделал? Говори. Если он жив, даю слово, твоя смерть будет легкой.
Вот сейчас, Мерлин чувствовал, нужно было что-то соврать и оглушить короля. Потом принц нашел бы его в обозначенном месте, все тогда еще можно было бы спасти.
Но Мерлин не смог солгать еще раз. Он понимал, что должен. Но не мог себя заставить. Он должен был как-то оправдаться, объяснить. Не обращая внимания на направленный на него меч, чародей подходил к другу. Из его глаз лились слезы, он бормотал: «Артур, послушай, я обладаю магией, да. Но я твой друг, я бы никогда не навредил ни тебе не твоему отцу, послушай…»
Артур не опустил меч, позволив слуге напороться на него. Сначала тот даже не понял, что произошло. Вдруг свет стал тусклым, и ноги перестали держать. Мерлин почувствовал, что падает на пол. Король вытащил меч и сделал пару шагов назад, позволяя магу упасть. Когда склонился над ним, Мерлин увидел ярость во взгляде принца. Страшно умирать вот так, зная, что друг, за которого готов жизнь отдать, ненавидит его. Последним, что услышал Мерлин было: «И так будет с каждым магическим отродьем». Хотел в последний раз сказать своему королю, что никогда не желал ем у зла. Но не смог, провалившись в непроглядную черноту.
Артур знал, что нельзя доверять магам. Тем более таким вот мутным, как этот Драгун. Но решился ради шанса спасти отца. Несмотря на то, что Утер Пендрагон отцом был строгим, порой жестоким, принц не хотел его потерять. И был готов принять любую помощь. Некоторое время ему даже казалось, что Драгун, и правда, хочет помочь. казалось, он искренен.
И тем сильнее была боль и ярость принца, когда король был убит. Он злился и на мага, и на себя. Это он позволил навредить своему отцу. Да что он за сын такой! Но самым главным желанием Артура было вонзить меч в тело Драгуна и смотреть, как он в муках умирает.
Артур на краю сознания понимал, что маг силен и может навредить ему, но не предавал этому значения, мысли заслонила пелена ярости. Он с мечом в руке надвигался на Драгуна. Тот не делал попытки защититься, но Артур был вне себя от горя и злости и не задумывался о причинах такого поведения. А потом случилось еще кое-что страшное.
На глазах Артура чертов маг стал превращаться… в Мерлина, его слугу и друга, хоть принц всегда отрицал это. Он увидел, как лицо мага молодеет, исчезают морщины, волосы становятся черными. И вот перед ним стоит, плача, Мерлин.
Первым чувством Артура оказался страх за Мерлина. Тогда он решил, что Драгун принял облик друга, чтобы угрожать ему. Но даже ради Мерлина не мог себя заставить отпустить убийцу отца. Но мог кое-то предложить ему: «Где мой слуга? Что ты с ним сделал? Говори. Если он жив, даю слово, твоя смерть будет легкой».
Но колдун подходил к нему, бормоча: «Артур, послушай, я обладаю магией, да. Но я твой друг, я бы никогда не навредил ни тебе не твоему отцу, послушай…»
До принца дошла страшная правда – это настоящий Мерлин. Его слуга колдун. Тот, кого он считал другом, убил его отца.
Мерлин приближался, Артур по-прежнему держал перед собой меч. Он потом не мог самому себе ответить, что сделал бы, если бы полностью контролировал себя. А тогда случилось то, что случилось – Мерлин напоролся на его меч, а Артур отступил назад, ему было противно дотрагиваться до колдуна. И в тот миг не было его жалко, принц не вспомнил, как они дружили и спасали друг другу жизнь. От видел перед собой только ненавистного колдуна. Видя его последний вздох, чувствовал лишь ненависть. Без сожалений сказал: «И так будет с каждым магическим отродьем». Равнодушно посмотрел на его тело, убедился, что пульса нет, и подумал, что нужно будет потом приказать выбросить его в какую-нибудь канаву. И ушел, не обернувшись. У него было дело – проститься с отцом.
После прощания с отцом, Артур вернулся туда, где оставил тело слуги. Он больше не был в ярости, теперь было просто больно. И выбрасывать тело мнимого друга в канаву тоже не хотел. Понимал, что так нельзя, но чувствовал, что сердце болит из-за смерти не только отца, но и Мерлина. Хоть это и неправильно – он не должен жалеть убийцу отца.
Не найдя Мерлина там, где оставил, Артур даже подумал – а вдруг он воскрес? Вдруг колдуны могут такое? И разозлился на себя на вспыхнувшую в душе надежду, постаравшись засунуть ее подальше. Впрочем, довольно быстро Артур сообразил, где тело слуги.
Застал Гаюса у себя, лекарь сидел на стуле возле тела подопечного, которое уложил на кровать. Вся поза Гаюса выражала боль и тоску. И, не смотря на то, то злился на лекаря, ведь тот про Мерлина, несомненно, знал, принц почти против воли посочувствовал ему, ведь и он потерял близкого человека.
Услышав шаги короля, Гаюс вскочил излишне проворно для его возраста и встал между королем и кроватью, словно заслоняя Мерлина от него, словно труп еще нуждался в защите. Артур вздрогнул от боли в глазах лекаря. Хотел подойти к Мерлину, сам не зная, зачем. Но Гаюс не уступил дорогу. Сказал, и в голосе звучала плохо скрываемая неприязнь:
- Вы и так убили его, сир. Его тело я вам не отдам. Только если убьете и меня тоже.
- Что ты говоришь, Гаюс!? Этот колдун убил моего отца!
- Он чародей. И никогда не желал зла Утеру. Хотел спасти короля, потому что считал вас другом
- Наверное, он ввел тебя в заблуждение или околдовал.
- Это вы заблуждаетесь, сир. Но уже все равно поздно, и ничего не исправить.
Некоторое время молчали. Артур и сам понял, что не знает, что делать с телом. Он против воли чувствовал боль в сердце, когда смотрел на него. Выбросить в канаву, как думал раньше, ни за что не смог бы. Но и похоронить как друга, или просто достойного жителя Камелота, убийцу отца считал кощунством. Наверное, правда, лучше доверить это Гаюсу. Артур только спросил:
- Что ты будешь делать с телом?
- Отвезу в Эалдор. Хунит должна иметь возможность похоронить сына и плакать на его могиле.
Артур кивнул, соглашаясь. Это, действительно, самый лучший выход. И он не будет иметь возможность прийти на могилу Мерлина. Чтобы плюнуть на нее или скорбеть? Без пяти минут король не знал, он никак не мог разобраться в своих чувствах.
Наверное, если бы Артур знал, зачем на самом деле Гаюсу тело Мерлина, он бы не разрешил его забрать, и все сложилось бы иначе. Но к счастью для всех старый лекарь без препятствий вывез тело воспитанника из Камелота. Его вызвались сопровождать рыцари, Гвейн и Персиваль. Лекарь спросил, получили ли они разрешение короля, на что Гвейн сообщил, что в Камелот они возвращаться не намерены, а его друг согласно кивнул. Хорошие у Мерлина друзья, за исключением того, которого он считал самым близким.
Гаюс твердил себе, что он не должен ненавидеть Артура Пендрагона. Принц потерял отца. Да и Мерлин, несмотря ни на что, этого не хотел бы. Но не мог ничего поделать с собой. Пендрагон убил его мальчика, эту потерю ничем не возместить. Все что он может, это достойно проводить того, которого считал сыном, в последний путь.
Гаюс не собирался везти Мерлина в Эалдор, о чем сообщил сопровождающим. Они спокойно отнеслись к этому, как и к тому, что их друг владел магией. Гвейн вообще сказал, что давно подозревал это – много загадочных совпадений, чудесных спасений.
Гаюс с помощью друзей Мерлина совершил древний ритуал – предал Мерлина одной из стихий, воде. Мерлин в минуты тоски и меланхолии говорил ему, что хочет быть похоронен как его возлюбленная, Фрея. И Гаюс с его друзьями исполнили последнее желание.
Они не плакали – Мерлин не хотел бы этого, но каждый скорбел о великом, бескорыстном человеке, много раз спасавшим Камелот. Когда простились с другом, Гвейн предложил Гаюсу поехать с ним и Персивалем, но старый лекарь покачал головой:
- Я вернусь в Камелот. Мерлин хотел бы этого.
- А если Артур и тебя… - Гвейн не договорил, но все и так ясно.
- Не думаю, что принц сделает это. А если да, я достаточно пожил. Присоединюсь к Мерлину.
- Но почему ты хочешь служить убийце воспитанника? – недоумевал Персиваль.
- Артур не настолько плох. Им просто не повезло. Тогда, действительно, был плохой день.
- Плохой день!? Артур проткнул моего друга мечом! – взорвался Гвейн.
- Не забывайте. Он потерял отца. И по его мнению Мерлин убил короля прямо на его глазах.
- Расскажи, как все было на самом деле, - тихо попросил Персиваль.
И Гаюс рассказал. Близкие друзья того, кого он считал сыном, имеют право знать это. Потом все долго молчали, глядя на озерную гладь. После чего попрощались – рыцари уехали в сторону Немета, а Гаюс поехал в Эалдор, чтобы рассказать Хунит грустную весть. А потом он вернется в Камелот. На самом деле лекарь предпочел бы остаться жить в доме Хунит. Но Мерлин просил, если с ним что случится, даже по вине Артура, остаться и позаботиться о его друге. И просьбу Гаюс выполнит.
Артур чувствовал себя покинутым и одиноким. И не понимал, почему так. Колдун убил его отца, а он отомстил, убив колдуна. Казалось бы, все логично. Но, вопреки всякой логике, все близкие люди осуждают его. Гвен, узнав, что случилось, два дня плакала и, хоть прошла неделя, до сих пор с ним не заговорила. Ее брат тоже говорит с будущим королем только вынужденно и по делу. Леон по-прежнему верен, но Артур видит разочарование в его взгляде. Гвейн и Персиваль уехали из Камелота, как только узнали о смерти колдуна. Принц был расстроен, он не понимал, почему так происходит. Он все правильно сделал, почему его осуждают?
Но правда в том, что он и сам себя осуждал. Ему снились сны-воспоминания. Снова и снова он видел, как Мерлин, плача и бормоча оправдания, шел прямо на его меч. Либо колдун был уверен в том, что Артур его не сможет убить, либо так подавлен, что не замечал меча. Во сне Пендрагон был в ужасе от своих действий, а наяву оправдывал себя.
А через неделю была коронация, и Артур поймал себя на том, что выискивает в толпе Мерлина. Вот друг тепло улыбнется ему. Но Мерлина больше нет, он никогда не будет улыбаться. И король Камелота не должен жалеть об этом.
Через неделю после коронации Гаюс вернулся. Артур удивился так и сказал лекарю – не ждал его возвращения. Тот лаконично ответил:
- Мерлин просил в случае его смерти вас не бросать.
- Я же сам его убил.
- Он допускал такой вариант.
- Хочешь сказать, все равно обо мне заботился. Я все равно не поверю, Гаюс. Иначе он не убил бы моего отца.
- Я не хочу ничего объяснять, все равно ничего уже не исправить. Если не хотите меня видеть, прогоните, и я уйду, сир. Вы убили моего сына, я здесь только потому, что обещал ему.
Артур даже разозлиться не смог, столько боли было в этой фразе. Ведь это так – Гаюс стал Мерлину, как отец. Конечно, ему больно. Артур задумался, стоит ли оставлять в Камелоте человека, который его ненавидит. Но не смог прогнать Гаюса.
Было тяжело в такой обстановке бойкота дорогих ему людей. Но все не так плохо – его полностью поддержал дядя, Арагвейн. Артур искренне любил дядю и был очень рад, что тот на его стороне. Арагвейн сразу же полностью поддержал племянника, сказал, что он верно поступил, колдун должен был сдохнуть.
Но неожиданно эти слова не принесли Артуру ни радости, ни удовлетворения. Он ощутил только боль и тоску, снова вспомнив момент смерти слуги, ощутив тяжесть меча в своих руках. Он одновременно и понимал, что прав, и ненавидел себя.
Но дяде ничего такого не сказал, поблагодарил за участие. Теперь станет лучше.
Сначала не было ничего. Пустота и темнота. И Мерлин в этой темноте начал растворяться. Еще немного, и от него бы ничего не осталось. Он стал бы частью вселенной, из которой потом сформировалось бы что-то совершенно новое.
Рык дракона пробудил его, вернул самосознание. Мерлин вспомнил свою жизнь, свою ошибку, свою смерть. Это было больно, он желал бы раствориться полностью. Но слова дракона, словно гром, звучали в голове. Килгарра говорил, что Мерлин не может отказаться от предназначения, даже сейчас. И самое главное – Артур в опасности.
Мерлину было больно оттого, как сильно Артур ненавидит его, но винить друга он не мог. Тот отца потерял, а вина Мерлина была налицо. Мерлин никогда больше не сможет доверять Артуру. И другом считать тоже – друзья не убивают друзей. Но по-прежнему готов защищать.
Он словно был частью воды, ему не требовалось дышать, и это странное ощущение. Он чувствовал себя одновременно и мертвым, и живым. Потом увидел ее. Безошибочно в воде узнал силуэт Фреи. Она протянула руку, она помогла.
Оказалось, Мерлин может путешествовать по отражающим поверхностям – водная гладь, зеркала. Первым делом он отразился в зеркале в покоях Гаюса. Увидел наставника, убитого горем. Не стал показываться ему, чувствовал, что это принесет только страдания им обоим.
Потом покои Артура. Мерлин очень осторожно показался в зеркале, король спал и выглядел беспокойно – вздрагивал и стонал во сне. Наверное, снится смерть отца от рук ужасного колдуна.
Проснулся Пендрагон внезапно, и увидел его. Глаза короля расширились от непонимания и ужаса, и Мерлин поспешил раствориться, прежде чем Артур разобьет зеркало. Мертвец не знал, что будет с ним в этом случае.
Продолжил блуждать по замку. Видел Гвен, очень расстроенную. Мрачных Элиана и Леона. Нигде не удалось увидеть Гвейна и Персиваля. Где же они?
А потом Мерлин увидел кое-что, и правда, настораживающее – дядя короля, Арагвейн, говорил с помощью магии с Морганой. Ведьма поддерживала связь через кристалл. Артур сейчас больше всех верит именно Арагвейну. А тот предает его, надо помочь.
Мерлину пришлось ради этого раскрыться перед Гаюсом, только наставник знает в чем дело, захочет и сможет помочь.
Были шок, неверие, даже слезы. Но наставник быстро взял себя в руки. Сказал, что скучает, что раз видеть…Пусть не Мерлина во плоти, а бледную тень. Подтвердил, что Арагвейну Артур полностью доверяет, он всегда доверяет не тем. Мерлин должен найти способ открыть королю глаза, иначе все закончится плохо.
