Глава 9: «Сжечь колдуна».Моргана выглядела такой прекрасной и невинной, когда, плача и заламывая руки, рассказывала, как издевался над ней злой колдун Мерлин, что чародей сам чуть не поверил. Как можно не поверить этой ранимой красавице? Неудивительно, что принц Артур без лишних слов подошёл и ударил его. Сильно, не сдерживаясь, до крови. Чародей, только вяло удивился, что зубы целы. Хотя чего об этом думать теперь, когда король приговорил его к сожжению на костре.
Стражники грубо утащили его и бросили в темницу. Артур, ради которого чародей не раз рисковал жизнью, даже не взглянул на него. Зато Моргана приходила. Поиздеваться. И больше не выглядела красивой – злость очень уродует женщин. Смеялась и говорила, что отомстила, что Мерлину конец. Чародей подавленно молчал.
Рассвет наступил незаметно. Мерлин еле переставлял ноги, чувствуя себя уставшим и разбитым. Толпа ликовала. Те самые люди, которые, казалось, всегда неплохо относились к нему. Правда, когда стоял в колодках на площади, овощами его тоже они забрасывали. Кто же откажется от развлечения? Но на толпу Мерлин не смотрел. Он видел ненависть отца и сына Пендрагонов, злую ухмылку Морганы. Неужели вот так закончится его история?
Мерлин не сопротивлялся, когда его привязывали. Хотя мог бы, но понимал, что стражники будут сражаться до последнего, рыцари тоже подключатся. Он не хотел напрасных жертв. Все равно, раз теперь Артур ненавидит его, все бесполезно.
Но самым страшным оказалось то, что по решению короля приговор в исполнение должен был привести лично Артур. И то, что делал принц это добровольно и с охотой. Подошел, держа в руке факел, и Мерлин не увидел и тени сомнения на лице того, кого называл другом.
Он должен был признаться раньше, а теперь Артур никогда не вспомнит о нем, как о друге. Он навсегда останется проклятым колдуном, предателем. Жить ему осталось несколько минут, и Мерлин почувствовал потребность что-то сказать, несмотря на то что принц, конечно, не поверит ни одному его слову. Но это человек, которого он считал другом и искренне уважал. Нельзя все так оставлять. Было сложно подобрать слова, но, стоило Мерлину открыть рот, как они нашлись сами: «Артур, ты должен знать правду. Прости меня, я столько раз хотел рассказать. Но я просто трус. Сначала боялся казни, потом, когда стал считать тебя своим самым близким другом, твоей ненависти. Пожалуйста, постарайся меня не ненавидеть – единственной целью, моей и моей магии, с самого начала была твоя защита и безопасность Камелота. Я не всегда принимал верные решения, но всегда старался защитить тебя и Камелот. Я убежден, что ты станешь великим королем и построишь Великий Альбион, приведёшь его к процветанию. Я горжусь тем, что имел честь служить тебе. Прощай».
Неожиданно выражение лица принца стало странным, глаза расшились в шоке. И одновременно случились два события - Артур бросил горящий факел на площадь и с силой ударил Мерлина в лицо: «Помереть собрался, значит?! Как насчет того, что мы хотели вместе со всем справиться?!»
Артур был вне себя от ярости – прямо в замке притаился злой, опасный колдун. Колдун, который причинил вред Моргане, которая как сестра для него. Более того, принц его другом начал считать. А колдун наверняка смеялся у него за спиной.
От ярости наследный принц себя не помнил – даже сам упустил момент, когда с силой ударил колдуна в лицо. Тот выглядел ошарашенным, когда его вели в темницу. Но это колдуны. Они всегда врут, так отец говорит.
С отцом, когда успокоили и отправили спать Моргану, у принца был отдельный разговор. Артур настаивал, что его должны арестовать, говорил, что он виноват в случившемся с Морганой – не заметил колдуна перед своим носом. На что Утер ответил, что этот колдун был и под его носом тоже. А чтобы подбодрить сына, разрешил ему завтра лично сжечь колдуна.
Конечно, Артур был доволен, но что-то все же беспокоило, не давало заснуть. А когда все же удалось, сон приснился кошмарный – Моргана была злобной ведьмой, они с Мерлином вместе боролись с ней.
Утром Артур был не выспавшимся и злым. В таком состоянии, даже не перекусив, пошел исполнять справедливый приговор отца.
Вот вывели колдуна. Мерлин еле держался на ногах, выглядел сломленным и жалким. Артур невольно вздрогнул и сразу разозлился на себя. Колдунам в Камелоте дорога только на плаху или погребальный костер. Подошел, в руке факел. Но неожиданно рука словно окаменела. Почему-то Артур почувствовал, что не может ей пошевелить. Нужно позвать на помощь.
Но сделать этого принц не успел – его бывший слуга заговорил: «Артур, ты должен знать правду. Прости меня, я столько раз хотел рассказать. Но я просто трус. Сначала боялся казни, потом, когда стал считать тебя своим самым близким другом, твоей ненависти. Пожалуйста, постарайся меня не ненавидеть – единственной целью, моей и моей магии, с самого начала была твоя защита и безопасность Камелота. Я не всегда принимал верные решения, но всегда старался защитить тебя и Камелот. Я убежден, что ты станешь великим королем и построишь Великий Альбион, приведёшь его к процветанию. Я горжусь тем, что имел честь служить тебе. Прощай».
Артур сразу почему-то стал вспоминать слова. Где-то он это слышал… или видел… в забытом сне. Но, продолжая слушать, все больше принц осознавал, что видел слова, написанные другом в реальности. И это сейчас он во сне. Точнее в очень реалистичной иллюзии.
Тревога за лучшего друга неожиданно смешалась со злостью на него - он даже не сопротивлялся, хотя мог бы! Еще бы пара минут, и Мерлин бы умер! А если бы Артур пришел в себя после того, как собственноручно сжег самого близкого друга? Что было бы с ним? Почему Мерлин ни о ком не думает?!
Сам не заметил, как с силой ударил друга: «Помереть собрался, значит?! Как насчет того, что мы хотели вместе со всем справиться?!». Одновременно, чтобы вызвать сумятицу, швырнул горящий факел прямо на площадь. В следующий миг увидел в глазах Мерлина осознание. Похоже, друг очнулся.
На площади была суматоха, что-то кричали Утер и Моргана. Мерлин не слушал, он вспоминал, кто он и откуда. Он давно не наивный юный чародей, он через многое прошел и многое знает. Без труда раскидал людей, повинуясь его призыву к ним с Артуром подошли лошади, а когда запрыгнули на них, чародей еще и укрыл их пологом невидимости. Так надёжнее.
Долго без остановок скакали, Мерлин магией запутал следы. Чародей понимал – ситуация осложняется тем, что в двоем, без Гвейна, они уйти не могут. Поэтому, не смотря на опасность, остановились в таверне, надеясь застать там Гвейна.
Друга не было, но они решили переночевать. Тем более, что они были голодны и измучены. Да и вряд ли Утер ждет от беглецов вне закона такой наглости – по тавернам ходить.
Заказали еды – два кувшина эля, жареное мясо, хлеб и овощи. Мерлин ел молча, глубоко задумавшись. То, как сильно Артур разозлился, показало, что ему не все равно. Похоже, король, правда, боится его потерять. А может, боится остаться здесь и никогда не вернуться к Гвиневре? Мерлин и хотел, и не хотел узнать ответ наверняка.
Так задумался, что Артуру пришлось повторить два раза, прежде чем он обратил на него внимание. И все равно он не услышал вопроса:
- Простите, что?
- Я спросил, как себя чувствуешь. Тебя утром чуть не сожгли на костре.
- Все нормально. Спасибо, сир.
Мерлин не хотел об этом вообще говорить, поэтому ответил так формально. Не просто чуть не сожгли – близкий друг чуть не сжег, своими руками. Пусть не намеренно. Надеялся, что на этом разговор окончен, но, видимо, ему больше никогда не удастся провести Артура:
- Я хотел бы услышать правду.
- Зачем?
Видимо в голосе Мерлина прозвучала тоска – Артур виновато на него посмотрел и сказал, подбирая слова:
- Мерлин… Насчет того удара… Я не хотел, прости меня.
- Мне кажется, вы давно этого хотели, сир. Наверное, с тех самых пор, когда в реальности узнали про меня.
- Нет, это не так. И разозлился я не поэтому. Мерлин, только представь – ты приходишь в себя, рядом мое бездыханное тело, и ты понимаешь, что лично убил меня. Ты хотел бы, чтобы таким было мое пробуждение?
Представив это лишь на мгновение, Мерлин поперхнулся элем. Откашлявшись, так замотал головой, что она чуть не отвалилась:
- Нет. Прости меня, Артур.
- И ты меня.
Друзья улыбнулись друг другу, и дальше было как-то проще – болтали обо всем, потом пошли спать, приказав прислуге рано утром их разбудить.
Утром рано они с Мерлином завтракали, Артур вспоминал вечерний разговор. На самом деле, он уже вовсе не злится на Мерлина, и бить его не следовало. Но оставался вопрос, ответ на который король хотел бы знать. Друзьям принесли хлеб, молоко, омлет. Артур понимал, что, возможно, испортит другу аппетит. Поэтому подождал, пока Мерлин съест больше половины и только потом спросил:
- Мерлин, я понимаю, что тема неприятная, но мне нужно знать.
- Знать что, сир? – напрягся друг.
- Я не могу понять. Ты же мог сбежать с площади.
- Нет. Я не стал бы этого делать.
- Я не спрашиваю, стал бы или нет.
Друг некоторое время размышлял, уже безо всякого аппетита глядя в свою тарелку, Артур даже угрызения совести почувствовал. Думал, вопрос будут проигнорирован, но решил на друга пока что не давить. Но тот неожиданно начал отвечать:
- Сейчас точно смог бы… Тогда… Точно не скажу, но вероятность велика.
- Почему не сбежал?
- Ты не хотел этого. Ты ненавидел меня и желал сжечь на костре.
- Не я. Я из этого мира.
- Мы оба знаем, Артур, если бы эта ситуация случилась в нашем мире, ты, конечно, поверил бы Моргане.
- Нет…
- Да. Велиант, Катрина, Седрик, лорд Арагвейн. Ты всегда всем верил, только не своему глупому слуге Мерлину.
Артура словно булавой по голове стукнули – он понял со всей очевидностью, почему Мерлин не признавался. За все время, что они знакомы он никогда не давал понять, что стопроцентно ему доверяет. Мерлин боялся его гнева и его презрения. А он, словно дурак, так и поступил из-за отсутствия друга на Камлане. И отказал, когда Мерлин просил просто, без условий поверить ему. Разве он может вообще хоть в чем-то винить Мерлина?
- Прости.
- Не стоит. Это все в прошлом.
- Мерлин, я постараюсь быть другом получше.
- Спасибо.
Закончили завтрак друзья в молчании, пошли за лошадьми. Когда выехали, Артур снова задал вопрос:
- Если бы, узнав о твоей магии, я решил казнить тебя, ты что, позволил бы мне это?
- Да. Это твое решение.
- Но ты гораздо сильнее меня.
- Я никогда не сравнивал нас. Ты великий король, ты храбр, силен, благороден.
- Но не очень умен, раз ты все время дурачил меня.
- Артур, нет. Я никогда не хотел этого, и было вовсе не весело.
- Я знаю. Прости.
Мерлин удивленно заморгал глазами – за эти два дня Артур перед ним извинился больше раз, чем за десять лет службы ему. Дальше ехали молча.
Конечно, в своем мире они издалека заметили бы разбойников. Но у иллюзии свои законы. Мерлин не исключает, что те появились в буквальном смысле из воздуха. Но не это заинтересовало – среди них был Гвейн! С одной стороны, хорошо – нашли. Но то, что друг лесной бандит, усложняло ситуацию. Мерлин решил, что раскидать всех можно, но это не поможет очнуться другу. Решил сдаться и посмотреть, что дальше будет. Мысленно проинформировал о плане короля. К облегчению чародея тот согласно кивнул.
Итак, их грубо стащили с лошадей начали обыскивать. Отняли у Артура меч и мешочек с деньгами, окружили. Главарь вышел вперед и издевательски бросил:
- Принц и его слуга. Надо же, какая встреча!
- Что вам нужно? - как всегда в экстремальных ситуациях, Артур был собран и его голос не дрожал.
- Денег, конечно, чего же еще.
- Мой отец заплатит выкуп.
- Твой отец заплатил за твое возвращение в Камелот и за голову твоего слуги! Новости разносятся быстро, Пендрагон.
- Тогда вы должны знать, за что хотели казнить Мерлина. Не боитесь?
- Ой, только пугать нас не надо, - рассмеялся главарь, - Всем известно, что из казненных Утером Пендрагоном действительно колдунами являются от силы процентов десять. Будь твой слуга колдуном, вы бы в таком положении не оказались. Или нам следует тебя бояться, мальчишка?
Главарь подошел и отвесил Мерлину оплеуху. Очень хотелось его в жабу превратить, и возможность была. Но это не то, что им сейчас надо. Мерлин немного начал вникать в логику испытаний, и понимал, к чему все идет. Поэтому опустил глаза, всем своим видом показывая покорность и смирение.
Как и предположил чародей, именно Гвейну было поручено отвести беглецов назад в Камелот и получить выкуп.
Гвейн ехал на лошади, одной из тех, что отобрали у друзей. Вторая лошадь досталась главарю, Артур и Мерлин шли пешком, по обе стороны лошади, из руки были связаны, а вторая сторона веревок закреплена на седле лошади. Идти было тяжело, но друзья не оставляли попыток достучаться да Гвейна.
Сначала ничего не выходило. Мерлин и Артур пытались исподволь напоминать о прошлых событиях, но Гвейн оставался в иллюзии. Казалось, сделать ничего нельзя. Мерлин даже предложил в таверну зайти, вспомнив их первую встречу. Но Гвейн сообщил, что без них зайдет. Как деньги получит. И чародей совсем отчаялся, мысленно сказав Артуру:
- Я не знаю, что еще можно сделать. Придется импровизировать в Камелоте. Простите, сир.
- Я, кажется, знаю, - пришел мысленный ответ, - подыграй мне.
Эта идея неожиданно посетила Артура, и он вовсе не был так уверен, как показал Мерлину. Вообще достаточно рискованно пытаться вывести человека из иллюзии с помощью воспоминаний не о реальном мире, а о другой иллюзии. Артур вдруг подумал, что дело не в реальности, или иллюзии. Напомнить нужно о силе их дружбы и о том, чем они, все трое, готовы ради нее рискнуть. Мерлин много раз рисковал жизнью ради них, он пошли на эти испытания ради Мерлина. И во время испытаний они все время спасают друг друга. Надо об этом напомнить. Артур резко бросил Мерлину:
- Это из-за тебя мы оказались в таком положении, Мерлин! Надо же было тебе раскрыться перед Морганой!
- Напоминаю, это именно меня сожгут на костре, - «возмущенно» ответил колдун. Про себя Артур усмехнулся – друг понял и поддержал его игру.
- Я тоже точно знаю, что со мной сделают. Сказать тебе?
- Удиви меня.
- Разденут до трусов и привяжут к позорному столбу. Наверняка отец наказать меня доверит Моргане. Даст ей хлыст. Удар, два, три… Как думаешь, сколько я выдержу? И ты не поможешь, тебя сожгут на костре. А ты тут мой единственный друг.
- Нет, он не единственный твой друг тут, - раздался голос Гвейна.
Рыцарь спрыгнул с лошади и развязал друзей. Сказал:
- Простите, я снова поздно понял.
- Он почти сжег меня на костре, - с усмешкой кивнул на короля Мерлин.
Артур хотел возмутиться, но понял, что Мерлин просто пытается поддержать друга. к тому же слишком велико было облегчение от того, что они сделали это! Он оказался прав – взывать нужно не к событиям реально жизни, а к силе их дружбы. И в первом мире, и в этом, они очнулись, не вспомнив какие-то факты, а почувствовав дружбу. Это та самая сила, которая вернет их домой.
Они оказались совсем рядом с пещерами. Мерлин предположил, и Артур был склонен с другом согласиться, что иллюзия реальна до тех пор, пока они все трое, не осознают себя. Более того, пока все трое в нее верят, иллюзия от реального мира неотличима. Но с каждым очнувшимся становится все более размытой и гибкой. А когда себя помнят все трое, она совсем как сон. И, имея должные навыки, а у Мерлина они есть, ей, как сном, можно управлять.
Именно поэтому пещеры, которые в реальности были бы далеко, оказались прямо перед ними. Друзья беспрепятственно вошли туда, посмотрели на кристалл и оказались в своем, родном мире.
Единогласно решили не ждать. Это испытание, в отличии от предыдущего, оказалось более коротким. Они не так были вымотаны, и очень хотели скорее вернуться домой. Хотя и понимали, что, скорее всего, третья иллюзия окажется самой тяжелой, все посмотрели на кристалл и оказались в ней.
