Всего лишь одна из многих автора Эвани    закончен
«Он даже не сопротивлялся при аресте…» - сказал кто-то про Блэка. Только ли потому, что был сражен новостью о гибели Поттеров? Автор подумала, а не замахнуться ли ей на самого Сириуса Орионовича? И замахнулась. Но не совсем на него, а на очередную (не для автора, в принципе) романтическую историю с его участием.
Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
Мэри МакДональд, Сириус Блэк, Лили Эванс, Джеймс Поттер
Общий || гет || PG || Размер: миди || Глав: 28 || Прочитано: 22693 || Отзывов: 5 || Подписано: 16
Предупреждения: Смерть главного героя, Смерть второстепенного героя
Начало: 16.05.15 || Обновление: 21.06.15

Всего лишь одна из многих

A A A A
Шрифт: 
Текст: 
Фон: 
Глава 1


- Хватит, Мэри, хватит! Я же сказала, что никуда не пойду!

- Но, Лили, он сказал, что будет сидеть у дверей нашей гостиной до утра.

- Пусть сидит. Мне-то какое дело?

- Вообще-то, вы, вроде как, были друзьями.

- Вот именно, были. С тех пор как он связался с этими подонками, его как подменили. И мне очень странно, что именно ты его защищаешь.

- Почему?

- Во-первых, потому что ты – лучшая подруга – слышала, как он назвал меня сегодня. А во-вторых, ты же тоже пострадала кое от кого из этой компании. Быстро же ты забыла случай с Мальсибером.

- Я не забыла!

- Тогда перестань меня уговаривать. Я не хочу видеть человека, который назвал меня «грязнокровкой». В понимании таких, как он, это хуже, чем третий сорт. Да где тебе понять мои чувства…

- Конечно, Лили! Где уж мне понять? Конечно же, моя чистая кровь – лучшая защита от всех нападок и оскорблений! Особенно для Мальсибера и еще кое-кого. Если ты не поняла, то я говорю о Блэке. И кто из них хуже на твой взгляд: достойный представитель факультета Слизерин, чьи беспринципность и изворотливость войдут в историю, или доблестный гриффиндорец, не гнушающийся третировать своих же? Извини, но именно Блэк и ЕГО компания первыми наехали на Северуса. Я, конечно, не оправдываю Снейпа, но и не виню за то, что он сорвался. Во всяком случае, как бы не был плох его поступок, он заслуживает того, чтобы ему дали шанс оправдаться.

- Прости, Мэри… Давай не будем ссориться. Я, так и быть, выслушаю Снейпа. Но не обещаю, что прощу его…

* * *

- Мэри, дорогая, ты закончила собирать вещи?!

Девушка вздрогнула, возвращаясь из мира воспоминаний в реальность, и стопка аккуратно сложенных мантий, левитируемая к сундуку, с тихим шорохом упала на пол. Миссис МакДональд, разумеется, об этом не подозревала, но сейчас у нее были все шансы сделать заикой любого, к кому она захочет обратиться. Похоже, перед отъездом нужно обновить заклинания на материнском слуховом аппарате, раз она снова начала говорить на повышенных тонах.

- Еще нет, но осталось совсем немного!

- Поторопись, детка, скоро за тобой придут!

- Я помню, мамочка, не волнуйся. Все будет хорошо.

Удовлетворенная ответом, миссис МакДональд закрыла дверь в комнату дочери, «вторая слева, где чудные обои в цветочек», и спустилась на первый этаж. Но судя по выражению лица девушки, та не была уверена, что будет так, как она сказала.

Повинуясь очередному взмаху палочки, мантии, наконец-таки, нашли свое место в сундуке, а спустя пару минут к ним присоединились и другие приготовленные вещи. Звонко щелкнули замки, и, по велению хозяйки, багаж на бреющем полете отправился вслед за матерью в гостиную.

Мэри окинула комнату внимательным взглядом, удостоверилась, что ничего не забыла, и осторожно, чтобы не помять дорожную мантию, присела на край кровати. Скоро ей предстояло последовать за багажом, а значит нужно излучать спокойствие и уверенность, иначе мама сделает все, чтобы поездка не состоялась. Но на самом-то деле их нет: ни спокойствия, ни уверенности. Где же их взять?

Нет, Мэри страшила не поездка. После окончания Хогвартса ей приходилось много путешествовать. И то, что на этот раз предстояло вырваться из-под родительского крыла в свободное плаванье, не сильно пугало, даже радовало. Так почему же она так нервничает? Ответ напрашивался сам собой: она не хочет снова встречаться с Блэком, а это неизбежно.

Когда сова доставила ТО письмо от Лили Эванс, прошло больше года, как они виделись в последний раз, на выпускном вечере. Потом МакДональды уехали в Румынию, оттуда в Турцию, затем в Индию и так далее, и тому подобное. Если прибавить еще почти год, что девушки общались меньше, чем обычно, потому что Лили стала встречаться с Поттером, лучшим другом и дальним родственником Блэка, то всего получается больше двух. К чему эти вычисления? Правильно, ни к чему. Потому что все эти два с лишним года Блэк незримо был рядом. Мэри забыла многое, что было ей неприятно, даже тот случай с Мальсибером почти стерся из памяти, как след от мокрой подошвы на асфальте, но в мельчайших подробностях помнила каждую касающуюся ее выходку Сириуса, каждые его слово, взгляд, интонацию. Из четырех гриффиндорцев, именуемых себя Мародерами, разве что с Люпином можно было спокойно сосуществовать. Петтигрю – ни рыба, ни мясо, просто таскался хвостом за дружками. Поттер – повернутый на квиддиче выпендрежник, вечно выдумывал что-то эдакое. Но с Блэком не мог сравниться никто. Хулиганские выходки, часто довольно злые, рожденные его воображением, получали статус сенсации априори. Искреннего сочувствия был достоин тот, кого четверка избирала своей жертвой. Радует, что таких было немного, в том числе несчастный друг Эванс, слизеринец Северус Снейп. Огорчает, что гриффиндорка Мэри МакДональд тоже состояла в их числе. Стоит ли удивляться, что из всех новостей, поведанных Эванс, в душу запали не страшный секрет об организации Ордена Феникса и его деятельности, не приглашение Альбуса Дамблдора лично ей присоединиться к Ордену и поделиться кое-какой информацией, обнаруженной под руководством отца в архивах Тайного общества девяти неизвестных, а то, что одним из членов Ордена является Сириус Блэк.

Непонятно, зачем Лили упомянула сей факт. Видимо, дело в том, что Эванс всерьез засобиралась замуж за Поттера. Во всяком случае, все остальные, ничем не примечательные письма изобиловали намеками на грядущее счастливое событие. А уж где один, там и другой. С одной стороны, Мэри радовалась за подругу, с другой, не собиралась так просто менять свое мнение о женихе и его компании. Особенно о Блэке. От воспоминаний о лягушках и змеях, найденных в кровати, злобных пикси, вылетающих из портфеля, до сих пор кровь застывала в жилах. А ведь это были только цветочки…

Зачем же тогда она едет? Неужели Мэри настолько польстило внимание Дамблдора к ее скромной персоне? Неужели ее тщеславие настолько больше ее же самолюбия, что она вновь готова подвергнуться риску попасть под руку Блэку ради минутной славы? Директор Хогвартса обратился к ней, но ведь это отец – любитель редкостей – настоял на поездке в Индию, он раскопал информацию о Тайном обществе и даже ухитрился найти несколько свитков с их хрониками. Она была всего лишь его помощницей, но вот сидит сейчас, собравшись в дорогу, и ждет провожатого.

Все прошло в высшей степени церемонно. Помимо письма Лили, было еще письмо Дамблдора, адресованное родителям. Состоялся семейный совет. Отец был обеими руками за, мама – категорически против, но доводы главы семейства и активное желание самой виновницы собрания перевесили чашу весов в пользу положительного ответа. Незамедлительно было составлено послание, отправленное с терпеливо дожидающейся совой, и началась тщательная и утомительная подготовка к отъезду.

Спустя несколько дней, когда пришло еще одно письмо от директора, Мэри уже не была столь же уверена в правильности принятого решения, но что-то помешало ей признаться в этом родителям. Было ли это желание представить себя взрослой и серьезной, а не легкомысленной, легко изменяющей свое мнение, или нечто другое, неважно. Девушка была уверена, что отец нашел бы слова, достойно объясняющие ее отказ, но смолчала, не остановила сборы, без прежнего энтузиазма выслушав, что через три дня, в пятницу, в семь часов вечера к МакДональдам прибудет гость, в чьи обязанности входит препроводить мисс Мэри МакДональд в назначенное место.

И вот чем все закончилось. Она сидит, испуганная и потерянная, раздумывая над тем, что уже невозможно изменить. Хорошо хоть набралась смелости и честно призналась самой себе в истинной причине своих страхов.

Приглушенный закрытой дверью, из холла раздался надсадный скрип, за которым последовало первое громкое «бом» старинных массивных напольных часов. Седьмое «бом» ознаменовалось стуком в дверь. Мэри поспешно встала, глубоко вздохнула, стараясь придать лицу невозмутимое выражение, подошла и открыла дверь со словами:

- Ты напрасно утруждалась, мама! Я как раз собиралась спуститься…

- Ну что ты, МакДональд, мне это было совсем не трудно!

На пороге, приторно улыбаясь, стоял Сириус Блэк собственной персоной.

Глава 2


Не совсем отдавая себе отчет в том, что она делает, подчиняясь какому-то внутреннему порыву, Мэри просто захлопнула дверь перед носом Блэка и прижалась к ней спиной. Этого не может быть. Это всего лишь ее больное воображение. Последние несколько дней она думала о хулигане-гриффиндорце, вот он ей и привиделся. Это просто галлюцинация… которая настойчиво стучится в дверь ее комнаты, приговаривая:

- Там, в бункере! Открывай! Это всего лишь я, а ты одета. Знал бы, что ты такая пугливая, хоть причесался бы. Ну, открывай давай, МакДональд, это уже не смешно.

- А здесь никто и не думал смеяться, - буркнула Мэри себе под нос, отлипла, наконец-таки, от двери и снова распахнула ее. – Что ты здесь делаешь, Блэк?!

Продолжая елейно ухмыляться, Сириус ответил:

- Я тоже рад тебя видеть. И раз уж ты такая недогадливая, поясняю: я – тот самый сопровождающий, который отвезет тебя к профессору Дамблдору. Кстати, а чего это ты ему так понадобилась?

- Не твое дело, - огрызнулась Мэри, все еще не пришедшая в себя.

Она понимала, что ей предстоит встреча с Сириусом, но не так же скоро. Девушка надеялась хоть немного подготовиться к этому «знаменательному» событию, но жизнь распорядилась иначе. Как бы сейчас поскорей взять себя в руки, а то Мэри совсем не нравилось, как дрожит ее голос, и слова отказываются произноситься без запинки. А Блэк, кажется, удовлетворен произведенным эффектом. Как непринужденно и самоуверенно, даже где-то бесцеремонно разглядывает он представшую его взору комнату и ее хозяйку:

- Может быть, будет мое. Откуда ты знаешь?

- Знаю.

И что это за ухмылка при виде того, как Мэри одета? Если он сам наряжен, как обыкновенный магл, в кожаную куртку поверх странного вида рубашки, джинсы и кроссовки, то это не означает, что и она должна выглядеть подобным образом.

- Ты поразительно негостеприимна. Наверное, не выспалась сегодня. У меня никогда не получалось нормально общаться с не выспавшимися девушками.

Все та же пренебрежительная манера общения: руки в карманах, скучающий вид. Как же она выводит Мэри из себя.

- У тебя вообще редко получалось с кем-нибудь нормально общаться.

Откровенная издевка в голосе:

- Неужели? Я буду спорить!

Девушка поняла, что если этот разговор продолжится в том же ключе, она не сдержится и сделает нечто страшное – закатит истерику, как маленькая девочка. Создается впечатление, что именно этого Сириус и добивается, значит, следует зарубить его планы на корню, сократив общение с Блэком до минимума.

- Спорь, с кем хочешь, ради Мерлина. Только не сейчас со мной. Если ты – провожающий, то провожай уже скорей. Я не настроена терпеть твое общество дольше необходимого.

В ту же секунду Мэри поняла, что сильно ошибалась, когда думала, что язвительность Блэка в разговоре с ней уже достигла верхнего предела. Казалось, ни в улыбку, ни в слова ее уже больше не поместится. Как бы не так! Теперь Сириус источал ехидство всем своим существом:

- Боюсь, тебе придется терпеть его много дольше, чем ты рассчитываешь…

Мэри подозрительно прищурилась:

- Что ты имеешь в виду?

Лицо парня мгновенно приобрело невинное выражение:

- Да так, ничего особенного. Не хочу портить тебе сюрприз. Хорошо, если ты торопишься, пойдем.

Сириус резко развернулся и быстрым шагом направился к лестнице. Мэри обреченно поплелась за ним, заранее краснея от стыда, предвкушая разговор с матерью о правилах поведения юных девушек, сопровождаемых молодыми красивыми спутниками. И она при всем желании не могла отрицать того, что Сириус красив. Еще в школе на него заглядывалась каждая вторая девчонка, даже некоторые слизеринки. Теперь же это был не симпатичный мальчик, а привлекательный молодой мужчина, даже она, относившаяся к нему предвзято, готова это признать, а уж мама, всегда все преувеличивающая, тем более.

Но опасения Мэри не оправдались. Как за несколько минут знакомства Сириусу это удалось, но достаточно одного взгляда, чтобы понять: ее родители просто очарованы Блэком. «Как жаль, что вы торопитесь», «может все-таки чаю», «какой вежливый молодой человек, такая редкость в наши дни» - неужели родители говорят это ее злейшему врагу? А он манерно раскланивается, учтиво изрекает подобающие к случаю замысловатые выражения, словом, ведет себя, как особа королевской крови. Но Мэри-то не проведешь, как ее простодушных доверчивых родителей, она-то знает, что Сириус только притворяется, хоть и умудряется выглядеть правдоподобно-искренним.

- Как и куда ты должен доставить меня, Блэк? - излишне грубо прервала идиллическую сценку Мэри и последовала к выходу, сопровождаемая укоризненным взглядом матери и очередной хитрой ухмылкой Сириуса. – Мы аппарируем или у тебя есть портключ? И как быть с моим багажом?

- Багаж своим ходом отправится. Это ты у нас – ценный груз, который нужно сдать из рук в руки. Полетишь, как валькирия - на железном коне.

С этими словами Блэк распахнул входную дверь, и взору девушки предстал обычный мотоцикл. Хотя, не такой уж и обычный, раз применительно к нему использовалось понятие «летать», но все же МОТОЦИКЛ. И как прикажешь сидеть на нем в длинной мантии? Поймав любопытный взгляд Сириуса, Мэри поспешила принять невозмутимый вид. Она готова была поклясться, что Блэк подстроил это специально, что-то вроде его очередной шуточки, и провалиться ей сквозь землю, если она покажет, что ее это задело.

Ловко «оседлав» свое транспортное средство, Сириус приглашающе мотнул головой:

- Кого ждем, МакДональд? Садись, поехали.

С горем пополам взгромоздившись позади парня, Мэри поерзала, безуспешно пытаясь получше устроиться на скомкавшейся мантии как можно дальше от водителя.

- Все в порядке? – поинтересовался Сириус.

- Да, - убедительно соврала Мэри, хотя ей было тесно и неудобно, и помахала родителям. – Пока, мам! Счастливо, пап! Не волнуйтесь, все будет хорошо.

- Да, мистер и миссис МакДональд, не волнуйтесь, - подхватил Блэк. - Ваша дочь в надежных руках и без присмотра не останется.

Ух, как Мэри захотелось стукнуть своего спутника, но еще больше она боялась свалиться с мотоцикла, поэтому молча вцепилась в сидение, пытаясь сообразить, что там вытворяет Сириус. Единственное, что ей удалось понять: в результате его усилий мотоцикл завелся и резко тронулся с места, постепенно набирая скорость. Пока по земле. Мэри хотела обернуться, чтобы еще раз помахать родителям, но тут мимо ее головы прошмыгнуло нечто массивное. «Нечто» оказалось ее сундуком, самостоятельно и уверенно удаляющимся в одному ему, да еще, похоже, Сириусу, известном направлении.

- Пристегнитесь, мы взлетаем, - вполне так профессионально произнес Блэк, и мотоцикл оторвался от земли. Парень приобернулся:

- Держись крепче, МакДональд, не хотелось бы потерять тебя где-нибудь над Уэльсом.

В тот же момент ветер засвистел в ушах, и все вокруг стало размыто-нечетким.

Глава 3


Мэри казалось, что полет продолжается целую вечность, хотя она подозревала, что на самом деле это не так. Просто ей было страшно неудобно, устали руки, вцепившиеся в сиденье, тело затекло от напряжения, ведь всю дорогу она старалась не только не упасть, но и держаться подальше от Блэка, чтобы не нарваться на очередную колкость. Поэтому, когда пробегающий мимо пейзаж вновь начал приобретать четкость, что должно было означать окончание путешествия, девушка не смогла сдержать вздох облегчения.

- Что, МакДональд, укачало? Ну, извини. Сама просила не надоедать тебе слишком долго.

Мэри предпочла оставить замечание Сириуса без внимания. Во-первых, потому что он был немножечко прав. А во-вторых, потому что во время полета девушка приняла решение прибегнуть к верному отцовскому способу. В таких случаях мистер МакДональд любил приговаривать:

- Мэри, дорогая! Если тебе кажется, что ты разговариваешь с идиотом, вероятно, то же самое делает и твой собеседник. А потому будь умнее. Промолчи.

Ключевым словом в этой фразе было «промолчи», что девушка и сделала, искренне надеясь тем самым привести своего провожатого в замешательство.

Но Блэку было не до копаний в причинах тех или иных поступков, совершенных кем бы то ни было, даже Мэри. Он целиком сосредоточился на приземлении и, спустя пару минут, успешно справился с поставленной задачей.

- Еще сто метров, и мы у цели.

«Цель» в ночных сумерках выглядела невзрачно и представляла собой небольшой старинный требующий ремонта двухэтажный дом с чердаком, простым крыльцом, коваными решетками на окнах, черепичной крышей и давно не стриженым газоном, укрытым ковром прошлогодних листьев. Именно на газоне Сириус припарковал свой мотоцикл, и Мэри получила возможность размять затекшие конечности. Осторожно сползла она с сиденья и сделала несколько неуклюжих шагов, стараясь даже не думать о том, как выглядит с растрепанными волосами и в мятой мантии. На Сириуса девушка старалась не смотреть, понимая, что в его глазах, как в зеркале, увидит то, что видеть ей совсем не хочется.

Следующий десяток шагов дался уже легче, а по ступенькам крыльца Мэри поднималась, как белый человек: тело снова принадлежало ей, поэтому она отвлеклась от своих ощущений и стала уделять больше внимания тому, что ее окружает. Девушка обратила внимание, что входная дверь распахнулась, едва Сириус до нее дотронулся, и это показалось ей странным. Даже в спокойные времена редкий волшебник рискнул бы оставить дом незапертым, а уж в такие тревожные, как сейчас, только очень смелый. Или очень глупый. Однако, спустя минуту, вопрос снялся сам собой. В прихожей, освещенной слабым магическим светом, прибывших встречал директор Хогвартса – Альбус Дамблдор в своей неизменной пурпурной мантии.

- Здравствуйте, мисс МакДональд! – приветствовал профессор Мэри, а затем обратился к Блэку. – Добрый вечер, Сириус. Все в порядке?

- В порядке, профессор. Я больше не нужен вам сегодня?

- Нет, отдыхай. Я позволил себе вскипятить чайник. Думаю, вы не откажетесь от чашечки чая?

Последняя фраза относилась к обоим прибывшим и, по-видимому, не требовала согласия, поскольку на столике в гостиной, небольшой уютной комнате с камином, оформленной в зеленых тонах, куда вслед за Дамблдором последовала Мэри, стоял фарфоровый сервиз со всем необходимым в расчете на три персоны.

- Я, пожалуй, откажусь, профессор, - сказал Блэк из коридора. – Осмотрю своего «коня» и отправлюсь спать.

- Как хочешь, Сириус, - кивнул профессор, а Мэри облегченно вздохнула. Вряд ли Блэк осыпал бы ее насмешками в присутствии такого серьезного колдуна, как Дамблдор, но все же она будет чувствовать себя спокойнее, зная, что Сириуса нет поблизости.

Тем временем профессор расположился возле столика и жестом предложил девушке присесть в соседнее кресло.

- Надеюсь, поездка не была утомительной?

- Может быть совсем чуть-чуть. Единственное, я несколько удивлена, что вы послали за мной Блэка.

- Он сам изъявил желание, я не счел нужным возражать. Простите своего старого учителя, мисс МакДональд, если он принял неверное решение, доставившее вам некоторые неудобства. Мы также можем поговорить утром, если вы устали.

Глаза за очками-половинками смотрели так бесхитростно и открыто, что Мэри пожалела о своем замечании. Глупо подозревать солидного пожилого человека в пособничестве хулиганским выходкам. Но мысленно девушка поставила еще одну галочку напротив фамилии Блэк, как напоминание лишний раз не доверять Сириусу. Мало ли что у него на уме в свете последних полученных данных.

- О нет, профессор! Я не хочу откладывать разговор. Мне самой очень интересно узнать, зачем вы меня пригласили.

- Что ж, тогда вы не будете возражать, если я начну с небольшого вступления. Наверное, ваша подруга, мисс Эванс, что-нибудь писала об Ордене Феникса?

- Да, но совсем немного. Едва ли больше, чем вы в письме к моим родителям.

- Тогда позволю себе заметить, что Орден Феникса – автономная секретная организация, учрежденная Министерством Магии около девяти лет назад, которой я имею честь руководить. Основной задачей нашей организации является противодействие колдуну Тому Марволо Риддлу, более известному под именем Лорд Волдеморт или Тот-Кого-Нельзя-Называть. О нем-то, я полагаю, вы слышали?

- Слышала, причем ужасные вещи. Его идеи чистой крови выглядят зловеще. Особенно сейчас, когда чистокровных семей почти не осталось. Да и те, что остались, так считает папа, просто скрывают маглов и сквибов, встречающихся в их роду.

- Так вот Орден Феникса обладает рядом полномочий, призванных, как только подвернется возможность, арестовать или уничтожить Темного Лорда и подчиняющихся ему колдунов, именующих себя Пожирателями Смерти. Пользуясь лояльностью Министерства в правовом смысле и при его финансовой поддержке, мы используем любую информацию из любых источников, способную помочь нам в нашей миссии. Даже из таких, которые ошибочно считаются бесполезными или несуществующими. У нас есть информаторы, есть шпионы, аналитики, исследователи, колдомедики, боевые группы, но иногда вдруг выясняется, что кого-то необходимого среди них нет, тогда я, как глава Ордена, ищу нужного человека и рекомендую его собранию. В этот раз, с вашего позволения, я хотел бы порекомендовать мисс Мэри МакДональд. Что вы на это скажете?

- Что я сильно удивлена, хоть и знала из письма о ваших планах. Сильно сомневаюсь, что мои опыт и знания делают меня подходящей кандидатурой на роль борца с темными силами.

- У каждого есть шанс бороться с Томом Риддлом и его последователями, если он действительно этого хочет. А ваши знания, Мэри, особенно в одной области, в которой только вы да ваш отец являетесь специалистами, очень нужны Ордену. Как вы уже поняли, я говорю о хрониках Тайного общества девяти неизвестных.

- Я поняла, профессор Дамблдор. Только почему вы обратились ко мне, а не к моему отцу? Он давно занимался поисками, а мне довелось всего лишь побыть подсобным рабочим на финальной стадии розыска и разделить славу с победителем.

- Пожалуй, с вашей точки зрения все выглядит именно так, но мне ситуация видится с несколько другой стороны. Вы не думаете, что ваш отец нашел хроники именно потому, что с ним были вы? Что, если это именно ваше предназначение, Мэри, - расшифровать рукописи и донести до современников смысл тайного знания?

- Но то, что мы нашли, всего лишь жалкие обрывки… Не хотите ли вы сказать, профессор, что располагаете большим объемом информации?

- Хогвартс – вместилище стольких тайн и загадок… Даже я не знаю всего, что он хранит в своих недрах. Оказалось, там есть и то, что нам нужно.

Мэри задумалась. Дочь ученого, она не могла пройти мимо тайны, которую в глубине души давно мечтала разгадать. Убежденность профессора в том, что она справится, невообразимым образом вселила и в девушку уверенность в собственных силах. Но еще несколько часов назад, обдумывая эту же ситуацию, но под несколько другим углом, Мэри отказалась бы от предложения. Теперь же она склонна была согласиться. В чем заключались ее прежние сомнения? В глупых детских страхах, тянущихся со школьных лет. Разве можно опираться на них, когда тебя просят о помощи?

-Так что вы решили, мисс МакДональд? – вклинился в размышления Мэри голос профессора.

- Я согласна и надеюсь оправдать ваши ожидания, директор Дамблдор.

- Признаться, я и не ожидал другого ответа. Завтра Сириус отвезет вас в штаб Ордена, а я представлю остальным. Так что, до завтра. Первое время вы поживете здесь, на втором этаже есть комната, которая, уверен, вам понравится. А после, если захотите, подыщете себе жилье по вкусу. Отдыхайте, Мэри. О, ваш чай совсем остыл. Позвольте, я его подогрею.

Дамблдор направил палочку на чашку Мэри, подождал пару секунд, еще раз прощально кивнул и вышел. Девушка машинально сделала несколько глотков горячей ароматной терпкой жидкости, обдумывая случившееся.

Она была уверена в принятом решении, не то, что три дня назад, и присутствие Блэка не казалось таким уж непреодолимым препятствием. Вряд ли она будет часто с ним встречаться. Будучи членом Ордена Феникса, такого, как рассказал Дамблдор, маловероятно, что Сириус занимается бумажной работой, а ей предстоит именно это. Тем более так приятно, что в тебе нуждаются. Тут Мэри резко осадила себя. Не время строить честолюбивые планы. Что бы ни говорил профессор, а до отца, между прочим, самого рядового сотрудника Отдела Тайн, ей далеко. И чтобы не ударить в грязь лицом, придется ой как постараться. А для этого нужно как следует отдохнуть.

- Ладно, утро вечера мудренее, - подумала она, в конце концов, и вышла из гостиной, с намерением отыскать предназначенную ей комнату. Девушка преодолела половину лестницы, когда услышала сверху:

- Вот твоя комната. Багаж уже там. Располагайся.

Сириус стоял, прислонившись к стене возле двери, расположенной точно напротив входа в комнату, предназначенную ей. Мэри устало вздохнула:

- Это опять ты, Блэк? Еще не ушел?

Сириус усмехнулся:

- Куда же я пойду из собственного дома?

- Что? Твоего дома? – усталость девушки как рукой сняло. – Ты хочешь сказать, что Дамблдор предложил мне пожить в твоем доме?

- Я же предупреждал, что тебя ждет сюрприз, - самодовольно улыбаясь, проговорил Блэк. – Похоже, шалость удалась. Видела бы ты сейчас свое лицо…

- Не дай Мерлин… - прошептала Мэри, и продолжила, уже обращаясь к Блэку. – Ты же не думаешь, что я тут останусь?

- Поскольку я отвечаю за твою завтрашнюю доставку в штаб Ордена и не намерен разыскивать тебя, где бы то ни было, останешься, как миленькая, до утра. А потом делай, что хочешь. Вот уж не думал, что ты ТАК меня боишься. Хотя, МакДональд, ты никогда не умела за себя постоять. Достаточно вспомнить Хогвартс.

Каким же презрительным тоном это было сказано. В глубине души Мэри была готова признать, что слова Сириуса содержали долю истины, но она так же считала, что не ему делать ей замечания. В одно мгновение девушка достигла точки кипения и выпалила на одном дыхании:

- Я могу постоять за себя, Блэк. Еще пара таких высказываний, и ты в этом убедишься! Но в одном ты прав: все дело в тебе. И то, почему я не очень-то хотела сюда ехать. И то, почему не хочу оставаться в твоем доме, и дело тут не в соблюдении приличий. Ты только что вспомнил время учебы в Хогвартсе, так вот я тоже ничего не забыла. Понял, ничего! И если ты намерен продолжать в том же духе, запомни: только дай мне повод свести с тобой счеты, и я им воспользуюсь.

Невозмутимо выслушав гневную тираду, Сириус скрестил руки на груди и произнес:

- Что бы ты там не возомнила, не переоценивай значимость своей персоны, МакДональд. Ты всего лишь одна из многих, кому я не нравлюсь и на чье мнение мне плевать.

Он открыл дверь, возле которой стоял, вошел в комнату и, обернувшись, произнес:

- Спокойной ночи!

Входя в свою комнату, Мэри была уверена, что вряд ли для нее ночь будет спокойной.

Глава 4


На удивление Мэри заснула почти мгновенно. Освежившись в крошечной ванной, переодевшись в любимую пижаму и убедившись, что волшебная палочка на прикроватном столике в пределах досягаемости, девушка даже не успела толком рассмотреть комнату, где ей предстояло провести, она была в этом уверена, всего одну ночь.

Что ей снилось, Мэри не помнила, но была убеждена, что это было что-то приятное, потому что проснулась она в прекрасном настроении. И даже мысль о том, что она гостит в доме Сириуса Блэка, не испортила его.

Было еще слишком рано, чтобы вставать, поэтому Мэри взбила подушки, удобно на них облокотилась и, наконец, огляделась. Дамблдор был прав, когда говорил, что комната ей понравится. Оформленная в бело-желто-зеленых тонах, она напоминала о цветах, которые Мэри очень любила, - ромашках. Белые с золотом обои и такая же мебель, приятного желтого оттенка шторы на окне и абажуры у светильников, зеленый коврик у кровати – все сочеталось и мило смотрелось в первых лучах утреннего солнца. Девушка поймала себя на мысли, что пытается представить, кому раньше могла принадлежать эта типично женская комната.

Однако долго валяться без дела Мэри себе позволить не могла. Мысль о том, что Сириус еще раз будет сопровождать ее, заставила задуматься о решении некоторых насущных вопросов. Нет, она ни в коем случае не собиралась производить впечатление на Блэка, но пережить еще раз поездку на мотоцикле, а девушка была уверена, что ей опять предстоит именно это, в традиционном колдовском облачении было выше ее сил. Сегодня ей необходимо произвести благоприятное впечатление на много большее количество людей, чем один директор Хогвартса, который, казалось, вчера совсем не обратил внимания на внешний вид Мэри, и она не может себе позволить выглядеть абы как. Словом, перед Мэри МакДональд стояла извечная женская проблема: что надеть?

Интуитивно девушка догадывалась, что должна последовать примеру Блэка и воспользоваться магловской одеждой. Но Мэри никогда не интересовалась модой вообще и магловской в частности. Что же ей делать?

Негромкий смех за окном привлек внимание МакДональд, и она, раздвинув шторы, выглянула на улицу. Несколько девушек-маглов, ровесниц Мэри, неторопливо брели по улице, тихонько переговариваясь. Откуда или куда шли девушки в столь ранний час, для молодой колдуньи не имело никакого значения, кроме того, что она получила ответы на все свои вопросы. Где-то около часа ушло на то, чтобы выполнить задуманное, и Мэри получила возможность обозреть в зеркале результат своих усилий.

Начала девушка с того, что переколдовала кое-что из одежды. Теперь вместо одной скучной мантии в распоряжение новоявленной модницы поступили в меру облегающие однотонные брюки и свободного покроя пестрая кофточка, а пара классических неинтересных туфелек преобразилась в удобные тапочки со шнуровкой. Длинные русые волосы, свою гордость, Мэри зачесала назад и закрепила причудливой формы зажимом, теперь попади она даже в ураган, прическа сохранит форму. Но больше всего в ее новом образе привлекательной сероглазой девушки в удобной одежде и с практичной прической МакДональд нравился рюкзак. Такой симпатичный небольшой рюкзак, не имеющий ничего общего с бесформенным мешком защитного цвета, изображенным на картинке в учебнике по магловедению, в который благодаря еще одному заклинанию можно было уместить все нужные вещи. В том числе и мантию, которую девушка планировала надеть перед собранием уже в штабе.

Стук в дверь не застал Мэри врасплох, какое-то время она ждала его, полностью собравшись. Голос Блэка звучал приветливо, но как всегда с долей насмешки:

- Через десять минут в гостиной, МакДональд. Если тебя не будет, я еду один.

- Не сегодня, Блэк, - Мэри открыла дверь почти мгновенно и с вызывающим видом застыла в проеме.

Она сразу поняла, что утро прошло не зря, когда заметила, как из взгляда Сириуса исчезла смешинка, и промелькнуло нечто другое, пока недоступное пониманию. Но спустя секунду озорные огоньки вновь загорелись в глубине глаз парня, и он присвистнул:

- А ты умеешь делать выводы, МакДональд! Вот уж не думал…

- Ты еще много чего обо мне не знаешь, Блэк. Только вряд ли тебе это будет интересно.

- Поживем – увидим, - с какой-то странной интонацией проговорил Сириус, а затем продолжил обычным тоном. – Кроме остатков вчерашней чайной церемонии, еды в доме нет, так что перехватим что-нибудь по дороге. Пошевеливайся, МакДональд! Если мы опоздаем, я скажу, что это ты виновата.

- Я всегда подозревала, Блэк, что ты не джентльмен, - ответила Мэри и последовала за улыбающимся парнем.



В этот раз поездка на «железном коне» Блэка произвела на Мэри несравнимо лучшее впечатление. Может потому, что это была «поездка», а не «полет», а может потому, что в новом наряде ей было на порядок удобнее. Во всяком случае, сегодня ей все нравилось: и дом при дневном свете не выглядел таким уж обшарпанным, и компания Блэка не особо тяготила, и обещанная попутная трапеза, страшно вредные с точки зрения миссис МакДональд хот-доги, фиш энд чипс, пончики и газировка, оказалась на удивление вкусной. Но чем ближе они подбирались к штаб-квартире Ордена Феникса, тем сильнее Мэри волновалась. Сначала ей просто стало не по себе, теперь же она была на грани паники, как перед сдачей СОВ. Девушка ничего не могла с собой поделать, но так было всегда. От одной только мысли, что она, окажется в центре внимания нескольких десятков незнакомых людей, опытных магов, выдающихся экспертов в своих областях, в чем Мэри ни минуты не сомневалась, ее бросало в жар, и колени предательски дрожали.

Дом, где располагалась штаб-квартира Ордена, выглядел еще неприметнее, чем дом Сириуса.

- «Наверное, в целях конспирации», - подумала Мэри, слезая с мотоцикла, и в этот момент самообладание окончательно ее покинуло. Судорожно вцепившись в лямки рюкзака, девушка еле заставила себя сделать шаг по направлению к зданию.

Как ни странно, заметивший ее состояние Блэк не отпустил ни одной шпильки по этому поводу, даже, что для девушки было совсем неожиданно, попытался поддержать:

- Хвост пистолетом, МакДональд! Никто тебя здесь съесть не собирается. Интересно, что ты скажешь, когда поймешь, что уже давно знакома с половиной членов Ордена?

И улыбнувшись ободряюще, парень подтолкнул Мэри к входу.



Оказавшись в просторной комнате, огромные окна которой после многочисленных наложенных охранных заклинаний, сводящих на нет любую попытку подсмотреть или подслушать, отражали свет матовыми стеклами, Мэри, прежде всего, заметила Альбуса Дамблдора, который шагнул в их с Блэком сторону со словами:

- А вот и вы! – затем обернулся к присутствующим, сидящим на всевозможных табуретах, стульях и диванчиках возле стола и у стен, и провозгласил. – Разрешите представить вам нашего нового специалиста по артефактам и сотрудника отдела разработок мисс Мэри МакДональд.

Ответом на слова директора стали негромкие, но дружные аплодисменты и одобрительный гул двух десятков голосов, что Мэри восприняла, как благоприятный знак, а потому рискнула оторвать взгляд от пола и оглядеть присутствующих. Как оказалось, Сириус был прав: среди окружающих ее лиц было много знакомых. Помимо Дамблдора и Блэка, здесь присутствовали профессор Минерва Макгонагалл и лесничий Хогвартса Рубеус Хагрид, авроры Аластор Грюм, Эдгар Боунс, Алиса и Фрэнк Лонгботтомы, о которых Мэри слышала, хоть и не знала лично, учившиеся на несколько курсов старше Эммелина Вэнс, Гидеон и Фабиан Пруэтты, Марлин Маккиннон, Бенджи Фенвик, Стерджис Подмор, знакомые отца Дедалус Дингл, Карадок Дирборн, Элфиас Дож, Доркас Медоуз, и, конечно же, однокурсники-гриффиндорцы Ремус Люпин, Питер Петтигрю, Джеймс Поттер. Но приятней всего Мэри было увидеть свою лучшую подругу - Лили Эванс, с сияющим счастливым лицом.

Глава 5


Дамблдор тем временем продолжал:

- От лица Ордена я хочу поздравить мисс МакДональд с вступлением в наши ряды и выразить надежду, что древние свитки, на днях доставленные из Хогвартса, будут расшифрованы ею, и это позволит ощутимо приблизиться к победе над Темным Лордом и его приспешниками. Со своей стороны обещаю, что каждый из нас в случае необходимости окажет мисс МакДональд любые требуемые содействие и поддержку. Так что, Мэри, не стесняйтесь обращаться за помощью.

- Что же все-таки примечательного в этих свитках? – спросил Грюм.

- Я думаю, мисс МакДональд сейчас даст нам некоторые необходимые пояснения. Не так ли, Мэри?

- Конечно, профессор, - ответила девушка, и прошла в центр комнаты.

По пути пристроив на ближайшем подоконнике рюкзак с так и не пригодившейся мантией, поскольку большинство членов Ордена, как и Блэк, придерживались свободной формы одежды, Мэри начала рассказ, поначалу неспешно, но постепенно все более эмоционально и воодушевленно:

- Я полагаю, ни для кого из присутствующих не секрет, что многочисленные войны, болезни и природные катастрофы с древних времен угрожали порой полным физическим уничтожением наряду с представителями магловского сообщества и всем носителям магических знаний, что влекло за собой создание всевозможных хроник, доступ к которым имело ограниченное количество людей. Чаще всего это делалось потому, что все равно только избранные могли овладеть в полной мере этой тайной премудростью. Например, в средние века некоторые магловские университеты преподавали магические науки наравне с традиционными предметами, но лишь единицы осваивали их на уровне практического применения. Но иногда эта обстановка секретности имела другие, более веские основания.

Тайное Общество Девяти Неизвестных было создано по приказу древнеиндийского царя Ашоки и чем-то напоминало современные научно-исследовательские институты. Сам он не принадлежал к числу волшебников, а вот девять величайших индийских мудрецов, задачей которых было систематизировать все научные знания, полученные из еще более древних священных рукописей и в результате экспериментов и наблюдений, были магами. Каждый из Девяти Неизвестных написал по одной книге, посвященной той или иной отрасли магических, и не только, знаний.

- А почему они назывались «Неизвестными»? – подал голос Петтигрю.

- Деятельность Общества была засекречена. Ашока, убежденный противник насилия в любом виде, отлично осознавал, какой силой обладают эти знания, и не мог допустить их использования ради разрушения и войн. Поэтому мудрецы работали независимо друг от друга, не были знакомы, ни разу не встречались, и даже свои имена им запрещалось упоминать. До нас дошли только псевдонимы.

- А «Девятью», Питер, они назывались потому, что их было девять, - раздался голос Сириуса, и Мэри не поняла, кому предназначалась колкость, недогадливому Петтигрю или увлекшейся МакДональд. Но в кои-то веки ей было все равно. Это была интересная ей тема, рассуждать о которой она могла часами. Правда, раньше ее собеседником был один отец, а сейчас слушателей было много больше, но оказалось, что это совсем не имеет значения. И девушка сделала то, чего сама от себя не ожидала: она не оставила реплику Блэка без внимания, но отреагировала на нее не обидой или замешательством, как сделала бы раньше, а проговорила:

- Правильно, Сириус. Видишь, ты тоже умеешь делать выводы, - и продолжила, обращаясь уже ко всем. - Впрочем, царю, действительно, было чего опасаться: научные сведения, с которыми работали призванные им ученые-колдуны, даже по современным меркам кажутся невероятными. Так, одна из книг была посвящена левитации и управлению ею, доступному не только волшебнику, но и самому обыкновенному, ничем не примечательному маглу. Труды других Неизвестных тоже можно было бы счесть фантастикой, настолько они опережают возможности и технический уровень современной магии. Еще одна из работ была посвящена теме создания и использования некоего сверхмощного оружия, имеющего много общего с современными магловскими разработками в области ядерных и психотропных вооружений. Другая содержала подробное описание и чертежи летательных аппаратов, позволявших древним авиаторам не только подниматься в воздух, но и совершать космические полеты. Упоминание о трудах Девяти Неизвестных встречается во многих древнеиндийских письменных источниках, но до недавнего времени ни одну из этих книг, не считая чудом уцелевших обрывков черновиков, так и не удалось обнаружить. Предполагалось, что некоторые из этих книг до сих пор хранятся в монастырях Тибета и Индии, и, разумеется, местные монахи делают все возможное, чтобы эти знания никогда не попали к представителям современной цивилизации. Однако сегодняшнее заявление профессора Дамблдора вносит существенные коррективы в сложившееся понимание ситуации.

Повисла минутная пауза, присутствующие осмысливали услышанное.

- Звучит логично, - высказался, наконец, Подмор. – Но, и впрямь, фантастично. Трудно поверить, что в столь далекой древности маги, и тем более маглы, могли достичь таких высот.

Мэри улыбнулась. В ее присутствии отцу не раз приходилось опровергать подобные убеждения, поэтому она знала, что ответить:

- Вы не первый, Стерджис, кто подвергает сомнению реальную значимость древних хроник Общества. Скептическое отношение ученых мужей к высочайшему уровню технического и научного развития много лет преследует древнеиндийскую цивилизацию. И много раз за это время, как бы в качестве знака свыше, «неверующие» получали доказательства того, что реальность много загадочнее всех представлений о ней. Самый ощутимый удар был нанесен в девятнадцатом веке, когда в одном из индийских храмов обнаружили отрывок из книги Неизвестного, творившего под псевдонимом Мудрый. Он назывался «Трактат о полетах» и являлся одной из глав фундаментального сочинения «Наука о воздухоплавании». Этот уникальный труд содержал подробнейшие описания нескольких типов летательных аппаратов, сведения о некоторых особенностях полетов на них и даже своеобразное руководство для начинающих пилотов. Отрывок был встречен специалистами довольно прохладно. Интерес к достижениям древних авиаторов пробудился лишь тогда, когда через несколько лет руководство одной страны, я не буду ее называть, сделало заявление, что своими достижениями в аэрокосмической области она обязана сведениям, почерпнутым из этого научного труда, написанного несколько тысяч лет назад. Если даже люди, не владеющие магическими понятиями и способностями, смогли так продвинуться, изучив малую часть хроник, представьте, какие возможности откроются перед нами, волшебниками…

- Возможности, возлагающие огромную ответственность на получившего их, - проговорил Дамблдор, - Об этом мы тоже не должны забывать, поэтому, прежде всего, поддержим установленный древними Статут о секретности. Спасибо, Мэри, даже я не смог бы рассказать лучше.

Залившись краской смущения, Мэри довольно улыбнулась, но поспешила вновь принять деловой вид и спросила:

- Когда я смогу начать работу с хрониками, профессор?

- Думаю, завтра. Сегодня я планирую лично позаботиться об охранных заклинаниях для вашего нового рабочего места, а вам, думаю, не повредит перед началом серьезного дела немного расслабиться, пообщавшись с друзьями, которых вы давно не видели, - ответил Дамблдор Мэри, а затем обратился к присутствующим. – Если вопросов к мисс МакДональд нет, не вижу смысла продолжать собрание, потому как все знают свои обязанности. Аластор, Минерва, задержитесь, мне понадобится ваша помощь. Остальные могут быть свободны.

Основная часть членов Ордена, переговариваясь, покинула помещение, через несколько секунд с улицы раздались характерные для аппарирования хлопки. Аврор и профессора негромко беседовали в соседней комнате, по-видимому, обсуждая защиту свитков. Мэри, на минутку задержавшаяся возле Доркас Медоуз, рассыпавшейся в похвалах и пожеланиях, подхватила рюкзак и, наконец-таки, оказалась в крепких дружеских объятиях лучшей школьной подруги. Спустя четверть часа Мэри и Лили, вдвоем, оживленно болтали за стаканчиком сока, сидя за столиком обыкновенного магловского кафе.

Вообще-то, штаб Ордена они покинули вшестером: две девушки и четверка Мародеров. В глубине души Мэри была удивлена, что так рада видеть гриффиндорцев, ну, кроме Сириуса, разумеется, с которыми в школе у нее были прохладные отношения, и что они рады ей не меньше. Правда, толком поболтать им не удалось. Первым, ссылаясь на срочные дела, убежал Петтигрю. За ним в скорости последовали Поттер и Блэк, им предстояло выполнить личное поручение Дамблдора. Люпин хоть и проводил девушек до места, где они теперь расположились, но не остался, удалившись без особых объяснений. Но выглядел он болезненно, поэтому Мэри, помнившая, что и в Хогвартсе с ним такое случалось, не стала заострять на этом внимание.

Первым, что продемонстрировала Лили подруге, было очаровательное колечко с небольшим, но красивой огранки бриллиантом.

- Лили, поздравляю! – Мэри была искренне рада за Эванс. – Когда же ты официально станешь миссис Поттер?

- Мы только на прошлой неделе обручились, а через полгода поженимся. Мы так решили, и не спрашивай, почему.

- Хорошо, не буду. Но могу я хотя бы спросить, рассматривалась ли моя кандидатура на роль подружки невесты? Я, конечно, не напрашиваюсь…

- Мэри, ты именно напрашиваешься! И делаешь это напрасно, потому что ты первая в списке еще с третьего курса, когда мы обе поняли, что рано или поздно замуж придется выйти. Просто я знала, что ты приедешь, поэтому не стала ничего писать, ведь теперь мы можем все решить лично. И мы обязательно это обсудим туда попозже, а сейчас лучше скажи, как ты устроилась у Сириуса?

- Ты и это знаешь? Он тебе сказал?

Мэри недоверчиво посмотрела на подругу, которая с самым невинным видом заявила:

- Я помогала обустроить комнату к твоему прибытию. Надеюсь, ты все еще любишь ромашки и потому осталась довольна?

Мэри грустно улыбнулась:

- Люблю. И комната получилась великолепной. Но не думаю, что я задержусь там надолго.

- Почему?

- Ты забыла, как я отношусь к Блэку?

- Но Мэри, это же глупо! Разве можно столько лет лелеять детские обиды? Никогда не предполагала, что ты настолько злопамятна, - Лили возмущенно тряхнула гривой длинных рыжих волос. - Я скорее поверю, что это из-за твоей мамы. Зная миссис МакДональд, представляю, в какой ужас ее повергнет известие, что дочь поселилась в доме красивого молодого человека, и больше в нем не проживает никто.

- Дело не в маме, Лили, хотя тут ты тоже права. Я – злопамятная? Пусть так. Но за те несколько часов, что я вновь общаюсь с Блэком, я не заметила, чтобы он сколько-нибудь изменился.

Лили потянулась и накрыла ладонью руку подруги:

- Поверь мне на слово, Мэри. На самом деле Сириус не такой плохой, как может показаться, ты просто должна узнать его поближе.

- Вот, Лили, ты еще не вышла замуж за Джеймса, а уже защищаешь его родственников, - хитро прищурилась МакДональд, в глубине души мечтая сменить тему разговора.

- Знаешь, Мэри, - глаза Эванс возбужденно загорелись. - Мне только что пришла в голову одна идея. Тебе все равно придется еще какое-то время пожить в доме Блэка, ведь поиск другого жилья – процесс длительный и непредсказуемый. Что если я тоже переду туда на эти дни? С одной стороны, будут соблюдены приличия, что успокоит твою маму…

- Это меня беспокоит меньше всего.

- …С другой, мое присутствие оградит тебя от нападок Блэка, раз ты так уверена, что они обязательно будут.

- Они уже есть, Лили, и ты в этом убедишься. Даже на сегодняшнем собрании он попытался меня уколоть при всех.

- Кстати, о сегодняшнем собрании! Ты была великолепна…

На какое-то время разговор перескочил-таки на другие темы, но потом вновь вернулся на круги своя. В результате из кафе девушки отправились к Эвансам, где Мэри побеседовала с родителями подруги, а Лили собрала необходимые вещи, отмахнувшись от осторожного замечания подруги, что было бы неплохо отправить Блэку, как непосредственному участнику, сообщение об их планах, словами:

- Зачем тратить время на ненужные разговоры? Я знаю, что Сириус не будет возражать.

И оказалась права.

Глава 6


Когда ближе к вечеру, нагруженные сумками, девушки аппарировали к его дому, Блэк уже вернулся. Об этом свидетельствовала дверь, как и вчера распахнувшаяся при первом прикосновении. Сам Сириус выглянул в коридор из той части дома, где Мэри еще не была:

- За вещами, МакДональд?

Мэри демонстративно поставила сумку с одеждой Эванс и ответила:

- Боюсь, тебе придется еще какое-то время потерпеть мое присутствие, Блэк.

- Скорей уж ТЕБЕ придется терпеть мое присутствие, - ухмыльнулся парень.

- А, по-моему, вы уже достигли взаимопонимания, и терпеть придется мне. Причем вас обоих, - вмешалась Лили, выглядывая из-за плеча Мэри.

- Привет, Лили! Какими судьбами?

- Решила сыграть при Мэри роль компаньонки, чтобы не дать ее родителям поводов для беспокойства. Так что, Сириус, если ты вдруг ради развлечения начнешь клеиться к беззащитной девушке, помни: я слежу за тобой! А теперь будь гостеприимным хозяином: отлевитируй мои вещи в ту угловую комнату, что всегда мне нравилась. Мэри, дорогая, я буду жить в помещении за соседней дверью, и надеюсь, что сейчас ты мне по-соседски поможешь навести там порядок.

Естественно, девушка с радостью согласилась. Через час, когда все трое спустились в кухню перекусить, кстати, Сириус либо обманывал, утверждая, что в доме нет еды, либо позаботился, чтобы она была, Мэри уже не выглядела такой же довольной.

- Что-то ты плохо выглядишь, МакДональд, - бодро выдал парень, звучно открыв бутылку сливочного пива и сделав большой глоток.

- Я выглядела бы гораздо лучше, если бы ты не мешался под ногами, Блэк, - сердито откликнулась Мэри, следя за ножом, нарезающим хлеб для сандвичей.

- Неблагодарная, я просто хотел помочь!

- Опрокинув на меня горшок с зубастой геранью?

- Я споткнулся о корзину для мусора, которую ты пихнула мне под ноги.

- Жаль, что корзину, а не тебя…

- Знаешь, Сириус, мы и в правду без тебя обойдемся, - проговорила Лили.

И усмехнулась, заметив выражение нескрываемой радости на лице, казалось, мгновенно испарившегося Блэка:

- Уверена, он сделал это нарочно…

- Я тоже так думаю, - насупилась Мэри. – Чтобы мне досадить.

- Чтоб от уборки откосить! Поверь, Мэри, если бы ближе стояла я, герань свалилась бы мне на голову. Ты слишком предвзято относишься к Сириусу, поэтому переиначиваешь истину, просто не замечаешь некоторых вещей.

Спустя пару часов, когда уборка была окончена, оказавшись, наконец, в своей постели, Мэри в подробностях вспомнила этот насыщенный событиями и впечатлениями день и подумала, что Эванс, в некотором роде, права: она относится к Сириусу предвзято, но он сам в этом виноват.


Только став членом Ордена Феникса, Мэри поняла, какую на самом деле опасность представляют Волдеморт и его Пожиратели Смерти. Та информация, которую можно было почерпнуть из «Ежедневного пророка», скорее характеризовала ее полное отсутствие, чем хоть какое-то наличие. Слухи же, неизбежно сопровождающие любое сколь-нибудь значимое событие, не давали представления о масштабе захлестнувшей магический мир катастрофы, описывая отдельные акции, свершенные командой Темного Лорда, но не демонстрируя их взаимосвязи.

Первым звоночком, заставившим девушку насторожиться, стала настоятельная рекомендация профессора хотя бы час в день уделять оттачиванию и усовершенствованию заклинательной базы.

- Я искренне надеюсь, Мэри, - сказал Дамблдор. - Что в Ордене вам не доведется оказаться в ситуации, где могут пригодиться какие-либо другие умения, кроме работы с древними документами, но вы должны быть готовы ко всему: и отразить атаку Пожирателя, и оказать помощь пострадавшему, и защитить нуждающегося.

По большей части эти занятия доставляли Мэри удовольствие, позволяя отдохнуть от рутинной работы над хрониками и узнать что-то новое. Заклятия и зелья из области колдомедицины и кое-какие новые бытовые заклинания давались ей легко, как и теория новых защитных и штурмовых заклинаний. Что же касалось отработки их на практике, то тут дела шли с переменным успехом и напрямую зависели от «условного противника». Была бы воля Мэри, она всегда вставала бы в пару с одними и теми же «врагами», в число которых входили Лили, Ремус, Алиса с Фрэнком, Эммелина и Дедалус. Они ни в коем случае не делали ей поблажек, просто в их компании девушка чувствовала себя свободно, а потому не отвлекалась на посторонние мысли. Однако профессор требовал, и Мэри не могла не согласиться с его доводами, чтобы на тренировках пары формировались случайным образом, «ибо судьба, подставляя ножку, меньше всего будет заботиться о нашем удобстве и доставлять неприятности согласно нашим пожеланиям». Вот и приходилось МакДональд то уворачиваться от обстрела особо не заморачивающихся Гидеона или Фабиана, то подключать интуицию по требованию Марлин, любительницы невербальных заклинаний, то впустую тратить время на Питера, который, казалось, совсем не продвинулся, застряв на уровне пятого курса.

Но ни требовательного Аластора Грюма, ни строгую Минерву Макгонагалл Мэри не опасалась так, как Сириуса Блэка. Первые же параллельные тренировки показали, что уровень их подготовки был примерно одинаковым, так о чем же волноваться? Оказалось, есть о чем.


День начался, как обычно, с завтрака на скорую руку и аппарирования к штаб-квартире. Мэри уже достаточно освоилась, чтобы не нуждаться в провожатых, а когда Сириус включил ее в число тех, на кого реагировало запирающее дом заклинание, вообще получила полную свободу передвижения. Ответив на приветствия нескольких членов Ордена и перекинувшись парой слов с Доркас, девушка миновала несколько коридоров и комнат, остановившись, в конце концов, перед нужной дверью. Невербальное «аллохомора» было первым, самым простым, шагом в ежедневном ритуале начала работы. Далее следовало обновление «оменум ревелио», заклинания, позволяющего обнаружить присутствие постороннего человека, и «рефлекто», способного перенаправить любое заклинание обратно на того, кто его произнес. Скучнее всего было аккуратно и внимательно рисовать палочкой магические знаки, ежедневно меняющиеся по определенной системе, на крышке шкатулки, где хранились свитки. И вот хроники на столе, словари и справочники там же, отцовский перевод найденных МакДональдами черновиков поблизости, перья заточены, светильники отрегулированы, можно приступать.

Расшифровка продвигалась медленно, но верно. Основная сложность здесь, как и при переводе любого другого иероглифического письма, заключалась в разных значениях одного и того же знака, в зависимости от соседствующих с ним. Но, похоже, Дамблдор был прав, когда говорил о предназначении: на любую загадку Мэри находила ответ в положенное время. Даже то немногое, что девушке, как специалисту по артефактам, удалось перевести, впечатляло, и как сотрудник отдела разработок, она предложила профессору Макгонагалл усовершенствовать несколько общеизвестных заклинаний и создать одно новое, чем Минерва сейчас и занималась.

Полдень давно миновал, когда «оменум ревелио» сработало, и в комнату заглянул Поттер.

- Салют! – парень приветливо улыбнулся.

- Виделись, забыл? - улыбнулась в ответ девушка и потянулась, разминая затекшую спину.

С тех пор, как Лили переехала в дом Блэка, можно было сказать, что Джеймс тоже туда переехал вслед за невестой, а потому у них с Мэри было достаточно возможностей приветствовать друг друга, как, например, сегодня утром – на кухне.

- Не желаешь получить заряд бодрости? – продолжил Поттер.

- Это ты о молниеносном «релашио», которым в прошлый раз обещал меня «угостить»?

- «Релашио» - прошлый век! Я приготовил кое-что получше. Запирай свою контору и спускайся в зал.

Давно мечтающая о перерыве МакДональд дисциплинированно завершила работу, повторив в обратном порядке утреннюю процедуру с небольшими отступлениями, и спустилась в подвал, где располагалась просторная комната с высоким потолком и без окон, используемая членами Ордена Феникса для тренировок. Не мешая друг другу, в ней одновременно могли упражняться до десяти пар, но сейчас там было всего четверо: Петтигрю, Блэк, Эванс и Фенвик. Поттер ждал девушку у входа.

- Что-то давно Ремуса не видно. Вроде бы полнолуние уже прошло… - озабоченно спросила Мэри, пока они выбирали, где бы расположиться.

Она еще не до конца свыклась с тем, что узнала совсем недавно: Люпин, замечательный, доброжелательный, приятный в общении колдун, - оборотень. Это было тайной даже для некоторых членов Ордена, поэтому Мэри была удивлена и польщена, когда ее включили в число посвященных, но поначалу испытывала некоторую тревогу, однако со временем симпатия, испытываемая к Ремусу еще с Хогвартса, взяла верх и Мэри успокоилась.

- Профессор Дамблдор его куда-то отправил, так что не волнуйся, ты еще не раз сыграешь с ним в поддавки, - с негромким смешком ответил Джеймс.

- Ты это на что намекаешь, ошибка природы?

- На то, что на тренировках ты отдаешь ему предпочтение, и это неспроста. Поскольку я знаю реальные возможности своего друга, уверен, он тебе поддается.

- Сейчас увидим, кто кому поддается…

Мэри и Джеймс достали палочки и, встав друг напротив друга, уже приготовились поклониться, как того требовали правила дуэли волшебников, но тут на плечо Поттера легла рука Блэка.

- Извини, друг, сегодня эта девушка будет «сражаться» со мной… Ты же окажешь мне честь, Мэри МакДональд? Иначе я решу, что ты струсила.

- Ты не оставляешь мне выбора, Сириус Блэк. Я окажу тебе честь.

Сириус занял место Джеймса, и отвесил сопернице легкий поклон. Мэри ответила ему тем же.

То, что началось сразу после, затруднился бы описать даже профессионал.

Глава 7


- Ради Мерлина, Мэри, что это было? Вы двое с ума посходили, что ли? Решили на самом деле друг друга поубивать? – причитала Лили, обрабатывая порез на ладони подруги.

Она была так взволнована и ошеломлена, что даже не воспользовалась заклинаниями вроде «эписки», и принялась бинтовать рану вручную, продолжая выговаривать девушке:

- От кого – от кого, а от тебя я такого не ожидала! Впрочем, от Сириуса тоже…

Мэри украдкой посмотрела на сидящего в другом конце комнаты Блэка, возле которого суетилась Доркас. Безусловно, девушке досталось. Помимо пореза она могла похвастать подпаленной косой, царапиной над бровью и насквозь промокшей одеждой. Но и соперник выглядел не лучше.

МакДональд понятия не имела, что на них нашло. Началось все спокойно и безобидно с «экспульсо» и «протего», а потом противники как с цепи сорвались, и главное – Мэри никак не могла вспомнить, кто же начал первым. Неужели она? Или все же Джеймс, в конце концов, обезоруживший обоих «экспелиармусом», по-джентльменски пропустил ее вперед, как даму? Как бы то ни было, а Мэри решила всеми силами избегать тренировок с Сириусом, и, судя по всему, Блэк принял такое же решение, потому как больше об этом даже не заикался.


Месяц пролетел на одном дыхании. Днями и ночами МакДональд пропадала в штабе, возвращаясь в дом Блэка только изредка, когда ей надоедало спать на наколдованной походной кровати. Загруженная работой, Мэри даже не заметила бы, что давно наступило лето, если бы Лили не напомнила ей об этом, причем самым решительным образом.

-Сегодня ты не работаешь! – заявила она, ворвавшись в комнату подруги субботним утром. – Давно пора устроить выходной.

- Да я, в принципе, не против, - сонно жмурясь, удивленно протянула Мэри. – Только давай завтра, мне двадцать строк до конца свитка осталось.

- Сегодня! Или мы тебя потеряем. Ты еще не книжный червь, но с бледной молью – одно лицо, - выдала Эванс и, перехватив взгляд, брошенный подругой в зеркало, прокомментировала результат осмотра. – Со стороны видней.

- Хорошо, поверю тебе на слово, - согласилась девушка. – И какие же у нас планы?

- Самые грандиозные! – Лили присела на край кровати. – Сейчас ты встанешь, оденешься, и мы отправимся в парк аттракционов, где проведем целый день. Представляешь, как это будет здорово: день, полный развлечений! Оторвемся, как четыре обыкновенных магла.

- Лили, какой ты еще, в сущности, ребенок, а еще замуж собралась, - усмехнулась Мэри и вмиг посерьезнела. – Постой, что ты имела в виду, говоря «ЧЕТЫРЕ обыкновенных магла»?

- Ну, сама считай, - хитро прищурилась Эванс. – Ты. Я. Джеймс…

- И… - поощряюще протянула МакДональд.

- Сириус, - с невинным видом закончила Лили.

Мэри уселась по-турецки в окружении подушек и скомканного одеяла и глубоко вздохнула:

- Если «и Сириус», то я не пойду…

- Послушай меня, Мэри, - Лили слегка наклонилась к подруге, глаза ее таинственно мерцали, как у кошки, гипнотизирующей мышь. – Помнишь, как ты просила меня дать Снейпу шанс оправдаться?

Мэри непонимающе пожала плечами:

- Помню. Ты еще сказала, что не обещаешь его простить, и не простила.

- Так вот теперь я прошу тебя дать Сириусу шанс доказать, что он уже не тот взбалмошный мальчишка-школьник, каким он до сих пор выглядит в твоих глазах, а серьезный молодой человек.

- Серьезный? - Мэри хмыкнула. – Я так не думаю.

- Ну, Мэри! Ты не можешь мне отказать…

Лили склонила голову на бок и умоляюще посмотрела на собеседницу, та покорно кивнула:

- Конечно, не могу, после того, как ты меня так подловила. Но учти, я не обещаю, что после прогулки включу Блэка в список лучших друзей.

- Я от тебя этого и не требую! – довольная Эванс соскочила с кровати и обняла Мэри. – Собирайся, спускайся вниз. И помни, сегодня мы – маглы. Никаких волшебных палочек!


Собиралась Мэри недолго. С того момента, как она впервые озаботилась своим гардеробом, прошло много потраченного с пользой времени, и теперь девушка обладала достаточным количеством вещей, среди которых можно было найти подходящие к любому случаю. Помня, что сегодня она снова магл, МакДональд остановилась на светло-изумрудной майке и сером костюме-двойке, состоящем из плиссированной юбки и жилетки. Босоножки и сумочка чуть более темного оттенка, чем костюм, удачно дополнили наряд. Единственное, ее смущало требование Лили обойтись без палочки, но на что не пойдешь, чтобы угодить подруге.

Спустившись в гостиную, Мэри застала там только Блэка. За прошедшее с момента их дуэли время они редко виделись и почти не разговаривали, но девушка еще не успела забыть эту его интонацию, с которой он обратился к ней сейчас:

- Классно смотришься, МакДональд! Готова как следует повеселиться?

Мэри решительно подошла к парню:

- Блэк, давай договоримся на берегу! Я здесь только потому, что меня очень-очень просила Лили, а я ей кое-чем обязана и не могла отказать. И только ради нее я мужественно терплю твое присутствие. Будь добр и ты, ради нее, сдерживать свой темперамент. Этот день закончится, и мы разойдемся в разные стороны, чтобы больше никогда не встречаться в неформальной обстановке. Так я могу рассчитывать на то, что мы не испортим настроение моей лучшей подруге?

Сириус притворно-задумчиво взъерошил себе на затылке волосы:

- Ты требуешь принести слишком большую жертву, МакДональд, но я согласен на твои условия, потому что тоже не хочу испортить день Лили и Джеймсу.

- Тогда по рукам? – сказала Мэри и протянула Блэку свою ладонью вверх.

- По рукам, - ответил Сириус, довольно ощутимо припечатав ладонь девушки своей.

Тут вниз, наконец-таки, спустились Лили и Джеймс, и все четверо вышли на улицу.


Размещающийся на территории некогда королевского заповедника, магловский парк аттракционов встретил четверых колдунов атмосферой непринужденного веселья. Добрались они туда с помощью портключа, заранее изготовленного Джеймсом, из чего Мэри сделала вывод, что подготовка к «развлечению выходного дня» за ее спиной велась уже давно. Обратно домой планировалось попасть так же, и, по словам Лили, это было единственное допустимое сегодня магическое вмешательство.

Остановившись перед входом, представляющим собой огромные руки и голову улыбающегося рыжего клоуна, жутковато вращающего глазами, Мэри на секундочку вернулась в детство. В то время, когда она с нетерпением ждала приезда магического луна-парка «Виста-виста». Этот визит предвещал массу впечатлений от замечательных «чудесных аттракционов», интересные конкурсы и призы, а также многое другое. Лучше луна-парка во всем мире было не сыскать, любил говорить мистер МакДональд, дети получали там желаемую дозу развлечений, а взрослые – приятные воспоминания о детстве. По-видимому, маглы о своем парке могли отозваться точно так же. Сияющие детские мордашки и беззаботно прогуливающиеся старшие были тому свидетельством.

- «Добро пожаловать, посетители! – громко и с выражением начал читать Блэк красочный плакат возле входа. – Наш парк приготовил для вас более ста лучших аттракционов, каждый из которых способен произвести неизгладимое впечатление. Здесь вы забудете о будничной суете и погрузитесь в мир детства. Головокружительные карусели, развлечения, призовые тиры, гонки на автомобилях, театрализованные представления, спортивные состязания, затейливые лабиринты, ярмарки, кегельбан, колесо обозрения и, конечно же, море «вкусностей» - вам не хватит дня, чтобы все попробовать, но мы будем счастливы встретить вас еще не раз!» Звучит вдохновляюще. С чего начнем?

И четверка, после недолгих препирательств, направилась к выбранной цели.

Посетив дружной компанией «Автодром», встреченный девушками прохладно, но приведший парней в восторг, «Пещеру страха», вызвавшую у всех четверых приступ гомерического хохота при виде обещанных «неожиданностей, монстров, скелетов и страшных троллей», и «Старинную карусель», оставившую просто массу приятных впечатлений, молодые люди разделились. Лили и Джеймс поспешили скрыться в таинственном полумраке «Морского мира», «где созданы специальные условия для редких видов рыб и морских животных, обитающих в глубинах океана», и для «счастливых влюбленных, мечтающих побыть наедине», хотелось добавить Мэри, но она промолчала. Ее же саму Блэк потащил на «развлечение не для слабонервных» - экстремальные американские горки, действительно, нечто впечатляющее.

Через некоторое время, «трех раз вполне достаточно, Блэк», выбравшись из толпы желающих испытать выброс адреналина, Мэри и Сириус остановились возле поющего фонтана. Струи воды, переливающиеся радужными цветами в ритм с играющей музыкой и танцующими фигурками балерин и их партнеров, привел девушку в такой восторг, что она на пару минут забыла об окружающем мире, а когда вернулась в реальность, то не увидела рядом Блэка. Зато обнаружила кое-кого другого.

Глава 8


Рядом с Мэри, так, что ближайший из них почти касался локтем руки девушки, расположились двое молодых маглов: один невысокого роста, в совсем не летней кожаной куртке, другой высокий, в светло-сером трикотажном свитере, плотно облекавшем торс и мощные бицепсы. Они разговаривали довольно громко, изредка бросая в ее сторону взгляды украдкой, и МакДональд была неприятно поражена, когда поняла, что разговаривали двое о ней, причем в весьма нескромных выражениях. Заметив, что Мэри обратила на них внимание, парни перестали таиться и открыто повернулись к девушке. По некоторым признакам она сразу же поняла, что этот день парни провели втроем с Бахусом.

- Вот мы сейчас и заберем ее сумочку… - закончил нетрезвым голосом начатую фразу первый парень и даже потянулся к перекинутому через плечо девушки ремешку.

Второй нахально улыбался, потирая руки в предвкушении удачи. По-видимому, это было далеко не первое в их биографии присвоение чужой собственности.

Мэри огляделась вокруг. Никто из стоявших в отдалении не обращал на них внимания. Мало ли о чем говорят люди и как они выглядят? Находившиеся же поблизости определенно не торопились вмешиваться, спеша как бы между прочим отойти подальше. МакДональд поняла, что справляться придется самой, и так просто отмахнуться от агрессоров не получится, тем более без помощи магии. Понимая, что счет не в ее пользу, Мэри, тем не менее, не собиралась сдаваться без боя. Готовясь дать посильный отпор, она проговорила, негромко и твердо:

- А ну-ка руки убрал.

- Или что? – нагло ухмыльнулся нападавший.

- Или у тебя их не будет.

- Да неужели?

Парень желчно улыбнулся и сдернул сумку с плеча девушки, та только и успела ухватить ремешок.

- Всего и делов-то! – констатировал хулиган.

- Пусти! – изо всех сил потянув сумку к себе, заявила Мэри, другой рукой толкнув нападавшего в грудь.

- Что? Смелая?

- Да! Смелая! – огрызнулась МакДональд.

Вообще-то, ей было очень страшно. Она уже поняла, что заводилой в этой паре был невысокий, а миссией второго, с ярко выраженным «отсутствием присутствия мозгов» на лице, является необходимое силовое воздействие, которое и будет к ней применено, если девушка не уступит. Просто команды пока не было, потому что главный считает, что сам в состоянии справиться с беззащитной девушкой. Но что будет, когда его терпение закончится, а это, скорее всего, произойдет с минуты на минуту?

Однако, первым, у кого закончилось терпение, стал ремешок многострадальной сумочки, против воли занявшей место перетягиваемого каната. С невеселым треском тонкая кожаная полоска разорвалась, и сумка шлепнулась в пыль. И Мэри, и парень в куртке одновременно присели с намерением ее поднять, но опередил их кто-то третий.

- Ты еще кто? – в замешательстве выдал хулиган.

- Конь в пальто, - совсем по-магловски ответил Блэк, сунув отвоеванную сумку в руки Мэри. – Чего лезешь? Еще не понял, что тебе ничего здесь не светит?

- Зря ты в это дело вмешался, парень, - угрожающе протянул невысокий, делая знак своему рослому компаньону. Тот только этого и ждал, бросившись в драку со скоростью Хогвартс-Экспресса.

Вот тут Мэри заволновалась по-настоящему. Конечно, Сириуса ни в коем случае нельзя было назвать хлюпиком, но несущемуся на него верзиле он все же проигрывал и в росте, и в массе. У Блэка были все шансы схлопотать по шее, и если это произойдет, МакДональд до конца жизни будет чувствовать себя виноватой.

Удивительно, но на движущегося в его сторону «взрывопотама» Блэк смотрел как на безобидного нюхлера. Мэри было подумала, а не зажмуриться ли ей, но любопытство победило. И к счастью, потому что такой спектакль она вряд ли где-нибудь еще увидела. Легко уклонившись от кулака замахнувшегося верзилы, Сириус сгреб нападавшего за грудки, ощутимо тряхнул и толкнул в обратном направлении. Совокупность усилий Блэка, ударной дозы ранее выпитого алкоголя и земного притяжения понесли амбала по расчетной траектории, и он, зацепив по пути своего напарника, грохнулся на землю. Любому другому, как, например, его низкорослому дружку, сразу стало бы понятно, что сегодня у «романтиков с большой дороги» случился прокол, но Сириусу пришлось еще дважды «объяснить» это парню в сером свитере, прежде чем физическое воздействие противника, нудные уговоры приятеля и пронзительный звук свистка полицейского включили аварийный сигнал эвакуации в его голове. Хулиганы ретировались в одну сторону, подхвативший что-то с земли Сириус, бесцеремонно расталкивая собравшуюся-таки возле них толпу, увлек Мэри в другую, на задворки расположенной поблизости «Комнаты смеха», где, спустя минуту, к ним присоединились и Лили с Джеймсом.

- Я смотрю, вас на минуту нельзя одних оставить так, чтобы вы куда-нибудь не вляпались, - со смехом проговорила Лили. – Ну, Сириус, ты им и показал, где акнекрысы зимуют!

- Скажи спасибо Мэри, я тут ни при чем, - Блэк вызывающе посмотрел на девушку и быстро сунул ей в руки что-то большое, мягкое и пушистое.

Разрывающаяся между чувством благодарности к Сириусу и возмущением его словами МакДональд опустила глаза и… улыбнулась:

- Симпатичный длинноухий зверь…

- …Был, пока этот придурок не заставил меня уронить его в пыль. Идиот. Из-за него я испортил хорошую вещь. Между прочим, я по-честному выиграл его для тебя в тире. Теперь придется что-то придумать. Что-то вроде… Эскуро! Вот, он снова чист.

Все трое уставились на Блэка, поигрывающего волшебной палочкой.

- Сириус! – возмущенно вскрикнула Лили. - Мы же договорились не брать палочки!

- Лили, не шуми, - успокаивающе приобнял невесту Поттер. - А если бы это были не маглы, а Пожиратели? Как тут обойдешься без палочки?

- Не хочешь ли сказать, Джеймс, - испытывающе прищурилась Эванс. - Что и ты тоже?..

- Любимая, - радостно ухмыльнулся Поттер, доставая свою палочку из рукава. - Не поверишь, но и ТЫ тоже…

И Джеймс ловко вытащил волшебную палочку Эванс из внутреннего секретного кармана накинутой на плечи кофты. Лили смущенно зарумянилась и с надеждой посмотрела на подругу:

- Мэри, ну хоть ты!..

Девушка преувеличенно-скромно потупилась и продемонстрировала похожий потайной карман в жилетке. Последовал дружный хохот. Сириус сказал сквозь смех:

- А я думал, что она в сумке, иначе чего бы ты так в нее вцепилась?

- Веришь, сама не знаю! Наверное, от страха.

- От страха? Никогда бы не подумал! Все выглядело так, будто ты собираешься их на лоскутки от мантии порвать. Я был так рад, что успел вовремя и спас им жизнь.

Вдоволь навеселившись, сначала возле «Комнаты смеха», а после за лимонадом в кафе, четверо волшебников пробежались еще по нескольким аттракционам, уже не разделяясь по парам, посмотрели полуцирковое-полутеатральное представление, начавшееся, когда солнце уже приготовилось нырнуть за горизонт, и закончившееся в лучах прожекторов под ясным звездным небом, и дружно решили, что пора и честь знать.


- Я чувствую себя ребенком, вдоволь наевшимся сладостей, - удовлетворенно проговорила Мэри, входя в дом Блэка последней и закрывая за собой дверь. – Довольна, но очень хочу спать.

- Сейчас тебе представится такая возможность, - ответил поднимающийся по лестнице на два шага впереди девушки Сириус.

Лили с Джеймсом над чем-то негромко смеялись в гостиной.

Мэри прислушалась к своим ощущениям. Никогда еще она не чувствовала себя такой счастливой без особой на то причины. И что самое главное, она не только ни разу за весь день не вспомнила о своем не очень хорошем отношении к Блэку, но и сейчас совершенно не хотела об этом думать. Как почему-то не хотела думать и об утреннем договоре, будто бы его вообще не было.

Они стояли друг напротив друга, каждый у своей двери. Мэри крепко прижимала к себе выигранного Блэком магловского зверя, Сириус перекатывал между ладонями волшебную палочку.

- Неплохой денек выдался. Правда, МакДональд?

- Правда, Блэк. Спасибо тебе огромное. У Ордена и лично у меня были бы крупные неприятности, если бы пришлось прибегнуть к волшебству на глазах у толпы маглов, обороняясь от двух паршивцев. А я уже была морально готова совершить это преступление.

- Это было не трудно. Труднее было незаметно заколдовать твою сумку. Ты же не думала, что она сама так удачно порвалась?

- Признаться, думала. Но это не важно. Главное, что все закончилось хорошо. Зато теперь будет, что вспомнить в глубокой старости. Спокойной ночи, Сириус!

- Спокойной ночи, Мэри!

И они разошлись по комнатам.


Лежа под одеялом, ощущая щекой плюшевую ткань подаренной игрушки, Мэри думала, что сегодня в ее жизни, определенно, что-то изменилось. Правда, она еще и сама толком не понимает, что.

Глава 9


Приключения в парке аттракционов еще были свежи в ее памяти, а Мэри уже оказалась втянутой в новый водоворот событий. Никто не спорит, приятных, но утомительных. Неумолимо приближался день свадьбы Лили и Джеймса. Несомненно, даже по среднестатистическим магловским меркам список приглашенных, составленный Эванс и Поттером, был коротковат: в основном члены Ордена Феникса, несколько родственников Джеймса, а маглов вообще всего двое – родители невесты. Но подготовка к этому торжественному мероприятию требовала немалых усилий, ведь наличие у мага волшебной палочки, вопреки представлениям воспитанных на своих сказках маглов, не решает всех проблем.

Так получилось, что кроме подруги помочь невесте было некому: отец и мать Джеймса, увы, скончались больше года назад от какой-то редкой болезни, родители Лили мало того, что были маглами, а потому мало чем могли помочь, так и сами чувствовали себя неважно, привлекать же дальних родственников жениха было не совсем удобно. Конечно, у потенциальных новобрачных были близкие друзья кроме МакДональд. И, разумеется, ни Ремус, ни Питер, ни кто-либо другой, особенно Сириус, выбранный шафером (кто бы сомневался), не отказались помочь. Но разве можно поручить мужчине такое важное дело, как организация свадебной церемонии? Оставалась еще сестра Лили, Петуния, но ее отсутствие в списке гостей наводило на определенные мысли. И все же Мэри рискнула затронуть эту тему в разговоре с подругой:

- Лили, а как же Петуния и ее жених? Этот… Как его…

- Муж. Вернон. Их не будет.

- Почему?

- Мы уже однажды встречались все четверо, и ничем хорошим это не закончилось. С тех пор как выяснилось, что я – колдунья, Петуния общалась со мной, как с прокаженной. Правда, потом выяснилось, что делала она это не из страха и предубеждения, а от обиды и из зависти. Мы с Северусом даже нашли адресованное ей письмо Дамблдора с вежливым отказом принять Петунию в Хогвартс, но это ничуть не изменило ее отношения ко мне. Идея собраться всем вместе принадлежала папе, и лучше бы мы не соглашались. Собственно, я и Петуния, смогли бы на один вечер забыть о своих разногласиях, но Джеймс и Вернон… Они такие разные. И не только потому, что один из них волшебник, а другой – магл. Джеймсу сразу не понравился покровительственный тон, взятый Верноном, и, ты же его знаешь, он не особо это скрывал. Конечно, было забавно наблюдать за выражением лица жениха сестрички, когда на его вопрос о том, какая у Поттера машина и в чем он предпочитает держать сбережения, Джеймс ответил, что весьма доволен своей метлой и банком Гринготс, где хранится его золото, но в целом это был скандал… Так что, исключить сестру с мужем из числа приглашенных было не столько моим желанием, сколько ее. Как еще можно истолковать напутствие: видеть вас больше не желаю? - Лили хихикнула, но глаза ее были полны грусти, однако она взяла себя в руки и бодро продолжила. – Короче, справляемся сами, не забывая безжалостно эксплуатировать наших мужчин, от которых все же есть кое-какая польза, когда они действуют под чутким женским руководством.

И девушки справлялись, как могли, посвящая подготовке каждую свободную минуту, ведь от работы в Ордене их никто не освобождал. От количества всего того, что нужно предусмотреть и соблюсти, у Мэри просто голова шла кругом. Список важных дел на каждый следующий день был едва ли не в два раза больше, чем предыдущий. Договориться с распорядителем из Департамента, и хорошо бы это был Гроган Лафкин, настоящий знаток своего дела. Забежать к колдошвее на очередную примерку своего платья, и хоть одним глазком взглянуть, как продвигается работа над нарядами для остальных. Еще раз пройтись по меню для «свадебного завтрака». Проследить, чтобы приглашения выглядели так, как было задумано Лили, и были разосланы в положенный срок. И еще куча всего-всего… Счастье еще, что организацию девичника взяла на себя Марлин, поэтому все, что оставалось сделать Мэри, так это убедить невесту усмирить ее любопытство и не нашпиговывать прослушивающими заклинаниями дом Джеймса, где Сириус готовил «понятные только парням» сюрпризы для мальчишника. Однако, отговаривая Лили от небольшого жульничества, МакДональд не была уверена, что со стороны жениха не последует подобных уловок. Иначе с чего бы вдруг Блэку пришла в голову идея предоставить свой дом в их полное распоряжение? Хорошо, что предложение от Маккиннон поступило раньше, и Лили отказалась, а потому можно чувствовать себя спокойно: если есть в мире места, защищенные от прослушивающих чар, так это Министерство Магии, Хогвартс и дом Марлин Маккиннон.


Состоявшаяся вчера репетиция бракосочетания оставила в душе Мэри противоречивые чувства. С одной стороны, наблюдая за сияющими Лили и Джеймсом, дурачащимися во время прогона традиционного первого танца молодоженов, она, казалось, и сама готова была засиять от радости за подругу, так заразительно было ее счастье. С другой стороны, она никак не могла избавиться от легкой грусти, сдавливающей сердце. Ей вдруг очень захотелось оказаться на месте Лили. Нет, конечно, не в смысле «выйти замуж за Джеймса Поттера», а просто в значении «выйти замуж». Почувствовать себя центром маленькой вселенной, вокруг которой, пусть всего лишь несколько дней, будет крутиться весь привычный мир. Чтобы кто-то, вот как сейчас она, следуя ее собственному вкусу, готовил, шил, создавал, обустраивал. Наверное, кто-то назвал бы это завистью, но Мэри предпочитала слово «мечта». Мечта, которая однажды непременно исполнится. А пока что исполняется мечта Лили: вчера была репетиция, завтра состоится девичник, а еще через два дня – сама свадьба. Приготовления к ней, считай, закончены, если не думать о нескольких вещах, способных испортить праздник, но не попадающих в список того, о чем можно позаботиться заранее.

В частности, Лили, а вслед за ней и всех остальных, кто участвовал в организации свадебного торжества, очень беспокоило состояние мистера Эванса, самочувствие которого и до настоящего момента оставляло желать лучшего, а в последнее время еще сильнее ухудшилось. Переживания, связанные с ожиданием свадьбы младшей дочери сыграли в этом не последнюю роль, но разве можно винить любящего отца в излишнем волнении? Естественно, миссис Эванс ни на шаг не отходила от мужа, и сама, казалось, чахла, глядя на него.

- Мама и папа очень любят друг друга… - расстроено рассказывала Лили подруге в редкие свободные минутки, когда не нужно было что-то делать и куда-то спешить. – Сколько себя помню, было именно так. Хотелось бы мне, чтобы и у нас с Джеймсом было так же. Но иногда мне кажется, что когда придет пора одному из моих родителей покинуть этот мир, я потеряю обоих, потому что второй просто не сможет жить в одиночестве…

Ни Лили, ни Джеймсу, испытывающему к родителям будущей супруги самые нежные чувства, не улыбалась перспектива провести празднование без них, и они всерьез рассматривали возможность перенести свадьбу на неопределенное время, когда самочувствие отца улучшится. Но Эвансы-старшие так убеждали не откладывать торжество из-за них, что молодежи пришлось подчиниться.

По сравнению с перспективой оказаться на собственной свадьбе без единого родственника, все остальные «недоделки» казались несущественными мелочами. Во всяком случае, девушки всегда могли обойтись без услуг колдовского салона красоты «Цирцея» или агентства «Сервис-Комфорт», предоставляющего всевозможные дизайнерские вещички для оформления праздников.

Поскольку основное торжество из разных соображений, и прежде всего из соображения безопасности, ведь ни для кого не было секретом, что виновники торжества числились в личном списке Темного Лорда, как неоднократно причинявшие ему неприятности и избежавшие возмездия, должно было пройти в просторном и защищенном всеми мыслимыми и немыслимыми заклятиями тренировочном зале штаба Ордена, изначально планировалось, что роль оформителей, официантов и прочего обслуживающего персонала возьмут на себя сами гости. Например, Ремусу, Мэри и Фрэнку с Алисой предстояло накануне украсить зал в соответствии с пожеланиями Лили, добавив кое-что от себя, это каждый держал в секрете, намереваясь удивить виновников торжества. Братья Пруэтты, Марлин и Доркас обещали проследить за угощением, а Карадок и Сириус – за подарками, которые особо предусмотрительные гости уже начали присылать. Питеру же досталась самая незавидная роль: не отличающийся особенными колдовскими талантами, он, тем не менее, еще в Хогвартсе очень хорошо заметал следы вечеринок, устраиваемых друзьями-мародерами, именно этим ему и предстояло заняться после свадебной вечеринки. Правда, все в один голос обещали Петтигрю посильную помощь, но судя по выражению его лица, напоминающего крысиную мордочку, он не сильно-то в это верил, и, наверное, правильно.


Перед сном Мэри не отказала себе в удовольствии в сотый раз заглянуть в шкаф, где рядышком висели два новых платья: для завтрашнего девичника, легкомысленное, воздушное, из цитронового шифона, и подружки невесты, шелковое, кремовое, без особых украшений, она же не хочет конкурировать с невестой, но выгодно подчеркивающее фигуру, - и улыбнулась в предвкушении праздника.

Глава 10


- Давай проверим, - возбужденно протараторила Лили, крутясь перед зеркалом, временно занимающим большую часть рабочей комнаты МакДональд. – Что-то старое… Браслет, подаренный мамой на совершеннолетие. Что-то позаимствованное… Подвязки Мэри, которая, кстати, так и не призналась, когда и, главное, для кого она их приобрела.

- Для себя я их приобрела, Лили, для себя, - спокойно ответила девушка, придирчиво осматривая подругу. – Тебе не кажется, что подобные намеки не к лицу невесте?

- Может быть… - озорно подмигнула Лили и продолжила. – Чего-то нового на мне сегодня хоть отбавляй, и я искренне надеюсь, что «что-то голубое» не просвечивает сквозь платье, а шесть нутов в туфельке не будут сильно мешать.

- Вот уж не знала, Лили, что ты такая суеверная, - подколола невесту Мэри, оглядывая себя с ног до головы, благо размеры зеркала позволяли девушкам делать это одновременно. – Признайся, свадьбу вы назначили на сентябрь, потому как есть примета, что семейная жизнь будет долгой, счастливой и богатой.

- Вы меня раскусили, аврор МакДональд, - Эванс, пока еще Эванс, приобняла подругу. – Ох, Мэри, посмотрю я на тебя перед собственной свадьбой! Тут во что угодно поверишь, чтобы счастье свое сохранить.

Взгляды девушек встретились на зеркальной поверхности, и они замолчали, пораженные увиденным.

- Красавицы! Неужели это мы? – довольно вздохнула Лили, и Мэри не могла с ней не согласиться.

Колдошвея и специалисты из «Цирцеи» постарались на славу, но особо утруждаться им не пришлось, потому как, по их словам, девушки были «перспективным материалом», и все, что мастерам оставалось сделать, так это подчеркнуть природные достоинства. Никогда еще Мэри не нравилась себе так, как сегодня, а о Лили и говорить нечего. В белом подвенечном платье, на первый взгляд скромном и неброском, расшитом серебристыми нитями и мелкими жемчужинами по лифу и подолу, с замысловатой, соответствующей случаю прической, с вуалью-паутинкой на темно-рыжих волосах, она выглядела королевой.

Раздался стук в дверь, и девушки посмотрели на часы.

- Мерлин, Лили! Уже полдень, нас ждут, а мы еще не готовы! – вскрикнула МакДональд и засуетилась раза в три быстрей, чем до этого.

- Мэри, это я должна волноваться! Это у меня свадьба! – успокаивающе проговорила Лили, открывая дверь.

На пороге с торжественным видом стояла Марлин в бирюзовом костюме и шляпке странной формы, которую она периодически кокетливо поправляла. Зная страсть Маккиннон к модным, дорогим вещичкам, Мэри была готова поклясться, что головной убор стоил целое состояние, но лично она, будучи подружкой невесты, была благодарна традиции за то, что могла себе позволить непокрытую голову. Мэри МакДональд и шляпа – две даже в самых смелых фантазиях несовместимые вещи.

- Все собрались, и мистер Лафкин интересуется, когда можно будет начать церемонию, - проговорила Маккиннон.

- Спускайся в зал, Марлин, мы следом. Хватит, Мэри, лучше, чем есть, мы уже не будем. Где букет?

Протянув Лили изящное творение флористов из белых и розовых астр, на котором остановила свой выбор невеста, МакДональд глубоко вздохнула, заперла дверь кабинета и поспешила в зал.

Из приоткрытых дверей зала доносился негромкий нестройный говорок расположившихся в нем людей, время от времени перемежающийся радостными возгласами и предвкушающими возбужденными смешками. В отличие от Лили, Мэри знала, что увидит внутри, потому что, как и планировалось, вчера весь вечер украшала помещение в духе торжества. Помня об обещанных сюрпризах, каждый из волшебников-оформителей пытался придумать нечто эдакое. В результате приложенных усилий, гостям и участникам церемонии казалось, что они сидят под отражающим солнечные лучи тентом посреди пестрящей всевозможными цветами зеленой полянки, в окружении пасторальных пейзажей, поражающих своей реальностью. Распорядитель, жених и шафер, которые наверняка уже были на своих местах, ожидали невесту в ажурной беседке из «слоновой кости» подле миртового, выше человеческого роста сердца, щедро украшенного серебряными подковками, символами удачи, золотыми колокольчиками, издающими мелодичный звон, и золочеными же жердочками для птиц, заливисто щебечущих в унисон с колокольчиками.

Девушки едва успели перевести дух, как зазвучала музыка, и двери распахнулись, пропуская их в зал. Редкие недовольные возгласы, вызванные тем, что невеста идет к алтарю самостоятельно, без отца рядом, потонули в восхищенном шуме. И как можно было не восхищаться Лили, которая будто плыла над лепестками роз, разбрасываемыми девочкой-цветочницей, дочкой кого-то из дальних родственников Джеймса? Следующая за подругой Мэри чувствовала себя страшно неуклюжей, хотя и слышала провожающий ее одобрительный шепот.

В дальнем конце зала, в беседке в парадных мантиях стояли Джеймс и Сириус. При виде них Мэри едва сдержала смешок, так они напомнили ей пару довольных пингвинов: черные мантии, белые рубашки, жилетки и галстуки того же кремового оттенка, что и ее платье подружки невесты и, самое главное, сияющие лица.

- «Спокойно, это нервное»… - Мэри мысленно призвала себя к порядку, занимая положенное ей место, и попыталась сосредоточиться на словах распорядителя.

- Леди и джентльмены, - начал Гроган Лафкин, высокий представительный темноволосый волшебник. - Мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец…

Мэри оторвала взгляд от влюбленно смотрящих друг на друга Лили и Джеймса и украдкой посмотрела на гостей. Почти у всех женщин глаза были на мокром месте, не отличающиеся же особой сентиментальностью мужчины прятали каждый свои мысли за внимательно-задумчивыми выражениями лиц, а несколько подростков и девочка-цветочница изо всех сил пытались состроить торжественные, серьезные мордашки. Прислушиваясь к обращениям распорядителя, к выражению согласия женихом и невестой, к словам брачных обетов, Мэри постепенно погружалась в собственные мечты, преследовавшие ее еще со времени репетиции. Представив себя на месте Лили и пока еще неизвестного ей красавца на месте Джеймса, проигрывая применительно к себе протекающую перед ее глазами церемонию, Мэри светло улыбнулась и вдруг поймала себя на том, что смотрит на Сириуса. А он, приняв ее улыбку на свой счет, улыбнулся в ответ и озорно подмигнул вмиг смутившейся девушке. Однако, окончательно стушеваться Мэри не дал Лафкин, завершивший церемонию словами:

- Объявляю вас соединенными узами до скончания ваших дней.

Он поднял палочку над новобрачными, застывшими в своем первом супружеском поцелуе, и осыпал их дождем серебристых звезд. Гости зааплодировали, громче зазвучали украшающие миртовое сердце колокольчики и птицы.

- Уважаемые гости, - обратился к присутствующим Гроган. - Прошу вас встать!

Все встали, спеша поздравить новобрачных. Подчиняясь заклинанию распорядителя, стулья, на которых сидели гости, шустро переместились на новую позицию – вокруг возникших будто из воздуха столов. В центре же зала образовался посверкивающий танцевальный настил, вновь зазвучала музыка, а между гостями засновали заколдованные серебряные подносы с закусками и напитками. Марлин, Доркас и Фабиан с Гидеоном тоже отлично справились с поставленной задачей.

Следуя сценарию, Мэри наспех расцеловала подругу и ее новоявленного мужа, поздравляя с бракосочетанием, и приняла букет из ее рук, ведь сейчас молодоженам предстояло станцевать свой первый танец. Пару минут все наблюдали за тем, как вальсируют Джеймс и Лили, затем, вместо отсутствующих родителей, к ним присоединились две пары из числа почетных гостей, а чуть позже и все желающие.


Постепенно официоз сменился непринужденным весельем. Запечатлевшись в числе гостей на совместной колдографии, первым откланялся Гроган. В скорости за ним последовали «возрастные», пожилые и маленькие, гости. Классическая музыка сменилась современной, закуски и напитки перестали чинно сновать среди гостей, обосновавшись на столах, причем напитки чуть покрепчали, а голоса стали громче.

Тыквенный сок, которому Мэри отдавала предпочтение, не мешал ей веселиться наравне со всеми. В кавалерах недостатка не было, поэтому МакДональд, всегда любившей танцевать, скучать не пришлось. Пребывая в прекраснейшем настроении, Мэри не отказала даже Питеру, хотя танцор из него получился еще хуже, чем волшебник. Но настоящий фурор произвела озорная полька, исполненная двумя парами: Лили с Джеймсом и Мэри с Сириусом. Никто из гостей не поверил, что это был чистой воды экспромт, так четко и слаженно молодым людям удалось станцевать.

Лили подошла к Мэри, когда та присела отдышаться после очередного танца.

- Я тут внесла кое-какие изменения в сценарий…- проговорила она, присаживаясь рядом.

- Я заметила, - ответила Мэри. – Да и не я одна.

- Просто мне вдруг пришло в голову… Зачем устраивать это представление с букетом, если ты – единственная незамужняя дама из присутствующих? Я решила, что просто отдам его тебе.

- Спасибо, Лили. Очень мило с твоей стороны, хотя поначалу я подумала, что ты просто забыла у меня его забрать, - Мэри говорила искренне. - Мне бы тоже не хотелось таким образом привлекать к себе внимание. Кстати, вам еще не пора? Первая брачная ночь, медовый месяц и все такое…

- Если учесть, что все вышеперечисленное мы планируем провести в фамильном гнездышке Поттеров тут поблизости, думаю, мы не опоздаем, когда бы ни ушли. Но я представляю, как устала ты, поэтому, если хочешь уйти, я попрошу Сириуса, он тебя проводит.

Мэри поискала Блэка взглядом в толпе, и обнаружила его лихо отплясывающим нечто ирландское на пару с братьями Пруэттами.

- Спасибо за заботу, Лили, но зачем меня провожать, если я могу аппарировать прямо на крыльцо дома? Тем более что я планировала заночевать здесь, в штабе. Видишь ли, в связи с подготовкой к свадьбе я несколько выбилась из графика, и чтобы наверстать упущенное, хотела взяться за перевод завтра с самого утра. И по здешним коридорам я уж точно смогу пройти без сопровождения.

- Хорошо, дорогая, ты меня убедила. Иди, отдыхай. И спасибо тебе за все-за все!

- Счастливого медового месяца, миссис Поттер, - Мэри расцеловала подругу. – Чмокни Джеймса от моего имени.


В своей рабочей комнате Мэри нашла все в привычном состоянии. Наколдованное зеркало исчезло вместе со всеми предсвадебными аксессуарами. Походная кровать, подчиняясь заклинанию, уже установилась в положенном месте. Пристроив так необычно попавший к ней букет невесты, со стоном наслаждения Мэри вынула шпильки из волос, позволив им свободно рассыпаться по спине, и сняла туфли. Сейчас как никогда она была рада, что родилась волшебницей, а потому не зависела от элементарных удобств, имея возможность наколдовать освежающий душ и удобный махровый халат там, где будет угодно.

Присев на кровать, Мэри взяла расческу, но чуть слышный шорох снаружи заставил ее вернуть ту на место и подойти к двери. Девушка, было, подумала, что услышала отголоски торжества, продолжающегося в зале, но сразу отмела эту мысль: зал был слишком далеко и защищен слишком хорошо, чтобы звуки доносились до ее кабинета. Странно, но «оменум ревелио» не срабатывало. Неужели она забыла его наложить, уходя?

Действуя автоматически, девушка схватила палочку и произнесла нужное заклинание, а потом, под аккомпанемент мелодичного громкого специфического звона, быстро распахнула дверь. Все, что Мэри успела заметить, - так это край серой колдовской мантии.


Заперев дверь, Мэри вновь присела на кровать. Кто-то крался к ее кабинету. Зачем, как не за свитками Неизвестных? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться.

Однако, не это было самым страшным. Получалось, что тот, кто подкрадывался к ее двери, был гостем на свадьбе Лили и Джеймса. Он видел, что МакДональд ушла, и решил, воспользовавшись праздничной суетой, проникнуть в ее кабинет. И одет он был в серое.

Мэри напряглась, припоминая. Только двое на сегодняшнем торжестве были одеты так: Ремус Люпин и Питер Петтигрю.

Глава 11


Где-то в глубине души Мэри подозревала, что покушавшийся на свитки этой ночью вряд ли вернется, но все равно до утра не сомкнула глаз. Конечно, она была взволнована, даже где-то испугана, и вообще ей было о чем подумать.

Прежде всего, МакДональд ругала себя за допущенную небрежность. Как бы ни была она поглощена приготовлениями к свадьбе Лили и Джеймса, ей не следовало забывать о соблюдении условий хранения, ведь профессор Дамблдор неоднократно заострял на этом внимание. Мэри холодела внутри от одной мысли, что могло бы случиться, если бы она вчера отправилась в дом Блэка, а не решила заночевать в штабе. Наверное, именно это впечатлительные маглы называют чудом, счастливой случайностью.

Во-вторых, девушка обдумывала, что она завтра, вернее, уже сегодня, скажет Дамблдору. Мэри ни минуты не сомневалась, что должна рассказать директору как о произошедшем инциденте, так и о собственной неаккуратности. Ошибки нужно признавать и, увы, расплачиваться за них. Но стоит ли сообщать сделанные ею выводы о личности нарушителя?

Так, если разобраться, что она видела? Край мантии предположительно серого цвета. Именно предположительно, потому как в коридоре было темно. Но даже если одежда была серой и принадлежала Люпину или Петтигрю, разве можно вот так сразу навешивать на них ярлык «предатель»? В принципе, это могло быть простое любопытство, а не злой умысел…

- Кого ты обманываешь, Мэри?.. - прошептала МакДональд. – Простое любопытство удовлетворяют, а не трусливо спасаются бегством…

Конечно, еще существовала малая вероятность, что нарушителем все же был не член Ордена, или все же он, но действующий под заклятьем «империус». Однако, это предположение казалось смехотворным даже самой Мэри, до конца пока не разобравшейся во всех уровнях защиты штаб-квартиры.

Единственное, в чем МакДональд была уверена, так это в том, что не следует рассказывать о ночном происшествии всем и каждому. Только Дамблдору, и никому больше, а уж он, наверняка, знает, как поступить.


Взгляд, которым Мэри смотрела на профессора, пока он размышлял над ее словами, горел искренним раскаянием. Она все же решила рассказать Дамблдору все, просто предупредив о недостоверности некоторых своих предположений. Признаться, МакДональд слегка недоумевала, наблюдая за главой Ордена, выслушавшим неприятные новости с выражением полнейшей невозмутимости. Но чуть позже ей пришло в голову, что за свою жизнь и время существования Ордена Альбусу Дамблдору пришлось увидеть и услышать массу куда более страшных вещей, и его спокойствие должно лично в нее вселить уверенность, что не произошло ничего непоправимого.

- Да, ситуация крайне неприятная, - проговорил, наконец, профессор. – Надеюсь, мисс МакДональд, вы сделали для себя выводы?

- Сделала, профессор, - серьезно кивнула Мэри, - И готова понести любое наказание.

- Полагаю, - тень улыбки промелькнула в глазах за очками-половинками. – Переживания минувшей ночи стали достаточным наказанием, Мэри. На вашем месте, прежде чем с головой окунуться в работу, я все же немного отдохнул бы от волнений последних дней и минувшей бессонной ночи. Воспользуйтесь моим советом, но прежде передайте Сириусу, что я хочу его видеть.


Выйдя из комнаты, служившей Дамблдору кабинетом, Мэри не придумала ничего лучше, чем отправить на поиски Блэка патронуса, ведь она даже приблизительно не могла предположить, где тот сейчас находится. Дождавшись пока ее патронус, большая серебристая кошка, скроется из виду, МакДональд направилась в свою рабочую комнату, собираясь последовать совету профессора и как следует выспаться. Но видно не судьба ей была отдохнуть.

Потратив не менее четверти часа на наложение всевозможных установленных процедурой и добавленных от себя защитных заклинаний, МакДональд только успела присесть на край лежанки, как некоторые из них сработали, и раздался стук в дверь. Мэри деактивировала волшебные замки и проговорила:

- Входите, открыто!

На пороге возник Сириус, и видок у него был еще тот. Видимо, он тоже провел ночь без сна, правда, по несколько иной причине, чем МакДональд. Но вряд ли столь мрачным лицо Блэка было только из-за банального недосыпа, в чем Мэри и убедилась, едва парень заговорил:

- Я был у Дамблдора. Скажи, что то, о чем он мне рассказал, - неправда.

- Смотря, что он тебе рассказал.

- Что среди членов Ордена, возможно, есть предатель. И это кто-то из моих друзей.

- Ох, Сириус, ну как я могу сказать тебе, правда это или неправда? Мне известно, только, что вчера ночью некто в серой мантии пытался проникнуть в это помещение. Вряд ли ему нужна была я, значит шел он за свитками Девяти. Если бы этот «некто» действовал в интересах Ордена, у него не было бы причин пробираться сюда тайком. Следовательно…

Не спрашивая разрешения, Сириус присел рядом с Мэри и продолжил:

- …Он действовал в интересах наших врагов. Именно это, обычно, и называют шпионажем или предательством. Поскольку у Дамблдора талант разбираться в людях, шпиону никогда не удалось бы стать членом Ордена, значит, все происходило в обратном порядке: вступивший в Орден стал шпионом. Предатель… Кто-то из моих друзей… Джеймс, Питер, Ремус… Кто-то из них. У меня в голове это не укладывается!

Блэк со всей силы зло стукнул себя кулаком по ноге, но, казалось, даже не почувствовал боли, а вот Мэри вздрогнула, но взяла себя в руки и сказала:

- Это поспешный вывод, Сириус! Лица я не видела, а одежда… Это что, неопровержимое доказательство? Тряпка, которую можно у кого-то позаимствовать, украсть, перекрасить. Так что неоспоримым можно считать только вывод, что среди нас есть предатель, и лучше нам не зацикливаться на ком-то. Похоже, это тот случай, когда подозреваются все.

Парень полуобернулся и с вызовом произнес:

- Тогда записывай! Подозреваемый номер один – Сириус Блэк.

Мэри опешила:

- С ума сошел?

- Вовсе нет. Многие поколения моей семьи помешаны на чистокровности. Половина ныне живущих родственников, а кузина и младший братец самые фанатичные, – Пожиратели, вторая половина – сочувствующие. Чтобы пересчитать тех, кто избежал проклятия «быть истинным Блэком», даже на одной руке понадобятся не все пальцы, потому что их всего двое: Андромеда, еще одна кузина, и дядя Альфард, оставивший мне в наследство дом и кругленькую сумму денег, позволившую не пресмыкаться перед родителями, чьих взглядов я не разделяю. Хотя признаю: поначалу я перечил им из вредности, но потом – от чистого сердца. А там и вообще из дому сбежал, потому что достали материнские нравоучения и дифирамбы в адрес Регулуса. Но если опустить всю эту романтику, согласись, я – самая подходящая кандидатура.

- Это что – чистосердечное признание? Не глупи, Сириус. Я, конечно, помню, что являюсь одной из многих, на чье мнение тебе плевать, но думаю, их все же трое, тех, кто не стал «истинным Блэком». И Дамблдор, который, и ты тоже так считаешь, разбирается в людях, думает так же. Разве стал бы он обсуждать случившееся, если бы не доверял тебе? И я не стала бы понимать его слова о друзьях буквально. Любого из членов Ордена ты, да и я, можем назвать своим другом, так с чего же ты взял, что он имел в виду Питера, Ремуса или Джеймса?

Глаза Сириуса зажглись надеждой, и он ухватился за слова Мэри, как утопающий за соломинку:

- А ведь, действительно, Дамблдор не сказал ничего конкретного. С чего я взял, что речь идет о близких друзьях?

Блэк заметно приободрился, но Мэри все же решила докопаться до подобия истины:

- Сириус, - осторожно спросила она. – Ну а если это действительно кто-то из… них. Тогда кто?

Сириус снова стал похож на сдувшийся воздушный шарик. Молчал он долго, Мэри даже подумала, что не дождется ответа на свой вопрос, но, в конце концов, Блэк заговорил:

- Точно не Джеймс, он слишком прямолинейный и бесхитростный, чтобы притворяться. Вряд ли Питер, зачем Пожирателям такой никчемный помощник, по сути своей полный ноль? А вот Ремус… Я ничего не утверждаю, но он всегда был немногословным, скрытным человеком, и даже мы, друзья, не всегда знали, что у него на уме. Но разве можно обвинять оборотня в недоверии к людям? Пожалуй, если действительно кто-то из них, то он…

Глядя на сидящего рядом с ней ссутулившегося Сириуса, уставившегося немигающим, полным отчаяния взглядом на свои судорожно сцепленные руки, Мэри почувствовала, как ее сердце сжимается от жалости. Она уже не раз подмечала, что стала относиться к Блэку по-другому, с куда большей симпатией, чем чуть больше полугода назад, и уж тем более в Хогвартсе. Сейчас же она искренне сочувствовала парню. Нелегко осознавать, что один из твоих близких друзей – предатель. Ведь, к чему скрывать, размышляя о произошедшем, Мэри пришла к такому же выводу, что и Блэк.

Глава 12


Позже, предаваясь воспоминаниям, Мэри пришла к выводу, что происшествие на свадьбе Поттеров стало переломным моментом в ее жизни. Именно тогда МакДональд до конца осознала, что идет война, и она достаточно взрослая, чтобы в ней участвовать. Да что там, она практически в центре событий. Правда, ее работа в Ордене не предполагала участия в боевых рейдах, но, присутствуя на собраниях и общаясь с Лили, побывавшей не в одной переделке, она знала достаточно подробностей. А сколько раз ей приходилось оказывать помощь пострадавшим? И не всегда это были последствия относительно безвредных «петрификуса тоталуса» или «ступефая».

Но все же, при всей реальности происходящего, до «свадебного эпизода» Мэри смотрела на эти события как бы со стороны, и вдруг осознала, что в любой момент может стать их непосредственной участницей. Такой же жертвой Темного Лорда и его приспешников, как десятки колдунов, уже побывавших в этой прискорбной роли, погибших или уцелевших, защищенных членами Ордена Феникса или спасшихся своими силами. МакДональд хватило храбрости не паниковать, но она была достаточно рассудительна, чтобы уяснить весь ужас сложившейся ситуации. Жутковато осознавать, что врагов интересует нечто, к чему ты имеешь непосредственное отношение, что в любой момент можно попасть под прицел вражеских палочек, не зная, чем все закончится. Но по-настоящему страшно становится, когда понимаешь, что можешь получить удар в спину не на поле боя, а среди своих, от того, кого считаешь другом.

Однако больше всего Мэри удручала невозможность с кем-то по-товарищески обсудить сложившуюся ситуацию. При всем уважении к Дамблдору, его мудрости и умению слушать и понимать, девушка не смогла бы быть с ним полностью откровенна. Ни Марлин, ни Доркас, ни кто-либо другой из тех, с кем Мэри близко общалась в Ордене, по решению профессора ничего не знали о случившемся, а единственный человек, с которым МакДональд могла бы поговорить, нарушив запрет главы Ордена, был вне пределов досягаемости. Да и портить подруге медовый месяц как-то совсем не хотелось, тем более ничем не подкрепленными домыслами. Оставался Сириус, которому тоже не к кому было пойти со своими мыслями, кроме как к МакДональд.

Объединенные общей страшной тайной, Мэри и Сириус за несколько дней стали если не самыми близкими людьми, то хорошими друзьями. Благо, стараниями Лили и Джеймса они и так уже сделали первые шаги на этом пути. Во всяком случае, Мэри уже не вспоминала, к месту и нет, обиды школьных лет, потому как Сириус больше не отпускал колкостей в ее адрес. И что-то подсказывало девушке, что причиной тому было не только то, что с некоторых пор им обоим стало не до шуток.

Хоть оба изо всех сил старались быть объективными, все равно, в конце концов, они возвращались к первоначальному выводу: Ремус Люпин – главный подозреваемый. МакДональд после чувствовала себя эмоционально опустошенной, Блэк же, наоборот, впадал в ярость. Но Мэри видела, что как бы ни силен был гнев Сириуса в такие моменты, отчаяние все же было сильнее. И она понимала его, но слов утешения найти не могла. Единственное, что было ей по силам, так это сменить тему разговора, что девушка и делала.

Постепенно разговоры на посторонние темы вытеснили изначальную, но сделано это было больше по молчаливой договоренности, чем потому, что тема изжила себя. Разумеется, подозреваемый не торопился совершить повторное покушение на хранилище свитков, вполне оправданно полагая, что Мэри МакДональд бдительна, как никогда. Да и как-либо по-другому обозначить свое присутствие в ближайшее время он явно не собирался, к неудовольствию Мэри, которая не переставала надеяться, что ее с Сириусом умозаключения ложны, и Ремус все же ни при чем. Люпин же вел себя как всегда дружелюбно, что, к сожалению, не снимало с него подозрений. Ведь именно так, по мнению девушки, и должен был вести себя преступник.

Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, Мэри попыталась с головой уйти в работу, но это оказалось плохой идеей. Чем дальше продвигался перевод, тем понятнее становился интерес Того-Кого-Нельзя-Называть к содержанию свитков, а это, естественно, возвращало МакДональд к мыслям, от которых она стремилась убежать. Даже тренировки в зале не приносили прежнего удовольствия, ведь с некоторых пор и там всплывали заклинания из свитков.

Не одна Мэри хорошо делала свою работу, профессор Минерва Макгонагалл также отличалась трудолюбием и ответственностью, а потому в один прекрасный момент представила на суд членов Ордена адаптированные к современным условиям магические формулы древности.

Отрабатывая на манекенах взрывное «бладзе ап» и шароогненное «инчинирациус», а в паре с кем-либо временно отбирающее магическую силу «капуч риконазе», Мэри думала не о них, а о том заклинании, формулу которого она перевела на днях. Пожалуй, впервые она не испытывала желания побыстрее похвастаться достигнутыми результатами. Более того, МакДональд вообще не хотелось не только говорить о новом открытии, но и думать о нем, в такой шок девушку повергло прочитанное.

В тот день МакДональд была невнимательней обычного, о чем и не преминул сообщить Сириус, по традиции зашедший поболтать.

- Что тебя беспокоит, Мэри? – спросил он, присев на край стола.

- Как будто ты сам не знаешь, - отмахнулась МакДональд, до последнего избегая неприятной темы.

- Знаю. Но в последнее время ты стала совсем рассеянной. Когда такое было, чтобы Петтигрю трижды подловил тебя на элементарном «экспелиармусе», как сегодня? Не темни, МакДональд, что еще произошло?

- Ничего…

- Мэри!

- Ничего такого, о чем ты подумал. Никаких новых покушений ни на свитки, ни на переводчика, тьфу-тьфу.

- Тогда почему ты настолько не в своей тарелке, что даже такой невнимательный эгоцентрист, как я, заметил это?

И тут Мэри прорвало. Девушка достаточно долго все держала в себе, и желание выговориться разрушило все барьеры.

- Смотри, - протянула она Блэку листок, исписанный аккуратным мелким почерком.

- Что это? – Сириус нахмурился, вчитываясь.

- Это заклинание абсолютной власти, - Мэри откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и возбужденно продолжила. – Заклинание невероятное по силе и сложности. Освоивший и применивший его станет повелителем мира, подчинит себе всё и вся.

- И кто же из Девяти его придумал?

- Понятия не имею. Как ни старалась, я так и не смогла установить автора. Веришь, если бы я не знала, что Неизвестные писали трактаты, не общаясь друг с другом, то решила бы, что это заклинание – коллективное творчество. Ни одному магу, как бы велик он ни был, не под силу справиться с такой задачей без помощи.

- Пожалуй ты права, - Сириус вернул листок хозяйке. – Я прочел всего лишь пару предложений, а уже запутался во всех перечисленных там требованиях и условиях, определяющих благополучное завершение ритуала, всего лишь предшествующего произнесению заклинания. Дочитай я до конца, никогда бы не вспомнил, что было вначале.

- А хотел бы?

- Что хотел?

- Хотел бы дочитать до конца?

- И как ты лишиться покоя? Ну, уж нет! – усмехнулся Сириус, но тут же продолжил вполне серьезно. – А если честно, было бы интересно прочитать из любопытства, но не более того. Я, конечно, самолюбив, но мне никогда не был нужен весь мир. Надеюсь, ты мне веришь?

- Мне не до смеха, Сириус, - вздохнула девушка. – Для тебя это всего лишь слова на пергаменте, но это еще и страшное оружие, которое не должно попасть не в те руки. Лучше, если оно вообще никому не будет известно. Так и хочется его уничтожить. Не знаю, почему я до сих пор не сожгла эту «бомбу»?

- Наверное, потому что ученый в Мэри МакДональд перевешивает все остальные личности. Тебе трудно уничтожить бесценную редкость, несмотря на ту опасность, что она в себе скрывает. Не мучайся, расскажи все тому единственному, кто с честью выдержит испытание «абсолютной властью».

- Ты читаешь мои мысли, если говоришь о профессоре Дамблдоре.

- О ком же еще?

- Это будет первым, что я сделаю завтра, а сегодня приложу все усилия, чтобы закончить перевод очередного свитка. Благо там осталось всего несколько дюймов.

- Опять ночуем на работе? Какой же ты удобный квартирант, МакДональд.

- Рада, что тебе нравится, Блэк.

Сириус вышел. Кивнув в ответ на прощальный взмах руки Блэка, Мэри повернулась к столу, запрятала на самое дно магической коробки свиток и его расшифровку, пододвинула поближе свою работу на сегодня и глубоко вздохнула, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшим тревожным чувством, причиной которого, МакДональд была уверена, являлся не только свиток.

Глава 13


- Признаться, извлекая из тайника эти рукописи, я ожидал обнаружить что-то подобное, - неторопливо проговорил Дамблдор, и Мэри в который раз позавидовала спокойствию директора.

А чего, собственно, она ожидала? Что профессор удивится или, того хуже, испугается, как она? Наверняка, Альбус Дамблдор принял решение расшифровать свитки Девяти Неизвестных не для усовершенствования техники левитации, хотя и от этого есть некоторая польза. Магическое сообщество находится в состоянии войны, на которой, как известно, все средства хороши, даже секреты древних.

- Однако, Мэри, - продолжил профессор. – Я вижу, что вы потрясены совершенным открытием.

- Потрясена? Да, наверное… - помолчав, ответила МакДональд. – Вот только удивление мое вызвано не столько фактом обнаружения, сколько тем, что, возможно, за ним последует…

Мэри посмотрела на профессора, ожидая, что он остановит ее, напомнив, что задачей девушки был исключительно перевод текстов, а не дальнейшее их использование, но Дамблдор лишь поудобнее расположился в кресле и, сопроводив слова поощряющим жестом, произнес:

- Продолжайте, мисс МакДональд.

- Боюсь, то, что я скажу, прозвучит глупо… - Мэри вздохнула. - Ну, нет, не глупо – неразумно… Но все же. Без сомнения, содержание свитков – это бомба и в прямом, и в переносном смысле. Даже мне, полному профану, понятно, что оно если сразу и не обеспечит безоговорочную победу, то серьезно склонит чашу весов в сторону их обладателя. С одной стороны, я рада, что свитки у нас. С другой стороны, это не представляется мне поводом для веселья. Словом, пока я окончательно не запуталась в своих рассуждениях, мне кажется, что не так хорошо, что свитки Девяти не у Темного Лорда, как плохо, что они у нас. Не станем ли мы в чем-то похожими на своего врага, когда применим против него полученную информацию? А ведь мы ее применим, не так ли? Иначе в чем вообще заключался смысл моей работы?

С этими словами девушка вопросительно посмотрела на директора, не особо надеясь на ответ, понимая, что несколько превышает свои полномочия. Однако встретившись взглядом с глазами Дамблдора, она заметила промелькнувшую в них тень одобрения.

- Это хорошо, что подобная мысль пришла вам в голову, Мэри, - спустя секунду начал профессор. – Значит, я в вас не ошибся. Возможно, отсутствие некоторого жизненного опыта помешало прийти к выводу, который я сейчас сделаю за вас, но уверен, что не понадобилось бы много времени, чтобы вы сами нашли ответ на свой вопрос. В подобной ситуации не всегда главной целью является использовать что-то самому… иногда гораздо важнее не дать другим воспользоваться этим. Вы, конечно, вправе сказать, что для этого достаточно было бы хранить свитки в Хогвартсе, как раньше, и не было никакой необходимости их переводить, и будете правы…

Профессор улыбнулся в ответ на смущенный взгляд девушки, которая именно это и хотела сказать, и продолжил:

- Отчасти правы. Ваша работа не была напрасной, как вы, похоже, сейчас подумали. Она очень важна, поскольку я считаю, что всегда полезно знать, что же ты охраняешь. Тогда осознаешь значимость возложенной на тебя миссии, отдаешь отчет, к чему может привести провал. Заметьте, я намеренно умолчал о части перевода, уже получившей практическое применение, что окончательно должно разубедить вас, Мэри, в тщетности приложенных усилий.

Дамблдор встал, МакДональд последовала его примеру. Обогнув стол, профессор приблизился к девушке и коснулся рукой ее плеча.

- Продолжайте спокойно работать и не думайте об остальном. Предоставьте мне решать эти вопросы, но… - пальцы директора сжались чуть сильней, - будьте осторожны, Мэри. Независимо от того, как Орден Феникса и лично я будем охранять свитки, теперь заключенное в них тайное знание находится не только на пергаменте, но и в вашей памяти.

МакДональд кивнула, чувствуя, как пробежала по телу горячая волна, и сердце сжалось от нехороших предчувствий, частенько в последнее время посещающих ее. Девушке не стало страшнее, куда уж дальше, но она, действительно, упустила из виду упомянутый Дамблдором факт. Мэри может отделаться от свитков, предоставить заботу о них волшебникам более знающим, но от своих собственных воспоминаний она избавиться не сможет. Не потому, что нет возможности: всегда можно создать сферу памяти и поместить ее в хранилище Министерства или оставить в штабе Ордена. Просто сама Мэри никогда не пойдет на это, особенно сейчас, когда среди членов Ордена появился предатель. Разве можно при таком раскладе оставить без присмотра столь ценные фрагменты памяти? Что же остается? Остается последовать совету профессора Дамблдора. С этого момента «Осторожность» должно стать вторым именем Мэри МакДональд.

В конце недели сова принесла яркую открытку от Лили и Джеймса, в которой те в самых теплых выражениях благодарили подругу за свадебный подарок. Мэри встревоженно посмотрела на календарь. Не может быть, чтобы она настолько выпала из реальности и не заметила, как медовый месяц Поттеров подошел к завершению. Ведь именно тогда по традиции молодоженам полагалось распаковывать подарочные свертки и отправлять «благодарственных» сов. Но календарь благосклонно подтвердил, что мисс МакДональд пока еще в своем уме, а это означало, что нечто, из ряда вон выходящее, произошло у друзей. Прилетевший почти вслед за первым второй крылатый почтальон с самым обыкновенным письмом подтвердил, что, увы, так оно и есть.

- Бедная Лили!.. – вот все, что смогла выдавить Мэри, прочтя письмо, в котором сухим безэмоциональным языком подруга сообщила ей о смерти своих родителей. Однако банальные штампы не скрыли от Мэри ни боли утраты Эванс, ныне Поттер, ни сожаления, что в такой тяжелый момент той не было возле отца и матери, ни других чувств подруги. Как хорошо, что рядом с Лили Джеймс, надежный и любящий. И как же жаль, что она сама сейчас далеко от Поттеров и не может тоже поддержать Лили.

Испытывая вполне объяснимое чувство жалости к подруге, Мэри ощутила и острое чувство стыда. Ей было немного стыдно перед Лили, что за все эти дни она ни разу не выбралась навестить ее родителей, зная об их неважном самочувствии. Но еще больней девушке стало от понимания того, что своих собственных родителей она не видела много дольше. Были, конечно, коротенькие послания, регулярно доставляемые по назначению старенькой Фанни, совой МакДональдов, но это совсем не то, что живой разговор. Разве так поступают любящие дочери? Конечно, при желании можно найти себе оправдание: новая жизнь, интересная работа, прочие «захватывающие» приключения. Но какое же слабое это оправдание!

В свое время Лили ради родителей готова была отменить свадьбу, а она? Вот сегодня, например, Мэри опять допоздна просидела в штабе, наводя литературный лоск на перевод. Но так ли это необходимо? Может, следовало бы аппарировать домой, обнять маму, поговорить по душам с отцом? Пожалуй, именно так она завтра и поступит. Работа никуда не убежит, особенно теперь, когда самая главная ее часть выполнена. А вот родители… Они не вечны.

Мысли о времени заставили МакДональд взглянуть на часы. Половина второго ночи. Сегодня ее «допоздна» превзошло все предыдущие дни, когда Мэри не собиралась ночевать в кабинете. Похоже, следует и сегодня заночевать тут, но уж очень девушке надоела походная кровать, уж очень она соскучилась по своей комнате, напоминающей о ромашках.

Наложив на дверь все необходимые заклинания и кивнув на выходе придремывающему Подмору, дежурившему в штабе, Мэри вышла на улицу, устало кутаясь в осеннюю куртку. Но всего пара глотков свежего воздуха, и усталость как рукой сняло. МакДональд улыбнулась. Вот уж действительно «книжный червь – бледная моль», или как там Лили говорила? Когда она последний раз «дышала свежим воздухом»? Не требовалось никаких усилий, чтобы вспомнить – в парке развлечений пару месяцев назад. После этого самый длинный пеший переход Мэри МакДональд – это шагов сорок по коридору от кабинета до тренировочного зала или от входной двери до ее комнаты в доме Сириуса.

Желание прогуляться, вспыхнувшее внезапной искоркой где-то на задворках сознания, мгновенно целиком захлестнуло Мэри, и в кои-то веки девушка решила ему поддаться. Она не забыла об осторожности, к которой ее на днях призывал профессор Дамблдор, успокаивая себя тем, что пойдет по хорошо освещенным, идеально просматривающимся пустынным улицам, это исключит внезапное нападение. Кроме того палочка у нее не просто для красоты, да и экстренно аппарировать МакДональд еще не разучилась. Словом, соблазн пройтись был так велик, что нужные оправдания и объяснения вмиг были найдены, и Мэри, довольно улыбаясь, зашагала в меру быстро, чтобы успокоить совесть, напоминающую об осторожности, но и в меру неспешно, чтобы совершаемый ею променад считался прогулкой.

Несколько минут МакДональд шла, наслаждаясь простором, движением и свежим воздухом, разглядывая уснувшие дома, тускло освещенные фонарями, глубокое ночное небо, усеянное бусинами звезд, прислушиваясь к гулкому, кажущемуся чрезмерно громким звуку собственных шагов. Стук подошв, безжалостно нарушающий сонную тишину, вдруг показался девушке настолько неуместным, что она остановилась. И тут же поняла, что сделала это зря.

Было что-то зловещее в окружившем ее безмолвии. Но продлилось оно всего лишь мгновение, а потом наполнилось звуками, неотчетливыми, будто ненастоящими.
Что это могло быть? Чье-то сдерживаемое дыхание или просто порыв ветра? Шорох чьей-то одежды или всколыхнувшейся ветки? Было ли это на самом деле или просто показалось? Сама Мэри была уверена, уж что-что, а шорох веток ей не послышался. Девушка оглянулась, нащупывая в кармане палочку. Листья разросшегося неподалеку куста еще трепетали, чем-то или кем-то потревоженные. МакДональд вгляделась в густую тень и облегченно вздохнула:

- Собака…

Всего лишь собака. Крупный черный пес, совсем не страшный, скрывающийся за ветвями, смотрящий голодным затравленным взглядом.

- Ну и напугал же ты меня, приятель, - усмехнулась Мэри, присаживаясь, и подзывающе пощелкала пальцами. – Давай вылезай, животное, у меня найдется для тебя кое-что вкусное, если ты не против куска колбасы. Ох и труслив же ты не по размеру…

Зверь, действительно, не торопился покидать свое убежище, но, привлеченный вкусным запахом предлагаемого девушкой лакомства, все же сделал шаг навстречу.

- Вот, молодец, - подбадривала собаку МакДональд, но вдруг осеклась. – Эй, ты чего?

Взгляд пса уперся во что-то за спиной девушки, и он мгновенно весь подобрался, шерсть у него на загривке встала дыбом, уши прижались к голове. Зверь оскалился, сверкнув ослепительно-белыми зубами, и низко зарычал.

Мэри оглянулась. И медленно выпрямилась, глядя на острия направленных на нее волшебных палочек.

Глава 14


Их было пятеро. Пятеро Пожирателей смерти в традиционных мрачно-черных мантиях с капюшонами и масках, прячущих лица, но не скрывающих ни холодных, равнодушных взглядов, ни не предвещающих ничего хорошего ухмылок.

- «Ничего себе подышала свежим воздухом…» - пронеслось в голове Мэри под аккомпанемент треска веток: так и не получивший свой вкусный кусочек пес поспешно ретировался. Жаль, что и она не может сделать то же самое. Находясь под прицелом, и пошевелиться-то проблема, не говоря уже о том, чтобы палочку достать.

Удивительно, но глядя на врага, не воображаемого, как в тренировочном зале, а вполне реального, МакДональд совсем не испытывала того всепоглощающего ужаса, который, если честно, думала, что ощутит. Нет, ей, конечно, было страшно. Девушка понимала, что у нее серьезные проблемы, которые, кстати, она сама себе и создала, но не было паники, и Мэри гордилась, что сохранила способность трезво рассуждать. МакДональд мысленно поблагодарила Дамблдора, постоянно твердившего, что она должна быть готова оказаться в подобной ситуации, готова защититься или спастись. И Мэри чувствовала себя вполне готовой. Правда, она не думала, что в первый же раз ей придется иметь дело сразу с пятью противниками. Вступать с ними в схватку было бы глупо, МакДональд понимала, что в таком случае ее шансы победить были бы ничтожно малы, но попытаться сбежать она может. Вот если скрыться не получится, тогда боя не избежать, но в таком случае Мэри постарается продать свою жизнь подороже.

МакДональд сама поразилась, как быстро все эти размышления пронеслись в ее голове, и сформировалось то, что можно было бы назвать «первоначальным планом побега». Мысль об экстренном аппарировании посещала ее еще в начале пути, так не пришло ли время им воспользоваться? Это лучшее, что девушка может сейчас предпринять, и что имеет все шансы завершиться успешно, если удастся на пару секунд переключить внимание Пожирателей на что-то другое. Мэри незаметно вздохнула, думая о так рано убежавшей собаке, ведь именно сейчас ей как никогда нужен был какой-нибудь шорох или треск. Но, увы, ничего подходящего не происходило, и рано или поздно кто-то должен был начать действовать. На этот раз первыми стали Пожиратели.

Один из них взмахнул палочкой и произнес:

- Капуч риконазе!

И тут МакДональд потеряла дар речи, рука ее, прежде сжимающая в кармане волшебную палочку, отпустила бесполезную после произнесенного заклинания деревяшку и безвольно повисла. Во-первых, потому что враг произнес заклинание из свитка Девяти Неизвестных, которое ему знать не полагалось. Значит, предатель, действительно, существует и не сидит, сложа руки. Во-вторых, она узнала этот голос.

- Мальсибер…

- Он самый, МакДональд. И как же я рад, что ты меня помнишь.

- Не могу о себе сказать того же.

- И не надо. Твое счастье, что у меня приказ взять тебя живьем, иначе я с удовольствием довел бы до конца то, что не удалось сделать в Хогвартсе.

- У нас приказ, Мальсибер, у нас. Не ты тут главный, - вставил реплику второй Пожиратель, и Мэри снова узнала говорившего: Северус Снейп, бывший друг Лили. Девушка невесело усмехнулась. Интересно, сколько еще сюрпризов ждет ее сегодня?

- Улыбаешься, МакДональд? – снова заговорил Мальсибер. – Посмотрим, будешь ли ты так же улыбаться после того, как мы вытрясем из тебя всю нужную информацию.

Услышав последнее, Мэри почувствовала, как самообладание начинает ее покидать. С одной стороны, прямо сейчас ее не убьют, что увеличивает ее шансы на спасение, даже при условии, что ждать помощи от друзей из Ордена Феникса не приходится. Ведь никто из них не знает, что с ней произошло, и неизвестно, появится ли возможность связаться с ними. Однако, с другой стороны, МакДональд не знала - где, но прекрасно представляла - как сторонники Темного Лорда могут «вытряхивать информацию», и это рисовало отнюдь не радужные перспективы.

- Хватит болтать! – вмешался третий, высокий и мощный. – У нас и так мало времени. Не стоит заставлять Лорда ждать, если мы не хотим составить девчонке компанию.

- Ты прав, Роули. Доберемся до места, а там продолжим.

Тот, кого назвали Роули, направил на Мэри свою палочку, такую же большую, как и ее владелец, и произнес:

- Копула! Даркенед!

В туже секунду руки девушки оказались скреплены за спиной невидимыми наручниками, а на глазах появилась темная повязка. Чьи-то руки грубо вцепились в ее предплечья, и Мэри почувствовала хорошо узнаваемый рывок в области солнечного сплетения – портключ.

Сырость, плесень и летучие мыши с крысами – эти четыре понятия четко описывали первые впечатления Мэри от подвала, куда захватчики бросили ее по прибытии. Вообще-то сначала ее долго вели по мощеной дорожке под сопровождение тихого шелеста листьев на деревьях какой-то аллеи, затем по скрипучему паркету коридора с гулким сводчатым потолком. Глаза ей завязали, но уши-то не заткнули, хотя от этой поблажки было мало толку. Наконец, скрипнула очередная дверь, и после сильного толчка в спину МакДональд относительно мягко приземлилась на ворох дурно пахнущей соломы, а «наручники» и повязка исчезли. Ожидая, пока глаза привыкнут к темноте, девушка прислушивалась к голосам за поспешно захлопнувшейся дверью.

- Трэверс, Розье! Останьтесь здесь, - распорядился Роули. – Я доложу, что мы вернулись, и узнаю, что делать дальше.

- Я и так знаю, что делать дальше, - Мальсибер был чем-то явно недоволен.

- Если не соскучился по «круцио», то лучше заткнись, и тогда, может быть, получишь то, что от нее останется, - снова заговорил Роули, после чего недобро коротко рассмеялся. - Если, конечно, что-то останется.

Раздался звук удаляющихся шагов.

- Эй! И мы что, даже не обыщем ее? Не заберем палочку?

- Кому нужен этот сучок, годный теперь, только чтобы в зубах ковыряться. Шагай за Снейпом, Мальсибер, - еще один злой издевательский смешок. – Или я сделаю с тобой то, что ты не успел сделать с ней в Хогвартсе.

- Откуда ты знаешь, что я там не успел… - голос Мальсибера становился все тише и тише.

- Я знаю тебя, и этого достаточно.

Звук шагов и голоса затихли. Только дыхание сторожей да самой Мэри нарушало тишину.

Теперь девушка могла оглядеться. Пробивающийся из коридора сквозь маленькое зарешеченное окошко в массивной окованной двери тусклый свет факелов освещал каменные стены, пол, устланный подгнившей соломой, свисающую сверху густую вуаль паутины и нечто, валяющееся в углу, до жути напоминающее череп. Следующим делом МакДональд проверила в кармане палочку. Какое счастье, что ее оставили у хозяйки. Услышав слова Пожирателя, Мэри еле сдержалась, чтобы не запрыгать от радости. Значит, не до всего докопался их шпион, раз им неизвестно, что заклинание, отбирающее магическую силу, временное, и его действие скоро закончится.

Устроившись поудобнее на наименее грязном краю соломенной охапки в ожидании зеленой искорки, возвещающей, что «капуч риконазе» закончилось, МакДональд призадумалась. Что дальше?

Она не знает, где находится. Не знает численности противника, хотя и так ясно, что, сколько бы их ни было, этих Пожирателей, ей в одиночку с ними не справиться. Ей неизвестно, что ее ожидает, ясно только, что ничего хорошего. А главное, она не знает, сколько у нее времени: стоит ли просить и ждать подмоги или же лучше «пойти на таран», не вовлекая друзей в рискованную, заранее обреченную на неудачу авантюру.

От раздумий девушку отвлек звук шагов. Мэри напряглась, вцепившись в пока еще бесполезную палочку, и обреченно посмотрела на дверь. Сейчас ей стало по-настоящему страшно, потому что больше не было ни одного оттягивающего ее участь обстоятельства.

Однако на этот раз судьба, в лице все того же Роули, была на стороне Мэри МакДональд. Серьезным тоном Пожиратель обратился к охраняющим дверь:

- У Лорда появились дела поважнее девчонки, он будет отсутствовать несколько дней, но хочет лично покопаться в ее памяти, так что глаз с нее не спускайте. Не думаю, что мне стоит напоминать, чем нам всем грозит невыполнение приказа…

Что буркнули в ответ Трэверс и Розье, Мэри не расслышала, да ее это и не интересовало, очередной план спасения прорисовывался в голове девушки. Теперь у нее было время, а значит, она может позвать на помощь. А вот и долгожданный зеленый огонек.

Забившись в самый, с точки зрения Мэри, не просматривающийся из коридора угол, девушка прошептала:

- Олло… - и торопливо проговорила в появившуюся серебристую сферу диаметром чуть больше двух дюймов. – Я не знаю, где нахожусь, но мне очень нужна помощь. Сфера заколдована на возвращение. Идите по следу…

И отправила ту в штаб Ордена через еле заметное оконце под потолком, больше напоминающее трещину.

Глядя вслед сфере, Мэри подумала, что профессор Дамблдор, предостерегая ее, опять оказался прав, а она опять повела себя легкомысленно. Конечно, девушка раскаивалась, но какое сейчас это имеет значение? Сейчас все, что она может, так это ждать.

Глава 15


Как же все-таки странно устроен человек…

Вот о чем думала Мэри МакДональд, находясь в заточении. Еще недавно она чувствовала себя сжатой пружиной, осознавая, как близко подобралась к ней смерть, а теперь, получив небольшую передышку, и главное – надежду на помощь друзей, расслабилась, почти задремала под жуткую тюремную колыбельную, состоящую из крысиного писка, воя ветра, мерного стука капель и шаркающих шагов сторожей. В замкнутом, плохо освещенном пространстве так трудно уследить за ходом времени, нет ни одного ориентира, чтобы понять, несется ли оно с быстротой лани или же плетется черепахой. Поначалу сухая, подстилка давно отсырела, зябкий сквозняк заставлял тело трястись мелкой дрожью, куртка совсем не грела, но Мэри стойко отгоняла любую мысль об улучшении условий своего заключения. Пожиратели уверены, что она беспомощна, как магл, с потерявшей волшебную силу палочкой, вот пусть и дальше так думают. Неплохой сюрприз получится, когда враг осознает свою ошибку, а уж он ее осознает, когда настанет время - МакДональд уже не сомневалась, что сражения не избежать.

Вдруг хрупкий покой пленницы нарушил звук шагов. Мэри мгновенно собралась и задумалась, кто бы это мог быть, и зачем он идет сюда, если, по словам Роули, Лорда не будет несколько дней? Неужели он уже вернулся или передумал лично заниматься МакДональд? Девушка вся обратилась в слух, но так ничего и не смогла разобрать - слишком тихо беседовали сторожа и пришедший – кроме того, что, судя по неуверенным интонациям, охрана не слишком-то верила услышанному.

- Ну, так пойди и спроси! – уже во весь голос произнес визитер, и Мэри, наконец, поняла, кто это – Мальсибер. И судя по тону, крайне раздраженный. – Если не веришь мне, то поинтересуйся у Роули!

- Да оставь ты его, - раздался утомленный голос одного из стерегущих. – Хочет занять наше место – пусть занимает. Хочет охранять девчонку один – Мерлина ради. Только учти: если с ней что-то случится – с Темным Лордом объясняться тоже будешь один.

- А что с ней может случиться? – спросил Мальсибер таким невинно-непонимающим тоном, что прислушивающаяся к разговору Мэри еще крепче вцепилась в свою палочку, понимая, что сражение, на которое она настроилась, начнется несколько раньше, чем она рассчитывала. С самого начала своего приключения МакДональд уяснила, что интерес «парня с другого факультета» к ее персоне со времен учебы в Хогвартсе не исчез.

- Мое дело – напомнить… - отмахнулся от соратника охранник. - Пойдем, Розье.

Спустя минуту, когда шаги Пожирателей затихли где-то за очередным поворотом сырого мрачного коридора, МакДональд услышала, как Мальсибер заклинанием отодвигает магические задвижки на двери ее камеры и приготовилась защищаться.

Когда, скрипнув, дверь отворилась, и в проеме возникла высокая худощавая фигура Мальсибера с глазами, горящими предвкушением одному ему известной забавы, МакДональд снова почувствовала себя гриффиндоркой-третьекурсницей, замешкавшейся в подземелье и чудом избежавшей участи, уготовленной ей ровесником-слизеринцем. Тогда ей на выручку пришли друзья, сегодня придется справляться самой. И иметь дело предстоит не со злобным худосочным мальчишкой.

Первое «круцио» прозвучало прямо с порога, и только этим девушка, все же ожидавшая какого-никакого вступительного слова, могла объяснить то, что она не сделала даже попытки увернуться. Одного мгновения было достаточно, чтобы Мэри поняла, что до этого дня она ничего не знала о боли. Казалось, каждая клеточка ее напрягшегося тела кричала, не в силах вынести выпавшее на ее долю страдание. Как бы издалека МакДональд услышала голос Пожирателя:

- Знаешь, дорогуша, я даже рад, что тогда тебе удалось сбежать. Чем я мог удивить тебя? Только что выученным непростительным заклинанием? Ни техники, ни практики… То ли дело сейчас. Знаешь, как часто я упражнялся? Не ради тебя, конечно, но, как видишь, пригодилось.

Мальсибер снова взмахнул палочкой, и боль прекратилась. Однако, переведя дух, Мэри не обольщалась. Ясно, как белый день, что эта «великодушная» передышка всего лишь часть развлечения для кота, играющегося с мышью. Девушка лихорадочно соображала, что она может противопоставить беспринципному противнику, считающему нормой направо и налево швыряться непростительными заклинаниями, но ей не приходило в голову ни одного подходящего защитного заклинания. Вероятно, это было последствием только что пережитого пыточного заклинания, но Мэри вообще не помнила, существуют ли щитовые чары от «круцио», или от них можно только уклониться. Правда в настоящий момент проблемно оказалось сделать и то, и другое. Руки тряслись мелкой дрожью и отказывались слушаться, так что МакДональд, не могла воспользоваться даже тривиальным «экспелиармусом», хотя для этого несколько раз подворачивался подходящий момент. И все тело, вслед за руками, не очень-то подчинялось желаниям Мэри, а, следовательно, уклониться от очередного «круцио» не получилось.

Во второй раз было еще больнее, чем в первый, и как не хотела МакДональд доставлять врагу радость, хотела проявить стойкость и мужество, но не смогла сдержать стонов, грозящих рано или поздно перейти в крики. Мальсибер снова начал распространяться о мотивах своих поступков и участи Мэри, но до девушки почти не доходил смысл слов. Да и что нового она могла почерпнуть из речи Пожирателя? Что Мальсиберу, в принципе, все равно, кого мучить, хотя бывшая соученица – особая удача? Что садист-прислужник только первая ступень лестницы ожидающих Мэри пыток? Что Темный Лорд – настоящий мастер своего дела? Единственной мыслью, которая более-менее связно мелькала в голове девушки, была невысказанная вслух мольба о спасительном беспамятстве. Почему спасительном? Потому что вряд ли палачу доставит удовольствие издевательство над бесчувственным телом, и он даст Мэри время прийти в себя.

Услышало ли небо просьбу страдалицы или же были на то другие причины, но действие заклинания вдруг прекратилось. Очередной перерыв, предоставленный девушке Пожирателем, определенно, не был запланированным. Сквозь слезы Мэри разглядела недовольство на лице мучителя, обернувшегося на зов кого-то, стоявшего в коридоре.

Следующим, что девушка увидела, были удивленно выпученные глаза и перекошенный в беззвучном вопле рот Мальсибера, рухнувшего рядом с МакДональд на каменный пол. Он был жив, но обездвижен. Мэри перевела мгновенно прояснившийся взгляд на дверной проем, хотя то, что принято называть «шестым чувством», уже подсказало ей, кого она увидит: пришедших на помощь друзей из Ордена Феникса, в общем, и лучшую исполнительницу невербального «петрификуса тоталуса» Марлин Маккиннон, в частности.

Так и было. У порога камеры Мэри стояла Марлин, а за ней, с радостными улыбками, но серьезными взглядами, - Лили, Джеймс и Сириус. В мгновение ока преодолев разделяющее их расстояние, все четверо склонились над МакДональд.

- Мэри, ты в порядке? – встревоженно спросила Лили.

Собираясь ответить, девушка открыла рот, но не издала ни звука. В горле пересохло настолько, что даже дышать было трудно.

- Сама-то как думаешь? – ответил за МакДональд Блэк, осторожно помогая той принять сидячее положение.

- Главное - живая, остальное вылечим, - подытожила Маккиннон, тревожно оглядываясь на дверь. – Поттер, помоги Блэку. У нас мало времени.

Джеймс и Сириус помогли Мэри подняться, хотя это было громко сказано. Перенесенные страдания и предвкушение счастливого избавления проявились во внезапно нахлынувшей слабости, и девушка самостоятельно стоять не могла, не говоря уже о том, чтобы идти, потому безвольно обвисла в руках друзей.

- Нет, так мы далеко не уйдем, - проговорил Сириус, решительно подхватил Мэри на руки и вслед за остальными направился к выходу из подвала.

Только сейчас МакДональд услышала шум схватки, разворачивающейся в основной части дома. Да уж, не такое участие в ней предполагала принять девушка, но выбирать не приходилось. Сейчас ее сил хватало только чтобы держаться за Блэка, поэтому Мэри могла лишь догадываться, кто еще сражался с Пожирателями, придя ей на выручку, и для чего предназначена просторная комната с черными стенами, разрисованная извивающимися змеями, куда они попали, выбравшись из подземелья.

- Мы ее нашли! Уходим, как планировали, - скомандовала Марлин.

В ту же секунду Лили произнесла:

- Портус!

И Блэк, поудобнее ухватив свою драгоценную ношу, первый шагнул в образовавшуюся прямо в центре мрачного зала воронку из серебристого тумана.

Глава 16


Мэри быстро оправилась от пережитого. Последствия «круцио» молодой здоровый организм поборол с удивительной легкостью, и уже через пару дней МакДональд была готова возобновить работу в Ордене, но профессор Дамблдор настоял на более продолжительном отдыхе и буквально запретил девушке появляться в штабе.

Вынужденные каникулы Мэри проводила дома, выслушивая причитания матери, разговаривая с отцом, отсыпаясь. Помнится, она и так приняла решение проведать родителей, но никогда не предполагала, что это произойдет после таких приключений. Но что ни делается – все к лучшему. Именно это, да еще свое коронное «будет, что вспомнить в глубокой старости» говорила Мэри каждому, кто заглядывал в гости к мистеру и миссис МакДональд, чтобы справиться о самочувствии их дочери. За первые три дня в небольшой комнате с обоями в цветочек побывал весь Орден Феникса почти полным составом, даже Хагрид и сам Аластор Грюм заглянули попенять Мэри за легкомыслие. Потом, правда, количество визитеров поуменьшилось, и, в конце концов, сократилось до Поттеров, Блэка, Люпина и Петтигрю.

Питер заглядывал редко и убегал быстро, ссылаясь на всевозможные дела. Если честно, МакДональд вообще не понимала, зачем тот приходит. Из всех Мародеров с ним Мэри общалась реже всего и до сих пор не испытывала к парню особой симпатии. Ремус заглядывал чаще, и беседовали они дольше, но подозрения с оборотня все еще не сняли, потому его визиты были для Мэри пыткой пострашнее пережитого «круцио». Как она может настолько симпатизировать человеку, подозреваемому в предательстве? Лили и Джеймс проводили с подругой каждую свободную минуту. Порой Мэри приходилось буквально выгонять их, напоминая, что медовый месяц Поттеров закончился принудительно, а потому им есть, чем заняться, кроме как обсуждать всевозможные, веселые и грустные, темы у постели успешно выздоравливающей. А вот с Сириусом они болтали часами, удобно расположившись на мягких вышитых подушках эркерных сидений с чашкой бодрящего ароматного чая или бутылочкой сливочного пива, если парню удавалось пронести его мимо бдительного ока миссис МакДональд.

Пожалуй, только с Блэком девушка могла говорить, сколько ей хотелось и о чем хотелось. Правда, поначалу, пока воспоминания о пережитом были слишком свежи, молодые люди говорили на нейтральные темы, хотя оба знали, что рано или поздно затронут и ту самую. Так и случилось, когда хорошее, наконец, перевесило плохое, и чувство искренней признательности заслонило воспоминание об испытанных физических и моральных страданиях.

- Я так благодарна за то, что вы так быстро пришли мне на помощь, - сказала Мэри Сириусу, сидящему напротив нее.

- Просто мы уже знали, что тебя похитили, а потому, собравшись, разработали кое-какой план, - ответил Блэк. - Было неизвестно, где тебя держат, но ты прислала сферу с сообщением, и мы отправились по следу.

- Откуда же стало известно о моем похищении? – затронула МакДональд интересующую ее тему. - Почему Доркас сказала, что именно ты поднял панику?

Сириус преувеличенно беззаботно откинулся на спинку сиденья.

- Я поднял панику? Доркас всегда все преувеличивает, - взгляд его приобрел прежнее, такое знакомое лукавство. - Просто ночью я не услышал, как ты храпишь, - парень усмехнулся в ответ на возмущенный взгляд девушки, - Да-да, храпишь, МакДональд! Не делай такие большие глаза. И решил, что нужно выяснить, где ты и что с тобой.

- Что-то ты темнишь, Блэк… - прищурилась Мэри. - Даже если ты не услышал моего… храпа, это еще не повод для беспокойства. Я часто без предупреждения оставалась ночевать в штабе. Так что моя очередная ночевка не дома и то, что я влипла, никак не вяжутся в одно целое в рассказанной тобой истории. Выкладывай-ка всю правду.

Сириус посерьезнел.

- Всю правду? Хорошо. Я лично присутствовал при твоем похищении.

Мэри опешила. Мало того, что она не рассчитывала на столь быструю капитуляцию Блэка, полагая, что не раз и не два ей предстоит отмахиваться от его обычных уклончивых шуточек, так еще и правда оказалась столь неожиданной.

- Присутствовал? – наконец, выдавила девушка. - Это как? Почему я тебя не видела? Почему ты мне не помог?

- Во-первых, потому что даже у двоих у нас было очень мало шансов отбиться от пяти Пожирателей. А во-вторых и в главных, я мало чем мог бы тебе помочь в облике пса, - невозмутимо объяснил Блэк и в очередной раз усмехнулся. - Что уставилась, как магл на Мерлина? Пес, которому ты пыталась всучить кусок колбасы, - это был я.

- Тогда понятно, если взять во внимание мой патронус, почему мы с тобой ругались, как кошка с собакой, - ошеломленно проговорила девушка. - Ты у нас анимаг значит? Или это заклинание такое? Сначала Люпин–оборотень. Потом ты. Чего еще я не знаю о Мародерах?

- Того, что Джеймс и Питер – тоже анимаги, - ответил Сириус на заданный вопрос, а затем продолжил, отвечая на незаданный. - Мы стали ими еще в Хогвартсе из-за Ремуса. Чтобы ему не было слишком одиноко в полнолуние. Людям к оборотню приближаться опасно, а вот волшебнику в его анимагической форме – нет. Эх, веселые были денечки. Может, как-нибудь и расскажу… Только учти, мы трое – незарегистрированные анимаги, кроме нас эту тайну знают немногие, так что буду очень признателен, если ты станешь держать язык за зубами. Так вот когда Дамблдор поручил мне не спускать с тебя глаз…

Мэри снова удивленно задержала дыхание.

- «Ничего себе, сегодня просто день откровений какой-то», - подумала девушка, но вслух только переспросила:

- Дамблдор?

- Да, Дамблдор. Он сказал, что ты у нас теперь слишком много знаешь, и это может заинтересовать наших врагов. Когда он поручил мне следить, чтобы с тобой ничего не стряслось, я решил, что в виде пса буду незаметнее, а потому полезнее. На мой взгляд, так и оказалось. Я, конечно, не смог тебе помочь, но вовремя оповестил Орден о случившемся. Дамблдор, казалось, знал, что так и будет…

- Вот уж не удивлена, - хмыкнула МакДональд. - Меня такие мысли посещали не раз. И что было дальше?

- А дальше, мисс МакДональд, я отправил Карадока Дирборна и еще несколько человек, чтобы они перетянули на себя внимание Темного Лорда и дали нам возможность найти вас.

Мэри и Сириус как по команде обернулись на голос. В центре комнаты стоял директор Хогвартса и приветливо улыбался. Молодые люди переглянулись. Никто из них не слышал ни скрипа двери, ни хлопка аппарирования, но профессор был великим волшебником, так что не было повода сомневаться в его могуществе и возможностях проникать в закрытые помещения не общедоступным способом.

- Зная тягу Воландеморта к театральным эффектам, - продолжал тем временем новый гость, - я подозревал, что он захочет заняться вами лично, а, следовательно, в его отсутствие вы будете в относительной безопасности.

- Здравствуйте, профессор, прошу вас – присаживайтесь, - Мэри запоздало вспомнила об обязанностях гостеприимной хозяйки.

- Вижу, Мэри, вы окончательно пришли в себя, раз заинтересовались подробностями своего спасения, - проговорил профессор, удобно расположившись в предложенном кресле. - Надеюсь, Сириус, ты не забыл рассказать о своей роли в организованной акции?

- Он не забыл, профессор, - ответила за Блэка девушка. - И ему я признательна не меньше, чем вам или Карадоку. Я знала, что Лорд куда-то скоропалительно отлучился, и радовалась неожиданной отсрочке, позволившей мне создать сферу-послание, но даже не подозревала, что это организовано Орденом.

- Ваша сфера была очень кстати, потому как сэкономила время на поиски места вашего заточения. Спасательная группа последовала за сферой, которую вы так предусмотрительно заколдовали на возвращение. Что было дальше, вы знаете.

Дамблдор посмотрел на Мэри поверх очков-половинок. Девушка кивнула и улыбнулась.

- Когда закончатся мои вынужденные каникулы, я обязательно еще раз всех-всех поблагодарю. И особенно Дирборна. По-моему, он единственный, кто еще не приходил к нам с визитом, а потому не получил свою долю признательности… - и вдруг осеклась, заметив многозначительный взгляд, которым обменялись Блэк и директор. - Что-то не так?

Дамблдор огладил бороду и встал.

- Боюсь, вам не удастся осуществить задуманное.

- Почему? – спросила Мэри, вставая вслед за профессором.

- Карадок Дирборн не вернулся вместе со всеми.

- Он погиб? – девушка охнула и побледнела.

- Пропал без вести, - ответил Дамблдор мягким, но бескомпромиссным тоном, давая понять, что на эту тему разговор окончен. - Ну что ж, я убедился, что с вами все в порядке, Мэри. Можете возобновить работу в штабе, когда вам будет угодно. Оставляю вас в компании друга, мисс МакДональд.

Попрощавшись, директор Хогвартса покинул комнату девушки традиционным путем, через дверь, оставив Мэри один на один с весьма неприятными мыслями. Хотя почему один на один? А Сириус? МакДональд повернулась к приятелю.

- «Пропал без вести» - это значит, что с живыми не вернулся, но и среди мертвых не нашли. Правильно?

- Да. А почему ты спрашиваешь? – Блэк непонимающе уставился на МакДональд.

- Ты обратил внимание, что Пожиратели знали заклинание из свитка? – протянула Мэри, задумчиво прищурившись. - Значит, предатель, действительно, существует.

Пару секунд Сириус смотрел на подругу по-прежнему, и вдруг его лицо озарилось пониманием напополам с возмущением. Блэк осознал, о чем подумала Мэри.

- Нет… Это не может быть Дирборн. Ты думаешь иначе?

- Я вообще не знаю, что думать, - девушка вздохнула. - Я не хочу, чтобы это был Ремус. Я не хочу, чтобы это был Карадок. Я не хочу, чтобы это был кто-то другой. До сего момента, даже учитывая несостоявшееся покушение на свитки и все наши подозрения, предатель был какой-то абстрактной фигурой. Но теперь, когда есть неопровержимые доказательства его деятельности… Я не знаю, что думать, Сириус. Сплошные вопросы! Даст ли нам жизнь ответы хотя бы на некоторые из них?

Оба замолчали, думая каждый о своем. А может и об одном и том же.

Следующим утром Мэри одной из первых перешагнула порог штаба Ордена, чтобы вернуться к работе.

Глава 17


- Ух, как холодно, - поежилась Мэри, плотнее запахиваясь в зимнюю мантию, и довольно улыбнулась. – Хорошо!

Краем глаза МакДональд заметила, что проходившие мимо волшебники, услышавшие ее слова, определенно не разделяли ее восторгов, но лишь еще раз улыбнулась. Вряд ли их пониманию доступно, как приятен бодрящий мороз после недель изматывающей жары, которую с трудом переносят и местные жители, что уж говорить урожденной «северянке». В смысле, девушке, привыкшей к куда более прохладному климату. А зима в этом году выдалась на славу, снежная, морозная. Вряд ли Мэри, всегда любившая зиму, променяла бы ее на духоту, песок и солнце, если бы не задание Дамблдора.

У директора Хогвартса были все основания подозревать, что в знойной аравийской пустыне при раскопках древнего поселения обнаружился след рукописи, имеющей прямое отношение к специализации Мэри, как эксперта Ордена по артефактам. След оказался ложным. Рукопись на поверку оказалась мемуарами какого-то сквиба, ничем не примечательными. Но понадобилось много времени, чтобы в этом разобраться. Даже если бы МакДональд отнеслась к поручению с меньшей долей ответственности, срок пребывания в Аравии не на много бы сократился.

И какими же скучными показались Мэри эти несколько недель. Вроде бы и работа привычная, интересная, и Лили в письмах сообщала, что ничего особенного в Ордене не происходит, все рутинно и буднично, а девушка все равно стремилась домой, к друзьям. Потому-то и стояла она сейчас, счастливая, в центре магического Лондона, на Диагон-аллее, и вдыхала радостно морозный воздух, любуясь облачками выдыхаемого пара.

Короткий зимний день приближался к концу, уже кое-где на небосводе появились не по сезону яркие звезды, и Мэри, только что аппарировавшая, стояла перед выбором: переночевать у родителей и утром прибыть в штаб Ордена с докладом или же сейчас отправиться в штаб, а на завтра перенести встречу с родителями, по которым девушка тоже очень соскучилась. Сожалея, что при всем желании она не сможет успеть сегодня сделать и то, и другое, Мэри МакДональд направилась в штаб Ордена Феникса, зная, что даже в столь поздний час она найдет там всех необходимых людей. Ответственность вновь победила.

Едва перешагнув порог, Мэри поняла: что-то случилось. У входа не было обычного в последнее время караульного, а дверь оказалась запечатана надежным, известным только членам Ордена заклинанием. В коридорах и комнатах было пустынно, хотя ворох мантий в прихожей наглядно свидетельствовал, что в стенах штаба члены Ордена собрались полным составом. Наконец, Мэри услышала нестройный гул голосов за дверью зала, где произошло ее первое знакомство с колдунами Ордена.

Приоткрыв дверь, Мэри прислушалась с единственной целью – понять, следует ли входить на цыпочках, чтобы не помешать собранию, или же можно сразу с порога заявить о себе и успешном завершении возложенной на нее миссии. К ее удивлению, даже стоявшие рядом с входом колдуны никак не отреагировали на появление МакДональд, хотя не могли его не услышать. Они как-то тревожно прислушивались к голосу аврора Грюма, негромко что-то рассказывающего, и обменивались еле слышными репликами.

- …как жаль, что мы не успели…

- …неужели у Темного Лорда и в Отделе Тайн есть шпион?..

- …кто? Бродерик Боуд? Августус Руквуд? Роберт Гавейнс? Не может быть…

- …для него они - предатели чистой крови, сочувствующие маглам, Говорят, Доркас Медоуз как раз была у них в гостях…

- …так и было. И Воландеморт лично убил ее…

- …откуда вообще это стало известно?..

- …один из напавших Пожирателей, Уилкис, перед смертью «поделился» своими воспоминаниями…

- …бедная девочка, как мы ей скажем…

Произнесший последнюю фразу Фрэнк Лонгботтом вдруг повернулся и встретился глазами с Мэри, все еще нерешительно стоявшей в коридоре у полуоткрытой двери. В тот же момент девушке стало нехорошо от внезапного предчувствия, что обсуждаемое касается ее напрямую. Она заметила, как забегали глаза Фрэнка, будто он пытается что-то скрыть, как замолчал он на полуслове, а вслед за ним замолкали и другие, заметившие ее: Алиса, Марлин, Стерджис, Питер, Ремус. Джеймс, Лили. Сириус…

В наступившей мертвой тишине МакДональд, наконец, пересекла порог комнаты и медленно пошла мимо расступающихся перед нею друзей, провожавших ее сочувствующими виноватыми взглядами. Мэри чувствовала, как с каждым шагом кровь отливает от щек, и умирает надежда, что ввергшее членов Ордена в шок происшествие все же не имеет к ней отношения.

Последним шансом, тонкой соломинкой, удерживающей Мэри на краю отчаяния, был взгляд, брошенный девушкой на профессора Дамблдора и Аластора Грюма. Глаза первого смотрели на нее с ласковой грустью, второй – решительно-серьезно.

- Что случилось? – выдавила Мэри, вцепившись в мантию, чтобы не было заметно, как дрожат ее пальцы.

Профессор поправил очки и шагнул навстречу девушке.

- Хорошо, что вы вернулись, Мэри. Но вернулись вы в недобрую минуту. Идет война, и какие бы меры не предпринимались, она не обходится без жертв. Мне очень неприятно, но я должен сообщить вам, что на этот раз беда постучалась в ваши двери. Несколько часов назад Воландеморт и его приспешники совершили очередное нападение на… вашу семью. Орден Феникса сделал все возможное, мы спешили, как могли, но, к сожалению, опоздали…

У Мэри все поплыло перед глазами, перехватило дыхание, и сердце заболело, будто его пронзили сотни острых иголочек.

- «Нет! Неправда! Этого не может быть! Это просто чья-то злая шутка!..» - очень хотелось закричать девушке, но язык отказывался повиноваться. Вообще все ее существо будто разорвали на две части. Одна понимала, что слова директора Хогвартса – страшная правда. Другая всеми силами сопротивлялась тому, что сбылся самый жуткий из всех кошмаров, когда-либо мелькавших в мыслях. И Мэри почувствовала, что именно эта, вторая, неверующая, часть побеждает. Что это слишком просто и неправильно – поверить словам. Пусть даже эти слова сказал сам Альбус Дамблдор.

Так и не произнеся ни слова, Мэри резко развернулась и побежала. Кто-то окликнул ее, она даже не поняла, кто, и не остановилась. Единственное, что ей сейчас было нужно: выбраться из штаба и как можно быстрее аппарировать домой. Домой, где все в порядке, где мама и папа, которые ждут ее, которые скучали по Мэри даже больше, чем она по ним.

Удивительно, как она не расщепилась во время аппарации, так поспешно и рассеянно Мэри совершила скачок. Приземлившись на знакомой улице, лихорадочно огляделась. Вокруг не было ни души: ни зевак, ни пострадавших; ни живых, ни мертвых. Только в черном ночном небе светился зеленоватый размытый контур, нарисовать который МакДональд могла по памяти, столько раз видела она его на картинках и колдографиях, но никогда вживую – метка Пожирателей. Знак Темного Лорда. Череп с вылезающей из его рта змеей. Если то, что сказал Дамблдор, правда, метка висит над ее домом. Но где же тогда он? И что это за древние руины на его месте?

Мэри не верила своим глазам. Это чудовище с закопченными стенами, зияющее черными глазницами выбитых окон и ощеренной зубами разломанной двери пастью входа не могло быть ее домом, всегда таким аккуратным, чистеньким, с фасадом, увитым плетущимися растениями, с материнской гордостью - палисадником. Можно было не поверить словам директора, но не поверить собственным глазам девушка не могла. Осознание случившейся беды тяжким грузом легло на плечи, будто реальная ноша, и МакДональд пошатнулась, зажмурившись.

Чьи-то руки обняли ее и знакомый голос, правда, Мэри сейчас никак не могла вспомнить, кому он принадлежит, сказал:

- Пойдем отсюда, Мэри, пойдем… Тут уже ничего не поделаешь…

МакДональд подчинилась. Без особой охоты, но и без сопротивления, безразлично. Ей было все равно, куда идти сейчас. Теперь Мэри предстояло решить куда более серьезный вопрос: как жить дальше?

Глава 18


Еще одна бессонная ночь. Сколько их уже было? Проще сказать, сколько раз в последнее время Мэри забывалась тревожным сном, пронизанным кошмарами. Все слилось в сплошную серую массу безрадостного времени, одна часть из которого проходила в штабе Ордена, другая – в доме Блэка.

- Вы же знаете, Мэри, - все время звучал в голове МакДональд голос профессора Дамблдора, - как интересны Темному Лорду свитки Девяти Неизвестных. Мы приняли меры, чтобы защитить их, вас и ваших родителей. Увы, не все наши усилия оказались успешными. Ваш отец согласился воспользоваться «фиделиусом», выбрав в качестве Хранителя, беспрецедентный случай, самого себя. Он открыл тайну немногим, в основном своим коллегам по Отделу Тайн. Но оказалось, что в Отделе у Лорда тоже есть шпион, имя его нам пока неизвестно, который передал хозяину полученную информацию. Нагрянув к вам домой, Лорд и его подручные застали там ваших родителей и Доркас. Не добившись ничего, но встретив отчаянное сопротивление, Воландеморт приказал убить ваших родителей, а с Медоуз расправился лично. Ваш отец успел отправить нам зов о помощи, прибыв на который мы уже не увидели Лорда и большинства Пожирателей, только тела убитых и смертельно раненого Уилкиса, чьи воспоминания собрал Аластор. Именно они позволили нам более-менее восстановить картину произошедшего. Мэри, в моем лице весь Орден Феникса соболезнует вам. Вы вправе винить нас в смерти ваших родителей, но, надеюсь, верите, что были приняты все возможные предосторожности. Жаль, что их оказалось недостаточно.

Слушая проникновенную речь директора, Мэри думала, что уж если и винит кого-то, так это себя. Но не за то, что мама и папа погибли. После приключений дочери МакДональды отдавали себе отчет, чем может для всех них окончиться сотрудничество с Орденом Феникса, и Мэри гордилась родителями, павшими в бою, как герои. Девушка обвиняла себя в том, что с головой уйдя в работу, слишком мало времени уделяла родителям, оставляя на потом душевные разговоры, семейные посиделки и тому подобные вещи. Теперь-то уж она точно знала, что «потом» не бывает. Больше Мэри уже не сможет спросить у отца совета, поделиться с мамой переживаниями, сказать родителям, как она их любит.

Равнодушно выслушала девушка как надежды Дамблдора на то, что мисс МакДональд продолжит свою работу в Ордене, который обязательно станет ее второй семьей, так и заверения Блэка, что «его дом – это ее дом». Это потом она обеспокоится собственным будущим, сейчас же Мэри интересовало только то, что ревностно охраняло ее уединение, потому как МакДональд не могла выносить жалостливых, направленных на нее взглядов. Пока что девушка не хотела видеть даже Лили, скрываясь от подруги и других, желающих ее увидеть, днем – за защитными заклинаниями кабинета, ночью – за дверью своей комнаты.

Загруженные работой дни не причиняли особых неудобств, а вот бессонные ночи... Ночью Мэри оставалась один на один со своей болью, со временем и дома она стала заглушать ее работой. Частенько Сириус, Лили и Джеймс, так же гостившие в доме Блэка, остановившись возле двери МакДональд, слышали:

- Агглюциум… Ассументум… Энодо… Эксургерум… Лимило… Планарум… Репаро… Тегументум либри…

И что-то склеивалось, чинилось, очищалось, стиралось, отжималось, зашивалось, разглаживалось, развязывалось, переплеталось.

Как бы ни хотелось друзьям нарушить уединение Мэри, они этого не делали, терпеливо ожидая, когда она сама захочет общения с ними или хотя бы выберется за пределы возведенных вокруг нее стен. Произошло это раньше, чем кто-либо мог предположить.

Очередная бессонная ночь только началась, время едва перевалило за полночь, когда Мэри поняла, что ее комната сияет просто-таки нереальными чистотой и порядком, а значит ей больше нечем себя занять. Стоя перед выбором всю ночь пялиться в пустоту или же расширить площадь деятельности, девушка предпочла второе. Стараясь не шуметь, чтобы ненароком не разбудить остальных, используя в качестве источника света «люмусный» огонек на кончике волшебной палочки, МакДональд спустилась на первый этаж и свернула по коридору направо к редко посещаемым и оттого достаточно пыльным комнатам, открыла первую попавшуюся дверь и оказалась в библиотеке.

Просторная комната с камином, сверху донизу заполненными книгами стеллажами во всю стену, большим окном с тяжелыми бархатными шторами и кожаными креслами как никакая другая отвечала пожеланиям Мэри – работы в ней был непочатый край.

Плотно притворив за собой дверь, девушка заклинанием зажгла свечи в двух массивных шандалах, немного подумав, растопила камин и осмотрелась чуть тщательней. Как и большинство других комнат дома, библиотека была выдержана в зеленых тонах. Малахитовые портьеры, обои бутылочного цвета с серебристыми прожилками, переплетающимися в замысловатый узор, ворсистый темно-зеленый ковер удачно сочетались с паркетом и мебелью из ореха и коричневой кожи. Уж не драконья ли? Впрочем, Мэри нисколько этому не удивилась: Блэки были состоятельным семейством, и дядя Сириуса – не исключение. Он, как уже не раз замечала девушка, любил дорогие безделушки, вон их сколько в библиотеке. Но внимание МакДональд, что не удивительно, привлекли книги, преимущественно старинные, некоторые с «налетом» Темной магии, большинство – в ужасном состоянии. С них-то Мэри и решила начать.

Но только теперь это не было банальной уборкой. Переплетая, подклеивая, очищая грязь и пыль, МакДональд читала, где-то только названия, где-то целые главы. Не удивительно, что когда она дошла всего лишь до второй полки, за окном забрезжил рассвет. Однако чуть разбавленный светом просыпающегося солнца сумрак был не единственным, что вдруг заметила Мэри. Девушка также поняла, что в библиотеке она не одна.

- Доброй ночи, Сириус. Или уже «доброе утро»? Давно наблюдаешь? Я не слышала, как ты вошел.

- Не удивительно, - Блэк стоял, скрестив руки на груди, с таким видом, будто он уже несколько часов подпирал дверной косяк. – Ты была так поглощена чтением. Вот уж не думал, что «Сказки барда Бидля» могут быть интересны девице твоего возраста.

Мэри вернула книгу на место и присела на край дивана.

- Это были не сказки. Вообще-то я здесь совсем другим занимаюсь.

- Что же ты делаешь? – поинтересовался Блэк, присаживаясь в кресло напротив.

- Совмещаю приятное с полезным: убиваю время и навожу порядок.

- И что из этого считается «приятным», а что «полезным»?

- На твой выбор, Сириус.

Парень хмыкнул.

- Извини, ни в одном из предложенных тобой вариантов я не нахожу ничего приятного.

- Ты, да. А вот я нахожу. Уж лучше заниматься делом, все равно каким, чем тупо разглядывать стены, думая о том, что ты уже не в силах изменить.

Вряд ли Мэри удалось бы придумать еще более размытую формулировку, чтобы передать свои чувства, но ее все еще не тянуло на откровенность, даже с друзьями. МакДональд только недавно сама это поняла и еще не знала, как объяснить остальным, что она бежит от их сочувствия не потому, что оно ей не нужно. Мэри просто боялась, что начнет жалеть сама себя и совсем погрязнет в безудержной скорби, никогда не оправится. А еще, впервые за последние дни открыто посмотрев в глаза другу, девушка поняла, что как раз Блэку ей ничего не надо объяснять, он все сам прекрасно знает. И нет жалости в его взгляде, только желание помочь: справиться с собой, пережить горе, подумать о будущем.

Потеряв счет времени, Мэри и Сириус смотрели друг на друга, не очень-то понимая, о чем их молчаливый диалог. Вдруг Блэк решительно встал и протянул девушке руку.

- Поехали!

- Куда? – Мэри растерялась.

- Увидишь, - Блэк прищурился. - Или ты все еще меня боишься?

Девушка встала чуть менее решительно, чем пару секунд назад ее собеседник.

- Я много чего боялась в своей жизни, Сириус, - проговорила она.- Может быть даже и тебя. Но только сейчас я поняла, чего действительно стоило бояться. Просто мой домашний наряд – не лучшая форма одежды для утренней зимней прогулки.

- Чем тебе не нравится твоя пижама?

Мэри предпочла оставить без комментария отзыв Блэка о своем одеянии, которое совсем не было пижамой, отметив кое-что другое:

- Вообще-то мы замерзнем.

- Вообще-то мы – волшебники, - снисходительно улыбнулся Блэк, бесцеремонно хватая Мэри за руку и увлекая к выходу из дома. – Накинешь мою куртку, раз такая мерзлячка.

У самой двери Мэри притормозила.

- Может, ты все же скажешь мне, что задумал? – сердито спросила она, не особо рассчитывая на ответ. Но Сириус все же ответил:

- Ничего особенного. Я просто хочу показать тебе, что, по моему мнению, называется «приятным».

Глава 19


При всем своем равнодушии к чему бы то ни было, окружающему ее в последнее время, Мэри не смогла скрыть восхищения картиной, развернувшейся далеко внизу. Сидящая за спиной Блэка на его летающем мотоцикле, облаченная в его куртку, как парень и обещал, но совершенно не чувствующая холода благодаря согревающему заклинанию, девушка с интересом разглядывала быстро сменяющие друг друга заснеженные пейзажи: будь то равнина или холм, город или поселок. Она никогда не предполагала, что у белого цвета может быть столько оттенков.

- Впечатляет, – приобернувшись, уверенно заявил Блэк, хотя Мэри ни разу не выразила своих чувств сколь-нибудь заметным образом. – Но это только цветочки. Самое интересное ждет тебя впереди…

В тот же миг и без того немалая скорость стала еще больше, и Мэри напрасно пыталась различить что-то в серебристо-серой дымке, окружившей мотоцикл. Наоборот, ей ужасно захотелось зажмуриться, потому как от быстро сменяющихся размытых картин вдруг страшно закружилась голова. К тому же противно засвистело в ушах, и Мэри не удержалась от комментария:

- Блэк, если под «самым интересным» ты подразумевал преодолении звукового барьера, то я тебя огорчу – мне это совсем не кажется занимательным…

- Жаль, я так старался! – ответил парень, не оборачиваясь, но МакДональд буквально почувствовала его улыбку. – Ну, ничего, у меня есть запасной вариант. Пассажиров просят пристегнуться, мы снижаемся!

Скорость вновь убавилась до нормальной, такой, что можно было различить окружающий пейзаж. Но Мэри опять не увидела ничего, кроме белоснежных облаков, напоминающих огромные куски ваты, расцвеченные лучами солнца во всевозможные оттенки от золотистого до нежно-розового. Это, бесспорно, было красиво, необычно - лететь среди облаков, чувствуя себя почти что ангелом, но все же недостаточно, чтобы полностью стереть грусть с лица девушки.

Но тут облака расступились, и Мэри не сдержала удивленного возгласа.

- По-моему, ты все же заинтересовалась, - услышала МакДональд довольный голос Блэка.

- Да уж, Сириус, никогда бы не подумала, что ты знаешь толк в сюрпризах, - рассеянно ответила Мэри, потрясенно разглядывая представший ее взору вид.


Солнце, вода, песок… Казалось бы, что в этом необычного? Но девушка даже не предполагала, сколько эмоций это может вызвать. Оказывается, как это приятно - холодным зимним утром вдруг оказаться в раю, где светит яркое солнце и дует ласковый теплый бриз.

- Где это мы? - спросила Мэри.

- Откуда мне знать, я же не компас, - хитро ответил Сириус. - Да и какая разница. Ты, главное, посмотри, как здесь красиво.

Подозревая, что Блэк знает их местоположение лучше, чем хочет показать, девушка не стала настаивать. Действительно, какая разница, как называется этот бескрайний синий океан, какие координаты у множества тех островков разных размеров, напоминающих рассыпанные бусы, если это восхитительно. Она, конечно, попутешествовала по миру, но никогда еще не видела таких снежно-белых пляжей и горных вершин, лазурных лагун и коралловых рифов, такой феерически-огненной полосы восхода на горизонте и черных скал, вздымающихся из пучины волн. Ей было все равно, существует ли эта потрясающей красоты природа на самом деле, или же это всего лишь результат чьих-то магических усилий. Девушка просто смотрела, жадно впитывая первобытное очарование стремительных рек и водопадов, обилия буйной зелени и яркость красок экзотических цветов, чей приторно-сладкий аромат, казалось, она чувствовала, несмотря на головокружительную высоту их полета.


Взметнув облачко белого песка, мотоцикл приземлился, Мэри торопливо соскочила и, скинув обувь, с наслаждением позволила босым ногам утонуть в миллиардах теплых песчинок. Когда же она начала стаскивать теперь совсем уже ненужную куртку Сириуса, то вздрогнула от возмущенного окрика:

- Ты что! Замерзнешь!

- Хорош подкалывать, Блэк, - притворно-обижено насупилась Мэри и тут же широко улыбнулась в ответ на такую же улыбку парня:

- Я же только начал.

- И сразу перестал. Ну, сморозила девушка глупость. С кем не бывает? Я же не знала, что в твоей голове крутилась мысль устроить мне экскурсию по местам боевой славы Робинзона Крузо и его последователей.

- Робинзона кого? - удивленно переспросил Блэк.

- Крузо! Это герой магловской книги, потерпевший кораблекрушение и много лет проживший на таком вот острове, - Мэри испытала некоторое удовлетворение от того, что ей удалось поставить парня в тупик. - Ладно, забудь.

- Какие мы, однако, начитанные, - усмехнулся Блэк.

- Чего и вам желаю, - парировала Мэри, осматриваясь.

Остров, на который они приземлились, с высоты птичьего полета выглядел крошечным и имел идеально круглую форму. Естественно, на самом деле он оказался совсем не таким маленьким. Полоса пляжа, омываемая невероятной прозрачности океанским прибоем, почти резко перегораживалась стеной пальмовых стволов, опутанных лианами, по которым шустро сновали несколько больших черных попугаев, совершенно равнодушно реагирующих на прибытие людей.

- Смотри-ка, птички нас совсем не боятся, - обратилась Мэри к спутнику. - Наверное, никогда людей не видели. Счастливые! Они не знают, какими чудовищами мы порой можем быть.

Вздохнув, МакДональд направилась к выглядывающему из песка камню, достаточно большому и удобному, чтобы присесть, облокотившись о него спиной. Казалось, красота этого волшебного местечка вмиг перестала для нее существовать. Спустя минуту, Сириус присел рядом. Какое-то время оба молчали, потом Мэри спросила:

- Зачем ты привез меня сюда, Сириус?

- Честно?

- Честно.

- Чтобы поговорить. Мне надоело твое добровольное двойное затворничество. Я понимаю всю боль твоей потери, но не могу смотреть, как ты закрылась в себе. А потом, как будто первого недостаточно, - еще и в своей комнате. Если бы этой ночью ты не выбралась в библиотеку, клянусь, я бы вынес каким-нибудь мощным заклинанием дверь твоей спальни, и вытащил тебя из четырех стен, за которыми ты скрылась. А Лили с Джеймсом поддержали бы меня, уверен.

- Вот только не надо меня жалеть.

- А тебя никто и не жалеет, кроме тебя самой. Тебе сочувствуют. Разницу понимаешь? Да, твоих родителей больше нет, но ты-то есть. Ты пока еще жива. И должна жить дальше, - Сириус, казалось, не замечал, что почти кричит. - Слышишь? Жить! А не прятаться в скорлупе одиночества, не скорбеть и страдать. Думаешь, твои родители одобрили бы это? Что молчишь? Нечем крыть? Эй, ты чего!..

Не сказать, чтобы Мэри не слушала гневную тираду Блэка, просто его слова оказались настолько созвучны тому, что уже давно твердил ее внутренний голос, что девушке казалось, будто их говорит не Сириус, а отец, всегда такой строгий и рассудительный, и что смотрит сейчас на нее ни возмущенный приятель, а мама с ласковой укоризной. Действительно, разве этому учили ее они, разве так должна вести себя Мэри МакДональд? Разве не предает она память героев-родителей своим безграничным горем, тогда как должна действовать, сделать все, чтобы их смерть не была напрасной?

Каждая из этих мыслей молотом била по тому, что Сириус назвал "скорлупой одиночества". И им удалось, наконец, пробить ее. А через трещину сразу же просочились на волю эмоции, так долго сдерживаемые. И впервые за все эти дни Мэри расплакалась. Сначала как-то осторожно, будто забыв, как это делается, а потом - от души разрыдавшись в голос, уткнувшись в плечо мгновенно замолчавшему Блэку.

И от этих прорвавших плотину слез, приведших в замешательство Сириуса, стало легче, будто с души упал тяжелый груз. Но его место мгновенно заняла усталость, скопившаяся за последние дни. Она накатывала волнами на изможденную длительной бессонницей девушку, усиливаясь с каждым всхлипом, и, в конце концов, Мэри сама не заметила, как заснула.


Проснувшись, Мэри не знала, чему ей удивляться в первую очередь: тому, что, выплакавшись и выспавшись, она чувствовала себя невероятно отдохнувшей, бодрой и готовой к действиям, тому, что утреннее солнце так резко скакнуло вверх, и день уже перевалил на вторую свою половину или же тому, что проснулась она в объятьях Блэка. Она помнила, как заснула у Сириуса на плече. Теперь же ее голова покоилась на его груди, одной рукой парень обнимал ее, а второй держал волшебную палочку, из острия которой вверх тянулась тоненькая серебристая ниточка, будто воздушный шарик привязавшая над островом небольшое облако, создающее приятную тень над местом, где сидели молодые люди. МакДональд пошевелилась, и обнимающая ее рука исчезла, позволяя девушке выпрямиться.

- Сколько я спала? - Мэри сказала это просто для того, чтобы что-нибудь сказать.

- Долго… - ответил Сириус, отпустив облако в свободный полет и довольно потянувшись, будто это он спал много часов, а не она.

- Нас, наверное, уже хватились. Мерлин, срочно возвращаемся! - девушка сделала попытку встать.

- Не волнуйся, - остановил ее парень. - Если бы мы кому-то понадобились, Дамблдор нас нашел бы, - затем, загадочно улыбнувшись, он продолжил. - Кроме того, наш разговор не окончен.

- И сколько еще всего такого умного и неприятного мне предстоит сегодня от тебя выслушать?

- Разве то, что я сказал, было настолько уж… умным?

- Ого! А я-то думала, что основные непонятки будут со словом "неприятно". Ну да ладно. Продолжай свой воспитательный монолог, а я еще посплю. Не представляешь, как хорошо спится под твое монотонное бурчание.

- Ужас, какой нелестный отзыв. Что же я за мужчина, если оставшись наедине со мной, единственное, чего хочется девушке, - это спать. Быть мне до старости одиноким и никому не нужным, - усмехнулся Блэк.

- Ой, "одинокий, никому не нужный"! - в свою очередь ухмыльнулась Мэри. - А то я не помню, как по тебе все девчонки Хогвартса сохли, и не только гриффиндорки-ровесницы. Помнишь ту приторно-слащавую блондинку с Хаффлпаффа?

- Нет, не помню. Меня как-то не очень волновало, кому нравился я, важнее кто мне нравился. А нравилась мне ты. Всегда.

Мэри опешила. Мягко говоря, она была удивлена, в какое русло неожиданно свернул их разговор. Но еще удивительнее было то, что ей не хотелось его прекращать.

- Нравилась «всего лишь одна из многих»?.. И ты думаешь, я в это поверю? Мне до сих пор снятся твои глупые шуточки, некоторые я бы даже назвала жестокими…

- "Всего лишь одна из многих". Запомнила же… - Сириус вздохнул, глядя на девушку серьезно, как никогда. - А что касается Хогвартса…Тогда я был мальчишкой, мне и в голову не приходило, что с девушками надо обращаться как-то иначе. А когда пришло, оказалось, что я уже все испортил, и ты прячешься от меня, как пикси от бубонтюбера, любой знак внимания расцениваешь, как попытку обидеть.

- Не льсти себе, Блэк! Ничего я от тебя не пряталась.

- Хорошо, пусть не пряталась, пусть близко не подпускала. Главное, что я не мог исправить ситуацию. Вспомни все по-честному, так ли тебе доставалось от меня последние несколько лет учебы?

- И теперь ты, видимо, решил, что "исправить ситуацию" самое время?

- Если ты мне позволишь хотя бы попытаться…

- А знаешь - позволю, - Мэри и сама была огорошена сказанным. - Потому что считаю, что в твоих словах много истины, а против нее не попрешь. Я слишком долго лелеяла свои детские обиды, и, возможно, относилась к тебе предвзято. Но… я не обещаю, что сразу поменяю свое мнение о тебе…

Говоря это, МакДональд понимала, что несколько переиначивает действительность. На самом деле она уже давно не относилась к Сириусу так, как в детстве, но, признавшись в этом самой себе, она пока не собиралась открываться Блэку.

- Ты не представляешь, как я счастлив это слышать, - парень улыбнулся с искренней радостью, - и хочу, чтобы ты поняла: ты действительно "всего лишь ОДНА из многих". Самая-самая.

Он протянул руку к лицу Мэри и отбросил с него выбившиеся из причёски прядки, наблюдая за реакцией девушки на его жест.

- И ещё одно, - Сириус немного помедлил. - Я никогда не прощу себе, если не сделаю это сейчас…

Медленно приблизившись, он на мгновение замер, будто раздумывая, но потом всё же дотронулся до её губ своими. Всего лишь секунду длился этот практически невинный поцелуй, но за это время сердце девушки проделало огромный путь от груди до земли, она почувствовала, что вот оно, это волнующее чувство, которое заставляет забыть обо всём. Откуда оно взялось, где пряталось и почему совершенно не удивило ее своим появлением? Однако секунда - слишком мало, чтобы понять свои чувства, слишком мало, чтобы разобраться даже в самой себе…

Сириус отстранился от девушки и хотел было встать, но Мэри ему не позволила, потянулась вперёд и, подчиняясь чему-то, давно живущему внутри, но еще совершенно непонятному, прижалась к парню, в глубине души опасаясь, что делает что-то непозволительное. В ту же секунду она почувствовала, как его руки жадно прижали ее к себе, и словно провалилась в пропасть чувств и ощущений…


В обратный путь отправились, когда солнце, устало улыбнувшись напоследок, нырнуло за горизонт, а на черном небе засияли первые звезды. Дорогой, прижимаясь щекой к спине Сириуса, Мэри про себя недоумевала, как это раньше ей не нравилось ездить, или правильней будет - летать, на мотоцикле? Ведь это так удобно, так здорово, аж дух захватывает. Зажмурившись, когда скорость снова зашкалила где-то в районе "супербыстро", девушка уже не боролась с головокружением, вновь и вновь мысленно переживая некоторые особо яркие моменты сегодняшнего неожиданного свидания, ведь как-то иначе назвать день, проведенный с Сириусом, язык не поворачивался.

Она вспоминала, как проголодавшись, они вместе выловили какую-то странного вида рыбу, а потом долго спорили - можно ли ее есть. Как Сириус мастерски приготовил ту на костре, а потом кормил Мэри самыми, на его взгляд, вкусными кусочками, а так же не менее экзотическими фруктами, коих на острове оказалось в изобилии. Как пытались, правда, безуспешно, научить особо смелого попугая словам гимна Хогвартса. Как, смеясь, без помощи магии вытряхивали песок из одежды и обуви. Мэри вспоминала это и кое-что еще, заставляющее сердце биться часто-часто, а лицо пылать.

Перед самым стартом, когда, собравшись, они уже стояли возле мотоцикла, Блэк обхватил лицо Мэри ладонями и, заставляя тем самым смотреть ему прямо в глаза, спросил:

- Теперь ты понимаешь, что такое «приятно»?

Чувствуя, что краснеет, девушка выдержала взгляд парня и произнесла:

- Что из всего того, что мы сегодня сделали, ты называешь приятным?

Тот улыбнулся:

- На твой выбор, Мэри, - и вновь потянулся к ней, что отсрочило их возвращение на несколько минут.

МакДональд даже не заметила, когда далеко внизу замелькали снежные английские пейзажи и подул пронизывающий зимний ветер. Ее согревали теснящиеся сейчас в голове воспоминания, куртка Сириуса и осознание того, что ей снова есть, для кого жить. В жизни снова появился смысл - ее любовь. Значит, жизнь продолжается!


Едва Мэри и Сириус, обнявшись, пересекли порог дома, на них обрушился ураган.

- Вот они где, голубчики! – раздался веселый голос Лили. - Мы тут места не находим…

Поттер стояла, возмущенно уперевшись кулаками в бока, на пороге кухни. Окинув взглядом отпрянувших друг от друга Сириуса и Мэри, которая ко всему еще и покраснела, она продолжила:

- Так! Визенгамоту все ясно. Вас можно поздравить?

МакДональд покраснела еще сильней, хотя, казалось, это уже невозможно, и жалобно пискнула:

- Лили, что ты такое говоришь?

Блэк же, нимало не смутившись, снова крепко прижал девушку к себе и довольно проговорил:

- Ну не знаю, как Мэри, а меня можешь поздравить! Как же все-таки хорошо иметь друзей, которым ничего не надо объяснять.

И буквально потащил еле передвигающую ноги от усталости (и совсем чуть-чуть от смущения) Мэри за собой на второй этаж. Наверху молодые люди разошлись по своим комнатам.

Не успела МакДональд закрыть за собой дверь, как в нее постучали, и Лили, не дожидаясь ответа, проскользнула в комнату подруги.

- Кажется, ты не очень-то рада переменам, произошедшим в твоей личной жизни. Что-то пошло не так?

Мэри присела на край кровати, машинально взяв подаренную Сириусом мягкую игрушку и прижав ее к себе.

- Нет, Лили, что ты! Все было просто замечательно. Гораздо лучше, чем в самых смелых тайных мечтах, - проговорила она. - Просто я в замешательстве. Если бы мне еще год назад кто-нибудь сказал, что я влюблюсь в Блэка, я бы того точно заавадила, хоть это преступление… хоть я и не умею… Ведь этого ничто не предвещало! Я же его просто ненавидела! Казалось, что и он меня тоже. А теперь… Может, мы сегодня совершили самую страшную ошибку в своей жизни?

Лили подсела к подруге и обняла ее.

- Брось, Мэри. Вы могли сколько угодно изводить друг друга колкостями и насмешками, изодрать друг друга в кровь заклинаниями, но лично мне еще с Хогвартса было ясно, чем все закончится.

Мэри возмущенно вскинула голову:

- Как интересно! Значит, я не знала, а ты знала? Кто еще у нас такой же сообразительный?

Лили хитро улыбнулась и, к ужасу Мэри, начала перечислять:

- Ремус, Джеймс, Питер, Фрэнк, Алиса, Марлин…

- Короче, все, кроме меня.

МакДональд обиженно насупилась, чем вызвала довольный смешок подруги:

- Да ладно тебе, Мэри. Лучше честно признай, что все эти годы ты упорно отказывалась замечать не только то, что ты нравишься Сириусу, но даже то, что и он тебе нравится. Нужно было лишь немного времени, чтобы у тебя открылись, наконец, глаза.

- Значит, я не зря подозревала, что та развлекательная суббота была тщательно спланированной акцией?

- Мы с Джеймсом всего лишь раз попытались слегка ускорить процесс, а дальше вы уже сами справились. Ну, не дуйся! Все хорошо, что хорошо заканчивается. Хотя в вашем случае все только начинается. Как же я тебе завидую…

Настала очередь Мэри хитро улыбнуться:

- Миссис Поттер! Тебя ли я слышу? Что ты такое говоришь?

- Не притворяйся, МакДональд, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, - парировала Лили. - Мы с Джеймсом женаты, он – замечательный, самый лучший, но иногда так хочется вернуться в то время, когда мы только поняли, что влюблены… Даже сейчас, когда мы уже послали сову к аисту за сынишкой.

МакДональд непонимающе уставилась на подругу:

- Что за орнитологические загадки? - и тут до нее дошел смысл сказанного. - Лили, правда?!

- Угу, - подтверждающе кивнула сияющая миссис Поттер. - И ты первая, после нас с Джеймсом, с кем я делюсь этой радостной новостью.

- Разумеется. Ведь это привилегия лучшей подруги, не так ли?

- Так-так! И прекращай заниматься самоанализом. В жизни ничего не происходит случайно, и все всегда приходит к своему логическому завершению. И вы с Сириусом ничем не лучше других, чтобы ради вас переписывать законы мирозданья. Просто живи и будь счастлива.

И Лили ушла, предоставив Мэри еще раз все обдумать и прийти к выводу, что миссис Поттер права. И когда только она успела нахвататься этой житейской мудрости? Неужели замужество на ней так благотворно сказалось?

Глава 20


Просыпаться в объятиях любимого человека - что может быть лучше? Во всяком случае, Мэри не приходило в голову никакой подходящей замены. Разговор с Лили, а особенно слова подруги о логическом завершении, сказанные в конце, как-то сняли все ненужные вопросы, и МакДональд даже не пыталась покраснеть, когда чета Поттеров видела ее или Сириуса, выходящими не из своей комнаты.

Принимать свои отношения с Блэком такими, как они есть сейчас, без оглядки на прошлое и какие-то привитые обществом субъективные представления - это было первое решение, принятое Мэри МакДональд, решившей начать новую жизнь. Было еще и второе решение, на обдумывание и принятие которого девушка потратила значительно меньше времени, но и оно тоже было результатом разговора, только с Сириусом.

Так уж получилось, что незадолго до новогодних праздников Мэри МакДональд закончила работу над свитками Девяти Неизвестных. Совсем закончила, исправив все двусмысленности и погрешности перевода и переписав набело, без единой помарки. Тут-то перед ней снова, правда, не столь категорично, как после гибели родителей, стал вопрос: а что же дальше? Ясное дело, пригласив ее в Орден, Альбус Дамблдор не оставит девушку без работы. Но при одной мысли, что ей снова придется днями и ночами просиживать за переводом текстов с ветхих древних пергаментов, Мэри впадала в уныние. И это она - та, которая раньше не мыслила для себя другой работы!

- Мы все меняемся под действием обстоятельств, - помнится, говорил отец, и теперь Мэри поняла, что имелось в виду.

В кабинет главы Ордена Феникса девушка вошла, намереваясь совместить в одном разговоре сразу два: отчитаться в проделанной работе и попросить повышения. Во всяком случае, именно так она мысленно называла желанные изменения своего статуса в Ордене. Первая часть беседы закончилась быстро: профессор Дамблдор просто принял из рук МакДональд шкатулку с оригиналами свитков и переводом, и кратко, но душевно, поблагодарил девушку за оперативность и качество, упомянув, что дальнейшая их судьба не должна волновать Мэри.

- Однако что-то мне подсказывает, что наш разговор еще не окончен, - вдруг неожиданно сказал профессор, и МакДональд в очередной раз поразилась его проницательности.

Глубокий вдох, чтобы унять волнение, собраться с мыслями, припомнить заготовленные фразы, и Мэри выпалила на одном дыхании:

- Да, профессор, помимо передачи свитков, я хотела бы еще попросить вас кое о чем. Пожалуйста, переведите меня на место Доркас Медоуз. Я понимаю, что до ее уровня мне далеко, но просто сидеть за книгами я больше не могу и не хочу. Мне стыдно листать бумажки, когда другие рискуют головой за наше общее дело. Я хочу быть, действительно, полезной. Особенно сейчас, когда у меня свои счеты с врагом!

- Если я правильно понял, - если Дамблдор и удивился, то вида не подал, - вы хотите перейти из отдела разработок в группу оперативного реагирования?

- Да, профессор, - кивнула Мэри, чувствуя, как взмокли ее ладони.

- Хм, - директор пристально посмотрел на девушку. - С одной стороны, это очень своевременная просьба. Мало того, что мы потеряли Доркас и Карадока, в скором времени группа лишится еще двух сотрудников. Вернее, сотрудниц. По воле Мерлина, ваша подруга, миссис Поттер, и аврор Лонгботтом месяца два как находятся в интересном положении. Хоть они и не настроены бросать работу в Ордене Феникса, у кого поднимется рука без особой на то необходимости тревожить беременную женщину или молодую мать? Не у меня, уж вы поверьте. С другой стороны, и вы сами это признаете, ваша подготовка. Она неплоха, но практики вам не хватает. И я сейчас говорю не о тренировках в штабе. Кроме того, меня смущает ваше намерение сводить с врагами счеты. Именно на этой должности колдуну особенно нужны хладнокровие и здравомыслие. Увы, нацеленный на месть разум не может похвастаться ни тем, ни другим.

- Но, профессор, - вклинилась Мэри, всерьез испугавшаяся, что неудачно сформулированная мысль повлечет незамедлительный отказ. - Я совсем не собираюсь, очертя голову, бездумно искать приключений. Под сведением счетов я подразумеваю всего лишь смену своей нынешней роли в Ордене на более активную. Не хочу отсиживаться в штабе, когда другие рискуют.

- Позвольте напомнить, что ваше "отсиживание в штабе" тоже не было лишено риска...

- …в чем целиком и полностью моя вина. Я никогда не попала бы в плен к Темному Лорду и его Пожирателям, если бы точно следовала вашим советам. Обещаю, если вы удовлетворите мою просьбу, слушаться вас беспрекословно.

Тень лукавой улыбки промелькнула в глазах за очками-половинками.

- Мой опыт подсказывает, что лучше мне сделать вид, будто я не расслышал вашу последнюю фразу.

Мэри смущенно улыбнулась. Стремясь достичь желаемого, она была готова пообещать что угодно, и, конечно же, умудренный опытом Дамблдор не мог этого не понять.

- Давайте поступим так, - продолжил директор, и МакДональд насторожилась. - Я включу вас в одну из групп в качестве стажера. Так вы получите необходимый опыт, который не будет лишним, даже если вы передумаете и предпочтете вернуться к работе с артефактами, а группа присмотрится к вам. По результатам стажировки мы все вместе примем решение. Думаю, вы так же не будете возражать, если вашими компаньонами станут друзья-однокурсники.

Сказать, что Мэри была счастлива, значит ничего не сказать. Наверное, если бы между нею и Дамблдором не стоял массивный сосновый стол, девушка в порыве чувств кинулась бы к директору с объятьями. А так она всего лишь порывисто вскочила со словами:

- Спасибо, профессор! Огромное спасибо! Клянусь, вы не пожалеете.

- Нисколько в этом не сомневаюсь, - улыбнулся директор. - Надеюсь, только, что в случае необходимости, если того потребуют обстоятельства, вы будете полезны Ордену и в своем первом качестве - как специалист по редким древним манускриптам.

- Конечно, профессор! А как же иначе! - Мэри просто светилась.

- Хорошо, Мэри. Возвращайтесь к себе, приведите в порядок ваше бывшее рабочее место и не пренебрегайте тренировками. Очень скоро полученные там умения вам пригодятся.


Птицей влетев в тренировочный зал, МакДональд сразу же увидела тех, кого стремилась найти. Разве можно не поделиться с друзьями радостью?

- Ребята, поздравьте меня - я больше не буду "книжным червем"! - воскликнула она и повисла на шее у Ремуса, просто потому, что он ближе всех стоял.

Обалдевшему Люпину ничего не оставалось, как обнять Мэри в ответ, что не помешало ему бросить на остальных непонимающий взгляд.

- Держи ее крепче, Рем, - донесся до Мэри голос Блэка. - Боюсь, она сейчас воспарит на крыльях радости, и мы не узнаем, чем вызван такой всплеск эмоций, что девочка даже перепутала меня с тобой.

- Ничего я не перепутала, - по-прежнему радостно продолжила Мэри, отрываясь от Ремуса, чтобы сразу же заключить в объятия… Джеймса.

- Ты продолжай - я подожду, - снова подал реплику Блэк. - Мы все подождем. И санитары из Святого Мунго тоже, чтобы констатировать внезапное помешательство или перманентную куриную слепоту. На выбор.

- Не дуйся, Сириус! - с третьей попытки Мэри крепко-крепко обняла своего парня. - Я очень тебя люблю, но сейчас я люблю и весь мир!

- Кто-то догадался это записать? - Сириус обнял Мэри не менее крепко. - Поведай нам, солнце, что же тебя так обрадовало, что ты любишь весь мир, в том числе и Пожирателей.

- Нет, - девушка отстранилась от Блэка. - На них моя любовь не распространяется. Наоборот, надеюсь, теперь им крупно не повезет.

Довольно вздохнув и окинув взглядом всех друзей, Мэри произнесла, важно и величественно:

- Профессор Дамблдор взял меня стажером в вашу группу!

Ответом ей было всеобщее молчание, и это как-то охладило пыл девушки.

- Я так понимаю, вы не рады? - значительно тише и спокойнее спросила она, вглядываясь в лица друзей.

- Как сказать… - ответила за всех Лили. - Мы видели, на что ты способна, никогда не считали неумехой или трусихой, но и никогда не рассматривали с точки зрения напарника. Твое заявление несколько неожиданно, поэтому лично я еще не решила, как на него отреагировать.

- А лично мне все это не нравится, - буркнул Блэк. - Ты хоть представляешь, куда лезешь?

- Представляю, Сириус, - Мэри на шаг отошла от компании, как бы противопоставляя себя ей, собираясь отстаивать свою позицию. Вот уж чего она себе никак не могла вообразить, так это того, что убеждать придется друзей, а не главу Ордена. - С недавних пор я очень хорошо себе это представляю. И если ты думаешь, что мне захотелось эдакой походной романтики, то очень сильно ошибаешься. Это хорошо обдуманное и тщательно взвешенное решение, к принятию которого меня подтолкнул именно ты.

Блэк скрестил руки на груди и сердито продолжил:

- Я, наверное, был под «империусом», потому как не припоминаю ничего подобного.

- Ты сказал, что родители не одобрили бы моего поведения…

- Да, но я имел в виду нечто иное…

- Неважно! Главное – ты заставил меня задуматься.

- И ты не придумала ничего умнее, как напроситься на бой с Пожирателями?

- Считаешь, что я не справлюсь? Или боишься, что справлюсь лучше тебя?

- Мэри! Помолчи и послушай…

- Сам помолчи…

- А может, вы оба помолчите и послушаете?

Мэри и Сириус мгновенно умолкли и уставились на сказавшего это Поттера.

- Извините, что прервал такую трогательную сцену выяснения отношений, - продолжил тот. - Но зачем впустую тратить силы, которым можно найти более достойное применение? Нам, действительно, нужны люди, Мэри. И Дамблдор одобрил эту идею, Сириус. Значит, так тому и быть. Рад за тебя, дорогая.

- Ну, хоть кто-то, - буркнула Мэри.

- Мы все за тебя рады, - подхватила Лили. – Просто немного переживаем, как за любого новичка. Надеюсь, ты не думаешь, что тебя сразу же отправят на серьезное задание?

- Конечно, нет, Лили. Но профессор намекнул, чтобы я не забывала о тренировках, потому как полученный здесь опыт скоро мне пригодится.

- Ну, тогда держись, радость наша, - снова заговорил Сириус. – Сначала мы подробно и обстоятельно расскажем тебе, кто такие Пожиратели, и какими последствиями грозит рандеву с этими милыми ребятами…

- Представь себе, я немного в курсе, - огрызнулась Мэри, которой не понравилось, что Блэк разговаривает с ней, как с маленькой несмышленой девочкой.

- Вот именно, немного. И я теперь лично буду следить, чтобы ты не бездельничала и получала максимум нагрузки при минимуме поблажек.

И Блэк постарался. Лично МакДональд считала, что он даже перестарался, но молча выполняла все его требования. Девушка достаточно видела и слышала, чтобы не пререкаться, а работать наравне с приятелями. За плечами каждого из них не одна переделка, из которых они с честью выбрались победителями, взять хотя бы операцию по освобождению самой Мэри. И если она хочет войти в команду полноправным участником, ей придется доказать, что на нее можно положиться.


Вечером Мэри еле доползла до своей комнаты. Только уважение к маме, столько лет прививавшей ей хорошие манеры, не позволило МакДональд растянуться на кровати поверх покрывала прямо в одежде. После расслабляющей ванны стало полегче: перетружденные мышцы перестали ныть, и накатила приятная истома, предвестница глубокого здорового сна.

Девушка почти заснула, когда сквозь одолевавшую ее дремоту услышала скрип двери и шепот:

- Эй, ты уже спишь?

Она не ответила, все-таки чуть-чуть обиженная на заглянувшего в комнату Блэка, и через несколько секунд почувствовала, как постель прогнулась - Сириус прилег рядом с Мэри, двигаясь как можно осторожнее, чтобы не разбудить ее. Он обнял девушку за плечи и уткнулся носом в ее волосы.

- Надеюсь, ты понимаешь, что на самом деле я не такой злой и жестокий… - снова зашептал Блэк. – Я просто не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое, если вдруг меня не будет рядом. Сражаться с Пожирателями – это тебе не свитки переводить…

- Я знаю, - пробормотала Мэри, решив больше не притворяться, и прижалась к Сириусу. – Зато будет, что вспомнить в глубокой старости…

И сразу же уснула.


Промозглый январский день не обещал ничего неожиданного ровно до того момента, как Мэри МакДональд передали, что ее ищет профессор Дамблдор. Сердце девушки екнуло, ведь она не забыла слов директора о том, что ее навыки ей скоро понадобятся. Похоже "скоро" - это сегодня. Сразу стало как-то неспокойно, но Мэри не позволила себе окончательно расклеиться, вовремя вспомнив, что именно к этому она и стремилась.

- Надеюсь, Мэри, вы одеты достаточно тепло для прогулки, которая может затянуться на неопределенное время? - своим вопросом Дамблдор подтвердил догадки девушки.

- Конечно, - ответила она, решив, что сейчас лучше быть немногословной.

- Вот и славно, поскольку я хотел бы попросить вас сопровождать меня на одну деловую встречу.

- В качестве кого? - Мэри все же не удержалась от вопроса, понимая, что вряд ли подходит на роль телохранителя такой персоны, как глава Ордена Феникса, и совершенно не представляя, зачем тогда вообще она там нужна.

- В качестве приятного собеседника, способного скрасить ожидание. Возможно, нам придется подождать моего гостя.

- Кто он, если не секрет?

- Обычный претендент на свободную преподавательскую вакансию в Хогвартсе. Сама беседа не займет много времени, поскольку это просто дань вежливости и признание заслуг прославленного предка. Сибилла Трелони - праправнучка знаменитой предсказательницы Кассандры Трелони - мечтает получить в школе магии должность преподавателя Прорицания. Я же, наоборот, склонен убрать этот предмет из школьной программы… Ну да вам, наверное, не интересны рутинные подробности работы директора. Давайте просто договоримся встретиться у входа через два часа, чтобы вместе аппарировать в Хогсмид.

- Хорошо, профессор. Через два часа у входа, - подытожила Мэри и вышла, думая, чем бы заняться, чтобы время пролетело побыстрее.


Оказавшись в Хогсмиде, Мэри с удивлением и какой-то тайной радостью обнаружила, что единственная в Британии деревня волшебников совсем не изменилась с того времени, как она, будучи студенткой, приходила сюда с друзьями по выходным. Так приятно было обнаружить, что на своих местах остались и "Зонко", магазин волшебных приколов, и кондитерская "Сладкое королевство", и кафе мадам Паддифут, и паб "Три метлы", и отделение совиной почты. И даже заброшенная с заколоченными окнами Визжащая хижина на противоположной от железнодорожной станции окраине деревни не производила прежнего ужасающего впечатления, как в детстве. На противоположном берегу Черного озера по-прежнему величественно возвышался Хогвартс, с которым было связано столько воспоминаний. Приятных воспоминаний, Мэри только сейчас это поняла.

- Где у вас назначена встреча, профессор? - поинтересовалась Мэри, машинально повернув в направлении гостиницы, что возле "Трех метел".

- В "Кабаньей голове", - ответил Дамблдор, и девушка резко остановилась, не сдержав удивленного возгласа.

Мало того, что трактир "Кабанья голова" находился в прямо противоположной стороне, так еще и трудно было представить менее подходящее место для беседы, суть которой описал директор Хогвартса. У этого трактира был только один плюс - низкие цены. И если Сибилла Трелони стеснена в средствах, то выбор можно объяснить, но лично МакДональд предпочла бы беседовать на улице, чем еще раз перешагнуть порог этого сомнительного заведения. Тот единственный "вынужденный визит", который Мэри нанесла тамошнему хозяину, когда ее, ничего не подозревающую, на спор втолкнул туда… угадайте кто, произвел на девушку сильное впечатление. Сразу так и не скажешь, что ей больше не понравилось: немытые окна, едва пропускающие дневной свет, пол, кажущийся земляным, такой на нем слой грязи, посуда, не отличающаяся особой чистотой, или посетители. По-видимому, хозяин не задавал лишних вопросов и даже покровительствовал процветающей в трактире торговле контрабандой.

- Что-то не так? - осведомился профессор в ответ на удивленный взгляд.

- Все в порядке, - Мэри взяла себя в руки. - Просто я несколько удивлена выбором места.

- Я хорошо знаком с хозяином "Кабаньей головы" и уверен, что нам там не помешают.

МакДональд ничего не оставалось, как последовать за Дамблдором и, на этот раз с разочарованием, отметить, что и трактир "Кабанья голова" тоже совсем не изменился.

Глава 21


О существовании в "Кабаньей голове" меблированных комнат на втором этаже, которые сдаются всем желающим, похоже не знала не только Мэри. Во всяком случае, в кругу друзей и знакомых эта новость не обсуждалась ни разу. Профессор Дамблдор был прекрасно об этом осведомлен. Впрочем, как и о многом другом, что не раз подмечалось девушкой. И именно там, в одной из комнат, профессора Дамблдора уже ждала Сибилла, о чем им не преминул сообщить бармен, высокий представительный длиннобородый колдун со вспыльчивым, это Мэри знала понаслышке, характером, единственный, хоть как-то отреагировавший на появление в трактире двух новых персон.

- Подождите меня здесь, Мэри, - директор Хогвартса кивнул в направлении ближайшего свободного стола, при виде которого МакДональд вдруг резко погрустнела от одной только мысли, что ей придется к нему приблизиться.

Девушка беспомощно оглянулась по сторонам.

- Если не возражаете, профессор, я подожду на улице. Здесь слишком душно, - ответила она.

- Как хотите, - кивнул Дамблдор и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Мэри вышла из трактира и с наслаждением втянула ноздрями морозный воздух. Ей казалось, что за пару минут, проведенных в "Кабаньей голове", она насквозь пропахла пылью, табаком, дешевым огневиски и прогорклым салом. Как только остальные посетители, коих в настоящий момент в трактире было пятеро, могут спокойно переносить эту антисанитарию, включая большого козла, бодро цокающего по помещению копытцами на правах хозяйского любимца? Ну да пусть сидят, где им хочется, а вот она лучше пройдется, чтобы не привлекать ненужного внимания, стоя столбом у входа в трактир. Всего лишь до следующего дома и обратно, вдруг у Дамблдора с претенденткой на место преподавателя Прорицания состоится ну совсем уж недолгий разговор.

Зимний день короток, небо, всего лишь грязно-серое еще несколько минут назад, стремительно чернело, погружая улицы Хогсмида в омут вечерних сумерек. Фигуры редких прохожих приобрели почти потустороннюю нечеткость и какую-то одинаковость. Сбившаяся со счета, сколько раз она уже прошла намеченный маршрут, Мэри подумала, что еще два-три десятка шагов, и ей придется воспользоваться "люмусом", чтобы не пропустить появление Альбуса Дамблдора. Сосредоточившись на поисках палочки в просторном кармане теплой мантии, МакДональд краем глаза заметила, как мимо нее проскользнул еще один прохожий. Вроде бы ничего особенного, но сердце ее предательски екнуло: фигура прошедшего показалась ей знакомой.

- "Глупости, - пронеслось в голове девушки. - Как можно узнать кого-то со спины в сумерках, особенно когда он одет в бесформенную черную мантию…"

И все же, поддавшись внезапно нахлынувшему чувству тревоги, Мэри, круто развернувшись, последовала за силуэтом, остановившимся, кстати, у "Кабаньей головы". Спустя секунду, он скрылся за дверью. Ускорившись, МакДональд влетела следом, окинула взглядом трактир… и не увидела никого нового. Доля секунды потребовалась девушке, чтобы догадаться, что если "знакомый незнакомец" - не призрак, а уж он точно не призрак, значит, он отправился на второй этаж, где сейчас профессор Дамблдор беседует с госпожой Трелони. Мэри решительно направилась к лестнице.

Не успела она преодолеть и половину пролета, как сверху раздался резкий грубый вскрик:

- Ты что же это - подслушивать вздумал, паршивец? Вот я угощу тебя "ступефаем", мало не покажется!

Судя по запальчивым, уверенным, хозяйским интонациям, ругался трактирщик, и скорее всего с тем, кто заинтересовал МакДональд. Бегом преодолев оставшееся расстояние, Мэри влетела в коридор второго этажа и застала "картинку маслом". Вцепившись здоровенной пятерней в рукав мантии преследуемого Мэри колдуна, самозабвенно тряся бородой, под стать своему любимцу-козлу, угрожая, вполне серьезно, волшебной палочкой, возле одной из дверей стоял хозяин "Кабаньей головы", продолжая кричать так, что, наверное, на улице было слышно. Неудивительно, что новый посетитель, выглядел испуганно и, яростно вырываясь, отчаянно оправдывался:

- Ничего я не подслушиваю! У меня тут назначена встреча!

Мэри прислонилась к стене, внезапно почувствовав дрожь в коленях. В тусклом свете светильников из рук трактирщика, изворачиваясь, пытался вырваться Северус Снейп, бывший студент-одногодка с факультета Слизерин, ныне один из пленивших ее Пожирателей Смерти.

- Я здесь хозяин и лучше всех знаю, у кого в моем заведении встречи назначены! А ну пошел вон отсюда, а то я тебе такой "ласум бонус" покажу - ни одно "протего" не поможет! - продолжал тем временем хозяин, но Мэри его уже не слушала, да и Снейп, похоже, тоже прислушивался не к воплям возмущенного трактирщика, а к чему-то, происходящему за дверью.

С того места, где стояла девушка, слов нельзя было разобрать, но сам звук грубого, хриплого, какого-то неземного голоса, просачивающегося из-за плотно закрытой двери, интриговал, завораживал и даже немного пугал. Если директор беседует с потомственной предсказательницей именно в этой комнате, то страшно вообразить, что она из себя представляет.

Пока МакДональд прислушивалась и пыталась проанализировать свои впечатления, жуткий голос умолк, а Северус Снейп сделал невозможное - освободился из крепкой хватки владельца заведения. Стремительно подскочил он к двери и распахнул ее. Несколько секунд Пожиратель пялился внутрь, а потом развернулся и побежал прочь, едва не сбив с ног Мэри, нашедшую, наконец, силы оторваться от стены.

- Ах, ты ж, тестрал с крыльями! - кинулся было за Снейпом трактирщик, но остановился, заметив Мэри, - А ты чего стоишь - смотришь?

- А что мне делать? - ошарашено проговорила МакДональд.

- Догонять, милая. Это не приятель к тебе на чашку чая заглянул.

- Успокойся, Аберфорд! - раздался голос профессора, появившегося на пороге. - Мисс МакДональд сегодня просто сопровождает меня, а не ловит шпионов. К чему же ей их преследовать?

Из-за спины Дамблдора выглянула худенькая женщина, растрепанная, одетая в нечто многослойное, пестрое и заметно поношенное, в огромных очках, увеличивающих глаза до невероятных размеров. Высоким, чуть дрожащим голосом, ничуть не похожим на еще пару минут назад доносившиеся из комнаты звуки, она проговорила:

- Так я могу рассчитывать, что вы рассмотрите мою просьбу, директор?

- Можете, Сибилла. Считайте, что уже рассмотрел. Я незамедлительно отправлю сову в Хогвартс, чтобы домовые эльфы подготовили комнаты и кабинет для нового преподавателя Прорицания. Как только они будут готовы, я дам знать, и вы сможете туда перебраться в любое удобное время не позднее начала августа, чтобы мы еще успели обсудить с вами учебную программу. Если на переезд вам нужны средства, я, как директор, выплачу вам аванс в счет будущего жалования.

- О, спасибо, директор Дамблдор, спасибо, - залопотала женщина.

Она говорила что-то еще, но Мэри уже не слушала. Подчиняясь жесту главы Ордена, она направилась вниз по лестнице и к выходу из трактира, где несколько минут спустя ее догнал Дамблдор, перекинувшийся напоследок парой слов с трактирщиком.



- Скажите, профессор, я действительно допустила оплошность, не погнавшись за Снейпом? - завела Мэри разговор на интересующую ее тему, когда они с профессором вышли из отделения совиной почты. Девушка не имела бы ничего против, если б Дамблдор, и она вместе с ним, лично заглянул в Хогвартс, чтобы отдать необходимые распоряжения, но тот, действительно, просто отправил сову с письмом.

- Нет, Мэри, я так не думаю. Можете считать это внеплановой проверкой, которую вы выдержали. Я просил вас сопровождать меня, вы этим и ограничились. И именно это я подразумевал, когда говорил о хладнокровии и здравомыслии, - успокоил девушку директор. - О, мисс МакДональд, не откажите в любезности, подсветите нам дорогу. Уже совсем стемнело, а фонари светят так слабо.

И тут Мэри бросило в холодный пот. Хорош сопровождающий! Мэри едва сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Ладно, сложилось все так удачно, а не будь трактирщика Аберфорда? Или Пожирателей больше, чем один порядком струхнувший Снейп? Где ее оружие - волшебная палочка? Правильно, в кармане мантии. Случись что, она бы сейчас не колдовала "люмус", а родителям рассказывала невеселую историю собственной гибели. Стараясь ничем не выдать стыда и растерянности, МакДональд про себя записала свою "умную мысль на сегодня": каким бы безобидным не выглядело поручение Альбуса Дамблдора, палочку нужно держать в руках.



Вернувшись в штаб Ордена где-то около полуночи, Дамблдор и МакДональд застали там только Аластора Грюма, наполовину спящего, наполовину бодрствующего. Вот, пожалуй, единственный плюс волшебного глаза - можно не смотреть, но все видеть.

- Прошу прощения, Мэри, но вынужден задержать вас дольше, чем планировалось ранее, - проговорил профессор. - Сейчас вы поможете мне в одном деле, а после поработаете курьером.

- Что мне нужно сделать?

- Ничего сложного, но нечто очень важное, - Дамблдор неторопливо направился в сторону своего кабинета. - Как видите, сегодняшняя беседа прошла несколько иначе, чем я рассчитывал. Прежде всего, нас пытались подслушать. По словам хозяина трактира, Северус Снейп не много-то успел услышать, но он кое-что увидел. И как он истолкует мой интерес к персоне мисс Трелони, никто не знает. Еще одно обстоятельство, вызвавшее, возможно, ваше недоумение, это мое решение принять Сибиллу в штат преподавателей Хогвартса, тогда как еще днем я был настроен прямо противоположно. Буду с вами откровенен, поскольку знаю - вы не из болтливых, Сибилла Трелони не унаследовала ни капли провидческого дара своей прапрабабки, поговорив с ней, я был настроен отказать ей от места, как вдруг кое-что произошло…

В кабинете Дамблдор предложил девушке присесть, а сам остановился возле одного из многочисленных шкафов с загадочным содержимым. Мэри внимательно смотрела на директора, ожидая продолжения истории, понимая, что сейчас начнется самое интересное.

- Выслушав очередное в высшей степени абсурдное предсказание Сибиллы, я как раз собирался закончить беседу, как вдруг она как-то странно дернулась и будто окаменела. Пару секунд Трелони сидела, словно статуя с пустыми стеклянными глазами, затем ее взор загорелся каким-то безумным огнем, и она заговорила…

- …странным хриплым голосом, мало похожим на ее обычный и вообще человеческий, - медленно проговорила Мэри.

- Именно, мисс МакДональд. И если вы слышали, что она сказала, то поймете, почему я изменил свое решение и включил в число преподавателей Хогвартса пророчицу, сделавшую всего одно предсказание.

- Нет, профессор. Не знаю, что было слышно с того места, где трактирщик застукал Снейпа, но оттуда, где стояла я, невозможно было разобрать ни слова, - ответила Мэри.

- Что ж, Мэри, вам посчастливится стать одной из посвященных в то, что, в принципе, я намерен сохранить в тайне. Думаю, вы поддержите мое решение, когда услышите пророчество, имеющее прямое отношение к Темному Лорду, и объедините его с уже имеющейся у нас информацией о шпионе, покушавшемся на свитки, и неизвестно что узнавшем Пожирателе. Сейчас вы поможете мне создать запись предсказания и отнесете его в надежное место, где она будет храниться и где ее смогут защитить в случае необходимости. Ведь Снейп, убежден, первым делом помчится к своему хозяину и доложит об услышанном.

- Не сомневаюсь… - буркнула Мэри.

- Вот поэтому я и решил снизить риск до минимума. Собственное воспоминание я положу в основу записи. Мисс Трелони будет в безопасности под моим присмотром в Хогвартсе, - профессор открыл один из шкафчиков и стал внимательно разглядывать его содержимое. - Если я правильно помню механизм предсказания будущего, сама Сибилла Трелони не будет ничего помнить о содержании пророчества, но вдруг кто-то этого не знает и попытается ее похитить. Что же касается вас и тех немногих, кому я слегка приоткрою завесу тайны… - тут профессор на секунду умолк, выставив на стол то, что искал, а затем продолжил. - Вы единственная из них услышите предсказание полностью, но вам не привыкать хранить в памяти тайные знания.

Мэри с интересом разглядывала записывающее устройство, представляющее собой тяжелое мраморное основание дюйма два высотой, на котором размещались четыре китайских огненных дракона с переплетенными хвостами. В образованном кольце располагалась сфера, пока еще пустая. Сев в свое кресло председателя, директор Хогвартса поднес к виску кончик волшебной палочки и начал вытягивать тонкую паутинку нужного воспоминания, наматывая ее точно нитку на веретено. Вытянув его полностью, Дамблдор поднес образовавшийся "клубочек" к сфере, и горный хрусталь, как губка, начал впитывать частичку памяти профессора, а МакДональд увидела, как внутри шара появилась перламутрово-белая фигура с неестественно увеличенными глазами и зазвучал знакомый потусторонний хрип.

«…Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... Рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... Тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...»

Фигура исчезла, превратившись в туманную дымку, отчего сфера стала казаться матовой, но Мэри продолжала вглядываться в нее, будто ожидая. Поняв, что это все, девушка подняла ошеломленный взгляд на главу Ордена.

- Вот мы и создали запись, - улыбнулся Дамблдор.

- Это было очень познавательно, - все еще изумленная, сказала в ответ Мэри. - И мне приятно, профессор, что вы сказали "мы".

- Еще один маленький штрих…

Директор взмахнул палочкой, и на одном из драконов повисла бирка. Вглядевшись в каллиграфически выписанные буквы, Мэри прочитала: "С.П.Т. и А.П.В.Б.Д. Темный Лорд и ?"

- … и теперь вы, Мэри, отнесете этот ценный предмет в Министерство Магии, где отдадите Бродерику Боуду из Отдела Тайн. Вы же его знаете?

- Конечно. Я знаю всех сослуживцев отца.

- Замечательно. Но нас интересует именно мистер Боуд. Вы меня поняли, мисс МакДональд?

- Поняла, профессор. Именно мистеру Боуду.

- Да. Он будет вас ждать. Передадите и можете быть свободны. Завтра, - тут профессор бросил взгляд на часы. Мэри машинально посмотрела туда же. Стрелки замерли на половине второго. - Вернее, уже сегодня я не жду вас с отчетом раньше обеденного времени.

Пара заклинаний, и пакет с ценным грузом удобно устроился у Мэри в руках, но как только девушка направилась к двери, Дамблдор вновь заговорил:

- Лучше не ходите одна, Мэри. Возьмите с собой кого-нибудь.

Мэри остановилась в недоумении. Кого она может взять с собой, если в штабе кроме нее и профессора присутствует только дежурный Грозный Глаз? Но тут после короткого отрывистого стука дверь распахнулась, и на пороге возник Сириус.

- Вот хотя бы мистера Блэка, - продолжил директор. - Ведь он явился сюда именно для того, чтобы доставить вас домой в целости и сохранности.

Молодые люди покинули кабинет и направились к выходу.

- А действительно, чего это ты здесь ошиваешься так поздно? - спросила Мэри у Сириуса.

- Тебя жду. Разве Дамблдор непонятно объяснил? Думал, ты мне спасибо скажешь за заботу. Да разве от тебя дождешься?

- Обязательно скажу. Вот только домой вернемся. Но сначала в Министерство заскочим, у меня поручение от Дамблдора.

Последние слова девушка произнесла таким же значительным тоном, каким еще пару месяцев назад их говорил сам Блэк. Тот понял ее колкость и усмехнулся:

- Надо же, как все в жизни меняется.

- И не говори, - поддакнула МакДональд, беря Сириуса под руку.

И оба аппарировали.



Еще через полтора часа, засыпая в своей кровати, согретой теплом мирно посапывающего рядом Блэка, Мэри вдруг поймала себя на том, что думает об Альбусе Дамблдоре. Столько всего произошло, а он невозмутим, словно все так, как он и планировал. Где бы научиться такой выдержке?

Глава 22


Мэри быстро шла по коридору штаба Ордена. Полы расстегнутого магловского блейзера развевались за ее спиной двумя темно-синими крылами, глаза горели, губы улыбались.

- Привет, МакДональд! – окликнул девушку Гидеон Пруэтт. – Куда это ты несешься, как валькирия?

- Да мне как-то и в ведьмах не плохо, хотя ход твоих мыслей мне нравится.

- Как все прошло? Говорят, было жарко.

- Да уж, замерзнуть нам точно не грозило, в середине-то лета. Но ничего, справились. Думаю, кое-кто нескоро снова сможет устраивать хорошим людям показательные карательные акции.

Два члена Ордена Феникса понимающе улыбнулись и, махнув друг другу на прощанье, отправились каждый в свою сторону.


Кто бы мог подумать, что возможно так измениться всего лишь чуть больше чем за полгода? Даже сама Мэри чувствовала разницу между собой нынешней и той взволнованной девушкой, какой она отправилась на свое первое серьезное задание. А уж сравнивать себя со смущенной девчонкой, впервые переступившей порог штаба, она вообще не рискнула бы. Слишком уж все теперь было не в пользу той. Но что ни говори, а приятно быть уверенной в себе, особенно когда эта уверенность базируется не на пустом месте.

И все же первое задание - это первое задание: непередаваемые впечатления, масса опыта и память на всю жизнь.

С того момента, как Мэри МакДональд запросила новой, без ложной скромности опасной работы, прошло где-то около месяца. На правах стажера девушка была допущена к дежурствам в составе своей группы, правда ничем, кроме дополнительных тренировок, пока что это не грозило. Этот вечер начался, как и прошлый: расположились в общей комнате штаба, где обычно проводились собрания. Ремус читал, удобно устроившись в одном углу просторного дивана, в другом - дремал Питер, приоткрыв рот, что явно не делало его симпатичней. Джеймс и Сириус о чем-то негромко переговаривались возле окна, кажется, обсуждали вчерашний квиддичный матч. Мэри с интересом наблюдала за Лили, осваивающей премудрости магловского вязания и думала, как скоро его постигнет участь шитья. На прошлой неделе миссис Поттер, куда только подевалось ее суеверие, пыталась найти трогательно-полезное применение своему свадебному платью, сшив из его ткани крестильную одежду для первенца. Не будь она волшебницей, теперь у нее не было бы ни того, ни другого.

Боковым зрением Мэри заметила, как обсудивший последние спортивные новости Блэк зевнул со скучающим видом, и не сдержала обреченного вздоха. Обычно после этого звучало неизменное предложение "поразмяться", не сулящее МакДональд ничего хорошего. И начиналось все с фразы:

- Кто-нибудь разбудите Хвоста!

Однако в тот день этим словам так и не суждено было прозвучать. Питер-Хвост проснулся сам, потому что в зал штаба влетела серебристая сфера - зов о помощи. Голосом Фрэнка она возвестила:

- Нападение Пожирателей! Мы не справляемся - их слишком много! Следуйте за сферой!..

В один миг захлопнулась книга, звонко стукнулись спицы о полированную столешницу, сонливость и скука испарились без следа, и шестеро колдунов, прикоснувшись кончиками палочек к сфере, аппарировали в нужное место.

Оказавшись на небольшой площади возле парка, Мэри никогда не была в этой части города, а потому не знала, как она называется, девушка осторожно выглянула из-за плеча Сириуса. Здесь во всю кипел бой. Пятеро членов Ордена Феникса отбивались от полутора десятков колдунов, одетых так же, как те, что когда-то напали на МакДональд. Несколько из них уже лежали на земле, оглушенные, но все равно их было слишком много, и обороняющимся приходилось туго. Бой на миг замер: сражающиеся - и враги, и друзья - заметили вновь прибывших. Друзьям понадобилось меньше времени, чтобы прийти в себя, и они оглушили еще нескольких Пожирателей, которые мгновенно перегруппировались, кинувшись навстречу пришедшим на подмогу. Мэри собралась с духом и выскользнула из своего укрытия за спиной Блэка…

Потом ей так и не удалось вспомнить все подробности боя. Она даже не могла сказать, сколько он длился по времени. Очень ярко в ее памяти отпечатался единственный эпизод. Один из сражавшихся оттолкнул своего товарища от летящего тому в спину вражеского заклинания, а в следующий миг упал сам. Ранивший его Пожиратель поднял палочку, чтобы добить поверженного. Девушка бросилась вперед, ни минуты не задумываясь, есть ли у нее шансы оглушить противника, который был на голову выше и, наверное, вдвое тяжелее. Но в тот момент МакДональд было не до шансов. И у нее получилось. Силы одного оглушающего заклинания все же оказалось недостаточно, чтобы поразить противника, но мастерски выполненный дуплет помог девушке достичь желаемого.

В какой-то момент вспышки заклинаний прекратились. Почувствовавшие, что они резко сдают свои позиции, оставшиеся на ногах и пришедшие в себя Пожиратели поспешно ретировались, прихватив тех своих, кто еще находился в бессознательном состоянии. На площади остались только члены Ордена Феникса. Еще не остывшие от схватки, они озирались в поисках возможных противников, до конца не осознав, что одержали верх еще в одном сражении.

"Было ли ей страшно?" - спрашивала потом себя МакДональд и честно отвечала. - "Было!" Но волю своему страху Мэри дала уже после окончания операции, по возвращению в штаб, где она скрылась в своем бывшем рабочем кабинете, пытаясь унять дрожь в руках. Там-то ее и нашли друзья, и там же Дамблдор официально объявил, что ее стажировка успешно и досрочно окончена.

Так Мэри прошла боевое крещение и стала полноправным членом группы, доказав, что не зря в тренировочном зале были сломаны две волшебные палочки, пролиты литры пота, а иногда, тогда, когда ее никто не видел, и слез. Ведь Сириус ни на секунду не забывал своего обещания гонять новобранца, как хагридова нюхлера. И как только ему удавалось быть таким разным: беспощадным в зале и нежным дома?

На сегодняшний день в послужном списке "агента МакДональд", как в шутку назвал девушку большой любитель магловских фильмов Стерджис Подмор, а вслед за ним и кое-кто еще, значилось два десятка успешно завершенных миссий разной степени сложности. Правда ни в одной из них ей так и не посчастливилось встретиться с главным противником - Темным Лордом Воландемортом, чего не скажешь об ее друзьях, которым удалось-таки несколько раз серьезно испортить ему настроение активным сопротивлением. Но Мэри не чувствовала зависти, наоборот, все чаще ее посещало чувство какой-то странной тревоги, объяснить которую она пока что не могла.


Войдя в общую комнату Ордена, Мэри сразу же почувствовала царившую там атмосферу оживления. Все присутствующие колдуны и ведьмы, весело переговариваясь, толпились вокруг двоих молодых мужчин. При этом мужская половина не упускала случая хлопнуть тех по плечу, а женская – просто смотрела с умилением и улыбалась. Мужчинами, находившимися в центре внимания своих коллег, были Джеймс и Фрэнк.

МакДональд отыскала взглядом Сириуса, на удивление, расположившегося в некотором отдалении от толпы, а не в ее центре. Заметив приближающуюся девушку, глаза парня зажглись радостью, и он тут же направился к ней навстречу.

- Вернулась, наконец-то! – с долей неизменного ехидства проговорил Блэк, но его недовольный тон не смог бы никого обмануть: он был рад встрече. И Мэри тоже.

Конечно, с некоторых пор их разлуки становились все чаще и продолжительней, поскольку Дамблдор теперь, случалось, направлял Мэри и ее друзей на разные задания. Но девушка не могла не отметить, что это благотворно сказывалось на ее отношениях с Блэком. Вокруг них как-то незаметно стала распространяться атмосфера семейного уюта, встречаясь после вынужденных расставаний, они как бы боролись за право позаботиться друг о друге. Он готовил ей завтраки и потрясающие бутерброды к ланчу, следил, чтобы в прохладную погоду она была тепло одета, памятуя о том, какая Мэри мерзлячка. Она в свою очередь следила за порядком в их доме, готовила нехитрые обеды, что-то простое, что позволяли ее немудреные кулинарные таланты, типа спагетти и куриного супа, обеспечивала Сириуса столь любимыми им свежезаваренным чаем и сливочным пивом. И порой Мэри казалось, что так было всегда.

- Я тоже рада тебя видеть, - улыбнулась Мэри, обнимая Сириуса. – А что здесь происходит?

- Ах да! Ты же ничего не знаешь, - протянул Блэк, чуть отстранившись, но не выпуская девушку из объятий. – Надо чаще бывать дома, дорогая, тогда не придется задавать глупых вопросов…

- Блэк, я же могу и у кого-то другого спросить.

- Ну, ладно-ладно. Дело в том, что наши будущие папаши наконец-то препроводили свои вторые половинки в Мунго, где те со дня на день станут мамочками.

- Здорово! Надеюсь, Лили в списке пациентов, к которым допускают посетителей, потому что навестить ее было вторым пунктом в списке важных дел по возвращении с задания.

- А что было первым пунктом?

Эти слова Сириус прошептал Мэри на ухо таким тоном, что девушка даже пожалела, что они в комнате не одни.

- Поздороваться с тобой, - она попыталась скопировать интонации Блэка, и у нее получилось. - По-моему, это я уже выполнила.

- Между прочим, так себе выполнила. Где-то на троечку. Но я не гордый, дождусь твоего возвращения от Лили и наглядно продемонстрирую, как правильно здороваться.

- Жду с нетерпением, но не обещаю поторопиться, уж очень соскучилась по лучшей подруге. Может, составишь мне компанию?

Сириус вздохнул.

- С удовольствием бы, да не могу. Есть еще пара дел в штабе, которые необходимо закончить.

- Жаль. Значит, до вечера. И передай привет Джеймсу, а то, боюсь, мне не протолкнуться через толпу желающих за него порадоваться.


Неделю спустя в приемной больницы имени Святого Мунго сидела большая компания: Мэри МакДональд, Сириус Блэк, Марлин Маккиннон, Ремус Люпин и Фрэнк Лонгботтом, пришедший навестить свою жену, только вчера подарившую ему сына. Тревожно-радостное ожидание отчетливо читалось на лицах всех, за исключением, пожалуй, Фрэнка, светившегося торжеством. Периодически то один, то другой из ждущих принимались измерять шагами приемный покой, а Мэри неоднократно ловила себя на том, что беспокойно ерошит свои и без того изрядно взлохмаченные волосы. В который раз она взглянула на свои часы, затем на настенные, словно не веря тому, что показывали ее собственные.

Наконец, дверь в дальнем конце комнаты распахнулась, и молодые люди увидели Джеймса, еще более взъерошенного, чем обычно, выглядевшего измученным и опустошенным, одетого в помятую зеленую мантию младшего больничного персонала. Следом за ним шел целитель в одежде лимонного цвета. Ожидающие подскочили к ним. Мэри схватила Поттера за плечи.

- Ну?

- Все в порядке, - пожал тот плечами. – Хвала Мерлину, все кончилось.

Все заметно расслабились, продолжая требовательно смотреть на Джеймса. Тот глубоко вздохнул и расплылся в широкой улыбке.

- Мальчик. Самый чудесный ребенок из всех, кого мне доводилось видеть.

- Джеймс, поздравляю! – Мэри повисла на шее у друга.

- Еще один, - Фрэнк хлопнул Джеймса по плечу.

- Я горжусь вами обоими, - горячо обнял троюродного брата Блэк, когда очередь дошла до него.

Джеймс, отвечавший всем не менее крепкими объятиями, проговорил:

- Спасибо, конечно, но это Лили проделала всю работу. Сейчас она должна быть уже в своей палате. Я пойду к ней.

- Можем и мы пройти к миссис Поттер? – спросила Мэри у седовласого целителя.

Тот строго, но добродушно окинул взглядом посетителей и ответил:

- Можете. Только не все сразу.

После короткого совещания было решено, что первыми Лили проведают Мэри и Сириус, а Ремус и Марлин еще немного подождут.


Спустя минуту они уже входили в маленькую уютную палату на пятом этаже. Лили, полулежавшая на кровати, выглядела бледной и усталой, но счастливая улыбка на лице и маленький белоснежный сверток в руках говорили, что все позади.

- Лили, он – чудо! – растроганно проговорила Мэри, разглядывая маленькое сморщенное личико младенца, с нежностью и любовью продемонстрированное ей новоявленной матерью. – А с тобой все в порядке? Ты уверена?

- Да. Это было тяжело, но оно того стоило. Я знала, что Джеймс рядом, а потому было совсем не страшно.

- Страшно было мне, - Поттер в очередной раз взъерошил волосы, присаживаясь рядом с кроватью и беря жену за руку. – Поверьте мне на слово, но если бы продолжение рода было почетной обязанностью не женщин, а мужчин, мы бы уже давно вымерли, как магловские динозавры.

- Вы уже решили, как назовете наследника? – подал голос Блэк.

- Гарри. Гарри Джеймс Поттер. По-моему, неплохо звучит, - радостно ответил на вопрос Сириуса новоиспеченный отец, и никто не стал с ним спорить.


Последний вечер июля удался на славу. За всю свою жизнь Мэри не припоминала вечеринки веселей. Даже свадьба Лили и Джеймса проигрывала организованному в доме Блэка торжеству, которое почтил своим присутствием сам глава Ордена Феникса. Правда, в отличие от более молодых членов возглавляемой им организации, профессор Дамблдор долго не засиделся да и от крепких напитков отказался, отдав предпочтение чаю. Тосты за Гарри Поттера и Невилла Лонгботтома чередовались с тостами за здоровье и благополучие их родителей. Фрэнк и Джеймс, как родители, были уже изрядно навеселе, впрочем, как сами гости и хозяин дома. Только Мэри никак не могла отделаться от ощущения, что упускает что-то важное в череде произошедших событий. Это мешало ей полностью отдаться всеобщему веселью и отнюдь не способствовало избавлению от периодически посещающего ее тревожного чувства. Все счастливы и довольны, так что не так? Мэри задавалась этим вопросом, почти машинально вскидывая руку с бокалом сливочного пива в ответ на чей-то очередной тост.

И вдруг ее осенило. Блэк как раз в очередной раз провозгласил:

- За Гарри и Невилла…

Что Сириус говорил дальше, Мэри не слушала, потому что сама шепотом продолжила его тост, отвечая своим мыслям:

- …рожденных на исходе седьмого месяца…

Глава 23


После выписки Лили из Святого Мунго роли переменились: теперь Блэк и МакДональд не вылезали из маленького домика Поттеров в Годриковой впадине.

Причем счастливый отец и будущий крестный, по мнению Мэри, по большей части праздно проводили время в обсуждении предстоящих подарков и событий в жизни потенциальной звезды квиддича (как маленькие, ей-Мерлин), сама же она изо всех сил стремилась облегчить жизнь подруге куда более прозаичными способами - помощью по хозяйству. Загляните в любое, магловское или магическое, пособие для молодых мамочек, и сразу поймете, насколько трудным и ответственным является первый год жизни ребенка: тут и бессонные ночи, и необходимость следить за здоровьем, и соблюдение режима питания, и контроль за правильным развитием, а также куча прочих научных и ненаучных "и", отслеживая которые Лили иногда некогда чаю себе заварить. Вот тут-то на сцену и выходит Мэри, которая не только считает помощь лучшей подруге своей наиглавнейшей обязанностью, но и получает от этой помощи искреннее удовольствие в течение вот уже без малого трех месяцев. Мерлин, как быстро летит время, когда есть, чем его занять!

- Права была мама, когда говорила, что для тебя всегда главным будет семья, - как-то проговорила Лили, устало улыбаясь с удобного диванчика в детской, наблюдая за МакДональд, меняющей Гарри подгузник.

- Когда же это я дала повод твоей маме считать себя наседкой, кудахтающей над выводком цыплят? - ответила Мэри, стрельнув хитрым взглядом на утомленное лицо миссис Поттер.

- Не знаю, - не менее хитро прищурилась та. - Но, наблюдая, как ты "кудахчешь" над моим "выводком", повторяю: она была права.

- А о тебе она такого не говорила?

- Нет.

- Ну и, как видишь, напрасно. По-моему, семья всегда должна быть на первом месте.

- С такими убеждениями ты должна была бы выскочить замуж раньше меня…

- …если бы не пара "но": такими мои убеждения стали относительно недавно, - Мэри вздохнула. Время шло, но боль утраты не становилась меньше, вопреки всем известному утверждению. - Плюс для проворачивания операции "Свадьба" нужны как минимум двое.

- А разве сейчас вас не двое?

- Лили, во-первых, позволь напомнить, что никаких предложений из интересующей тебя области мне пока не поступало.

- А во-вторых?

- А во-вторых, предупреждаю: если ты опять планируешь подключиться и организовать очередной "день в Парке Аттракционов"…

- Смеешься? Организовать. Когда? Нет уж, голубчики, на этот раз сами, а "наседка" пошла кормить своего единственного и неповторимого "цыпленочка".

Передав Лили радостно загулившего при виде матери малыша, Мэри устроилась все на том же диванчике и, наблюдая за процессом кормления, задумалась.

Но думала она не о своей личной жизни, не о том, чего она достигла или чего бы ей хотелось (а хотелось ей, и тут мама Лили была права, семьи и детей), Мэри думала о предсказании. А еще о Гарри и Невилле. Девушка хорошо относилась и к Поттерам и к Лонгботтомам, в случае чего с одинаковым рвением готова была защищать любого из мальчиков, но в глубине души, где-то очень глубоко, она надеялась, что в предсказании все же говорится не о сыне Лили. Раз за разом прокручивая в голове услышанное пророчество, Мэри постоянно спотыкалась на фразе "…родится у тех, кто трижды бросал ему вызов…". Эта прямая подсказка вот уже который день не давала МакДональд покоя, но она никак не могла решиться поговорить на эту тему ни с Джеймсом, ни с Фрэнком, отвлекать подобными разговорами Лили и Алису ей бы и в голову не пришло - не нужно заставлять мамочек нервничать. Дни на работе и дома были настолько насыщенными, что времени не хватало перекинуться парой слов даже с директором Дамблдором, самым осведомленным колдуном и в части предсказания Сибиллы, и в части подробностей деятельности Ордена. И все же это казалось самым приемлемым способом узнать необходимую информацию, а потому, на этот раз, Мэри решила переговорить с профессором при первом удобном случае.


Удобный случай представился через две недели. Профессор Дамблдор прибыл в Годрикову впадину в числе немногих избранных, приглашенных на крестины Гарри. Мэри встретила его, как и других приглашенных, в дверях гостиной и даже не удивилась, зная проницательность директора Хогвартса, когда он обратился к ней с вопросом:

- Хотите поговорить, Мэри?

- Да, профессор, - МакДональд не стала отрицать, просто уточнила. - Правда, тема очень щекотливая и совсем не праздничная.

- О, да! Праздник удался на славу. Жаль, что вас не было в церкви, Мэри, и я не мог сразу выразить восхищение изготовленной вами крестильной одеждой Поттера-младшего. Мистер же Блэк был на высоте.

- Это он умеет, - Мэри проводила взглядом довольную парочку: новоявленных крестного и крестника. - Надеюсь, Сириус, действительно, понимает всю ответственность, которую он принял на себя сегодня.

- Время покажет, Мэри, время покажет. Однако, вот этот диванчик у окна кажется мне весьма подходящим для беседы не для посторонних ушей. Присаживайтесь и поделитесь со мной тем, что вас тревожит.

Устроившись на диване, Мэри окинула взором обставленную в золотисто-коричневых тонах гостиную Поттеров, чтобы лишний раз убедиться, что она не зря отсутствовала в церкви, готовя маленькое семейное торжество с украшениями в виде ангелочков, легкими закусками и ненавязчивой музыкой только для самых близких друзей, но больше для того, чтобы собраться с мыслями.

- Знаете, профессор, - начала девушка, наконец, - Последнее время я часто думаю о пророчестве, которое вы любезно позволили мне услышать. Выводы, которые приходят мне на ум, неутешительны: виновник сегодняшнего торжества, как и сын четы Лонгботтомов, главные, если не сказать единственные, кандидаты, подходящие под описание, как рожденные на исходе седьмого месяца.

- Да, это так. А что вы хотите от меня?

- В предсказании было еще одно условие. Чтобы понять, кто именно из мальчиков тот, о ком говорится в пророчестве, нужно вспомнить, кто из родителей, Поттеры или Лонгботтомы, "трижды бросали вызов Темному Лорду". То есть, насколько я смогла понять, учитывая активную деятельность обеих пар в Ордене, кто из них трижды участвовал в заварушке, которую почтил своим присутствием и вышеупомянутый злой гений.

- Я вас понял, Мэри. Вы полагаете, что я сейчас припомню все операции, где упомянутые вами колдуны принимали участие, и судьба четко и ясно укажет нам того единственного, кого она имеет в виду? Все не так просто, мисс МакДональд. Думаете, я не пытался подойти к разгадке с этой стороны? Что вы скажете, если я скажу, что оба благородных семейства подходят под описание? И те, и другие именно трижды встречались с Темным Лордом на поле боя лицом к лицу.

Разочарование Мэри не имело границ. Осмыслив слова главы Ордена Феникса, она поняла, насколько он прав, а она - наивна, раз предположила, что этим разговором расставит все точки над "и". Глупо было не подумать о том, что не одна Мэри размышляет над словами Трелони, что не только она пытается разгадать, о ком говорится в пророчестве. Глупо было надеяться, что ей сразу все станет ясно. Судьба не так проста, чтобы вот так легко открывать карты. Так что и вчера, и сегодня понятно одно - то, что по-прежнему ничего не понятно.

Посчитав разговор оконченным, Дамблдор покинул уютный диван и переместился в не менее соблазнительный уголок, царство аппетитных запахов и нежного звона фарфоровых тарелок и хрустальных бокалов. Мэри, у которой с утра маковой росинки во рту не было, тоже поймала себя на мысли, что не плохо бы перекусить, но полученная информация, а точнее ее отсутствие, казалось, начисто отбила аппетит. Все, что она могла, - это сидеть и думать, как можно, двигаясь вперед, так прочно стоять на месте?

Спустя пару минут на освободившееся место плюхнулся Сириус, у которого родители с трудом, наконец-таки, отобрали сонного сына, заменив того тарелкой с приготовленными Мэри деликатесами.

- Что такая грустная? Устала?

- Есть немножко, - ответила Мэри, жалея, что на этот раз не может откровенно поговорить с Сириусом о тревожащих ее переживаниях, как в случае с неудавшимся нападением на ее кабинет в штабе.

- Ну так отдохни. Все, что могла, ты сделала. Дальше - полное самообслуживание и самообеспечение. Сегодня после заката у меня есть кое-какие планы на твой счет, так что я напрямую заинтересован, чтобы ты не переутомлялась.

Блэк многозначительно улыбнулся, МакДональд улыбнулась ему в ответ.

Вдруг что-то серебристое скользнуло в центр комнаты прямо сквозь стену, и Мэри услышала незнакомый голос, передавший через патронус-рысь сообщение Альбусу Дамблдору:

- Плохие новости, директор. Жду в условленном месте.

Поспешно простившись, глава ордена покинул дом Поттеров, а вслед за ним начали расходиться и остальные. Атмосфера непринужденного веселья вот уже в который раз была нарушена суровой реальностью. Каждый думал, что же за новость передаст директору Хогвартса хозяин патронуса, и в тайне надеялся, что "плохие" в данном случае означает именно "плохие", а не "ужасные".


Чуда не произошло. Война в очередной раз напомнила о себе, в который раз сняв с поля жизни свой страшный урожай. Мэри возвращалась домой, опечаленная получившими огласку новостями. Она, конечно, не причисляла Эдгара Боунса к числу близких друзей, но ей, как и всем другим, будет не хватать этого доброжелательного круглолицего шатена, добропорядочного отца семейства, храброго члена Ордена Феникса, вероломно убитого Пожирателями в собственном доме вместе с женой и детьми. Профессор Дамблдор, разумеется, нашел слова утешения родственникам погибшего - сестре и брату, но Мэри не смогла выговорить ни слова. В очередной раз ее накрыла волна гадливости и презрения к Лорду и его приспешникам. Легко одерживать победу, нападая безумной многочисленной сворой на ничего не подозревающее, беззащитное семейство, когда не все способны оказать даже элементарного сопротивления. В открытом сражении лицом к лицу без особого численного перевеса эти Пожиратели далеко не такие удачливые.

Как бы то ни было, но Мэри поняла, что совсем не хочет мозолить глаза маленькому Гарри и Лили своей удрученной физиономией, поэтому, отправив к Поттерам Сириуса, сама она отправилась в их с Блэком дом. К чести последнего нужно сказать, что он не особо стремился оставлять Мэри наедине с невеселыми мыслями, но МакДональд сумела настоять на своем, учитывая, что она знала о Поттерах нечто, неизвестное Сириусу.

Приключение с пленом и последующим освобождением кое-чему научило девушку, так что к дому она приближалась, оставаясь настороже, не позволяя чувству ложной безопасности сыграть с ней злую шутку. И, как оказалось, не зря.

Глава 24


До крыльца оставалось еще шагов сорок, когда Мэри боковым зрением заметила стремительно приближающуюся к ней фигуру в черном. Мгновенно взяв палочку на изготовку и повернувшись всем корпусом в сторону человека в плаще, хорошо знакомом плаще, чтобы испытывать какие-либо иллюзии на счет его владельца, МакДональд уже открыла рот, чтобы произнести оглушающее заклинание, как вдруг Пожиратель остановился, вскинув руки во всем знакомом жесте сдающегося, и проговорил громко и отчетливо:

- Я безоружен, МакДональд. Мне просто нужно с тобой поговорить.

- Как ты меня нашел, Снейп?

Вопрос вырвался прежде, чем Мэри успела подумать, что он, возможно, подскажет собеседнику, что она, если не испугалась, то растеряна. По меньшей мере, неприятно поражена.

- Ты удивишься, но Сириус - не единственный Блэк на белом свете. И то, что расчувствовавшийся дядюшка оставил дом в наследство ему, не означает, что больше никто не знает адреса.

Объяснение прозвучало логично, и МакДональд, взявшая себя в руки, приняла его без дополнительных комментариев. Это не самое главное в том, что сейчас происходит.

- С чего ты взял, что я буду с тобой говорить?

- С того, что ты тоже была в "Кабаньей голове" и слышала пророчество.

Мэри поняла, что не следует обрисовывать неприятелю, а именно им она Снейпа и считала, истинное положение вещей. Пусть и дальше полагает, что ее познания о пророчестве ограничиваются событиями в трактире. Не нужно Пожирателю знать, насколько она в курсе подробностей.

- Я стояла слишком далеко, а вы с трактирщиком так орали, что я ничего не слышала, - выдала Мэри, честно глядя собеседнику в глаза.

- Тем хуже для тебя, потому что теперь тебе придется поверить мне на слово, - заявил Снейп тоном босса, с которым не посмеют спорить.

- «Что-что? Ишь, раскомандовался!» - мысленно возмутилась МакДональд, а вслух произнесла с сарказмом:

- Ага, разгон с лондонского вокзала.

- Да, пожалуйста! – в тон ей ответил Снейп. - Я уверен, что ты нажмешь на тормоз, когда узнаешь, что речь пойдет о твоей драгоценной лучшей подруге.

- О Лили?

- О ней самой.

Мэри мгновенно посерьезнела. Не то чтобы до этого момента она легкомысленно отнеслась к неожиданной встрече, просто решила попридержать ироничные замечания, которые просто мечтали сорваться с языка при виде врага.

- Хорошо. Давай поговорим. Ради такого дела я даже не буду тебя «ступефаить», но предупреждаю: одно неловкое движение или взгляд, который мне не понравится, и я вырублю тебя, не задумываясь.

- Понял, вот только говорить я буду не с тобой…

- Зачем же тогда…

- …а с директором Дамблдором.

- При чем же тут я? – сдержанно проговорила Макдональд, вопросительно приподняв одну бровь, в то время как на самом деле она была близка к тому, чтобы нелепо вытаращиться на Снейпа, удивленно открыв рот. Этого она не ожидала, и можете думать, что хотите.

- Кто-то должен передать ему, что с ним хотят поговорить.

- И тебе хватило совести обратиться ко мне? После того, что было? – Мэри помнила, как поразил ее тот факт, что одним из пленивших ее Пожирателей был Снейп.

- Совесть у Пожирателя? – усмехнулся Северус. - Ты разочаровываешь меня, МакДональд. Кроме того, повторюсь, речь идет о твоей подруге, Лили Эванс.

- Лили Поттер, если ты не знал.

Снейп скривился, но пропустил шпильку девушки, продолжив:

- Мне нужно передать Дамблдору кое-что, касающееся пророчества. И ты кажешься самой подходящей кандидатурой на роль организатора нашей встречи.

- Стесняюсь спросить: почему ты так решил?

- Помнится, в Хогвартсе ты уговорила Лили, когда мы поссорились, поговорить со мной. Думаю, и Дамблдора уговорить у тебя получится.

- А если я откажусь?

- Будешь дурой. Тебе настолько безразлична судьба лучшей подруги?

- Вы с ней, ты помнишь, тоже не всегда были врагами.

- Поэтому я сейчас здесь.

Мэри задумалась. Неужели ее подозрения оправдались? Выяснить это можно только организовав встречу Снейпа и Дамблдора в надежде на то, что директор поделится полученными сведениями.

- Что ж, - ответила МакДональд. – Будем считать, что я прониклась и поверила в то человеческое, что в тебе осталось, Снейп. Но, надеюсь, ты понимаешь, что я всего лишь могу передать твою просьбу профессору Дамблдору? Повлиять на его решение не в моих силах.

- Знаю. Я прошу тебя просто передать мою просьбу и сообщить результат.

Для приличия Мэри сделала вид, что задумалась, хотя уже все решила.

- Хорошо. Завтра первым делом я сделаю то, о чем ты просишь. Ради Лили, уж никак не потому, что тебе этого хочется.

- Конечно-конечно! – нарочито энергично закивал Пожиратель. - На что-то другое я и не надеялся.

- Короче, завтра здесь же в это же время, - подытожила МакДональд, всерьез собираясь окончить разговор и уйти. Однако следующая фраза Снейпа заставила ее остановиться.
- Никаких засад, красавица, или я ничего не скажу, а это очень плохо скажется на жизни миссис Поттер.

Последние слова Снейп выплюнул, точно использованную жвачку. Мэри ответила:

- Ты, конечно, только что подсказал мне отличную идею. Но я ей не воспользуюсь. Не все колдуны, подобно тебе, готовы в любой момент совершить подлость.

Глаза Снейпа зло сузились, но, в который раз за последние несколько минут разговора, он промолчал, оставив язвительное замечание без ответа:

- До завтра, МакДональд, - просто произнес Пожиратель, и отступил, сделав несколько шагов назад, глядя в лицо девушке. Затем развернулся, опустив, наконец, руки, и скрылся в сгущающихся сумерках.

Мэри полминуты смотрела вслед исчезнувшей фигуре Пожирателя, затем несколько раз глубоко вздохнула, приходя в себя, и вошла в дом. Бросив вещи прямо возле двери, чувствуя себя такой уставшей, будто постаревшей на пару десятков лет, МакДональд прошла в гостиную и опустилась на пол возле камина, радостно потрескивающего, жаждущего согреть любого этим хмурым октябрьским вечером. Конечно, визит Снейпа не был стопроцентным доказательством, но неужели судьба все же сделала выбор не в пользу Гарри?




- Хм, - вот и все, что сказал глава ордена Феникса после того, как Мэри достаточно подробно пересказала ему вчерашний разговор со Снейпом. И как всегда лицо Дамблдора при этом оставалось невозмутимым: ни удивления, ни настороженности, ни возмущения. Только тень улыбки, точно ответ каким-то тайным, никому кроме него не понятным мыслям.

- Что мне делать дальше, профессор?

Мэри понимала, что сформулировала вопрос немного странно, но сказать: «Что мне передать Снейпу?» - она не решилась. Ей показалось, что так она поторопит директора с принятием решения, а делать этого не следовало, ведь от этого решения многое зависело. В частности, узнает ли МакДональд содержание разговора.

- Встретиться со Снейпом, как и договорено, - ответил профессор. – И сказать ему, что вы выполнили свою часть сделки – передали мне его просьбу. Теперь его очередь.
- Вероятно, его заинтересуют детали – время и место встречи с вами.

- Разумеется. Будь я на его месте, меня бы это тоже интересовало. И вот что вы скажете Северусу Снейпу: в скором времени я найду способ сообщить ему все необходимые подробности таким образом, чтобы обставить все как можно секретнее. Думаю, он заинтересован в этом больше меня.

- Я все поняла, - ответила МакДональд, и высказала мысль, которая, наряду с судьбой Лили и Гарри, с подачи Снейпа не давала ей покоя вчера вечером. - Скажите, профессор, а не ловушка ли это? Вы отправитесь на встречу к Снейпу, а попадете в капкан, расставленный Темным Лордом.

- Не думайте, Мэри, что эта мысль не приходила мне в голову. Просто, дожив до столь солидного возраста, я привык доверять интуиции, которая мне в этом немало помогла. И то, что она мне сейчас подсказывает, говорит в пользу Северуса Снейпа. Но даже если именно в этот раз она вдруг решила меня подвести… Ваш старик-профессор не настолько беспомощен, как это может показаться, мисс МакДональд.

Мэри улыбнулась шутке Дамблдора:

- Я даже мысли такой не допускала, профессор. С вашего разрешения, я пойду. А вечером все сделаю так, как вы сказали.



Дела Ордена вынудили Мэри немного задержаться, поэтому на место встречи она прибыла с пятиминутным опозданием и со скрытым удовлетворением отметила, что Снейп нервничает, постоянно оглядывается, что-то высматривая среди окружающих его домов и аккуратно подстриженных живых изгородей. Похоже, интуиция Дамблдора права и на этот раз: инициатором встречи был именно Снейп, а не его хозяин, и Пожиратель не на шутку опасается разоблачения последнего. Тут Северус попытался принять невозмутимый вид, и Мэри поняла, что он ее заметил. На этот раз девушка не стала направлять на врага волшебную палочку, просто достала ее из кармана, на всякий случай, и начинать разговор она тоже не спешила, а потому Снейп не выдержал первым:

- Что ответил Дамблдор?

Это было чересчур по-детски – насмешничать над сгорающим от нетерпения человеком, но человек был врагом, а потому Мэри не стала противиться внезапно пришедшему желанию:

- А как насчет «здравствуй» или «добрый вечер»? А, Снейп? Хоть встреча с тобой и не делает вечер добрым, да и здоровья мне тебе желать совсем не хочется, но есть же элементарные правила вежливости.

- Издеваешься? – бывший слизеринец нахмурился, а гриффиндорка улыбнулась:

- Разве что чуть-чуть. Во всяком случае, делаю это менее злобно, чем ты и твои коллеги, когда схватили меня.

- Ждешь извинений?

- А как же. Только их и жду.

- Считай, что я их тебе принес. Что ответил Дамблдор?

Мэри придала лицу выражение официальной невозмутимости.

- Что он найдет способ сообщить о месте и времени предстоящей встречи так, чтобы Воландеморт не убил тебя раньше срока.

- Это все?

- А ты ждал чего-то еще? Что я тебя на чашку чая приглашу что ли?

- Не хами, МакДональд, - Снейп окинул девушку заносчивым взглядом. - Может статься то, что я расскажу твоему шефу, окажется настолько полезным, что ты переменишь свое мнение обо мне и пожалеешь о своей грубости.

- Вот сейчас приду домой и начну жалеть, - фыркнула Мэри.

- Знаешь что, МакДональд? То, что я Пожиратель, не делает меня плохим, как и то, что ты в Ордене Феникса, не делает тебя хорошей, - вдруг неожиданно усмехнулся Снейп почти по-дружески, так, что Мэри даже опешила и не нашла ничего умнее, чем ответить:

- Знаешь что, Снейп? Иди ты…

- Куда?

- Куда хочешь: хоть к своему Лорду, хоть к Дамблдору, хоть в Министерство Магии. Меня только оставь в покое. Я тебе больше ничем помочь не могу. И не хочу.

- Намек понял – удаляюсь. И к вопросу об элементарных правилах вежливости: спасибо, МакДональд.

Эти слова Пожиратель сопроводил ироническим поклоном, на который Мэри ответила не менее желчным реверансом:

- Пожалуйста, Снейп.

И они разошлись в разные стороны.




Несколько дней прошли в тревожном ожидании. Чувству, которое мешало Мэри отправиться к директору Дамблдору и задать прямой вопрос, девушка просто не могла придумать названия. Даже в мыслях ситуация, проигрываемая ею, выглядела нелепо:

- «Здравствуйте, профессор! А вы уже встречались со Снейпом? А что он вам сказал? А это правда имеет отношение к Лили?»

Оставалось только ждать и доверять собственной интуиции, которая подсказывала, что профессор не оставит МакДональд в неведении, раз уж она и так плотно увязана с пророчеством и теми, кого оно касается.

Глава 25


Сова застала Мэри в «Сладком королевстве», где она покупала пирожные к вечернему чаю у Поттеров. Записка, привязанная к птичьей лапке, сообщала, что ее ждут через час там, куда она, собственно, и собиралась, но подписана она была профессором Дамблдором, что настораживало. Приказав себе не переживать раньше времени, девушка добавила к уже выбранным лакомствам коробку лимонных долек, так любимых директором Хогвартса, расплатилась и аппарировала в Годрикову впадину.


Через час в гостиной маленького домика Лили и Джеймса было не протолкнуться от прибывших по приглашению Дамблдора членов Ордена, не всех, но в достаточном количестве, чтобы занять всё, предназначенное для сидения. Купленных Мэри вкусностей на эту ораву определенно не хватило бы, но, увы, о чаепитии уже никто и не помышлял.

Когда глава Ордена Феникса взял слово, его речь сопровождали неизбежные при таком числе слушателей посторонние звуки: скрипы, вздохи, покашливания, осторожное перешептывание. Закончил Дамблдор в полной тишине.


Воландеморт ищет Поттеров. Сведения, полученные из двух надежных источников, в которых Мэри безошибочно опознала Трелони и Снейпа, позволяют утверждать, что Темный Лорд имеет все основания считать их сына, Гарри, угрозой своей жизни. Задача членов Ордена всячески мешать поискам, используя весь доступный арсенал. На первом месте мыслимая и немыслимая защита дома, где живут намеченные жертвы. Теперь им предстоит выбираться на оперативный простор только в самом крайнем случае. Посещение четы Поттеров только близкими друзьями по согласованию с главой Ордена. Дополнительные дежурства и максимально возможная активизация деятельности по изолированию Пожирателей смерти и их патрона: в идеале – от общества в целом, в обязательном порядке – от Гарри и его родителей.


Сидящая на небольшом диванчике, зажатая между Сириусом и Марлин, Мэри оглядывала лица присутствующих, понимая, что выглядит ничуть не менее удивленной, чем они, хотя ей выпала честь быть более информированной, чем остальные. Впрочем, удивление было только одной из эмоций, читавшихся на лицах членов Ордена. Большинство было попросту оглушено полученными новостями, кое-кто выглядел испуганно, кто-то, как Блэк, - возмущенно и разгневанно. Джеймс и Лили сидели рядышком и смотрелись подавленными, что не удивительно. Машинально МакДональд поискала глазами оставшихся двух Мародеров. Ремуса она не увидела, и это заставило сердце сжаться еще тревожнее, если такое вообще возможно. Отсутствие Люпина, конечно, могло означать и данное ему Дамблдором важное поручение, но в душе девушки оно всколыхнуло старые переживания о шпионе, затесавшемся среди друзей. Более свежие события и впечатления заслонили прежние волнения, тем более что ничего о них не напоминало. Может быть зря? Но даже мысли о Реме отошли на второй план, когда Мэри разглядела плохо скрываемый животный ужас на крысиной физиономии Петтигрю. Это вполне могло бы сойти за страх за друзей, но почему-то у Мэри закралось беспочвенное, в принципе, подозрение, что не все так просто в случае с Питером. Хотя, а что вообще просто теперь, после речи Альбуса Дамблдора?


Расходились небольшими группами. Петтигрю исчез одним из первых, не дав Мэри ни единого шанса выяснить что-либо из ее подозрений на его счет. Если честно, она уже и не думала о четвертом Мародере, потому как лично профессор Дамблдор попросил МакДональд проводить его до границы аппарационной зоны – одной из мер, принятых для защиты Поттеров, призванной в случае чего дать им время для маневра. Девушка надеялась, что не выдумала себе роль доверенного лица директора в том, что касалось пророчества, и его просьба означает, что ей откроется чуть больше подробностей, чем остальным. Ее надежды оправдались.

- Как я и предполагал, информация, полученная от Северуса Снейпа, оказалась полезной, и, может статься, это только начало.

- Не понимаю, профессор, с чего бы вдруг ему нам помогать?

- Все дело в мотивах. И вы, Мэри, осведомлены о них куда лучше меня.

Мэри согласно кивнула. Конечно, она помнила о дружбе Снейпа и Эванс, ныне Поттер, даже без напоминаний Северуса и намеков Дамблдора. Просто не думала, что после всего, что произошло в Хогвартсе и после его окончания, она имела значение для слизеринца, ставшего Пожирателем. Разве только если… Но об этом можно подумать и после.

- Простите, профессор, но почему Воландеморт выбрал Поттеров, а не Лонгботтомов? Думаю, раз он знает о Гарри, то и о Невилле слышал. Оба мальчика подходят, вы сами мне это говорили. Так почему же Поттеры?

Дамблдор чуть наклонил голову, чтобы посмотреть своим фирменным взглядом поверх очков-половинок.

- А вы-то сами что думаете, Мэри?

МакДональд пожала плечами. Если бы она что-то думала, то не стала бы спрашивать у главы Ордена, или вопрос сформулировала бы по-другому. Чтобы понять причины чьих-то действий, нужно попытаться поставить себя на место того человека. По силам ли Мэри МакДональд представить ход мыслей Темного Лорда? Что она вообще знает о нем? Девушка попыталась честно припомнить все, что когда-нибудь слышала, но ничего подходящего на ум так и не пришло.

- Даже и не знаю, что сказать, профессор? – ответила она, в конце концов.

- Я тоже не знаю, Мэри. Давайте попробуем порассуждать вместе, - Дамблдор еще сильнее замедлил шаг, хотя и до этого они шли небыстро. – Есть несколько фактов в биографии Тома Риддла, которые он старается не афишировать. Например, мало кто знает, что он – полукровка. Его отец был маглом.

Мэри удивленно посмотрела на профессора, не до конца понимая, к чему он клонит. И Поттеры, и Лонгботтомы – колдуны, так что Гарри и Невилл – не полукровки. Разве что… Мэри задумчиво прищурилась:

- Вы хотите сказать, что, выбирая из двух мальчиков, он остановился на Гарри потому, что Лили – маглорожденная?

- Кто знает, мисс МакДональд, кто знает… - проговорил Дамблдор, как будто бы не он только что подтолкнул Мэри к этому выводу. – Главное, что, не зависимо от того, что им руководило, Воландеморт выбрал Гарри, и наша задача – защитить мальчика и его родителей.

Попрощавшись с профессором, Мэри вернулась в дом Поттеров. Она понимала, что все меры, предпринятые Дамблдором, необходимы и обоснованы, но ей было странно, что с завтрашнего дня она уже не сможет вот так запросто заходить к друзьям. Остается надеяться, что совиная почта не будет столь жестко лимитироваться, как посещения, и Мэри с друзьями смогут обмениваться письмами так часто, как пожелают.


Дни пробегали с немыслимой скоростью. Орден Феникса и прежде не бездействовал, но теперь гудел, как растревоженный улей. И было от чего: предпринимаемые против Пожирателей смерти ходы, естественно, влекли за собой ответные. А поскольку последние в своих действиях не руководствовались никакими моральными принципами, Ордену приходилось не сладко. Большинство из входящих в него колдунов, в том числе и Мэри, успели забыть, когда они нормально ели или спали, так чтоб не впопыхах. Будучи видавшим виды бойцом, МакДональд не могла не признать, что впервые живет в условиях «военного положения». Девушка никогда не думала, что будет ТАК радоваться тому, что удалось выкроить полчасика на свидание с Сириусом или, как сейчас, пару минут – написать записку Лили. В прошлый раз она отправила небольшой подарок Гарри – развивающий стеклянный небьющийся шарик, меняющий цвет и воспроизводящий множество всевозможных звуков типа шелеста листьев и пения птиц и мелодий от классической музыки до простеньких детских песенок – и теперь ей было интересно, понравился ли он настойчиво познающему окружающий мир «молодому человеку». Она как раз закрыла окно за вылетевшей птицей, когда в дверях возник Фенвик:

- Выдвигаемся, МакДональд!

Мэри немедленно последовала за ним, слушая по дороге объяснения напарника:

- У Пожирателей с утра наблюдалась какая-то подозрительная активность: они постепенно подтягивались на одну небольшую полянку в пригороде. Группа захвата почуяла шанс накрыть за раз пару десятков темных личностей, но тех оказалось много больше, так что мы – подкрепление. Будь готова: аппарируем в самую гущу событий.

- Не впервой, Бенджи. Показывай дорогу.

Фенвик протянул наспех настроенный портключ, подхватив который, девушка почувствовала рывок в области солнечного сплетения. В глазах потемнело, а когда прояснилось, она стояла уже не в коридоре штаба, а на низкорослой весенней траве среди едва отошедших от зимних морозов деревьев.

Мэри прислушалась. Шум боя доносился откуда-то слева. Метнувшись на маленькую полянку, расположенную в той стороне, МакДональд во всей красе застала очередной «спектакль жизни и смерти». Девушке понадобилось несколько секунд, чтобы оценить ситуацию. По видимому, в начале драки Орден врезался в гущу Пожирателей подобно волнорезу в океанские воды, разделяя целое на части, но потом сказался численный перевес, и море схватки поглотило их, обернув план членов Ордена против них самих. Теперь друзья Мэри дрались, разбившись на группы. Оказавшись на самом краю битвы, первым, кого увидела МакДональд, были четверо своих, в том числе братья Пруэтты, отбивающиеся от шести Пожирателей, еще трое Пожирателей оглушенные лежали на земле. Когда один из нападающих на мгновение повернулся к девушке лицом, Мэри подняла волшебную палочку и прицелилась. Заклинание яркой вспышкой улетело в пространство, ударив врага в грудь. Второе заклинание тоже не заставило себя ждать. Только тогда Пожиратели, не только те, с кем сражалась группа Пруэттов, заметили нового противника. Двое из них двинулись к девушке. МакДональд холоднокровно отправила третье заклинание, на четвертое времени уже не хватало, поэтому девушка пригнулась, уклоняясь от вражеской вспышки, извернулась и врезала Пожирателю по-магловски – кулаком в челюсть. Этого оказалось достаточно, чтобы на время вывести его из строя и связать «инкарцерусом».

Давненько Мэри не испытывала такого выброса адреналина. При всем желании ей так и не удалось восстановить полную картину боя, только фрагменты. Она помнила, как, точно медведь свору собак, Аластор Грюм расшвырял окруживших его Пожирателей и ринулся в самую гущу схватки, где спина к спине дрались Фрэнк и Сириус. Помнила, как упал оглушенный Подмор, и над ним тут же встали Гидеон и Фабиан, сдерживая вражеский натиск, пока он не поднялся. Стало ясно, что Орден проигрывает: их было слишком мало, а Пожиратели сражались слишком яростно.

Наткнувшись на кого-то спиной, Мэри обернулась.

- Свои! – Фенвик успел отвести ее руку за мгновение до того, как девушка успела отправить очередной ступефай.

- Надо отступать! – услышала Мэри чей-то крик. – Прорываемся, иначе нам конец!

- Помощь близко! – на этот раз это был усиленный заклинанием голос Грюма, и этот возглас будто придал членам Ордена сил.


В шуме боя сложно различать звуки, но в какой-то момент девушке показалось, что она слышит характерные для аппарирования хлопки. Рискуя пропустить удар, она оглянулась и радостно выпалила:

- Авроры!

Вот какую помощь имел в виду Аластор.

Свежие силы налетели на вражескую армию, как цунами. Часть из них подбирала раненых и пленных и, не сбавляя скорости, исчезала, направляясь в Мунго либо в Министерство. Чуть отвлекшись на этот факт, Мэри едва не пропустила брошенную в нее запретку, но сильная рука выдернула ее из-под заклинания. Девушка обернулась и встретилась взглядом с Сириусом.

- Спасибо, - благодарно улыбнулась она.

- Не зевай в следующий раз, – усмехнулся Блэк.

Появление авроров изменило расстановку сил. Бой подходил к концу. Пожиратели отступали. Что-то в этом хаосе зацепило взгляд Мэри. Девушка пригляделась. На отшибе, на небольшой возвышенности, удаляясь от поля боя, двигалась одинокая фигура в черном. Никогда до этого не видев главного врага Ордена, Мэри узнала его. Узнала несравнимую ни с чем волну злобы, исходящую от него. Потом МакДональд не могла объяснить, что ей руководило, но она кинулась за этой фигурой. Будто почувствовав ее приближение, Воландеморт обернулся. На короткий миг, в полстука сердца, они застыли. Потом Темный Лорд поднял руку. Мэри поняла, что произойдет, за секунду до того, как из палочки противника сорвалась белая молния. Девушка вскинула палочку в тщетной надежде защититься, понимая, что не успеет. Молния ударила в грудь. МакДональд почувствовала, что падает, не в силах предотвратить неизбежное. От сильного удара о землю потемнело в глазах, а левый бок отозвался болью. Мэри потеряла сознание.


В лицо будто плеснули водой. Мэри судорожно вздохнула и открыла глаза. Рядом с ней на коленях стоял Блэк.

- Жива? – спросил он, увидев, что девушка приходит в себя.

- Жива, – Мэри попыталась сесть. Получилось. Спустя пару минут получилось и встать. Сириус помог ей. Голова кружилась. Бок ныл. Немного жгло чуть ниже ключиц. Но, в целом, могло быть и хуже.

- Долго я провалялась без сознания? - спросила девушка.

- Около получаса. Тебя хорошо ударило, – ответил Блэк.

- Я заметила, - охнула девушка, хватаясь за ребра. – Мы победили, как всегда?

- И да, и нет, - уклончиво ответил Сириус, и МакДональд не понравилось, как он отвел взгляд.

- В смысле…

- Пока мы доблестно сражались здесь, Пожиратели совершили нападения еще в нескольких местах…

- И… - Мэри требовательно посмотрела на парня. – Мне что из тебя слова клещами вытаскивать?

- Одним из этих мест был дом Марлин. Она и ее семья… убиты.

С неверием и ужасом девушка посмотрела на Сириуса в тщетной надежде, что он просто так неудачно, глупо, страшно, неуместно шутит. Осознав, что чуда не произойдет, и слова Блэка – чистая правда, Мэри застонала в голос и почувствовала, что боль во всем теле усиливается.

- Как же так? – задала она вопрос в пустоту. Естественно, он остался без ответа.

Глава 26


- Не поеду я ни в какую больницу! Что за бред?

Мэри быстро, насколько позволяло ушибленное бедро, шла по штабу Ордена, возмущенно глядя на Блэка.

- Я в порядке. Целителям Святого Мунго есть чем заняться, кроме пары моих синяков. Ладно, в прошлый раз – это было сломанное ребро, но не сегодня. Сириус! Ты хоть понимаешь, что пытаешься уложить меня на больничную койку в день рождения своего крестника, который мне тоже не посторонний?

Блэк, для которого это был уже сто-пятисотый аргумент, закатил глаза:

- Мэри, вся процедура займет от силы пятнадцать минут, зато ты не будешь ходить, переваливаясь, как больная гусыня.

- Вот я сейчас сделаю вид, что не расслышала то, что ты сказал, чтобы Орден не стал свидетелем того, как гусыня начистит псу морду. У меня в кабинете есть отличное зелье, и через ТРИ минуты я буду парить над землей, как лебедь белая. Лучше метнись домой за презентом, пока я привожу себя в пристойный вид.

- Убедила, - улыбнулся Сириус. – Я – за подарком. Встречаемся у выхода через десять минут.

Он потянул МакДональд к себе и звонко чмокнул в нос:

- Скажи-ка, радость моя, это только я заметил, что наши ссоры все больше напоминают супружеские, или и кто-то еще?

С этими словами и непередаваемой ухмылкой Блэк исчез за поворотом, оставив Мэри недоумевать посередине коридора.



Виновник торжества встретил Мэри и Сириуса, восседая в центре гостиной на детском стульчике, держа в одной руке погремушку, а в другой – ложку, с помощью которой активно пытался «накормить» кашей слюнявчик. Он радостно улыбнулся при виде гостей и залепетал нечто, определенно, приветственное. Мэри без малого хотелось последовать его примеру. В смысле, шумно выражать восторг от встречи с друзьями: в кои-то веки они собрались у Поттеров вшестером, как в былые времена. Поначалу все внимание взрослых было целиком направлено на именинника: поздравления, подарки, первое место среди которых единогласно было присуждено игрушечной метле, подаренной Мэри и Сириусом, угощение, развлечения. Гарри так понравилась его первая метелка, он выглядел таким счастливым, кружа верхом на ней в полуметре от пола, что Джеймс просто не мог не запечатлеть этот момент для семейного архива.



Через пару часов, когда уставшего от переизбытка впечатлений малыша препроводили в детскую, где он заснул блаженным сном в окружении защитных заклинаний, хозяева и гости смогли устроить себе «праздник для взрослых». В принципе, он мало чем отличался от «детского», разве что место тыквенного сока на столе заняли сливочное пиво и огневиски, да темы для разговоров на несколько порядков посерьезнели.

- Поверить не могу, что Гидеона и Фабиана больше нет… - с грустью проговорила Лили, сжимая в руках бокал. – И Бенджи…

- Да, - печально согласилась Мэри, которая тоже до сих пор переживала гибель напарника. – На ту операцию я должна была отправиться с ним, но как раз загремела в Мунго, и он пошел один. Глупо, конечно. Но когда каждый колдун на счету, и у каждого свое задание… Никто не знает толком, что там произошло, но когда прибыла помощь, было поздно… Семье даже не смогли отдать тело, потому что… отдавать было нечего… только несколько частей осталось…

- А на Пруэттов сразу пятеро напали. Аластор рассказывал, Долохова они в аврорате допрашивали…

- Война, Мерлин ее подери! Страшно подумать, сколько людей погибло… И кто может сказать, как много их еще погибнет…

- Даже если погиб всего один, это уже много.

Мэри вздохнула. Не только у нее праздничное настроение вдруг оказалось на нуле, сменившись ставшими уже привычными грустными раздумьями и переживаниями. Так тяжело видеть, как гибнут твои друзья. Так трудно объяснить сочувствующим, твердящим, что они понимают, как тебе тяжело, что на самом деле ничего они не понимают. Невозможно это понять, не пережив. И дай Мерлин, чтоб никому не довелось пережить подобное.



Как хорошо, что когда-то в древности придумали календарь, иначе как трудно было бы уследить за днями, так стремительно пробегающими в череде событий и происшествий. Казалось бы, только вчера был день рождения Гарри – относительно спокойный, приятный вечер, проведенный в тесной компании друзей, а вот уже пролетели два с половиной месяца, насыщенные событиями донельзя. Но, несмотря на чрезмерную насыщенность, память Мэри категорически отказывалась воспроизводить что-то конкретное из череды произошедшего, будто оберегая свою хозяйку от еще большего потрясения, чем то, что уже пришлось пережить. Она, несомненно, выиграла бы, вздумай кто-нибудь сыграть с ней в игру «было – не было», потому что забыть пережитое за последние пару лет невозможно, но прежде приложила бы все усилия, чтобы избежать участия в этой игре.

В приоткрытую дверь влетел фиолетовый самолетик. Похожими обменивались в Министерстве Магии, когда возникала необходимость срочно обменяться информацией. Глава Ордена Феникса пользовался таким способом связи крайне редко и только в качестве срочного приглашения в свой кабинет. МакДональд не стала медлить.

- Можно, директор? – Мэри просунула голову в приоткрытую дверь, услышав голоса в кабинете, подразумевающие, что Дамблдор не один, и не зная, входить ли ей или ожидать своей очереди.

- Конечно, мисс МакДональд! Мы вас ждем, - ответил профессор, и Мэри шагнула через порог, оглядываясь.

Кроме Дамблдора в кабинете присутствовали Аластор Грюм, Минерва МакГоннагал, Лонгботтомы, оставившие своего сынишку на попечении бабушки, Ремус с Питером и Джеймс.

- У нас тут маленькое совещание по вопросу, который, в некотором роде, вас тоже касается, - продолжил глава Ордена.

- Он нас всех напрямую касается, - грубовато вставил Грюм. – Потому что касается Воландеморта.

- С переменным успехом мы вот уже сколько времени противостоим Темному Лорду, - кивнув аврору, продолжил Дамблдор. – Но до окончательной победы, если верить пророчеству, еще далеко, и защита Гарри по-прежнему первоочередная наша задача.
Сейчас, когда мы потеряли стольких членов Ордена, без преувеличения входивших в состав лучших, охранные меры, принятые нами на сегодняшний день, уже не кажутся достаточными. Однако, мне еще есть, что предложить, и я хотел бы обсудить с вами свое предложение – «фиделиус». Джеймс, как вы смотрите на то, чтобы применить заклятие доверия и тем самым еще больше обезопасить свой дом от незваных гостей?

- Скажу честно, - ответил Поттер после минутного раздумья. – Раньше мы не видели в этом особой необходимости, рассчитывая обойтись тем, что предпринято. Но в свете последних событий ваше предложение – отличная идея.

Мэри мысленно пожала плечами. Ей показалось лишним замечание Дамблдора «обсудим с вами», тогда как в действительности обсуждать следовало исключительно с Поттерами. Но когда директор Хогвартса заговорил вновь, она поняла, что он имел в виду.

- Я не сомневался, что вы согласитесь, потому и пригласил всех собравшихся, чтобы обсудить кандидатуру хранителя. Думаю, любой из присутствующих, включая мистера Блэка, в настоящий момент охраняющего покой миссис Поттер, с радостью примет на себя всю ответственность хранителя, но, по старшинству, предлагаю свою кандидатуру.

Безусловно, Мэри ни минуты не раздумывала бы, согласись Джеймс с ее персоной на роль хранителя, но она замешкалась с самовыдвижением, краем глаза зацепившись за выражение на лице Петтигрю. Он пытался выглядеть невозмутимым, но бегающие глазки, дергающийся нос, какие-то тревожные, не находящие себе места руки говорили, что перспектива заполучить ответственный пост его совсем не обрадует, хоть он и не спешит в этом признаться.

- Мисс МакДональд!

Мэри вздрогнула, переведя взгляд на профессора Дамблдора, который, если судить по пристальным взорам его и других, обращался к ней уже не в первый раз.

- Да, директор, - неувереннее, чем следовало бы, ответила она, пытаясь изгнать из головы настороживший ее образ Питера.

- Кого вы можете порекомендовать? – терпеливо повторил Дамблдор.

- Себя, конечно, - девушка обвела взглядом собравшихся, в том числе и Петтигрю, нацепившего-таки на физиономию маску решительности. – И Сириуса.

- Мистер Петтигрю? – Дамблдор отвернулся от Мэри к мародеру.

- Что? Я? Кого? Ну, я… Да, конечно, я, - сумбурно, но в достаточной мере уверенно прозвучал ответ Питера, на мгновение зажмурившегося с видом шагнувшего в пропасть.

- Как я и предполагал, отказавшихся нет, так что выбор за вами, мистер Поттер.
Джеймс встал. Было видно, что он взволнован.

- Я искренне благодарен всем присутствующим за самоотверженность, с которой они готовы защищать мою семью. Я ценю это, правда. Но, думаю, вы поймете меня правильно, когда я скажу, что выбираю Сириуса.

- Очень хорошо, Джеймс, - невозмутимо, как будто он именно этого и ожидал, сказал Дамблдор. – Последний вопрос: вы справитесь сами, или вам потребуется чья-либо – моя, Аластора, Минервы – помощь?

- Мы справимся, профессор.

- В таком случае, я никого не задерживаю. Возвращайтесь к своим делам.



Мэри вернулась в свой кабинет, где сегодня, редкий случай, вместо оперативной работы она переводила небольшой отрывок древней рукописи. Ей очень хотелось присутствовать при наложении «фиделиуса», о котором она столько слышала, но ни разу не пользовалась, однако ей показалось некорректным напрашиваться в компанию к Джеймсу. Лучше потом она подробно расспросит Сириуса. Если, конечно, это заклятие можно обсуждать тем, кто непосредственно с ним связан.

Но ни завтра, ни послезавтра Мэри так и не посчастливилось переговорить с Сириусом, а потом она попросту забыла, что хотела у него узнать.



- Тридцать первое октября, - сонно протянула МакДональд, уютно сворачиваясь клубком под боком у Сириуса, отыскивая удобное местечко для головы на его плече. - Надо запомнить этот день…

- Зачем? – Блэк обнял Мэри, сильней притягивая ее к себе.

- Сегодня впервые за последние полгода мы можем всю ночь во всех позах… отсыпаться!.. Здорово, правда?

- Правда. Но, надеюсь, эти выходные запомнятся тебе больше, чем даже сегодня. Я приготовил тебе сюрприз.

- Уж не тот ли, что лежит в нижнем ящике комода и подозрительно напоминает коробочку для ювелирных украшений?

- Очень может быть, - недовольно насупился Сириус, но спустя секунду спокойно продолжил. – Если ты в нее не заглядывала.

- А если заглянула? – Мэри хитро прищурилась, давая понять Блэку, что шутит.

- Тогда может быть и нет, - так же хитро улыбнулся тот. – Выходные покажут.

- Хорошо, что я не любопытная, - проговорила Мэри, засыпая. – А то глаз бы до выходных не сомкнула, пытаясь догадаться…



Ей снилось, что она бежит по мрачному коридору без единой двери. Только сырые стены, жутко чадящие редкие факелы, шорох крыльев летучих мышей под потолком, таким высоким, что свет факелов не достигает его сводов, да писк крыс под ногами. Бежать приходится быстро, потому что где-то во тьме за спиной неторопливо, но упорно ползет нечто ужасное, стремящееся ее уничтожить. Единственная надежда – это далекий и слабый луч света, означающий выход. Что это будет – пролом в стене или дверь? Люк под потолком или неизвестно как образовавшийся лаз? Не важно. Главное добежать и выбраться прежде, чем липкий страх окончательно поглотит ее вслед за бесформенной преследующей тьмой.

Выходом было окно. Большое, собранное, точно мозаика, из кусочков стекла. Прозрачных, не цветных. Она с силой дергает раму, но та не поддается, точно забитая намертво. Она снова и снова тянет, толкает, трясет, но все впустую.

Внезапно она понимает, что то, от чего она убегала, стоит у нее за спиной. Если бы у него были руки, нечто уже схватило бы ее, а так оно всего лишь постепенно поглощает ее, начиная от ступней, растекаясь по телу могильным холодом.

Преодолевая страх, она изо всех сил забарабанила по стеклу, в надежде, что кто-то все же услышит ее и придет на помощь. Или в крайнем случае на то, что стекло разобьется и даст ей возможность ускользнуть. Но никто на помощь не шел. И стекло не разбивалось.

А она все билась и билась в окно, точно птица, застывая от холода. Билась и билась. Билась и билась…



Мэри проснулась, поеживаясь. Камин в комнате почему-то потух, а одеяло бесформенной грудой лежало возле кровати. Вот почему во сне ей было так холодно. Кстати, о сне. С какого перепугу ей приснилась подобная ерунда? И почему ей до сих пор кажется, что она еще спит? Девушка встряхнула головой, окончательно приходя в себя, и, наконец, поняла, что напомнило ей о сне. Кто-то стучал в окно ее спальни, расположенной на втором этаже. Подобрав одеяло и завернувшись в него, Мэри отдернула занавеску.

- Сириус, подъем! – крикнула она, открывая окно навстречу хмурому осеннему утру и желтоклювому почтальону. – Сова от Дамблдора.

Блэк подскочил, сонно озираясь, но быстро вник в суть происходящего.

- Кому письмо?

Мэри отвязала пергамент.

- Нам обоим. Будь другом, прочти, - и протянула письмо Сириусу.

Тот торопливо раскрыл свернутый трубочкой пергамент, его глаза забегали по строчкам. И чем дольше он читал, тем бледнее становился. Мэри не выдержала:

- Что он пишет, Сириус? Скажи мне немедленно, что там написано?!

Блэк опустил руку с письмом и посмотрел на Мэри пустыми страшными глазами.

- Поттеров больше нет, Мэри… Лили и Джеймса больше нет…

Глава 27


Собирались спешно. Молча. У Мэри постоянно в голове всплывали фразы из записки Дамблдора, которую она, отобрав у Сириуса, все же прочитала сама, хотя он и выразил в одной фразе все ее жуткое содержание.

…нападение Пожирателей…

…убил Джеймса, а затем Лили, которая, пыталась обменять свою жизнь на жизнь сына…

…«авада кедавра», не причинив вреда Гарри, вернулось к Воландеморту…

…Темный Лорд исчез…

…Гарри выжил, единственный из Поттеров…

Больше ни на чем сосредоточиться не получалось, и в один миг МакДональд осознала, что вот уже около четверти часа пытается отыскать свою волшебную палочку, которая спокойно лежит на самом видном месте – на тумбочке возле кровати.

Украдкой девушка посмотрела на Блэка. Тот, ошеломленный больше нее, казалось, только и ждал этого взгляда.

- Ну, давай, скажи это! – с ноткой истерики в голосе выпалил он вдруг.

Мэри, которая совершенно не собиралась ничего говорить, просто хотела убедиться, что с Сириусом все в порядке, если такое возможно в сложившейся обстановке, недоуменно спросила:

- Что сказать?

- Не прикидывайся! Полагаешь, я не знаю, о чем ты сейчас думаешь?

- О том же, о чем и ты: о Лили с Джеймсом, и Гарри.

- И все? А о том, как Воландеморт преодолел «фиделиус», ты не думаешь?

- Нет пока, - проговорила Мэри, уставившись на Блэка со страхом во взгляде. Она, наконец-таки, поняла, что имел в виду Сириус. Он был выбран Джеймсом хранителем тайны, а раз Темный Лорд нашел Поттеров, значит эту тайну ему должны были открыть. И сделать это мог только хранитель.

- Сириус, - с какой-то потусторонней уверенностью сказала девушка. – Убей меня, но ты не мог этого сделать…

Блэк присел на край кровати с самым жалким видом, который только можно вообразить:

- А я этого и не делал, - почти прошептал он и вдруг решительно посмотрел Мэри в глаза. – Я не был хранителем тайны Поттеров, хоть все так и считали.

Тут и Мэри ощутила внезапную потребность присесть.

- Не ты? Тогда кто?

- Питер.

В один миг в голове Мэри пронеслись все ее мысли и подозрения на счет Петтигрю, от серой мантии, увиденной в коридоре штаба в день свадьбы Поттеров и неудавшегося нападения на ее кабинет, до постоянно испуганной физиономии и бегающих глаз. Бегающих глаз человека, которому есть, что скрывать… Как же можно быть такой недогадливой? Мэри еле удержалась, чтобы не надавать себе оплеух, вникая в смысл того, что продолжал говорить Сириус.

- Понимаешь, как мы рассуждали… Я, как хранитель тайны, самая вероятная кандидатура для всех, и членов Ордена, и Пожирателей. То, что я – хранитель, вполне предсказуемо, а на Петтигрю никто никогда не подумает. Я так и заявил Джеймсу: «Никто и не подумает на такое ничтожество, как Хвост, что он ваш хранитель. Если что, тем более после твоих слов на собрании у Дамблдора, охотиться будут за мной, а не за ним. А уж как я за себя постоять могу, все знают». Я уговорил Джеймса сделать хранителем Петтигрю.

- И Питер выдал тайну Воландеморту.

- Он предал того, кто столько лет считал его своим лучшим другом!

- Постой, Сириус! Может быть мы делаем поспешные выводы? Ведь его могли заставить под пытками выдать тайну. Может быть сейчас, когда мы ругаем его, он так же мертв, как Джеймс и Лили…

- Преодолеть заклятье «фиделиус» можно, только если тайна открыта добровольно. В противном случае – непреодолимый парадокс: знание есть, а доступа нет. Ясно?

- Мне ясно, что мы с тобой - хреновые психологи. Подозревали кого угодно – Ремуса, Карадока – и проглядели у себя под носом крысу в анимагическом и человеческом смысле. Что нам теперь делать?

- Позаботиться о Гарри. И разобраться с предателем. Это моя обязанность, как крестного и как друга.

- Тогда разделимся, чтобы сэкономить время. Ты отправляйся за Гарри, а я направлюсь на поиски Петтигрю, а когда найду его, пришлю тебе патронус.

- Если найдешь…

МакДональд решительно встала.

- КОГДА найду, Сириус. Лили и Джеймс были не только твоими друзьями.



Они вместе вышли из дома, обменялись понимающими взглядами, и Сириус рванул с места верхом на своем мотоцикле. Мэри с минуту смотрела ему вслед, затем зашагала в противоположном направлении. Дать обещание найти Петтигрю было легче, чем выполнить, но в одном девушка была уверена: не следует искать его возле места преступления. Не возле дома Поттеров. А где?

И тут Мэри осенило. Рукописи. Свитки Девяти Неизвестных. Кладезь полезной информации, о которой Дамблдор говорил: главное - не использовать самим, а не дать другим воспользоваться. Извините, профессор, но сейчас тот самый момент, когда сгодится любое средство, даже запретное. И кто, как не она, корпевшая над переводом, имеет право его применить, а главное знает, как это сделать.

Заклинание подчинения, придуманное древними. Сегодняшний «империус» с ним и рядом не валялся. И все, что нужно, - это личная вещь того, на кого накладывается заклинание. Мэри нехорошо ухмыльнулась. Она не будет искать предателя, он сам к ней придет туда, куда девушка захочет. А личная вещь, ее наверняка удастся отыскать в штабе Ордена. Туда МакДональд и направилась.



Штаб гудел, как растревоженный улей. Еще ни разу в жизни Мэри не приходилось видеть собравшееся в одном месте такое количество людей, которые одновременно горевали, удивлялись и радовались. Горевали о Поттерах. Удивлялись счастливому спасению Гарри. Радовались долгожданному избавлению от Темного Лорда. Однако многие и отсутствовали: Грюм, Лонгботтомы, Подмор. А это напоминало о том, что до победы далеко, предводитель пал, но армия еще не капитулировала, а значит расслабляться рано.

Стараясь не привлекать к себе особого внимания, поскольку ни на коллективную печаль, ни на такую же радость времени сейчас не было, Мэри проскользнула в «дежурку», как уже давно окрестила про себя комнату, где обычно они с друзьями ожидали возможных заданий и вызовов. К счастью, комната была пуста, и девушка смогла без помех внимательно осмотреть ее. В углу дивана, где любил дремать Петтигрю, МакДональд нашла то, что могло ей пригодиться, - грязный носовой платок, неоднократно мелькавший в руках у Питера, завалившийся в щель между сидением и поручнем. Брезгливо подняв кусок ткани «левиосой», Мэри опустила его на кем-то забытую страницу «Ежедневного пророка» и спрятала наспех запакованный сверток в карман. Одно дело сделано.



Грязный тупик на окраине магловского Лондона чем-то напоминал Мэри задворки Дряналлеи, а потому казался подходящим местом для сведения счетов с предателем. Здесь было достаточно мрачно, просторно и безлюдно. Именно сюда МакДональд решила привести Петтигрю и позвать Сириуса. Начать девушка, естественно, решила с Блэка. Она обещала найти предателя, разделаться с ним – дело друга. Надиктовав маршрут большому коту-патронусу, МакДональд достала сверток с платком и развернула его на крышке удачно расположенного в тупике мусорного бака.

- Самое место и тебе, и твоему хозяину, - пробормотала она и дотронулась до тряпицы палочкой. – Мерепасао!

Теперь оставалось только ждать.



Хлопок аппарации вывел МакДональд из созерцательного состояния, в котором она пребывала последние полчаса. На всякий случай поудобнее перехватив палочку, девушка осторожно выглянула из найденного укромного уголка.

- Ты успел, Сириус. Петтигрю еще не прибыл.

- А должен? – Блэк придирчиво оглядел тупик. – Ты уверена?

- Уверена. Я послала ему приглашение, от которого не отказываются. Поверь мне, часа не пройдет, как он появится, - мстительно заявила Мэри, потом перевела дыхание и задала мучающий вопрос. – Как… там?

- Мерзко, как и в любом месте, где побывали Пожиратели: руины, грязь… трупы. Даже не верится, что еще позавчера это было местом, где царили любовь и счастье, от которых остался только годовалый малыш.

- Как он? Где он сейчас?

- Бедняга, он еще не понял, что осиротел. Я хотел забрать его к нам, но прибывший одновременно со мной Дамблдор велел отдать Гарри Хагриду, чтобы тот отвез мальчика в дом тетки, сестры Лили. Я под это дело вручил им свой мотоцикл.

- Надеюсь, что у Дамблдора были веские причины принять такое решение. Насколько я знаю Петунию, она ненавидит все, что касается сестры и мира колдунов, вряд ли она сможет стать Гарри хорошей тетей. Ума не приложу, как ему удалось выжить после «авады».

- Дамблдор там что-то объяснял, но я, понятное дело, думал о Джеймсе с Лили, так что не особо прислушивался. Вроде как заклинание материнской жертвы: Лили пожертвовала собой, чтобы спасти сына. Убив ее, Темный Лорд "принял" условия договора, поэтому Гарри и выжил, когда его попытались убить, а Воландеморт погиб, потому что нарушил условие только что заключенной сделки.

Слушая Сириуса, Мэри не отводила взгляд от улицы, к которой примыкал их тупик. Ей показалось, что вдали мелькнул знакомый силуэт. Она порывисто схватила Блэка за руку, и они оба стали следить за приближающимся Петтигрю. Он шел, точно сомнамбула, глядя прямо перед собой, старательно обходя все препятствия. Мэри почувствовала, как напрягся Сириус, и, посмотрев на него, увидела выражение жестокого предвкушения на его лице, но она даже не подумала осуждать за это Блэка, потому что понимала, что ее лицо отражает его чувства, как зеркало.



Когда до цели оставалось метров десять, Сириус не выдержал, шагнув навстречу Питеру, и громко произнес:

- Смотрите, кто пришел!

Тому, что случилось дальше, у Мэри не было объяснения. Может быть все дело было во вскрике Блэка, а может она что-то перепутала, произнося заклинание, только Петтигрю вдруг вздрогнул, как будто его толкнули, и взгляд его стал осмысленным. Секунду он недоуменно пялился на молодых людей, затем в его глазах промелькнула искра узнавания и догадка. В тот же миг он круто развернулся и побежал.

Глава 28


Конечно же, Сириус тоже побежал, и Мэри, чуть замешкавшись, рванула следом. Немногочисленные маглы недоуменно провожали их глазами, но ничего, насколько могла судить МакДональд, не предпринимали. И это было к лучшему, не хватало еще иметь дело с магловской полицией и Комитетом по выработке объяснений для маглов при Министерстве Магии.

Однако скоро Мэри поняла, что если контактов с представителями магловских властей избежать и удастся, то с Комитетом встреча состоится в обязательном порядке. Она разгадала маневр Петтигрю: выбраться из пустынной окраины на оживленную улицу и скрыться в толпе. Похоже, предатель всерьез рассчитывал на законопослушность бывших коллег.

- Слишком уж хорошо ты о нас думаешь, - пробормотала девушка.

Уж кто-кто, а она видела лицо Сириуса, когда он узнал о гибели друзей и понял, кто предатель, вряд ли его остановит присутствие маглов. Питеру очень повезло, что Блэк до сих пор не запустил ему в спину заклинанием, и повезет еще больше, если дело обойдется только «ступефаем» или «петрификусом тоталусом». Сама же девушка приготовилась пачками швырять «обливейты», потому как количество маглов, идущих по своим делам, с каждой минутой только увеличивалось. Внезапно ей пришло в голову, что не только она с Сириусом могут воспользоваться волшебной палочкой, но и Петтигрю, которому уже нечего терять. К тому же еще чуть-чуть, и они выбегут на площадь, а там Питер имеет все шансы претворить свой план в жизнь. Из двух зол, как показалось Мэри, она выбрала меньшее.

- Спасибо, Марлин, - одними губами проговорила МакДональд благодарность ныне покойной подруге за то, что она в свое время помогала ей совершенствоваться, и послала в спину Петтигрю невербальный «экспелиармус» и почти сразу следом «таранталлегру».

Ни одно из заклинаний в цель не попало, Питер, почувствовавший своей крысиной душонкой неладное, пригнулся, и обе вспышки ушли в пустоту, по счастливой случайности не зацепив никого из прохожих.

Вот тут и началось. Причем все и сразу.

Осознавший, что просто так скрыться ему не удастся, Петтигрю развернулся и швырнул в преследователей нечто убойное, Мэри даже не поняла что, просто отработанным движением закрылась «протего», надеясь, что этого достаточно. В это время не желающий остаться в стороне Блэк сбил предателя «вис репульсива». Петтигрю упал, но вместе с ним упали и несколько маглов, которых зацепило ударной волной. Мгновенно улица наполнилась криками боли и страха, мужчины, женщины, дети бросились врассыпную, как тараканы от внезапно загоревшейся лампочки, стремясь найти укрытие и не понимая, что происходит. Наблюдая окружившую троих колдунов картину «вселенского хаоса», Мэри подумала, что поспешила действовать, да что уж теперь: по отрезанным волосам не плачут. И девушка сосредоточилась на Петтигрю и Сириусе, предоставив лондонским обывателям самостоятельно заботиться о собственной безопасности.

Как бы зол не был Блэк, какие кары мысленно он не применял к изменнику, но он не стал «добивать» лежащего Петтигрю, просто следил, держа палочку наизготовку, как тот поднимается и поворачивается в их сторону. Сейчас Питер более чем когда был похож на крысу, на большую мерзкую серую испуганную крысу, рассматривающую нападающих злыми глазами-бусинками, одинаково готовую как отчаянно драться, так и смело удрать при первой подвернувшейся возможности.

- Даже не думай! – покачал головой Блэк, видимо, прочитав во взоре Петтигрю второе стремление. – Я не позволю тебе сбежать, грязный маленький ублюдок!

Тот оскалил в усмешке желтоватые зубы:

- Двое на одного? Разве это честно?

- А предавать честно? Сколько своих ненаглядных приятелей-Пожирателей ты отправил к Поттерам, когда обрек их, беззащитных, на верную смерть?

- Я никого не отправлял!

- Конечно, ты помог Воландеморту преодолеть «фиделиус», потому что он всегда мечтал выпить чаю в теплой компании Джеймса и Лили, а Гарри – сказку рассказать!

- Ты не понимаешь!

- Чего я не понимаю? Того, что мы всегда доверяли тебе, помогали, защищали, считали настоящим другом, а ты все эти годы просто прятался за нашими спинами, потому что так тебе было удобно? Того, что как только тебе показалось, что Темный Лорд сильнее, ты тут же переметнулся к новому хозяину? Да мир просто пошатнулся, а ты уже решил, что он вот-вот рухнет! Где он теперь, твой ненаглядный Воландеморт, ради которого ты стал предателем? Так что не говори о чести, лучше скажи, почему я все еще разговариваю с тобой, вместо того, чтобы просто раздавить мерзкую гадину?

На секунду Мэри показалось, что ненависть к Питеру захлестнет Сириуса с головой, и он, действительно, убьет его, причем собственными руками, а не с помощью волшебства, но тот вдруг заговорил на порядок спокойнее:

- Но я не хочу уподобляться тебе, Хвост. Не все способны на подлости. А потому это будет только нашим делом – твоим и моим, а Мэри не будет вмешиваться.

МакДональд всей душой была против заявления Блэка, но не посмела возразить. Что-то во взгляде Сириуса заставило ее молча отойти, довольствуясь ролью зрителя. И как же тяжело далась ей эта роль.

Ни одна дуэль в штабе Ордена, ни один бой с Пожирателями, через которые пришлось пройти девушке, не вызывали в ней таких эмоций, как эта схватка бывших друзей. Либо Петтигрю при новом хозяине подтянул свои боевые навыки, либо отчетливо прочитал в глазах противника приговор, но сражался он яростно. Чего стоило одно только обрушающее «скиэпилапсус», примененное несколько раз с риском быть погребенным под обломками на пару с Сириусом. Бывший мародер даже пытался швыряться запретными заклинаниями, но, хвала Мерлину, недостаточно еще в них поднаторел, а потому не смог причинить ими вреда Блэку.

Сириус бился так же неистово, гоняя Петтигрю по площадке, но не давая убежать. Переживая за Блэка, Мэри не могла не восторгаться его мастерством, но в глубине души жалела, что он дерется по-честному, и ей было стыдно за такие мысли.

Все закончилось неожиданно. Сириус выкрикнул очередное заклинание, а измотанный Петтигрю не успел его отразить и рухнул, как подкошенный. Он лежал на мощеном плиткой тротуаре, раскинув руки и ноги под неестественным углом, и Мэри решила, что он не притворяется, Сириус, действительно, зацепил его оглушающим заклинанием. За два шага преодолела она отделяющее ее от Блэка расстояние и обняла его.

- Мерлин, Сириус! Ты сумасшедший! Что за представление с дуэлью ты устроил? Нужно было просто оглушить Питера без лишних разговоров и передать аврорам. Давай свяжем его и отправим патронуса к Аластору.

- Успеем, - ответил Блэк. – Его хорошо приложило, не скоро очухается. У нас есть время перевести дыхание. Не хочу преувеличивать свои достоинства, но до того момента, как этот слизняк придет в себя после моего заклинания, у нас есть время даже на то, что ты очень любишь, - он многозначительно улыбнулся. – Выпить чашку горячего чая с печеньем.

- Не выдумывай, - улыбнулась в ответ Мэри. – Есть много вещей, которые я люблю больше горячего чая.

- Да, - согласно кивнул Сириус. – Меня, например.

Мэри возмущенно тряхнула головой, придумывая достойный ответ, как вдруг какое-то движение почудилось ей за спиной Блэка. Мэри перевела взгляд туда… Петтигрю поднимался с земли, держа в руках нацеленную на них палочку.

- Оппугно!

- Сириус!

Два крика слились в один. МакДональд схватила Блэка за плечи, отталкивая от летящего в них созданного заклинанием штыря, напоминающего арбалетный болт. Движение вышло неловким. Вместо того, чтобы оттолкнуть парня, девушка, как в танце, просто развернула его и себя.

Сириус не сразу понял, что произошло. Мэри внезапно вздрогнула всем телом. Ее глаза широко раскрылись, а пальцы, пытаясь уцепиться за что-нибудь, заскребли по коже магловской куртки. Наколдованная «стрела» воткнулась девушке в спину и, пробив тело насквозь, вышла между третьим и четвертым ребром. Мэри начала оседать, Сириус подхватил ее и бережно опустил на землю.

- Не вздумай умирать, Мэри! Я отправлю патронус целителям в Мунго! Ты меня слышишь, Мэри? Питер, стой! Что ты делаешь?!

Сквозь шум в ушах МакДональд услышала «резидо» и последовавший за заклинанием крик боли, изданный Петтигрю. Бывший мародер завопил:

- Это не я – предатель, Блэк, а ты! Слышишь, ты! Ты для всех – хранитель тайны! Ты открыл ее Воландеморту! Из-за тебя погибли Поттеры! А меня никто и никогда не найдет! «Депримо бомбарда максима»!

Все вокруг содрогнулось, как от взрыва, и Мэри почувствовала мелкие камни и капли воды, упавшие на лицо.

- Что он сделал? – ее шепот звучал едва слышно. Она посмотрела в полные боли глаза Сириуса.

- Отрезал себе палец, сделал дыру в мостовой и сбежал, превратившись в крысу. Да и Мерлин с ним. Я потом его найду. Сейчас главное доставить тебя в больницу. Только держись! Не закрывай глаза!

Мэри попыталась улыбнуться и почувствовала, как что-то теплое потекло по губам и подбородку. Кровь.

- Поздно, Сириус… Тут даже «абсолюцио сантино» не поможет… Ты прости меня…

Дыхание вырывалось из груди девушки с хрипом. Сердце спотыкалось при каждом ударе.

- Простить? За что?

- Это из-за меня все сразу пошло не так… - Мэри говорила, делая паузу через каждые несколько слов. – Я начала эту заварушку, послав первое заклинание… Я подставилась под удар, и ты… упустил Петтигрю… Из-за меня…

- Что за глупости ты несешь? – Сириус обнимал девушку, стараясь не задеть «стрелу», чувствуя, как сжимается сердце от чувства беспомощности и отчаяния.

- Я очень люблю тебя, Сириус… - совсем тихо проговорила Мэри. – И всегда любила…

Голова девушки безвольно упала, глаза закрылись, по телу прокатилась судорога.

- Нет, Мэри, нет! – закричал Сириус так громко, будто ему под силу было голосом пробудить девушку от вечного сна. - Не оставляй меня! Ты не можешь меня оставить! Сначала Лили и Джеймс, теперь ты! Так нельзя! Это несправедливо!

Последним, что видела Мэри, был взгляд Сириуса. Безумный взгляд человека, потерявшего все, что было ему дорого.

Если бы судьба оказалась к ней милосердна и продлила ее жизнь на несколько минут, то она увидела бы, как в глубине глаз Сириуса за несколько мгновений пронеслась вся их недолгая история, начиная со школьных дней: и несмешные, с точки зрения Мэри, шуточки, и дуэль в штабе Ордена, и свадьба Поттеров, и многое другое. В том числе и фраза, которую так любила повторять МакДональд:

-…будет, что вспомнить в глубокой старости…

В глубокой старости, которая никогда не наступит. По крайней мере, для нее. Выпрямившись во весь рост, Блэк оглядел окружающий его хаос и рассмеялся.



* * *



- Я тогда был младшим министром в департаменте магических катастроф и одним из первых попал на место происшествия. Я… Я никогда не смогу этого забыть. Мне это до сих пор снится. Посреди улицы воронка такой глубины, что прорвало подземные коммуникации. Кругом куски тел. Маглы кричат... И Блэк стоит посреди всего этого с безумным видом и хохочет, а перед ним лежит окровавленное тело женщины и то, что осталось от Петтигрю… Несколько… фрагментов… - голос Фаджа оборвался.

Несколько носов высморкались одновременно.

- Блэк даже не сопротивлялся при аресте. Естественно, его сразу же пожизненно отправили в Азкабан.

- Без судебного разбирательства?

- К чему этот ненужный бюрократизм? И так всем все было понятно…



Подписаться на фанфик
Перед тем как подписаться на фанфик, пожалуйста, убедитесь, что в Вашем Профиле записан правильный e-mail, иначе уведомления о новых главах Вам не придут!

Оставить отзыв:
Для того, чтобы оставить отзыв, вы должны быть зарегистрированы в Архиве.
Авторизироваться или зарегистрироваться в Архиве.




Top.Mail.Ru

2003-2021 © hogwartsnet.ru