Глава 17После тактического отступления Люка все участники семейной сцены пару минут "смотрели сквозь время и пространство", думая "о своём о вечном". Первой нарушила тишину бойкая Лея. Она развернулась к тётушке и бросилась на неё с громким счастливым визгом.
- Асока!
Торгута тряхнула монтралами. Её оплавленный шнурок с приклеенными бусинами качнулся из стороны в сторону, задевая лицо и явно не в первый раз царапая нос. Тано уже более искренне приобняла племянницу, одновременно с этим переводя торжествующий взгляд на брата. Энакин вздохнул. Даже вокодер не смог до конца сгладить впечатление уставшего от всего мира человека, установившееся после такого показательного жеста. Ситх махнул уцелевшей перчаткой и развернулся к кораблю, приглашая обеих Шпилек войти.
Асока залихватски подмигнула Наберрие, получив в ответ заговорщическую улыбку. Ну-ка, оценим апартаменты богатого папаши по второму кругу!
Через несколько минут компания расположилась у терминалов, где нашёлся мини холодильник и удобные кресла. Впрочем, садиться никто не спешил. Лея была слишком взволнована, и все её попытки при-Мандалор-иться заканчивались очередным резким скачком и минутами беспорядочной суеты вокруг абсолютно безмолвных фигур.
Дарт Вейдер замер, расставив ноги и сложив руки на груди. Один протез был отрезан, так что выглядело это немного комично, если бы не было так жутко. Из оплавленной дыры торчали иногда искрящиеся провода и контакты. Дыхание звучало тихо. Ситх явно был погружен в медитацию.
Тано тоже стояла. Прямо напротив наставника. Её руки были неестественно выгнуты в локтях и сложены за спиной. Кулаки побледнели, но на лице было выражение безмятежности. Она не была закована в кандалы, но всё равно создавалось впечатление запертой в клетке птицы. Птицы, сломавшей крылья, только чтобы протиснуться между прутьев, но почему-то раз за разом снова возвращающейся обратно в неволю. Аватара тоже медитировала. Лее небезосновательно казалось, что 2 дорогих ей человека сейчас пылко выясняют отношения на метафизическом уровне, не желая нервировать детей своей ментальной нестабильностью.
Что ж, ей остаётся только ждать, пока взрослые наиграются в свои жестокие игрушки. И, возможно, проведать брата.
...
Туман стелился везде, куда доставал глаз. Энакин тщетно пытался разобрать в нём хоть что-нибудь, пока вдали не показалась фигура в светлом плаще с тонким длинным посохом. Она шла неторопливо и величественно. Дарт Вейдер с удивлением узнал свою ученицу: Асока Тано стала выше, чем в реальности, её обычно тусклые монтралы светились цветами джедайских мечей (синий и белый, зелёным лучиком выделялся шнурок с бусинками), а смуглая кожа казалась почти прозрачной.
- Ну, что? Поговорим на моей территории? - интонация, впрочем, осталась прежней, откидывающей Скайуокера обратно во времена Клонских войн.
- Поговорим. Правда, вряд ли я могу здесь тягаться с тобой. Однако, могу оригинально убиться, что тоже вариант.
- Итак, ты решил сойти с ума. Чем ты думал, Энакин? - Аватара, наконец, проявилась полностью. - Ты не мог не понимать, чем это кончится. Я не обвиняю, хотя очень хочется. Просто скажи, зачем?
- Мне было видение. - фигура Избранного отображала полную замкнутость и его коронное упрямство. - Падме умирала во время родов. Она была беременна. Я искал любое средство, чтобы она осталась жива. Палпатин обещал мне власть над смертью, которую может дать только Тёмная сторона. И я принял предложение.
- А ты подумал о джедаях? О целительстве? О том, что на Набу уже 300 лет не умирают от родов?
- Я спрашивал совета у Йоды. Он сообщил мне обычную чепуху, типа "Отпусти привязанности". Я так не умел и никогда не сумею, ты знаешь.
- Знаю, - тяжело уронила Асока. - Почему ты пошёл к Йоде? Почему не обратился к Оби-Вану? Захотелось оправдать свои поступки снобизмом старого магистра? Ты ведь знал, что ничего дельного он не скажет! Но пошёл к нему. Признайся хотя бы себе, что тебе просто стало интересно. Да, Падме была поводом, но ты ведь не Пал в один момент. Никто не обращается на Тёмную сторону по щелчку пальцев. Ты решил, что тебе там место?
- Не говори так! Ты не понимаешь! - Лицо Скайуокера исказилось в болезненно-агресивной гримасе, кулаки сжались.
- Я понимаю больше, чем ты можешь представить Энакин. Я знаю тебя так давно, что мои суждения настолько близки к истине, насколько это вообще возможно.
Злость бессилия захлестнула ситха. Он не мог поднять руку на Асоку. Он не мог терпеть эту муку правды, терзающую его уже 20 с лишним лет. Он не мог сделать и шагу, на самом деле. Тано смотрела на это с удовольствием садиста. Она продолжала.
- Хочешь увидеть свою Падме? Я могу показать. Смерти нет - есть Сила. Забыл? В чём-то Йода был прав. Я могу тебе показать её, я же Сила. Вот только захочет ли она тебя видеть? После всего этого? Ты не заслужил счастья, Энакин, и не мне тебе это говорить.
- Ты права. - прошептал Скайуокер. - Ты тысячу раз права. Я заслужил только муки.
- Нет. - Асока подошла ближе и коснулась подбородка учителя, поднимая его голову. - Смотри, Скайгай.
Над головой торгуты вспыхнула картинка. Энакину хотелось в ужасе отвернуться, но рука Аватары не позволила ему такой слабости. Оказывается, он успел позабыть, какая она была красивая. Тщательно выгоняемая из памяти улыбка в итоге стёрлась, а сейчас будто ударила под дых своей чистотой. Из груди Избранного вырвался сухой всхлип. А она просто стояла там. Стояла, смотрела и улыбалась. В своём бело-жёлтом платье, с распущенными слегка кудрявыми волосами, такая красивая и нереальная. Призрак счастья, которое у него было и которое он даже не потерял - выбросил.
- Ты прав. Она лишь призрак. Ты отождествляешь её как само счастье, но разве счастья бывает много? Её время прошло, Мастер. Оно было и останется у тебя в памяти, но оно прошло. Разве ты не можешь быть счастливым сейчас? У тебя есть дети. Взрослые, умные, добрые, великолепные дети. Перестань искать свой призрак, иначе ты никогда не вынырнешь в реальность.
- Но...
- Ты не предаёшь её, учитель. Думаешь, она была бы рада тому, что ты закрылся в своём горе от всего мира и даже не попытаешься наладить отношения с детьми?
- Ты сама сказала, что я не достоин счастья! - совсем уж по-детски крикнул Скайуокер.
Асока тихо рассмеялась.
- Никто его не достоин, Энакин. Оно всегда даётся взаймы. Авансом. Кроме того, когда ты слушал нравоучения и принимал их всерьёз? Поэтому возьми себя в руки и начни отрабатывать этотаванс.
- У меня теперь нет рук, - печально хмыкнул мужчина.
- Когда тебя это останавливало?!
- И то верно. Но я ведь ситх. Я не могу испытывать светлые чувства.
- Скайгай, я успела позабыть твоё ранкорское упрямство, но ты, видимо, хочешь, чтобы оно было высечено в камне. Ты не ситх, идиот. На лекциях нужно было слушать, а не мечтать о великих свершениях. Ты джедай. Тёмный.
- Тёмный джедай? Разве такие бывают?
- Ну, ты же есть. Хотя это, скорее, подтверждает правило, ведь ты во всех законах исключение.
- И в чём различие?
- Тёмные джедаи не отказываются от чувств. Но используют положительные эмоции, а не гнев, как ситхи.
- Главное, чтобы Палпатин об этом не узнал, - усмехнулся Энакин. - Он ведь так старался.
- Он всё равно узнает. Через неделю он скончается от старости и моего напутственного пинка, а из Силы он увидит куда больше, чем ты можешь представить.
- Ты даже так умеешь?!
- На что ни пойдёшь ради семьи... - таинственно улыбнулась Аватара.
