Глава 1 Жить бывает приятноДождь кончился, и из за туч выглянул краешек солнца. С мокрых деревьев падали капли, разбиваясь о землю. Трава была усыпана маленькими водяными бриллиантами. Теплый летний ветерок сдул последнюю прохладу и стих. Большая лужа, расположившаяся посреди лесного тракта, блестела от солнца словно гладкое зеркало. Умиротворение нарушил стук подков за поворотом. Через несколько мгновений лужа брызнула во все стороны сверкающими осколками от ударивших по ней копыт вороного жеребца, тут же скрывшегося за очередным изгибом дороги. Всадник в седле вороного, с некоторым сожалением глянул на свою дорожную сумку и серый плащ, забрызганный грязью из, оказавшейся довольно глубокой, лужи. Ладно плащ, он и так был сырой, грязный, и вообще его не жалко, но сумка была относительно новая, а стирать её было очень и очень лень. На этом всаднику пришлось прервать размышления и пригнуться, чтобы нависшая ветка не пригладила ему черные волосы чуствительным подзатыльником. Все же лихую скачку пора было прекращать. Он дернул поводья, намекая вороному, что надо бы замедлиться. Конь снизил скорость, и двинулся уже неторопливой рысью.
Справа, между деревьями, блеснула озерная гладь. " Надо бы передохнуть и напоить коня" подумал всадник, и свернул с тракта в сторону озера. Через десяток саженей путники наткнулись на плещущуюся у ног, прозрачную воду. Всадник ловко спрыгнул с седла и расседлал нетерпеливо мнущегося жеребца. Конь тут-же бултыхнулся в воду, окатив хозяина волной брызг. Тот, значительно покислев в душе, после такого бурного изъявления благодарности со стороны верного скакуна, внешне остался обсалютно невозмутим и, отряхнувшись, отошел по дальше, чтобы умыться и поесть. Опустившись на колени, закатав рукава черной куртки, он склонился над водой и зачерпнув ладонями, умыл лицо и руки от дорожной пыли.
Закончив, он заглянул в озеро, чтобы оценить результат своих стараний. С гладкой поверхности воды на него спокойно взглянул стройный юноша среднего роста, в простой черной куртке, темно-синей рубашке с шнуровкой и таких же черных штанах с широким ремнем и крепких походных сапогах. Изящные руки с тонкими пальцами были перехвачены на запястьях кольцами шрамов. Иссиня-черные волосы заплетенные в свободную косу и небрежно перехваченые ремешком, обрамляли худое, но приятное лцо с острыми, утонченными чертами. прямой острый нос, с чуть приподнятым кончиком, изящно очерченые бледные губы. Большие, чуть раскосые голубые глаза взирающие на мир с задумчивой отрешенностью. Казалось, в них застыли вековые льды, проморозившие чувства. Он почти никогда не улыбался, но если это все-же случалось, то становилось видно ряд ровных, белых зубов с чуть удлиненными верхними клыками. На общем темном фоне одежды, выделялись красивые ножны и украшенная серебром и бледноголубыми камнями, белая рукоять меча, выглядывающая из за потрепанного серого плаща с серебряной застежкой в виде четырехконечной звезды. Вот такую унылую картину представлял из себя человек, по прозвищу Оборотень. Хотя многие говорили, что он очень красив, самому ему плюнуть хотелось в невыносимо спокойную физиономию, отражавшуюся в зеркале. И прядь, все время падающая на лицо тоже бесила. Вот и сейчас она нагло покачивалась между бровей, изгибаясь полумесяцем и щекоча щеку.
Оторвавшись от созерцания своего отражения, он поднял глаза на черного коня, плескавшегося в озере. Его грива и хвост вымокли, но наглая конская морда выглядела донельзя довольно. Оборотень сел на камень и, выудив из дорожной сумки кусок хлеба, разломил его пополам. "Оренокс! Иди сюда. " - позвал он. Конь шустро подбежал к хозяину, вновь окатив его водой, и самыми что ни наесть невинными глазами посмотрел ему в глаза. "Вот же хитрюга. Как мне исправить твой дрянной характер? " конь получил сначала шлепок по морде, а потом половину краюхи. Ни чуть не обидевшись, конь умял свой кусок хлеба, и потерся щекой о плечо хозяина. Оборотень потрепал коня по холке и неторопливо принялся за свой хлеб, раздумывая, куда бы ему податься и где заработать. Всё же жить на что-то надо, ато так недолго и копыта откинуть на пару с конем. Прикончив свою краюху, он улегся на землю, сорвал колосок и сунул в рот. Если продолжать рассуждения на тему зароботка, то получалось, что податься он мог только на военную службу. Благо оружием он владел хорошо, так что наемничать он всяко сможет. Вот только придется ему направляться в какой нибудь большой город, ведь в маленьких селениях и деревнях врядли очень востребованы наемные воины. Слишком далеко ехать не хотелось, потому страны Камна и Залесье сразу отпадали. В Такке, где он сейчас и обретался, было всего пять достаточно крупных городов. Поразмыслив и обдумав все варианты, Оборотень остановил свой скромный выбор на столице Такки - Лореане. Великий город серебрянных рассветов находился ближе всех и был самым большим. В распоряжении королевы были отряды воинов, где никогда не будет лишним мастер меча. Наняться там будет проще простого, главное - ненавязчиво продемонстрировать боевые навыки, а место всегда найдется. Единственный недостаток в том, что такая работа чрезвычайно скучная, да и с людьми придется общаться. Хотя это уже два недостатка.
Рассуждая таким образом, Оборотень лежал среди травы и смотрел в темнеющее небо. С криком летали стрижи, облака легкими, прозрачныии лоскутами парили гдето в вышине, словно перья огромной белой птицы. Ленивый ветерок шелестел в кронах деревьев. Ореноксу наконец наскучило плескоться и он выбрался на берег, щипать траву. Первая звезда зажглась на темном небосводе.
Оборотень прикрыл веки и посмотрел на нее сквозь ресницы. Звезда дробилась и переливалась, как маленький граненый алмаз, танцующий в небесах. Он закрыл глаза и полежал немного, слушая вечерние звуки. "Что-ж, - подумал Оборотень, - жить бывает даже приятно".
Глава 2 ЛореанКакой же тут невыносимый шум! На подходе к лореанским мостам творилось нечто крайне дикое. Торговцы разместили там свои лавки и орали, нахваливая свой товар, и пытаясь перекричать друг друга. Оборотень едва сдерживался, чтобы не пустить коня в бешеный галоп и проехать поскорее всё это столпотворение. Но проскакать на полной скорости здесь разрешалось только срочным гонцам или отряду, спешащему на сражение. Остальным- будте добры вести коней прогулочным шагом. Путнику, привыкшему к лесной тишине, становящейся лишь глубже от шелеста, шороха и птичьего пения, было очень тяжело снова привыкать к людскому гаму. Ореноксу тоже было нелегко. Конь фыркал и прижимал уши, порываясь ускорить шаг и нервно косясь в сторону галдящих торговцев и торговок. Оборотень принялся поглаживать своего жеребца по холке, успокаивая и обещая, что скоро станет легче. И в правду вскоре стало гараздо легче. Всадник наконец достиг края торговых рядов и торопливо удалился, под разочарованными взглядами рьяных продавцов. Копыта оренокса звонко и бодро застучали по каменной мостовой. Дорога нырнула в небольшую рощицу. Стройные березы тихонько шелестели, скрадывая звуки. И человек и конь одновременно облегчонно вздохнули. Наконец-то стало тихо. Где-то журчал ручеёк, щебетали птицы. Оборотень невольно задумался, зачем тут эта рощица. Ведь с точки зрения боевой тактики, она только мешает. Деревья скроют приближение врага, дав ему возможность незаметно подобраться поближе. Деревья расступились, и Оборотень, по природе своей не впечатлительный, позабыл обовсем, восхищенно уставившись на открывшийся ему вид. Перед ним тонкой шолковой лентой тянулся через пропасть белый мост, прямой как стрела. Еще два моста справа и слева упирались в остров, уходящий в серебряное от бликов море. Его края так круто обрывались вниз, что на них не росло ни единого кустика. По отвесным скалам могли карабкаться только ползучие травы, и то кое где. Длинная белокаменная стена охватывала кольцом город, в сердце которого возвышался белоснежный королевский замок, врезанный в скалу, острая вершина которой указывала прямо в небо. Крыши домов изгибались изящными волнами, по стенам карабкались гибкие лозы, всюду, где только можно, цвели сады. Кусты и травы росли даже на кровлях и замковой скале, гармонично вплетаясь среди белых зданий, оживляя их всеми оттенками зеленого. Такого прекрасного города Оборотень никогда не видел. А как все изменится к осени! Когда листва окрасится в золото и багрянец! Оборотень не помнил, сколько времени любовался великим городом. Его привело в себя нетерпеливое пофыркивание Оренокса. Конь переминался с ноги на ногу и косился на хозяина, мол "Чего стоим? Кого ждем?" Всадник вздохнул и направил коня вперед неторопливой рысцой. Подковы зазвенели по мосту. Цветущий Лореан за белыми стенами приближался. С каждым шагом черного коня в груди всё сильнее тянуло и дрожало. Оборотень сначала не понял, что чувствует, слишком запутанным был клубок эмоций, но потом до него дошло. Это был восторг. На миг ему показалось, что он попал в детство, когда ещё мог искренне восхищаться и радоваться мелочам. И вот это забытое чувство вернул ему Велкий город Лореан. Под конец моста его встретили распахнутые деревянные ворота. До ужаса тяжелые, но красивые. Металлические вставки в виде цветов в сочетании с резьбой по дереву создавали картину цветущего сада. По обеим сторонам от ворот стояло по вооружонному воину. Оборотень проехал под воротами и уставился на открывшийся ему вид. В близи город выглядел ни чуть не хуже чем из далека. Прямая широкая улица, выложенная белыми камнями, тянулась в даль, ведя к главной площади. По краям цвели сады, в плоть до самой городской стены. Столица и в правду поттверждала репутацию города серебряных рассветов. Даже у самой окраины не было бедности. Не сидели нищие по краям дороги, не валялся всюду мусор, как в некоторых с позволения сказать, населенных пунктах. "И в правду прекрасный город." - заключил Оборотень, проезжая по главной улице. Немного успокоившись и придя в себя от первоначального восторга, он оценил, как здорово здесь жить. Выглядело все примерно так:" сады, сады, сады, люди, дома, люди, сады, дома, дома, сады". Короче, мечта любого человека. "Ну, что же, я тут не на нолго"- жизнерадостно подумал Оборотень-"отработаю свое и отправлюсь назад в леса, с речными демонами куковать. А что, не так уж плохо. Зато те самые демоны хотя-бы не галдят на весь лес, а подкрадываются тихо и незаметно. По крайней мере с ними гараздо приятнее чем в обществе горожан. " Рассуждая таким образом, Оборотень пришел к выводу, что жизнь не так уж и плоха, хотя его предпочтения в общении, извините, НЕ общении с речными демонами насторожил бы любого нормального человека. Да что уж тут, Оборотня никогда не причисляли к нормальным людям, так что, какой с него спрос?
Оборотень спрыгнул с коня и повел его под узцы, чтобы ненароком не пришибить кого нибудь из горожан. Не то чтобы он сомневался в способности Оренокса всех обойти и никого не задеть, но людям вокруг явно так спокойнее. Быстрым шагом направляясь вверх по главной улице, он рассматривал все вокруг. Белые дома, декоративные прудики. С небольшого обрыва с лева стекал прозрачный ручей. Брызги дробились и сверкали на солнце. Небольшая водная саяна - зверек похожий на ласку, только перламутровый, с отливом цвета морской волны, вскочил на камень, сунул мордочку в холодные струи, фыркнул и забавно потер носик лапками.
Мирное созерцание прервал раскатистый звон колокола, оповещающего о начале рабочего дня. Саяна прижала к голове маленькие острые ушки и нырнула в небольшое озерцо под ручьем. "Ууу... Ну сейчас начнется околесица." - подумал Оборотень и не ошибся. Еще несколько минут он наслаждался относительной тишиной, а потом из домов начали выходить люди. Они смеялись и переговаривались, но хотя-бы не орали как сумасшедшие торгаши. Деревья и сады скрадывали звуки, и спокойные разговоры горожан не превращались в пытку для слуха.
На чьей-то двери зазвенел колокольчик. Бросив взгляд в сторону звука, Оборотень заметил мальчишку подмастерья, вбегающего в лавку. Из дверного проема на всю улицу разнесся запах хлеба. Оренокс зафырчал, уловив вкусный запах, но Оборотень решительно прошел мимо, а конь, посверлив спину хозяина разочарованным взглядом, поплелся следом.
Через некоторое время Оборотень обратил внимание на то, что не испытывает своего обычного тихого отвращения к городу. Как ни странно, здесь он ощущал себя спокойно. Попытавшись разобраться в себе, он понял в чем дело.
Быстрые шаги, разговоры, шуршание листьев, хихиканье девчонок, детские голоса. Казалось бы, это должно было раздражать чуткий слух наемника, но этого не происходило. Он ощущал себя так, словно идет по лесу. Очень очень хорошо. Значит пребывание в Лореане станет для него немного приятнее.
В этот момент яркий свет резанул по глазам. Оказалось, что Оборотень уже вышел из под сени деревьев и попал на главную площадь. Перед ним открывалось большое свободное постранство, выложенное как и все здесь белыми камнями. По краям росли кусты и деревья, а также стояли высокие белые колонны, оплетенные лозами из какого-то зеленого камня. На верхушках колонн красовались позолоченные морские драконы. Они держали в пастях красивые цепи, переплетающиеся между собой в центре площади, с подвешенными на них фонарями. Самый большой и красивый фонарь висел в центре и был выполнен из золота и тонкого стекла. Под ним камни были выложены в круг, от внешней грани которого текли по кладке узоры ко всем концам площади. Оборотень предположил, что встает под этот фонарь только королева Лиян или её доч Линси во время важных церемоний или ритуалов.
Разглядывая всё это, он шел ближе к краю площади, где нарада было поменьше. Собственно на таком большом пространстве, и так не многочисленная толпа рассасывалась, и видимость сквозь неё была прекрасная. Оборотень сторонился больше по привычке, чем из настоящей неообходимости. Вдруг со стороны середины площади послышались задорные крики и свист. Толпа стягивалась к источнику шума. Оборотень поколебался между важным делом и желанием временно начихать на всё с высокой колоколни, и колокольня вересилила. Он быстро зашагал за остальными. Люди стояли довольно свободно, и он легко прошел среди толпы к месту, на которое были направлены взгляды. Это было широкое деревянное возвышение для схваток. По нему прохаживался высокий мускулистый парень с короткими светлыми волосами, в традиционной безрукавке залесья. Он поигрывал мускулами, бросая в толпу заносчивые взгляды. Девчонки перешептывались и хихикали , лукаво зыркая на красавца. За помостом стояло кресло с высокой резной спинкой, на нем сидела величественная женщина в роскошном белом платье. Её темные волосы струились гладким полотном и ниспадали на грудь. На голове сверкал тонкий серебряный обруч, инкрустированный изумрудами. Похоже это была королева Лиян. Её осанке позавидовала бы даже древняя воительница феникс, а холодный и строгий взгляд гарантировал отсутствие бесправного мордобоя. Среди людей наметилось движение и на помост вскочил мужчина в обычном снаряжении наемника. Два коротких меча за спиной, кинжал на поясе и наручи. Его темные волосы были стянуты в озорной хваст на затылке, вопреки седине уже проявившейся в короткой бороде. "И бывают же люди. - подумал Оборотень - Лезут в драку, хотя сами уже детей своих могли бы учить. А нет, надо вот врезать кому-то. Странно, люди почему-то не учитывают, что им самим может достаться от противника." Юноша оперся плечом о своего коня и приготовился созерцать. Мужчина с хрустом размял кулаки, а залесский парень повел плечами, кинув противнику что-то про недостойного соперника. Мужик рассверепел и пригрозил переломать нахалу все кости. Тот лишь выпятил грудь и стукнул кулаком о ладонь. Королева взмахнула рукой, разрешая начать поединок. И явилось зрелище. Громила в безрукавке ринулся вперед с невероятной для такой туши скоростью, выхватывая из ножен короткий меч. Мужик тоже не зевал и отпрыгнул всторону, обнажая оружие. Противники застыли, изучая друг друга, мужик нанес удар. Сражающиеся кружили друг на против друга, прощупывая защиту. И всё-же громила оказался нетерпеливым. Он начал наносить мощные удары, пытаясь сокрушить мужчину с хвостиком.
Тот уворачивался или блокировал удары, но в один момент не успел среагировать. Громила с торжествующим видом врезал кулаком в грудь хвостатому и он вылетел за ринг и позорно хлопнулся на задницу. Королева снова взмахнула рукой, прекращая бой. Оборотень не удержался и хохотнул, понимая, что садануть кулаком напролом - это самый нелепый и дурацкий прием, который он видел. Половина взглядов устремилась в его сторону. Здоровенный детина на ринге угрожающе повернулся кнему и зарычал. "Ты надомной смеёшься?!"
