путь к исцелению

Глава 1 Жить бывает приятно

Дождь кончился, и из за туч выглянул краешек солнца. С мокрых деревьев падали капли, разбиваясь о землю. Трава была усыпана маленькими водяными бриллиантами. Теплый летний ветерок сдул последнюю прохладу и стих. Большая лужа, расположившаяся посреди лесного тракта, блестела от солнца словно гладкое зеркало. Умиротворение нарушил стук подков за поворотом. Через несколько мгновений лужа брызнула во все стороны сверкающими осколками от ударивших по ней копыт вороного жеребца, тут же скрывшегося за очередным изгибом дороги. Всадник в седле вороного, с некоторым сожалением глянул на свою дорожную сумку и серый плащ, забрызганный грязью из, оказавшейся довольно глубокой, лужи. Ладно плащ, он и так был сырой, грязный, и вообще его не жалко, но сумка была относительно новая, а стирать её было очень и очень лень. На этом всаднику пришлось прервать размышления и пригнуться, чтобы нависшая ветка не пригладила ему черные волосы чуствительным подзатыльником. Все же лихую скачку пора было прекращать. Он дернул поводья, намекая вороному, что надо бы замедлиться. Конь снизил скорость, и двинулся уже неторопливой рысью.
Справа, между деревьями, блеснула озерная гладь. " Надо бы передохнуть и напоить коня" подумал всадник, и свернул с тракта в сторону озера. Через десяток саженей путники наткнулись на плещущуюся у ног, прозрачную воду. Всадник ловко спрыгнул с седла и расседлал нетерпеливо мнущегося жеребца. Конь тут-же бултыхнулся в воду, окатив хозяина волной брызг. Тот, значительно покислев в душе, после такого бурного изъявления благодарности со стороны верного скакуна, внешне остался обсалютно невозмутим и, отряхнувшись, отошел по дальше, чтобы умыться и поесть. Опустившись на колени, закатав рукава черной куртки, он склонился над водой и зачерпнув ладонями, умыл лицо и руки от дорожной пыли.
Закончив, он заглянул в озеро, чтобы оценить результат своих стараний. С гладкой поверхности воды на него спокойно взглянул стройный юноша среднего роста, в простой черной куртке, темно-синей рубашке с шнуровкой и таких же черных штанах с широким ремнем и крепких походных сапогах. Изящные руки с тонкими пальцами были перехвачены на запястьях кольцами шрамов. Иссиня-черные волосы заплетенные в свободную косу и небрежно перехваченые ремешком, обрамляли худое, но приятное лцо с острыми, утонченными чертами. прямой острый нос, с чуть приподнятым кончиком, изящно очерченые бледные губы. Большие, чуть раскосые голубые глаза взирающие на мир с задумчивой отрешенностью. Казалось, в них застыли вековые льды, проморозившие чувства. Он почти никогда не улыбался, но если это все-же случалось, то становилось видно ряд ровных, белых зубов с чуть удлиненными верхними клыками. На общем темном фоне одежды, выделялись красивые ножны и украшенная серебром и бледноголубыми камнями, белая рукоять меча, выглядывающая из за потрепанного серого плаща с серебряной застежкой в виде четырехконечной звезды. Вот такую унылую картину представлял из себя человек, по прозвищу Оборотень. Хотя многие говорили, что он очень красив, самому ему плюнуть хотелось в невыносимо спокойную физиономию, отражавшуюся в зеркале. И прядь, все время падающая на лицо тоже бесила. Вот и сейчас она нагло покачивалась между бровей, изгибаясь полумесяцем и щекоча щеку.
Оторвавшись от созерцания своего отражения, он поднял глаза на черного коня, плескавшегося в озере. Его грива и хвост вымокли, но наглая конская морда выглядела донельзя довольно. Оборотень сел на камень и, выудив из дорожной сумки кусок хлеба, разломил его пополам. "Оренокс! Иди сюда. " - позвал он. Конь шустро подбежал к хозяину, вновь окатив его водой, и самыми что ни наесть невинными глазами посмотрел ему в глаза. "Вот же хитрюга. Как мне исправить твой дрянной характер? " конь получил сначала шлепок по морде, а потом половину краюхи. Ни чуть не обидевшись, конь умял свой кусок хлеба, и потерся щекой о плечо хозяина. Оборотень потрепал коня по холке и неторопливо принялся за свой хлеб, раздумывая, куда бы ему податься и где заработать. Всё же жить на что-то надо, ато так недолго и копыта откинуть на пару с конем. Прикончив свою краюху, он улегся на землю, сорвал колосок и сунул в рот. Если продолжать рассуждения на тему зароботка, то получалось, что податься он мог только на военную службу. Благо оружием он владел хорошо, так что наемничать он всяко сможет. Вот только придется ему направляться в какой нибудь большой город, ведь в маленьких селениях и деревнях врядли очень востребованы наемные воины. Слишком далеко ехать не хотелось, потому страны Камна и Залесье сразу отпадали. В Такке, где он сейчас и обретался, было всего пять достаточно крупных городов. Поразмыслив и обдумав все варианты, Оборотень остановил свой скромный выбор на столице Такки - Лореане. Великий город серебрянных рассветов находился ближе всех и был самым большим. В распоряжении королевы были отряды воинов, где никогда не будет лишним мастер меча. Наняться там будет проще простого, главное - ненавязчиво продемонстрировать боевые навыки, а место всегда найдется. Единственный недостаток в том, что такая работа чрезвычайно скучная, да и с людьми придется общаться. Хотя это уже два недостатка.
Рассуждая таким образом, Оборотень лежал среди травы и смотрел в темнеющее небо. С криком летали стрижи, облака легкими, прозрачныии лоскутами парили гдето в вышине, словно перья огромной белой птицы. Ленивый ветерок шелестел в кронах деревьев. Ореноксу наконец наскучило плескоться и он выбрался на берег, щипать траву. Первая звезда зажглась на темном небосводе.
Оборотень прикрыл веки и посмотрел на нее сквозь ресницы. Звезда дробилась и переливалась, как маленький граненый алмаз, танцующий в небесах. Он закрыл глаза и полежал немного, слушая вечерние звуки. "Что-ж, - подумал Оборотень, - жить бывает даже приятно".