Глава 1: «Обида»Мерлин уже неделю сидит в темнице. В холоде, в паршивых условиях. И не знает, сколько еще просидит. Тут больше нечем заняться – только думать. И чародея занимают три важных вопроса.
Первый – чем он это заслужил? Вот если бы Артур узнал правду, его самую страшную тайну, все было бы ясно. Но нет, в темницу он посажен не за это. Девять лет он работает на Артура, восемь лет они дружат. Точнее, это Мерлин по наивности думал, что дружат. Сейчас очевидно, что это не так. Если бы считал другом, Артур не позволил бы такому случиться.
Ответ на второй вопрос напрашивается сам собой – что сделает король, когда узнает, что он владеет магией? Раньше Мерлин не знал на этот вопрос ответа, но теперь все очевидно. Естественно, прикажет казнить. Если бы считал другом, возможны были бы и другие варианты. Но слугу он точно казнит.
Третий, главный, вопрос. Почему это так случилось и как дошло до такого?
На самом деле, первые тревожные звоночки были и раньше. Где-то год назад Мерлина забыли во время похода. То есть взяли и забыли. Одного в лесу, без лошади и снаряжения. А он просто отошел осмотреть лес и проверить возможные угрозы. Когда вернулся, никого на поляне не было. За ним никто не вернулся, и потом никто не извинился. А Гаюса, как назло, не было в городе, так что некому было вспомнить о нем. Хорошо, что они от Камелота были не так далеко. Тем не менее, Мерлин пять дней шел пешком до дома, выбился из сил и устал. А потом еще получил от короля нагоняй. Обидно было до слез. Но, как обычно, Мерлин проглотил обиду и жил дальше, спасал и оберегал короля, которому на него наплевать.
Но тогда он еще так не думал он верил в Артура и их дружбу и оправдывал его. Говорил себе, что он сам виноват, что король бы вспомнил, просто не сразу.
Потом Мерлин угодил в колодки за то, что спас Артура и весь отряд. Да. Он нарушил приказ. Но спас короля и рыцарей, при этом король решил его наказать, и ни один из рыцарей, которых Мерлин искренне считал друзьями, не заступился за него. А ведь он считал, что они друзья с Артуром. Ему не так тяжело далось само наказание, как осознание того, что Артур поступил с ним, как с обычным провинившимся слугой. И именно тогда в душу закралось подозрение – может, таковым король его и считает?
И кстати. О рыцарях. Тех, кого Мерлин искренне считал друзьями. В последнее время они существенно отдалились. И теперь Мерлин уже не так уверен в том, что Гвейн, Персиваль, Элиан, Леон ему друзья.
Гвейн. Раньше они были очень близки. Гвейн стал другом Мерлину раньше, чем подружился с королем Артуром, раньше, чем стал рыцарем. И некоторое время об этом не забывал. Он часто с Мерлином общался. Предлагал свою помощь. Звал в таверну, и пару раз Мерлин сходил. Ему нравился Гвейн, и он считал того своим ближайшим другом после Артура.
Но в последнее время все неуловимо изменилось. Гвейн раньше всегда во время жестких тренировок заступался за Мерлина, но уже год как нет. И тогда, когда все забыли о Мерлине, он тоже не вспомнил про него. И в таверны ходить больше не предлагает. А недавно, когда в Камелот приехал один рыцарь, сэр Эдриан Кейл, очень благородный и в бою чуть ли не лучше самого Артура, но надменно относящийся к слугам, Гвейн намеренно унизил Мерлина, чтобы подружиться с сэром рыцарем. И это был не последний раз. Тогда Мерлин, до этого момента всегда находивший Гвейну оправдание, понял, что они больше не друзья.
Персиваль. Ну, тут все просто. Он, как лучший друг Гвейна, дружил и с Мерлином. В когда Гвейн от Мерлина отвернулся, Первиваль стал к нему относиться, как рыцарь к слуге. Мерлин пытался поговорить, потому что он всегда хорошо относился к Персивалю и видел человека за горой мышц. Но получил жесткую отповедь, и больше не пытался.
Элиан. Брат Гвиневры. Именно Гвен была первым другом Мерлина в Камелоте. И первой отвернулась он него, когда стала королевой. Нет, осталась дружелюбной. Снисходительно дружелюбной, как со всеми слугами. Мерлин иногда даже немного завидовал. Конечно, он не смел и мечтать о таком, но Артур, сделав королевой служанку, мог бы что-то сделать для верного друга, много раз спасавшего ему жизнь. Хотя бы пригласить на свадьбу в качестве гостя, не слуги. И Гвен могла бы. Но нет, этого не случилось.
Элиану одно время было сложно, ведь он не благородного происхождения. И сначала он дружески общался с Мерлином. Но очень скоро принял то, что является родственником самого короля, и к слугам, в том числе к Мерлину, стал относиться соответствующе.
Леон. В отличии от других рыцарей круглого стола, он родился благородным. У него в крови эти принципы. И слуги для него просто слуги. Одно время Мерлин обманывался, считая, что они друзья. А потом осознал неприятную правду – Леон всегда ориентировался на своего сюзерена, Артура. И хорошо общался с Мерлином только потому, что так делал принц, позднее король. А когда осознал, что королю Мерлин безразличен, тоже перестал притворяться.
Вот так. У Мерлина в Камелоте друзей нет. Есть наставник, Гаюс. Он заменил Мерлину отца, и чародей за это благодарен Судьбе. Но, как выяснилось, те, кого он сам считал друзьями, ни во что его не ставят. Иначе как объяснить произошедшее?
Были большие празднества, в Камелот съехались и принцессы, и королевы соседних государств, и знатные рыцари Камелота. Артур пребывал в то время в приподнятом настроении – приехать обещал и его самый первый близкий друг, сэр Метью Эддингтон.
Все уши Мерлину прожужжал. Говорил, что очень важно, чтобы сэр Метью был всем доволен, что это очень дорогой гость, что Мерлин обязан лично проследить за всем. Чародей слушал в пол уха. Ну да, важный гость. Не первый и не последний. И, тогда еще, несмотря ни на что, считающий, что они с Артуром друзья, он предположить не мог, что ради спокойствия сэра Метью Артур будет способен бросить его в темницу.
Начинался день не так плохо. Да, утром разбудив Артура, Мерлин еще раз послушал про сэра Метью. Что тот приезжает сегодня, что очень важно, чтобы он всем был доволен. Мерлин даже был немного раздражен. Он считал, что они с Артуром друзья, и было неприятно, что король так превозносит своего первого друга. Но, к сожалению, тогда Мерлин не придал этому большого значения.
Была какая-то веселая суматоха, встречали гостей. Благородные с улыбкой, слуги низко кланяясь. Неожиданно к Мерлину подошел Джордж.
Мерлина этот слуга немного раздражал, еще с тех пор, как Артур Джорджу поручил его обучение. Слишком уж, ненормально, любезный. И чрезвычайно занудный. И Мерлин не понимал, зачем Джорджу понадобился. А тот тихо сказал:
- Мерлин, ты на весь Камелот известен своими шуточками. И король относится с пониманием, это тоже все знают. Но я хочу предупредить – сейчас не тот случай.
- Не понимаю тебя, - Мерлин, правда, не понимал.
- Советую вести себя… Не как ты привык. То, что его величество прощает обычно, в присутствии друга он не простит. Ему очень важно мнение сэра Эддингтона.
Мерлин поблагодарил за совет, но про себя только рассмеялся. Он потом очень ругал себя за наивность. Но тогда был уверен, что и он друг Артуру. Другу он доверял, несмотря ни на что, и даже не мог предположить того, что произойдет впоследствии.
Этот первый друг Артура, сэр Метью, Мерлину сразу категорически не понравился. И вспомнилось, что от самого Артура при первой встрече он также был не в восторге. Не удивительно, что эти двое подружились. Но потом Артур изменился, а Метью нет. Мерлину это казалось очевидным, и он надеялся, что друг поймет.
Но Артур был очень рад видеть первого своего друга. Мерлину он никогда так не улыбался. Мерлин поклонился гостю. Но не так низко, как тот рассчитывал. Тот спросил у короля, все ли его слуги так ленивы. Артур рассмеялся, Мерлин обиделся. Они вместе с Артуром прошли не так уж мало испытаний, чтобы король позволял себе его вот так унижать. Мерлин тогда не понимал, что по сравнению с тем, что произойдет дальше, это еще не унижение.
Мерлин все еще немного дулся на Артура, когда помогал одеться к праздничному обеду. Потом ситуация еще больше усугубилась. Король немного раздраженно бросил:
- Мне не понравилось твое поведение сегодня, Мерлин, моему другу тоже. Я надеюсь, что ты исправишься.
- Я надеюсь, что ты научишься лучше выбирать друзей.
- Что?!
У Артура в тот момент лицо такое было… Наверное, если бы Мерлин был простым слугой, он испугался бы. Но слишком через многое он прошел, чтобы такого бояться. Да и тогда еще наивно верил, что для Артура значит больше, чем обычный слуга.
На секунду показалось, что король его ударит, но тот просто велел заткнуться и держать свое мнение при себе. Мерлин еще больше обиделся.
А на празднике были знатные гости, супруга и все друзья короля. Друг короля, Мерлин, тоже был. Только не за столом, как остальные друзья сидел, а стоял навытяжку с остальными слугами и подливал вино. Он понимал, что обижаться глупо. У каждого своя судьба. Его – быть королевским слугой. Но именно в тот день было тоскливо и обидно. И казалось нечестным, что те, кто всегда был с ним на равных, сейчас смотрят, как на обычного слугу. Когда Гвейн приказал подлить ему вина, Мерлин с трудом удержался от опрометчивого поступка. Поклонился и подлил, на душе было горько.
Ситуация усугубилась тем, с каким удовольствием Артур болтал с этим… сэром Метью. Как с дорогим другом. Ну почему он не понимает, что Эддингтон его другом не считает, что для него он просто средство достижения целей.
Почему, как бы ни старался Мерлин, сколько бы ни доказывал свою преданность, Артур никогда ему не верит? Почему ему всегда дороже все на свете, кроме друга, всегда готового жизнь за него отдать?
За этими грустными мыслями Мерлин и не заметил, что сэр Эддингтон ему приказал подлить еще вина. А Артур прикрикнул, чтобы пошевеливался и исполнил желание благородного сэра. Те, кого Мерлин считал друзьями, рассмеялись. И стало так обидно. Мерлин понимал, что совершает ошибку, но в тот момент это было неважно. Одним движением руки он опрокинул на сэра Метью целый кувшин вина.
Мерлин понимал, что наказание будет. Эддингтон кричал, что следует назначить слуге тридцать плетей – это практически смертная казнь, но Мерлин был уверен, что Артур не сделает этого. Он и не сделал – кликнул стражу и велел отвести нерадивого слугу в темницу.
Сначала Мерлин не воспринимал ситуацию всерьез. Он понимал, что Артур не мог пожертвовать своей репутацией. И на то, что отправлен в темницу почти не обижался – это не тридцать, не двадцать, и даже не десять плетей. Хотя немного обидно, что король больше заботиться о репутации, чем о нем.
Спустя сутки после того, как был отправлен в темницу, Мерлин ждал освобождения. Был уверен, что Артур придет за ним. Вряд ли король извинится. Но он, конечно, не позволит другу пробыть в этом месте больше суток. Он же сам знает, как тут плохо – Утер порой жестко наказывал родного сына. Не позволит же он другу долго тут находиться? И, конечно, придет сам, чтобы Мерлин понимал, что, не смотря на слова, они все равно друзья.
Время ужина, Мерлин был уверен, что вот сейчас отворится дверь, в темницу войдет Артур. Он отопрет решетку и придумает какой-то дурацкий предлог. Например, что ему нужно ванну принять. Или просто молча выпустит, тоже неплохо.
Мерлин настолько верил в это, что уже решил, что не будет злиться на Артура. Даже если король не считает его другом, относится все равно лучше, чем к простому слуге. Поэтому слуга уже придумывал что бы такое сказать королю, чтобы свести все в шутку, показать, что он вовсе не обижен, и они могут вернуться к своим обычным подколкам. В голову пришла пара хороших идей, и Мерлин ждал визита короля уже почти с нетерпением. Да и хотелось эту ночь провести в своей постели.
Но король не пришел, и ночевал слуга снова в темнице. Было холодно, уныло, тоскливо. Но хуже всего предательство друга. Мерлин не кисейная барышня, и еще одну ночь в темнице переживет. Но дело не в этом. До слез обидно, что после всего, что они пережили, Артур готов так с ним поступить ради человека, который ничего не сделал для него.
Ладно, все-таки в Камелоте много гостей. Артуру просто не до этого. Но ведь он может просто приказать выпустить нерадивого слугу. Разве это займет много времени? Жалко, что Гаюс уехал в деревню Ландифф, там массово заболели люди нужна была помощь. Он бы точно просил за него.
К ночи второго дня Мерлин тоже ждал Артура, но уже без энтузиазма и без улыбки. Он замерз и устал сидеть в камере, без возможности видеть солнце. Он не был настроен сводить в шутку произошедшее.
К концу третьего дня Мерлин уже не ждал, очень больно было разочаровываться. Грустно, что люди, которым он много помогал, которых считал друзьями, даже не зашли. Почему так? Он готов жизнь отдать за каждого, а они не могут спуститься?
А вот стражники, не все, но была одна удачная смена – приятели Дик и Эндрю, неожиданно проявили участие. Болтали с ним, дружески. У Дика вкусно готовила супруга, в свою смену он приносил для Мерлина из дома горячую еду.
Итак, спустя неделю Мерлин все еще был в заточении. И, размышляя, открыл для себя неприятную правду – в Камелоте у него друзей нет. Было и кое-что еще более страшное – Мерлин перестал ощущать единство с Артуром, больше не казалось, что они две стороны одной монеты. Он по-прежнему был намерен защищать его величество, но просто потому, что он хороший король, и Мерлин тоже заинтересован в строительстве Великого Альбиона, даже несмотря на то, что ему там, очевидно, не будет места.
На восьмой день в голове Мерлина раздался голос великого дракона:
- Эмрис, что ты творишь!?
- Я? Ничего. Что вообще можно натворить, сидя в камере?
- Связь между тобой и Пендрагоном рушится. Это ты разрываешь ее.
- Не уверен, что связь была. И я по-прежнему буду защищать Камелот и его короля. Теперь это мой дом.
- Это не то. Ваша связь давала вам силу, ты не можешь все разрушить.
- Дело не в обиде, я простой слуга, и, похоже, король не видит разницы между мной и другими слугами. Мне придется смириться с этим.
- Мерлин, ты как ребенок. Не видишь ничего из-за детской обиды.
- Убирайся из моей головы!
Чародей понимал, что так поступать не должен. Килгарра, если так можно выразиться, его друг. К тому же он повелитель драконов и должен думать, прежде чем злоупотреблять своей властью. Но он устал, начал заболевать от холода и сырости, и меньше всего был настроен выслушивать нотации.
На девятый день Мерлин разболелся окончательно. Дик принес из дома горячий бульон, а Эндрю теплое одеяло, это помогло, но не вылечило. Кашель разрывал легкие, голова раскалывалась от боли. Именно тогда Мерлин отчётливо понял, что связь с Артуром разорвана. Король ему больше не брат и не друг. Он просто работает на него… Если до сих пор не уволен.
На десятый день Мерлин ни на что уже не надеялся и ни о чем не думал. Он надрывно кашлял и гадал, переживет ли еще одну ночь в темнице. Именно тогда, наконец, его выпустили.
Конечно, это не король пришел, даже думать о таком уже казалось слуге наивным. Его выпустили стражи, по королевскому приказу. Это не была смена приятелей Мерлина, так что из темницы его грубо вытолкали и сказали, что он должен быть благодарен королю.
Но благодарности Мерлин не чувствовал. Он с трудом добрел до своей комнаты, не было сил даже раздеться. Очень хотелось есть, но Гаюс, очевидно, еще не вернулся. Где-то добывать еду не было сил, и Мерлин уже было направился спать, как зашел Джордж, неся вкусный, сытный обед. Жареное мясо, сыр, свежий хлеб, вино, фрукты. Один запах чего стоил… молча поставил на стол. Мерлин поблагодарил, хотя так и не понял, чем заслужил такое расположение Джорджа. Они некоторое время общались, по настоянию Артура, Джордж обучил Мерлина методу двойной полировки, Мерлин рассказал Джорджу про свою деревню. А еще припомнил пару забавных случаев из жизни. Но друзьями они не стали, и сейчас Мерлин думает, что напрасно. Вместо того, чтобы стремиться дружить с теми, кому он не ровня, следовало больше внимания обращать на Джорджа, Дика, Эндрю. Еще есть кухарка, Марджори, или тетя Мардж. Она всегда хорошо к Мерлину относилась. Может она передала ужин? Но вино... И очень хорошее, словно для королевского стола. Странно…
Поев, Мерлин почувствовал, что ему становится лучше. Не так все и плохо. Наладится. Раз он не нужен Артуру в качестве друга, будет просто слугой. С этими мыслями Мерлин лег спать, настроившись на то, что завтра надо рано встать и не облажаться с завтраком. А то его величество снова в темницу отправит, чего доброго…
