Глава 113Люди начали оборачиваться и расступаться – и очень скоро между Гарри и его дочерью, удерживаемой незнакомым мужчиной, пролегла словно бы пропасть: пустой проход, жутко соединяющий их друг с другом.
- Узнал малышку? – спросил тот сухо. – Делай, что я скажу – и получишь её живой.
- Что вам нужно? – повторил Гарри.
- Скажи своим, чтобы положили палочки на землю. И сам клади, - велел тот. – Так, чтобы я видел. Я нажму на курок быстрее, чем вы успеете что-нибудь сделать – и ты получишь два трупа, её и мой.
- Делайте, что он говорит, - сказал Гарри.
И услышал за спиной негромкий стук – палочки ложились на камень крыльца.
- Что вам нужно? – повторил Гарри.
Лили заплакала – молча, слёзы просто потекли по её бледному перепуганному личику.
- Маркус Эйвери, - произнёс мужчина. – Выйди вперёд.
Эйвери?!
Но как… почему? Малфоям-то это зачем?! Бред какой-то… абсурд…
- Выведи его, - потребовал мужчина. – Быстрее. У неё очень мало времени – а у меня терпения.
- Эйвери, - Гарри оторвал, наконец, взгляд от дочери и обернулся.
Те, с кем он пришёл сюда, стояли сзади – они почти успели вернуться обратно в министерство и стояли сейчас практически на его пороге.
- Выйдите, - неживыми совершенно губами проговорил Гарри.
Почему никто из толпы ничего не сделает?! Ауроры и сам он не могут, он за ними следит – но там же полно людей… почему?! Обычный Петрификус, да даже и Ступефай – и всё… но нет, ничего не происходило. Вообще ничего… все просто стояли и смотрели. Как же так… Как же он так промахнулся…
Гарри увидел совершенно белые лица Малфоев, но сейчас ему не то что не было их жалко – если бы его взгляд мог убивать, они бы уже были мертвы. Но ничего… у него ещё будет время. Вполне достаточно времени. Только бы с Лили ничего не случилось… он и так себя не простит. Никогда. Гарри увидел, как Люциус, Нарцисса и Драко – все отчаянно мотают головами, Люциус говорил что-то… Потом. Всё потом…
- Выйдите, - повторил он, глядя на Эйвери.
Тот сделал шаг вперёд – и, споткнувшись, чуть не упал. Макнейр подхватил его под руку и повёл вперёд. Они вышли и остановились рядом с Гарри.
- Дальше сам! – крикнул мужчина презрительно. – Можешь ползком, если так не выходит. Иди.
Тот молча шагнул вперёд.
Раз.
И другой.
И третий.
Каждый шаг – это ступенька вниз.
Мужчина в маске, продолжая прижимать к себе Лили, вскинул руку, направляя пистолет на Эйвери, Гарри почувствовал рядом с собой какое-то движение, услышал еле слышный то ли свист, то ли шорох – и вдруг держащий девочку мужчина пошатнулся, отклонился назад… и упал, выпуская свою жертву.
Раздался всеобщий вздох.
Макнейр метнулся вперёд и, в два или три прыжка оказавшись рядом с ребёнком, оттолкнул её в сторону и наступил коленом мужчине на шею – а Гарри уже стоял рядом с девочкой, обнимая её и не понимая, почему она молча и отчаянно вырывается из его рук.
- Это не Лили! – услышал он самый отвратительный сейчас голос на свете. – Гарри, это не может быть Лили, это абсолютно не…
Гарри ударил очень коротко, даже не оглянувшись – он знал, что попал, и точно знал, куда именно. Голос исчез, а он, наконец, развернул к себе лицо дочери и увидел ужас и непонимание в её карих глазах.
- Лили, лисёнок мой маленький, - прошептал он, гладя её встрёпанные волосы, - успокойся… прости меня, всё закончилось, девочка, всё…
- Поттер, - кто-то положил ему руку на плечо, - Поттер, слушай…
Он развернулся и упёрся в Драко Малфоя – тот на удивление ловко успел перехватить его руку.
- Это не твоя дочь! – сказал он. – Я клянусь чем угодно – это не Лили!
- Прочь! – Гарри выдернул руку, подхватил девочку на руки – та попыталась вывернуться, но он не выпустил – Драко крикнул:
- На ней же Силенцио! Сними ты его!
В самом деле… в самом деле, конечно – вот почему она так напугана…
Его взгляд упал на лежащее на тротуаре тело.
Из его правой глазницы торчала рукоять с вензелем «М».
И это определённо был труп.
- Дай мне её, Гарри, - сказала Гермиона, подходя к Гарри – Лили потянулась вперёд, и Гарри передал девочку той. Лили обхватила её за шею и продолжила плакать, уронив голову ей на плечо. – Гарри, я о ней позабочусь…
- Спасибо, - кивнул он, стараясь сосредоточиться на лежащем перед ним трупе и Макнейре, до сих пор так и стоящим коленом на его шее. Он подошёл и ним, наклонился и сорвал маску, просто потянув её вверх – рукоять легко проскользнула в глазную прорезь.
Лицо мужчины было ему незнакомо.
- Он мёртв, - сказал Макнейр, вставая. – Надеюсь, меня не ждёт опять Азкабан за это?
- Нет, - даже несмотря на своё состояние, удивился Гарри. – Нет, конечно. Спасибо. Спасибо вам, - он протянул ему руку.
Тут он услышал детский плач – видимо, с Лили, наконец, сняли Силенцио. Он обернулся и, взлетев по ступенькам, опустился рядом с сидящей на них дочерью – та отшатнулась и попросила, рыдая:
- Не надо! Не трогайте меня!
Гарри замер.
Этот голос он слышал впервые.
- Отпустите меня, пожалуйста! – рыдала девочка. – Я хочу домой… отпустите! Пожалуйста!
Не его дочь…
Не Лили.
Он кивнул ей, сказал успокаивающе:
- Конечно, тебя отведут домой, - и поднялся.
Кажется, журналисты всё это фотографировали… нужно будет потом забрать у них фотографии и рассмотреть поподробнее. Что-то совсем не то он наделал…
Он огляделся.
Напротив министерства лежало мёртвое тело, рядом с которым стояли Макнейр – и Эйвери.
Тот, впрочем, не стоял, а почти что висел на руках у Макнейра – тот говорил ему что-то негромкое и, кажется, успокаивающе.
Чуть поодаль на мостовой сидел Люциус Малфой, которому Гарри – он знал – только что сломал нос. И хорошо ещё, если обойдётся без сотрясения – бил он сильно. Рядом с ним стояла на коленях Нарцисса, уже успевшая убрать с лица кровь – впрочем, выглядел Люциус всё равно не слишком презентабельно. Драко тоже был рядом, но в отличие от родителей, он стоял, сложив на груди руки, и очень недобро глядел на Гарри.
А тот сейчас даже понять не мог, почему настолько легко поверил в предательство Малфоев, и чувствовал себя из-за этого отвратительно. Гарри снова спустился, только сейчас заметив, что ауроры огородили сейчас стихийно возникший проход и сдерживали чарами наступающую толпу – он подошёл к мертвецу и остановился, внимательно разглядывая его.
- Это его отец, - заметно гнусавя, сказал Люциус, поднявшись тем временем и подходя к ним с прикрытым платком лицом. – Он изменился – но я его помню. Это точно он – ну, или некто под оборотным зельем. Но вряд ли.
- Простите, - сказал ему Гарри. – Я… простите меня.
- Пустое, - тот улыбнулся. – Давайте потом это всё… я не в обиде – ну, или не буду, как только кто-нибудь аккуратно срастит мне нос. Эйв, а у тебя ведь, похоже, где-то брат есть, - сказал он, подходя к находящемуся, кажется, в полуобморочном состоянии Эйвери и подхватывая его с другой стороны.
- Он мёртв, - прошептал потрясённо Эйвери. – Он, наконец, мёртв…
- Извини, - отозвался Макнейр очень серьёзно. – Это всё, что я смог придумать.
- Извини?! – переспросил тот, оборачивась к нему – и плача. – Уолл… Уолли… ты же… Мерлин мой, - он обнял его и разрыдался. – Я тебе навсегда должен… навсегда…
- Нет уж! – возразил тот. – Я сразу отказался от долга, что ты?!
- Давайте уже домой? – сказал Люциус. – Драко, проводи к нам, пожалуйста, Лейстранжей! – попросил он сына. – Я надеюсь, мы можем сейчас откланяться? – обратился он к Гарри. – Надо будет допросить кого – приходите… а сейчас хотя бы ему точно не место здесь, - Малфой указал на Эйвери… теперь уже, кажется, просто Эйвери.
- Да, конечно, - совершенно убито сказал тот. – Тело только оставьте… вам… ему потом отдадут для похорон.
- Гарри, - Люциус шагнул к нему и улыбнулся. – Давайте будем сегодня праздновать, а страдать вы станете после? Вы сегодня мой личный герой, и даже сломанный нос ситуацию не меняет, - он рассмеялся.
- Дело не в носе…
- Не в носе, - согласился тот. – Приходите к нам – там и поговорим. А сейчас – извините, - он вновь подхватил Эйвери под руку – и, сунув руку в карман, вынул оттуда синий шарик размером с яблоко. – Портключ, - объявил он. Все четверо – вместе с подошедшей Нарциссой – разом коснулись его – и исчезли.
А Гарри остался один посреди улицы рядом с трупом, в глазнице которого так и торчала рукоять с так хорошо знакомым ему вензелем «М».
