Корриган (бета: Greykot)    в работе   Оценка фанфикаОценка фанфика

    Всё закончилось по - другому. Волдеморт победил. Гарри Поттеру даётся второй шанс изменить всё. какой выбор сделает он?
    Mир Гарри Поттера: Гарри Поттер
    Гарри Поттер, Северус Снейп, Драко Малфой
    Общий || джен || G
    Размер: макси || Глав: 17
    Прочитано: 237022 || Отзывов: 248 || Подписано: 900
    Начало: 04.10.09 || Последнее обновление: 27.05.11
    Данные о переводе
Автор фанфика: Emma Lipardi
Контакты автора: emma_lipardi@hotmail.com
Язык оригинала: Английский
Название фанфика на языке оригинала: What is Right: Year One
Ссылка на фанфик: http://www.fanfiction.net/s/2777448/2/What_is_Right_Year_One
Разрешение на перевод: получено



То, что правильно: год первый

A A A A
Размер шрифта: 
Цвет текста: 
Цвет фона: 
Глава 1


Здравствуйте, уважаемые читатели. Перевыкладываю первую главу. Отбечена. ОГРОМНАЯ признательность бете. Серому Коту.
Глава 1 Выбор
Гарри нарочно не смотрел по сторонам, пытаясь таким образом отгородиться от собственного самочувствия. Он хотел наконец уложить в голове то, насколько быстро всё пошло прахом. Он, Рон и Гермиона искали хоркруксы, но нашли все, кроме одного. Ряды Пожирателей смерти сильно поредели, а Волдеморт скрылся даже от собственных сторонников. Когда нашли и изучили дневник Дамблдора, Северус Снейп и Драко Малфой вступили в Орден Феникса. На деле Гарри мог выносить присутствие обоих слизеринцев, хотя отношения в этой троице оставались, в лучшем случае, натянутыми.
Ну, а теперь… Они проиграли. Только так Гарри мог назвать происходящее. Вскоре после прошлого полнолуния шпиону Волдеморта удалось заколдовать Ремуса Люпина и, использовав оборотня, обнаружить дом на площади Гриммо. Волдеморт взял дом приступом, застав врасплох почти всех, кто там был. Убаюканные ложным чувством безопасности, они слишком сильно полагались на «непробиваемые» охранные чары. Даже Грозный Глаз Грюм. Гарри попытался сесть поудобнее, но задохнулся от боли, потому что внутри сдвинулось что-то такое, что (он точно знал) двигаться не должно. Несколько секунд он ловил ртом воздух, а затем боль, наконец, отступила, и он с облегчением вздохнул. Юношу опутывали магические верёвки. Всякий раз, когда Поттера вытаскивали из «его комнаты», как её любил называть Волдеморт, его связывали в новом положении, и он знал, что Пожирателям смерти это очень нравится.
Дверь открылась, и в комнату хлынул свет. Гарри ненадолго заморгал, а затем довольно большая рука (Крэбб или Гойл, предыдущее издание) схватила его и попыталась заставить встать. Пожиратель в этом не слишком преуспел, потому что мальчик был уверен, что у него где-то сломана нога, и все, что он может – это балансировать на ней. Кончилось тем, что мужчина поддерживал ковыляющего Гарри, который из гордости старался не кричать от боли.
От драчунов и от своего дяди он научился одной вещи: если не отвечать, они устают с тобой играть. Он отложил боль на потом и стал с каждым шагом чуть больше вставать на сломанную ногу. Он прикинул, что в лучшем случае останется хромым, в худшем – потеряет ногу (Волдеморт не слишком утруждал себя заботой о лечении своих «гостей», лишь бы они оставались живы). Если б Тёмный Лорд был уничтожен, это стоило бы того.
Шрам Гарри дал о себе знать сразу, как только они приблизились к комнате, где Волдеморт давал аудиенции своим последователям. Уже после второго посещения Гарри окрестил ее «камерой пыток» и не раз про себя смеялся над этим. Когда-то гостиная выглядела очень уютно, прежде чем Волдеморт убрал оттуда всю мебель и содрал портьеры с окон.
Для Гарри комната не теряла зловещей привлекательности. Он всегда изучал её, когда его доставляли на «уроки», как Волдеморт любил называть их ежедневные встречи. Раньше он видел эту комнату только в видениях, и кое-какие книги, стоящие на полках, заинтересовали его, хоть он и клялся себе, что ничего подобного не будет. Волдеморт предлагал заглянуть в эти книги, и Гарри каждый раз отказывался, но Тёмный Лорд своих попыток не оставлял. Его забавляло, что Поттер, отказываясь, колебался все дольше и дольше.
В половине случаев Гарри и не знал, что ему думать о Волдеморте. Иногда Темный Лорд переходил прямо к пытке настолько долгой, насколько юноша способен выдержать без необратимых последствий. А иногда, чтобы не причинять слишком большой вред «своему любимому мальчику», Волдеморт говорил с ним, пытаясь показать ему то, что, по его мнению, Гарри нужно было знать. Поттер ухмыльнулся про себя. Ну да, он ранен, но это всего лишь небольшая судорога в правой руке и ещё что-то, с чем, он уверен, могла бы справиться мадам Помфри… забыл.
Мадам Помфри была среди тех, кого после внезапного нападения забрали с Гриммо. Её убили на следующий день, когда она отказалась лечить пожирателей смерти и Тёмного Лорда. Храбро, думал Гарри. Глупо, если иметь в виду выживание, но храбро. Он будет скучать по ворчливой маленькой школьной медсестре, которая накладывала ему швы так часто, что он уже и не старался это запоминать.
Гарри попытался вспомнить, как давно он уже здесь, но обнаружил, что не может точно подсчитать дни. Он не мог припомнить и половины того, что здесь с ним случилось, не мог определить, кто остался жив, если не видел чью-то смерть своими глазами. Он был уверен, что Тонкс мертва, а потом, оскорбив однажды Темного Лорда, увидел, как тот убивает её, желая преподать Гарри «урок». С тех пор юноша его не оскорблял. На его руках уже слишком много крови и он не хотел, чтобы Волдеморт добавил ещё.
- Гарри, не топчись на пороге, – позвал Волдеморт из кресла, стоящего у камина. Значит, это будет очередная «беседа». Гарри почувствовал, как исчезли путы, и глубоко вдохнул. Его рука изогнулась совсем уж неестественно.
- Сядь.
Напротив Волдеморта появилось кресло, и Гарри медленно подошёл к нему. Краем глаза наблюдая за Волдемортом, он очень осторожно опустился в кресло, пытаясь не причинить слишком большой боли своему протестующему телу.
- Вижу, тебе все еще больно? – отозвался Волдеморт.
- Да, сэр, - Гарри уже понял, что лучше всего срабатывало пассивное сопротивление. Он выказывал Волдеморту внешнее уважение, только чтобы выжить. Сумев сбежать, Гарри будет готов уничтожить Волдеморта раз и навсегда, так, чтобы не пришлось беспокоиться, что тот вернётся.
- Мои пожиратели говорят, что ты снова отказываешься от еды, равно как и от всех предлагаемых лечебных зелий.
Ой-ёй. Гарри знал, что означал этот тон, у него появилось ощущение, что последствия своих действий ему не понравятся.
- Мне не хочется есть, сэр, - ответил он сидящему напротив волшебнику, пытаясь держать свои чувства в узде, но все же запаниковал.
- Допустим, но есть очень важно, если хочешь пребывать в добром здравии (Гарри захотелось рассмеяться, но он подавил подступающую истерику). Я настаиваю, чтобы ты ел всю пищу и зелья, которые тебе дают, – он сделал знак пожирателю у двери, и Гарри с нутряным ужасом увидел, как тот кивнул и вышел из комнаты.
Он снова появился чуть погодя, и Гарри осознал, что Темный Лорд заранее все запланировал, что это не «урок», просто ему нужно было кого-нибудь убить. Пожиратель принес маленькую девочку, которая сопротивлялась и царапала его. Гарри её не знал, но боль в его груди (он был уверен, что она не от ран) была ничуть не меньше, чем когда убивали Макгонагалл.
Гарри смотрел, как Волдеморт почти целых пять минут пытает девочку Круциатусом. Боль в груди мальчика усилилась так, что стало невозможно дышать. Он хотел отвернуться, но предыдущие «уроки» показали, что, в конце концов, от этого девочке будет только хуже. У Волдеморта имелись свои способы причинять боль худшую, нежели от Круциатуса. Гарри не единожды испытал это на себе и не пожелал бы такого даже самому Волдеморту.
Боль немного уменьшилась, когда зелёная вспышка сорвалась с палочки Волдеморта и поразила дрожащего ребёнка. Её тело сразу же мирно расслабилось, лицо приобрело прежнюю невинность. Волдеморт жестом показал, чтобы её унесли прочь, и вновь уселся напротив Гарри. На столе около юноши появился поднос, и Волдеморт взглядом показал на него. Перед тем, как взять тарелку и ложку, Гарри колебался менее секунды. Как только Гарри проглотил первую ложку бульона, Волдеморт удовлетворенно откинулся на спинку кресла.
Пока Гарри ел, его лицо ничего не выражало. Бульон изначально был куриным, но в него намешали столько укрепляющих и болеутоляющих зелий, что от его природного вкуса ничего не осталось. Волдеморт, по сути, не кормил пленника, а обеспечивал питательными веществами, чтобы поддержать в нём жизнь. Он съел столько, сколько смог, и поставил тарелку обратно на поднос. Гарри подташнивало - желудок привыкал к тому, что в нём снова что-то есть.
Он не ел три дня, и удивлялся, почему Волдеморт так из-за этого беспокоится. У Дурслей он, бывало, выдерживал без еды и дольше. Три дня для Гарри, даже настолько избитого и больного, ничего не значили. Вдруг желудок свело судорогой и юноша согнулся пополам. Болеутоляющие зелья заметно притупили ощущения, и саму судорогу Гарри не почувствовал, но он не смог справиться с непроизвольным сокращением мышц.
Волдеморт просто протянул ему пузырёк с каким-то зельем, взять который Поттера заставил лишь тяжёлый взгляд, которым наградил его Темный Лорд. Он опустошил бутылочку и глубоко вдохнул, когда судорога отступила.
- Что же Вы все тянете, сэр? – слегка раздражённо спросил Гарри. – Мы же оба знаем, что вы собираетесь меня убить.
Волдеморт окинул Гарри лукавым взглядом.
- Да, я и в самом деле собираюсь тебя убить, – признался он. – Но ты прекрасная игрушка, и мне ненавистна мысль о том, чтобы слишком скоро тебя потерять.
Тёмный Лорд подошёл и похлопал Гарри по голове. Поттер позволил ему это, поскольку Волдеморт впадал в ярость, если тот отстранялся.
- Ты ещё так много должен узнать.
- Сколько друзей у меня осталось? – тихо спросил Гарри. Волдеморт получал извращённое удовольствие, сообщая ему о том, сколько членов Ордена осталось в живых, и каждый раз, как они встречались, Поттер спрашивал о своих друзьях. Смерть многих из них Гарри видел своими глазами. Волдеморт использовал его друзей, чтобы безжалостно управлять им.
Юноша получил четкие указания, что делать (в основном, в эти дни есть, спать и принимать зелья), и если он слишком сильно не слушался, Волдеморту доставляли кого-нибудь из друзей Гарри, и Тёмный Лорд убивал их на глазах у юноши, показывая, что случится с остальными, если он будет так же «отвратительно не подчиняться».
Каждый говорил Гарри, чтобы он сопротивлялся и не сдавался, но, что бы Гарри ни делал, все они умирали. Близнецы Уизли погибли, погиб Грюм, Люпин, Помфри, Макгонагалл и Тонкс. Юноша понятия не имел, сколько было захвачено в плен изначально, поэтому не мог подсчитать, сколько осталось в живых. Приходилось верить Тёмному Лорду.
- Боюсь, всего двое, – Гарри вскинул голову и уставился на Волдеморта. Он тут же пожалел об этом, поскольку то, что недавно в нем двигалось, снова сместилось, правда, благодаря зелью, уже не так болезненно. Теперь это движение внутри только озадачивало.
- Да, мой мальчик, – протянул Волдеморт. Когда он бывал безмерно доволен собой, то намеренно разговаривал, как Дамблдор, что звучало странно. – Большая часть твоих друзей пытались сбежать. Мне жаль такое говорить, но десятеро мертвы.
Волдеморт снова сделал знак мужчине, стоявшему у двери. Тот кивнул и исчез.
- Осталось только двое, и, полагаю, они хотят тебя видеть, – сообщил Волдеморт с жестокой усмешкой.
В голове у Гарри раздался тревожный звонок. Волдеморт позволял ему видеть друзей, только когда собирался убить их. На сегодня смертей было более чем достаточно. Маленькой девочки ему хватило с лихвой.
Мужчина привел жавшихся друг к другу юношу и девушку. Волдеморт отступил в тень, когда их вытолкнули на свет. Рон и Гермиона. Нет.
- Гарри, - хрипло воскликнула Гермиона. Она бросилась к нему, обвила руками его худые плечи.
- Гарри, мы думали, ты мёртв! – всхлипнула она, отстранившись, чтобы пригладить ему волосы и всмотреться в лицо.
Рон просто таращился на его, не в силах оторвать взгляд от лучшего друга, который так изменился.
- Чтоб мне провалиться, дружище, – эти слова убедили Гарри, что это действительно его друзья. Страх снова скрутил живот. Его последние друзья вот-вот умрут. Гарри протянул Рону и Гермионе руки, им овладела безнадёжность.
Если сегодня они умрут, он умрёт с ними. Он не смог остановить Волдеморта, но, возможно, ему удастся ослабить Тёмного Лорда настолько, что тот больше не будет тревожить магический мир. Рон с Гермионой помогли ему подняться на ноги, так, что троица сумела снова обняться.
Гарри скорее почувствовал, чем увидел, как Смертельное проклятие слетело с волшебной палочки Волдеморта. Он притянул своих друзей ближе и закрыл глаза, приготовившись умереть. Волдеморт что-то говорил, но Гарри не слышал его. Он обнял Рона и Гермиону крепче. Я отдал бы всё за возможность спасти их. Всё, что у меня есть. Зелёный свет поглотил всех троих. Когда заклятие ударило, Гарри почувствовал, как в его теле ломаются все кости.
Он застонал и повалился на пол, всё ещё обнимая Рона и Гермиону. Он умирал. Память самовольно подбросила юноше воспоминание о том, как одиннадцатилетняя Гермиона отчитывает его за безрассудные планы, которые могли закончиться их смертью или, что ещё хуже, исключением из школы. Он улыбнулся, чувствуя, как жизнь оставляет его. Гарри Поттер умер с улыбкой на устах, обнимая двух своих лучших друзей.
Магия покинула тело Гарри, и Волдеморт закричал, почувствовав, что его последний хоркрукс уничтожен. Любое новое расщепление души приведёт его к верной гибели. С этого момента он должен просчитывать каждый свой шаг. Ордена Феникса больше нет, Поттер сам выбрал свою смерть, остаётся только Министерство. Победа ещё не ускользнула, она ждёт, когда Волдеморт схватит ее. Он всё ещё может выиграть!
--------------------------------------------
- У тебя есть выбор, – услышав голос, Гарри привстал, изумлённый тем, что ещё может что-то осознавать. Минутку. А где Волдеморт? Это что-то новенькое. Он же умер! Предполагается, что он не может быть жив.
- Я не умер? – спросил он.
- У тебя есть выбор, – повторил голос. – Ты пожертвовал собой ради жизни других. Ты сказал, что отдал бы всё, что у тебя есть, чтобы изменить итог. Ты именно это имел в виду.
Гарри согласно кивнул, хотя это был не вопрос.
- Да, верно.
- У тебя есть выбор, - Гарри стало интересно, знал ли голос, что всё это звучало так, словно его обладатель хлебнул Лепетательного питья. – Ты вправду можешь выбрать одно из трёх, – голос сделал паузу. – Во-первых, ты можешь отправиться за завесу и присоединиться к тем, кто ушёл туда раньше тебя.
Ого, жизнь после смерти. Гарри почувствовал, как в нём поднимается надежда. Мама, папа, Сириус. Все его друзья.
- Во-вторых, ты можешь родиться снова, но магглом, это вроде второго шанса на мирную жизнь, – такого Гарри определённо не хотел. – В-третьих – изменить свою жизнь.
Гарри поднял взгляд, почувствовав себя глупо. Не на кого смотреть-то!
- Что ты имеешь в виду, изменить жизнь? – поинтересовался он.
- Ты возвращаешься туда, где всё началось в первый раз и делаешь, что можешь, чтобы изменить итог, - объяснил голос. - Второй шанс сделать всё правильно, - уточнил он. - Так что ты выбираешь?
Гарри колебался. Заманчиво - уйти за завесу. Пусть кто-нибудь другой имеет дело со Змеиным Лордом! Он одёрнул себя. Если он вернётся таким же, как был… вдруг удастся кого-то спасти. Может быть, даже себя.
- Какой смысл возвращаться? Я же не буду знать, как мне поступать. Вдруг в итоге я снова сделаю всё то же самое, - произнёс Гарри.
- Ты сможешь сохранить свои воспоминания, если полагаешь, что твой смертный разум это выдержит, - голосу явно наскучили сомнения Гарри по этому поводу. – Всё зависит от тебя.
Ещё несколько минут Гарри спорил с собой. Ему хотелось покоя, чтобы рядом были родители и друзья. Он не желал больше думать о Волдеморте или о смерти тех, кого любил. В ушах зазвучал настойчивый голос из прошлого. Мы в своих поступках должны выбирать между тем, что правильно и тем, что легко. Гарри искренне понадеялся, что Дамблдор в загробной жизни подавится своей лимонной долькой.
- Я вернусь, как Гарри Поттер, со всеми воспоминаниями.
- Очень хорошо, - Гарри почувствовал, как его вышвырнуло, и, открыв глаза, увидел свой родной чулан под лестницей. Гарри поднял руки и вздохнул, показывая, что сдаётся. Ему опять было грёбаных 10 лет, и он снова должен вырасти. Класс.



Глава 2


Здравствуйте, уважаемые ,глава отбечена.
Бете – ура!
Глава 2 Поход по магазинам.

Светало, когда Гарри, крадучись, вышел из дома №4. Он надел брюки, которые лучше всего на нём сидели, рубашку с длинным рукавом, куртку и утащенную у Дурслей бейсболку, чтобы скрыть шрам. На плече висел старый ранец Дадли, а в нем - смена одежды – на случай, если Гарри кто-нибудь узнает и понадобится изменить обличье, чтобы стряхнуть с хвоста преследователей. Мальчик захватил с собой несколько пакетов мюсли и яблоки. Это была провизия на всю поездку. Он собирался только один раз поесть сегодня вне дома и не хотел без необходимости соваться туда, где много народа. Незачем, чтобы толпа следовала за ним во всей Диагон-Аллее. На улице он похлопал себя по заднему карману брюк и угрюмо улыбнулся. Сегодня он едет на Диагон Аллею. Он возвращается в магический мир.
День рождения Дадли прошёл без происшествий. Гарри поговорил со змеёй, но со стеклом ничего делать не стал. Поэтому его не заперли в чулане. Из-за того, что Дурсли не видели письма, Гарри до сих пор жил в чулане; это было единственное, о чём он жалел. Мальчик вспомнил, как было тогда, в первый раз, как он хотел вернуться в чулан с письмом. Было такое. Он предпочёл письмо. Дадли пока может оставить вторую спальню себе. Она всё равно достанется Гарри, когда он вернётся на Прайвит Драйв… если вернётся.
Последние дни Дурсли странно на него посматривали. Юный волшебник понимал, что ведёт себя не совсем так, как раньше, но ничего не мог поделать. Трудно поступать, как в одиннадцать лет, когда чувствуешь себя на девятнадцать. Очень трудно. Так что, он притворялся тихим, может, даже немного застенчивым, ребёнком. Кажется, его родственникам это пришлось по вкусу, но Гарри не раз замечал, что они разглядывают его с задумчивым видом. Самой подозрительной оказалась тётя Петунья. Мальчик не знал, что с этим поделать, но продолжал гнуть свою линию. Нужно попасть в Хогвартс. Больше его ничего не интересует.
Он не хотел, чтобы ему кто-то помогал. Мальчик знал, как нужно прожить жизнь заново. На этот раз он подготовится. Не одну ночь он доводил до совершенства маску, за которой спрячется от всех в Хогвартсе. Составил список людей, с которыми можно, не опасаясь последствий, общаться, но не стоит заводить дружбу, и список тех, кто, став его другом, не создаст слишком много проблем. Особенности характера помогут ему держать всех на расстоянии. К тому времени, когда поползут слухи о наследнике Слизерина или о душевном здоровье Гарри, к его образу погружённого в учёбу студента так привыкнут, что он будет вне подозрений. Даже, несмотря на то, что он – Мальчик-Который-Выжил, Гарри останется незаметным.
В каких-то случаях это звание даст ему некоторую свободу действий, а в каких-то – нет. Можно позволить себе некоторые причуды и стремление к уединению, особенно теперь, когда он утаил от тёти кое-какие «подробности». Гарри уже решил, что она ему расскажет, как и почему умерли его родители. Гораздо важнее то, что убийцу так и не схватили, и что волшебники были только счастливы вернуться к мирной жизни. Гарри знал, что магическое общество расслабилось, как только все они начали называть Волдеморта сложносоставным именем. Точно также они поступили с Гарри. Нынешний Гарри Поттер всё это знает, а, следовательно, и не забудет. Он станет осторожным ребёнком, но ребёнком тихим и скромным, не будет привлекать к себе внимания. Обложится книгами и спрячется в библиотеке, и узнает всё, что только возможно… конечно, чтобы защитить свою семью.
Пусть думают, что хотят. Пусть разочаруются, что у них нет Гриффиндорского Героя. Мальчику было всё равно: он будет поступать, как сочтёт нужным, не оглядываясь на остальных. Одна из его первых ошибок: беспокоиться, что подумает о нём каждый встречный. Вместо того, чтобы прислушаться к себе, он шёл на поводу у окружающих. Неудивительно, что на пути к победе над Тёмным Лордом он несколько раз сбивался с пути и, в конце концов, потерпел поражение. Волдеморт убил его, и Рон с Гермионой оказались всецело в безжалостной власти Тёмного Лорда. Гарри хотелось думать, что Волдеморт из ярости убил его лучших друзей быстро. Ему оставалось только надеяться. Формально, этого не случилось, но всё равно хватило для того, чтобы являться во снах.
Гарри снились кошмары, но, ради будущей победы над Волдемортом, он был готов потерпеть. Мальчик понимал, что в Хогвартсе эти сны создадут сложности, но сейчас-то родственники о них не знали. Ночью он спал не больше пяти часов, но в плену у Волдеморта ему перепадало и того меньше. Или ещё раньше, когда его почти каждую ночь настигали видения. Пусть они были фальшивыми – их, ради забавы, насылал Тёмный Лорд, но мешали спать и изматывали не хуже настоящих. Парень выкинул мысли о прошлом из головы. Он нашел старую, почти неиспользованную записную книжку Дадли, и теперь записывал туда свои сны и работал над ними. Эту идею подбросила Гермиона, когда из-за его снов приходилось просыпаться даже ей. Просидев с ним несколько ночей напролёт, она предложила записную книжку. Теперь, чтобы не будить ненароком родственников, он взял идею на вооружение. Помогало. Не очень, но это всё, что он мог сделать.
Своё письмо он нашёл в прихожей и спрятал прежде, чем его увидели Дурсли. Никто не знает о письме, значит, никто не знает, что он скоро уедет. Мальчик не стал возражать тёте, которая собиралась отдать его в Стоунвилльскую среднюю школу. Гарри дал Петунье перекрасить старую форму и примерил её, когда попросили. Тётя даже сказала что-то насчёт немного ушить эти Дадлины обноски, чтобы он не выглядел слишком нелепо. Наводить тётю на мысль, что форму он носить не будет, не хотелось, поэтому мальчик поблагодарил её и пошёл доделывать работу по дому.
Теперь он стремился извлечь из домашних дел как можно больше пользы. Гарри и в первый-то раз ненавидел свою худобу, и, конечно же, не хотел, чтобы это повторилось. Он радовался заданиям, поскольку с их помощью убивал сразу двух зайцев: во-первых, мог свободно думать – никто его не прерывал, и, во-вторых, тренировался. Любое поручение он выполнял вдвойне. При этом он даже двигался, словно преодолевая сопротивление, в надежде укрепить свои мышцы. Нужно тренироваться сейчас, чтобы потом выжить. Каждое утро Поттер вставал очень рано, чтобы успеть пробежаться вокруг квартала. Он знал, что в Хогвартсе его снова настигнут проблемы, и пообещал себе, что будет способен эти проблемы обогнать!
К тому же, благодаря этим заданиям, он научился такому, на что имелся спрос в ближайших окрестностях Прайвит Драйв. На улице жило немало старых дев и молодых матерей, а им бывал нужен старательный паренёк, который и двор подметёт, и разберёт и вычистит чердак или подвал, и, к тому же, живёт неподалеку, так что при случае и за детьми приглядит, пока молодая мама улизнёт к соседке посплетничать. Гарри брал за всё это недорого, но за те несколько недель, что он работал на соседей, собрал вполне симпатичную кучку монет. Их хватало на то, чтобы сегодня съездить в Лондон и обратно и даже поесть там на свои кровные. Дурсли по отношению к племяннику придерживались правила « с глаз долой, из сердца вон». Сделав всё по дому, он мог гулять, где угодно – родственники не обращали на него внимания. Поттер отогнал подобные мысли прочь. Сегодня он будет наслаждаться Диагон-аллеей. Определённо.
________________________________________

Гарри вошёл в Дырявый Котёл, чувствуя, как посасывает под ложечкой. Он поглубже надвинул кепку и наклонил голову пониже. Не нужна ему толпа вокруг. В ней ему было неуютно после прошлогоднего нападения (Гермиона упоминала какой-то защитный механизм психики). С тех пор Гарри терпеть не мог, когда кто-то подходил к нему вплотную. Проскользнув между столами прямо к барной стойке, Гарри негромко сказал:
- Извините.
Том обернулся и сверху вниз посмотрел на мальчика:
- Да, сынок? А ты не слишком молод, чтобы гулять вот так одному?
Гарри подавил желание закатить глаза. Он работал над своей «малышовостью». Она ему досталась, тут уж никуда не денешься. Он маленький и тощий. Сейчас это даже полезно: люди недооценивают его. Но всё же он ждал - не мог дождаться, когда же подрастёт.
- Потерялся?
- Не думаю, сэр. Это ведь Дырявый Котёл? – спросил юный волшебник. Том кивнул. - Моя тётя сказала спросить Тома, а он может показать проход на Диагон-аллею, потому что у меня ещё нет палочки, а она не может колдовать, – объяснил он, надеясь, что мужчина купится на это. Мальчик не хотел, чтобы вокруг собрались доброжелательные волшебники, когда он неплохо может справиться и сам.
- Это Вы Том, сэр? – спросил Гарри. Он просто хотел попасть на Диагон-аллею.
- Да, парень, ты пришёл в нужное место, – ответил Том, положив тряпку и выходя из-за стойки. – Иди за мной. Ты в этом году поступаешь в Хогвартс?
- Да, сэр, и я очень рад, – мальчик говорил правду – он предвкушал, как вернётся домой. Мальчик пристроился хвостиком за Томом и следом за ним вышел на задний двор, ведущий к Диагон-аллее. Он же, вроде, ребёнок, верно? Если надо, то сможет вести себя, как восторженный одиннадцатилетка.
Бармен улыбнулся ему и легонько постучал по нужному кирпичу, чтобы открыть проход.
- Вот сюда. Удачи тебе.
- Спасибо, сэр. – Гарри прошёл через арку и услышал, как кирпичи за его спиной возвращаются на место. Диагон-аллея блистала точно так же, как и тогда, когда Гарри появился здесь впервые. Он немного побродил, дав себе поглазеть по сторонам, и понял, что за время войны соскучился по такой Диагон-аллее. Он сам себе улыбнулся, впервые за многие годы почувствовав себя дома. Никто на него не пялился. Он просто обычный юный волшебник. Не кто-то особенный. Приятное ощущение.
Гринготтс – первая остановка, и он надеялся, что его допустят к хранилищу. Все его планы строились именно на этом. Он знал, что банковский ключ хранится у Дамблдора, но у гоблинов своя магия, не такая, как у волшебников. Вдруг они могут сделать так, что он получит часть своих денег и без ключа? Поднимаясь по лестнице ко входу для посетителей, он наклонил голову. Охранник в униформе поклонился Гарри, тот важно кивнул в ответ. Как ни странно, гоблин этому слегка улыбнулся, тут же вернув лицу невозмутимое выражение. Гоблины любят детей? Он мысленно отметил позже заняться этим вопросом.
Он увернулся от круживших по вестибюлю людей и подошёл к клерку, выглядевшему довольно утомленным.
- Извините, сэр, – обратился к нему мальчик так вежливо, как только мог.
Гоблин опустил на него взгляд:
- Да, сэр? – улыбка у него была довольно острозубой.
- Я здесь первый раз, – начал Гарри. - Вырос в неволшебной семье. Моя тётя очень мало рассказала о магическом мире. Она говорила, что мне понадобится ключ, чтобы снимать со счёта деньги, но сомневалась, что он вообще существует. Посоветовала выяснить в банке. Могу я узнать? – вопросительно поинтересовался мальчик. Он хотел как можно дольше не привлекать к себе лишнего внимания.
- Ваше имя, сэр? – спросил гоблин.
- Гарри Поттер. – Пока гоблин листал большую книгу, лежавшую слева от него, мальчик огляделся. Кажется, его имени никто не расслышал. Улыбка коснулась его губ и Гарри перевёл дух. Можно заниматься делами, не раскрывая себя. Верно?
- Да, мистер Поттер, у вас действительно есть счёт в нашем банке, а точнее, два. Один – это доверительный фонд, а второй – семейный счёт. До достижения шестнадцатилетия Вы можете пользоваться только фондом, – сказал гоблин. - Если желаете, я могу восстановить для Вас ключ, – продолжил гоблин.
- Да, пожалуйста. Благодарю, мистер…? – Гарри вопросительно посмотрел на собеседника.
- Моё имя Менарек, мистер Поттер, – сказал он Гарри, улыбаясь уже слегка иначе, и добавил чуть более непринужденно: – Ваша тётя вырастила Вас очень вежливым человеком.
Менарек махнул рукой своему ближайшему коллеге.
- Релрет покажет дорогу к Вашему хранилищу, – сообщил он мальчику, когда второй гоблин подошёл к ним. – Позаботься о юном мистере Потере, Релрет.
Он наклонился и вручил коллеге новый ключ мальчика.
- До свидания, приходите к нам ещё, мистер Поттер.
Гарри поблагодарил гоблина и последовал за Релретом. Всё это было…необычно. Гоблины вели себя странно. Почти уважительно. Не так, как в первый его визит, интересно, почему? Что изменилось? Те, кого он видел, когда был с Хагридом, вели себя, в лучшем случае, грубо.
Гарри вслед за Релретом спустился к тележкам и прокатился с тем же удовольствием, что и в первый раз. Ему нравились эти тележки, и он искренне порадовался, что они остались теми же, и, наверное, никогда не изменятся. Тележка замедлила ход и остановилась у хранилища Поттеров. Релрет выпрыгнул и открыл его.
- Вот он, мистер Поттер, – сказал гоблин с лёгким поклоном. Гарри зашёл внутрь и огляделся. Всё осталось, как было. Он взял из рук Релрета маленькую сумку и высыпал в неё две полные горсти галлеонов.
- Мистер Релрет, – поинтересовался мальчик после паузы, осмотрев всё, что было в его хранилище. – Можно ли обменять часть этого на маггловские деньги?
- Да, мистер Поттер. Мы сможем это сделать, как только вернёмся на обратно.
- Сколько нужно магических денег, если мне нужно 500 фунтов? – спросил Гарри, опустив голову и посмотрев на свои ботинки.
- Сто галеонов, мистер Поттер. – Гарри растерянно посмотрел на собеседника.
- Золотые монеты – это галеоны, мистер Поттер. Они ценятся выше всего, – гоблин рассказал о ценности каждой монеты и курсе обмена. Гарри кивнул в знак понимания (хорошо, всё-таки, освежить некоторые знания) и отобрал нужное количество монет. Сначала он поразился тому, что в сумку помещается всё больше и больше галеонов, пока не понял, что она волшебная. Почувствовал себя магглорождённым волшебником и застенчиво улыбнулся, когда Релрет усмехнулся, глядя на выражение лица мальчика.
Поездка наверх оказалась такой же потрясающей, как и вниз. Менарек махнул ему рукой поверх своего окошка и улыбнулся:
- Релрет сообщил мне, что вы хотели обменять часть денег.
Гарри в смятении уставился на сотрудников банка.
- Как вы…?
- У нас, у гоблинов, своя собственная магия, мистер Поттер, – уголки губ Менарека чуть дрогнули, то ли в улыбке, то ли в насмешке. – Итак, сколько вы хотели обменять? Кажется, сто галеонов?
- Да, сэр. – Гарри решил, что стоит запомнить этот разговор, чтобы поразмышлять на досуге. Гоблины вели себя как-то по-другому, и он мог только догадываться, почему. Поэтому просто протянул Менареку мешочек с деньгами, наблюдая, как тот превратил золотые монеты в маггловские банкноты.
- Держите, мистер Поттер. – Менарек протянул ему толстую пачку. Гарри на мгновение закрыл глаза, прежде чем принял деньги и рассовал их по карманам. – Вам нужно что-нибудь ещё?
- Нет, спасибо, мистер Менарек. Вы мне очень помогли, – он нервно улыбнулся гоблину.
- Пожалуйста, мистер Поттер. Добро пожаловать обратно. – Гарри растерялся. Что он имел в виду?
Добро пожаловать обратно в волшебный мир? Да, наверно, именно так. Разве мог он иметь в виду что-то другое? Нет, безусловно, нет.
Мальчик покинул банк, чувствуя себя богачом, и едва удержался, чтобы бегом не отправиться к Олливандеру. Ему нужна палочка! Уже не один раз он ловил себя на том, что проверяет, на месте ли она (ещё одна причина, по которой родственники одаривали его странными взглядами). Мальчик вошёл в старый пыльный магазин и огляделся. Олливандера нигде не было видно. То есть, он здесь, конечно, но вне поля зрения. Гарри от нетерпения переминался с ноги на ногу. Он почти чувствовал палочку в своей руке.
- Доброе утро, мистер Поттер, – обратился к нему Оливандер откуда-то сзади.
- Здравствуйте, сэр. Как вы…? – появилось ощущение, что сегодня он задаёт этот вопрос уже не в первый раз.
- Я знаю почти каждого, кто приходит ко мне, мистер Поттер. Вы пришли за Вашей палочкой? – Олливандер отошёл и щёлкнул пальцами. Вокруг Гарри засновала линейка, делая замеры. – Какой рукой вы владеете лучше?
- Я правша, – у мальчика немедленно возникло желание удрать от линейки подальше.
- Ясно. Ну что ж, вот и всё! – измерительный «прибор» упал на пол, а Олливандер выставил несколько коробок на прилавок. Гарри уже минут двадцать терпеливо пробовал всё новые и новые палочки, пока, наконец, хозяин магазина, как и в первый раз, не произнес: «Интересно». Он передал Гарри его палочку, и тот почувствовал, как волна тепла, по которому он скучал столько лет, подхватила и наполнила его. Взмахнул палочкой и увидел, как с её кончика посыпались яркие белые искры.
- Отлично! Я же говорил, что найду Вам палочку. Любопытно.
- Сколько с меня, мистер Олливандер? – Не было никакого желания выслушивать о том, какой Волдеморт «ужасный, но великий». Как будто что-то ужасное могло быть великим. Заплатив, сколько нужно, Гарри Поттер быстро покинул магазин, прежде, чем Олливандер смог удержать его. Следующий пункт программы – купить маггловской одежды, а затем посетить мадам Малкин. Он рванул вдоль Аллеи и обратно через Дырявый Котёл в надежде купить приличную одежду.

Неудивительно, что тётя Петунья никогда не брала его с собой по магазинам. Это же так утомительно! Он буквально свалился на бордюрный камень, поставив свои вещи рядом. Гарри приобрёл пару спортивных ботинок (думая, что будет носить их только в Хогвартсе), семь рубашек, несколько футболок, семеро джинсов, двое брюк, джемпера (чёрный и зелёный), новое нижнее бельё, носки, куртку, мантию, семь наборов пижам и три шапки на любую погоду. Не хотелось, чтобы люди пялились на его шрам, поэтому, по возможности, этого нужно избежать. Теперь у Гарри был нормальный гардероб. Большую часть времени он планировал носить форменную мантию, но нужно ещё во что-то одеваться на выходных и праздниках.
Гарри уменьшил число больших пакетов с пяти до четырёх (запихав в один мантию и куртку) и направился в обратно Дырявый Котёл. Заказав себе обед, он расположил пакеты таким образом, что выстроил вокруг себя нечто, похожее на маленькую крепость, понадеявшись, что это поможет избежать ненужного внимания. Показался Том, который нёс картофельную запеканку с мясом и сливочное пиво, и Гарри позабыл обо всём, приступив к еде. Как же он соскучился по всему этому! Оплатив счёт и пожелав хозяину Котла доброго дня, мальчик вернулся на Аллею, открыв проход собственной волшебной палочкой.
Магазин мадам Малкин выглядел уютным местечком, которое хотелось посетить. Надвинув кепку поглубже, чтобы скрыть злосчастный шрам, он зашёл. Зазвеневший над дверью колокольчик заставил его вздрогнуть и привлёк внимание мадам Малкин.
- Здравствуй, дорогуша. Хогвартс?
- Да, мадам, – ответил Гарри, и не успел больше сказать ни слова, как она выхватила пакеты из его рук и поставила на пол около витрины, подтолкнув мальчика вглубь магазина.
- Сейчас я снимаю мерки с ещё одного молодого человека, - сообщила она Гарри. Мадам Малкин попросила встать его на табурет, и Гарри хорошенько всмотрелся в «молодого человека». Драко Малфой также рассматривал его.
- Отдайте мне вашу сумку, куртку и кепку.
Мальчик отдал ей рюкзак и снял куртку.
- Кепку, дорогуша, – немного нетерпеливо напомнила мадам Малкин.
- Ах, да – очнулся он, совсем забыв о кепке. – Извините.
Сняв головной убор, Поттер дал ей возможность накинуть на него форму и начать замеры.
- Привет, тоже в Хогвартс? – Гарри удивился, а не шутка ли это, которую играет с ним Судьба? Как будто он заранее обречён встретиться с Малфоем в день, который обещал быть таким замечательным. Нахмурившись, он задумался. Может быть, стоит что-нибудь изменить?
- Да, – отозвался Поттер. Пока лучше вести себя просто и уклончиво. Более сложные вопросы могут и подождать.
- Мой отец в соседнем магазине покупает книги, а мама присматривает палочку, – сообщил Драко всё тем же скучающим голосом.
- Я думал, палочка выбирает волшебника, а не наоборот. – Вот тебе, Малфой!
- Ты магглорождённый? – с ужасом спросил Драко. Кажется, он даже стал немного ниже ростом.
- Прости? – Гарри решил ещё ненадолго продолжить свою игру.
- Рожденный магглами, людьми, которые не могут колдовать, – объяснил Драко.
- О, нет, мои родители были волшебниками, – улыбнулся мальчик.
- Тогда как получилось, что ты не знаешь о магглах? - Драко презрительно усмехнулся. Гарри приподнял бровь, Малфой-младший – никто по сравнению с Волдемортом
- Я вырос с э-э, магглами. Моих родителей убили, когда я был маленький, и я не знал, что волшебник, пока не получил письмо из Хогвартса. Я жил с тётей и дядей, – проговорил Гарри, стараясь не рассмеяться над выражением лица Драко. Довольно забавно наблюдать за ним, когда он разрывается между испугом и отвращением.
- Извини, – отозвался Драко без особого сожаления. – В смысле, насчёт твоих родителей.
Поттер кивнул, наблюдая за работой мадам Малкин.
- Что ты знаешь о волшебном мире? – спросил блондин.
- Э-э, в Хогвартсе четыре факультета. Был ещё какой-то плохой маг раньше, в основном из–за которого я живу с дядей и тётей. Моя мама отменно колдовала, а отец был хорош в Трансфигурации. Есть волшебный спорт, где играют на мётлах, начинается на «к»…
- Квиддич, – закончил Драко. – Полагаю, ты не играешь?
- Пока нет. Моя тетя рассказывала, что маги любят квиддич, как мой дядя – футбол, – тихо сказал Гарри. – Не могу дождаться, когда это увижу. Интересно, в него очень трудно играть?
- Зависит от того, кем играешь. Отец говорит, что если я не попаду в команду факультета, это будет настоящее преступление, – с лёгкой помпой провозгласил наследник Малфоев.
- Что ты говоришь? – переспросил Поттер. Он ничего не мог с собой поделать. Ему нравилось дразнить Драко.
- Прости? – удивился Малфой-младший, повернувшись лицом к Гарри. Мадам Малкин тут же приказала ему не вертеться, а то он простоит на стуле уйму времени.
- А что скажешь ты? Это – мнение твоего отца, а каково твоё?
- Я подумаю, – поразмыслив, отозвался Драко. Так-так-так, значит, всё-таки у Малфоя-младшего есть и своя точка зрения, несмотря на ранний возраст. Чудеса никак не кончаются. – Извини, мы говорили всё это время, а я даже не представился. Драко Малфой.
Он протянул руку, Гарри пожал её.
- Вот и всё, дорогуша, – напомнила о себе мадам Малкин. Гарри спрыгнул с табурета и взял свои вещи.
- Ты – Гарри Поттер! – в следующий миг Драко Малфой от удивления открыл рот. Поттер на секунду прикрыл глаза.
- Да, а как ты узнал? Приятно познакомиться, между прочим, – Гарри надел свою куртку.
- Твой шрам! – Драко тоже спрыгнул на пол.
- Ах, да, – он пригладил волосы и надел бейсболку. – Не люблю его показывать. Но как ты узнал моё имя? – спросил Гарри.
Он удивился, когда мадам Малкин приподняла его и сжала в объятиях так, что его ступни болтались в воздухе в нескольких дюймах над землёй.
- Хочу быть взрослым, – выдохнул юный волшебник, когда Малкин сдавила ему рёбра.
- Опустите меня! – потребовал он.
- Прости за это, дорогуша, но я не могу поблагодарить тебя, как следует, – Гарри удивился, когда хозяйка салона обошла его кругом, и следил за ней с некоторым беспокойством. Он отодвинулся от неё так, чтобы Драко стоял между ними. Просто это… пугало.
- Ты не знаешь? – поразился Драко, повернувшись к Гарри. Тот отпрыгнул. Гарри ненавидел, когда люди подходили к нему слишком близко!
- Не знаю что? – Ладно-ладно, он в курсе, но Малфою-младшему должно казаться, что разговор честный. – Что люди в волшебном мире сходят с ума от шрамов? – Гарри подумал, что большинство магов чаще всего вели себя, как идиоты, и хотел, чтобы Драко это понял. Он отступил на шаг и приготовился бежать. И убежит, если будет нужно. Он сможет.
- Мерлин! Я не могу рассказать тебе здесь! – Драко повернулся к хозяйке салона. - Чего вы ждёте, мадам? Пробейте покупки, чтобы мы могли покинуть Ваш магазин! – резко обратился к ней Драко.
Грубое замечание, кажется, вернуло женщину к реальности. Она ещё раз извинилась, сгребла в охапку мантии и направилась к кассе. – Не могу поверить, что ты не в курсе!
Гарри уже был готов покинуть Драко, как только выйдет за дверь, но блондин вцепился в него и потащил в кафе Флориана Фортескью.
- Я угощаю, – сказал Драко с улыбкой. – Что ты будешь?
- Так в чём дело? – спросил Поттер, когда Флориан принял у них заказ.
- Ты знаменит, Гарри. – Интересно, с каких это пор Драко начал обращаться к нему по имени?
- Ты победил Сам-Знаешь-Кого! – Гарри моргнул и уставился на собеседника.
- Что? – потребовал он. Другой бы на его месте уже окончательно растерялся – Кто?
- Сам-Знаешь-Кто, – повторил блондин.
- Нет, извини, я не знаю, кто.
- Ладно, значит, ты совсем ничего не знаешь, – вздохнул Драко. – Десять лет назад или около того жил волшебник. Некоторые называют его Тёмным. Он совершил немало великих деяний, но некоторые из них были ужасны. Он желал избавить мир от магглорождённых.
- По мне, так звучит немного безумно, – Драко сверкнул на него глазами, и Гарри умолк. Судя по всему, блондину нравится роль рассказчика.
- Многие боялись его. Он убивал любого, кто стоял у него на пути, и, если однажды решал, что ты должен умереть, то ты умирал. И вот как-то ночью, никто не знает почему, он отправился к твоим родителям.
Гарри боролся с воспоминаниями о зелёной вспышке и криках своей матери. Свыкнется ли он с этим когда-нибудь?
- Никому точно неизвестно, что произошло, когда он убил их, кроме того, что он попытался убить и тебя. А знаешь, что потом? Заклятие, которое он использовал, подействовало не так, как обычно. Ты выжил, а он – нет. От него и мокрого места не осталось.
Гарри несколько секунд собирался с мыслями, прежде чем заговорить.
- Ага. Тогда два вопроса.
- Валяй, спрашивай, – сказал Драко, когда им принесли мороженое.
- Первый. Есть ли шанс, что он всё ещё жив? – спокойно поинтересовался мальчик.
- Да, есть. Но никто точно не знает, – честно ответил Драко.
- Хорошо. Второй вопрос: как его зовут? – Поттер посмотрел собеседнику прямо в глаза. – Ты сказал - Сам-Знаешь-Кто, но не назвал его имени.
- Э-э, полагают, что не стоит произносить это имя вслух. Люди до сих пор боятся его самого и его имени.
Гарри захотелось встряхнуть Драко.
- Это глупо, это же просто имя, - сказал Гарри. - Он ведь не появится, если ты произнесёшь его.
Драко огляделся по сторонам и наклонился к Гарри.
- Лорд Волдеморт, – прошептал он. - Так его зовут. И даже не думай, что я повторю это, – предупредил блондин.
- Не волнуйся. Никак не могу удержаться от смеха. Волдеморт. Можно так по-всякому его обозвать, – улыбнулся мальчик. – Ладно. Теперь я в курсе. Итак, я знаменит, и поэтому мадам Малкин так странно себя вела?
- Верно. – Драко отщипнул кусочек мороженого со взбитыми сливками. – Тебя не беспокоит, что ты произнёс его имя?
- А должно? Это всего лишь имя. Довольно необычное, но всё же имя. Думаю, что смогу благополучно произносить его, и он не появится. – Гарри взял ложку, и, наконец, принялся за свою порцию, удивляясь, какой целительной силой обладает смесь шоколада и мороженого. Блаженство.
- Привыкай, – Малфой-младший пожал плечами и предупредил:
– Тебя будут называть психом.
- Мне не впервой. Кузен называет меня так за то, что мне нравится читать. А ещё ненормальным. Но, что поделать, если я книгочей. – Мальчик размышлял, как бы отделаться от Малфоя и продолжить поход по магазинам. Ему ещё нужны книги, ингредиенты для зелий, сундук и сова. Надо договориться, чтобы Хедвиг оставалась в Хогвартсе (аккуратная записка, которой для директора будет достаточно).
- Поттер в Ровенкло? – Драко поморщился. – Не могу представить, – и вернулся к поглощению мороженого.
- Если Ровенкло – для книголюбов, то я уже нашёл свой факультет, – заявил Гарри. Вообще-то, он пока об этом не думал, но Ровенкло мог помочь решить главную задачу – оставаться незамеченным.
- Тебя не взволновали все эти рассказы? – невозмутимо спросил Драко.
- Только чуть-чуть насчёт известности, но пока я ношу кепку и не произношу своё имя слишком громко, думаю, что всё будет в порядке, не так ли? – Очевидно, что у Драко не было ответа на этот вопрос.
- Драко? – раздался рядом с их столом знакомо растягивающий слова голос. Гарри взглянул на Люциуса Малфоя.
- Кто твой новый друг? – вежливо осведомился Малфой-старший с едва уловимым презрением.
- О, здравствуй, отец. Это – Гарри Поттер. – Люциус выглядел изумлённым и подошёл поближе, чтобы получше рассмотреть мальчика. Гарри подумал, не сможет ли послать в Малфоя проклятие раньше, чем тот в него. Спокойный день покупок безнадёжно пропал.



Глава 3


Глава 3 Малфой?

Интересно, пронеслось в голове у Гарри, почему ему всегда так везёт? Ну, не совсем так, потому что, честно сказать, такого ещё не бывало. На этот раз всё шло не просто неправильно, а совсем неправильно. Это примерно то же самое, как если бы Дурсли вдруг стали хорошими и добрыми.
Стоя на стуле в салоне мадам Малкин, он старался не смотреть в сторону новой компании в его походе по магазинам. Чёртов Люциус Малфой – ни кто угодно, а именно он. Малфой-старший что-то бормотал о магическом долге. Гарри был уверен, что несколько раз услышал фразу «in loco parentis». Как будто тот думал, что мальчик не обратит внимания.
Как только появился отец, Драко сразу же стал вести себя по-старому – как идиот, а однажды даже презрительно фыркнул. «Возвращению» прежнего Драко Гарри обрадовался, потому что не был уверен, сможет ли вынести дружелюбного Малфоя-младшего и непривычно ведущего себя Люциуса в один и тот же день. Его нервы этого не выдержат.
Однако, они всё же о себе напомнили. Поттер забыл, каково это, когда вокруг тебя постоянно много народа. Гарри не любил толпу, и обычно старался держаться от неё подальше, но только теперь понял, почему. Она действовала ему на нервы. Делала почти параноиком. Его учитель гордился бы им, но сейчас проявление боевых инстинктов было ни к чему, потому что мадам Малкин всего лишь решила снять с него мерки без волшебства. Это раздражало.
Они опять вернулись в её салон. Поттеру здесь больше делать было нечего, но мистер Малфой настаивал, что Гарри уже довольно взрослый в свои одиннадцать лет, так что ему понадобится одежда. Что этот человек о себе воображал? Юный волшебник старался не выходить из образа «книжного червя», которому интересно абсолютно всё в магическом мире, срабатывающего почти всегда, спасовал перед Люциусом Малфоем и его эксцентричными идеями о необходимости нового гардероба для Гарри. Вот так он снова и оказался на знакомом стуле, лицом к лицу со слегка истеричной хозяйкой салона.
- Этот цвет ему не подходит, – вынес вердикт Малфой, когда мадам Малкин принесла образец. Мерлин! Малфой знал, какие цвета ему идут. Куда катится этот мир?
- Попробуйте что-то потемнее. Этот цвет придаёт ему болезненный вид. – Гарри был уверен, что именно присутствие этого человека и заставляет его принимать «болезненный вид». Нет, Гарри. Ты должен думать о нём, как о мистере Малфое, во всяком случае, пока. Помни, что он, скорее всего, будет тебе помогать, пока Тёмный Лорд не вернётся.
Мальчик знал, что Малфоев очень уважали, пока Люциус не загремел в Азкабан. И, к тому же, если Гарри подружится с Драко, то не нужно будет следить за ним в Хогвартсе. Единственное, о чём стоило беспокоиться – как избежать подозрений со стороны преподавателей и соседей по комнате? К счастью, образ ненасытного ровенковского книголюба сработал, убедив Малфоя.
Встреча со Снейпом будет главной проверкой, которая и покажет, насколько умно Гарри себя ведёт. Гермиона всегда была проницательной, но мальчик, всё-таки, надеялся, что ему не придётся стирать ей память. Он сделает это, не задумываясь, если решит, что раскрывать его тайну ещё рано.
- Вот. Выглядит гораздо лучше, – объявил Малфой-старший. – Одна мантия – чёрная, другая – зелёная. Очень мило.
Люциус кивнул Гарри и подошёл к прилавку, чтобы рассчитаться с мадам Малкин. Юный волшебник соскочил с табурета (ну когда же он станет повыше!) и встал рядом с Драко, по привычке надвинув кепку пониже.
- Ты ничего не увидишь, если будешь так её носить, – прошептал блондин.
- Увижу, – пожал плечами мальчик. – Я могу видеть через кепку.
- Мальчики, – вклинился в разговор Малфой, нет, мистер Малфой. Они вышли из салона вслед за ним.
- Я полагаю, ингредиенты для зелий – следующий пункт нашего маршрута? – Гарри ускорил шаг. Ингредиенты для зелий означали зелье-без-снов, мазь от ушибов и мышечный бальзам. Успокаивающие зелья, если нет зелья-без-снов. Зельеварение в следующем месяце сможет дать отдых телу и освободить от боли его истёрзанную душу. Раньше он ненавидел этот предмет, а теперь – полюбил. Сейчас он знал, на что способны зелья, и умел их готовить. Они почти гарантировали, что в ближайшие месяцы он будет жив.
Гарри вошел в лавку прямо за своим провожатым, жадно оглядываясь вокруг. Всё было в точности, как в и первый раз. Хозяин показался из задней комнаты.
- Мистер Малфой! – приветствовал он гостей с искренней радостью в голосе. – Как приятно видеть Вас… и юного мастера Драко.
- Да, благодарю вас, – ответил Люциус, подходя к прилавку. – Мальчикам нужны материалы для зелий в Хогвартс.
- Мальчикам? – переспросил мужчина, осмотревшись по сторонам. – Я вижу только мастера Драко.
Владелец магазина еще раз внимательно всмотрелся в глубину пыльного помещения, удивившись так, как если бы мистер Малфой разбил одну или пару своих мраморных статуй.
- Что такое? – Люциус развернулся и увидел Гарри. – Мистер Поттер, я думал, что вы потерялись.
- Нет, сэр. Просто я невысок ростом, – отозвался мальчик. Точно, зелье роста. Да, определенно, оно ему очень пригодится. Много-много порций зелья роста.
- Мистер Поттер? – вопросил хозяин, обойдя прилавок. – Гарри Поттер?
Он на миг заколебался, не зная, как поздороваться с мальчиком, но, в конце концов, решил изобразить приветливого дядюшку.
- Добро пожаловать домой, парень.
Гарри в ответ кивнул.
- Тебе, наверно, всё очень интересно в новом для тебя мире? Может быть, желаешь узнать что-то конкретное?
Драко слегка фыркнул, услышав этот вопрос. Мистер Малфой смерил своего сына недовольным взглядом.
- Манеры, Драко. Неприлично фыркать в общественном месте. Как и в любом другом.
- Да, отец. – Странно было наблюдать, как одно-единственное слово - «манеры», заставило лицо блондина тут же измениться. За одно мгновение мальчишка превратился в чистокровного принца. Слово послужило сигналом, что пора вернуть публичный образ испорченного юного аристократа.
- Я вижу, что эти книги – по зельеварению. - ответил Гарри – Что Вы можете порекомендовать?
Он примет любую помощь, какую только сможет найти. Любое пополнение копилки знаний могло приблизить окончание войны.
- Есть одна, но в Вашем возрасте она может показаться трудноватой. «Самые могущественные зелья» должны быть в списке книг для чтения у любого серьёзного студента, - произнес мужчина. – На страницах этой книги Вы найдёте немало весьма любопытных зелий.
- Спасибо, сэр. Я обязательно её посмотрю.
И куплю.
- Вы пытаетесь испортить Мальчика-Который-Выжил? – хмыкнул Малфой.
- Испортить? – аптекарь повернулся лицом к мистеру Малфою и уставился на него. – Знания не портят! Только тех, кто их использует не по назначению.
Хозяин лавки фыркнул и пронзил Малфоя взглядом почти насквозь. Гарри сохранял лицо «юного и озадаченного» во время этого поединка. Мужчина знал, кем был Люциус Малфой.
В поведение хозяина вернулась прежняя учтивость. Он взглянул на списки.
- Итак, Вы хотите приобрести для мальчиков стандартный комплект или расширенный слизеринский?
ХА! Поттер всегда подозревал, что программа, по которой изучают зелья на Слизерине, несколько отличается от той, по которой занимаются все остальные факультеты. Теперь у него появилось доказательство! Очень плохо, что эта информация никак ему не поможет. Или поможет? Он подумает об этом позже. Кто знает? Возможно, что она всё-таки пригодится.
- Я полагаю, что для обоих будет полезнее слизеринский набор, – отозвался Малфой, лениво растягивая слова. – Времени у нас мало, так что поторопитесь.
Гарри наблюдал, как лавочник исчез за полками с ингредиентами, а минут десять спустя вернулся с двумя дубовыми шкатулками. Мальчик заглянул под крышу своей и нашёл всего понемногу. Он чуть не закричал от радости, увидев всё необходимое для изготовления зелья-без-снов. Ещё немного, и можно будет отдохнуть и как следует выспаться. Наконец-то он дождался. Опустившаяся на плечо рука так его напугала, что мальчик отпрыгнул, при этом её сбросив, и закрыл лицо руками, чтобы его защитить. Секунду спустя он лицезрел обоих Малфоев, уставившихся на него с неописуемым выражением лиц.
- Простите, – извинился Гарри, – Вы меня испугали.
- Ясно. – Кажется, мистера Малфоя он не убедил. Юный волшебник мысленно попенял себе за несдержанность. Такие подозрения ему ни к чему.
- Теперь за книгами? – спросил Малфой-старший.
- Да, сэр. – Гарри разрешил Люциусу уменьшить шкатулку, и, положив её в карман, последовал за ним, кивком поблагодарив аптекаря. Улица, полная людей, не напрягала. Очевидно, они не знали, кем был Гарри. Он шёл близко к Малфою, опустив голову. Толпа соберётся, только если кто-нибудь его узнает.
- Вот и книжный магазин. Уверен, вы двое будете здесь в безопасности. Не покидайте его, пока я за вами не вернусь. Мне нужно найти жену. – Малфой-старший протянул Драко кожаную сумочку, зазвеневшую, когда тот её взял. Деньги.
- Наслаждайтесь. – Люциус растворился в потоке людей.
- Почему тебе так сильно нравятся книги? – спросил Драко, когда они вошли в магазин.
- А как ты можешь так сильно любить квиддич? – не остался в долгу Гарри и продолжил: – На самом деле – по тем же причинам.
Мальчик взял корзину, и у него появилось ощущение, что к концу дня его коллекция книг размерами сможет посоперничать с гермиониной.
- Нам обоим нравятся разные вещи.
- Но книги, – с недоверием отозвался Драко. Поттер проигнорировал блондина и вытащил список. У него и так почти не было книг, и очень мало времени для их приобретения. Он не хотел, чтобы мистер Малфой видел некоторые тома, отобранные им для покупки.
Мальчик клал в корзину всё, что вызывало интерес. Большинство книг он выбирал по памяти: как те, что читал сам, так и те, что рекомендовала Гермиона. По истории, теории магии, защите, окклюменции (эти вообще читал с удовольствием), политологии, о зельях («Самые Сильнодействующие Зелья»: эта книга, как считал Гарри, ему точно нужна), равно как и многие другие, которые можно было найти только в Запретной секции библиотеки Хогвартса.
Взяв «Продвинутую Магическую Защиту», Поттер прошёл в следующую секцию. Он хотел найти «Силы, О Которых Вы Не Знали, Что Они У Вас Есть, И Что Теперь Делать С Ними, Когда Вы Поумнели» и «Историю Хогвартса». Гермиона безгранично им доверяла, и они не однажды помогали друзьям в прошлом. Он больше почувствовал, чем увидел, как кто-то невысокий со смехом врезался в него.
Мальчик понял, что теряет равновесие, а ребёнок, столкнувшийся с ним, начал падать, в то время как Гарри сделал шаг назад. Он обхватил ребёнка руками и разрешил себе упасть. Его тело остановило падение малышки. Поттер с глухим стуком
ударился об пол.
- Ой, – прокомментировал он, ни к кому конкретно не обращаясь.
- Ты в порядке, Гарри? – негромко спросил Драко.
- Ага, – отозвался тот. Он взглянул на маленькую девочку, лежавшую на его груди. На него уставилась пара огромных карих глаз.
- Всё нормально? – Вопрос, кажется, послужил для девчушки сигналом, и она завыла не хуже баньши.
- Роуз? – раздался женский голос из соседнего отдела.
- Она здесь, мэм, – позвал Гарри, поднявшись. Взял девочку под мышки, поставил на ноги и осмотрел. Из-за угла показалась её мама.
- Думаю, она больше испугалась, чем поранилась, мэм.
- Роуз, всё хорошо, милая. – Мать взяла дочь на руки, чтобы убедиться, что с её чадом ничего не случилось. Она вздохнула и повернулась к Гарри.
- Спасибо. Я всего лишь на секунду отвернулась, а она от меня улизнула.
- Твоя кепка, Гарри, – встрял Драко, подавая ему головной убор. Женщина испустила вопль, сравнимый с «баньшиподобным» визгом дочери.
- ГАРРИ ПОТТЕР! О, Мерлин сохрани. Крик подействовал, как магнит, и к нему стали подходить люди. Мальчик поднял свою корзину и надел кепку, готовясь прорываться сквозь толпу. Если останется в живых, конечно.
Какой-то человек схватил его руку и тряс её, представляясь. Гарри с усилием выдернул руку и отступил. Он ненавидел толпу. Нет, «ненавидел» - недостаточно сильное слово. Отвращение. Да, именно так. Испытывал отвращение. Женщина воспользовалась возможностью и заключила его в объятия. Почему все женщины сегодня пытаются его обнять? Это раздражало.
И смущало. Он попытался освободиться из её рук. Когда это волшебный мир сошёл с ума, и, что ещё важнее, почему Гарри Поттера об этом не предупредили? Внезапно холодный голос остановил людей.
- Отличный способ обходиться с мальчиком… - вмешался мистер Малфой, а на его лице играла презрительная ухмылка. – Давайте уведём вас отсюда, мистер Поттер. Если потребуется, то остальное можно заказать позже совиной почтой. Я хочу Вас кое с кем познакомить.
Мистер Малфой сопроводил Гарри к прилавку, чтобы оплатить его книги и, уменьшив пакет, вывел обоих мальчиков из магазина.
- Всё нормально, Гарри? – тихо поинтересовался блондин, пока они следовали за его отцом.
- Я даже не представлял, насколько это может быть ужасно, – отозвался Поттер. Он удивлён. Очень удивлён. Хагрид защищал его больше, чем он мог представить.
- Это постыдное поведение. Менталитет толпы допускает многое в отношении желаемого. – Это было классическое замечание в стиле Люциуса Малфоя, которое успокоило юного волшебника. Ведь не всё изменилось. Хорошо.
Люциус привёл их в маленькое кафе, где, очевидно, обслуживали людей из высших слоёв магического сообщества. Хозяин едва удостоил Гарри взглядом, попросив перед тем снять верхнюю одежду.
Мальчик разрешил забрать у себя кепку, куртку и рюкзак, прежде чем осмотрелся. Белые льняные скатерти покрывали каждый стол, и тётя Петуния убила бы любого за каждый предмет из фарфора, который находился в этом помещении, если бы смогла пережить, что всё это принадлежит волшебникам.
- Э-э, мистер Малфой?
- Да, мистер Поттер? – от вежливости Люциуса Малфоя по отношению к ребёнку просто бросало в дрожь. Гарри отогнал волнение прочь и повернулся к своему провожатому.
- Не думаю, что это хорошая идея. Я не совсем… - мальчик как-то беспомощно показал на свою одежду. – Это всё, что у меня есть.
- Со временем мы это исправим. – О, чёрт возьми. Мальчик понимал, что ругающийся одиннадцатилетка будет выглядеть странно, но он может и будет выражаться про себя, оставаясь в душе девятнадцатилетним.
- Не беспокойтесь. У нас есть персональное помещение.
Чудесно, мне навязали Малфоя. Нет, мистера Малфоя!
Гарри только кивнул в знак согласия и проследовал за Люциусом. Несомненно, Драко чуть расслабился, предвкушая чай и закуски. Это пугало. Малфой ел почти также много, как и Рон. Мальчик задался вопросом, чем тот обычно завтракает.
- Мистер Поттер? – Гарри взглянул на Люциуса и заметил, что здесь присутствовала и миссис Малфой.
- Пожалуйста, позвольте представить мою жену, Нарциссу Блэк- Малфой. Нарцисса, это Гарри Джеймс Поттер.
Гарри протянул руку Нарциссе и обнаружил, что ничего к ней не испытывает. Она не причинила никакого вреда никому из его друзей или его семье. Не посылала заклятий. Она вообще не участвовала в войне, если не считать Непреложный Обет, который принёс ей Снейп.
- Очень приятно познакомиться, миссис Малфой, – вежливо сказал Гарри. Нарцисса кивнула, а уголки её губ чуть дрогнули.
Юный волшебник прошел, куда ему указали, и уставился на стол, немного пугающий сервировкой. Это выглядело… чужим. Он никогда не видел ничего подобного. В последние несколько дней перед тем, как Волдеморт пленил их, он и его друзья жили по-солдатски, принимая душ, пищу и сон, как только представится возможность. И всё это необязательно каждые двадцать четыре часа. У Волдеморта манерам тоже не научишься.
Гарри обрадовался, что понимает – из-за этой встречи он намного меньше волнуется о том, какую вилку использовать. Мысленно он несколько раз красочно выругался в адрес Дурслей и Волдеморта. Это то, что к девятнадцати годам уже нужно знать, или, хотя бы, начать учить. Нет, его должна беспокоить только война, и как в ней выжить.
Гарри подражал Драко так хорошо, как только мог. Салфетку кладут на колени. Он наблюдал за Малфоями и отчаянно пытался делать также. И понял, что совершил ошибку, когда блондин приподнял бровь.
- Я сделал что-то не так? – нерешительно спросил мальчик.
- Мистер Поттер. – Гарри удивился, услышав голос Нарциссы, обратившейся к нему.
- Проходили ли Вы курс этикета? Какие-нибудь домашние занятия? – мягко поинтересовалась она. Он и не знал, что миссис Малфой может быть мягкой. Она уже начала ему нравиться, пусть и вела себя несколько холодно.
- Нет, мэм, – ответил он. Честность – лучшая политика, верно? – Ничего.
- Ах, эти магглы, – мистер Малфой одним только голосом выразил своё отношение. Разве одни и те же вещи магглы и волшебники делают по-разному? Не получилось ли так, что Гарри нарушил какое-то неписаное правило? Люциус внимательно взглянул на него, и, кажется, принял какое-то решение.
- Драко.
Тот повернулся к отцу.
- Пожалуйста, проследи, чтобы мистер Поттер присоединился к занятиям слизеринцев по этикету. Пришли мне сову, если профессор Снейп будет возражать. На этих занятиях, мистер Поттер, вы узнаете, как должны вести себя волшебники.
- Ты скоро научишься, Гарри. Этикет не труден. Это только вопрос практики, – и до конца чаепития сосредоточил своё внимание исключительно на нём. Он поправлял его, когда это было необходимо, и не говорил колкостей, когда мальчик допускал промах. Он был, если такое вообще возможно, истинным джентльменом. Поттер насупился, когда понял, что почти завидует Драко Малфою…, точнее, его манерам!
Взрослые большую часть времени беседовали на какие-то свои темы. До Гарри долетали непонятные обрывки их диалога, пока Драко читал лекцию о «правильных волшебных манерах за столом». Ушей Поттера достигали такие слова, как «прыгать», «бросаться в сторону», «пугаться» и «толпиться». Он пытался уделить внимание всему, о чём говорилось за столом, но Драко вцепился мёртвой хваткой и не успокоился, пока не объяснил, что и как следует делать при том или ином приёме пищи. Гарри сделал вывод: узнать нужно много, а выучить – ещё больше.
Чаепитие закончилось, и Гарри поблагодарил Малфоев за то, что они его пригласили. Те отмахнулись от благодарностей и вывели его на улицу, залитую солнцем. Когда глаза привыкли к свету, он задался вопросом, как ему отделаться от Малфоев.
- Ты всё ещё не выбрал себе животное? – услышал он вопрос Драко и едва не состроил гримасу. Поттер помнил, что не может взять животное в дом. Его будет слишком трудно прятать от родственничков.
- Тётя не разрешает. Она просила, чтобы я никого не приносил домой. – Ложь далась без усилий, а лицо Гарри при этом ничего не выражало, что помогло избежать дальнейших расспросов со стороны Драко.
- Наверняка, она позволит вам одно? – надавил мистер Малфой.
- Нет, сэр, – твёрдо сказал мальчик. – Она не хочет видеть у себя в доме никаких животных, и я обещал никого не приносить. Не хочу ослушаться свою тётю.
- Очень хорошо, – Люциус стукнул своей тростью о землю. – Можем мы проводить Вас по каминной сети?
Чтобы узнать, где я живу? Не думаю. Гарри надел куртку и кепку, прежде чем помотать головой.
- Нет, благодарю вас, сэр. Извините. Я поеду на автобусе, – с улыбкой проинформировал его Гарри. – Думаю, что у меня ещё есть время, чтобы на него успеть, если пойду прямо сейчас, сэр, – произнёс он, готовый сорваться с места.
- Могу я вызвать его для Вас? – осведомился Малфой.
- Вызвать? – переспросил мальчик. Нет, он не хотел ехать на «Ночном Рыцаре»! Подождите, разве существует «Дневной автобус»?
- Вы не сможете вызвать его, сэр, – объяснил он.- Спасибо за вашу помощь, сэр. Я сегодня действительно получил удовольствие.
Пока ты не появился.
- Думаю, увидимся в поезде, Драко, – обратился юный волшебник к Малфою-младшему.
- Да, увидимся, – отозвался блондин, пожав руку Гарри. Поттер быстро ретировался, прежде чем Люциус успел сказать что-нибудь ещё. Мальчик слился с толпой и удрал через «Дырявый Котёл». Он не знал, можно ли сейчас вызвать «Ночной Рыцарь».
- Здравствуй ещё раз, приятель. Удачно прогулялся по магазинам? – поинтересовался Том, пропуская Гарри.
- Да, сэр. Благодарю вас, – ответил мальчик – Существует ли что-то такое, что называют дневным автобусом? – спросил он, умышленно исказив название. В конце концов, он вырос с магглами.
- Дневной автобус? Нет, – произнёс Том, вытирая барную стойку той же тряпкой, что и днём. Гарри боролся с желанием подавиться, увидев угрюмое лицо хозяина.
- Как нет? Моя тётя сказала… - он умолк и огляделся по сторонам, очевидно беспокоясь, как доберётся домой.
- Ты имеешь в виду «Ночного Рыцаря»? – уточнил Том.
- Точно! – Гарри развернулся и посмотрел на хозяина бара.
- Не укажете ли Вы, где я могу на него сесть? – попросил мальчик. - Моя тётя рекомендовала возвращаться домой именно на нём. Она сказала, что так получится быстрее.
Ладно-ладно, он перегибает палку, но уже хочется вернуться на Прайвит Драйв, где он будет в безопасности. По крайней мере, пока.
- Конечно, приятель. Ты можешь вызвать его сам. Просто подними свою волшебную палочку. И он появится, – объяснил Том.
Гарри несколько раз поблагодарил его и проскользнул сквозь дверь, которую видят только волшебники, ведущую в маггловский Лондон. Мальчик вышел на улицу, поднял палочку и испытал облегчение, увидев, как во всей своей красе появился двухпалубный автобус.
- Вистерия Уок, Суррей, – назвал он место назначения. Гарри размышлял, как не попасться на глаза родственникам: не лучше ли проскользнуть через заднюю дверь?


Глава 4


Дом, милый дом

Гарри открыл парадную дверь и вынес свой багаж на тротуар. Закрыв за собой, он надел на голову новую кепку. Потом достал запасной ключ из-под коврика для ног и запер дверь. Подняв свои вещи, он направился в Вистерия Уок. Мальчик оставил родственникам записку, в которой объяснил, почему так поступает, и попросил, чтобы они его поняли.

Гарри никогда не думал, что они с этим согласятся. Место, где остановиться, он найдёт довольно легко. В волшебном мире всё решают деньги. Магическое сообщество Британии, кажется, застряло где-то в начале девятнадцатого столетия. Никто не задаёт вопросов, пока у тебя есть галлеоны. Деньги – это чаще всего единственный язык, который люди понимают, особенно на задворках Косой Аллеи. Конечно, не идеальный для него вариант, но сейчас, пожалуй, лучший.
Багаж становился с каждой секундой всё тяжелее. Когда чары развеялись, результат был довольно интересным. Теперь, когда всё, что приобрёл Гарри, вернуло себе истинный размер, в маленьком чулане можно было легко заработать клаустрофобию. Мальчик оказался едва ли не погребён под ворохом одежды. Он упаковал в чемодан всё, кроме книг, которые спрятал под «кроватью» (точнее, под тем местом, где спал) и за старыми вещами Дадли. Гарри явно не учёл, сколько места займут покупки, и не мог готовить никаких зелий, поэтому, вместо того, чтобы спать, учился. Он выучил практически наизусть все учебники первого года, удивляясь, что успел столько подзабыть. И, с таким же энтузиазмом, прочёл купленные книги, законспектировав наиболее сложное и интересное. Теперь Гарри почувствовал, что готов ехать в Хогвартс.
Появился «Ночной Рыцарь» и быстро довёз его до Лондона. Он не следил за дорогой, занятый своими мыслями, и поблагодарил Стэна и Эрни, когда автобус остановился поблизости от Кинг- Кросс. Дотащив чемодан до станции, мальчик погрузил его на тележку. Вокзал в этот час оказался почти безлюдным, но он знал, что вскоре прибудут ночные и утренние поезда. Завернув к маленькому киоску, Гарри купил еды, чтобы перекусить в ожидании поезда. Вынув из кармана брошюру «Путеводитель для магглорождённых по волшебному миру», он начал читать.
Добравшись до середины книги, мальчик поднял голову и посмотрел на часы. Он встал, положив книгу обратно в карман. На его билете было написано: платформа девять и три четверти. Подойдя к барьеру, он спокойно сквозь него прошёл, что сильно отличалось от отчаянного рывка в первый раз, когда казалось, что его расплющит о твёрдую кирпичную стену.
Гарри почти рассмеялся. Хогвартс-экспресс был таким же великолепным, каким он его запомнил, приветствуя дружескими клубами дыма. Десять минут спустя мальчик нашёл пустое купе и снова погрузился в книгу. Настало время играть свою роль. Гарри Поттер – исключительный книгочей. Он надеялся, что Гермиона не будет против небольшого соперничества.
Едва мальчик приступил к главе «Различные средства передвижения», как дверь открылась.
- Наконец-то! Хоть кто-то нормальный! – вошла усталая Гермиона Грейнджер.
- Не возражаешь, если я поеду здесь? – поинтересовалась она, затаскивая свой чемодан внутрь.
- Нет – отозвался он. Закончив вводную часть параграфа о путешествиях, он посмотрел на неё.
- Что ты имеешь в виду под словами «хоть кто-то нормальный»?
Гермиона только махнула рукой в направлении окна. Гарри выглянул и увидел большое скопление людей.
- О.
Это многое объясняло. Он был доволен, что уже в поезде.
- Ты тоже магглорождённый? – оживленно спросила девочка, заметив его книгу. - Я была так поражена, получив письмо. В моей семье совсем нет волшебников. Я уже прочла все наши школьные учебники и некоторые книги, которые мне разрешили купить родители. Меня зовут Гермиона Грейнджер, между прочим. - Гарри порадовался, что его подруга осталась такой же.
- Вообще-то, мои родители оба были волшебниками, но меня воспитывали маггловские родственники. Я не знал, что я маг, пока не получил письмо. Все учебники интересные, но мои любимые – по Трансфигурации и Зельям. Я изумлен, что ты сказала все это на одном дыхании, меня зовут Гарри Поттер, – он встал и протянул ей руку.
- Правда? – Гермиона вернула рукопожатие. – Я читала о тебе и том, как ты победил Тёмного Лорда.
О, великий Мерлин. Началось.
- В смысле, Волдеморта? Я нахожу эту историю сомнительной. Он, должно быть, неверно произнес заклинание, или что-то в этом роде. Магическая теория гласит, что неправильное произношение заклятия вызывает немало несчастных случаев.
- Да. Урик Чудак сделал тоже самое, когда неверно произнес призывающее заклинание. Говорят, именно так он получил своё прозвище. – Старая добрая Гермиона. Девочка улыбнулась и подвинулась на край сиденья. Гарри признал этот взгляд. Это было её «я нашла кого-то такого же умного».
- Вот ты где, Гарри. Я обыскал все вагоны, пытаясь тебя найти. – Поттер увидел Драко Малфоя, стоящего в дверном проеме, и заметил, что Крэбб и Гойл отсутствуют. – Мои родители очень разочарованы, что не встретились с твоими родственниками.
Держу пари, что так оно и было.
- Драко Малфой, это – Гермиона Грейнджер. Гермиона – Драко Малфой: мы с ним познакомились на Диагон-аллее, – представил их Гарри, и продолжил: – Прости, Драко, если твои родители беспокоились, что я добирался один, но они бы в любом случае с ними не встретились, – объяснил он. – Ты уже нашёл купе или поедешь с нами?
- Гарри, ты сидишь с магглорожденной, – громким шепотом произнес блондин.
- И что? – мальчик пожал плечами – Я вырос с магглами. У нас с Гермионой много общего.
Гарри умолк, ожидая, пока Малфой примет решение. В результате Драко пробормотал что-то вроде «увидимся позже» и покинул купе. Юный волшебник не сомневался, что скоро они с ним увидятся. Кажется, блондин почему-то на нём зациклился.
До конца поездки детей никто не беспокоил. Воспользовавшись моментом, они переоделись в школьные мантии и провели время, сравнивая свои записи по «Истории Хогвартса».
Они покинули поезд вместе со всеми остальными (кепка Гарри крепко сидела на голове) и последовали за рокочущим голосом Хагрида. Полувеликан оглядывался, кого-то разыскивая в толпе. Гарри позволил козырьку своего головного убора скрыть лицо, борясь с ощущением паники, подкатывавшим к горлу. У него появилось чувство, что Хагрид пытается найти его.
Появившись из ниоткуда, Драко потянул мальчика к лодкам, а тот, в свою очередь, вцепился в Гермиону. Девочка взвизгнула от неожиданного толчка и уставилась на Гарри. Юный волшебник смог только выдавить улыбку. Он скучал по своей прежней подруге.
Драко выглядел так, словно был совершенно не в восторге от идеи делить одну лодку с Гермионой. Поттер терпел это недовольство всего несколько минут, пока не заговорил:
- Ты даже не знаешь её. Я довольно долго прожил со своими родственниками, чтобы понимать, что поступки говорят о человеке гораздо больше, чем что-либо ещё. Перестань глупить.
Блондин продолжал дуться даже после этого.
- Гарри, ты не обязан этого говорить, – прошептала Гермиона. – Меня предупреждали, что предрассудки есть даже в волшебном мире.
- Только идиоты судят о людях прежде, чем их узнают. Я думал, что Драко умнее, – произнёс он достаточно громко для того, чтобы тот услышал, но довольно тихо, чтобы отрицать, что он хотел, чтобы Драко услышал. Он заметил, как Малфой-младший дёрнулся, и решил пока оставить всё, как есть. Блондин неглуп, и, возможно, наставить его на путь истинный будет не слишком трудно.
Слизеринец, казалось, согласился игнорировать присутствие девочки в лодке. Он с ней не разговаривал и не насмехался. Всё оказалось лучше, чем надеялся Гарри.
Магконагалл произнесла небольшую речь о факультетах, а затем напомнила, что в Хогвартсе нельзя носить любые маггловские головные уборы. В тот момент Поттер обрадовался, что мал ростом. Скрывшись за Драко, он снял кепку и запихнул в карман. Профессор провела их в Большой Зал, прямо к Сортировочной Шляпе. Гарри опять услышал гимн со своего первого курса и терпеливо ждал. Он приободрился, когда Гермиона попала в Гриффиндор, а Драко – в Слизерин.
- Поттер, Гарри. – Немедленно начались перешёптывания, как только он выскользнул из толпы детей и направился к табуретке, на которую и залез, ощущая, как все на него смотрят, и почувствовал, как Шляпа опустилась на его голову.
«А, Гарри Поттер. Я ожидала встречи с тобой. Ладно, тогда к делу. – Наступила пауза, а затем: – Мать Мерлина и всех четырёх Основателей! – он знал, что Шляпа обращается не к нему. – Я не могу сделать это снова! Как такое произошло? Я не могу тебя распределить».
- Я не прошу меня распределить, – сказал Гарри мысленно. – Я хочу поступить на Ровенкло, – сообщил он шляпе.
«Нет, я отказываюсь!» - резко отозвалась та. – «Ты – взрослый человек, а не ребёнок. Твоя внешность меня не обманет». В конце концов, всё вылилось в пятнадцатиминутный спор между старинным артефактом Годрика Гриффиндора и Избранным. Как мальчик не надеялся, но переупрямить Шляпу ему не удалось. Единственное, что он смог – вырвать у неё обещание не раскрывать его секрет, но вот распределить его она категорически отказалась.
- Пожалуйста, просто скажи «Ровенкло», - молил он Шляпу, когда шёпот в Большом зале перерос в громкие вопросы.
«Ни за что!» - Гарри боролся с желанием сжечь её. – «Ты не заставишь тебя распределить – я отказываюсь!» Он, наконец, снял Шляпу с головы и встал. Растеряно взглянул на профессора Макгонагалл и пожал плечами.
- Она отказывается меня распределить, – сообщил он ей тихим голосом. – Значит ли это, что я должен вернуться домой? – Гарри изобразил на лице глубокое разочарование. Почему Судьба всегда против него?
- О, ради Мерлина! – Драко поднялся из-за слизеринского стола. Он промаршировал сквозь строй первокурсников, обошёл табуретку со Шляпой, схватил Гарри за руку и потащил к своему столу. – Он останется с нами, пока вы что-нибудь не решите.
Блондин фыркнул:
- Он умирает с голоду, как и все мы.
Драко помедлил и указал на Гарри:
- Такой тощий!
Гарри усмехнулся: а в курсе ли Малфой, что Молли Уизли говорила тоже самое бесчисленное количество раз? Наверно, нет. Драко ничего не знал о том, какой на самом деле была жизнь Мальчика-Который-Выжил.
Дамблдор кивнул Макгонагалл, и сортировка продолжилась.
- Как много нужно, чтобы быть нормальным - пробормотал Гарри себе под нос.
Блондин только приподнял бровь.
- А когда это ты был нормальным?
- Я как раз пытался про это забыть, так что, спасибо, – отозвался Поттер. Сортировка закончилась быстро, а, как только Дамблдор произнёс: «Простофиля! Плакса! Чудак! Прищепка! Спасибо!», начался праздничный пир. Гарри положил себе на тарелку овощи, куриное мясо и рис. Глядя на то, что выбрал сосед, Драко закатил глаза, но хранил молчание до тех пор, пока тот не взял на десерт фруктовый салат вместо сладостей, которые во множестве громоздились на столе.
- Определённо ненормальный, – вынес вердикт блондин после серьёзного изучения того, что собирался съесть Гарри.
- Умолкни, – теперь на стол уставился Поттер. Стол или еда, очевидно, чувствовали, что мальчик недостаточно питался, и пытались это исправить. Перед ним появился кусок пирога, но Гарри его отодвинул. Пару секунд спустя тот вернулся.
- Пирог двигается, – проинформировал он Драко. – Не хочу никакого пирога! – резко промолвил мальчик, глядя в тарелку. – Драко, спаси меня. Он хочет, чтобы я его съел.
Малфой-младший взглянул на него так, словно увидел сумасшедшего.
- Гарри, – Поттер задал себе вопрос, в курсе ли Драко, что тон, которым он это сказал, напоминает о поучениях Гермионы? – Пирог не может…
Он умолк, увидев, как плавно двигающийся пирог опять оказался перед соседом. – Ладно, ты не сумасшедший. Я тоже это видел.
Он схватил пирог со стола и поставил перед Крэббом:
- Крэбб, шоколадный пирог.
Гарри поблагодарил блондина, а затем подпрыгнул, когда перед ним появилась порция мороженого.
- Извини, – спокойно сказал он Драко.
Поттер отпихнул от себя мороженое и коснулся лбом стола.
- Давай, ты меня сейчас убьёшь, – попросил он Малфоя-младшего. Мальчик почувствовал, как головы коснулось что-то холодное. Вазочка с десертом всё-таки до него добралась!
- Или мороженое. Мне всё равно, кого.
- Лучше мороженое, – пообещал Драко, отодвигая вазочку от соседа. Гарри вздохнул. Его жизнь никогда не была простой, верно?
- Гарри Поттер? - мальчик поднял взгляд и увидел перед собой старосту. – Пожалуйста, иди за мной.
Гарри кивнул Драко и последовал за старшекурсником. Неужели его отошлют домой? Нет, Дамблдор этого не допустит. Он решил прикинуться одиннадцатилетним заинтригованным мальчишкой и забросал старосту вопросами о Хогвартсе, и очень удивился, когда на них ответили.
- Ледяная Мышь.
Он наблюдал, как горгулья отъезжает в сторону, открывая лестницу, ведущую в кабинет директора. Его сопровождающий жестом показал подняться наверх, и Гарри догадался, что это была проверка. Только прибыл – и сразу в кабинет директора. Он поднял руку, чтобы постучать, но его остановил голос Дамблдора:
- Входи, Гарри.
Я уже Гарри, директор?
Мальчик открыл дверь и вошёл внутрь с выражением тревоги на лице. Деканы факультетов уже собрались, и Гарри почувствовал, как в животе появилось странное ощущение. Это будет трудно. Он не рассчитывал столкнуться с прошлым так быстро.
На знакомых лицах было обнадеживающее выражение (исключая Снейпа), заставившее его подумать о том, что это - лица умерших людей. Гарри рассчитывал, что легко вернётся в Хогвартс. Ведь замок всегда был для него домом – местом, где он чувствовал себя безопаснее и защищённее, чем где бы то ни было. Но, теперь, как оказалось, это лишь разбудило его личных демонов, которые с удовольствием в него вцепились. Он глубоко вздохнул и усилил окклюментивные щиты, чтобы заблокировать всё. Он не имел права терять над собой контроль.
- Пожалуйста, присаживайся.
Гарри сел на указанный стул и принялся терпеливо ждать. Неожиданный шум из угла помещения испугал всех собравшихся. Фоукс издал трель и перелетел со своего насеста на колени Гарри, а тот в шоке выпрыгнул из кресла. Он не привык к ненормальным магическим птицам, внезапно пикирующим к нему на колени. Фоукс вновь издал мелодичный звук и приземлился мальчику на правое плечо.
Юный волшебник повернулся к фениксу и увидел, что у того в глазах блестят слёзы, но они не пролились. Старый знакомец пропел ещё раз и стукнул своей головой о лоб Гарри. Мальчик осторожно протянул руку и почесал его под клювом. Феникс казался довольным, и оставил его плечо в пользу своей жердочки.
- Странно, – прокомментировал Дамблдор, наблюдая, как птица теперь игнорирует всё, что происходит в кабинете. Директор с минуту изучал Гарри, прежде чем улыбнуться.
- Как выяснилось, у нас есть ученик, которого нужно распределить, но Шляпа это делать отказывается. Она не объяснила, почему, но заявила, что не будет, и мы не можем её заставить. Такое произошло впервые, – задумчиво произнёс Дамблдор.
- Сэр, простите, я не знаю, что проис… - Гарри резко умолк, когда директор улыбнулся и покивал головой.
- Ты не виноват, Гарри. Не переживай: мы решим, куда тебя определить. Я в этом уверен. Теперь: вот деканы факультетов Хогвартса. Я разрешил им представиться самим, – сообщил Дамблдор, оставаясь таким же жизнерадостным, как и всегда.
- Это честь – встретиться с Вами, мистер Поттер, – профессор Флитвик начал говорить первым. – Профессор Филиус Флитвик, декан Ровенкло. Уверен, вы слышали гимн, однако, Ровенкло – это не только учёба. Веселья у нас тоже хватает!
Гарри улыбнулся преподавателю и пожал протянутую руку.
Макгонагал оглядывала его некоторое время, прежде чем начала говорить:
- Да, без сомнения, ты – сын Джеймса Поттера. Очень на него похож. Миневра Макгонагалл. Я – декан Гриффиндора.
Честно и по-деловому. Как раз в её духе. Он понял, что соскучился по ней больше, чем представлял.
- Благодарю вас, мадам, – кивнув, ответил Гарри. – Боюсь, что совсем не помню отца, так что придётся положиться на ваши слова о том, что я на него похож.
Он слегка улыбнулся и повернулся к профессору Спраут.
- Здравствуй, Гарри. Я – Помона Спраут, декан Хафлпаффа. – Мальчик уже позабыл, какая она милая. Он не мог представить себя в Хафлпаффе, но это был запасной план, если не удастся попасть в Ровенкло. Гарри пожал предложенную руку и вновь улыбнулся, прежде чем повернуться к Снейпу.
Тот стоял, уставившись на Гарри таким взглядом, как будто хотел пригвоздить его к полу. Мальчик почувствовал, как что-то мягко коснулось его окклюментивных щитов, но не обратил внимания, ожидая, пока Снейп представится.
- Северус, – прошептал Дамблдор из-за спины зельевара.
- Профессор Северус Снейп. Преподаватель зельеварения. Декан Слизерина, – кратко сказал он ничего не выражающим голосом.
Гарри соображал быстро. Ему необходимо поладить со Снейпом, и неважно, как тот к нему относится. Настало время немного, э-э, отклониться от правильного курса.
- Северус Снейп? – спросил он, делая вид, будто пытается что-то вспомнить. – Самый молодой Мастер Зелий столетия? Вы ведь работали над аконитовым зельем вместе с Дамоклом Бэлли, когда были студентом… Я буду учиться у вас?
Юный маг глубоко вздохнул, прежде чем протянуть руку:
- Для меня честь встретиться с Вами, сэр. Не могу дождаться занятий.
Мальчик спрашивал себя, не переборщил ли он. После трёх ударов сердца Снейп схватил его руку, пожал ровно один раз и выдернул, словно обжёгся. Гарри ему ухмыльнулся, прежде чем сел на своё место (и когда только успел встать?) и послал улыбку директору.
Зельевар изучал Гарри с непроницаемым видом. Мальчик его игнорировал. Он не заметил, как переглянулись развеселившиеся профессоры.
- Я сказал что-то не то? – осведомился он у всех присутствующих в кабинете.
- Нет, мистер Поттер, – отозвалась Макгонагалл. Мальчику был знаком этот взгляд. Он довольно хорошо знал её в прошлом, чтобы понимать, что она сдерживала смех.
- Давайте продолжим: уже довольно поздно, и Гарри, должно быть, очень устал.
О нет. Вовсе не устал, и меня больше не расстроит, что я не могу уснуть… ведь теперь можно достать зелье-без-снов…
За этим последовали пятнадцать минут, в течение которых ему задавали вопросы, которые заставили думать, что над ним насмехаются. Это был абсурд.
Нравятся ли мне кролики? Что за вопрос?
- Я действительно не знаю, сэр, - ответил он директору. Кролики? И какая здесь связь? Люблю ли я сладости?
- Нет. Не очень, – мальчик слегка улыбнулся, отвечая на этот вопрос. Он больше не любил сладкое, и вообще, зачем портить вновь обретённые, здоровые зубы? Пока Гарри отвечал на вопросы, несколько раз ощутил, как кто-то пытался покопаться у него в голове, и это раздражало. Но пробить его щиты так и не удалось. Почему они не поняли это с первого раза?
Мальчик поднёс руку ко лбу и, нахмурившись, потёр.
- Ты в порядке, мой мальчик? – осведомился Дамблдор.
- Да, директор. Просто голова болит. День был долгим. – Гарри опять нахмурился, ощутив знакомое прикосновение к своему разуму. Снова Снейп. Правильно. Пора это прекратить.
- Ой, – ойкнул он, потерев лоб сильнее. Легиллименция отразилась обратно, и он заметил, как Снейп и Дамблдор обменялись взглядами.
- Мистер Поттер, пожалуйста, подождите немного в коридоре.
Гарри кивнул и покинул комнату, уступая просьбе директора. Деканы, определённо, собирались его обсуждать. Мальчик заметил, что было активировано заглушающее заклинание, и решил подождать снаружи. Он понимал, что профессорам понадобится время, и был к этому готов. Отдыхай, пока можешь, Поттер. Никогда не знаешь, когда тебе удастся поспать в следующий раз. Тогда слова учителя удивили, и мальчик слегка улыбнулся. Тот, действительно, знал, о чём говорит. В первый год войны Гарри так и не научился засыпать без убойной дозы зелий. Мальчик вздрогнул, когда его внимание привлёк странный звук из кабинета за его спиной. Кто-то бросил стул?
Дверь открылась, и Макгонагалл поманила его обратно. В ожидании он застыл перед директором.
- Ну что ж, Гарри. Мы приняли решение.
- Правда? И на каком я факультете? – Гарри уже был готов уехать. Сейчас. Сон – пока не выход, но, возможно, удастся отдохнуть: его немного напрягали события этого вечера. Общение с людьми, многих из которых он считал умершими, привело в его замешательство.
- Выбор за тобой, мой мальчик! – О, просто блестяще! Я решил ещё час назад!
- Честно говоря, я – книголюб. Люблю читать и узнавать много нового. Есть факультет, где это ценится? – он почти улыбнулся, услышав, как Снейп фыркнул про себя.
- Ровенкло, – коротко бросил зельевар, кажется, задержав дыхание. Почему, Гарри не знал, но появилось ощущение, что каким бы богам мужчина не возносил молчаливые мольбы, они были о том, чтобы Гарри оказался не на его факультете. Поттер этого и не планировал. По его мнению, в подземельях слишком холодно, чтобы там долго жить.
Мальчик улыбнулся и повернулся к Дамблдору.
- Я принимаю предложение профессора Снейпа, - сообщил он директору. – Я выбираю Ровенкло.


Глава 5


Здравствуйте, у фанфика появился Бета - Greycat, прошу любить и жаловать. Эта глава бечена.
И БОЛЬШАЯ, просто огромная просьба оставляющим отзывы. НЕ НУЖНО обвинять переводчика в неадекватности восприятия или ненормальности психики, даже если нет беты. Это невежливо и некорректно. И обидно. НЕ стоит резко бросаться подобными фразами. Кто читает, тот знает, кому адресована просьба. Да, и по поводу редкости обновления. Еще раз приношу извинения, что так редко, но поймите правильно, чтобы переводить, нужен настрой, иногда его просто нет. Поэтому, постараюсь переводить быстрее и настраиваться чаще. : )
Благодарю за внимание.
Внеплановый экзамен

Гарри перевернул страницу «Сборника обычных заклятий и противодействий им» и вздохнул. Он совсем не спал, как и предсказывал в кабинете директора. Все мысли о сне улетучились, когда он увидел в комнате Терри Бута. В памяти что-то промелькнуло, и он вспомнил, что тело Терри опознали только с помощью зелья, аналогичного маггловскому ДНК-исследованию. Бут умер, защищая свою семью.
Гарри переоделся из школьной формы в пижаму, так что застань его кто-нибудь здесь, мальчик мог сказать, что ему не спится, и прихватил книгу, чтобы почитать. Он взглянул на часы и подумал, что пришло время потренироваться. Он закрыл книгу и едва не применил защитное заклятие, вдруг заметив, что окружён.
Домашними эльфами. Две дюжины глаз, похожих на теннисные мячи, мерцали, глядя на него. Некоторые уселись напротив, некоторые собрались за задней спинкой дивана, а остальные разместились на полу у его ног.
- Э-э, чем я могу вам помочь? – задал он общий вопрос. Послышались забавные звуки. Гарри понял, что это смех домовых эльфов.
- Мистер Гарри Поттер такой смешной! – сказал один из них. Мальчик догадался, что он был старшим.
- Мистер Гарри Поттер уже помог эльфам своим возвращением, – просто сказал эльф.
- Возвращением? - Гарри удивился, а не связано ли это с его тайной?
- Гарри Поттер старше, чем он выглядит, – сообщил эльф. Что ж, это ответ на вопрос.
- Намного старше, чем первокурсник. Мы знаем, – все домовики захихикали. Это напомнило Гарри Волшебника Страны Оз.
- Ладно. Я уверен, что вы сохраните мой секрет, – он встал, и эльфы на полу подпрыгнули и окружили его. Блестяще. Просто блестяще. Теперь я могу на кого-нибудь наступить.
- Вы еще что-нибудь хотели? – обратился он к эльфу, с которым говорил прежде.
- Мистер Гарри Поттер так добр, что вернулся, чтобы снова нас спасти, – произнёс старший домовик. – Так добр, что сражается с ужасным Тем, Кого Нельзя Именовать, – Гарри боролся с искушением прошипеть «Волдеморт» .
- Меня зовут Кнопка, мистер Гарри Поттер, сэр. Я стою во главе замковых домовиков, – эльф встал на спинку дивана и отвесил низкий официальный поклон. Мальчик кивнул головой в ответ.
- Мистер Гарри Поттер совершит немало важных деяний, да?
- Со временем, Кнопка. Пожалуйста, зови меня просто Гарри, – пусть ему было 20 лет, он еще совершенно не представлял себя «сэром».
- Конечно, Гарри, сэр! – просиял домовик. Гарри сдержал вздох. «Гарри, сэр» лучше, чем «Мистер Гарри Поттер, сэр».
- Замковые эльфы, кухонные эльфы, прачечные и библиотечные, все желают поблагодарить вас, – объяснил Кнопка. Четверо домовиков отделились от остальных и поклонились.
- Минкс, Гарри, сэр, – начал первый эльф негромко. – Я замковый эльф, сэр.
Мальчик заметил, что тот одет не в кухонное полотенце, а в чистую наволочку.
- Рад познакомиться, Минкс, – отозвался Гарри с улыбкой. Огромные желтые глаза размером с теннисный мяч моргнули и начали наполняться слезами. Эльф поблагодарил его и спрятал лицо в своей наволочке.
- Я Сэрри, сэр, – сказал следующий эльф звонким голосом. – Я кухонный эльф. Я прошу прощения, сэр, что Вам не понравились блюда, поданные на обед, - Сэрри остановился и его (или её) глаза, напомнившие ему Молли Уизли, моргнули.
- О, так это ты был с пирогом? – спросил мальчик. Ещё одна загадка разрешилась.
- Да! Вы заметили? – Сэрри подпрыгнул на месте, очевидно, обрадованный тем, что Гарри заметил его (или её) вмешательство.
- Гарри, сэр, нуждается в пище, чтобы стать сильным, – ответила она (с таким осуждающим тоном это могла быть только «она»).
- Сладости не сильно меня волнуют, – улыбнулся мальчик.
- Это легко исправить, сэр, – отозвалась эльфийка. – Я принесу вам список, и вы сможете вычеркнуть те блюда, которые не хотите есть. Нужно было составить меню заранее.
Домовик – диетсестра. Кто бы знал?
- Я Пиджи, Гарри, сэр, – заговорил следующий эльф слегка возбуждённо. – Я работаю в прачечной, -
Пиджи коротко поклонился и умолк.
- Рад познакомиться, Пиджи, – произнес Гарри. Пиджи стал темнее сельдерея и, улыбнувшись мальчику, отступил назад.
- Тоум, Гарри, сэр, – вступил в разговор последний из эльфов. – Работаю в библиотеке. Могу помочь с любыми вопросами в этом деле.
Он также поклонился и занял свое место в шеренге.
- Спасибо, Тоум, – эльфы отступили на прежнее место, пока Минкс все ещё рыдал в свою наволочку.
- Минкс, пожалуйста, перестань плакать. Я обычный человек, – это заявление только заставило Минкса заплакать сильнее.
- Минкс очень молодой эльф, Гарри, сэр, – сообщил ему Кнопка. – Он просто очень счастлив встретиться с таким великим волшебником.
Кнопка бросил на Гарри почти умоляющий взгляд.
- Я понимаю, – вымолвил мальчик. Он помнил, что домовых эльфов довольно сложно в чем-либо убедить. Минкс будет и дальше верить, что встретил кого-то со статусом Мерлина, пока не решит иначе.
- Минкс, Сэрри, Пиджи и Тоум будут в вашем распоряжении, пока вы остаётесь в Хогвартсе, – заявил Кнопка. Гарри пораженно уставился на него. – Минкс займется Вашими вещами, Сэрри проследит за тем, как Вы питаетесь, Пиджи возьмет на себя заботу об одежде и белье, а Тоум поможет вам в библиотеке.
Кнопка выглядел весьма довольным своей маленькой речью и с улыбкой повернулся к Гарри.
Все, что оставалось Гарри - это изумленно хлопать глазами. Это будет примерно так же, как если бы он разгуливал с табличкой «Я Мальчик, Который Выжил».
- Это не обязательно, Кнопка, – спокойно возразил мальчик. Он не мог позволить себе, чтобы на каждом шагу ему досаждали домовики. Для его планов было жизненно необходимо свободно передвигаться.
- Нет-нет, обязательно! – взвизгнул маленький эльф. – Домовики желают заботиться о Гарри Поттере, чтобы у него было свободное время, чтобы делать то, что он должен.
Кнопка выглядел доведённым до отчаяния.
- Я ведь вас не отговорю, не так ли? – осведомился юный волшебник. Домовые эльфы были одними из самых упрямых и непробиваемых существ, которых он когда-либо встречал. Он увидел, как двенадцать головок мотают в знак отрицания.
- Очень хорошо, – сдался он. Эльфы были вежливыми и непреклонными созданиями.
Минкс снова ударился в слёзы, Сэрри запрыгала вверх-вниз, Пиджи танцевал на месте, а Тоум улыбался. Празднество домовиков.
- Тихо! – произнёс Кнопка. – Спасибо, Гарри, сэр, – искренне поблагодарил он. – Хорошего вам дня.
Кнопка сделал быстрый жест и все эльфы исчезли.
«Страннее некуда», - подумал Гарри, вернувшись в гостиную. Он поставил книгу на свою полку (каждый равенкловец получал в пользование маленькую книжную полку и парту) и открыл сундук, достав пару шорт, футболку и кроссовки. Когда он ездил в Лондон, то забыл про тренировочный костюм и его пришлось купить в Суррее. Было очень сложно протащить те сумки в дом. Тётя так и не поняла, почему вода в её чайнике выкипела столь быстро.
Натянув второй кроссовок, Гарри покинул гостиную Равенкло. Он, крадучись, шел по коридорам, довольный, что никого (включая Филча, его кошку и привидений) не оказалось поблизости, а дойдя до Выручай-комнаты, стал вышагивать. Открыв дверь, когда та появилась, он обнаружил тренировочное помещение, в точности такое же, какое создал его учитель. С удовлетворением он вздохнул, радуясь тому, что оказался в привычной обстановке.


__________________________________________________________

Утром Гарри первым пришел в Большой Зал. Выбрав место за столом Равенкло, он вытащил свою «Историю магии» и принялся за чтение.
- Здравствуйте опять, Гарри, сэр! – мальчик вздрогнул от голоса Сэрри. – Я принёсла список, как и обещала.
Быстренько оглянувшись по сторонам он увидел, что Большой Зал всё ещё пуст.
- Благодарю, Сэрри, - Гарри принял и развернул пергаментные свитки, исписанные мелким почерком.
- Боже, – он вынул шариковую ручку и вчитался в первый свиток.
Он вычеркнул все «желейные конфеты» и «сахарные перья», а потом перешел к следующему свитку. Там он зачеркнул говядину, колбасу, бекон и масло. Почти весь раздел пудингов и десертов присоединился к мясу. Он бы еще признал как вариант фруктовый салат, бисквитные пирожные и йогурт. Белый хлеб и макароны были вычеркнуты в пользу их цельнозерновых аналогов.
- Думаю, теперь правильно, Сэрри, – произнёс он, возвращая ей свитки. – Еще раз спасибо.
- К вашим услугам, Гарри, сэр, – Сэрри прижала свитки к груди и исчезла. Гарри вернулся к книге и читал еще почти за 10 минут, пока не появился завтрак. Он увидел тарелку овсянки, что-то похожее на омлет с сыром и брокколи, цельнозерновой тост, тарелку фруктового салата с йогуртом, стакан молока, стакан апельсинового сока и маленькую чашку чая.
Этим можно было накормить армию. Он начал с овсянки, нашел в омлете ветчину, тост был отличный, а фрукты ароматные и свежие. Он смёл еду и как раз пил чай, когда заметил, что кто-то пялится на него.
- Чем могу помочь? – терпеливо осведомился он.
- Ты и вправду Гарри Поттер? – спросил Терри Бут. Гарри безо всякого выражения посмотрел на горячего юного равенкловца, стоявшего перед ним. Задумывался ли Терри о том, как он умрёт? Было ли у него хоть малейшее представление, что он погибнет, пытаясь защитить свою семью, и что многие назовут его павшим смертью храбрых?
- Да, – отозвался юный волшебник. – А ты?
Невероятно храбрый человек, который отдаст всё за дорогих ему людей. Смутная боль скрутила желудок Гарри, когда Терри протянул ему руку.
- Терри Бут. Думаю, мы соседи по комнате, – улыбнулся Терри.
- Да, я видел тебя утром, когда уходил, – мальчик допил чай и полностью переключил внимание на Терри.
- Ничего себе! Ты, должно быть, поднялся очень рано, – сказал однокурсник, садясь рядом с Гарри и выбирая блюда для завтрака.
- Всегда был жаворонком, – пожал плечами мальчик и снова принялся за книгу, поскольку Терри начал есть. Он снова вздрогнул (что-то это происходит слишком часто, но ему можно, ведь он только что вернулся с войны), когда довольно величественная сова приземлилась перед ним и вытянула лапку.
Осмотрев сову, он осторожно проверил её и письмо на возможную угрозу. Птица нетерпеливо ухнула и подняла лапку выше. Гарри отвязал черную ленточку. Он предложил ей подвернувшийся под руку кусочек бекона и посмотрел, как она улетела.
- Кажется, твоя семья написала тебе, – заметил Терри, положив себе еще яичницы.
- Моя семья не написала бы мне, – кратко бросил Гарри, вчитываясь в адрес: «Мистеру Гарри Поттеру, Стол Равенкло, Хогвартс». Он заметил вычурную печать с буквой «М» в середине, окружённой геральдическими знаками, которые позже нужно будет поискать в справочнике. Сломав печать, он извлек весьма толстый пергамент.
«Уважаемый мистер Поттер.
Пожалуйста, позвольте мне поздравить Вас с поступлением в Хогвартс на факультет Равенкло. Уверен, что этим Вы делаете честь и факультету, и школе. Пожалуйста, не сомневайтесь ни секунды и свяжитесь со мной, если Вам когда-либо понадобится помощь взрослого волшебника, не являющегося учителем. Я буду счастлив оказать ее Вам.
Искренне ваш
Люциус Малфой».
Мальчик изумленно уставился на письмо. Люциус пишет ему поздравления в связи с поступлением в Хогвартс. Гарри вспомнилась фраза in loco parentis. Малфой пробормотал ее, когда предлагал помочь в походе за покупками. Вместо родителей? Действительно ли Люциус Малфой чувствовал своего рода родительский долг в отношении Гарри? Это наверняка плохо.
Когда зашел Флитвик и отдал им их расписания, мальчик отложил письмо в сторону. Он взглянул в расписание и чуть не застонал. Первым уроком в понедельник были Зелья с хафлпаффцами. Прекрасно. Просто чертовски фантастически прекрасно.
- Доброе утро, Гарри, – раздался позади голос Драко Малфоя. Гарри обернулся и кивнул.
- Доброе утро, Драко, – спокойно ответил мальчик, вновь повернувшись к столу.
- Похоже, твое желание сбылось, – Драко рухнул на скамью и ухмыльнулся. – Держу пари - твой отец перевернулся в гробу.
- Я предпочитаю думать, что мой отец гордился бы мной, на каком бы я факультете ни был, – невозмутимо отозвался Поттер-младший. – Кроме того, мне совершенно всё равно, что бы он подумал. Он мёртв, а я – нет.
Мальчик отодвинул прочь всё переживания, связанные с родителями. Нет смысла загонять свою жизнь в придуманные ими рамки. Этому его научило недолгое пребывание с Сириусом. Его учитель только укрепил ученика в этом мнении. Он был Гарри и не мог быть никем другим.
- Полегче, Гарри, это просто шутка, - стушевался Драко. – Ты писал своим родственникам, чтобы сообщить им хорошие новости?
- Нет, – отозвался мальчик, выпив глоток воды. Ему казалось, что вкус у тыквенного сока слегка приторный.
- Почему нет? – тут же спросил Драко. Гарри не мог понять, зачем он сидит с ним за одним столом.
- Разве не предполагается, что ты должен получить свое расписание?
- Профессор Снейп выдал нам расписания сегодня утром в гостиной, – Драко взмахнул им перед глазами мальчика. – Я заскочу в совятню после завтрака. Мы могли бы пойти вместе, тогда ты сможешь отправить письмо своим родственникам.
- Не могу. У меня нет с собой книги по Зельям. Нужно вернуться за ней в комнату, - Гарри встал и повесил сумку на плечо. – Доброго дня, Драко.
Юный волшебник выскользнул из Большого Зала и направился в подземелья. Он был удивлен тем, как сильно у него здесь болит душа. Дети, которых он видел, в его времени уже мертвы. Одни умерли от рук Волдеморта, другие – от рук Пожирателей Смерти. Столько ненужных смертей! Гарри глубоко вдохнул, накрепко запирая эмоции. Он направлялся в класс Снейпа. Ему понадобится вся его окклюментивная сила.
Он прислонился к стене напротив класса зельеделия и открыл «Магические экстракты и зелья», вернувшись к главе об исцеляющих зельях. Пять минут спустя дверь открылась, и мальчик вошел и занял место посередине класса. Профессор Снейп проигнорировал его. Он был занят пергаментами на рабочем столе. Гарри вернулся к книге и напрочь выпал из реального мира, пока не почувствовал, что кто-то толкнул его плечом. Подняв взгляд, он увидел Терри Бута.
- Не возражаешь, если мы сядем вместе? – поинтересовался Терри.
- Совсем не возражаю, – ответил Гарри, закрыв книгу. Терри уселся рядом и вынул свои книгу, пергамент, перо и котёл. Гарри сделал тоже самое и выжидательно замер.
Снейп начал урок, называя всех по списку. Несколько студентов зашептались при имени Гарри, но Снейп одарил их взглядом, который вполне мог заменить убивающее заклятие.
- Вы здесь для того, чтобы научиться тонкой науке и точному искусству изготовления зелий. Поскольку здесь нет глупого помахивания палочкой, большинство из вас вряд ли поверят, что это волшебство. Я не жду, что вы оцените красоту бурлящего котла и мерцающего пара, изящной силы жидкостей, которые текут по человеческим венам, околдовывают разум, обманывают чувства… Я могу научить вас заключить в бутыль известность, приготовить славу, и даже закрыть пробкой смерть, если вы не стадо болванов, которым мне обычно приходится преподавать.
Гарри заметил, что речь была точно такая же, как и раньше, но звучала она по-иному. Может быть, потому что он старше? Он удивился, когда Снейп продолжил:
- Зелья щедро отплатят тем, кто терпелив и не боится приложить старание, – он махнул в сторону хафлпаффской стороны класса. – Или тем, кто получает радость от учения, – он приподнял брови, поглядев на равенкловцев.
- Кто может мне сказать, что я получу, если добавлю толченый корень асфоделя в настойку полыни горькой?
Мальчик изумился, увидев, что по крайней мере четыре руки взметнулись вверх. Его собственная рука поднялась не так торопливо.
- Турпин?
- Глоток Живой Смерти, профессор, – спокойно ответила Лиза Турпин.
- Да, – подтвердил Снейп. – Где я найду безоар?
Гарри и Терри оба подняли руки, а за ними последовали большинство остальных.
- Поттер, – профессор указал на Гарри.
- В желудке козы, сэр, – отозвался мальчик.
Снейп приподнял бровь, сосредоточив всё внимание на Потере-младшем.
- Да. Поттер, что такое безоар?
Ой-ёй. Вопрос как раз для Гарри.
- Камень, способный обезвредить многие яды, сэр, - он никогда не забудет безоар, ведь этот камень спас жизнь Рону, как и его собственную.
- Верно, – сказал Снейп, снова обращаясь к классу. – В чем разница между монашеским корнем и борцом?
Опять лес рук.
- Эббот.
- Это одно и то же растение, сэр.
- Правильно, одно и то же. Кто знает еще одно его название? – спросил Снейп, оглядывая студентов. Гарри поднял руку, уверенный, что так же поступят остальные. И удивился, когда понял, что он был единственным.
- Поттер?
- Его также именуют аконитом, сэр.
Слишком много, чтобы не привлечь внимания.
- Верно, – лицо Снейпа неуловимо изменилось. О нет, начинается.
- Поттер, название зелья, где используется черемица?
- Глоток мира.
- Да. Какое зелье изменяет вашу внешность на час?
- Оборотное, – ответил Гарри. Ой-ой-ой. Слишком продвинуто для первокурсника. Хлебни-ка глоток мира, идиот. Сейчас же прекрати отвечать!
- Правильно. В каком зелье используются сушеная крапива, змеиные клыки и иглы дикобраза?
- Зависит от того, в каком порядке добавляются ингредиенты, сэр. Если в последнюю очередь положить иглы дикобраза, то получится зелье, исцеляющее ожоги. Если же их добавить первыми, то зелье будет сводить на нет угревую сыпь, - Гарри осознал, что сказал слишком много, когда Терри рядом, изумленно вздохнув, заскрипел пером, записывая его слова.
- Вы ушли немного вперёд, Поттер, – прокомментировал Снейп. Он взмахнул палочкой, и на доске появилась тема «Противоожоговое зелье». – Однако вы правы.
Он окинул класс взглядом:
- Приступайте, – коротко бросил он, проходя между партами.
- Откуда ты об этом знаешь? – спросил Терри, зажигая огонь под своим котлом. Вот, чёрт. Почему я не мог просто держать рот на замке?
- Я много читал, - вот оно, ответ казался правдоподобным. А теперь отвлеки его, чтобы он сменил тему. – Я отвешу крапивы, если ты истолчёшь клыки.
- Идёт, – согласился Терри. – Но потом я хочу увидеть твой список книг, - произнёс он тоном, не допускающим возражений.
- Я подумаю об этом, – отозвался мальчик. Они умолкли, начав работать над зельем. Гарри отметил, что обстановка в классе по сравнению с тем, когда вместе учатся Гриффиндор и Слизерин, на порядок спокойней. Студенты казались более сосредоточенными, и даже Снейп – какой-то другой, не такой язвительный, как ему помнилось. Поправлял он тем же едким тоном, но уже менее уничтожающим… Или точка зрения Гарри в некоторой степени сместилась. Он не был уверен, что правильнее.
Мысли мальчика бродили где-то, пока он последовательно изготовлял зелье. Он мог сделать его и во сне, учитывая, как он привык готовить веритасерум и противооборотное зелье со Снейпом чуть менее пяти месяцев назад, если память его не обманывала. Он СКАЗАЛ Гарри, чтобы тот начал использовать свои мозги, как бы мало их у него ни было. Мальчик так и не понял, было ли это комплиментом или оскорблением. И уточнять не хотелось.
Гарри заметил ошибку, которую Терри чуть было не совершил. Его рука взметнулась, чтобы остановить напарника.
- Сними котёл с огня, прежде чем это добавлять, – произнес мальчик, разглядывая иглы дикобраза, которые держал Терри. – При высокой температуре не произойдёт нужной реакции, – пояснил он.
Бут уставился на Гарри. Его взгляд скользнул по доске и он, похоже, выругался про себя. Гарри ничего не сказал.
- Спасибо, друг. Вот был бы беспорядок, – вымолвил Терри, снимая котел с пламени.
- Нет проблем, - мальчик знал, что препроводить Терри в Больничное крыло отправят его. Как бы ему ни нравилась мадам Помфри, посещать это крыло в начале учебного года у него не было ни малейшего желания. Да и потом тоже. С этим местом связано слишком много воспоминаний, особенно о том, что произошло, когда Хогвартс превратился в главный командный пункт - а затем пал. Слишком много друзей Гарри умерли как взрослые там, куда прежде ходили лечить синяки и царапины.
Через час, очистив котёл, они собрались уходить.
- Поттер, – резко позвал Снейп. – Задержитесь.
Гарри прикрыл глаза и неслышно вздохнул.
- До встречи, Терри, – сказал он приятелю. Тот кивнул и вышел из класса.
- Закройте дверь, Поттер, - Гарри сделал, как его попросили, и повернулся к Снейпу.
- Внутренности иглобрюха.
Эээ, что?
Снейп приподнял бровь. Гарри почувствовал, как отвисает его челюсть.
Он проверяет меня! Этот придирчивый мерзавец устраивает мне экзамен в первый день учёбы! Ладно, для меня это не первый день, но…
- Зелье раздувания, сэр.
- Да. Гусеницы и корни ромашки? – усмехнулся Снейп.
Я знаю это. Гарри почти улыбнулся:
- Зелье уменьшения.
Предположим, что Снейп нарочно выбирает совершенно противоположные зелья. Учитель Гарри достаточно часто так делал, стараясь сбить его с толку. Ему удавалось, пока Гарри не понял, в чем дело. Противоположности, в конце концов, оказались весьма неплохой подмогой в учебе. Мальчик всегда мог назвать второе, если ему говорили первое.
- Желчь броненосца, – продолжил профессор.
Поттер-младший не мог сдержать выражение гадливости на лице, когда Снейп упомянул последний ингредиент.
- Кхе, – он ощутил тошноту. Существуют вещи, от которых Гарри отказался из принципа. Желчь – одна из них. – Зелье, обостряющее разум.
- Любисток лекарственный? – спросил Снейп, глядя на пергамент. Гарри закатил глаза, и ему захотелось сообщить Снейпу, что он может уйти, если у того есть дела. Но решил, что себе дороже.
- Запутывающее и сбивающее с толку зелье, – ответил мальчик.
- Эликсир жизни? – продолжал экзаменовать профессор, что-то записывая на пергаменте. Поттер-младший подавил желание скорчить недовольную мину от такого видимого безразличия. Он знал, что Снейп прекрасно знает, куда клонит, но Гарри понимал и то, что любого ребенка одиннадцати лет подобная проверка уже бы измучила. Он же (Гарри) лишь был слегка раздражён. Он мог бы в это время заниматься. Или тренироваться. Или делать ещё что-нибудь интересное.
- Эликсир жизни получают из философского камня. Он гарантирует выпившему бессмертие, но его необходимо принимать регулярно в течение всей жизни. Также он превращает вещи в золото, - мальчик подумал, что на следующий вопрос надо бы ответить неверно. Он показал знание и стремление к изучению предмета. Этого должно оказаться достаточно, чтобы притормозить Снейпа, пока что. Гарри на мгновение взглянул на свои ботинки, потом вновь посмотрел на учителя, а тот задал очередной вопрос.
- Перья холмобормота - Снейп наклонился вперед, не отрывая глаз от ученика. Мальчик ощутил толчок легиллименции и, поборов вздох, потер лоб. Нужно убедить и Снейпа, и Дамблдора, что его щиты постоянны, и они не проникнут в его разум. Как это сделать, это уже другой вопрос.
- Какая-то разновидность сыворотки, – медленно произнёс юный волшебник. – Наверное.
- Обычно их используют в сыворотке правды, – невозмутимо пояснил зельевар. – Далее: крысиные хвосты и рогатые жабы?
Что за … Почему Снейп всё ещё экзаменовал его?
- Зелье для выращивания волос, сэр, – вздохнул Гарри. Ну никак он не мог ответить неправильно. Слишком лёгкий вопрос.
Зельевар посмотрел на ученика, а потом кивнул сам себе.
- Я жду от Вас, мистер Поттер, что Вы и далее будете показывать в Хогвартсе тот же уровень знаний, что и сегодня, – сказал Снейп, отпуская его.
- Да, сэр, – отозвался мальчик, чувствуя облегчение от того, что его наконец освободили. Он вышел в коридор и направился в библиотеку. Надо сделать домашнюю работу перед ланчем. Всё-таки было кое-что хорошее во всем этом возвращении. Он не зря провёл свой первый день в Хогвартсе.



Глава 6


Глава бечена. Благодарю бету :))))
Тролль!

Гарри перевернул очередную страницу учебника по зельям и быстро провел пальцем по строкам. Он разыскивал один ингредиент, но не мог точно вспомнить, какой именно лечит порезы и царапины. Может, это лунный камень? Нет. Ага, знаю. Настойка растопырника. Спасибо старой доброй Гермионе. Он записал ответ и закончил эссе. Гарри все время разделял друзей на «старых» и «новых».

Срабатывало, хотя у него всё ещё были небольшие трудности в восприятии прежнего и нового Драко. И даже этот новый Драко раздражал, потому что постоянно пытался вытащить Гарри из библиотеки. Посмотрев на часы, Гарри шёпотом выругался, заработав косой взгляд от мадам Пинс. Сегодня библиотека пустовала. Был Хэллоуин и все студенты (и даже Гермиона) покинули владения библиотекаря ради факультетских гостиных и Большого Зала. Поттеру же предстоял урок у профессора Снейпа.
Самое серьёзное и беспокоившее его изменение в новой жизни: изменился Снейп. Он обращался с мальчиком не так, как в прошлом. По большей части профессор игнорировал его, то есть обращался с Гарри, как и с любым другим студентом из Ровенкло или Хафлпаффа в его классе. С безразличием.
Это устроило бы прежнего Гарри, но ему необходимо сблизиться со Снейпом. Зельевар - ключ к событиям, которые произойдут позже. Он слишком тесно связан со всем, что сделал Гарри в прошлом/будущем. Теперь нужно завоевать доверие Снейпа и сохранить его. Мальчик уже просчитал, что мог бы подобраться к зельевару через его профессию. В конце концов, у юного волшебника за плечами, по крайней мере, 10 лет изучения зелий, равно как и знание немалого количества книг. Достаточно для того, чтобы проявить себя одарённым учеником, а также привлечь внимание и вызвать подозрения у мастера зелий. Однажды Гарри подошёл к учителю и задал несколько «продвинутых» вопросов. Он сделал вид, что расстроился, когда Снейп сообщил, что ему ещё рано варить подобные зелья в классе. Тогда мальчик поинтересовался, можно ли рассчитывать на дополнительные уроки. Заинтригованный Снейп на внеклассные занятия согласился.
Гарри не мог поверить, что Хэллоуин уже наступил. Он проводил львиную долю времени в библиотеке и в Выручай-комнате. И всё ещё спал гораздо меньше, чем следовало. Зелье-без-снов вызывало привыкание, и Гарри понимал, что если пренебречь осторожностью, то его стремление использовать зелье легко может превратиться в настоящую зависимость. «Ты будешь хозяином своего разума и своего тела».
Эта мантра его учителя всегда плавала где-то у самой поверхности сознания. Его поступками не будет распоряжаться зависимость от какого-то вещества, если оно не продлит ему жизнь. Он привык не спать по несколько ночей кряду. Несколько часов сна в сутки – это уже было больше, чем раньше. Он очень надеялся, что мадам Помфри останется в неведении.
Драко Малфой сдержал слово, данное отцу. Однажды в субботу он появился в библиотеке и потащил Гарри в подземелья. Драко не успокоился до тех пор, пока они не достигли просторного класса, которого Поттер раньше не видел. На стене были развешаны разнообразные таблицы и схемы. В нескольких он узнал генеалогические древа.
Слизеринец лишь усмехнулся, когда Гарри пригрозил проклясть его, если не получит ответа, и сказал, что они здесь для занятий по этикету. Малфой-младший усадил его за парту, и юный волшебник обратил внимание, что присутствовали не только слизеринцы. Пришли студенты Ровенкло и Хафлпаффа, и комната ожила, наполнившись гулом взволнованных голосов.
Гарри спросил о гриффиндорцах. Драко на это ответил, что профессор Макгонагалл полагает, будто её студенты уже «хорошо осведомлены», как надо правильно себя вести. Мальчику ничего не оставалось как фыркнуть. Ему живо вспомнилось, как Макгонагалл говорит ему о том, что участникам Турнира трех волшебников нужно открыть Рождественский бал. Казалось, она была слегка удивлена тем, что Гарри сам об этом не знает. Затем вошёл профессор Снейп и занятия начались с обучения правильной осанке. С тех пор мальчик не сутулился.

Когда Гарри спустился в классную комнату зельеделия, подземелья пустовали. Снейп уже был там, готовя какое-то оборудование.
- Добрый день, профессор, – приветствовал его Гарри. – Вот эссе, которое Вы задавали.
Мальчик положил свиток пергамента на стол. Снейп просто хмыкнул и поманил Гарри к себе.
- Вы помните наш разговор о зельях, способных защитить от стихий, Поттер? – спросил профессор, пока мальчик снимал теплую мантию и надевал рабочий фартук.
Гарри подумал несколько мгновений, прежде чем кивнуть.
- Сегодня мы варим зелье, которое ненадолго позволит пройти сквозь огонь безо всякого вреда, – сообщил Снейп, указывая на уже разложенные ингредиенты.
Гарри изучил их и потянулся к сумке, чтобы вытащить тетрадь, которую использовал для записей по зельеделию. Вернувшись к столу, он переписал ингредиенты, при этом называя каждый. Снейп кивал всякий раз, когда Гарри правильно определял компонент.
- Теперь, учитывая имеющиеся ингредиенты, на что Вам нужно будет обратить внимание во время приготовления зелья? – неторопливо осведомился зельевар, надевая собственный рабочий фартук и заколдовывая волосы так, чтобы они не попали в котёл.
Мальчик повернулся к компонентам и нахмурился. Что произойдёт, если смешать их в неверном порядке? Он задумался. Почему Снейп готовит это зелье сейчас? Разве камень уже не защищён?
- Камень не в безопасности, – пробормотал Гарри сам себе. Ну да. Снейп знает, как защитить философский камень. Он делал это раньше. Перестань думать об этом и отвечай на вопрос.
- Асфодель и гулявник нельзя добавлять, когда температура зелья меняется: и то, и другое запустит реакцию. Колебание температуры вызовет взрыв, поскольку и асфодель, и гулявник при добавлении в любой раствор, даже базовый, нестабильны, – ответил Гарри, довольный тем, что он заранее дополнительно почитал еще и теорию зелий. Он обернулся и увидел, что Снейп уставился на него.
- Я сказал что-то не то, сэр? – растерялся юный волшебник.
- Что Вы имели в виду, говоря, «камень не в безопасности?» - с ноткой гнева обратился к нему профессор. Ой. Я сказал это вслух? Плохо. Думай, Поттер, думай!
- А? – Гарри ненадолго замер. Отличный ответ, гений. Пусть думает, что ты не в курсе. Поттер задумчиво почесал лоб.
– Не уверен, что понимаю Вас, сэр, – уточнил он. – Я просто отвечал на Ваш вопрос.
У него только что появилась отличная идея. Он сам поразился и гадал, как не додумался до этого раньше. Он может выглядеть «провидцем» всякий раз, когда сболтнёт лишнее. Мало кто сядет есть за один стол с провидцем, и ещё меньше людей станут задавать вопросы, если Гарри преподнесёт это как ещё одну свою особенность.
- Вы сказали «камень не в безопасности» или нет? – продолжал выспрашивать Снейп.
- Я ничего такого не говорил, – спокойно произнёс Гарри. - Я лишь ответил на вопрос, сэр. Правильно ответил?
- Да, правильно.
Ух ты, сбей его с толку, и он похвалит тебя.
- Вы правда не помните, что что-то такое говорили?
- Нет, сэр, – Гарри умолк. Хватит заставлять Снейпа сомневаться в собственном здравомыслии. - Вы слышали, как я это сказал?
- Могу поклясться, что слышал, Поттер! – резко бросил зельевар. Ой-ёй, Снейп слегка раздражён.
- Вполне возможно. Моя тётя рассказывает, что я всё время говорю странные вещи, которых сам потом не помню. Она утверждает, что это раздражает её сильнее всего прочего, – сообщил Гарри, делая кое-какие пометки в тетради.
- Вы говорите слова, о которых не помните? – спросил Снейп.
- Я лишь говорю Вам то, что мне сказала моя тётя, – отозвался мальчик. – Ничего подобного я не помню, – Гарри пожал плечами и вернулся к записям. Не обращая внимания на Снейпа, он переписывал инструкции, которые мужчина небрежно ему сунул. Гарри подошел к котлу и начал читать написанное.
- Могу я положиться на то, что Вы не взорвёте котёл? – отрывисто поинтересовался Снейп.
- На следующих примерно шести стадиях можете. Вероятно, мне понадобится помощь с гулявником, – предупредил юный волшебник. Этот компонент мог быть предельно опасным. Он был изумлён, что Снейп доверял ему работать с ним.
- Я сейчас вернусь, – Снейп покинул класс. Гарри показалось, что профессора вызвал директор. Оставим Снейпа Снейпу. А ему нужно готовить зелье.
Не прошло и двух минут, как Снейп вернулся понаблюдать за Гарри. Мальчик как раз добавлял второй ингредиент и чуть не подпрыгнул, когда Снейп подошел и обхватил его руку, державшую палочку для помешивания.
- Согласно инструкции, нужно помешать шесть раз по часовой стрелке. Помешайте потом дважды против часовой, - и тут же наглядно показал, как это нужно сделать. – Вы знаете, почему?
Поттер прикрыл глаза в раздумье. Здесь есть очевидный ответ. Должен быть. Снейп не стал бы задавать ему вопрос такого уровня, не будь он уверен, что его ученик хоть что-то об этом знает.
- Что-то сделать с поверхностью зелья?
- Предположу, что это не вопрос. Вы правы, – Снейп начал перечислять, на что Гарри следует обратить внимание, имея дело именно с этим зельем. Мальчик делал подробные записи в перерывах между добавлением ингредиентов и помешиванием. Он с чувством глубокого удовлетворения перелил в бутылку образец зелья. Он всегда им интересовался.
- Важен ли цвет зелья, сэр?
- Да. Цвета зелья соответствуют оттенкам пламени, от которого выпивший его будет защищён. Уверен, Вы не хотите пропустить пир в честь Хэллоуина и Бог знает, что мне скажет директор, если его пропущу я, – сказал Снейп, отправляя котёл в раковину.
- Готовы? – спросил учитель, вешая рабочий фартук на его обычное место.
- Да, сэр, – отозвался Гарри, повторяя действия Снейпа, и вышел вслед за учителем. – Я только надеюсь, что тролль не испортит его, – буднично добавил он.
Снейп, остановившись, повернулся к нему:
- Что это было?
- Я лишь сказал «да, сэр». Я опять что-то говорил?
- Да. Что-то о тролле, – подтвердил зельевар.
- Тролль? Я читал о них. Считается, что они большие, неприятно пахнут, и они очень, очень глупые. Это правда, сэр? – юный волшебник позволил свой «ровенкловской» болтовне заполнить молчание, пока они шли к Большому залу.
- Успокойтесь и замолчите, мистер Поттер, – оборвал его Снейп, взбираясь по последней лестнице. – Идите к своим друзьям.
Зельевар проскользнул в зал, а Гарри замер у дверей, задумавшись о том, знает ли профессор, что у него нет друзей.
Да, он проводил время со своими старыми приятелями, но они были скорее хорошие знакомые, нежели друзья. Он регулярно видел в библиотеке Гермиону. Она представила его нескольким гриффиндорцам. Невилл Лонгботтом заикался при разговоре с ним.
Дин и Симус поздоровались, задали несколько любознательных вопросов и оставили его наедине с книгами. С Роном вышло по-другому. Тот словно терял дар речи всякий раз, оказываясь рядом с Гарри. Это напомнило Гарри то, как он раньше реагировал на Гермиону, только в этот раз всё было намного хуже.
Благоговение, которое выказывал Рон, вызывало у Гарри отвращение. У него живот сводило от мысли о Роне, ведущем себя, как Колин Криви. Его изумляло, что тот не проявлял твёрдости характера, которым так знамениты Уизли. Он обращался с Гарри, как со знаменитостью, и мальчик не мог этого выносить. Надо будет с этим поскорее что-нибудь сделать.
Терри Бут стал хорошим напарником для Гарри почти на всех занятиях. Он никогда не говорил лишнего и не пытался прыгнуть выше головы. Гарри нравился уравновешенный сокурсник, и Поттер предпочитал сотрудничать скорее с ним, чем с кем-либо ещё. Терри был спокойным и вдумчивым, но мог своими шутками добиться от мальчика улыбки. Остальные ровенкловцы описывали самого Гарри как «тихого и старательного», когда их родители в письмах спрашивали о нём. Гарри не мог и надеяться на лучший расклад. Его имидж успешно продолжал укрепляться.
Драко Малфой – другая история. Только на двух человек во всём Хогвартсе можно было рассчитывать в том, что они способны нормально общаться с Поттером. Снейп и Малфой. Драко Малфой был другим, только пока рядом с ним не было никого, кроме Гарри. Когда они были вдвоём, Драко становился беззаботным 11-летним мальчишкой, склонным изводить Гарри шахматами, вылазкой из замка или парочкой партий во взрывающиеся карты. Если кругом были люди, Малфой включал «представительский» режим, но сам Гарри попадался ему на глаза очень редко. Драко вытаскивал мальчика из библиотеки для приёмов пищи или светской жизни, и Гарри, к его огромной досаде, частенько получал от такой жизни удовольствие, даже общаясь со слизеринцами. Они могли, что часто и делали, играть нечестно, но они же бросали его уму такой вызов, которого никто никогда не бросал ему раньше. Исключая те случаи, когда он имел дело с Волдемортом.
- Вот ты где! – Гарри обернулся, увидев рядом с собой Драко Малфоя. - Пошли!
Гарри едва справился с порывом отскочить (находиться в толпе по-прежнему было для него пыткой), когда Драко схватил его и потащил в Большой зал. Мальчику пришлось миновать стол Ровенкло и присоединиться к Драко за слизеринским.
Он поздоровался с ребятами, которых знал, и, когда перед ним появилась еда, с облегчением понял, что Сэрри уже развила на кухне бурную деятельность. Слизеринцы безропотно восприняли такой довольно странный обычай, когда пища доставляется прямо на тарелку. Ровенкловцы пытались дознаться, что за этим кроется, пока Гарри не сообщил им, что у него особая диета по медицинским показаниям. Это прекратило дальнейшие домыслы, и во время трапез его оставили в покое.
Мальчик отразил предложения и требования Драко поесть сладостей и наслаждался стряпнёй Сэрри. Он и не предполагал, что из риса можно приготовить такую вкуснятину. Гарри гадал, захочет ли она расстаться с рецептом. Он решил, что летом время от времени с удовольствием будет готовить это для себя. Гарри оказался единственным студентом, который не удивился крикам Квиррелла: «Тролль!», когда преподаватель ЗОТИ ворвался в Большой зал. Гарри быстренько осмотрел гриффиндорский стол и сказал кое-что, заставившее поперхнуться Пэнси Паркинсон. Гермиона Грейнджер отсутствовала.
________________________________________

Гарри отделился от группы студентов Ровенкло и направился прямо в туалет для девочек. Он расспросил гриффиндорок об исчезновении Гермионы и обнаружил, что история повторяется. Он это ненавидел. Поттер мчался по коридорам, надеясь добраться до неё и вывести из туалета прежде, чем тролль найдёт их.
Он проскользнул в дверь.
- Гермиона! – закричал Гарри. Он услышал сдавленное рыдание в одной из кабинок.
- Тролль в замке! – торопливо проговорил мальчик. Гермиона выглянула из кабинки и уставилась на него.
- Что? – она покинула своё прибежище.
- Тролль в замке. Нам нужно вернуться в спальни, – сообщил он ей, схватив за руку и потащив к выходу.
- Тролль? – переспросила она, когда они уже вышли из туалета и побежали вниз по коридору.
- Да. Они большие, плохо пахнут и весьма глупы, – отозвался он, когда ребята уже завернули за угол.
- Правда? – странным голосом произнесла Гермиона.
- Да, – ответил мальчик. Что это там за шум?
- Хорошо. Потому что один стоит прямо здесь! – завизжала она, и в этот миг тролль появился из-за угла в противоположном конце коридора. Он неуклюже двинулся к детям.
- Беги, – Гарри толкнул её назад в проход, из которого они вышли. Он вытащил палочку и подумал о нескольких заклинаниях, которые мог бы попытаться применить. На самом деле он хотел любой ценой избежать столкновения с троллем, но не мешало бы иметь что-нибудь наготове. На всякий случай. Позади него слышался рёв, и что-то огромное и тяжёлое топало по коридору.
Вокруг них с потолка посыпались камни. Гарри продолжал толкать Гермиону к безопасному месту, но ему пришлось рвануть её назад, когда на пол обрушилась огромная арка. Гарри шепотом выругался и толкнул девочку себе за спину, повернувшись к троллю лицом.
Мальчик взмахнул палочкой и послал в тролля антигравитационный/всплывающий вверх туман, что смутило тварь и дало Гарри достаточно времени, чтобы подготовиться к осуществлению своего плана. Он чувствовал, что учителя уже идут сюда схватиться с троллем.
Ему надо было сделать всё очень быстро. Гарри глубоко вздохнул и послал взрывное заклятие в раздражённую тварь. Тролль отлетел назад футов на пять (для тролля всего лишь шаг) и довольно сердито посмотрел на Гарри. Поттер и не подозревал, что тролли могут сердиться. Его следующим заклинанием было Конфундус.
Тролль моргнул и изумлённо огляделся, явно забыв, что он гнался по коридору за какими-то мелкими существами. А сейчас покончи с ним. Гарри крепко сжал свою палочку и направил её прямо на тролля:
- Редукто! – он скривился при виде того, что получилось. Нет больше тролля.
Неожиданно мир вокруг него завертелся, и он упал на колени. Да уж, он вложил в заклятие больше силы, чем следовало. Он проклял своё всё ещё маленькое тело (в шестой раз за ту неделю) и попытался остаться в сознании. Хотя понимал, что проигрывает эту битву.
- Гарри? – Гермиона опустилась на колени рядом с ним.
- Всё в порядке, – успокоил он её, глубоко вздохнув.
- Конечно, - саркастично отозвалась девочка. – Ты всего лишь стоишь на коленях, и глаза у тебя в кучку. И, кажется, дышишь с трудом.
Она подталкивала его к стене, чтобы он смог опереться.
- Всё в порядке, – настаивал он. Он поднял взгляд, услышав изумлённое восклицание Макгонагалл. Следом за ней из-за угла появились Снейп и Квиррелл. Гарри сжал свою палочку, решив, что сейчас не время разоблачать Квиррелла. Вместо этого он на мгновение взглянул на Снейпа.
- На меня тролль напал, – произнёс мальчик. Магконагалл наклонилась, чтобы посмотреть Гарри в глаза. Несомненно, она отчитывала его, но он уже не мог её слышать. В ушах стоял странный звон. Поле его зрения сузилось до предела, а потом он перестал что-либо видеть, отпустил стену, за которую держался, и упал.


Глава 7


Приветствую. Глава бечена. Наслаждайтесь. Спасибо бете за огромный труд, К
который он проделывает, правя ""технический" перевод, делая его литературным!

Каникулы поневоле

Гарри подождал, пока пергамент свернётся, и вздохнул. Оказалось, он не всё продумал, когда принимал это решение. Он и не предполагал, что учить всё заново окажется так… скучно. Мальчик обнаружил, что с каждым днём вспоминает всё больше того, что считал позабытым. Занятия в библиотеке дали ему возможность почитать кое-какую серьёзную литературу, хотя получить разрешение на посещение Запретной секции было очень сложно. Его самообразование в некоторых областях хромало на обе ноги, в основном из-за школьных правил, касающихся любой магии темнее той, которая входит в школьную программу. Как же раздражало выглядеть на одиннадцать, будучи гораздо старше.
Он опустил голову туда, где только что лежал пергамент, и тихонько застонал. Последний день осеннего семестра, спасибо всем богам, наконец-то чуть-чуть мира и тишины. И никаких детей. И профессоров. И подозрительных школьных медсестёр.
В первый же день после случая с троллем, когда Гарри появился в библиотеке, Гермиона чуть не задушила его в объятиях. Она взахлёб, да, именно взахлёб, говорила, какой он чудесный, как храбро он поступил, и где же он научился тем заклятьям? Гарри рассмеялся, и сообщил Гермионе: что это ерунда, что она сделала бы то же самое, и что они вообще-то в библиотеке; именно в таком порядке. С тех пор почти каждый день она перерывала библиотеку в поисках заклинаний.
Сегодня утром в Большом Зале Гермиона попрощалась и пожелала «Счастливого Рождества». Ей пришлось уехать домой на каникулы. Он будет скучать по своей чуднОй подруге, но донельзя счастлив, что у него появится время для себя.
Когда Гарри выпустили из больничного крыла, Снейп на первом же уроке зелий попросил его задержаться после звонка. Далее последовал допрос, но не о тролле, а о кошмаре, который приснился мальчику в лазарете. Он и забыл, что зельевар как раз был в больничном крыле, когда Поттер свалился с койки, пытаясь проснуться. Так нечестно! Один-единственный случай, но Снейп уже подозревает, что мальчик во сне видит что-то не то. Вряд ли, если Гарри признается, что он видел, как его самого и его друзей долго и изобретательно пытают, это зельевару очень понравится. Он заявил, что толком ничего объяснить не может, а может только сказать, что тётя называла это «ночными страхами», и говорила, что они его вторая раздражающая особенность. Снейп на это не купился, но мальчика отпустил, наказав ему закончить чтение заданных глав, а также напомнил, что завтра возобновляются дополнительные занятия.
На самом деле возможность остаться на каникулы в школе будоражила. Снейп разрешил ему посещать студенческие лаборатории в те часы, когда зельевар будет там и сможет присматривать за ним. После случая с троллем Мастер зелий остался недоволен своим учеником, но он упомянул, что у Гарри есть «некоторые способности», и что он не желает смотреть, как эти способности «направляются в неправильное русло».
Ещё мальчик трепетал от мысли, что в его распоряжении целая библиотека. Он предчувствовал, что никого там не будет, учитывая то, что на этот раз разгадывать великую тайну философского камня никому не нужно. Моё. Всё моё, думал юный волшебник. Теперь ему стала понятна любовь к книгам и прежней, и новой Гермионы. Бесконечные преграды стояли на пути к знаниям, которые он мог бы получить… если только удастся пробраться в Запретную секцию.
Мадам Помфри – ещё одна история. Она умудрилась полностью его обследовать, пока он был без сознания, и кое-что обнаружила. Медсестра прямо спросила, не жестоко ли с ним обращались. Его «многочисленные» травмы, полученные до Хогвартса, и «очевидные» признаки того, что раньше его недокармливали, по её мнению, «свидетельствовали о жестоком обращении». Она заявила, что мальчик не покинет больничное крыло до тех пор, пока она не узнает, кто во всём этом виноват.
Гарри сделал озадаченное лицо и спросил, о чём она вообще говорит. Медсестра очень не хотела, чтобы подобное оставалось без последствий, но, в конце концов, отпустила Гарри, строго-настрого наказав раз в неделю являться в лазарет для «контроля», чтобы она могла видеть, становится ли ему лучше. К Пасхе он должен набрать не менее двух стоунов (около тринадцати килограммов), или мадам Помфри запрёт его в лазарете до тех пор, пока он не поправится до нужного веса. Поттер принял угрозу всерьёз, ибо знал, что, когда дело касается её пациентов, она – царь и бог.
Мальчик поговорил с Сэрри об усиленном питании, и эльфийка, уверив его, что этому совершенно ничего не мешает, сразу же принялась за дело. Она увеличила порции, и целый день через равные промежутки времени посылала ему перекусить.
Оказалось, что ей всякий раз точно известно, где он находится. Несколько маленьких тарелочек с едой появлялись и в библиотеке, и у озера, и в спальне Ровенкло. Гарри уплетал всё, от попкорна до фруктового салата, которые неожиданно возникали перед ним даже в слизеринской гостиной! Было действительно забавно, поскольку Сэрри также пичкала таких, как Гарри, не очень-то полезными для здоровья закусками. Например, вдобавок к своим любимым сырым овощам мальчик получил арахисовое масло. Тарелка из-под овощей пропала, но недоеденное масло, вместе с ложкой и молоком, осталось. Маленькая чашка не исчезала до тех пор, пока Гарри не доел. Слизеринцы посмеялись над этим, и теперь часто прохаживались по поводу того, какой упрямой может быть посуда, когда к ним присоединяется Поттер.
Мальчик не отрывал головы от стола. Его измучил недостаток сна. Да, верно, его организм к такому привык, но это вовсе не значило, что ему не хочется спать по восемь часов! Его очень сильно подмывало воспользоваться зельем-без-снов. Несколько часов крепкого сна - и он просыпался, хотя организм всегда просил ещё. Так нечестно. Мальчик знал это, но нужно вытерпеть. Он сам себе хозяин. Он может это сделать. Это не так уж сложно.
Со всем остальным было трудно. Очень трудно. Он понемногу привыкал к тому, что то тут, то там, натыкается на тех, кого считал погибшими. Ему постоянно и по различным поводам приходилось сталкиваться с необходимостью отделять прошлое от настоящего. Непонятно, как ему вообще это так долго удавалось. Теперь Гарри подпрыгивал от громких звуков, только если они раздавались совсем уж неожиданно, например, когда в библиотеке с грохотом упал шкаф, полный книг.
По ночам всё как было, так и осталось. Он спал недостаточно для того, чтобы удовлетворить жаждущий отдыха организм, но полагал, что этого хватит, чтобы протянуть несколько дней. Мальчика до сих пор нервировали скопления людей. Гарри чуть не начал обороняться, когда толпа студентов неожиданно заполонила коридор, застав его врасплох. Его накрыло ощущение, что он загнан в угол. Если бы они захотели задержать его, он не смог бы вырваться.
Именно так его захватили Пожиратели Смерти. Он отбивался от них в доме на площади Гриммо, и вполне неплохо отбивался, когда орава врагов окружила его. Гарри не стал останавливаться и считать их. Противников оказалось слишком много, чтобы отбиться от всех, и волшебная палочка в таком плотном кольце стала бесполезной. Его научили вести ближний бой не менее чем с пятью противниками, но он никогда не оказывался в ситуации, когда невозможно и рукой пошевелить.
Они припечатали его к стене и не отпускали, пока парень не обессилел. Три часа он непрерывно боролся, наконец, они выбили палочку у него из рук и пригвоздили юношу к полу. Он был настолько обессилен, что едва дышал, и уж тем более не мог вырваться.
И всё равно едва появилась малейшая возможность сбежать, как Гарри сразу же ею воспользовался. Неизвестно откуда взялись силы, но парень прорвался через кольцо захватчиков и бросился вниз по лестнице. Он перепрыгнул последние несколько ступеней, как сотни раз прежде, но внизу запнулся и упал. Пожиратели догнали его и кучей навалились сверху. Поттер боролся до последнего, пока его не обездвижили настолько, что он мог пошевелить только веками. Когда рядом появился Волдеморт, юноша уже боролся за каждый вдох.
Всё, что он помнил, - звон в ушах и темень в глазах, совсем как в тот раз, когда его укусил василиск. Только впоследствии мальчик прикинул, что едва не отправился на тот свет, погребённый под всеми теми Пожирателями Смерти. Волдеморт сделал знак своим приспешникам подняться и улыбнулся, когда они предъявили ему добычу.
- А-а, Мальчик-Который-Выжил, – с едва уловимым шипением в голосе сказал Тёмный Лорд. – В кои-то веки там, где и должен быть.
Волдеморт увёз Гарри с площади Гриммо, не применив ни единого заклинания или заклятия. Поттер просто позволил Тёмному Лорду забрать его.
Мальчик судорожно вздрогнул, отгоняя воспоминания прочь. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Гарри ненавидел, когда воспоминания приходили днём. Хватит того, что ему плохо ночью, когда он, лёжа в постели, старается не заснуть, дрожит и, заикаясь, сам с собой разговаривает. С первой же ночи мальчик стал накладывать на свою кровать заглушающие чары.
Не используй он заклинания, его бессонницу обнаружили бы задолго до рождественских каникул. Гарри провёл рукой по лбу и заметил, что его прошиб холодный пот. Трогательно. И правда, трогательно, Поттер. Это всего лишь воспоминание. Ничего более. Не давай ему командовать собой!
Вздохнув, мальчик встал. Сделав ещё один глубокий вдох и сдерживая дрожь, он подошёл к окну. Хогвартс-экспресс уже уехал, и снаружи сгущались сумерки. Прислонившись к прохладному стеклу, он попытался изгнать воспоминания. Запри их. Не думай о них. Это не повторится. Ты ведь и вернулся, чтобы всё исправить.
Когда Гарри попытался успокоить дыхание, из глаз покатились слёзы. Он и не подозревал, что будет настолько тяжко! Почему он не поддался первому порыву? Мог бы сейчас в посмертной жизни общаться с родителями, шутить с друзьями, да просто радоваться и не думать ни о каком Тёмном Лорде. Нет, надо же было выбрать трудный путь. Благородный. Правильный. Он фыркнул. «Просто блестящий ход, Поттер», - он, содрогаясь, опустился на колени.
Обхватив себя руками, мальчик раскачивался из стороны в сторону.
- Не обращай внимания. Оно не может на тебя повлиять. Ты можешь это сделать. Это не повторится. Теперь ты в лучшем положении. Ты знаешь, чего ожидать, – твердил Гарри, сдерживая слёзы.
- Ты можешь, – убеждал он себя.
Он мог.
- Я могу, – заверил он книги на окружавших его полках. – Я могу.
Поттар вытер лицо изнанкой рукава и скривился. Памятка самому себе: обзавестись носовыми платками. Может, он и выглядит, как первокурсник, но это ещё не значит, что он должен и вести себя соответственно.
Мальчик встал, вновь прислонившись лбом к холодному стеклу. Чудесное ощущение, почти как первый глоток воды после напряжённой тренировки. Холод стекла успокоил его и он вздохнул. Он может. Нужно быть осторожным и позволять чувствам вырываться наружу чаще, и там, где никого нет. То, что сейчас случилось, заставило бы его учителя разочарованно покачать головой.
- Мистер Поттер? – он крутанулся навстречу раздавшемуся за спиной голосу. Он сам не ожидал, что палочка окажется в его руке так быстро. Гарри с изумлением обнаружил, что указывает палочкой на Альбуса Дамблдора.
- Отличные рефлексы! – похвалил Дамблдор.
- Прошу прощения, директор. Вы меня напугали, – мальчик опустил взгляд, убирая палочку в рукав мантии, и наглухо закрылся окклюментивными щитами. У него только что был срыв, и он не хотел, чтобы кто-нибудь, и уж тем более директор Хогвартса, знал об этом.
- Всё в порядке, мой мальчик, – успокоил его Дамблдор, достав из кармана коробочку с драже Берти Боттс, и предложил:
- Хочешь конфету?
- Нет, спасибо? – честно поблагодарил Гарри. Он терпеть не мог сладости.
- Я только что получил очень эмоциональный вызов по каминной сети, – доверительно сообщил Дамблдор. Мальчик растерянно посмотрел на него.
- От мистера Люциуса Малфоя, – директор закинул в рот ещё одно драже и объяснил. - Как выяснилось, он ждал двух первокурсников, но приехал только один.
Гарри почувствовал, как от лица отхлынула кровь. Мистер и миссис Малфой пригласили его на Рождество, но мальчик думал, что поехать к ним в поместье – идея во всех отношениях плохая. Люциус Малфой был правой рукой Волдеморта и с удовольствием пытал Гарри.
Он ни за что на свете не позволит подвергнуть себя опасности.
- Мистер Малфой прислал мне приглашение на Рождество, но я решил не ехать, – ответил он Дамблдору.
- Он ждал тебя, – директор съел третью конфету. – Он, кажется, довольно обеспокоен, если Малфои вообще бывают обеспокоены, – старый маг подмигнул. - Мы с ним оба согласились, что ты учишься слишком уж усердно.
- Вообще-то, директор, я не собирался в эти каникулы учиться.
- Ну-ну, мистер Поттер, может быть я и стар, но не делайте из меня дурака, – весело отозвался директор. – Профессор Снейп уже показал мне учебные планы, которые Вы для себя составили, а также Вашу заявку на некоторые зелья. Профессор Макгонагалл упомянула, что Вы не только осваиваете каждое новое заклинание на первом же занятии, но и помогаете во время урока однокурсникам, если они не справляются. Декан Ровенкло сообщил мне о Ваших поразительных успехах на его занятиях, и даже профессор Квиррелл признаёт, что Вы знаете немало для мальчика своего возраста, Ваших способностей достаточно, чтобы, когда Вы подрастете, рекомендовать углублённое изучение его предмета.
Гарри стало интересно, к чему это длинное перечисление.
– По сути, все преподаватели, кроме профессора Снейпа, согласны, что мы должны вмешаться.
Мальчик ощутил, как у него внутри слегка ёкнуло.
- Вы должны отдохнуть от Хогвартса, мой мальчик, – заключил Дамблдор. – Думаю, поездка на Рождество к Малфоям как раз то, что вам нужно. Ваша тётя уже дала свое разрешение, и мистер Малфой последние двадцать минут ждёт около библиотеки.
Двадцать минут? Он что-нибудь заметил? Вдруг Малфой видел его срыв?
- Вы увидите, как настоящие волшебники празднуют Рождество, и что при этом происходит. Мне известно, что подобное Вас особенно интересует.
Дамблдор поднялся и одним-единственным взмахом палочки упаковал все книги Гарри.
- Ну что, пойдём встретим мистера Малфоя? – спросил он, обняв мальчика за плечи. Гарри вывернулся.
- Я не хочу к Малфоям, – прошипел он. – Я хочу остаться здесь, как собирался.
Неужели Дамблдор серьёзно? Неужели он думает, что Гарри жаждет поехать на Рождество в дом того, кто может снова стать Пожирателем Смерти? Да он никогда в жизни такого не сделает!
- Прости меня, мой мальчик. Мадам Помфри сказала, что на каникулы ты должен покинуть замок, или она уложит тебя на это время в госпиталь святого Мунго, чтобы ты мог отдохнуть, – директор наклонился, чтобы заглянуть Гарри в глаза. – С Вами не всё ладно, мистер Поттер. Боюсь, что Вы надорвались.
Нет, это чары ослабли… из-за усталости. Ненавижу, когда они правы. Наверное, что-то изменилось в его лице, потому что директор, до того обеспокоенный, улыбнулся.
- Рад, что мы пришли к согласию. А теперь идёмте.
Гарри вслед за директором вышел из библиотеки, задаваясь вопросом, почему тот несёт его ранец? Это же моя обязанность. Я должен его нести, не директор. Мальчик потянулся за ранцем, но Дамблдор остановил его:
- Давай я его понесу, Гарри, – странно глядя на него, мягко попросил старый маг. Гарри задумался, что бы это могло значить, и чуть не покраснел от смущения. Должно быть, он и вправду выглядел изнурённым, раз Дамблдор подумал, что Гарри не в состоянии нести собственные учебники. Как же, черт возьми, он выглядел?
Мистер Малфой повернулся к мальчику и улыбнулся:
- Вновь приветствую вас, мистер Поттер, – поздоровался он с мальчиком, как со старым другом. Мальчик посмотрел на Дамблдора так умоляюще, как только мог. Он и в самом деле не хотел ехать в Малфой-мэнор, но, похоже, судьба была против него.
- Ваша мантия, мистер Поттер, – чистокровный подал ему одежду. Гарри натянул её и застегнулся. Кивнув главе рода Малфоев в знак благодарности, мальчик завязал на шее шарф. Он очень любил шарф Ровенкло и надевал его всякий раз, когда собирался на улицу, особенно с тех пор, как начал выпадать снег. Никто не смог бы оспорить принадлежность Гарри Поттера к факультету Ровенкло.
- Его ранец, – Дамблдор вручил его мистеру Малфою. – Желаю хорошо отдохнуть, мистер Поттер.
Люциус сделал Гарри знак идти за ним. Дамблдор, можно сказать, передал Гарри Поттера семейству Малфоев. Нет ничего хорошего в том, чтобы страдать старческим маразмом, и Гарри сделал мысленную пометку убедить мадам Помфри обследовать профессора Дамблдора на предмет признаков болезни. Конечно, он справлялся и с худшим, но подобный разговор не обещает быть приятным.
Следом за Малфоем Гарри вышел из замка и спустился к воротам. Пока Малфой-старший рассказывал о различных рождественских обычаях, с которыми тот может познакомиться в их доме, мальчик хранил молчание.
- Драко очень обрадовался, что его друг проведёт с ним Рождество, и останется на бал.
- Бал? – тут же спросил мальчик.
- Да, мы каждый год даем бал, – с едва уловимой улыбкой, обращённой к собеседнику, подтвердил мистер Малфой. – Там всегда очень забавно.
Гарри содрогнулся. В прошлом Малфой далеко не единожды называл забавным его.
- Замёрзли, мистер Поттер? – маг слегка ударил его палочкой, и мальчик ощутил, как его окутало согревающее заклинание.
- Спасибо, мистер Малфой, – мальчик был благодарен за тепло. Минувшей ночью выпал снег, и редкие снежные хлопья всё ещё медленно опускались на землю. Малфой прошёл ворота и шагнул к Гарри. Тот попятился.
- Вы слышали о трансгрессии, мистер Поттер? – терпеливо спросил его спутник.
- Да, сэр. Это способ путешествовать, – отозвался мальчик. Малфой хотел трансгрессировать с ним?
- Хорошо. Мне не придётся рассказывать вам о нём. Вы слышали о парной трансгрессии?
Гарри в ответ кивнул. Да, слышал. Он делал так очень часто – слишком часто – с умирающими. Прочь, мысли, прочь!
– Именно его мы и используем. Будьте добры, подойдите ко мне.
Мистер Малфой сделал Гарри знак подойти ближе. Мальчик задумался. Ещё можно вызвать «Ночного Рыцаря» и затеряться на время каникул в Косой Аллее. Там Дамблдор никогда его не найдёт, и он сможет провести праздники спокойно …пока Министерство будет обыскивать все остановки в поисках Мальчика-Который-Выжил. Брр. Слишком много внимания. Он поднял взгляд на Малфоя и сделал неуверенный шаг к нему.
- Немного ближе.
Кто бы мог подумать, что Малфой так терпелив? Он совершенно не потерял спокойствия, пока Гарри оценивал варианты. Мальчик шагнул снова.
- Ещё шажок, и мы можем отправляться.
Мальчик понимал, что Малфой не причинит ему вреда. Не сейчас. Такое было раньше и, вероятнее всего, если Гарри не поостережётся, случится снова. Но сейчас Поттера защищала его собственная слава и репутация Малфоев, очень известной и уважаемой в обществе фамилии. Малфои не станут вредить Мальчику-Который-Выжил, пока он находится в их доме, особенно сейчас, когда Тёмный Лорд не может защитить их. Так просто не принято. Гарри сглотнул и шагнул еще ближе.
- Очень хорошо, – похвалил маг, словно Гарри сделал что-то сложное. – Теперь я просто Вас обниму, – мальчик вновь содрогнулся, – и Вам покажется, что Вас протаскивают сквозь трубу. Сделайте глубокий вдох.
Мальчик сделал, что ему сказали, и ему действительно так показалось. Весьма подходящее описание. В следующий миг он увидел, что стоит прямо перед роскошным особняком.
Он отшатнулся от Малфоя, борясь с дрожью, сотрясавшей тело.
- В первый раз это может привести в замешательство, – мужчина снова одной рукой обнял Гарри. Тот пытался унять дрожь, надеясь, что маг полагает, будто ему всё ещё холодно. – Просто несколько раз глубоко вдохните. Все пройдёт.
Малфой провёл Гарри в дом.
- Мантии оставим здесь, в гардеробной, – он провёл Гарри в нужную комнату. – Эти крючки лучше подойдут к вашему росту, – он указал на вешалки, к которым Гарри не пришлось бы тянуться. Мальчик повесил мантию и шарф, куда показали, и последовал за хозяином дома в гостиную размером с гостиную Ровенкло. Одно о доме Малфоев можно сказать совершенно точно. Там всё очень большое!
- Добби! – позвал маг. Появившийся домашний эльф низко поклонился.
- Добби. Это юный мастер Гарри Поттер, – Гарри заметил, что эльфа ему не представили. Мистер Малфой выудил крохотный дорожный сундук, в котором мальчик признал свой, и передал его и ранец Добби.
- Доставь это в гостевую комнату, которую мы для него приготовили.
Домовик принял уменьшенный багаж и исчез.
- Добби наш домовой эльф. Если что-то вам понадобится, просто позовите его, – объяснил Малфой Гарри. – Драко спустится вниз через несколько минут.
- Спасибо, сэр, – спокойно поблагодарил мальчик. Он оглядывался вокруг в немом изумлении. Особняк Малфоев был красив, не слишком уютен, но весьма величественнен. Неудивительно, что Драко, живя среди всего этого, вёл себя как маленький принц.
- Вы можете присесть, мистер Поттер, – предложил хозяин, показав пример. Гарри осмотрелся и выбрал кресло, которое стояло не спинкой к двери. Несколько минут спустя дверь открылась и появилась Нарцисса Малфой. Оба, и Гарри, и Люциус, поднялись, когда она вошла. Сказались уроки этикета.
- Мистер Поттер! – казалось, Нарцисса искренне радовалась новой встрече с мальчиком. – Простите мне, пожалуйста, что я не приветствовала вас здесь сразу по прибытии.
Гарри склонился к её руке. Он почувствовал себя несколько глупо, делая что-то подобное, но когда выпрямился, её улыбка стала ещё шире.
– Я так счастлива, что Вы смогли присоединиться к нам на Рождественские праздники.
- Благодарю Вас, что приняли меня, миссис Малфой, – вежливо ответил Гарри. – Вы были очень добры, пригласив меня.
Хозяйка дома показала, чтобы он сел, и сама опустилась в кресло.
- Очень рада видеть Вас здесь. К тому же, я уверена, если бы мы не пригласили вас, Драко нам бы этого не простил. Он всё время твердил, что вам необходимо показать настоящее волшебное Рождество, – сообщила Нарцисса Малфой, похлопав Гарри по руке. Это было… мило. Заботливо. Это Малфои, Поттер! Не путай приличия с добротой!
- Гарри! – мальчик отвлёкся от объяснений хозяйки, что означают те или иные рождественские украшения, увидев Драко, стоявшего в дверях.
- Приятно видеть тебя не в библиотеке, – Малфой-младший вошел в комнату. Гарри встал поприветствовать его так, как и вбивал им в головы профессор Снейп на уроках этикета, и пожал руку приятеля.
- Да, профессор Дамблдор считает, что для меня это будет полезно, – тихонько сообщил он Драко. Вынудили устроить себе каникулы. Счастливого пути, Поттер.
- Обед подан, мастер и миссис, – объявил Добби. Он заглянул в комнату и так же быстро снова исчез. Гарри проследовал за хозяевами в столовую, благодаря всех богов, каких мог вспомнить, за посещение уроков этикета. Он сможет чувствовать себя здесь не таким неуместным, не таким неуклюжим. Не таким… магглом.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
- Он выглядит ужасно, – сказала Нарцисса мужу позже вечером, когда они отправили мальчиков спать.
- Измучен и истощён, – уточнила она.
- Да. Дамблдор сказал то же самое. Все преподаватели, исключая разве что Северуса, утверждают, что он трудится слишком усердно, – Люциус откинулся на спинку кресла, поставив бокал на колено.
– Директор потребовал от меня Непреложного Обета, прежде чем разрешил забрать мальчика. Вроде того, что я не причиню ему вреда, пока он на моём попечении.
- Как-то неопределённо, - нахмурилась Нарцисса, оторвавшись от своих хозяйственных книг.
- Знаю. Я думаю, он просто пытался себя успокоить, – Люциус поднял руку и помассировал лоб. – Мальчик трясётся всякий раз, когда я подхожу ближе или дотрагиваюсь. Понадобилось почти пять минут, чтобы он подошёл достаточно близко, и мы смогли трансгрессировать. По пути он от меня отстранялся, – он отпил глоток и вздохнул. – Это ненормально, даже для воспитанного как маггл.
- Ты упомянул, что он был в библиотеке, когда ты пришёл забрать его? – спросила его жена, быстро записав какое-то число.
- Да. Его было видно через окно. Он меня так и не увидел. Думаю, ростом не достаёт до окон в коридоре, – пояснил Люциус. – Он выглядел таким потерянным, Нари. Он плакал, и даже не оглядывался вокруг, чтобы попросить о помощи. Его трясло, а он просто не обращал на это внимания. Гарри Поттер сам себя укачивал и обнимал, и выглядел таким потерянным, что у меня сердце ёкнуло. Ребёнок не должен так выглядеть, Нари. Даже тот, кто нанёс поражение Тёмному Лорду.
- Ты сказал, он плакал? – напомнила жена. – Ты знаешь, чем это вызвано? – она захлопнула книги и уселась рядом с мужем.
- Нет, понятия не имею. Он просто сидел за столом, целую минуту глядя в пространство, а в следующий миг уже дрожал и плакал. Очень замкнутый ребёнок, – Люциус едва не уронил бокал, когда перед ним появился Добби, выкручивая уши и рыдая от горя.
- Что случилось? – настойчиво спросил Малфой у эльфа.
- Молодой мастер Гарри Поттер, мастер Малфой. Он плакать, но Добби не может разбудить его, а сам он не просыпается. Плачет и кричит, сэр, но Гарри Поттер не просыпается, сэр.
Малфой-старший всего на пару секунд уставился на своего домовика, а затем, вскочив, покинул комнату, жена следовала за ним по пятам. Лестница мгновенно осталась позади, и вот он уже у дверей комнаты мальчика. Озадаченный, Люциус открыл дверь. Теперь-то он должен был что-то услышать.
Хозяин дома прошёл через гостиную в спальню и обнаружил, что всё обстоит именно так, как описывал Добби. Гарри Поттер лежал в постели, плакал и вскрикивал, но совершенно беззвучно.
- Заглушающие чары, – пробормотал Малфой, приближаясь к кровати. Протянув руку, Люциус потряс мальчика за плечо. Результат оказался совсем не тем, на какой он рассчитывал.
Как только Поттера тронули за плечо, его глаза широко раскрылись, и Малфой почувствовал, что заглушающие чары почти немедленно спали. Мальчик спрыгнул с кровати, так что она оказалась между ними, его палочка твёрдо указывала прямо на хозяина дома. Но даже больше, чем эти действия, Малфою-старшему рассказали глаза. Поначалу в них была боль, почти непереносимая боль. Затем она отчасти перетекла в лёгкую растерянность, далее – в вопросительный взгляд, а потом хлынули слёзы, которые мальчик сморгнул.
- Мистер Поттер, Вы хорошо себя чувствуете?
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Гарри пристально смотрел на мужчину, стоявшего перед ним, на кончике языке вертелось заклинание. Его никто не обвинит, не так ли, если он слегка покалечит или даже убьёт главу рода Малфоев, потому что почувствовал какую-то угрозу? Он Мальчик-Который-Выжил. Гарри может сказать, будто слышал, как Малфой собирается навредить ему, поэтому нанёс упреждающий удар. Он мог…
- Мистер Поттер, Вы хорошо себя чувствуете?
…вообще ничего не делать. Мальчик вздрогнул и уставился на него.
- Вы узнаёте меня, мистер Поттер?
Мальчик кивнул и огляделся так, словно только что проснулся. Кажется, ему снова придётся рассказать сказочку «о ночных страхах». Добби отобрал у Гарри все зелья, так как детям в Малфой-мэнор не дозволялось иметь собственные запасы. Гарри собирался сегодня проспать всю ночь, но ему приснились его обычные кошмары, и теперь о них знали Малфои. Чудесно. Просто замечательно.
Нарцисса Малфой подошла ближе и лёгким движением руки заставила Гарри опустить палочку. Женщина не попыталась забрать её, и это, по мнению мальчика, было очень хорошей мыслью. Он стал бы яростно бороться за палочку.
- Всё в порядке, мистер Поттер, – мягко сказала Нарцисса, пока он смотрел на неё. – Просто сон. Здесь ничто не сможет повредить Вам, – ласково добавила она.
От неё не ускользнуло, как Гарри перевёл взгляд на её мужа, а затем – опять на неё. Любопытно.
Нарцисса двигалась медленно, но то, что она обняла его, Гарри обнаружил прежде, чем осознал, что она приближается. Он чуть не умер от удивления, когда женщина подняла его. И правда, Поттер же невысок и меньше любого из своих однокурсников, но сейчас он несколько смутился. Гарри попытался вывернуться из объятия, но она присела на краешек кровати, и стало только уютнее.
Он зевнул и ещё раз попытался освободиться. Но Нарцисса просто сказала: «Ш-ш-ш», и крепко его обняла:
- Всё хорошо, – успокаивая, говорила миссис Малфой. – Это просто сон.
Гарри вздрогнул всем телом, опустив голову ей на плечо. Она не собиралась его отпускать, а он ненавидел, когда его касались, но так сильно устал, а плечо совсем рядом... Как странно. Мальчик сделал открытие: на самом деле прямо сейчас ему не хотелось шевелиться. Гарри самую чуточку расслабился и снова дёрнулся, когда её рука стала гладить его по спине.
- Просто засыпай, – ласково сказала она, легонько укачивая его. Глаза мальчика закрылись против его воли, и он почувствовал нарастающую сонливость.
- Просто расслабься, – Гарри подчинился, разрешив себе соскользнуть в сон. Он почти не почувствовал, как она встаёт, укладывает его на кровать, накрывает одеялом и отводит волосы от лица. Весь остаток ночи мальчик ничего не слышал и не ощущал, и, проснувшись на рассвете, изумился, что сумел проспать целых шесть часов подряд без единого кошмара.


Глава 8


Подозрения и танцы


Здравствуйте, читатели. Новая глава, вот она :). Благодарность бете за его большой труд!

Гарри поблагодарил Добби за сообщение и вздохнул. Похоже, мистер Малфой желает видеть его в своем личном кабинете. Гарри усилил окклюментивные щиты и очистил разум, на всякий пожарный. Его учитель всегда говорил, что нужно быть готовым к чему угодно. Гарри чувствовал, что это именно тот случай.
Спустившись, он прошёл по коридору, и снова поднялся к внушительной двери. Гарри протянул руку и постучал. Дверь открылась.
- Проходите, мистер Поттер, – пригласил мистер Малфой. Мальчик вошел и огляделся. Сама комната была отделана массивными деревянными панелями, которые, казалось, потемнели от времени. Кабинет был обставлен разумно и удобно, в отличие от парадной гостиной с её грудой ненужных мягких подушек. В камине потрескивал яркий огонь, наполняя помещение приятным ароматом.
Малфой-старший выступил из-за книжного шкафа. Его внезапное появление заставило мальчика забыть, где он находится. Гарри видел не «мистера Малфоя, отца Драко», а Пожирателя Смерти Малфоя в тяжёлой чёрной мантии, а за ним – дверь «комнаты» Гарри. Он невольно отступил на шаг, пока реальность не заявила о себе, и не вспомнил, где находится. Мальчик лишь понадеялся, что хозяин кабинета ничего не заметил. Он поднял взгляд и увидел, что в глазах Люциуса Малфоя промелькнуло странное выражение. Чёрт, он заметил.
- Пожалуйста, садитесь, мистер Поттер, – произнёс Малфой, жестом приглашая мальчика снова войти.
Гарри подчинился и выбрал такой стул, откуда можно было видеть и дверь, и Малфоя. Его собеседник сел напротив, откинувшись на спинку кресла.
- Будете что-нибудь пить?
«Кажется, что мне предлагают не алкоголь», - подумал Гарри и покачал головой.
- Нет, спасибо, – ответил он. Как говорил на уроках этикета Снейп, в приватном разговоре единственным подобающим ответом было слово.
- Я хотел бы знать, можем ли мы побеседовать, – спокойно начал разговор мистер Малфой.
- Да, сэр, – отозвался Гарри. Согласиться было просто легче. Он догадывался, что предстоящий разговор будет, скорее, построен по принципу «вопрос-ответ», а не как обычная беседа.
- Вы изрядно напугали нас нынче ночью, – осторожно произнёс Малфой. – Вы знали, что у вас будет кошмар?
Да.
- Нет, - ответил Гарри.
- И часто вам снятся кошмары? – продолжал хозяин Малфой-мэнора.
Каждую ночь. Иногда и не один раз.
- Нет. - Гарри уже устал от этой комнаты. Он был готов уйти. Прямо сейчас.
- Что делают Ваши родственники после того, как Вас посещает кошмар? – спросил Малфой. Вопрос удивил Гарри. Зачем Люциусу это знать? Почему его это так заботит?
Кто-нибудь, заткните меня.
- Ничего – коротко ответил мальчик. Он всё ещё слышал, как орёт дядя, требуя не шуметь, хотя Гарри не видел того уже много месяцев. Мальчик почти ощущал на лице дыхание Вернона, и его неистовую ярость, которую тот время от времени выплескивал на племянника
- Ничего? – настойчиво переспросил Малфой-старший. Резкий тон заставил мальчика вздрогнуть. Он на мгновение позабыл, где находится. Поттер посмотрел на Малфоя и покачал головой.
- Ничего, сэр – спокойно повторил Гарри.
Будь вежлив и дальше, и он оставит тебя в покое. Просто отвечай на вопросы и не обращай внимания ни на что другое.
- Ясно, – Малфой наколдовал стакан воды и передал его мальчику. Гарри подался вперед и взял его. Он слегка сжал стакан, надеясь, что собеседник не заметит, что руки мальчика трясутся. Юный волшебник заставил себя успокоиться и отпил глоток воды.
- А что Вы делаете после кошмаров? - негромко осведомился маг.
Молюсь, чтобы они поскорее закончились. Поражаюсь глупости сделанного мною выбора.
- Ничего, сэр, – вновь ответил мальчик. Разговор начал ходить по кругу.
- Ааа, – задумчиво произнёс Малфой. Казалось, он о чём-то размышляет.
- Могу я идти, сэр? – быстро спросил Гарри, пытаясь изобразить воодушевление. – Драко немного рассказал о вашей библиотеке.
Малфой одарил его загадочным взглядом.
- Вы здесь для того, чтобы отдыхать, мистер Поттер. Попытайтесь не перетрудиться, – он внимательно оглядел мальчика, словно искал признаки, что Гарри собирался сделать именно это.
- Да, сэр, - ответил Гарри.
Соглашаться с ним – это правильно, пока помогает выйти отсюда.
- Очень хорошо. Желаю вам с Драко повеселиться, мистер Поттер, – мистер Малфой поднялся и предостерёг собеседника:
- Не занимайтесь слишком усердно.
- Благодарю, сэр, – Гарри встал и заставил себя неторопливо выйти из кабинета. Он не побежит от Малфоя, не в этой жизни.
________________________________________

Малфой-старший плеснул в стакан скотча и вручил его Снейпу.
- Спасибо, что пришёл, Северус, – Люциус взял свою порцию и сел. Он пристроил стакан на подлокотник кресла и вздохнул.
Снейп разглядывал главу семейства Малфоев, гадая, что могло так обеспокоить его старого друга, отчего тот ощутил потребность в виски с содовой… без содовой.
- Не стоит благодарности, Люциус. Мне интересно, зачем ты вызвал меня сюда так рано? Что-то такое, что не могло подождать до вечернего бала? – Снейп глотнул скотча. У Малфоев всегда был отменный скотч. Зельевар был бы очень изумлён, узнай он, что Люциус держал этот напиток только для друга.
- Этот мальчик, – расстроено сказал мистер Малфой.
- Я знаю много мальчишек, Люциус. Я преподаватель. Тебе следует выражаться определённее. Например, ты можешь назвать его имя, – сухо предложил Снейп.
- Поттер, – резко бросил Малфой, откинув голову на спинку кресла.
Снейп едва заметно напрягся.
- Что с ним? – спокойно спросил он.
Ты дал Непреложный Обет, помни об этом, Люциус.
- Драко сказал, что ты проводишь с Поттером немало времени. Тебе известно что-нибудь о его кошмарах? – спросил Малфой.
- Я так полагаю, ты стал свидетелем одного из них? – зельевар больше утверждал, нежели спрашивал. – Пугает, не так ли? - спросил Снейп, укачивая свой стакан.
- Пугает? – удивился Малфой. – Больше подходит слово «тревожит», Северус. Что ты о них знаешь?
- Я не знаю, что их вызывает, – признался Снейп. – Я поговорил с мальчишкой по этому поводу после того, как он побывал в Больничном крыле. Никогда прежде не видел столь бурной реакции на сны. Даже у себя.
Он умолк на секунду и сел поудобнее.
- Он сказал, что его тётя называет их «ночными страхами». Это всё, чего я смог от него добиться, – профессор решил не сообщать ничего больше о реакции мальчика на вопросы: не хотел выболтать что-нибудь полезное.
- Интересно, какие у него отношения с родственниками? – прервал паузу Малфой, осушив бокал и отставив его в сторону.
- Понятия не имею. О самом Поттере я знаю очень мало, - сказал Снейп. - Он очень замкнутый мальчик. Его интересуют лишь книги. Он не любит сладости, не занимается спортом и не развлекается, как обычный ребёнок в его возрасте, - именно это беспокоило Снейпа в Поттере больше всего. Он вёл себя не как мальчик. Он казался, скорее, юношей. – Если пытаться выяснить что-нибудь об их отношениях от него самого, то, скорее всего, мы узнаем только его собственное мнение, которое, из-за того, что мальчику пришлось пережить, вряд ли будет объективным.
Хозяин Малфой-мэнора согласно кивнул.
- Он необычный ребёнок, крайне тихий. Я часто забываю, что он в комнате. Он напоминает мне другого мальчика, которого я знал, – спокойным тоном продолжил Малфой. – Мальчика, любившего магию зелий и одержимого Тёмными Искусствами, – он бросил на собеседника многозначительный взгляд.
- Да, знаю, – со вздохом согласился Снейп. – Это сбивает с толку. Я вижу Джеймса Поттера, когда думаю о нём, но, когда работаю с ним, замечаю что-то…не то, - Снейп помолчал. - С ним что-то не так.
- Он отступает всякий раз, когда я подхожу к нему. Он вздрагивает, если я к нему прикасаюсь, – признал мистер Малфой. – Точно также Поттер реагирует и на Нарциссу, хотя она утверждает, что чем больше они общаются, тем реже подобное происходит. Прошлой ночью после кошмара она уложила его спать.
- Он позволил ей дотронуться до себя? – изумился зельевар. Когда его пыталась уложить мадам Помфри, Поттер яростно отбивался.
- Дотронуться до него? – Люциус фыркнул. – Да мальчик уснул у неё на руках.
Слегка посмеиваясь, он вновь наполнил стаканы.
- Думаешь, что это просто из-за каких-то людей? Возможно, его дядя…
Малфой покачал головой:
- У нас недостаточно доказательств. Мы пока не можем выдвигать какие-либо обвинения.
- Хотя то, что мы имеем…
- Вызывает тревогу, Северус. Он – ребёнок. Я совершал ужасные поступки, удивительные поступки. Я признаю это без колебания. От большинства их, даже могу сказать, я получал удовольствие, но делать подобное с кем-то из наших детей… от такого меня снова тянет убивать.
На этих словах Снейп сощурился.
- Любопытно слышать такое о Мальчике-Который-Выжил, – отозвался он.
- Здесь главное слово – мальчик, Северус. Почему считается, что Гарри Поттер имеет какое-то отношение к падению Тёмного Лорда. Мне кажется, что за это ответственны его родители, – объяснил Малфой.
- Ты считаешь, что всё дело в родителях? – Снейп слегка удивился. Большая часть магического мира либо обвиняла, либо восхваляла мальчика, но не его родителей. То, что Люциус Малфой думал иначе, чем все остальные, слегка тревожило.
- Наверняка они что-то сделали для защиты своёго ребёнка, – отозвался Малфой. – Может, Темный Лорд опростоволосился, попытавшись вмешаться в какой-нибудь их ритуал, или что ещё можно придумать, - Люциус пожал плечами. Он не знал, что случилось в ту ночь.

- А если посмотреть на это с другой стороны? – поинтересовался Снейп. – Если бы Дамблдор охотился за тобой и твоей семьёй? – зельевар попытался выразить свою мысль поточнее.
- Я сделаю то же самое, чтобы защитить людей, которых я люблю и которыми дорожу, – признал Люциус. – Всё, что они сделали из любви к сыну, нужно уважать… но я по-прежнему считаю ответственными их, а не мальчика.
- Мастер Малфой! – Добби с хлопком возник в комнате. – Снова мастер Гарри Поттер! Он плачет и кричит, и… - Люциус не дал эльфу времени закончить.
Выпрыгнув из кресла, он вышел в коридор, сделав Снейпу знак присоединиться.
- Мы отправили отдыхать мальчиков пораньше, чтобы они могли встать к балу, - объяснил Малфой-старший Снейпу. – Наверно, это кошмар, – он распахнул дверь гостевой спальни и застыл на месте при виде Гарри, который метался на кровати.
- Мистер Поттер, – позвал Малфой, наклоняясь над кроватью. – Проснитесь, мистер Поттер. – Он протянул руку и встряхнул мальчика, чтобы тот проснулся. Северус поражённо смотрел, как Гарри внезапно дёрнулся, сбросил руку с плеча и откатился подальше от Люциуса.
- Мистер Поттер, у вас снова был кошмар, - спокойно сказал Малфой, ожидая, пока мальчик окончательно придёт в себя.
- Они мертвы, – прошептал Гарри себе под нос, а перед глазами всё ещё были тела Фреда и Джорджа Уизли. – Он убил их.
Гарри встряхнул головой, борясь с самим собой. Волдеморт что-то сказал и мальчик ответил. У него не было выбора:
- Я-я пытался, – пробормотал он, в надежде, что готов к бою с Тёмным Лордом. – Я пытался.
Снейп наблюдал, как мальчик избавляется от кошмара, и скривился, когда увидел, как ментальная боль перешла в боль тела, что проявилось в дрожи и слезах. Он мог догадаться, что это была за атака, если бы знал больше. Зельевар мимоходом отметил, как его друг посылает домовика за Нарциссой. Люциус несколько раз пытался подойти к мальчику, наблюдая раз за разом, как Гарри от него отодвигается. Малфой прекратил свои попытки успокоить мальчика, и сделал знак Снейпу, чтобы тот попробовал подойти к Поттеру.
Мастер зелий медленно приблизился к мальчику и встал на колено, держа руки на виду:
- Поттер?
Тот вздрогнул при звуке своего имени, а затем пристально посмотрел на профессора отсутствующим взглядом. Снейп мягко прикоснулся к разуму мальчика, и обнаружил, что его щиты опущены. Зельевар проник чуть глубже и увидел двух людей, лежащих на каменном полу, смутно ощущая, что дальше его не пустят. Почувствовав, как его неуверенно выталкивают, он покинул разум Поттера. Мальчику совершенно необязательно знать, что в его мыслях копались.
- Поттер?
Гарри услышал знакомый голос, зовущий его по имени. Он начал приходить в себя и увидел профессора Снейпа. Это послужило неуловимым сигналом, что пора поднять свои ментальные щиты. Юный волшебник мало-помалу восстановил их и взглянул на профессора.
- Сэр? – прохрипел он, делая шаг вперёд. После битвы Снейп уже не в первый раз был его спасительным якорем. Они думали одинаково, что сначала его удивляло, но затем стало единственной поддержкой. Снейп понимал, что это такое, быть… Гарри.
Снейп замер на месте: поза мальчика изменилась. Парнишка… что-то собирался сделать. Он смотрел, как Поттер приближается, и протянул ему руку. Зельевар немного подождал и почувствовал, как худенькая рука касается его плеча. Он ощутил, как она сжалась в маленький костлявый кулачок в складках его мантии. Снейп чувствовал дрожь через одежду, удивляясь, что реакция юного мага на касание скорее спокойная, чем резкая.
- Он убил их, – пошептал ему мальчик.
- Никто не умер, Поттер – сказал Снейп, кладя руку на плечо мальчика. Тот покачал головой.
- Посмотри на меня, – коротко бросил зельевар. Взгляд Гарри переместился к лицу Снейпа. – Никто не умер.
- Сэр? – удивился Гарри. Что здесь делает Снейп? И что ещё важнее, что я тут наговорил? Никто не умер? Мальчик огляделся вокруг, и приготовился умереть от разочарования. Он вспомнил сон, и как потерял контроль над собой прямо на глазах у Малфоя и Снейпа. Кто угодно, только не они! Он на самом деле понимал их подозрения.
- Вы знаете, кто мы, Поттер? – деловито поинтересовался профессор, в то время как Гарри отпустил его руку и отступил на несколько шагов.
Глупец, глупец, глупец. Ты болван, Поттер! Так ругал себя Гарри, задаваясь вопросом, как сделать, чтобы они не узнали, что ему снится.
- Да, профессор, – ответил Гарри, потерев лицо руками, чтобы поскорее проснуться. Интересно, можно ли протереть дырку в своём черепе, чтобы врезать своему дырявому мозгу? Он мог умереть от этого, не так ли?
- Простите, что вновь доставил Вам беспокойство, мистер Малфой. Так же, как и Вам, профессор, – сказал Гарри.
- Пустяки, мистер Поттер, – отозвался Люциус. – Я больше за Вас волнуюсь, – признался он. В этот момент дверь открылась, и вошла его жена.
Нарцисса Малфой проскользнула мимо мужа и встала перед Гарри.
- Вы в порядке? - спросила она, притянув мальчика к себе.
- Я в порядке, миссис Малфой, – ответил он, уворачиваясь от её объятий. Ладно, она мила, но не следует обнимать меня так крепко на виду у двух мужчин. Я же взрослый человек! Гарри чуть не рассмеялся. Он частенько забывал, кого видят окружающие, глядя на него.
- Это просто сон, – добавил он, скорее, чтобы приободрить себя, нежели кого-то из присутствующих в комнате. Неужели Снейп хмыкнул?
- Уже пора?
- Да, мистер Поттер, – мягко ответила Нарцисса. – Умойтесь и приведите в порядок волосы.
Она легонько подтолкнула его в направлении ванны.
- Мои волосы живут своей собственной жизнью, миссис Малфой, – со вздохом сообщил он ей. – В любом случае, я попытаюсь, – пообещал мальчик в ответ на её приподнятую бровь.
Нарцисса подождала, пока Гарри скроется за дверью ванны, и повернулась к мужу и его другу:
- Всё было плохо?
- На этот раз он просыпался дольше, – произнёс Люциус. – Отреагировал быстрее, если это вообще возможно, – он слегка пожал плечами. – Мальчик совершенно не возражал, когда Северус его коснулся.
- Он позволил тебе дотронуться до себя? – с улыбкой осведомилась она у Снейпа.
- Он первый коснулся меня, – объяснил мастер зелий. – Всего лишь моей мантии, – он указал на своё плечо.
- Мы поговорим позже, – заверила его Нарцисса. – А сейчас я должна помочь надеть бальную мантию одному весьма вежливому мальчику.
Она повернулась к шкафу, отпустив мужчин взмахом руки. Те обменялись одинаковыми взглядами, выражавшими ужас, и оставили Нарциссу проводить «воспитательную работу».
________________________________________

Усевшись перед зеркалом и глядя на себя, Гарри признал, что Нарцисса Малфой – гений. Нет, даже больше. Настоящая волшебница. Она заставила его волосы улечься ровно! Если бы она ещё что-нибудь с его шрамом сделала…
- Ты закончил любоваться собой? – спросил уже одетый в парадную мантию Драко, заходя в комнату Гарри,
- Это зависит от того, что тебе от меня нужно, – ответил Гарри, поворачиваясь лицом к Драко. Поттер пригладил воротник своей зелёной мантии. Он хотел надеть чёрную, но Нарцисса наложила на эту идею запрет. Она заявила, что чёрный цвет делает его лицо ещё более бледным, в отличие от зелёного. Гарри даже не спрашивал, почему. Должно быть, это что-то из разряда «женских штучек».
- Теперь можно и спуститься, – Драко ещё раз посмотрел на свое отражение в зеркале. - Наши партнёрши уже здесь, – с усмешкой оповестил блондин.
- Партнёрши? – с ужасом возопил Поттер. – Какие партнёрши?
Мистер Малфой ни о чём таком не говорил.
- Наверно, какие-нибудь девчонки нашего возраста, которых мои родители пригласили, чтобы мы не скучали. Для того, чтобы сейчас попрактиковаться в том, что позже точно пригодится, – улыбнулся блондин. – Ты уже с ними знаком, Гарри. Успокойся.
- Кто это? – потребовал Гарри. Он не хотел проводить время с девочкой, которая ему не нравилась.
- Ну, со мной – Пэнси, а ты будешь с симпатичной ровекловкой, – Драко улыбнулся снова.
- Не играй со мной ,Драко, – предупредил он друга. – Это не смешно.
Почти так же плохо, когда Снейп дразнил меня насчёт Джинни, после чего влил в глотку то зелье…чуть-чуть облегчить стресс, Поттер!... Ха!
- Нет, я серьёзно, – отозвался Драко, заставив мысли Гарри перескочить к своему крёстному. Памятка самому себе: привести план в действие
- Кто? – резко сказал Гарри..
- Мэнди Броклхерст. Мой отец и её дядя часто работают вместе, так что Мэнди появится, как только придёт Пэнси. Она полукровка, но мама в ней души не чает, поэтому отец позволил ей прийти.
- Вы, чистокровные, должно быть, очень одиноки, – поддразнил Гарри друга.
- Не говори отцу, что я с тобой согласен, – прошептал Драко. – Так трудно было найти, с кем поиграть.
- Не скажу, – поклялся Гарри. – Рад слышать ТВОЁ мнение по этому вопросу, – добавил он, выходя из спальни вслед за Драко. Чем дальше, тем Малфой-младший всё чаще и чаще высказывал своё мнение вслух, в особенности, когда Гарри его об этом просил. Блондин даже признал, что Гермиона не «грязнокровка», однажды умудрившись забыть, что она магглорождённая.
- Так уж вышло, – признал Драко. – Но если ты заикнёшься об этом, я буду всё отрицать, – предупредил он друга, когда они начали спускаться по лестнице.
- Ничего меньшего от слизеринца я и не ожидал, – согласился Гарри. Он поднял голову и увидел Пэнси Паркинсон и Мэнди Броклхерст, ожидавших их в нише коридора
- Только помни, что девочки – друзья, а не подружки. Ты ведь умеешь танцевать, не так ли?
- Самое время научиться, да? – ухмыльнулся юный маг.
- Мой Мерлин. Мы обречены, – пробормотал Драко, когда они подошли к девочкам. Гарри с улыбкой предложил руку Мэнди и проследовал за Драко в бальную залу. Подходящий момент применить на практике уроки Гермионы, которые она однажды дала ему в штаб-квартире ордена. Вальсирование на Рождественском балу уж точно не могло с ними сравниться.
________________________________________

- Кажется, мальчики веселятся, – сообщила Нарцисса мужу, вернувшись после очередного «круга» общения с жёнами гостей.
- Да, верно, – согласился Люциус. – Ты проделал прекрасную работу, Северус, научив Поттера танцевать, – похвалил он.
Снейп вопросительно поднял бровь и развернулся, чтобы посмотреть на детей, которые «застолбили» себе угол. Неужели чудеса никогда не кончатся? Как ни странно, в танце мальчик был грациозен. Конечно, не сравнить с его обычной походкой.
- Я не учил его танцевать, Люциус, – признался Северус. – Эти уроки должны были начаться перед каникулами, но я их отменил из-за нескольких буйных студентов, – отозвался Снейп, наблюдая за Гарри.
- В таком случае, где он научился? – удивлённо спросил Люциус.
- Только богам известно. Он из Ровенкло. Наверно, нашёл нужную книгу, - предположил Снейп. Он в этом сомневался. Поттер не мог выучить правильный порядок шагов по книге. Или движения и ритм. Это приходит только с практикой.
- Ну, вы двое можете стоять здесь и сплетничать, точно две старушки, а я собираюсь пригласить сына на традиционный танец, – заявила Нарцисса, ускользая от собеседников. Танцевать с сыном под одну и ту же песню каждый год стало рождественской традицией для неё и Драко. Она как раз собралась отдать распоряжение, чтобы зазвучала «их» песня.
- Что скажешь, если мы осчастливим двух девушек? – спросил Малфой-старший у Снейпа, указывая на тех.
- Я – с Паркинсон. Броклхерст может упасть в обморок, – вздохнул Северус, последовав за Люциусом. Он ненавидел танцевать со студентками, но Паркинсон в танцевальном зале не совсем безнадёжна. Профессор только надеялся, что ей не придут в голову «неправильные» идеи.
Поттер был только счастлив, что кто-то забрал его партнёршу. Он с радостью «передал» Мэнди в руки Люциуса Малфоя, сообщив тому, что собирается выйти на несколько минут на веранду подышать свежим воздухом, и сбежал, пока его не навязали кому-нибудь ещё.
Бал оказался не таким ужасным, как ожидал Гарри. Помогало и то, что большинство взрослых танцевали, игнорируя любого подростка, не выделявшегося ростом. Иными словами, Поттер был слишком мал, чтобы обращать на него внимания, пусть даже он Мальчик-Который-Выжил. Это вселяло уверенность и не давало думать, что его окружили.
Он был признателен за шанс ускользнуть от всего этого, чтобы окончательно успокоить нервы. До окончания бала ещё есть часа три-четыре. Гарри понятия не имел, как надолго разрешат остаться детям. Мальчик надеялся, что скоро отправится спать, чтобы на следующий день быть в форме. Рождество. Каким оно будет?
Он оглянулся на мужчину, который, шатаясь, вышел на терассу. Похоже, что после нескольких кубков тому стало так хорошо, что не было дела ни до окружающего мира, ни до Гарри. Мальчик вежливо кивнул ему и принялся снова смотреть на снег, укрывший землю. Интересно, что скажет Драко, если предложить ему поиграть в снежки. Играют ли Малфои в снежки? Юный волшебник задохнулся, когда вдруг кто-то схватил его за воротник мантии и дёрнул назад. Он закашлялся, когда упал, а затем с трудом поднялся на ноги.
- Ты! – пробормотал пьяный мужчина, надвигаясь на Гарри. – Ты убил моего Лорда! – нетвёрдой походкой он двинулся вперёд, и свет из окна ударил его в лицо. Чёрт побери. Макнэйр приблизился к мальчику и пригвоздил к стене.
Гарри попытался дотянуться до палочки и начал задыхаться, когда рука мужчины сомкнулась на горле. Он лягнул Макнэйра и молча обрадовался, когда пожиратель смерти резко выдохнул и отпустил его. Мальчик рванулся прочь и выругался про себя, когда Макнэйр схватил его за ногу. Он поднял мальчика за мантию, и тот повис в воздухе.
В следующий миг Гарри увидел перед глазами звёзды и почувствовал боль. Мужчина ударил его. Нет, хуже, чем ударил. Он обрушил кулак на голову мальчика.
- Стойкая мелюзга, да? – поинтересовался он, поскольку мальчик не издал ни звука. – Думаешь, ты маленький боец? – спросил он и ударил снова. Гарри помнил о пытках Макнэйра только одно – тот любил слушать крики. С трудом хватая воздух, Гарри принял очередной удар и потянулся, чтобы зацепиться за руку, державшую его за мантию.
- Отстань, – выдохнул Поттер, чувствуя, как опухает лицо.
- А, мелюзга говорит, – Макнэйр ударил тыльной стороной руки, и у Гарри зазвенело в ушах. Нехороший знак. Он отшатнулся, когда яркая вспышка света поразила пожирателя смерти. Гарри пополз прочь от всё ещё стонущего Макнэйра и едва не завизжал, когда кто-то поднял его. Какой-то миг он боролся, пока не узнал человека, который его держал. Мальчик с облегчением вздохнул. Снейп никогда бы не понял, как близко был Гарри к тому, чтобы лишиться весьма ценной части своего тела.
- Вы в порядке? – спросил Снейп, развернув его к себе. Такие подъёмы очень утомляли! Глаза зельевара обежали лицо мальчика, и Гарри увидел, как в них промелькнуло беспокойство.
- Хм. Вы плохо выглядите, мистер Поттер, – Снейп повернул его так, чтобы неизбитая сторона лица покоилась на плече преподавателя. – Давайте-ка уйдём отсюда, – сказал он мальчику.
Хорошая идея. Отличная идея. Почему я об этом не подумал?
Гарри обнял Снейпа, сцепив руки в замок. Он знал, что профессор порвёт на части любого, кто посмеет к нему прикоснуться. Защита Снейпа. Замечательно.
- Ты нашёл его! – облегчённо произнесла Нарцисса. Гарри вздрогнул, когда она задела больное место на спине.
Люди, на меня только что напали. Не будем об этом забывать, хорошо?
Никто не заметил его мысленного пожелания.
- Да. Мне нужна твоя помощь наверху, – отозвался мастер зелий, стремительно минуя лестничный пролёт. Нарцисса последовала за ним, ожидая объяснений. Дверь спальни Гарри отрылась, хотя никто её не касался. Гарри скорее почувствовал, чем увидел, свою гостиную, но был более чем рад вернуться в спальню. Мальчик ощутил слабость и удивился, почему. Снейп опустил юного волшебника на кровать.
- Нарцисса, пожалуйста, дай ему пижаму, – попросил Снейп, опустившись на колени и стягивая ботинки с мальчика.
- Мистер Поттер, будьте добры, не засыпайте ещё несколько минут, – резко бросил Снейп, когда глаза Гарри стали закрываться. Мальчик кивнул и скривился, вспомнив, что голове сильно досталось.
Миссис Малфой вернулась с пижамным набором. Этот ему особенно понравился, но откуда Нарцисса знала? Гарри чувствовал себя слишком плохо, чтобы смутиться, когда Снейп переодел его из мантии в пижаму. Оба взрослых видели его раньше в пижаме, правильно? Как ещё Нарцисса могла объяснить Драко?
- Добби! – позвал зельевар. Маленький эльф появился, тут же поклонившись. – Слушай внимательно, Добби. Мне нужно, чтобы ты отправился в Хогвартс и доставил сюда Поппи Помфри. Попроси, чтобы она захватила медицинскую сумку, понял?
Домовик исчез с лёгким хлопком.
Почувствовав боль от ушиба, Гарри поднял руку.
- Не трогайте. – Снейп перехватил руку. Гарри кивнул и снова скривился. Он опять забыл о своей голове. Напряжение стало спадать, мальчик начал трястись и хватать воздух ртом.
Шок: внезапное или сильное возбуждение разума, чувств или восприимчивости. У тебя шок, Поттер. Просто успокойся.
Хлопок испугал его, и он дёрнулся, только чтобы зашипеть от приступа боли в спине. Макнэйр сильно потрепал его, а каменные стены ещё и добавили.
- Мистер Поттер! – с изумлением воскликнула Поппи – Дорогой Мерлин, что с вами произошло?
Медсестра достала палочку. Гарри уставился на неё. У него не было ответа. Он всё ещё пытался сообразить, что творится вокруг.
- Пьяный экс-пожиратель смерти, – проинформировал Снейп, отбирая сумку у медсестры. – А, замечательно.
Зельевар извлёк оттуда небольшой пузырёк с кремом и поставил на прикроватный столик. Он расстегнул верхние пуговицы на пижаме мальчика.
- Я в порядке, – ответил Гарри на незаданный вопрос.
Кто-то ведь спросил, как я себя чувствую, так?
Он взглянул на медсестру.
Кажется, нет.
Она выглядела так, словно хотела кого-нибудь повесить.

- Вы не в порядке! – возразила Помфри и начала обследование. – Слава Богу, нет внутренних повреждений, – объявила она, а Снейп начал наносить на синяки толстый слой крема.
- Хорошо, – согласился зельевар. – Нагните голову. – Гарри сделал, как было велено, и вздрогнул, почувствовав, как Снейп дотронулся до синяка на лице. Поттер слегка дёрнулся, когда кто-то взял его за руку.
Он попытался повернуться, заставив мастера зелий выругаться на французском (некоторым словам Гарри научила Гермиона), прежде чем снова нагнуть мальчику голову. Руку держала Нарцисса Малфой. Он размышлял об этом пару секунд, пока Снейп вновь не дотронулся до лица. Мальчик покрепче сжал руку хозяйки Малфой-мэнора, мысленно поблагодарив за поддержку. Уж лучше так, чем впиваться ногтями в собственные ладони, пусть ты и привык к боли.
Гарри сидел, пока шло лечение, и вздохнул, когда боль стала уходить. Навалилась усталость, и он задал себе вопрос, не связано ли это с кремом.
Снейп извлёк склянку, откупорил её и протянул мальчику:
- Зелье-без-снов, – сообщил он юному волшебнику. Тот кивнул и взял склянку. Полная доза. Что означало глубокий сон ночью. Он не колебался, и, выпив всё, вернул бутылочку зельевару.
- Спасибо, проф… - глаза мальчика закатились и он уснул.
- Всегда занятная реакция, – прокомментировал Снейп, ни к кому конкретно не обращаясь и игнорируя взгляды обеих женщин. Он ничего не мог с собой поделать, потому что получал удовольствие, наблюдая действие своих зелий. Это придавало ему уверенности.


Глава 9


Приветствую, уважаемые читатели. Вот новая глава, также отбечены 2, 3 и 4. За что благодарность Серому Коту за его БОЛЬШОЙ ТРУД. Убрана ненужная "глава", также главы пронумерованы. Приятного прочтения. :)

Рождество


- Ты хоть знаешь, кто это был, Макнэйр? – прорычал Малфой, пригвоздив мужчину к стенке и крепко держа рукой за шею – Знаешь? – вновь потребовал он, в гневе почти задушив экс-пожирателя.
Тот взглянул на Люциуса, но не предпринял попытки освободиться, ответив:
- Щенок Поттера. Он один виноват!
Малфой отодвинулся от Макнэйра, ощутив запах алкоголя.
- Да, мальчишка Поттер, – ответил Люциус голосом уставшего учителя, что-то объясняющего медленно соображающему ученику. – Можешь мне сказать, почему ни кто угодно, а именно Поттер сегодня в моём доме?
Экс-пожиратель попытался освободиться, что привело к тому, что его схватили за мантию и вновь пригвоздили к стене.
- Хочешь, я тебе скажу, Макнэйр? – ухмыльнулся Люциус – Ты никогда не был сообразительным, не так ли? – блондин опять ударил его об стену, просто для удовольствия.
- Поттер – мой гость, Макнэйр. Я пригласил его на каникулы. Я пригласил его. Не мой сын. Не моя жена. Догадываешься, что это означает, Макнэйр? – спина мужчины в очередной раз встретилась со стеной, и тот оказался на грани потери сознания. – Он – мой гость. Поэтому, он под моей защитой.
Эта тирада заставила глаза экс-пожирателя округлиться в изумлении.
- Да, теперь ты понимаешь. Фактически, ты напал на моего ребёнка, – сердито произнёс Люциус. – У меня есть все права отнять у тебя жизнь прямо сейчас.
Малфой сжал глотку пальцами, прислушавшись, как на фоне льющейся из бальной залы музыки, хрустнули костяшки.
- Пожалуйста, Люциус, я же не знал. – Голос Макнэйра звучал умоляюще. Малфой был хорошо известен среди сторонников Лорда тем, что убивал, не задумываясь.
- Я не знал, – теперь мужчина, практически, скулил.
- Это не оправдание, – резко оборвал его Малфой, используя слова Макнэйра как повод лишний раз впечатать его в стену. – Во время праздников ты не должен нападать на кого-то здесь, причинять вред или даже думать об этом. – Люциус сжал пальцы покрепче, и хмыкнул, глядя, как экс-пожиратель хватает ртом воздух. Он прислушался к музыке, а лицо Макнэйра в это время медленно меняло цвет.
- Праздники священны, Макнэйр. И тебе это известно. Я дам тебе шанс всё исправить, – невозмутимо продолжил хозяин Малфой-мэнора. Макнэйр вцепился ему в руку. - Ты явишься в день вручения рождественских подарков с символическим презентом для мальчика, готовый извиниться перед мистером Поттером самым вежливым образом. И пусть мальчик сам решит, что я потом с тобой сделаю. Радуйся, что он великодушный, а я – нет. – Он бросил мужчину на землю, с издёвкой наблюдая за его жалкими попытками прийти в себя.
- Твоё сегодняшнее празднование окончено, уходи. – Макнэйр с трудом поднялся на ноги и ретировался с веранды.
- Это было лишнее, Люциус, – прокомментировал Снейп, стоя в тени дверного прохода.
- Зато приятно – признался Малфой другу. – Я нечасто стакивался с жестокостью, по крайней мере, со времён молодости. Пока не стал отцом. – Люциус вздохнул, прежде чем повернуться к Снейпу: – Как Поттер?
- Спит, – подчёркнуто медленно ответил зельевар, присоединившись к другу, на которого падал свет из окна. – Ему, скорее, наставили синяков, нежели избили. У него лёгкий шок, но я бы чувствовал себя не лучше, если б на меня напали подобным образом.
- Были ли причиной ранений его… - начал Люциус.
- Нет, мои зелья тут не при чём. Полагаю, что у вас с Нарциссой будет спокойная ночь, потому что у Поттера не будет никаких кошмаров… он сегодня вообще не должен видеть сны. - Снейп поднял бровь, с намёком посмотрев на друга.
- Ясно. Думаю, и мне может понадобиться какое-нибудь зелье, – сознался Малфой. – Сама мысль о том, что на кого-то в моём доме напали… это неправильно, Северус. Я хотел, чтоб мальчику здесь было уютно. Не удивлюсь, если завтра увижу его стоящим у входной двери со всеми своими вещами. – Малфой скривился от этой мысли. – Я хочу, чтобы он считал наш дом местом, куда всегда сможет вернуться.
- Мне кажется, что на земле нет такого места, которое он считает своим домом, – неторопливо проговорил Снейп, опёршись на перила.
- Прошу прощения? – в растерянности переспросил Малфой.
- Когда мальчишка на занятиях, и заканчивает очередное задание, у него всегда очень странный вид. Он пристально смотрит в никуда. Как будто находится в другом мире. – Снейп пожал плечами. Других объяснений у него не было.
- Знаю, – отозвался Люциус. Северус удивлённо на него воззрился. – Несколько раз я замечал этот взгляд. Это неестественно. Сейчас он здесь, а через мгновение его уже нет. Он так смотрел, когда я явился за ним, чтобы забрать из Хогвартса. Мальчик выглядел каким-то…потерянным. – Малфой замолчал, пытаясь собраться с мыслями.
- Мне любопытно, напоминала ли ему атака Макнэйра о чём-нибудь ещё, – задумчиво произнёс Снейп.
- Северус, ты слишком много времени проводишь с Дамблдором. Твои высказывания становятся год от года всё непонятнее, – пожаловался Малфой, приглаживая волосы на затылке.
- Прости меня, Люциус – извинился зельевар. – Я чувствую, что выходка Макнэйра ассоциировалась у Поттера с чём-то, что он пережил раньше. Например, с нападением дяди.
- У нас недостаточно доказательств, – коротко возразил Люциус.
- Зато есть сыворотка правды, – парировал Снейп.
- Я хочу, чтобы мальчик мне верил. И отказываюсь предавать его доверие, – сообщил ему Малфой.
- Не для мальчика! – резко бросил зельевар, – а для его дяди. Просто вспомни об этом в случае необходимости. А пока, попытайся поговорить с ним прямо перед сном, или сразу после пробуждения. В это время он наиболее открыт.
Снейп понадеялся, что этих советов достаточно, чтобы помочь другу защитить его студента. Он знал, что ментальные щиты Поттера слабеют после кошмаров, но не забывал, что Малфой – не легиллимент. Он не сможет вторгнуться в разум мальчишки. За это, по крайней мере, можно быть спокойным.
- Хочу проверить, как он, – признался Люциус. – Если не ошибаюсь, моя жена сейчас с ним? – спросил хозяин поместья, развернувшись к дому.
Снейп, заложив руки за спину, кивнул.
- У меня такое ощущение, что она бы с удовольствием его усыновила, если бы ты разрешил, – сказал Северус, пока они с Люциусом лавировали среди танцующих гостей, пробирались к лестнице. – Он ей очень нравится.
- Его появление принесло нам несомненную пользу, – усмехнулся Люциус. – Я уже давно не видел Нарциссу такой оживлённой. Она несколько недель выбирала ему рождественские подарки.
- Добрый Мерлин, я окружён фанатами Поттера, – пробормотал Снейп себе под нос.
Малфой вошёл в комнаты Гарри и остановился на пороге спальни, увидев свою жену, присевшую на краешек кровати. Она улыбнулась мужу, и снова обратила внимание на мальчика, гладя его одной рукой по волосам. Он заметил коричневый пушистый предмет под рукой юного мага.
- Нари? Что это? – спросил Люциус.
- Мишка Тедди, – призналась та. – Я принесла его, когда мальчик стал беспокоиться.
Затем она вновь погладила волосы Гарри.
- Беспокоиться? – переспросил Снейп. – Это просто невозможно. После такой дозы он должен спать мёртвым сном.
Он проигнорировал взгляд друга. Зелье мальчику не повредит.
Мишка Тедди? Почему у меня ощущение, что Поттер, скорее, умрёт от смущения при мысли о мишке Тедди?
- Но так было. Он несколько раз стонал, переворачивался и метался, – уточнила она. – Игрушка его успокоила.
Снейп моргнул и вгляделся в мальчика, пребывающего в царстве Морфея. Он никогда не видел Поттера… таким умиротворённым. Таким беззаботным. Таким юным. Сейчас за ним было приятно наблюдать. В то же время, это сбивало с толку. Совсем не походило на Поттера, которого он знал.
- Оставляем его с тобой, Нари. – Люциус поцеловал жену в лоб. – Мы с Северусом должны вернуться к гостям.
- Приятного времяпровождения. – Мужчины почти вышли, когда Нарцисса их остановила: – Люциус, пригляди за Драко и его друзьями. Он задаёт слишком много вопросов о том, что случилось, и это меня беспокоит, – сообщила миссис Малфой мужу и вернулась в спальню Гарри.
- Обязательно, – пообещал супруг. Он только надеялся, что не опоздал. То, что его одиннадцатилетний сын до сих пор не в постели, обязательно скажется утром. Мужчину ужаснула мысль о колком и раздражительном Драко, разворачивающим рождественские подарки.
________________________________________

Гарри выплыл из смутного видения, в котором пребывал, и понял, что что-то изменилось. Он чувствовал себя сонным. Довольно странное для него состояние. Такого ещё не было. Он переходил от бодрствования к усталости и истощению, но никогда – ко сну. Способность расслабляться и засыпать вбил в него учитель, а позже уничтожили пытки.

Сон приходил лишь под действием зелий, причём, в довольно больших дозах. Он не мог больше рассчитывать на зелье-без-снов, как на лучшее успокаивающее. Оно перестало помогать ещё в прошлой жизни, да и сейчас работало намного хуже, чем должно бы по идее. Он довольствовался тем, что засыпал на какое-то время, не видя снов. Сейчас он чувствовал себя по-иному. Мальчик определил свое состояние, как «сонливость». Непривычно.
Нужно открыть глаза и выяснить, что же это такое касается его головы. Сквозь темноту он вгляделся в фигуру, возвышающуюся над ним. Инстинкт потребовал напасть, убежать…сделать хоть что-нибудь. Он не предпринял ничего. А просто продолжал лежать под одеялом и смотреть на сидящего рядом с ним человека.
- Предполагается, что Вы должны спать, – произнёс тихий голос, в то время как рука гладила его по волосам. Гарри задумался, пытаясь понять, что это за место. Где он? Кто это? Не его учитель. Не Малфой, не Волдеморт, не Снейп, не…
- Попытайтесь заснуть, мистер Поттер. – Нарцисса Малфой. Гарри уставился на женщину. Нарцисса Малфой в его комнате. Почему?
- Миссис Малфой? – попытался произнести мальчик. Получилось нечётко и непонятно.
- Всё в порядке, мистер Поттер. Засыпайте, – негромко повторила она. Гарри мигнул. Происходящее не имело смысла. Всё не имело смысла. У него было то же самое ощущение, какое он испытывал, когда учитель заставил его выпить зелье после первого бунта Гарри против него. Он не мог даже сосредоточиться. Все мысли о побеге оставили его, когда… а что она здесь делает?
- Что?... – Гарри опять попытался спросить, почему он здесь. Нужные слова не приходили.
- Мне очень жаль, что Макнэйр атаковал вас, мистер Поттер, – голос миссис Малфой был полон сожаления. – Мы с Люциусом хотим, чтобы вы чувствовали себя в безопасности.
Люциус? В безопасности? Где в безопасности?
- Пожалуйста, поверьте моим словам – никто Вас больше и пальцем не тронет.
Она наклонилась, проведя рукой по волосам мальчика.
- Вы здесь в безопасности, мистер Поттер. – Для Гарри её слова прозвучали, как обещание.
Мальчик вытянул трясущуюся руку и положил её поверх руки миссис Малфой. Она оказалась такой милой леди!
- Эт ниче. Бвало и хуж. (Гарри говорил невнятно, вариант на нашем языке – прим. переводчика).
Гарри понял, что понять его слова сложно. Прозвучали они неправильно.
- Ты только что сказал, что бывало и хуже? – ласково осведомилась хозяйка Малфой-мэнора.
- Ага, – юный волшебник обрадовался, что она разобрала то, что он пытался выговорить. Мальчик улыбнулся и обнял предмет, лежащий рядом с ним. Разум сообщил, что тот тёмного цвета, тёплый, пушистый и мягкий. Он не понял, что же это такое, но ощущение ему понравилось. Чувство…покоя.
- Глубоко сожалею, услышав это, мистер Поттер, – ответила миссис Малфой, сжав ему руку. Гарри поглядел на свою руку, и память подсказала, что женщина уже делала это раньше. Он улыбнулся ей. Она действительно славная.
- Эт ниче, – сообщил он ей. – Зовите мня Гарри, пожалста. – Да, слова и на сей раз прозвучали не так, как нужно. Он посмотрел на миссис Малфой, но почувствовал, как против воли закрываются глаза.
- Буду счастлива называть тебя Гарри, – в тоне женщины проскользнуло что-то необычное. Мальчик украдкой взглянул на неё. Неужели она плакала? – Действительно, очень рада, – приглушённо добавила Нарцисса. – Спи, Гарри. Увидимся утром.
Она подоткнула ему одеяло.
- Ладн, – согласился тот, закрыв глаза. Поспать – великолепная идея, тем более, что сильно хотелось. Миссис Малфой гладила его по голове, и он потихоньку расслабился. Она напевала негромкую песню, и мальчик некоторое время размышлял, что это за мелодия, но усталый разум решил, что сон – вот что действительно важно. Он уснул под колыбельную Нарциссы Малфой.
Она наклонилась чуть ниже над спящим мальчиком. Нарцисса совершенно забылась, успокаивающе гладя непослушные волосы. Её обеспокоило то, что она узнала. Ребёнок жил в худших условиях? Что это, на самом деле, значило, и как он справился с худшим, чем то, что с ним произошло? У кого хватило злобы столь бесстыдно обращаться с мальчиком? Однако, один момент радовал. Она могла называть его «Гарри».
________________________________________

- Гарри! – Поттер поглубже зарылся в подушки, не обращая внимания на позвавший его голос. Он устал, а в постели было очень уютно.
- Гарри, просыпайся! - мальчик отмахнулся и завернулся в одеяло. – Гарри!
- Что? – заныл он, прежде чем успел остановиться. Юный волшебник не мог припомнить, когда сознательно вот так хныкал. С момента его возвращения всё было спланировано едва ли не поминутно. Он затолкал локтём под подушки что-то мягкое и пушистое и уставился на наследника рода Малфоев.
- Сегодня Рождество, – нетерпеливо сообщил Драко. Блондин скрестил руки на груди и взглянул на Гарри.
- И? – спросил тот и снова улёгся. – Дай мне поспать, – захныкал он, устраиваясь на подушках и накрываясь одеялом.
- В любой другой день ты встаёшь с первым лучом Солнца, а на Рождество решил дрыхнуть до девяти? – неверяще возопил Драко. – Это ведь Рождество!
И на меня напал преданный Тёмному Лорду пожиратель смерти.
- Это что-то значит? – теперь нетерпеливо говорил уже Гарри. Почему мальчишка вообще здесь?
- Рождество! – с отчаянием в голосе повторил Драко.
- По тому, как ты сказал «Рождество», я понял, что сегодня планируется нечто особенное? Поттер соизволил, наконец, приподняться в кровати.
- Да! – отрывисто отозвался Драко, подойдя к кровати. Он сел напротив Гарри и в упор на него посмотрел: – Ты пытаешься сказать, что никогда не праздновал Рождество?
- Это сказал ты, а не я. – Мальчик смерил Малфоя-младшего внимательным взглядом и вздохнул: – Ты ведь не отстанешь, да?
Глупые праздничные торжества!
- Нет. Пошли! – Драко практически вытащил Гарри из кровати.
- Прекрасно. Только дай одеться. - Мальчик отбросил одеяло и стремительно сел.
- Не нужно, – произнёс Драко, в то время как в комнате возник Добби с коробкой в руках. Блондин взял её у домовика и передал Гарри. – Там халат и тапочки. Завтракать и открывать подарки будем в пижамах, – объяснил блондин. – Мама приготовила для тебя презенты.
- Она не обязана, – сказал Поттер.
- Она хотела – возразил Драко. – Ты ей, и в самом деле, нравишься, Гарри. Она хочет, чтобы ты погостил подольше, если, конечно, захочешь, – признался он.
- Это необязательно. Я не гожусь для усыновления, – усмехнулся мальчик, открывая коробку. Там лежали плисовый зелёный халат и домашние тапочки того же цвета.
- Мерлин, – выдохнул Гарри, восхищённый рунами, вышитыми на рукавах и воротнике. Он рассматривал их целую минуту, прежде чем понял, что они означали. Мир и безопасность?
- Она сама их вышила, но я этого не говорил, – предупредил Драко.
- Могила. – Гарри вынул халат из коробки и стал его разглядывать.
- Держу пари, он красивее, если надет, – прокомментировал светловолосый мальчик.
- Ладно. Намёк понял, – проворчал Поттер, надевая халат. Он ощутил лёгкое касание магии и уставился на Драко: – Руны действующие?
- Я же говорил, Гарри. Ты ей нравишься. Теперь тапочки! – скомандовал Драко.
Мальчик надел то, что потребовали, и друг потянул его вниз по лестнице. Они миновали столовую и зашли в небольшую, но очень светлую комнату. – Доброе утро! – воскликнул Драко, отпустив Гарри и прыгнув навстречу родителям.
- Доброе утро, сын, – ответил Люциус Малфой, а его наследник устроился рядом с отцом: – Счастливого Рождества.
Нарцисса взглянула на Гарри, и тот попятился, стоя на пороге. Он ненавидел прерывать чьи бы то ни было семейные празднества, а это были Малфои.
- Гарри, что же ты? Проходи, садись! – Она поманила его рукой. Мальчик замялся на несколько секунд, прежде чем шагнуть вперёд. Он помнил, как попросил её звать его по имени, но не сохранил в памяти, когда это случилось.
- Ну же, – подбодрила она, видя, что юный маг колеблется. Гарри остановился перед Нарциссой.
- Благодарю Вас за халат и тапочки, миссис Малфой, – тихо произнёс Поттер.
- Не за что, Гарри. – Она протянула руку, поправив ему воротник. Мальчик подпрыгнул от изумления, а хозяйка Малфой-мэнора провела его к дивану и усадила напротив себя. Женщина слегка сжала его плечи, прежде чем у него появился шанс отодвинуться. Он улыбнулся ей, но едва не упал с дивана, когда перед ним появился стол. Нарцисса усмехнулась и растрепала непослушные волосы мальчика.
- Всего лишь завтрак, – объяснила она – реакция Гарри её явно позабавила: – Мы забываем о манерах в рождественское утро.
Встав, она положила на тарелку всего понемногу: оладий, фруктовую нарезку, ягод, крошечных тостов, сандвичей и яиц, сваренных вкрутую.
- Съешь, сколько сможешь. – Нарцисса развернула салфетку и положила её мальчику на колени.
Гарри уселся и стал ждать, пока не увидел, что ждут его, и принялся за свой завтрак. Еда оказалась восхитительной, чего он от Малфоев и ожидал. Он наблюдал, как Драко с матерью немилосердно дразнят друг друга. Миссис Малфой, казалась, приглядывала за каждым, но особенное внимание уделяла гостю.
Она похлопывала его по плечу или приглаживала волосы в самые неожиданные моменты. Первые несколько раз он вздрагивал, но, постепенно, успокоился настолько, что спокойно реагировал на её прикосновения. Юный маг не знал, винить ли в этом побочные эффекты зелья-без-снов (маловероятно) или руны. Должно быть, руны, - подумал он.
- Подарки! – ликовал Драко, когда остатки завтрака исчезли. Гарри дёрнулся и уставился на приятеля. Он не мог поверить, что наследник Малфоев может выглядеть таким… ребёнком. Поттер надеялся, что на этот раз у Драко будет другая судьба, и его снова не лишат детства. Никто такого не заслуживает.
- Ты обрадуешься, узнав, что Санта-Клаус уже побывал здесь, – сказал Люциус Малфой, взмахнув палочкой. Неужели Драко верит в старую сказку? Санта-Клауса не существует. Никогда не было, никогда не будет. Как можно быть таким легковерным? В углу появилась огромная рождественская ель, окружённая горами свёртков. Гарри уставился на них, судорожно проглотив слюну. И это всё только для одного праздника?
- Гарри? – мальчик взглянул на миссис Малфой. – Иди сюда, – позвала она, взяв его за руку. Поттер позволил поднять себя с дивана. Нарцисса подвела его к ели и поставила перед кучей свёртков: – Это – твои, – с улыбкой сообщила женщина.
Гарри посмотрел на неё, затем – на подарки, чтобы убедиться, что здесь нет ошибки.
- Вперёд, – подбодрила она, усевшись в ближайшее кресло. Юный маг обвёл комнату взглядом и увидел, что приятель уже раскрывает свои подарки. У Драко «время Дадли».
Мальчик стоял какое-то время, просто наблюдая, пока все перестали обращать на него внимание. Он осмотрел пакеты и прочёл надпись на одном из них. Это подарок Гермионы. Гарри подтянул его к себе, потянул за ленту и снял упаковку. На колени упала книга. Он улыбнулся, прочитав заглавие: «Магическая Самозащита».
Гермиона знала его слишком хорошо. Отложив книгу в сторону, он взялся за следующую коробку, зная, что Гермиону порадуют подарки от «Флориш и Блоттс». Следующий был от Терри, и он рассмеялся про себя. Мы мыслим одинаково. Они с Терри подарили друг другу одно и тоже. Он отложил плюй-камни и обнаружил конверт от родственников, который отложил в сторону. Открыв очередной пакет, Гарри догадался, что только Драко мог преподнести ему «Квиддич сквозь века».
Его внимание привлекли несколько свёртков в почти одинаковой обёрточной бумаге. Он прочёл прилагающуюся карточку и взглядом нашёл миссис Малфой. Когда она послала ему улыбку, он кивнул. Бумага легко соскользнула, и Гарри, открыв коробку, обнаружил несколько полных комплектов одежды, все – известных торговых марок, с его инициалами, вышитым на изнанке.
- Спасибо, миссис Малфой.
- Счастливого Рождества, Гарри, – произнесла она, одарив его непонятным взглядом. Нарцисса, как будто, от чего-то удерживалась. Мальчик чуть нахмурился, прежде чем вернулся к подарку. Он заметил уже знакомые руны на каждом предмете одежды, такие миниатюрные, что едва не ошибся, приняв их за украшение.
Несомненно, она желает, чтобы я ощущал спокойствие и безопасность… не то, чтобы я с этим спорил. Он не чувствовал себя так спокойно с тех пор, как вернулся Волдеморт. Наверное, руны - к лучшему. Они успокаивают. Меньше поводов держаться за свой образ. Постоянное успокаивающее зелье без отвратительных побочных эффектов.
Гарри признал следующий свёрток и открыл записку. Почему Дамблдор послал ему мантию-невидимку к Малфоям? Это предупреждение, или предполагалось, что директор всегда дарит её Гарри на его первое рождество в магическом мире? Мальчик отложил слегка видоизменённую записку в сторону (не открывать же при Малфоях!) и взялся за следующий подарок.
Он был изумлён, поняв, что это – от Северуса Снейпа. «Для наших уроков, мистер Поттер, чтобы обезопасить мою жизнь. И не думайте, что получили подарок: поскольку я учитель, то это может быть воспринято, как фаворитизм».
Гарри намёк понял. Никто не узнает, откуда или от кого у него свёрток. Мальчик поколдовал над обложкой из драконьей кожи, ухмыльнувшись, когда увидел инициалы серебряного цвета. Он надавил большим пальцем на замочек и улыбнулся, когда тот не открылся.
Развернув свёрток, он обнаружил искусно изготовленный дневник зельевара, сшитый из специального пергамента, зачарованный заклинанием, обеспечивающим стойкость к кислотам и зельям, самопищущее перо и небольшую коробочку. Положив подарок на колени, он открыл коробочку и понял, что она напоминает сундук Грюма – с особыми отделениями для ингредиентов. Пальцами он нащупал конверт, положенный между листами пергамента. Заинтригованный, он взломал печать и вынул лист.
Мистер Поттер,
Немало людей решат, что такой подарок не подходит одиннадцатилетнему мальчику, но не я. У Вас талант, мистер Поттер, а природный дар зельевара весьма редок. Я не хочу, чтобы он пропал зря. Наши индивидуальные уроки будут продолжаться до тех пор, пока Вы этого желаете. Я бы взял Вас в ученики, будь Вы постарше, но 11 лет – слишком юный возраст. Мы будем заниматься вместе. Моё единственное условие, не считая обязательной сосредоточенности на занятиях и верности искусству зельеварения – чтобы Вы лучше заботились о себе. Не могу понять, почему Помфри настаивает, что я имею какое-то влияние на Вашу персону, но я передал Вам всю информацию по данному вопросу, и умываю руки. До встречи в школе.
С. Снейп
Гарри положил письмо обратно и закрыл коробку. Он никогда не знал, что думает о нём Снейп. Мальчик, сильно удивлённый, поставил на пол замечательный подарок и улыбнулся. По всему выходило, что Снейп на его стороне.
- Моя очередь, – внезапно произнёс мистер Малфой. Гарри взглянул на него, сидя на полу. Мужчина зашёл за ель и вынес оттуда нечто, напоминающее птичью клетку.
– Я помню, что твоя тётя не признаёт домашних питомцев, так что на каникулах она может оставаться здесь. Я уверен, что она поймёт, когда понадобится тебе. – Люциус поставил клетку перед мальчиком. – Счастливого Рождества, мистер Поттер.
Гарри поражённо уставился на мужчину. Он подарил ему сову? Мальчик остался очень доволен, что презентовал мистеру Малфою его любимый сорт чая. Теперь это казалось недостаточным. Юный маг посмотрел на Нарциссу. Та послала ему улыбку. Она знала и не предупредила его? Не очень-то честно.
- Давай, Гарри. Открой, – вклинился Драко. Поттер стянул бумагу, в которую была завёрнута клетка. У него перехватило дыхание и он еле-еле сдержал рыдание, во все глаза уставившись на птицу.
Он открыл дверцу клетки и протянул руку. Белая сова выпорхнула и уселась на неё. Она ухнула и клювом коснулась щеки мальчика.
- Как ты собираешься её назвать, Гарри? – ласково спросила миссис Малфой. Тот сморгнул слёзы и погладил сову.
Поттер с улыбкой повернулся к Нарциссе.
- Хедвиг, – ответил он. – Её зовут Хедвиг.




Глава 10


Омут памяти.

Гарри проснулся и увидел, что на него смотрит пара янтарных глаз.
- Привет, Хедвиг, – он сел и, улыбнувшись, поздоровался с совой.

Мальчик был рад, что она снова с ним, хоть его и поразило, кто её подарил. Мистер Малфой сделал хороший выбор. Довольно необычно – узнать с другой стороны человека, который тебя пытал. Он уже начал разделять его на «старого Малфоя» и «нового мистера Малфоя». Казалось, только так можно было сохранить рассудок.
Гарри сбросил одеяло, спрыгнул с кровати на ковёр и первым делом погладил Хедвиг. Её радостное уханье заставило его улыбнуться.
- Я пойду в душ, девочка, - сообщил он сове.
Апартаменты, отведённые мальчику в Малфой-мэноре, просто поражали – собственная гостиная, спальня и ванная комната. Драко, должно быть, закатил истерику, когда узнал, что ему придётся делить своё личное пространство с другими детьми.
Усмехнувшись этой мысли, он вошёл в ванную. Закрыв за собой дверь, Гарри включил воду. Пока он снимал пижамную рубашку, по комнате начал расползаться пар.
- Ты всё ещё слишком тощий, а на голове у тебя – воронье гнездо, – сварливо сообщило зеркало.
Именно сварливо, потому что Гарри запретил зеркалу даже упоминать о его шрамах.
- Ты должен обратиться за помощью к лорду Малфою, – скучно предложила стекляшка. Похоже, она устала повторяться.
- Благодарю, – насмешливо ответил Гарри, – И приму к сведению.
Гарри раздевался, не смущаясь присутствием зеркала. С возрастом он растерял застенчивость, особенно в последний год – перед тем, как его захватили. Учитель врывался в его комнату, когда хотел, пару раз очень сильно смутив парня. В конце концов, Гарри тогда было семнадцать, и ему доводилось… делать то, чем занимаются многие его сверстники. Учитель считал, что это весело.
Постояв минуты три под душем, мальчик завернулся в полотенце и вернулся в спальню. Он несколько минут изучал содержимое платяного шкафа, пока не остановился на одном из подарков миссис Малфой. Гарри вытащил чёрные брюки, зелёную рубашку классического покроя и чёрную мантию. Везде были вышиты руны.
Также в шкафу быстро обнаружились чёрные парадные туфли. Старые кроссовки Дадли исчезли, как он подозревал, не без участия Добби. Появились новые носки и нижнее бельё – лучшего качества, чем то, что Гарри себе купил сам. Тренировочный костюм и пижамы не тронули. Миссис Малфой просто дополнила их новыми вещами. Она пытается сделать из меня второго Драко.
Он быстро оделся и покормил Хедвиг. Сова принялась за завтрак, а мальчик, выйдя из своих апартаментов, направился в библиотеку. Была одна книга, которую он, с некоторых пор, хотел прочесть, но всё руки не доходили, поскольку общение с Драко отнимало немало времени. Заниматься он теперь мог только по ночам, да и то с немалым трудом, поскольку миссис Малфой начала его «проверять». Прошлой ночью она поймала Гарри на том, что тот занимается Теорией зельеварения и Древними рунами. Ну не смог он заснуть! На самом деле, ночь сочельника была единственной, которую он проспал полностью. Прошлой ночью учеба помогала убить время… пока Нарцисса его не застукала.
Книга лежала именно там, где он её оставил. Гарри вытащил её с полки и устроился, поджав ноги, в самом большом кресле, какое было в библиотеке, лицом к окну. Оказалось, что никто и не узнает, что он здесь, если не догадается обойти кресло кругом. Мальчик стал невидимкой. Улыбнувшись самому себе, он раскрыл книгу.
«Древние тёмные искусства и их применение» - эта книга вызывала замешательство, но совсем ненадолго. Кроме прочего там содержалось изумительное описание того, как создаются хоркруксы, которое помогло бы ему уничтожить их, не выкладываясь так сильно, как бывало раньше. Гарри ведь не раз терял сознание, а после чаши Хафлпафф и вовсе неделю провалялся в коме (как ему сказали, когда он очнулся). Оказалось, что хоркруксы походят на того, кто их создал. Они могучи и коварны. Грубая сила могла их уничтожить, но без борьбы они не сдавались. Понять их – означало приобрести то самое преимущество, в котором он нуждался.
Мальчик подпрыгнул, услышав голоса, раздававшиеся прямо у входа в библиотеку.
- Люциус, я за него волнуюсь.
Гарри замер. Малфои.
- Он не спал прошлой ночью.
- Драко утверждает, что это для него нормально, – спокойно отозвался Люциус. Гарри услышал, как открылась дверь.
- А ещё наш сын говорит, что Гарри никогда не праздновал Рождество, – голос Нарциссы стал точь-в-точь, как у миссис Уизли, когда та начинала читать нотации.
- Возможно, магглы его не отмечают, – Малфой говорил всё тем же терпеливым тоном.
- Зеркало в его комнате утверждает, что его спина вся в шрамах. Как от ремня.
Я разобью это зеркало!
– Ты считаешь, что это нормально?
- Нарцисса, мы ничего не можем сделать без серьёзных доказательств. Пока мы не поймаем их за руку или мальчик не решится что-нибудь рассказать нам …мы бессильны.
У него разыгралось воображение? Малфой говорит это с сожалением? Новый мистер Малфой, Поттер. Не забывай.
– У меня есть подозрения по поводу того, как с ним обращались дома, но нет доказательств.
- Какие ещё доказательства нам нужны? – хриплым шёпотом возмутилась Нарцисса. – Он вздрагивает от прикосновений, таких кошмаров, как у него, у детей обычно не бывает, он никогда не праздновал Рождество, его одежда – жалкие обноски (ей бы посмотреть на мою одежду, прежде чем я отправился за покупками), он чудовищно худ и у него шрамы на спине. Тем вечером, когда на него напал Макнэйр, он сказал, что «бывало и хуже».
Гарри чуть не выронил книгу из рук. Я такое сказал? Плохо.
– Он скрытный, тихий и предпочитает, чтобы его не замечали. О чём это тебе говорит, Люциус? – повысив голос, обратилась Нарцисса к мужу.
- Что ты сильно привязалась к мальчику, – в его голосе прозвучало понимание. – Я знаю, что ты обеспокоена, Нари, но следующий шаг должен сделать он сам. Надо показать ему, что, когда будет нужно, мы его обязательно выслушаем. Гарри должен быть уверен, что нам можно доверять.
Самые смешные слова в моей жизни! Мальчик услышал, как закрывается дверь. Он откинулся в кресле и вздохнул. Не хватало ещё, чтобы мистер Малфой сюда зашёл. Трудно было бы выпутаться.
Вернув книгу на место, мальчик покинул библиотеку. Читать днём было слишком рискованно, особенно учитывая, как беспокоятся за него хозяева. Интересно, нельзя ли её как-нибудь скопировать, чтобы читать в свободное время, не в доме Малфоев? Вернувшись в свою комнату, он пристроился на подоконнике с «Самыми могущественными зельями». Подлетела Хедвиг и уселась ему на колено.
Улыбнувшись, он начал её гладить, чувствуя, как напряжение от подслушанного разговора покидает его. То ли из-за действия рун, то ли благодаря сове. Хедвиг была одной из тех оборванных нитей, которые ему так и не удалось связать заново в прежней жизни. Она просто исчезла за день до того, как появился учитель. И Гарри никогда её больше не видел. Он скучал по ней больше, чем предполагал. Час спустя, когда раздался звонок к завтраку, мальчик всё ещё читал. Закрыв книгу и ещё раз потрепав Хедвиг по голове, он направился в столовую.
________________________________________
- Мистер Поттер? – Гарри услышал мягкий голос мистера Малфоя, уже выходя из столовой. Он остановился у двери и обернулся. – Можно Вас на минутку?
- Да, сэр. – Мальчик последовал за хозяином Малфой-мэнора. Люциус привёл его в свой рабочий кабинет – туда, куда впервые пригласил Гарри после приснившегося мальчику кошмара.
- Присядьте, пожалуйста, – предложил мужчина, закрыв за собой дверь. Гость выбрал то же место, что и в первый свой визит сюда, и стал ждать, когда глава рода Малфоев соизволит объяснить ему причину, по которой его позвал.
- Я сделал что-то не то, сэр? – поинтересовался Гарри на всякий случай.
- Нет, юноша, – ответил Люциус, также присев. – Я хочу принести извинения за то, что с Вами случилось в моём доме, – голос Мафлоя был полон сожаления.
Из головы мальчика мгновенно выдуло все мысли.
- Прошу прощения? – поперхнулся он. Он говорит не об этом, болван!
- Простите, что без объяснений забегаю вперёд. Я говорю о кануне Рождества, когда мой компаньон напал на Вас на террасе, – объяснил Люциус. – Он был сильно пьян, но его это не оправдывает.
- Всё в порядке. Я имею в виду, когда человек пьян, он может наделать глупостей. – Гарри старался не заикаться. У него имелся богатый опыт общения с пьяным дядей. Вернон никогда не вспоминал, что он делал, напившись, но мальчик чувствовал, что тот извинился бы перед ним… если бы не такая сильная ненависть к племяннику.
- Ничего подобного, - терпеливо возразил Малфой. – Вы знакомы с понятием виры, мистер Поттер? – мужчина наклонился вперёд, упираясь локтями в колени, что заставило мальчика посмотреть прямо на собеседника.
- Нет, сэр – отозвался он. Гарри даже слова такого не слышал.
- Вира – древняя традиция, существовавшая ещё до Основателей, – разъяснил Люциус, - Традиция возмещения. Ранее служила наказанием за убийство, а в наши дни применяется в случае причинения вреда, – лицо мужчины приняло забавное выражение. – Когда я пригласил Вас в гости, это вызвало к жизни древние традиции. Традиции гостеприимства и родительской заботы, – он улыбнулся мальчику.
Желудок Гарри свело. Родительской заботы? Это значит…?
- Я не понимаю, сэр – нахмурился мальчик, слегка покачав головой.
- Когда Макнэйр напал на Вас в канун Рождества, с таким же успехом он мог напасть лично на меня. Ущерб тот же самый, – объяснил Малфой. У Гарри не укладывалось в голове, что мужчина так терпелив. – Пока Вы у меня в доме, мистер Поттер, и под моей защитой, Вы – мой ребёнок.
- Простите? – пискнул мальчик. Снейп обещал ему пожизненную отработку, если он не бросит привычку отвечать на вопросы междометием «а», что ставило под угрозу поиски хоркруксов.
- Ничего официального – не на бумаге. Это всего лишь означает, что пока Вы в моём доме и под моей защитой, де-факто Вы – мой сын, – Люциус взглянул на гостя и чуть-чуть нахмурился. – Вы сбиты с толку? Не понимаете латыни?
- Только названия заклинаний, сэр, – отозвался мальчик.
- Очень хорошо. Я прослежу, что бы у вас были соответствующие книги. Я пытаюсь объяснить, что, пока Вы здесь, Вы – мой воспитанник. Макнэйр напал на Вас – это всё равно, что напасть на кого-нибудь из Малфоев, – маг изучающе на него посмотрел. – Теперь понимаете?
- Это насовсем? – спросил Гарри. Он не мог такого допустить. Никогда он не будет во власти Малфоев. Ни за что в мире.
- Нет, мистер Поттер, – сказал мужчина с едва заметной усмешкой. – Не насовсем, разве что Вы сами захотите.
Мальчик в изумлении уставился на Малфоя. Тёмного Лорда хватит удар. Оно того стоит, почти.
- Думаю, моя тётя будет по мне немного скучать, – невозмутимо ответил Поттер. Люциус несколько минут пристально на него смотрел, а затем кивнул.
- Хорошо. Макнэйр здесь, чтобы извиниться за своё поведение в тот вечер, – мистер Малфой встал.
- О. – Гарри и не подозревал, что вновь увидит экс-Пожирателя. Он нащупал палочку в рукаве. – Весьма учтиво с его стороны, – отозвался мальчик. Он не понял значения кривой улыбки, появившейся на лице хозяина поместья.
- Именно так, – они прошли из кабинета в холл. – Он – в парадной гостиной. Я всё время буду с Вами.
Гарри показалось, что мужчина пытается его подбодрить.
Малфой открыл дверь и вошёл первым с палочкой в руке, не скрывая её от другого взрослого волшебника. Макнэйр стоял в центре комнаты с коробкой в руках. Гарри захотелось зааплодировать - экс-Пожиратель хорошо скрывал владевшую им нервозность. Мистер Малфой всегда выглядел очень грозно, и, несомненно, воспринял действия компаньона как личное оскорбление. Любопытненько.
Войдя в комнату, мальчик остановился. Он ждал, что будет дальше… что бы это ни было. Малфой рядом с ним прочистил горло, и Макнэйр сделал шаг вперёд.
- Мистер Поттер, – медленно начал он, – Я хочу принести извинения за своё отвратительное поведение в канун Рождества, – продолжил мужчина, выпрямившись во весь рост. – Мне нечем объяснить его, кроме моей глупости и того, что я был не в себе.
Мальчик только и мог, что изумлённо смотреть на человека, который только что швырнул свою гордость к ногам Гарри и потоптался по ней.
- Я понимаю, что моим действиям нет оправданий.
Юный маг только кивнул в знак согласия. Нападать на Гарри Поттера, когда ему девятнадцать, и он отлично натренирован для битвы – это одно, но наброситься на беззащитного (как они думали) одиннадцатилетнего мальчишку – совсем другое.
- Я надеюсь, что подарок, который я принёс в качестве компенсации, поможет изгладить мою глупость из Вашей памяти, – Макнэйр поставил коробку на стол.
Мистер Малфой подошёл к столу, встав между экс-Пожирателем и Гарри, и сделал приглашающий жест.
- Подойдите и откройте её, мистер Поттер.
Поглядывая одновременно и на Макнэйра, и на Люциуса, тот приблизился к столу. Неуверенно протянув руку, он потянул за шнурок. Стенки коробки упали, открыв взглядам присутствующих каменный Омут Памяти. Мгновение Гарри разглядывал непонятные символы, вьющиеся по краю чаши, а затем встретился взглядом с мистером Малфоем.
- Это Омут Памяти, – зачем-то сказал он.
Мальчик провёл пальцем по стенке чаши, а в голове уже метались мысли о том, как полезен может быть этот подарок. Отныне ему не нужно запоминать всё подряд. И можно будет временно передохнуть от призраков из прошлого.
- Да, – невозмутимо подтвердил Малфой. – Вы принимаете? – подтолкнул он Гарри.
Мальчик понял, что мужчины ждут его слов.
- Принимаю, – спокойно сказал он.
- Спасибо, мистер Поттер, - произнёс Макнэйр с явным облегчением в голосе. – Надеюсь, я не испортил ваши каникулы?
- Нет, мистер Макнэйр. Каникулы, по большей части, я провел очень хорошо.
Маг быстро кивнул.
– Спасибо за извинения.
- Благодарю, что приняли их, – отозвался мужчина, отступая на шаг.
- Мистер Поттер, будьте любезны, подождите в коридоре, – с едва заметной улыбкой предложил Малфой, протягивая мальчику Омут Памяти.
- Да, сэр, – Гарри взял свой подарок. Он кивнул Макнэйру и крутнулся на пятке. Он встал снаружи у самой двери, гадая, не хочет ли хозяин поместья украсить себе праздник ещё и убийством. Гарри видел, что экс-Пожиратель едва сдерживает гнев, и если способ, которым он объяснялся с Поттером прежде, хоть немного говорил о его характере… что ж, мальчику совсем не улыбалось во время рождественских каникул видеть ещё один труп.
Он услышал, как заработала каминная сеть, и расслабился. Сегодня трупов не будет. Мистер Малфой вышел в коридор и кивнул ему.
- Идёмте, мистер Поттер, – вежливо предложил он.
Гарри вслед за хозяином Малфой-мэнора вернулся в кабинет и занял указанное ему место.
- Могу ли я спросить, откуда Вам известно про Омут Памяти? – Малфой встал спиной к камину, заложив руки за спину и чуть наклонив голову в сторону гостя.
- Я читал о них, – не моргнув глазом, ответил мальчик.
- Вот как. Читали. – Гарри едва не рассмеялся, уловив выражение досады на лице собеседника. – Мне следовало помнить, что Вы с Ровенкло.
Гарри посмотрел на Омут и усмехнулся.
– Как я понимаю, Вы читали и о том, как их использовать? – Люциус поднял бровь.
- Да, сэр. С помощью моей палочки. – Он пожал плечами. – Кажется, это довольно просто. Мальчик подёргал край коробки и закусил нижнюю губу – привычка, которую он несколько лет назад позаимствовал у Гермионы, и от которой никак не мог избавиться.
- Тогда хорошо. Дайте мне знать, если Вам понадобиться помощь, – Малфой подошёл к столу. – После ланча мы всей семьёй отправляемся в клинику Святого Мунго. Вы можете к нам присоединиться.
Гарри ощутил холодок под ложечкой.
- Зачем? – спросил он.
Он, определённо, не любил больницы вообще, а магическую - особенно. Слишком много народа…
- Вы когда-нибудь слышали выражение «noblesse oblige» (положение обязывает)? – Малфой сложил руки на животе.
Гарри склонил голову набок.
- Я слышал об этом, сэр. Это что-то вроде обязательств, которые берут на себя благородные семьи, – вспомнил он занятия, которые посещал не так давно. Во французском Поттер не был силён.
- Вы совершенно правы, – похвалил его Люциус. Гарри задумался, не полагается ли ему гордиться. – Семья Малфоев немало жертвует больнице Святого Мунго, и каждый год в День рождественских подарков мы её посещаем. Это, скорее, светское мероприятие, но мне нравится следить, как используются мои вложения. Нарцисса и Драко всякий раз меня сопровождают. Вы также можете присоединиться к нам в качестве гостя, – предложил мистер Малфой. – Я знаю, Драко будет рад сверстнику – ему там очень скучно.
Дурацкий комплекс вины, заставляет думать, что я обязан пойти. Тем не менее, будет здорово проветриться - я даже смогу улизнуть в Лютный переулок и немножко подготовиться к лету. Слишком сильно скучать по мне они не будут.
- С удовольствием, сэр, – ответил мальчик.
- Очень хорошо, Нарцисса поможет Вам подобрать подходящую одежду. Ну что ж, идите, веселитесь.
«Чтение книги «О Тёмных Искусствах» считается?», подумал Гарри, выйдя из кабинета и направляясь в свою комнату. Бывают вещи, которые зависят исключительно от определения, а последние у разных людей часто не совпадают. Всё-таки книга пока в его распоряжении.
________________________________________
Гарри вынырнул из Лютного переулка, справившись с сильнейшим желанием содрогнуться. Здесь ничего не изменилось – так же разило тёмной магией и нарушением закона. Он почувствовал себя... запятнанным. Мальчик наложил на себя очищающее заклинание. Как здорово, что в толпе взрослых волшебников Министерство магии не заметит, что он колдует! У него было предчувствие, что не используй он это заклятье, Малфой мог что-то заметить. Так что, оно стоило того, чтобы рискнуть.
Он вернулся в клинику Святого Мунго, проскользнув мимо безумной мамы, у ребёнка которой были чрезвычайно большие руки. Поттер сказал Малфоям, что ему надо в туалет; сейчас он надеялся, что те решат, будто он заблудился. Мальчик отсутствовал дольше, чем собирался. В меблированных комнатах, где он раньше бывал, сидел всё тот же угрюмый администратор, который не «относился с дружелюбием к маленьким». Гарри пришлось его убеждать, что он просит сдать не забронированную заранее комнату вовсе не для того, чтобы создавать им проблемы.
Проходя через детское отделение, он остановился возле игровой комнаты. Маленькие дети занимались своими делами. Гарри помедлил, не увидев смотрительницы. А что, если в её отсутствие что-нибудь случится? Это и помогло ему решиться. Он открыл дверь и вошёл в помещение. Некоторые дети оглянулись на него и вернулись к играм. Должно быть, посетители здесь бывали часто, поэтому на них не обращали внимания.
Оглядев комнату, он заметил девочку лет семи, в одиночестве сидящую в углу. На ней была обычная пижама, а не больничная. Русые волосы не могли скрыть слёз на её лице… и кошачьих ушей. Гарри подошёл к ней и улыбнулся
- Здесь свободно? – он указал на очень большую подушку рядом с ней. Девочка кивнула, и мальчик уселся рядом.
- Я – Гарри, – представился он. – А ты?
- Наталь, – прошептала она.
- Красивое имя.
- По-итальянски оно значит «Рождество». Моя мама – итальянка, – объяснила девочка по-прежнему шёпотом.
- Ясно. А почему ты сидишь одна? Разве ты не хочешь поиграть с другими ребятами?- взгляд, который заработал Гарри, был способен уничтожить самого Волдеморта.
-Я не нравлюсь им, потому что я магг, – резко бросила она
- В смысле, маггл?
- Да! – сообщила ему Наталь самым раздражённым тоном, который он когда-либо слышал от ребёнка.
- Ты – не маггл. У тебя есть уши. Эти, – указал он. Её руки взлетели, чтобы прикрыть уши.
- Как это вышло? – спросил мальчик, пытаясь справиться с любопытством.
- Я хотела стать котёнком. Но получились только уши.
- Милые ушки. Некоторые волшебники всю жизнь пытаются превратиться в животное. Ты уже смогла больше, чем многие взрослые маги.
- Значит, мои уши – это хорошо? – в её голосе послышалась надежда
- Да. Очень хорошо. Когда-нибудь ты станешь сильной ведьмой, – пообещал Гарри.
- Я не хочу быть ведьмой. Сам-Знаешь-Кто не любит магглорождённых волшебниц.
- О, – мальчик взъерошил себе волосы. – Извини, только я не знаю, кто.
- Злой волшебник, который напал на Гарри Поттера, – ответила девочка. – Мне всё рассказал о нём один мальчишка.
- Ты имеешь в виду Волдеморта? – спросил Гарри.
- Нельзя говорить его имя! – поперхнулась Наталь и закрыла лицо ладонями. – Теперь он придёт за нами!
- Я всегда его говорил, – Гарри отвел её руки от лица.
Девочка изучающе на него взглянула и её глаза округлились.
- Ты – Гарри Поттер! – тихо выдохнула она.
Мальчик улыбнулся.
- Да, я. И не позволю Волдеморту навредить тебе, – пообещал он. – Ты вообще можешь про него забыть.
- Ой, – Наталь потеребила пуговицу на пижамной кофте и вздохнула. – Ладно, – согласилась она со всей возможной для семилетнего ребёнка небрежностью.
- Гарри?
- Да, Наталь? – отозвался тот, когда девочка замялась.
Вот почему я вернулся - чтобы защитить таких, как она. В прошлый раз я проиграл, но не собираюсь повторять ошибок.
- Ты почитаешь мне сказку? – Наталь подняла детскую книгу в яркой обложке, которая называлась «Мерлин и день забот».
- Конечно, – он принял книгу из рук девочки. Когда он начал читать, Наталь сидела рядом. Когда мальчик дошёл до четвёртой страницы, она забралась к нему на колени, а к концу истории вокруг них собрались дети.
- Конец, – объявил он.
- Давай эту! – попросил мальчик, покрытый пятнами непонятного происхождения. Гарри взял книгу и едва не рассмеялся, посмотрев на иллюстрацию на обложке. Весьма обеспокоенная мумия ростом с ребёнка сматывала бинт, а заголовок гласил: «Маленькая мумия распутывается».
- О, хорошая книжка, – похвалил Поттер, открывая её. – Маленькой мумии жилось счастливо… – начал он.
Он прочёл сказку до конца и смеялся не меньше детишек, когда Маленькая мумия нашла обрывок бинта в коридоре гробницы, решила, что это её, и подумала, что разматывается.
- О нет! Что же мне делать? – прочёл юный маг высоким писклявым голосом. Рядом захихикала Наталь.
________________________________________- Я пригласил мальчика с нами и потерял его! Что же я за хозяин? – спросил мистер Малфой у своей жены.
- Гарри сказал, что собирается в туалет, – встрял Драко.
- Мы их все проверили, так же, как и коридоры и комнаты для посетителей, – сообщил Люциус. – Его нигде нет, Драко.
- Мистер Малфой! – задыхающаяся на бегу секретарь вбежала в помещение, – Кажется, мы нашли его, – выдохнула она.
- Ну, и где же он? – отрывисто спросил Малфой. Хорошее Круцио принесло бы гораздо больше пользы, чем выражение «терпеливого понимания», которое было на его лице в ту минуту. Секретарь поманила Люциуса и вышла из комнаты. Мистер Малфой крепче сжал трость и ринулся вслед за женщиной, бормоча под нос проклятья. Женщина провела всё семейство вниз по лестнице в педиатрическое отделение. Они остановились у игровой комнаты.
- Это он? – секретарь указывала внутрь. Люциус заглянул в комнату и осмотрел детей, ища типичное стоическое лицо. Он услышал, как рядом судорожно вздохнула Нарцисса, и обернулся к жене.
- Люциус, он смеётся! – её лицо сияло изумлением.
Нахмуренный Драко всматривался в друга.
- Я никогда не видел, чтобы он вот так смеялся, – сообщил он родителям. Гарри чуть не плакал от смеха над какой-то детской книгой.
- Он читает им, Люциус, – Нарцисса взяла мужа за руку, – И выглядит таким счастливым.
________________________________________
- … и Маленькая мумия узнала, что мумии не могут распутываться, – он на секунду умолк и увидел, что дети ловят каждое его слово. – Конец.

Это объявление вызвало дружный стон.

– Извините, но сказка про Маленькую мумию закончилась.
- Можешь почитать другую? – попросил какой-то мальчик, держа в руках стопку из шести или семи книг.
- Нет, боюсь, не могу, – отозвался юный волшебник, – Я бы с удовольствием, но мне пора.
Когда он собрался встать, Наталь крепко его обняла.
- Гарри? – прошептала она, когда дети начали разбредаться к своим игрушкам.
- Гм?
- Можно твой автограф? – застенчиво попросила девочка.
Мальчику оставалось только улыбнуться. Она, наверно, долго набиралась смелости.
- Конечно.
Наталь радостно взвизгнула и метнулась за пергаментом и цветными карандашами. Гарри принял всё это у неё из рук и подошёл к столу. Он набросал несколько слов и подписался.
- Спасибо! – Девочка посмотрела на пергамент. – А что тут написано? – спросила она, вертя свиток, словно это поможет понять смысл записки.
Тут написано «Наталь, будь лучшей ведьмой, какой только сможешь. Я позабочусь о Волдеморте. Твой друг Гарри Поттер».
- Ладно, Гарри. Я очень-очень постараюсь!
- Я больше ничего не прошу. – Он дал девочке ещё раз обнять его на прощание и с лёгкой улыбкой посмотрел, как она уходит.
Дети такие…жизнерадостные. Поттер повернулся к двери и увидел за порогом семейство Малфоев в полном составе. Мальчик побледнел, втянул голову в плечи и вышел из игровой комнаты.
Выйдя в коридор, он взглянул на Люциуса. Лицо мужчины ничего не выражало, что заставило Гарри ещё больше занервничать.
- Простите, я заблудился, и дети…
- Вы считаете, что мы на Вас сердимся? – поинтересовался Малфой-старший.
Этот человек успешно выкручивал тебе руки. НЕТ. Это новый мистер Малфой.
Гарри моргнул, решая, подобрать ему челюсть с пола сейчас или позже, когда до мальчика дошло, что у него не будет неприятностей.
- А нет? – спросил он нерешительно. Мальчик взглянул по очереди на каждого из Малфоев и чуть не начал отбиваться, когда Нарцисса заключила его в объятия.
- Мы просто рады, что с тобой всё в порядке, – она пригладила ему волосы.
- Ох, – оторопело отозвался Гарри. Вокруг творилась какая-то бессмыслица. Хотелось сбежать…ой.
Ты больше не там, Гарри.
- Думаю, пора идти домой, –миссис Малфой выпрямилась. Она легко положила руку на затылок мальчика и повела его из педиатрического отделения. Он подчинился, приноравливаясь к её шагу. Он начал понимать смысл прикосновений. Миссис Уизли тоже не могла удержаться – она старалась так или иначе дотронуться до Гарри, когда тот возвращался после занятий, не обращая внимания на то, что ему от этого было чрезвычайно неуютно. Как только они вернутся в особняк, он спрячется в своих апартаментах. Ему необходимо побыть одному.
________________________________________
Ужин стал для мальчика испытанием. Супруги обсуждали семейные дела. На самом деле, Гарри понимал, что они делали – не обращали на него внимания. Что его полностью устраивало. Он на это надеялся. Мальчику не хотелось, чтобы они снова сосредоточились на нём, хватило и последних дней. Впервые со времени приезда из Хогвартса ему было уютно в столовой.
После ужина он отклонил предложение поиграть, сославшись на усталость. Драко запротестовал по поводу столь раннего отхода ко сну, но миссис Малфой практически вытолкнула Гарри на лестницу. Мальчик без труда понял, чего она хочет – чтобы он отдыхал как можно больше. Не споря, он пожелал всем присутствующим доброго вечера и скрылся в своей комнате.
Мальчик приветствовал Хедвиг, как следует погладив любимицу и расхвалив её нрав и красоту, которой она превосходила всех прочих сов. Он соскучился по ней сильнее, чем думал. Хедвиг была необыкновенно довольна и нежно ткнулась головой в его руку, чтобы сообщить об этом. Гарри улыбнулся и погладил её ещё раз.
Излив на Хедвиг столько любви, сколько мечтал бы получить любой, Поттер провёл тренировку – короткую, но напряжённую. Ему не хватало свободы Выручай-комнаты. Там его не беспокоил никто. Не нужно было волноваться, что кто-то думает о том, чем он занят, или задаёт неудобные вопросы. Всё равно ответов у него не было.
Остыв после тренировки, мальчик принялся за домашнее задание. В прошлый раз в Хогвартсе Гарри не стал выбирать Древние руны, но теперь знал, что от них будет больше пользы, чем от Прорицания. Те занятия были пустой тратой времени… и способностей.
Часов пять спустя он вздрогнул от негромкого голоса, донёсшегося от двери:
- Почему ты всё ещё не спишь?
Он бросил перо и посмотрел на часы. За полночь. Он развернулся к двери и увидел, что на пороге стоит миссис Малфой.
- Не мог заснуть.
Он себя чуть подзатыльник не дал, сообразив, что не переоделся.
- Трудно засыпать за столом, не так ли? – на её лице появилась улыбка, причём наверняка заразная. Гарри чуть не улыбнулся в ответ.
- Пойдём, уложим тебя спать.
- Я сам, – отозвался мальчик, ужаснувшись тому, что скрывалось за её предложением «уложить его в кровать».
- Хорошо. Я подожду, пока ты переоденешься.
Гарри только и оставалось, что уставиться на неё, когда женщина повернулась к нему спиной. Погодите, она просто собирается здесь стоять? Пока он переодевается? Гарри вытащил чистую пижаму и прошмыгнул в ванную. Он ни за что он не станет переодеваться при миссис Малфой, даже если та отвернулась.
Несколько минут спустя он вышел обратно и прокашлялся, чтобы привлечь её внимание. Женщина повернулась к нему и улыбнулась.
- Доброй ночи, миссис Малфой.
Улыбаясь, она пересекла комнату и откинула одеяло. А потом махнула рукой, чтобы он забирался в кровать.
Она собирается всё сделать как надо, так? Только не надо поцелуя с пожеланием спокойной ночи!
Гарри забрался в постель, а миссис Малфой подоткнула одеяло. Она нащупала пушистую игрушку и передала её мальчику.
- Спасибо, - поблагодарил тот.
- Каждому бывает нужен плюшевый друг, – подмигнула она. – Только не говори Люциусу. У меня до сих пор есть игрушка – с детства осталась, а Драко под кроватью прячет дракона.
О, если бы Гарри знал об этом в предыдущей жизни! Он мог бы это использовать. Почему-то он понял, что не возражает против плюшевого мишки под подушкой. В детстве у него такого не было и сейчас…ну, он не мог проявлять свои чувства. Поттер знал, что сказал бы Снейп. А ещё у него появилось ощущение, что где-то перевернулся в гробу его учитель. Но мальчику было всё равно.
Миссис Малфой присела на краешек кровати. Некоторое время Гарри внимательно на неё глядел. Она вынула волшебную палочку, и лампы потускнели, превратившись в неярких сказочных светлячков. Огонь в камине ещё не угас, и его отблески плясали на лице Нарциссы. Волшебница улыбнулась мальчику и принялась ерошить ему волосы. Размеренным голосом женщина рассказывала о Малфой-мэноре, и Гарри заснул на истории о потайном ходе где-то в восточном крыле особняка.



Глава 11


Приветствую, вот новая глава. Как всегда -аплодисменты бете за его труд. Прятного чтения

Таинственность
- Не стесняйся – ударь меня, – проскрежетал он прямо в ухо Гарри. – Ты просто себя изматываешь.
Парень попытался освободить руки и почти попал в нападавшего коленом.
- Близко, Поттер, – усмехнулся мужчина и снова швырнул Гарри на землю.
Тот ударился головой – перед глазами заплясали звёзды. Он замер, пытаясь до конца понять, что произошло.
- Запомни, Поттер, ты больше не штатский. Ты теперь солдат, и чем быстрее начнёшь действовать, как солдат, тем легче тебе будет тренироваться. – Он перестал прижимать Гарри к земле, поднялся и скрылся за дверью.
- Вы не сделаете из меня убийцу, – прошептал парень скорее для себя, чем для кого-то ещё. – Не сделаете.
- Гарри? – мальчик моргнул. Откуда здесь взялся этот голос?
- Нет, – он не поверил своим ушам. Если этот человек был здесь, значит, Боги над ним смеются.
- ГАРРИ!
Глаза мальчика распахнулись, и он вскочил на ноги. Палочка выскользнула из рукава, готовая сотворить щит.
- Ого!
Гарри взглянул на пол – кто-то маленький, в чёрном, съёжился около сидения в купе. Подождите. Купе? Поезд? Хогвартс-экспресс?
- Гарри. Это Драко, – донеслось из складок мантии. – Ты проснулся?
- Теперь да, – юный маг плюхнулся обратно на сиденье. – Прости – ты напугал меня.
- Не беспокойся. Кажется, тебе приснился кошмар, – Драко встал и отряхнулся.
Если ты думаешь, что это был кошмар…
- Вроде того, – пожал плечами Гарри. – Спасибо, что разбудил.
Драко не проронил ни слова. Он только улыбнулся другу и протянул носовой платок. Мальчик взял его и нахмурился. Что? Драко заметил его взгляд и показал на лицо Гарри. Тот поднёс руку к щеке и ощутил, что она влажная. Он шмыгнул носом и торопливо вытер лицо, а потом быстро наколдовал очищающее заклинание, чтобы вернуть платку обычную чистоту.
- Спасибо.
- Забудь. Мы уже почти в школе, – Малфой поднял с пола книгу по латыни, которая упала, когда Гарри вырвался из кошмара.
- О, – Поттер открыл чемодан и начал рыться в нём в поисках школьной мантии. Он натянул форму, для полноты образа накинув ровенкловский шарфик.
- У тебя на голове воронье гнездо, – раздался сзади голос Драко.
- А в твоих волосах может застрять бладжер, – улыбнулся Гарри. Малфой-младший поднял руки в знак того, что сдаётся, и вернул улыбку.
- Туше, – произнёс слизеринец.
Поезд замедлил ход, а потом остановился. Объявление о прибытии в Хогсмид больше Поттера не удивляло. Вслед за Драко он покинул купе и направился к экипажам. Мальчик устроился поудобнее, не обращая внимания на фестралов,. И никак не мог дождаться, когда же, наконец, вернётся в Хогвартс.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Снейп откинулся на спинку стула и оглядел вернувшихся студентов. Большинство из них в дороге съели слишком много сладостей, и поэтому были чрезмерно возбуждены и полны энергии. Он не стал рассматривать каждого студента, который мог оказаться гриффиндорцем, хотя близнецы Уизли заняли позицию у дверей и, скорее всего, замышляли очередную шалость. Минуточку. Его взгляд скользнул к дверям. Они действительно что-то замышляли! Профессор встал и обошёл вокруг стола, и в этот миг появилось облако дыма и одновременно раздались два крика. Он ожидал подобных воплей от первокурсников, но ему и в голову не приходило, что такие звуки могут издавать близнецы Уизли.
Кто-то повернул против них их же шутку и отплатил так, чтобы побольше смутить: из всей одежды на них остались только трусы. Снейп почувствовал, как дрогнули уголки его губ. Нельзя… смеяться… вслух.
- Мистер Уизли? – подчёркнуто медлительно спросил он. – Вы ничего не забыли?
Ученики, собравшиеся вокруг парочки, захихикали. Зельевару лишь стоило приподнять бровь, и смех увял.
- Э-э, нет, профессор, – невозмутимо отозвался то ли Фред, то ли Джордж.
- Вообще-то, профессор…
- Мы забыли…
- Поискать среди первоклашек…
- Какой-нибудь новый талант.
Снейп ненавидел, когда они говорили вместе – сильнее, чем любую другую их фишку. Скорее всего, это было заклинание.
- Э-э?
Я и в самом деле должен прекратить травить студентов…нет.
- Да, у того, кто…
- Разгадал эту шалость…
- Блестящее будущее…
- В качестве шутника.
- Или, сказать лучше, партнёра, Джордж!
- Совершенно верно, Фред! Партнёра…
- В шуточном бизнесе! – произнесли оба одновременно и расплылись в улыбке. – Пожалуйста, сделайте шаг вперёд, чтобы мы могли воздать должное Вашим способностям.
- У вас обоих отработка, господа Уизли, – он собирался добавить «со мной», но вспомнил об уроке с Поттером, – с мистером Филчем завтра вечером.
Их лица вытянулись, а потом засияли. Завтра вечером завхоза придётся спасать. Профессор взмахнул палочкой, и близнецы снова оказались одеты.
- А теперь перестаньте загораживать проход.
Парни поклонились и направились к гриффиндорскому столу, о чём-то перешёптываясь – очевидно, планировали устроить какую-нибудь пакость на завтрашней отработке. Студенты, собравшиеся у двери, проскользнули мимо Снейпа к своим местам.
Зельевар вернулся к преподавательскому столу и уселся.
- Отличная работа, Северус, – прокомментировал Дамблдор. - Я появился под конец. Что произошло?
- Близнецы Уизли устроили очередную выходку… и кому-то хватило ума их переиграть. Думаю, что это слизеринец, – сообщил зельевар директору.
Взгляд Снейпа скользнул по слизеринскому столу и остановился на Драко. Тот усмехнулся и на что-то указал. Снейп посмотрел в том направлении и обнаружил маленького мальчика, который уткнулся в книгу. Неужели Драко намекал, что это устроил Поттер? Любопытно.
- Продолжай, Северус, – подбодрил директор. - Тот, кто обернул шутку близнецов против них самих, должно быть, действительно хитёр.
Дамблдор улыбнулся зельевару и вернулся к еде.
– Итак, у тебя, наверно, есть интересные планы на семестр? – спросил директор, положив на тарелку Снейпа овощей.
Тот не обратил на это внимания.
- Кое-что меня беспокоит, – признался Северус, принимаясь за бифштекс.
- Что-то с твоими змейками?
- Нет – с одним студентом, которого я учу зельям, – отозвался профессор.
Он посмотрел в свою тарелку и хмыкнул. Можно спрятать вот этот большой кусок брокколи под картофельной кожурой.
- Студентом? – на лице директора отразилось недоумение.
- Я думал, Вы уже знаете, – сказал Снейп, искренне удивлённый, что Дамблдор до сих пор не запретил ему обучать Поттера зельеварению.
- Северус, хотя твоя непоколебимая вера в моё предполагаемое всеведение мне льстит, боюсь, я не в курсе, – произнёс директор, подложив собеседнику ещё кусок брокколи взамен спрятанного.
Снейп нахмурился и прикинул, как ему обойтись с добавкой.
- У меня есть студент, который проявил талант к зельям, - он взмахнул палочкой, и спрятанная брокколи исчезла.
Зельевар хмыкнул.
- Замечательно! – воскликнул Дамблдор, с улыбкой поедая свою порцию капусты. – И кто именно?
- Не могу сказать. Мы с ним условились, что пока это секрет.
Они с Гарри о таком не договаривались, но сейчас профессор чувствовал, что кое о чём лучше умолчать. И об этом в том числе.
– Я лишь беспокоюсь о том, что студенту слишком легко всё даётся. Разрешить ему работать по общей программе или идти дальше? – размышлял он, разрезая брокколи на мелкие кусочки.
- Пускай сам устанавливает, с чем он… она… может справиться. Ты поймёшь, какой уровень ему нужен, – заверил его директор. Немного помолчав, он хихикнул: – Эта брокколи сама себя не съест.
Снейп скривился. Он ненавидел брокколи.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Драко опустился на стул в общей слизеринской гостиной и открыл личный шкафчик. Он пообещал родителям, что, приехав в Хогвартс, сразу же им напишет.
Дорогие мама и отец,
Гарри и я благополучно прибыли в Хогвартс. Замечательный приветственный обед, потрясающий пудинг… хотя всё же не такой вкусный, как тот пирог, который был у нас на Рождество.
По дороге в школу Гарри заснул и у него был кошмар. Папа, мама, я знаю, он не хотел, чтобы я вам об этом рассказал, но он разговаривал во сне. Даже мне известно, что для одиннадцатилетнего мальчика ненормально произнести во сне: «Вы не сделаете из меня убийцу». Должен отметить, что его сны мне не нравятся. В них так много агрессии. Его слова меня беспокоят. Что мне делать? Посоветуйте. Надеюсь на скорейший ответ.
Ваш любящий сын
Драко
Мальчик запечатал письмо и встал. Как раз хватит времени, чтобы отправить его до отбоя.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Снейп уставился в никуда, обдумывая, почему его кофейная чашка оказалась пуста. Он был уверен, что кофе там только что был. Но взял и исчез. Скорее всего, шалость кого-то из студентов. Профессор как раз решал, какой из факультетов достоин потерять очки, когда увидел, как чья-то рука поставила перед ним кофейник. Он изогнул бровь, когда чашка снова наполнилась до краёв.
- Вот ты где, Северус, – с улыбкой обратилась к нему Макгонагалл.
Снейп кивнул ей и принялся за вторую на сегодня порцию кофе. Возможно, Гриффиндор сохранит свои очки. Он чуть не выронил чашку, когда прямо перед ним опустилась сова.
Профессор уставился на назойливое создание и начал перебирать в уме, какие из этой птицы можно приготовить зелья. Сова выставила лапу, дожидаясь, пока мужчина возьмёт письмо. Снейп фыркнул, но пергамент всё же взял. Подсунув под печать палец, он сломал её и взглянул на аккуратный почерк.
Дорогой Северус,
Драко написал нам письмо и рассказал о поездке на поезде в Хогвартс. У Гарри был ужасный кошмар и он разговаривал во сне. Не хочу тебя тревожить, но он сказал: «Вы не сделаете из меня убийцу». Что с этим можно поделать? Как одиннадцатилетний мальчик может говорить такое? Пожалуйста, Северус. Не мог бы ты с ним побеседовать? Думаю, он мог бы тебе довериться. Дай мне знать, если могу быть полезной.
Искренне твоя
Нарцисса
Снейп прочёл письмо несколько раз и уставился в одну точку. Он что, гриффиндорец? Профессор замер и посмотрел на студентов. Его взгляд остановились на Поттере, и он вздохнул. Мальчишка выглядел так, словно не спал вовсе – затуманенные глаза были обведены тёмными кругами.
Почему я всегда должен спасать студентов от них самих?
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Гарри поковырял кашу и вздохнул. Этим утром у него не было аппетита. Минувшей ночью ему снились плохие сны, полные таких образов… хорошо бы совсем от них избавиться. Он не хотел помнить, что такое бывает, не хотел знать, что люди способны на подобную жестокость. Совсем как…животные. Его желудок взбунтовался, и мальчик уронил ложку. Завтрак сегодня он явно не доест. Может, мадам Помфри даст ему зелье, чтобы успокоить желудок?
Он подпрыгнул, когда что-то белое неожиданно приземлилось перед ним.
- Хедвиг! – радостно воскликнул мальчик, когда сова уселась около его тарелки. – Какая же ты умница! Нашла меня с первого раза, да?
Он почесал ей голову и взял из тарелки Терри кусочек бекона, чтобы покормить любимицу.
- Ты самая умная сова в мире! – прошептал он ей.
Хедвиг ухнула и отдала Гарри маленькую коробочку.
- Спасибо, девочка. Хочешь ещё бекона? – предложил он.
Сова утвердительно ухнула и приняла награду. Она нежно ущипнула мальчика за пальцы и взлетела со стола, направляясь в совятню.
- Ты что-то дома забыл? – спросил Терри, опять положив себе бекона с общего блюда.
- Я не был дома, так что нет, – ответил Гарри. – Я провёл каникулы с Малфоями, – сообщил он, проверив свёрток на наличие каких-либо шуток или вредоносных заклинаний.
- Наверно, это было...по-другому, – дипломатично заметил приятель.
- Так и было. Очень познавательно. Ты знал, что у каждого традиционного украшения есть особый смысл? – отозвался мальчик, открыв коробочку.
Наверху лежал конверт. Он поднял его и открыл.
- Нет, не знал. Мне придется над этим поработать, – отозвался Терри, возвращаясь к своему завтраку.
- Это очень интересно, – отсутствующе сказал Гарри.
Он посмотрел на письмо.
Дорогой Гарри,
Надеюсь, ты очень рад предстоящему семестру. Уверена, ты будешь усердно учиться и будешь стараться изо всех сил. Только попытайся не переутомляться. Выходи иногда на свежий воздух и делай зарядку. Играй. Если будешь слишком много учиться, то заболеешь. Пожалуйста, позволь мне поблагодарить тебя за приезд на Рождество. Мы с Люциусом более чем рады принять тебя в любое время. Он согласен, что пока ты был здесь, то чувствовал себя членом семьи. Береги себя. Хорошего семестра.
Искренне твоя
миссис Малфой
P.S. В коробочке сладости и кое-что для тебя. Добби очень суетился, пока мы не сказали, что планируем отправить посылки и тебе, и Драко. Наслаждайся.
Н. Б. М.
- Гм.
Гарри сунул письмо обратно в конверт и заглянул в коробочку. Мышки-ледышки, драже Берти Боттс, несколько видов печенья. «Добби пытается меня раскормить», - подумал мальчик. Закрыв коробку, он положил её в школьную сумку. Ребята ведь помогут расправиться со сладостями, правда?
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Высушив чернила на домашней работе по гербологии, Гарри дал пергаменту свернуться. Гербология сделана, теперь зелья. Он достал чистый лист пергамента и учебник. Но едва закончил первое предложение, как почувствовал на себе чей-то взгляд. Остановившись на полуслове, он оторвался от задания.
- Привет, Гарри, – поздоровалась Гермиона. – Можно мне с тобой?
- Конечно, – он сдвинул учебники, чтобы освободить ей место.
Девочка положила сумку на стол и упала на стул.
– Хорошо отдохнула?
- Великолепно. Мама с папой были счастливы, что я вернулась домой, а ещё я получила на Рождество много новых книг. А как тебе каникулы в Хогвартсе?
- Мадам Помфри пригрозила отправить меня в больницу Святого Мунго. Она заявила, что я должен покинуть школу, чтобы отдохнуть, так что я принял приглашение мистера Малфоя.
Мило и просто.
- Наверно, было интересно.
- Мм, да, – мальчик пожал плечами. – Драко был рад.
- Гарри?
Он оторвался от работы по зельям.
– Ты выглядишь так, будто не спал, – в глазах девочки плескалось беспокойство. – Хуже обычного.
- Мы уже выяснили, что я мало сплю, Гермиона, – рейвенкловец вернулся к работе. – Беспокоиться не о чем.
- Но я волнуюсь. И Драко тоже, – подчеркнула она. – Он просто боится говорить с тобой.
- Вы двое обсудили, как я сплю, и он отправил тебя рассказать мне об этом? – Он приподнял бровь.
- Почти. Я сама вызвалась, – с улыбкой призналась Гермиона.
- Гмм. Я высоко ценю ваше беспокойство, правда, но я в порядке, – сообщил Гарри, начав бегло набрасывать следующее эссе.
- Ты не в порядке, – резко возразила Гермиона. – Ты ужасно выглядишь. Позволь нам помочь. По крайней мере, поговори с нами.
Подруга выхватила у него перо. Рука Гарри упала на стол, и мальчик посмотрел на неё.
– Мы твои друзья. Не отталкивай нас.
- Друзья всегда обязаны испытывать терпение? – с усмешкой спросил он, давая понять, что вовсе не это имел в виду.
- Точно. Так ты поговоришь со мной?
- Ты ведь меня в покое не оставишь, да? – мальчик потянулся за пером.
- Нет. Ты обречён, – сообщила она, помахав пером у него перед глазами. – Маленький разговор – это всё, о чём я прошу.
- А затем ещё один, и ещё – до тех пор, пока ты не узнаешь все мои секреты. – Гарри скрестил руки на груди и закатил глаза.
- Так и поступают лучшие друзья, – улыбнулась Гермиона.
Мальчик застонал и опустил голову на стол.
- Это что, новая разновидность пытки? Один на один с Гермионой? Если ты мне друг, пощади меня.
Кажется, Гермиона была готова к борьбе. Ему в голову пришла очередная блестящая мысль. Они появляются у меня всё чаще.
- Ладно, ты победила, – в следующий миг ответил он. Почему я не подумал об этом раньше? У неё это получится гораздо лучше, чем у меня. – Мне снились те самые сны.
- Я знаю, – улыбнулась подруга.
- Можно ты не будешь меня прерывать? – мальчик попытался сделать вид, что обижен. – Я пытаюсь говорить о своих чувствах.
Для пущего эффекта он немного похныкал.
- А ещё жалобнее можно?
- Можно, но сначала мне надо немного попрактиковаться, прежде чем получится быть убедительным, – Гарри широко улыбнулся.
Он соскучился по дружескому подтруниванию.
- Так что ты говорил? - процедила Гермиона.
- Эй, ты меня перебила! – Поттер и правду испытывал удовольствие от происходящего. – В моих снах всё равно нет смысла.
Он понимал, что девочка изо всех сил заставляет себя молчать.
- В них человек. Он говорит, что его зовут Сириус Блэк.
Гарри увидел привычные признаки того, что подруга задумалась.
– Он просто сидит напротив меня и говорит, что его ложно обвинили, и что это не он был Хранителем секрета, а Петтигрю. Он говорит, что Петтигрю его оболгал, – мальчик скрестил руки на груди и посмотрел в сторону. – Затем становится очень холодно, и я слышу, как кто-то кричит «не Гарри», - он вздохнул и выхватил перо у неё из рук. – Ну, теперь ты от меня отстанешь, и я смогу закончить эссе?
- Конечно, Гарри. Спасибо, что поговорил со мной, – откликнулась Гермиона. – Знаю, сейчас так не кажется, но я убеждена, что когда разговариваешь о чём-то, что тебя беспокоит, это помогает.
- Я тоже. – Мальчик знал, что это работает. В прошлом и Джинни, и Гермиона частенько втягивали его в разговор. Это помогало, но в итоге порождало новые кошмары. Он отбросил эту мысль, а девочка встала и улыбнулась.
- А теперь я возвращаюсь в свою гостиную. Постарайся сегодня вечером поспать, - взмолилась она.
- Обязательно, – заверил её друг.
У него ещё не было времени сварить зелье-без-снов, но в списке дел на вечер это значилось. В ближайшее время он не спать собирался.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Покинув библиотеку, Гермиона направилась в гриффиндорскую башню. Покусывая нижнюю губу, она размышляла о том, что рассказал ей Гарри. Кто такой на самом деле Сириус Блэк? И как он связан с Гарри? И что такое Хранитель секрета?
У портрета она помедлила. В девочке проснулось желание вернуться в библиотеку и начать искать ответы на свои вопросы. Разрешит ли Гарри? Она сомневалась. Он практически назвал сны ерундой. Гермиона кусала губы, а нерешительность начала выводить её из себя. Ей хотелось помочь другу, но тот недостаточно благоразумен, чтобы обратиться к преподавателю. Нет – махнёт рукой на проблему, или ещё чего похуже.
Ему необходимо поговорить с учителем. Но он не станет. Она это знала наверняка. Гарри вообще не любит обращаться за помощью. Такое ощущение, будто он уверен, что всё должен делать сам. Интересно, он оценит, если она сходит к преподавателю за него? Лучше попросить прощения, чем разрешения… Девочка знала только одного человека, с которым могла бы поговорить. Отвернувшись от портрета Полной Дамы, она пошла в кабинет профессора Макгонагалл.
Гермиона пришла к жизнерадостному портрету, который пил чай с друзьями с других картин, и постучала по раме.
- Войдите!
Открыв дверь, она вошла.
- Здравствуйте, мисс Грейнджер. Что-то не так? – профессор Макгонагалл улыбнулась своему «львёнку».
- Да, профессор. Я хочу знать, что такое Хранитель секрета? – девочка села туда, куда указала декан.
- Хранитель секрета? – профессор неприкрыто удивилась. – Где вы об этом услышали?
- Пока сказать не могу. И что же это такое?
- Есть заклинание, которое называется Фиделиус. Оно используется, чтобы спрятать кого-то или что-то. Скрытый предмет или человек может находиться прямо под носом, но его или их никто не увидит, пока Хранитель молчит. Он знает, где предмет или человек. Он хранит секрет, чтобы человек или предмет не потерялись навсегда, – объяснила Макгонагалл.
- Он не был Хранителем? - пробормотала Гермиона. – Какая-то бессмыслица.
- Бессмыслица? Вы не похожи на себя, мисс Грейнджер.
- Простите, профессор. Просто у моего друга Гарри сны, – начала Гермиона. – Уверена, он не обрадуется, что я обсуждаю их с Вами, но думаю, его разум что-то пытается ему сказать. Вы знаете, кто такой Сириус Блэк?
- Сириус Блэк? – слабым голосом произнесла Макгонагалл, а её лицо побледнело. – Как вы узнали о Сириусе Блэке?
- Он снится Гарри… или кто-то, кто себя так называет, – медленно произнесла девочка. – Этот Сириус Блэк во сне говорит Гарри, что невиновен, и что не он был Хранителем секрета, а Петтигрю. Я не знаю, кто или что такое Петтигрю, но Петтигрю его оболгал.
- Правда? Гарри сказал что-нибудь ещё?
- Только это и ещё, что потом становится холодно, а кто-то кричит «не Гарри». Эту часть я не поняла, – призналась Гермиона.
- Ммм. Могу понять, откуда это взялось. Спасибо, что рассказали, мисс Грейнджер. Я прослежу, чтобы декан его факультета поговорил с Гарри, – пообещала Макгонагалл.
- Спасибо вам, профессор. Он выглядит так, как будто никогда не спит.
Девочка встала.
- Да, я знаю. Доброго вечера, мисс Грейнджер.
Декан Гриффиндора дождалась, пока ученица уйдёт, прежде чем связаться по каминной сети с директором. Ему нужно об этом знать. Гарри Поттер оставался загадкой, которую никто из них не мог разгадать.
- Как раз время для сбора деканов, – сказала профессор вместо приветствия.
Когда она объяснила ему, что узнала от Гермионы Грейнджер, блестящие глаза директора померкли.
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
- Добрый вечер, сэр, – поприветствовал профессора Гарри, зайдя в класс.
- Поттер, – Снейп кивнул ему и снова занялся подготовкой ингредиентов для зелий.
Положив сумку на стол, Гарри вынул из неё новый журнал зельевара, который Снейп подарил ему на Рождество. Он уже составил список всех зелий, которые варил в предыдущем семестре – как в классе, так и на индивидуальных занятиях. Мальчик стащил мантию и развязал галстук. Он снял с крюка в кладовке профессора свой фартук (тот, что поменьше) и захватил тот, в котором предпочитал работать зельевар. Затянув завязки, юный волшебник закатал рукава.
- Сюда, Поттер, – махнул рукой преподаватель.
Гарри подал ему фартук. Мужчина кивнул в знак благодарности и, надевая, указал на стол:
- Что Вы видите?
Гарри осмотрел стол и нахмурился. На нём были разложены несколько ингредиентов, а рядом в котле уже кипело зелье. Он изучил его и понял, что оно ему знакомо.
- Вы на полпути к изготовлению успокаивающего зелья, – после нескольких минут раздумий выдал начинающий зельевар.
- Да, – ответил Снейп. – Что следует делать на данной стадии?
Прежде чем ответить, мальчик изучил цвет, густоту и запах зелья.
- Вы добавляете сюда крапиву, сэр. И помешиваете один раз против часовой стрелки после каждого помешивания по часовой.
Он заметил, что Пишущее перо уже записывает его слова. Гарри к нему уже привык.
- Для чего? – спросил преподаватель, приступив к подготовке другого рабочего места. Он остановился, вынул палочку и произнес заклинание, чтобы волосы не выпадали.
- Чтобы крапива лучше разошлась, сэр, – ответил мальчик.
Снейп кивнул и повернулся к ученику.
- Можете сами закончить зелье, – сказал он. – Мне необходимо начать другое.
Гарри кивнул и подвинул журнал зельевара поближе. Поттер начал добавлять крапиву и помешивать. Через час он почти закончил зелье и ждал профессора, чтобы тот сделал завершающий штрих и сказал ему, как поступить с зельем дальше.
Минут пятнадцать спустя зельевар оторвался от своего котла и быстрым шагом подошёл к мальчику.
- Верно, – сообщил он Гарри. – Перелейте его в бутылку и надпишите ярлык. Теперь мадам Помфри не будет меня беспокоить, по крайне мере, неделю, – проворчал мужчина скорее самому себе, нежели своему ученику.
Гарри спрятал улыбку и отыскал бутылки, которые, как он знал, Снейп обычно использует для Больничного крыла.
Мальчик разлил зелье по бутылкам и аккуратно надписал ярлыки. Применив прихватывающее заклинание, которому научил его Мастер Зелий, Гарри закупорил каждую. Он поставил бутылки на полки, предназначенные для медицинских зелий, и вернулся прибрать своё рабочее место. Закончив, он стал ждать, когда профессор его отпустит.
Но тот как будто про него забыл. Казалось, Снейп глубоко погрузился в работу над зельем. Усевшись за стол, Гарри открыл учебник. Ему нельзя уходить без разрешения. Он не почувствовал, как около полуночи глаза закрылись, а голова склонилась. Мальчик вздрогнул, погружаясь в сон. Руки, держащие учебник, разжались, тело расслабилось. Он спал.
Взгляд Гарри скользил по улице, не в силах до конца осознать происходящее. Косая аллея превратилась в руины. Он бесцельно брёл по улице – под ногами хрустело стёкло, догорали останки зданий. В ушах звенела тишина. Они прибыли на аллею за кое-какими вещами, которые в последний момент понадобились для свадьбы Билла и Флёр. В битве его оттеснили от Уизли. Теперь оставалось только надеяться, что те живы.
Поттер тащился вперёд, не обратив внимания на труп с вывалившимися внутренностями, который лежал у него на дороге. Он спихнул в сторону какие-то обломки и увидел, что вывеску «Всевозможные волшебные вредилки Уизли» сорвало взрывом. Спотыкаясь, парень вошёл в магазин и огляделся. Беспорядочно разбросанные по полу Злостные закуски напомнили о трупе, который он видел…череп был расколот и стена позади… Гарри содрогнулся, отгоняя воспоминание. Такое вспоминать не хотелось. Услышав шум справа, он обернулся посмотреть, что происходит.
- Ради Мерлина, Поттер! Где, к дьяволу, твоя волшебная палочка? – потребовал Грюм, надвигаясь на него. – Я думал, ты лучше натренирован, Поттер.
Аврор грубо схватил парня за руку и поднял палочку, чтобы аппарировать. Когда они появились около Норы, Гарри споткнулся. Грюм швырнул его наземь и открыл заднюю дверь.
- Я нашёл мальчишку, – прорычал Аластор кому-то внутри.
Гарри сощурился, глядя снизу вверх на миссис Уизли, а когда та присела, чтобы обнять его, обмяк в её руках.
- Слава Богу, ты жив! – причитала она.
Поттер вдохнул такой знакомый запах, и что-то сдавило ему горло.
- Всё хорошо, Гарри, – женщина откинула ему волосы со лба.
С этими словами Гарри как будто отпустило - парень сломался и зарыдал. Рядом с приёмной матерью он был в безопасности. На несколько минут можно было забыть, что он – Мальчик- Который-Выжил. К дементорам те слова, битву, ответственность…
- Давай занесём его внутрь, Молли, – чуть погодя предложил мистер Уизли. - Ему нужно отдохнуть.
Двое взрослых подняли Гарри на ноги и провели в дом. Его друзья сидели в гостиной, уставившись в никуда. Гермиона посмотрела на Поттера и тут же отвела взгляд. Но ему было всё равно. Смотреть на него сейчас было небезопасно. Никто из них не мог даже представить, что это такое – чувствовать всё, что делает Волдеморт, когда, не раздумывая, убивает людей. Не стоит им знать, что ощущает Гарри, когда этот красноглазый урод наслаждается каждой отнятой жизнью – когда смакует смерть, как изысканнейшее шампанское. Что Поттер чувствует то же самое, что и Тёмный Лорд.
Этим Волдеморт передал Гарри, что только он, если сдастся, может остановить эти убийства. Парень захромал прочь от приёмных родителей – вверх по лестнице и, шатаясь, ввалился в ванную, чтобы опустошить желудок. Потом в него силой влили сонное зелье, и вскоре он понял, что находится в кровати. Пока он рыдал в подушку, устойчивость к сонным зельям не давала заснуть.
- ПОТТЕР!
Гарри задохнулся: чьи-то руки грубо схватили его за плечи и начали трясти. Он рванулся прочь, но пока силился выбраться из кошмара, руки не отпускали.
- Это всего лишь кошмар, – сообщил ему чей-то голос.
Мальчик протянул руку и ухватился за маячившую перед ним рубашку, пытаясь восстановить дыхание.
- Дышите глубже.
Гарри кивнул, а чья-то рука сняла с него очки. Пока мальчик приходил в себя, человек не двигался. Он не очень понимал, кто это, но сейчас ему нужен был хоть кто-нибудь. Обычно Гарри не удавалось успокоиться самостоятельно – вместо того, чтобы снова заснуть, он до рассвета боролся с ужасом. Когда мальчик, наконец, понял, на каком он свете, то поблагодарил небеса, что рядом кто-то есть.
- Выпейте это, - скомандовал голос, и у губ Гарри появилась чашка.
Мальчик ощутил запах успокаивающего зелья и отпил немного на пробу.
– Не цедите, глотайте.
Подчинившись приказу, он ощутил, как зелье начинает помогать. Юный волшебник несколько раз глубоко вздохнул, прежде чем отпустил человека, в которого вцепился. Мальчик был очень рад, что тот не двигался. Когда зелье полностью подействовало, он содрогнулся. Гарри отодвинулся, и рука отпустила его плечо.
Он огляделся и понял, что по-прежнему находится в классе зельеварения. А когда увидел профессора Снейпа, стоящего прямо перед ним, его глаза округлились.
- Вы совсем проснулись, мистер Поттер? – поинтересовался преподаватель, поставив чашку на стол рядом с учебником.
Гарри вздрогнул и кивнул. Снейп нахмурился и, подняв свою мантию, набросил её ему на плечи.
- Простите. Я думал, Вы ушли, – извинился профессор, закрепив мантию.
Он дал всё ещё дрожащему мальчику чуть-чуть прийти в себя, а потом шагнул вперёд и поднял Гарри.
- Мерлин, Поттер. Вы вообще едите?
Юный маг был слишком потрясён, чтобы ответить. Преподаватель зелий в Хогвартсе… сальноволосая сволочь… особый Пожиратель смерти… взял его на руки. Снейп пронёс его через весь класс и дальше – в соседнюю комнату. Гарри опустили на мягкую поверхность и на мгновение оставили. Преподаватель подошёл к камину, сунул голову в пламя, и оно стало зелёным. Гарри осмотрел комнату, в которой находился. Похоже, это жилище холостяка, но отнюдь не лишённое опрятности. На комнатах, очевидно, тоже сказалась привередливость человека, называвшего их домом.
Немного погодя профессор вернулся и уселся рядом с ним на кушетку.
- Сейчас хорошо за полночь, – сообщил Снейп, снимая заклинание с волос.
Перед зельеваром появился домовик, и мужчина с кивком благодарности принял поднос от маленького существа. Взяв с подноса кружку, он передал её Гарри.
- Это поможет, - пообещал он.
Высвободив руку из-под огромной мантии, в которую был замотан, мальчик взял кружку.
- Это помогает только, если выпить, Поттер, – устало сказал преподаватель.
Подняв кружку к губам, Гарри стал пить горячее какао.
- Могу я осведомиться, о чём был сон?
Мальчик вскинул взгляд на зельевара и снова уставился на какао.
- Или почему Вы плакали? – Снейп повернул поднос, взяв с него что-то.
Он придвинулся поближе к ученику и опустил чашку. Тёплая ткань скользнула по лицу мальчика. Гарри не отодвинулся. Он понимал, что в эту минуту выглядит далеко не лучшим образом. Ткань исчезла, и юный маг моргнул.
- Допейте какао, Поттер, – тихо попросил Снейп.
Гарри сделал, как сказали, и даже обнаружил, что ему в некотором роде это понравилось. В некотором роде.
- У Вас так каждую ночь?
Мальчик пожал плечами.
– Это значит «да» или «нет»?
Гарри взглянул на него и вновь пожал плечами.
- Правильно, – Снейп потёр лицо.
Почему именно мне всегда достается такое счастье?
- Надо полагать, это означает «да». Сужу по прежнему опыту, – он слишком хорошо помнил кошмары, снившиеся мальчику в Малфой-мэноре. – Поттер, если поговорите об этом, Вам станет легче.
- Я не могу, - ответил Гарри.
- Не можете… или не хотите? – настаивал профессор, повернувшись к ученику лицом.
В действительности мальчика больше этот вопрос не волновал. Стоит ли говорить об этом? Он может просто выдавать себя за провидца. Возможно.
- Не могу, – Гарри допил какао.
Снейп взял кружку из его рук.
- Очень хорошо, – мужчина встал и отправил поднос обратно. – Я провожу Вас до башни Ровенкло.
Профессор поднял его на ноги. Он призвал из класса мантию и сумку ученика. Гарри выпутался из одежды Снейпа и надел собственную. Зельевар повесил на плечо сумку и, слегка касаясь руки мальчика, вывел того из своих апартаментов.
После молчаливой прогулки по коридорам профессор оставил его у дверей ровенкловской башни.
- Спокойно ночи, Поттер, - он протянул мальчику сумку и хмыкнул. – По возможности избегайте кошмаров.
Гарри кивнул. Он попытается. Снейп похлопал его по плечу и вынул пузырёк.
- Я не могу дать Вам сонное зелье, но ещё одна порция успокаивающего не навредит, – сообщил он, а затем развернулся на каблуках и ушёл.
Мальчик таращился ему в спину, гадая, с каких это пор профессор стал вести себя по-родительски. Он отогнал эту слегка беспокоившую его мысль и произнёс пароль. Кровать манила к себе.


Глава 12


ЗдравствуйтЕ, любители поттерианы. Вот и новая глава. Огромное спасибо бете за его труды.

Вмешательство Снейпа.
Снейп тяжело опустился на кушетку, уставившись туда, где только что сидел Поттер. Мальчишка был слишком худ, и улучшений со дня его прибытия в Хогвартс не наблюдалось. В действительности, если профессор не ошибался, он выглядел ещё более тощим, чем в начале учебного года. Закрыв глаза, зельевар припомнил первый день семестра. Возможно. Изменения едва заметны. Мальчик с самого начала был тощим. Еще бОльшая потеря веса может стать опасной.
- Кнопка! – рявкнул мужчина.
Рядом с кушеткой возник глава домовиков и поклонился.
– Садись, Кнопка. Мне нужно с тобой поговорить, – Снейп указал на диван.
Домовик на мгновение широко раскрыл глаза, а потом сел, как попросили.
- Это касается Гарри Поттера, – начал зельевар.
- Гарри Поттер такой хороший волшебник! Такой умный и вежливый! – провозгласил эльф. Едва мужчина кинул на него взгляд, тот умолк. – Что нужно профессору Снейпу? – спросил он взамен.
- Я знаю, как вы, домовые эльфы, к нему относитесь. Я также видел, как несколько эльфов время от времени следуют за Поттером. И даже наблюдал, как на моём занятии какой-то эльф что-то положил в его сумку, – зельевар наградил домовика убийственным взглядом. – Я едва не наорал на мальчишку, пока не заметил, что он не в курсе. Или так, или он привык не обращать внимания на такие вещи. Но теперь, когда я узнал его получше, эта мысль кажется мне нелепой.
- Профессор Снейп прав. Все эльфы замка заботятся о Гарри Потере. Они хотят помочь Гарри Поттеру, сэр. Он очень важный волшебник, и ему нужна наша помощь, – объяснил Кнопка.
- Отлично. Я заметил, что он не ест то, чем обычно питаются студенты. Есть эльф или несколько, кто занимается его диетой? – спросил профессор.
- О да, это Сэрри, – с улыбкой ответил домовик. – Позвать Сэрри, сэр?
- Да, пожалуйста.
Кнопка щёлкнул пальцами: появился второй домовик и отвесил поклон.
- Сэрри, сэр, – промямлила она, увидев перед собой преподавателя. – Что я могу для Вас сделать?
- Хочу поговорить с тобой о Поттере. Спасибо, Кнопка, ты можешь идти.
- Не за что, профессор. Гарри Поттеру нужен кто-то такой, как Вы.
Эльф исчез, а Снейп только приподнял бровь.
- Пожалуйста, садись, Сэрри, – он повторно указал на диван.
Эльфийка плюхнулась на сиденье и выжидательно посмотрела на зельевара.
– Кнопка сказал, что ты следишь за питанием Поттера.
- Да, профессор Снейп. Сэрри готовит всё по выбору Гарри Поттера, – с гордостью подтвердила она.
- По его выбору? Что ты имеешь в виду? – такого на памяти зельевара не говорил ещё ни один домовик.
- Гарри Поттеру не понравилось то, что я ему предложила на Приветственном пиру. Эльфы предложили ему выбрать из списка: что он будет есть, а что не будет, и поэтому я готовлю блюда на его вкус. Он не хочет ничего вредного для себя, так что я по-прежнему предлагаю ему то, что он станет есть.
- Когда он принимал решение, он не объяснил, почему вычеркнул какие-то блюда? – полюбопытствовал Снейп. Он видел, как Поттер у Малфоев ел кое-что такое, чем не питался в школе.
- Нет, сэр. Лишь то, что не любит сладости, – ответила Сэрри.
Профессор откинулся на спинку сиденья и на мгновение задумался. Судя по всему, вырисовывалось нечто любопытное.
- У тебя ещё сохранился оригинал того списка?
- О, да! Сэрри пользуется им всякий раз, когда готовит еду для Гарри Поттера, – возбуждённо пропищала эльфийка.
- Можно взглянуть? Мне кажется, что Поттер мог ошибиться, выбирая такую диету.
- Это было бы ужасно! – Сэрри на секунду исчезла, чтобы тут же вернуться со свитком пергамента. – Вот список, сделанный Гарри Поттером, - сообщила она, протягивая его Снейпу.
Тот взял пергамент и развернул. Изучив его, мужчина нахмурился.
- Кажется, он пытается сбросить вес… довольно питательно, но всё, что он выбрал, не поможет поправиться. Судя по списку, он хочет, чтобы у него остались только мышцы, и ничего больше. Не очень полезно для мальчика его возраста.
Услышав подвывание Сэрри, зельевар подпрыгнул.
- Всё можно уладить, – резко сказал мужчина.
Он не выносил, когда женщины плачут, тем более, если это женщины-домовики. Завывание прекратилось.
- Можно? – Сэрри промокнула глаза краем полотенца. – Как?
- Я могу сделать некоторые дополнения, которые помогут, – заверил её преподаватель. – Я даже дам тебе письмо, которое нужно ему доставить к следующему завтраку и которое объяснит изменения. Возвращайся через двадцать минут. Всё будет готово.
- Спасибо, профессор Снейп, сэр. Гарри Поттеру повезло, что Вы его преподаватель, – сказала Сэрри, поднялась и растворилась в воздухе.
- У меня такое ощущение, что Поттеру не место на Ровенкло, – произнёс зельевар в пространство после того, как она исчезла.
Он поднялся и подошёл к рабочему столу. Затем прошёлся по списку и начал записывать, что нужно добавить в рацион Гарри. Мужчина быстро набросал записку, угрожая снизить оценку по зельеварению, если Поттер проигнорирует рекомендации, и снова позвал Сэрри. Одна головоломка разгадана. Теперь всё, что нужно сделать – выяснить, о чём его сны, почему он так реагирует на вторжение в личное пространство и откуда такое нежелание обо всём этом говорить. Я ему не советник! Снейп прошёл в спальню и бросился на кровать. Возможно, мальчику не нужен советник. Или Поттер просто не хочет иметь дело именно с ним.
Надо как-то вытащить наружу его чувства… кажется, это – главная проблема. Мы знаем, что его беспокоят сны … он не станет о них говорить. Или станет? Или напишет об этом? Переложит в Омут Памяти? А советчик-маггл поможет делу? Нужно написать Нарциссе и узнать её мнение. Продолжая размышлять о Потере, профессор заснул, даже забыв раздеться.
Дорогая Нарцисса,
Теперь я понимаю, что ты имела в виду, говоря о мальчишке Поттере. Я сделаю всё, что в моих силах, но возможно, ему пойдёт на пользу материнская забота, поскольку, по сложившемуся у меня впечатлению, дома ему уделяют мало внимания.
С. Снейп
Гарри нахмурился, глядя в тарелку. О чём только Сэрри думала? Перед ним было много еды, причём такой, от которой, как ему помнилось, он отказался. Мальчик вновь нахмурился и потянулся за соком. И чуть не подавился, обнаружив в кружке какао с молоком. Он отставил напиток в сторону, задаваясь вопросом, когда это мир успел сойти с ума. И подскочил, когда рядом с тарелкой появился конверт.
Ровенкловец подобрал его и осмотрел со всех сторон, пытаясь найти хотя бы намёк на личность отправителя. Ничего. Мальчик взломал печать и вытащил наружу кусок пергамента.
Мистер Поттер,
Ваша диета, хоть и удовлетворительная с точки зрения питательности, недостаточна для растущего организма. Я произвёл соответствующие изменения, которые помогут и питанию, и набору веса. Вы вольны обсудить их со мной, но я настаиваю, чтобы Вы так ели каждый раз, иначе вместо ожидаемых результатов Вы по-прежнему будете скелетом… и подвергнете опасности свою оценку «Выдающееся» в зельях.
С. Снейп.
Первая мысль Гарри – профессор его шантажирует. Сама по себе оценка по зельеварению не так уж и важна, но он не хотел разрушить созданный им образ из-за такой ерунды. Вернуть способность логически мыслить ему помогла вторая мысль. Захотелось стукнуть себя по голове. Он забыл, что рациональное питание появилось только после того, как учитель как следует его нагрузил. «Лучше некуда, Поттер», укорил сам себя мальчик, положив записку в сумку. Как же объяснить это Снейпу? Может, преподнести это как «я прочёл, но не понял?»
- Доброе утро, – рядом уселся Терри. – Кажется, в кои-то веки ты ешь как все нормальные люди.
- Я сделаю вид, что не слышал, и подожду, пока к тебе вернется рассудок, – сообщил Гарри, не глядя на однокурсника.
- Ладно, – Терри положил себе яиц и принялся за еду. – Может, теперь ты будешь не такой костлявый.
- Я тебя не слышу, – Поттер зажал уши руками.
- О, это умно, – отозвался приятель.
Гарри ухмыльнулся. Он переложил самые ужасные воспоминания в Омут Памяти и этим утром чувствовал себя намного лучше, чем обычно. Ведь, во-первых, помогло зелье-без-снов, а во-вторых, во сне его не преследовали картины самых пугающих мгновений жизни. Мальчик чувствовал себя почти нормально.
- Мистер Поттер? – ученик оторвался от книги и увидел, что ему машет профессор Флитвик. – Пожалуйста, пойдёмте со мной.
Гарри нахмурился, захлопнул книгу и поднялся с кресла в гостиной Ровенкло.
- Что случилось, профессор? – он подошёл к преподавателю.
- Пройдёмте в мой кабинет, – профессор развернулся.
- Я сделал что-то не то, сэр?
- Нет, дитя, – с грустной улыбкой отозвался декан Ровенкло. – Вы ничего такого не сделали.
Гарри моргнул. Дитя? Флитвик использует подобные слова, только если что-то стряслось… например, кто-нибудь умер…
- У моей тёти всё в порядке? – осведомился мальчик. Мне нужна защита!
- Насколько мне известно, – ответил преподаватель. – Прошу Вас, не волнуйтесь. Ничего страшного не произошло.
Профессор открыл дверь своего кабинета и пропустил ученика вперёд.
Шагнув за порог, ровенкловец застыл на месте. В комнате присутствовали деканы всех факультетов плюс Дамблдор собственной персоной. Макгонагалл и Спраут сидели на небольших мягких стульях. Директор восседал в кресле кричащего ядовито-зелёного цвета. Снейп прислонился спиной к книжному шкафу, почти такому же высокому, как сам зельевар. Флитвик взобрался на свой стул, на который были наложены заклинания, в случае необходимости меняющие его высоту. Свободным оставался только один стул, и у Поттера было ощущение, что это для него. Все стулья образовали кольцо вокруг стола, на котором стоял чайный сервиз.
- Пожалуйста, садись, Гарри, – с улыбкой предложил Дамблдор.
Мальчик метнул взгляд на Снейпа. Лицо мужчины было непроницаемо, но он коротким кивком дал понять, чтобы ученик садился. Юный волшебник послушался.
- Мы все очень беспокоимся за тебя, Гарри.
- Сэр? – Снейп бы не рассказал. Нет, он придержал бы такие сведения для себя.
- Да, очень беспокоимся, – повторил директор. – Кое-кто рассказал нам о твоём сне... про Сириуса Блэка.
Отличная работа, Гермиона.
- Простите, сэр, мне нужно наслать заклятие на одного друга, – Поттер встал. Его поразило, что все присутствующие (за исключением зельевара) залились смехом.
- Она предупредила, что ты так и скажешь, – сообщил Дамблдор. – А ещё велела передать, что в библиотеке её можно не искать.
Гарри плюхнулся обратно на стул, пробормотав русское ругательство, которому в шестнадцать лет научился от близнецов. И услышал, как в углу фыркнул Снейп. Ой.
- Итак, мистер Поттер, – он повернулся к Макгонагалл, – Вы сказали, что в Ваших снах с Вами разговаривает Сириус Блэк?
- Нам обязательно это обсуждать? – поинтересовался мальчик.
Макгонагалл наградила его тем самым суровым взглядом, который означал: «это для твоего же блага». Гарри оставил его без внимания. Ему и раньше-то этот взгляд никогда не нравился, а теперь – и подавно.
- Боюсь, что придётся, раз Вы не спите нормально, – на лице директора появилось участливое выражение.
- Ладно, – Поттер уставился на свои ботинки. Получилось не так, как хотелось…но я всё равно справлюсь. – Мне каждый раз снится одно и то же.
- У нас есть несколько фотографий, на которые Вам надо взглянуть, – Макгонагалл открыла папку на столе. Гарри подался вперёд и взял первую фотографию. Он рассматривал их медленно, каждую поднимал, изучал, а затем откладывал в сторону. Нужная нашлась в середине стопки.
- Это он, – мальчик указал на фотографию. – Это Сириус Блэк.
- Вы уверены, мистер Поттер? – спросила Макгонагалл.
- Да, мэм.
Гарри откинулся на спинку стула. Вот спрашивается, стал бы он останавливаться и показывать на фото, если бы не был уверен, что это и есть тот самый человек? Честное слово, и по сей день взрослые продолжали сбивать его с толку, и это при том, что он тоже взрослый… формально.
- Не могли бы Вы поточнее пересказать свой сон о Сириусе Блэке? – перехватил нить разговора Дамблдор.
Ровенкловец почувствовал, как что-то легонько коснулось его ментальных щитов, и нахмурился.
- Что вы хотите знать? – мальчик потер лоб.
Как бы заставить Дамблдора и Снейпа прекратить применять к нему легилименцию? Это чрезвычайно раздражало и прямо-таки мешало, когда кто-то вот так пинает ему мозги.
- Просто расскажи нам всё с самого начала, – попросил директор.
Гарри замер, раздумывая, с чего начать. На самом деле пока ничего подобного ему не снилось… он всё это выдумал, когда Гермиона устроила ему допрос. Поттер хотел, чтобы Сириуса освободили, но не желал при этом светиться.
- Я – один, – начал он. Это правда. Я один. – Я – нигде. Нет ни стен, да и вообще ничего.
Мальчик закрыл глаза, словно так было легче вспоминать. Это помогало представить сон.
- Кто-то зовёт меня по имени, и я оборачиваюсь. У меня нет волшебной палочки, но я не ощущаю угрозы – не так, ка… - он запнулся, потому что хотел сказать совсем не это. – Я не знаю, кто это, – мальчик пожал плечам и вздохнул. Снова открыв глаза, Гарри уставился на свои ботинки, чтобы ни на кого не смотреть. – Почему-то я сажусь, а он садится рядом со мной. Он знает, кто я, но не так, как все знают, кто я… он знает меня.
Мальчик умолк. Как же продолжить?
- Он говорит, что его ложно обвинили, и не он был Хранителем секрета. То, как он это говорит, заставляет меня думать, что «Хранитель секрета» - это нечто особенное, – Поттер поднял взгляд, но не увидел ни подтверждения, ни отрицания. – Он говорит, что Хранителем секрета был Петтигрю, что они в последний момент поменялись, что Петтигрю предан Сами Знаете Кому, и что место Петтигрю в Азкабане.
Он сделал паузу, старясь выглядеть невинно.
– Азкабан – это магическая тюрьма. Я читал о нём. Никто не попадает туда просто так. Когда он это говорит, становится холодно. Просто морозит. Я вижу, как у меня изо рта идёт пар, а Сириуса Блэка как будто вспугивают, но я бы тоже испугался после того, что слышу, – глухо произнёс Гарри. Он думал, что привыкнет к крику матери, но так и не сумел. – Я слышу, как кто-то, то есть женщина, кричит «не Гарри». Я мёрзну, а она кричит и кричит.
Он обхватил себя, борясь с ознобом. К тому, чтобы снова и снова переживать худшие моменты жизни, нельзя привыкнуть, хотя теперь – после всего, через что я прошёл, – трудно сказать, что в моей жизни было самым ужасным.
- Спасибо, что рассказали, мистер Поттер, – тихий голос Макгонагалл прервал тяжёлое молчание, повисшее после этой истории.
- Вы сможете помочь ему, да? – негромко спросил мальчик, взяв себя в руки. – Я не знаю, кто он на самом деле и почему со мной такое происходит, но не могу позволить кому-то, возможно невиновному, существовать бок о бок с этими дементорскими тварями, – он поднялся со стула. – Я читал о них. Представьте, что вы без конца переживаете свое худшее воспоминание.
Чтобы содрогнуться, Гарри даже не понадобилось притворяться.
- Мы сделаем всё, что в наших силах, - ободрил его Дамблдор. – Если не сможете уснуть, у мадам Помфри будет для Вас зелье-без-снов, мистер Поттер, – с улыбкой добавил пожилой волшебник. – Что гарантирует вам несколько ночей хорошего сна.
- Благодарю вас, сэр, – сказал мальчик. Он проигнорировал побледневшего Снейпа и вышел из кабинета.
Директор рухнул в кресло и вздохнул.
- Что вы все думаете? – спросил он всех разом и никого в отдельности.
- Бедняжка. Ну и сон, – покачала головой Спраут.
- Я и говорю о сне. Что это – заклинание, воспоминание или что-то ещё? – уточнил вопрос Дамблдор.
- Что-то ещё, – отозвался Снейп, когда стало ясно, что больше никто высказываться не желает. – Мальчик не Бог весть какой актёр. Чаще всего я читаю его, как открытую книгу. Он не притворялся. И по-настоящему дрожал, когда говорил о дементорах. Или ему когда-то довелось с ними столкнуться, или он говорит правду. Я склоняюсь ко второму.
- Сириус Блэк? Невиновен? – Минерва словно выплюнула эти слова. – Ты и правда ждёшь, что мы в это поверим? Он убил тринадцать человек одним заклятием.
- Как? – поинтересовался зельевар. – Пусть Блэк был аврором, но я не знаю такого аврора, который может убить столько людей одним заклятием. Как Блэк мог совершить и половину того, что ему приписывают? У нас нет ни одного настоящего доказательства – только очевидцы, которых сначала ранило, а потом к ним применили Obliviate. Мы не знаем и половины того, что случилось в тот день, а на то, что знаем, сильно повлияла радость от падения Тёмного Лорда, – Снейп фыркнул и запахнул на себе мантию.
- Я удивлён, что ты защищаешь этого человека, Северус, - заметил Дамблдор из своего кресла.
- Я не защищаю Блэка, директор. Я просто хочу убедиться, что правосудие свершилось, и неважно, заслужили его некоторые или нет, – его губы плотно сжались. – Могу я напомнить Вам о правосудии в моём случае?
- Я всё прекрасно помню, Северус, – сообщил ему Дамблдор. – Что ж, я хочу, чтобы все вы как следует обдумали события тех дней. Посмотрите, сможете ли вы вспомнить что-нибудь о Питере и Блэке – нечто такое, что может так или иначе указать на виновного. – Дамблдор встал и оглядел своих подчинённых. – Это всё, что мы можем сделать на данный момент.
Снейп покинул кабинет с головной болью. Поттеру снятся дементоры? Зельевар чуть не вздрогнул от сочувствия. Он слишком хорошо помнил, как влияли эти твари на него самого. Иногда они ему даже снились. Когда такие сны видит одиннадцатилетний мальчик, становится тревожно.
При нём Поттеру снились не дементоры. Тот случай, о котором рассказывал Драко, ничего общего с этими существами не имел. В общем, зельевар готов был поспорить на целую бутылку огневиски, что дементоры снились мальчишке всего один раз. Остальные… ну, он понятия не имел, как назвать остальные. Хорошо подходит слово «беспокоят». Или можно сказать «выбивают из колеи». А ещё их можно описать словом «пугают».
Мужчина вернулся в свои апартаменты задумчивым. Указание Дамблдора поразмышлять о прошлом заставило Снейпа мысленно усмехнуться. Почему, позвольте узнать, директору не примчаться в Министерство, требуя освобождения Блэка? Он может это сделать. Из тех, кто вызвал гнев Альбуса Дамблдора, перед ним способны устоять немногие. Только если… он не поверил мальчику. Что ж, возможно.
Конечно, с тем, что мне уже известно, мальчишке я верю. В этом вопросе я бы скорее принял его сторону, а не Дамблдора. Поттер пока не ошибался. Каждое предсказание, которое он делал при мне, так или иначе сбывалось. Он сказал, что камень в опасности … Я застал Квиррелла на пути туда. Он сказал, что тролль испортит Пир – так и произошло. Он обронил, что на Рождество уедет из замка. И отправился отсюда к Малфоям. Он даже предсказал, что мне понадобится зелье от головной боли на одном из уроков, хотя налицо не было ни одного признака мигрени. Если мальчишка говорит, что ему снится невиновность Сириуса Блэка, значит, так оно и есть, как ни противно мне это признать. Если Дамблдор в ближайшее время ничего не сделает, клянусь всеми богами, я молчать не стану!



Глава 13


Новая глава. Простите за задержку. Благодарности бете.
Полёт
Гарри ударил кулаком по слегка пружинящему полу Выручай-комнаты и застонал. Сегодня утром он немного переусердствовал (это случалось нечасто), хоть и знал, что если упадёт и не сможет двигаться, подать руку будет некому. В конце концов, здесь нет его учителя, которому не единожды приходилось это делать, когда он в очередной раз загонял парня до изнеможения и даже хуже. Мысли о своём учителе Гарри отшвырнул подальше. Он всё ещё не определился, как к тому относиться. Да, тренировки приносили пользу и спасли немало жизней (включая его собственную), но методы преподавания оставляли желать лучшего. Когда учителю стало кое-что известно о прошлом Гарри и о его семье, он попытался измениться и исправиться, но было уже поздно.
Мальчик в попытке встать с пола дёрнул пальцем. У него оставался час или около того, прежде чем начнётся завтрак, и Гарри хотел прибыть в Зал первым: во-первых, чтобы почитать, а во-вторых, чтобы не попасться на глаза Дамблдору, которого непременно заинтересует рацион самого известного студента Хогвартса. Для школы его диета оставалась загадкой. Он собственными ушами слышал, как преподаватели заключали между собой пари, какое именно лакомство Поттер вышвырнет из своего меню следующим. Всех их удивляло, что Гарри Поттер, одарённый ученик и во всех отношениях положительный ребёнок, на самом деле терпеть не может сладости.
- Гарри, сэр! – голос испугал мальчика так сильно, что ему едва не удалось вскочить. – Что не так с Гарри сэром? – запричитал рядом с ним Минкс.
- Я просто перестарался, Минкс, – сообщил юный волшебник домовику. – Дай мне несколько минут, и я буду в порядке, – заверил его Гарри.
Прежде чем исчезнуть, Минкс немного повсхлипывал. Мальчик втайне обрадовался: рыдания домовых эльфов вызывали очень острое чувство вины. И вскинул бровь, когда Минкс вернулся с Кнопкой – главой замковых эльфов.
- Пр’вет, Кнопка.
- Гарри сэр поранился, – без намёка на укор в голосе произнёс Кнопка. – Гарри сэр нуждается в помощи.
- Я, – когда домовик до него дотронулся, у ровенкловца появилось весьма странное ощущение, – в порядке.
Он обнаружил, что находится в одной из факультетских ванн, которая была заполнена горячей водой, куда было добавлено какое-то масло (о чём можно было судить по тому, насколько скользкой стала кожа). Промокшая одежда исчезла, и юному магу показалось, что он просто висит в воде. Мальчик сопротивлялся магии, пока Кнопка не опустил руку ему на голову.
- Гарри сэр должен расслабиться, – сообщил домовик. – Кнопка и другие эльфы не позволят причинить Гарри Поттеру вред, пока они о нём заботятся.
Гарри и в самом деле перестал шевелиться. Он не знал почему, но доверился домовикам. Неважно, что не получалось двинуть ни рукой, ни ногой – Кнопка же с ним. Чтобы побороть панику, которую навязывал ему разум, мальчик попытался сделать несколько глубоких вдохов. Просто это до жути напоминало чары обездвиживания, которые пару раз использовали Волдеморт и его приближённые. Поттер с удивлением вздрогнул: магия чуть-чуть ослабла. Он мог двигаться, хоть и не сильно.
- Кнопка сожалеет, Гарри сэр. Кнопка не знал, что произошло раньше, – домовик наклонился, и вода пошла пузырями, как в маггловском джакузи. Чему очень обрадовались измученные мышцы мальчика.
Гарри был поражён, и только и мог, что смотреть на скорбное лицо эльфа.
- Ничего, Кнопка. Ты не знал, – улыбнулся он домовику и позволил магии держать его.
В горячей воде мышцы начали расслабляться. Поттер закрыл глаза и вздохнул – боль стала отступать.
После такого знака доверия уверенность Кнопки в себе слегка выросла. Глава замковых эльфов безотлагательно призвал других домовиков. С кухни позвали Сэрри ,чтобы приготовить что-нибудь питательное на завтрак, когда Гарри прибудет в Большой зал. Пиджи был отослан в шкаф Гарри за комплектом школьной формы. Минкс умчался собирать школьные принадлежности, а Кнопка всем этим дирижировал.
Минут двадцать спустя мальчика вытащили из воды и завернули в банный халат, который подарили Малфои. Он вздохнул и начал разминать руки и ноги, надеясь избежать слишком сильной физической боли. Кнопка дал Гарри возможность окончательно прийти в себя, а затем вместе с взглядом, который говорил: «Одевайся», протянул ему форму. Юный маг подчинился немому требованию и попытался сладить со своими волосами, придав им хотя бы подобие порядка. А потом сердито посмотрел в зеркало и вздохнул: его волосы безнадёжны.
Минкс стоял около мальчика со школьной сумкой. Гарри принял её и проверил содержимое. Увидев, что домовик положил всё, что может понадобиться ему в течение дня, включая дополнительные перья и пергамент, он улыбнулся.
- Спасибо, Минкс. Ты молодчина.
Тот всхлипнул и тут же исчез. У юного волшебника было ощущение, что эльф отбыл в жилище домовиков, чтобы выплакаться в одиночестве.
Кнопка повернулся к нему с широкой улыбкой на лице.
- Теперь Гарри сэр готов к занятиям, – счастливо произнёс он.
- Да, Кнопка. Спасибо, – мальчик погладил домовика по голове и сразу же об этом пожалел: у того в глазах буквально засветилось преклонение.
- Даже взрослым волшебникам нужно, чтобы о них заботились, Гарри сэр. Кнопка и другие домовики счастливы это делать.
На этом все эльфы исчезли. Гарри только головой покачал и направился к Большому залу, где его ждали наполненные едой тарелки, которые прислала наверх Сэрри. Впервые за долгое время мальчик чувствовал себя счастливым и расслабленным.
Однако его спокойствие было недолгим. Вечером Поттер буквально ёрзал и подпрыгивал на стуле. Он был взволнован. Ровенкловец чувствовал, что должен чем-то заняться, но не был уверен, чем. Очевидно, чем-то деятельным, но ещё одна тренировка, подобная утренней, скорее навредит, чем поможет. Его мысли блуждали не хуже взгляда, пока тот не упал на поле для квиддича. Полетать? А как же имидж? Кроме того, уже поздно – почти время отбоя. У него будут неприятности. День, когда ты не сможешь прошмыгнуть мимо преподавателей, будет днём, когда останется только пойти и сдаться Волдеморту, - произнёс внутренний голос.
Гарри знал, что это за голос – это он сам, каким был до возвращения. Его обучение было настолько тяжёлым, что выматывало душу. Чаще всего парень был либо измотан до крайности, после чего ночью украдкой плакал, либо валился на землю, как подкошенный, но прекрасно понимал, что когда пройдёт весь курс, то будет отлично уметь всё, что полагается воину/солдату. Смерть его не пугала: он не раз наблюдал, как в глазах возникает потрясение, затем они стекленеют, и человек падает замертво. Тренировки давали уверенность: пока он не сумеет победить Волдеморта, они помогут выжить. Привычка заниматься требовала от него сделать что-то физически, что-то необычное.
Физически. Необычное. Что-то, по чему он сильно скучал. Когда Поттер начал тренировки, полёты стали для него запретной территорией. Теперь это было просто средство передвижения, и ничего более. После того, как парень начал тренировки, и до победы Волдеморта, он летал всего однажды. В итоге за два года он садился на метлу лишь раз.
Гарри отогнал эти мысли прочь и решил не обращать внимания на это ощущение. Сработало минут на пять. Одна нога снова начала притопывать, и он нахмурился. Мальчик встал, собрал вещи и улизнул из факультетской гостиной, направившись прямиком к полю. Должно быть, Филч где-то занят: в коридорах Поттер никого не встретил.
Быстрое Alohamora отперло дверь сарая, где хранились мётлы, и Гарри выбрал наименее паршивую. Сняв верхнюю мантию, он бросил её на дёрн, как и галстук. Мальчик закатал рукава и оседлал метлу с таким выражением на лице, которое можно было назвать чем угодно, но только не улыбкой.
Поттер поднялся в воздух, и его охватили чувства, о существовании которых он успел позабыть. Он безудержно улыбался, а ветер трепал его волосы. На несколько секунд Гарри завис над полем, а потом резко спикировал. Мальчик смотрел, как земля становится всё ближе, а сердце стучало так, словно решило потягаться в скорости с метлой. В последний момент он повернул метлу и почувствовал, как носы ботинок чиркнули по траве. Запомнить: это НЕ «Молния». Со временем Поттер приспособился к метле и ещё добрый час носился кругами и делал развороты в воздухе, пролетал через кольца и повторял манёвры, которые проделывал в юности. Он не заметил внизу, под трибунами, двух не подозревающих друг о друге наблюдателей.
Патрулируя той ночью школьные коридоры, Северус Снейп прислушивался к любому шороху. Дети никогда не следуют правилам, и он собирался убедиться, что правила как раз соблюдаются. Зельевар крался вперёд, плотнее запахнув мантию, поскольку стены замка источали холод. И чуть не споткнулся (хотя никогда бы этого не признал), когда случайно увидел, что кто-то летает над квиддичным полем.
- Глупый ребёнок! – рявкнул он в пространство.
Отшатнувшись от окна, мужчина ринулся по коридору. Дайте ему только добраться туда прежде, чем негодяй свернёт себе шею... Возможно, он снимет несколько баллов…нет, много баллов.
Снейп прибыл как раз в тот момент, когда фигура на метле понеслась к земле. Всего секунда ушла на то, чтобы выхватить палочку и приготовить заклинание, но оно не понадобилось. Мальчик на метле в последний миг повернул вверх и коснулся поля только носами ботинок.
-. Это выходит за…- но так и не закончил фразу, потому что узнал «лётчика».
Полная чепуха. Это не укладывалось в его упорядоченный мирок. На метле сидел Гарри Поттер. Более того, мальчишка был счастлив. В полёте ребёнок просто был воплощением счастья.
Снейп отступил в тень и приготовился ждать, пока мальчик закончит. В конце концов, он никому не причиняет вреда, и это его первое нарушение… Мужчина призадумался, не становится ли он мягче. К некоему Поттеру. В «деле Поттера» появилась ещё одна загадка. Чуть позже мальчишка спустился, и зельевар уже собрался подойти к нему, но чей-то голос заставил его остановиться.
- Почему ты никому не говорил, что можешь вот так летать?
Драко Малфой. Следовало догадаться.
Драко Малфою не так уж часто приходилось чувствовать себя так, словно сердце в груди остановилось. На самом деле, до сегодняшнего вечера ни разу. Он как раз возвращался с группового занятия (ну, вообще-то, с маленькой вечеринки, устроенной в честь того слизеринца, кто изобретательнее всех проклянет гриффиндорцев), когда увидел, что Гарри Поттер шныряет по замку. Нет, само по себе это его не беспокоило – он сам был в этом году одним из самых искусных шныряльщиков. Он бессчётное количество раз пробирался по коридорам мимо Филча и ещё ни разу не был пойман. Драко взволновало, что шнырял именно Гарри Поттер. После отбоя. Один. И просто напрашивался на неприятности.
Драко Малфой прокрался следом за другом и восхитился тем, что тот умеет. Он бы ни за что не догадался, что Гарри здесь, если бы его не видел. Приятель совершенно бесшумно скользил по коридору, и лишь изредка лунный свет выхватывал его из темноты. Увидев, что Гарри вышел из замка и направился к квиддичному полю, Драко очень удивился. Когда же он понял, что его загадочный ровесник взломал чулан для мётел, любопытство достигло предела. А когда мальчишка оторвался от земли и взлетел так ловко, словно умел это с рождения, Малфой едва не вскрикнул от неожиданности. Никогда больше ему не поверю! «Я ненавижу летать, Драко. Я боюсь высоты!» Ха! Этим летом он от полётов не отделается!
Прячась в тени, слизеринец заносил в мысленный список каждое движение, которое совершал Гарри на метле. Это было потрясающе! Интересно, почему его не записали в факультетскую команду? Они должны быть здесь – тренировать его и готовить к следующему году. Наверняка кто-нибудь из сокурсников знает о его полётных способностях. Он наблюдал и ждал, пока Гарри приземлится и отложит метлу, и лишь тогда дал знать о своём присутствии.
- Почему ты никому не говорил, что можешь вот так летать? – раздался прямо позади Поттера требовательный голос.
Гарри развернулся: палочка наизготовку, заклятие готово сорваться с уст. И замер, когда признал другого нарушителя.
- Почему ты всегда пугаешь так, что я едва не запускаю в тебя заклятием? – спокойно спросил ровенкловец, убирая палочку.
- Гарри, ты потрясно летал! Ты должен быть в факультетской команде, а не красться после отбоя, чтобы полетать! – Драко подошёл к другу.
- Мне плевать на квиддич, – решительно ответил тот.
- Да, а ещё ты боишься высоты, – не остался в долгу Малфой. – Почему ты это скрываешь? Ты так здорово летаешь!
Он попытался разглядеть в непроглядной темени лицо приятеля.
- Спасибо за комплимент, но я прошу тебя больше об этом не говорить. Летаю я редко, под настроение, и уж тем более меня не заботит какая-то там игра.
Гарри направился к замку. Повезёт, если его не поймают. День, когда тебя поймают… Он прогнал голос прочь. Именно сейчас ему было совершенно всё равно, чему его учил наставник. Бывали дни, когда его голос в голове становился просто невыносим.
Драко догнал друга.
- О, я буду об этом говорить. Громко и прямо перед капитаном квиддичной команды Ровенкло! – пообещал слизеринец.
- Отвали, – пробормотал Поттер.
Драко Малфой остановился в изумлении прямо за порогом школы.
- И ты просто говоришь мне «отвали»? – поражённо спросил он.
- Точно.
- Мама на тебя рассердится, – серьёзным тоном сообщил слизеринец.
- Она не моя мама, – просто ответил Гарри. – И мне не нужно волноваться, если она что-то скажет, – взгляд мальчика говорил, что тема закрыта.
- А она скажет, когда я расскажу, как ты гулял ночью, – Драко остановился, чтобы перевести дыхание, – и утащил меня с собой.
Гарри изумлённо воззрился на приятеля.
- Не расскажешь!
Миссис Малфой и правда ему нравилась, и расстраивать её не хотелось …а это её расстроит.
- Это жестоко, Драко.
- Конечно, я могу обо всём этом забыть, если ты взамен кое-что для меня сделаешь, - взгляд Малфоя обещал другу страшную кару, если тот не согласится
- Шантаж. Как это по-слизерински, – фыркнул Гарри.
- Я предпочитаю называть это убеждением, – отозвался Драко. – Шантаж - такое грубое слово.
- Хоть розой назови её, хоть нет…* - отозвался Поттер. – И что же я должен сделать, чтобы сохранить дружеское расположение твоей матушки?
- Оставаться в спальнях после отбоя, – резко сказал кто-то за их спинами.
Гарри вздрогнул. Он не слышал, чтобы за ним кто-то шёл, не почувствовал чего-то необычного, ничего. Да, и чтобы ты НИКОГДА не забывал, где находишься, Поттер, завтра тебе предстоит интенсивная тренировка!
Ровенкловец повернулся лицом к преподавателю.
- Вы оба крайне меня разочаровали, – сообщила им МакГонагалл. – У вас почти получилось. Если бы я не увидела, что мистер Уизли и мисс Грейнджер куда-то крадутся, я бы вас не поймала.
Гарри заметил за её спиной Рона и Гермиону и удивился, почему те не спят. А, Норберт. Точно.
- Особенно я разочарована в вас, мистер Поттер, – продолжила декан Гриффиндора свою тираду. – Вы такой незаурядный студент! Вы можете объяснить, почему в такое позднее время были вне замка, на морозе?
На морозе? Гарри его не заметил.
- Я не мог заснуть, мэм, – честно признался мальчик. – И подумал, что надо пойти проветриться.
- В таком случае вам следовало направиться прямиком в Больничное крыло, мистер Поттер. А не на улицу. – Она перевела взгляд на Малфоя. – Ну?
- Я пошёл за ним, чтобы убедиться, что он не ушибётся и всё такое, – ответил Драко. – Моя мама думает, что он ходит во сне.
- Никогда! – запротестовал Гарри.
- Она просила приглядеть за тобой, – защищался слизеринец. – Она волнуется.
- Это сговор, – мрачно пробормотал ровенкловец.
Он знал, что Нарцисса Малфой не просила сына присмотреть за ним. Нет, Драко всего лишь пытался спасти собственную шкуру.
- Нет, это отработка для всех вас. Вечером, в эту пятницу. Возможно, она напомнит вам, где вы должны находиться после отбоя. – МакГонагалл обвела взглядом всех студентов. – А теперь возвращайтесь в спальни, и помоги вам Мерлин, если я поймаю вас снова.
- Да, мэм, – хором ответили провинившиеся.
Поттер развернулся и направился к башне своего факультета.
- Гарри? – позвал Драко. – Ты же знаешь: то, что я сказал про хождение во сне, неправда, так ведь? На самом деле мы так не думаем.
- Знаю. Я вижу, когда ты врёшь, – хмыкнул тот. – Только не пытайся больше использовать оправдание «я защищал Поттера», чтобы спасти свою шкуру. Мне не нужна такая защита.
- Да без разницы, Гарри. Ладно, увидимся завтра, – слизеринец на секунду замолчал. – Ты будешь говорить с капитаном команды?
- Нет, – коротко ответил собеседник и быстро зашагал по лестнице, которая вела к башне Ровенкло. Гарри Поттер, знаменитый книгочей, играет в квиддич? Что за нелепая мысль!
«Мистер Поттер,
Пожалуйста, придите в мой кабинет на час раньше обычного времени.
С. Снейп.»
Подняв руку, Гарри постучал в дверь лаборатории. Она распахнулась, и мальчик вошёл внутрь, тихонько при этом вздохнув. Раньше он ненавидел, когда проводил время со Снейпом, и делал всё, что мог, чтобы избегать этих встреч. Теперь же, как ни странно, зельевар стал в каком-то смысле прибежищем. В конце концов, мужчина не следил за ним каждый миг. Фактически, дав мальчику какое-нибудь задание, он переставал обращать на него внимание. Это успокаивало.
В эти дни жизнь Гарри стала намного спокойней. Омут Памяти, полученный от Макнэйра, сделал её сносной и позволил относиться ко всему проще. Даже кошмары немного отступили. Он по-прежнему спал с заглушающими чарами и вёл борьбу за сон, но стал не таким измождённым и начал живее воспринимать окружающее. Мальчик чувствовал себя почти нормально. Ну, насколько это возможно.
- Мистер Поттер, – с усмешкой приветствовал его Снейп. – Садитесь.
Гарри бросил школьную сумку в привычный угол и сел на стул.
- Я слышал, у вас отработка в эту пятницу.
Мужчина передал ученику инструкции для зелья.
- Да, сэр, – спокойно ответил мальчик и взял лист пергамента. А затем порылся в сумке и вытащил журнал зельевара.
- Я слышал, вы бродили вокруг школы после отбоя. – Профессор закончил установку котла, не глядя на Поттера. Фраза прозвучала саркастично.
- Колоссальное пренебрежение правилами.
Гарри пару минут изучал носы своих ботинок, раздумывая, не пытается ли преподаватель заставить его чувствовать себя виноватым. Он себя виноватым не считал. Ему было необходимо сделать что-то необычное. Полёт на метле оказался идеальным решением.
- Да, сэр, – мальчик ощущал, что в данный момент путь наименьшего сопротивления подойдёт лучше всего.
- Минерва сообщила, что вы не могли заснуть.
Ровенкловец резко поднял голову и в ужасе уставился на зельевара. Он что, хочет, чтобы Гарри ему доверился? Какая нелепая мысль! Мальчик никогда никому не доверял… даже Драко или Гермионе. Просто это было не принято. Свои ощущения он обсуждал только с самим собой. Всё, что он говорил Гермионе или Драко, было специально приготовлено именно для них или для кого-то другого, кто от них об этом узнает. Не больше и не меньше.
- Вы хотите, чтобы я доверился вам, сэр?
Мальчику нужно было убедиться.
- У вас были ещё сны о Блэке? – резко спросил Снейп, когда его тёмные глаза поймали взгляд ученика.
Гарри ощутил лёгкую щекотку, и это ему подсказало, что зельевар пытался применить легиллименцию. Оп ответил вызывающим взглядом, чуть ли не подзадоривая профессора испытать на прочность щиты, закрывающие его разум. Чем скорее Снейп поймёт, что ему не пробиться, тем меньше Поттеру головной боли.
- Нет, сэр. Просто лёгкая бессонница, – спокойно ответил он. - Беспокоиться не о чем.
- Мистер Поттер, вы можете полагать, что бессонница – это нормально для одиннадцатилетних мальчиков, но должен вам сказать, что это не так. Пожалуй, совсем наоборот. Понимаю – вам неуютно со взрослыми из-за того, как с вами обращались ваши родственники, но вы должны справиться с вашей прискорбной неспособностью спать, пока это не сказалось на вашем здоровье.
В голове ровенкловца раздался тревожный звоночек.
- Что вы имеете в виду, говоря «как с вами обращались ваши родственники», сэр? – процедил он сквозь зубы.
- Ничего, – профессор дал мальчику знак сесть. - Вы очень независимый молодой человек. Должно быть, они позволяют вам самому принимать большинство решений, и именно отсюда ваше неумение обращаться за помощью, когда она вам нужна.
Юный маг во все глаза смотрел на преподавателя, гадая, к чему тот ведёт. Снейп никогда ничего не делал без веской причины или мотива.
- Да, сэр, – ответил мальчик, вернувшись к зелью.
- В следующий раз, когда у вас будет бессонница, вы обратитесь к мадам Помфри, так? – скорее приказал, чем спросил зельевар.
- Да, сэр, – повторил Гарри, записывая порядок приготовления зелья.
- Хорошо, – кажется, мужчина хотел что-то добавить, но, поразмыслив, вернулся к собственной работе.
Наклонив голову и отсчитывая ингредиенты, Поттер улыбнулся. Сегодня он был не в настроении уворачиваться от расспросов Снейпа. Мальчик потянулся за ступкой и чуть не умер от испуга, когда кто-то схватил его за плечо. Он крутанулся лицом к напавшему и прикрыл голову руками.
- Даже вы должны признать, что ваше поведение ненормально, – произнёс преподаватель, когда сердце ученика постепенно успокоилось.
- Ненормально? – Гарри выровнял дыхание – Я думаю, когда вас вот так хватают, это абсолютно нормально!
Мальчик отступил от профессора, размышляя о его мотивах.
- Возможно, сегодня неподходящий день, сэр. – Он начал собирать свои вещи. – Возможно, в другой раз.
Ровенкловец закрыл журнал зельевара.
- Я и правда не знаю, что вы хотите от меня услышать, сэр, – добавил юный маг, немного поразмыслив. – Вы ищете ответы, которые я дать не могу.
- Не можете? - ухватился за фразу мужчина. – Или не хотите? – блеснув глазами, потребовал он.
Они уже играли в эту игру «не можете или не хотите» после одного из кошмаров Гарри. Ученик глубоко вздохнул, потом схватил сумку и направился к двери.
- Не уходите, мистер Поттер. Мы ещё не закончили.
Мальчик остановился перед дверью. Его рука примёрзла к дверной ручке.
- В данный момент я не нарушаю школьные правила. Наш разговор стал затрагивать личное пространство, и я не обязан выдавать вам мои секреты.
Гарри подпрыгнул, когда на его плечо опустилась тяжёлая рука. Он даже не слышал, как мужчина подошёл! Мальчик попытался отдёрнуться, но рука не отпускала. Снейп медленно развернул его лицом к себе и опустился перед ним на колено. Поттер уставился на преподавателя. Он никогда в жизни не видел его на коленях. Некоторое время зельевар изучал студента, а затем вновь заговорил
- По… Гарри.
Мальчик сохранял на лице бесстрастное выражение.
- Я понимаю, что немного на тебя давил. Я не хотел напугать тебя или требовать раскрыть свои тайны. Ты ранен. Кто-то продолжает тебе вредить.
Ровенкловец открыл рот, чтобы возразить, но мужчина поднял палец, прося его выслушать. Жест был так нехарактерен для Снейпа, что юный маг замер.
- Да, Гарри. Тебе вредят. Мы оба это знаем. Я надеялся, что ты достаточно мне доверяешь, чтобы рассказать, кто совершает такой ужасный поступок, но ошибся. Я не хочу, чтобы ты чувствовал, будто не можешь со мной поговорить, или что наши уроки зельеварения прекратятся, или что я буду использовать то, что знаю, против тебя, или что-то ещё. Я дам тебе время, сколько необходимо или сколько ты хочешь, но я действительно желаю, чтобы ты попытался рассказать мне, кто причиняет тебе вред. Со временем. По-другому это не прекратить.
Мальчик во все глаза смотрел на преподавателя. Он мимоходом подумал, а не так ли вёл бы себя зельевар, выбери тогда Гарри Слизерин, как предложила Шляпа? Был бы Снейп таким же заботливым? Боролся бы он за Поттера? Выслушал бы слова трёх ненормальных первогодок о философском камне? Варианты того, что могло случиться, пронеслись перед его мысленным взором, и он содрогнулся.
Голос учителя в голове кричал, что нельзя терять время на то, что могло случиться. Он быстро заставил его замолчать и стал думать о том, что сказал Снейп. Преподаватель ждал ответа. Гарри почувствовал, как широкая ладонь ободряюще слегка сжала его плечо. Зельевар и правда пытался донести до мальчика, что всё в порядке, и он здесь для него, а не по какой-то другой причине. Поттер заколебался. Его рука накрыла руку мужчины, а потом он кивнул. Но ничего сказать не мог.
- Хорошо, – отреагировал Снейп.
Одобрение в голосе зельевара вызвало у Гарри ощущение, что между ними что-то проскочило (что-то общее, или они достигли какого-то понимания, или обменялись энергией – будто что-то, стоявшее между ними, исчезло). Он не был уверен, что именно. Преподаватель подвёл его к рабочему столу и жестом предложил вернуться к подготовке. Мальчик продолжил с того места, на котором закончил, и вскоре с головой ушёл в работу. Постепенно он успокоился, и в итоге сварил вполне пристойное перечное зелье. Поттер разлил его по бутылочкам и, согласно указаниям профессора, надписал ярлыки. Гарри уже собирался отпроситься и уйти, когда зельевар его остановил.
- У меня для вас кое-что есть, – ничего не выражающим голосом сообщил он, а затем подошёл к полке и взял с неё книгу.
- Это дневник, Поттер, – преподаватель передал его мальчику. – Бывают люди, которые неспособны говорить о том, что с ними произошло, но могут об этом написать. Ты попытаешься это сделать?
- Да, сэр, – ровенкловец осмотрел книгу.
Обложка была из простой коричневой кожи, листы – сливочно-белые. Спереди на обложке было написано его имя.
- Спасибо.
Снейп лишь кивнул и вернулся к своему зелью, тем самым отпуская Гарри. Мальчик вышел и направился в комнаты факультета Ровенкло. Он знал, что будет использовать дневник. Только нужно изобрести способ прятать написанное от любопытных глаз.
Позже вечером профессор вытащил и открыл точную копию подаренного дневника, надеясь увидеть что-нибудь, что поможет понять, что происходит с Мальчиком-Который- Выжил-Чтобы-Его-Раздражать. Он уставился на страницу, пытаясь понять, о чём думал мальчишка, когда всё это писал. Это были не буквы, а какие-то каракули и значки. На целых пяти страницах дневника – ничего разборчивого.
Кажется, там были одна или даже две кляксы, разлили какую-то жидкость и она размыла чернила… никаких читабельных пометок. Мужчина захлопнул дневник и зарычал. Хуже всего то, что он не мог подойти к Поттеру и потребовать объяснений! Тогда тот сразу же поймёт, что у Снейпа есть копия дневника, и он может видеть написанное. Иногда я ненавижу свою жизнь, - подумал зельевар, бросив злосчастный дневник в ящик стола и заперев его там. Тогда к плану Б…каким бы он не оказался.

* Ставшая крылатым выражением строчка из второго акта «Ромео и Джульетты»:
Что значит имя? Роза пахнет розой,
Хоть розой назови её, хоть нет.
(перевод Б. Пастернака)


Глава 14


Привет, любители поттерианы. Вот вам новая глава. С Новым годом! Всего доброго! Наслаждайтесь. Бете - признательность за труды.
Магические существа
Хедвиг, в числе других сов кружившая над столом Ровенкло, уронила перед Гарри квадратный свёрток. А потом уселась рядом с хозяйской тарелкой и принялась прихорашиваться.
- Какая же ты умная сова! – заметил Гарри и потрепал её по голове.
Он предложил ей кусочек бекона Терри, который сова жадно проглотила, а сам тем временем открыл посылку.
Мальчик знал, что у него, как любили говаривать его маггловские родственники, «не все винтики на месте», но отдавал себе отчёт, что магглы продвинулись в решении задач, которые подкидывает человеческий разум, гораздо дальше волшебников. И, скорее всего, они не только смогли бы определить, что с ним происходит, но и предложили бы какой-нибудь способ это вылечить. Что-нибудь такое, с чем можно было справиться самостоятельно.
Не обращая внимания на странные взгляды, которыми одаривал его Терри, он сунул книгу в сумку. Его не заботило, что сокурсник считал его не от мира сего. Магазин «Флориш и Блоттс» с огромной радостью вызвался помогать Гарри с его «специальным» проектом сравнения магического и маггловского здравоохранения и охотно продал эту книгу по символической цене. У мальчика было чувство, что на деле та стоит куда дороже.
После уроков он уединился в библиотеке и вытащил свою новую книгу по психологии. Должно же быть название тому, что с ним происходит! Иначе и быть не может. Если он сумеет дать этому имя, то тогда найдёт и способ бороться. Юный волшебник очень надеялся, что сможет найти способ справиться с этим, чем бы оно ни было. Люди стали замечать. Давай смотреть на вещи реально, Поттер. Люди начали беспокоиться, и именно это тебя пугает больше всего. Гарри приказал внутреннему голосу заткнуться. Ему нужно было сосредоточиться на книге.
Он перепрыгнул через главы, не представлявшие для него серьёзного интереса. Да, конечно, любопытно прочитать, как устроен мозг, и почему случаются определённые вещи, но его гораздо больше, чем всё остальное, интересовало, что же с ним происходит.
Несколько часов спустя Гарри оторвался от книги (солнце как раз начало клониться к закату). Он отодвинул книгу, закрыл её и опустил голову на стол. Ему пришлось бороться с желанием побиться лбом о столешницу. Его просто-таки подмывало это сделать. У него не было возможности самому справиться с проблемой. Никакой. Ему нужно лечение. С участием другого человека!
Чтобы успокоиться, мальчик глубоко вздохнул, а затем принялся рыться в сумке в поисках дневника. Положив его на стол, Гарри вынул палочку. Быстро оглянувшись, убедился, что за ним никто не следит. После чего снял очки и слегка постучал палочкой сначала по одному глазу, потом по другому, открыл дневник и легонько ударил палочкой по странице.
У меня проблема, с которой я не могу справиться самостоятельно. Но думаю, в любом случае справлюсь. По симптомам, описанным в книге по психологии, это посттравматическое стрессовое расстройство. Обычно оно встречается у людей, которые перенесли что-то, ну, травмирующее. Классно, интересно, что могло меня травмировать? Гмм. Вся моя жизнь? Конечно, он бы заявил, что не нужно жалеть себя, поскольку это нецелесообразно. Он прав, не так ли? Не стоит перед самим собой распускать нюни.
Как мне с этим справиться? Я не могу оставить всё как есть, вздрагивать от каждой тени или шума. Люди становятся подозрительными. В особенности Снейп. И Малфои, что в корне неправильно, учитывая, что было раньше. Терпеть не могу, когда нет ответов. Раздражает. Ужасно раздражает. Почти злит. Нет, не злит. Приводит в ярость. Это как если бы кто-нибудь сделал мне что-нибудь, не поставив меня в известность, а потом попросил бы не волноваться об этом. Или что-то в этом роде. Я слишком растерян, чтобы думать дальше. Так, по плану ужин, затем – отработка. До сих пор не могу поверить, что у меня отработка! Не могу поверить, что меня поймали! Если бы не Малфой…Ладно, хватит об этом.
Прежде чем отложить дневник, Гарри снова постучал палочкой сначала по странице, а потом по глазам. Как и обещал учитель, то заклинание секретности пригодилось. Правда, оно было предназначено, чтобы скрывать приказы и стратегические планы от остального мира. Ой, да ладно. Оно хорошо подходило и для личных дел. В конце концов, он писал в дневнике обо всём. Не годится, чтобы кто-то вроде… Риты Скитер нашёл его и написал, что Гарри Поттер чокнутый… без разницы.
Собрав вещи, мальчик направился вниз, в Большой зал. Он знал, что если не появится на ужине, домовики устроят на него охоту, а потом чрезмерно деятельная Сэрри заставит его есть. Эльфийка и профессор Снейп втайне сговорились – он в этом уверен. Просто нужно найти доказательство, а потом он станет их обоих шантажировать, пока они не прекратят. Тогда Сэрри начнёт рыдать, и ему будет не по себе. На заметку: ПЕРЕСТАНЬ ДУМАТЬ!
- Гарри? – сбоку раздался голос. – Не знаю, что такого тебе сделал этот кусок камня, но я уверен, что ему очень жаль.
Поттер повернул голову и увидел, что рядом стоит Драко Малфой. Оказывается, ровенкловец пялился на каменную стену перед входом в Большой зал.
- Наверно, – мрачно отозвался он.
- Угу. Ну что, ужин и отработка? – Драко повёл друга в зал – Я слышал, вечером мы идём на отработку с полукровкой.
Слизеринец потащил приятеля к столу своего факультета.
- Прости? – спросил Гарри.
Он неоднократно слышал, как таким образом называют самых разных людей. И поэтому сразу определить, о каком именно полукровке толкует Малфой, было невозможно.
- Да лесник же, – пояснил Драко, когда перед приятелем появилась тарелка, и тут же принялся накладывать еду на собственную. - Перед тобой всегда вот так появляется уже готовая порция?
- Да. Всякий раз. И не надо называть Хагрида полукровкой. Он не виноват, что у него такие родители.
- Тебе не кажется, что ты собираешь вокруг себя все отбросы общества? – поинтересовался слизеринец, копируя своего отца.
- Тебе не кажется, что сейчас ты говоришь совсем как твой отец? – парировал Гарри, размышляя, разумно ли будет оставить шпинат на тарелке.
Он не очень-то любил овощи. Он их ел раньше лишь потому, что не было выбора, ведь наставник целый месяц во время еды стоял у него над душой. Но значит ли это, что он должен есть овощи, которые ему не по нраву, теперь?
Мальчик решил не обращать на шпинат внимания и обернулся к другу.
- Кроме того, Хагрид много времени провёл в Запретном лесу. Держу пари, он всё о нём знает.
- Ты это к чему?
- Хагрид может знать что-то полезное, чему может научить нас со временем, Драко. Глупо ограничивать свои возможности, цепляясь за предрассудки.
- Тебе что-то известно, Гарри? – Малфой принялся за пудинг.
- Мне много чего известно, но, полагаю, ты говоришь о чём-то конкретном? – Поттер усмехнулся приятелю.
- Ну да. О том.
- Чём?
- Что ты говоришь, как взрослый. Так бывает нечасто, но когда это происходит, я задаюсь вопросом, сколько тебе лет.
Ровенкловец вскинул бровь и покачал головой. Без сомнения, Драко себе на уме. И это чуточку нервирует.
- Я читаю, – прошептал Гарри. – Ты тоже как-нибудь попробуй. Узнаешь, какие на свете есть умные слова.
- Болван, – фыркнул слизеринец.
- Сноб, – не остался в долгу приятель. – Во сколько у нас отработка?
- Минут через пять. Мы должны встретиться в коридоре, около главного входа. – Драко сдёрнул салфетку с колен и встал. - Готов?
Гарри на мгновение замялся, глядя на нетронутый шпинат.
- Несомненно.
Он не услышал, как за преподавательским столом фыркнул профессор зельеварения.
«Кто в здравом уме стал бы посылать одиннадцатилетних детей в Запретный лес, где неизвестное существо пьёт кровь единорога?» – думал Поттер. Рядом Малфой продирался сквозь подлесок с ловкостью двухлетнего малыша; слон, и тот шумел бы меньше. Гарри вёл себя потише. Он мог бы и лучше, но внезапно стать в лесу беззвучным как призрак, когда рядом Драко – вряд ли это хорошо кончится… малфоевские подозрения только вырастут и мысленный список слизеринца пополнится; как раз этого Гарри в ближайшем будущем хотелось меньше всего.
- Что мы здесь должны искать? – раздражённо спросил Драко. Фонарь, который он нёс, светил едва ли не во все стороны.
Гарри отвёл взгляд от света, чтобы тот не мешал ночному зрению. Искусственные источники света больше мешают, нежели помогают, солдат. Зрению может понадобиться от десяти до шестидесяти секунд, чтобы подстроиться…это в два раза больше, если стоит ночь, а ты пытаешься что-то увидеть в темноте. А ещё фонарь покажет врагу, где именно ты находишься. Оружие - это палка о двух концах, солдат: если ты можешь использовать его против кого-то, этот кто-то сможет сделать то же самое.
- Кровь единорога, – коротко ответил ровенкловец. – Необязательно разглядывать ветки, Драко. То, что мы ищем, должно быть на земле.
- Ты говоришь так, словно тебе это нравится, – упрекнул тот.
Мальчик не ответил. В каком-то смысле ему и впрямь нравилось. Пока он тренировался, учения в лесу были единственной возможностью почувствовать себя свободным, а не под прицелом тех бездушных глаз и связывающей и принуждающей магии; с тех пор, как он приступил к тренировкам, всего несколько раз чувствовал себя самим собой. Когда он вернулся к обычным упражнениям, наставник был недоволен, потому что парня стало труднее контролировать, и он хуже выполнял приказы. Учитель не единожды грозился прекратить подобные учения и выполнил бы угрозу, если бы Гарри не показывал каждый раз в условиях леса феноменальные результаты. Инструктор по выживанию по меньшей мере четырежды привлекал Поттера, чтобы показать остальным, «как нужно действовать». Во время тренировок он не раз заставлял секундомер остановиться на рекордной отметке (по крайней мере, так говорил наставник). Гарри до сих пор не был уверен, шутил тот или нет.
Резкий выдох справа заставил его обернуться и взглянуть на спутника, а в голове тут же включился сигнал тревоги. Рядом было что-то ещё. Драко каким-то образом умудрился стать в несколько раз бледнее.
- Дра… - Поттер не успел закончить – слизеринец выронил фонарь и был таков.
Лес вокруг заходил ходуном, и из-за деревьев отовсюду выткались кентавры.
- Мы ждали твоего возвращения, Избранный, – один из них выступил вперёд.
Кольцо вокруг него замкнулось. Гарри ощутил, как растет тревога – ситуация становилась чрезвычайно опасной. Время уходить.
- Мы никогда не причиним тебе вреда. – Кажется, этот кентавр возглавлял группу, потому что под его взглядом все остальные замерли. – Ты многое отдал, чтобы сюда вернуться, и мы отплатим сполна.
Голос звучал гипнотически – неторопливо и ритмично. Мальчик моргнул. Здесь затевалось что-то ещё.
Он смотрел, как кентавр приближается к нему. Потом отступил на несколько шагов и вытащил палочку. Кентавр лишь вскинул бровь, и сильные руки обхватили запястья Поттера. Наставник, должно быть, бушевал у себя в могиле. Он отступил прямо к ним! Гарри начал вырываться из захвата, но вдруг услышал резкое: «Нет!», и что-то тупое и тяжёлое ударило его по темени.
Мир перед глазами померк, и мальчик осел на колени. Ноги отказались подчиняться, вставать и бежать. Ему хотелось обхватить неожиданно получившими свободу руками голову и застонать. Он так и сделал, но понял, что от этого та болит ещё сильнее. Кто-то поднял его на руки. Гарри попытался пошевелиться, сказать что-нибудь, поднять палочку… Ничего не произошло. Тот, кто его держал, через что-то перепрыгнул. От этого движения голову встряхнуло, перед глазами окончательно потемнело, и он всё-таки потерял сознание.
Драко Малфой знал, что сбежать было трусостью, но полагал, что приятелю присуще хоть какое-то чувство самосохранения. Оказалось, что он ошибался. Гарри Поттер приветствовал смерть с раскрытыми объятиями. Драко не хотелось терять время на Хагрида – друг мог быть в большой опасности. Нет, ему необходим настоящий волшебник. Он пронёсся по замку, направляясь вниз, в подземелья. Снейп был единственным, кто мог сейчас помочь. Слизеринец сначала проверил рабочий кабинет, и лишь затем – лабораторию. Там он и обнаружил преподавателя.
- Гарри утащили кентавры! – задыхаясь от бега, мальчик согнулся пополам.
- ЧТО? – прогремел профессор.
Он уничтожил содержимое котла, погасил пламя и ринулся к двери. В коридоре зельевар приостановился и отправил одного патронуса к директору, а второго – к Флитвику.
- Пойдём, Драко. Покажешь, где. – Снейп нёсся по коридору. Малфой рысцой бежал за ним.
Лес выглядел так же зловеще, как и в тот момент, когда Драко оказался здесь в первый раз. Он не мог понять, как Гарри могло здесь нравиться. Мальчик повёл профессора к поляне.
Снейп использовал Lumos, чтобы оглядеться. Его лицо становилось всё напряжённее.
- Кажется, их было много, – медленно произнёс зельевар. – Почти два десятка на одного мальчишку, – прорычал он.
Профессор прервался и отослал к замку ещё одного патронуса, чтобы сообщить Дамблдору, где его искать.
- Драко, у них с собой было какое-нибудь оружие?
- Не знаю, – медленно произнёс тот. – Я не разглядел их хорошенько. Не уверен.
- У тебя есть глаза. Что ты видел? – взревел Снейп.
Мальчик закрыл глаза и попытался прокрутить события назад. Затем открыл и подошёл к месту, где уронил фонарь.
- Я был здесь. Несколько кентавров появились там, – он указал на деревья перед ним. – Готов поклясться, что ни у кого из них не было оружия, кроме одного – посередине. У него было. Лук. Только за спиной, а не в руках.
- Что ж, если бы они хотели, чтобы Поттер умер, всё произошло бы по-другому, – прокомментировал декан Слизерина. Он осмотрел поляну вокруг того места, где стоял Драко. – Выглядит так, словно здесь дрались, но недолго, – задумался мужчина, глядя на взрытую землю. А вот тут упало тело.
Снейп поднял голову и увидел, что на поляну вышли Дамблдор и остальные преподаватели.
- Поттера захватили кентавры. Они на него напали. Понятия не имею, для чего. Мы должны его найти, – сообщил зельевар коллегам.
Казалось, некоторых из них сбило с толку, что Северус Снейп беспокоится о Мальчике- Который-Выжил, но никто не стал заострять на этом внимание. Разделившись на пары, все начали прочёсывать лес. Дамблдор вызвал Фоукса и написал записки старостам школы, а затем в паре с Макгонагалл присоединился к поискам.
Гарри не мог точно вспомнить, когда же именно мир сошёл с ума, да так, что он и не заметил. Его даже не заботило, почему. Просто хотелось, чтобы это закончилось. Конечно, всё выглядело бы не так ужасно, если б его не стукнули по голове и не утащили против воли непонятно куда. Кентавры попросили прощения за удар по голове. Очевидно, это в их планы не входило. Постоянно звучало слово «целесообразность», и один молодой кентавр перестарался… по крайней мере, так они объяснили. Мальчик не знал, верить им или нет. Всё зависело от того, насколько большими будут неприятности, в которые он влип из-за этого «скромного» исчезновения в лесу. В свою защиту Поттер мог сказать, что не пошёл бы в Запретный лес, раз он ЗАПРЕТНЫЙ, если бы его не послали туда на отработку. Ведь предполагается, что он первокурсник.
Ну что ж, вот он сидит тут в кругу кентавров, а с той минуты, когда его захватили, прошли почти целые сутки. Мальчик прямо-таки видел, какое письмо Дамблдор напишет Дурслям:
«Дорогие мистер и миссис Дурсль.
Мой печальный долг – известить Вас о том, что Ваш племянник Гарри Джеймс Поттер пропал. Если мы его найдём, непременно Вам сообщим.
Искренне Ваш
Альбус Дамблдор».
Самое грустное, что подобное письмо доставило бы Дурслям море радости. Гарри покачал головой и порадовался, что та уже не болит. У целителя кентавров оказалось раз в десять меньше возможностей применить свои знания, чем у мадам Помфри, ведь за последние несколько месяцев мальчик оказался её единственным пациентом. Главному кентавру пришлось практически выкрадывать у неё мальчика.
Похоже, сегодня вечером должно было случиться что-то важное. Кентавры ничего ему не говорили, но он чувствовал. Ожидание вокруг них так и витало. Это, а ещё их одеяния и присутствие домовых эльфов отчасти выдавали, что затевается нечто неординарное.
Весь личный состав был налицо, возбуждённо и суматошно мельтеша по поляне. Прямо сейчас они пытались отчистить траву. Поттер пытался им объяснить, что так ничего путного не выйдет, но Сэрри лишь спросила, не желает ли «Гарри, сэр» поесть или попить. После этого он старался держать язык за зубами. Не хотелось, чтобы домовик смотрел, как он ест, когда совсем не голоден. От разочарования в их глазах делалось почти по-настоящему больно. Они вели себя так, словно похищение мальчика кентаврами – совершенно в порядке вещей, и нисколько не переживали за его безопасность. Отсутствие беспокойства с их стороны заставило Гарри слегка расслабиться, но он всё равно беспокоился из-за того, что может произойти.
Они явно были частью плана похищения. Кнопка приветствовал главного кентавра, словно старого друга, и с гордостью вручил Гарри его мантии и полную корзину вещей, которые, по мнению домашних эльфов, могли понадобиться мальчику. Здесь было всё, начиная от расчёски и зубной щётки и заканчивая несколькими учебниками. Сейчас он держал в руках книгу по зельеварению – в знак признательности эльфам, но сосредоточиться на чтении не мог. Даже если оставить похищение в стороне, что-то во всём этом казалось просто неправильным. Инстинкты кричали ему сражаться, сбежать в безопасное место, но другая половина говорила, что как раз тут-то он в безопасности, большое спасибо, и разве присутствие кентавров не успокаивает? Просто пока во всём этом не было смысла.
На него почти не обращали внимания, но как только он что-нибудь доедал или допивал, кто-нибудь из кентавров давал домовикам знак, и игра «давайте накормим Гарри» начиналась заново. Мальчику вдруг вспомнилась старая сказка про Гензеля и Гретель, и он фыркнул, развеселившись. Конечно, кентавры не едят детей, но мысль забавная.
Его так и не просветили, зачем он здесь, и для чего нужны мантии и домовик-парикмахер. Эльф, которого Гарри раньше никогда не видел, вдруг возник прямо перед ним, сделал что-то эдакое с его волосами, так что они, наконец, улеглись, и исчез, прежде чем мальчик успел сказать «спасибо». Поттер вздохнул, борясь с желанием взъерошить волосы. Его победили. Стоило спросить кентавра, что он здесь забыл, как тот с улыбкой отвечал, что всему своё время. Стоило ему встать, как двадцать кентаврских голов поворачивались в его сторону и разглядывали до тех пор, пока он не садился. Мальчик был убеждён, что это, должно быть, самое странное похищение/взятие в заложники, о каком он когда-либо слышал, и уж тем более участвовал.
Гарри отложил учебник зельеварения и взял книгу по истории. И вздрогнул, когда увидел, что рядом стоит человек, которого он раньше не заметил. Книга упала обратно в корзину, а мальчик быстро оглянулся по сторонам, чтобы узнать, заметил ли незнакомца кто-нибудь ещё.
- Эйден, хорошо, что ты прибыл, – главный кентавр, Джичен, встал с земли и направился к пришельцу.
- Подобное приглашение нельзя отклонить или проигнорировать, – отозвался тот, кого назвали Эйденом. Затем он поклонился кентаврам и указал на Гарри. - Насчёт него вы были правы. Остальные, как мы говорим, в пути. Все мы стремимся ему помочь, чем только сможем.
- Уверен, нам понадобятся твоё мастерство в обращении с разумом, – Джичен отвёл Эйдена в сторону, а Поттер таращился им вслед.
Он оглянулся и увидел, что за ним наблюдает кентавр.
- Кто это был? – спросил мальчик у стража.
- Эйден, Глава Совета вампиров, – кентавр слегка улыбнулся. – Совет в полном составе направляется сюда.
- Почему? – Гарри обрадовался первому прямому ответу со стороны похитителей и понадеялся, что так будет и дальше.
- Узнаешь, – полуконь-получеловек встал и отошёл от «заложника».
Поттер едва не швырнул книгу в удаляющего стража и опять устроился на странном сидении, которое ему дали кентавры. Мягкое, как подушка, но в форме стула. Он лениво подумал, не попросить ли такую штуку для ровенкловской гостиной, ведь ни на чём более удобном сидеть ему ещё не доводилось. Мальчик прислонился затылком к спинке и со вздохом закрыл глаза, но почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд снова их открыл.
И обнаружил, что с противоположного края поляны его рассматривает какая-то женщина. После чего просто ему улыбнулась и присоединилась к Джичену и Эйдену. Никогда бы не подумал, что скажу такое о пребывании в заложниках, но мне ужасно скучно. Заняться нечем, а появление новых лиц ничуть не помогало развеять скуку. Гарри казалось, что Совет вампиров в полном составе – это знак, что он в опасности, но кентавры заверили, что это не так, и мальчик им поверил.
Стали появляться другие существа. Многих он узнал. Гномы, гриндилоу (и как это им удавалось оставаться в живых на суше?), холмобормоты, русалки (волшебные пузыри, окружавшие их, напомнили Гарри аквариумы), черти, крылатые кони-абраксаны, баньши (слава Богу, молчавшие), ниффлеры, клабберты, фестралы, гоблины, красные колпаки, крапы (казалось, присутствие мальчика переполнило их радостью, и они вели себя как собаки, на которых, собственно, и походили – прыгали вокруг него, пока не вмешался Джичен) и такое множество других волшебных существ, что поляна постепенно начала напоминать магический зоомагазин.
Увидев, с какой теплотой Джичен приветствовал вампиров, Поттер удивился. Он-то думал, что кентавры не ладят с вампирами, но, похоже, учебники ошибались. Мальчик вгляделся в мужчин и женщин, которые сейчас выходили из-за деревьев, и его сердце ёкнуло. Здесь был Ремус! Ремус Люпин задержал взгляд на Гарри и лишь затем обернулся к кентаврам, приветствовавших его спутников. Что бы это могло значить? Юный волшебник вскочил и начал пробираться к ним, но чья-то рука удержала его и заставила вернуться.
- Если ты потеряешься в толпе, Гарри Поттер, будет плохо, – с сожалением произнёс кентавр. – Надо признать, некоторые существа здесь могут забыть, что ты под защитой, если появишься среди них в одиночку.
- Мне что-то угрожает? – он был слегка сбит с толку, потому что ему запрещают двигаться таким вот образом.
- Нет, до тех пор, пока ты здесь и не мешаешься с толпой, – кентавр убрал руку.
- Прекрасно, – Поттер плюхнулся на подушкостул и сделал вид, что вовсе не сердится, а рассматривает ближайшие магические существа.
Крапы были вне себя и веселились как собаки, подпрыгивая на месте. Гарри был в курсе, что они любят волшебников, но не подозревал, что так безумно. Он едва не вскочил на ноги, когда на поляну шагнул Грим и наградил его поистине королевским взглядом. Мальчик понимал, что это – не его крёстный. И стал размышлять, что здесь делает Грим, который фактически даже не был живым.
Спутники Ремуса изучали Грима с признаками лёгкого испуга. Казалось, самого Ремуса это позабавило. И только потом до Гарри дошло, что он видит оборотней. Хотелось влепить себе подзатыльник за то, что не замечает очевидное.
Он всё же вскочил, когда на поляну просочилась целая компания акромантулов. Но один из кентавров просто указал им на свободное место. Что это вообще такое, Организация объединённых магических существ? На поляну прибыло небольшое пополнение (грифон, дриада и несколько карг – уродливых старых ведьм), и, похоже, начало собрания было не за горами, что бы тут не предполагалось. А услышав слева от себя и очень близко рык дракона, мальчик едва не выпрыгнул из собственной кожи.
Несколько минут спустя деревья Запретного леса расступились как живые, пропуская на поляну десяток драконов. Опять же, будь Гарри деревом, он тоже с радостью убрался бы с их дороги. На самом деле, инстинкты просто кричали, что единственно правильным будет сбежать, только вот кентавр сказал ему взглядом «не глупи». Они что, его мысли читают?
Мальчик задрожал, удивившись, почему внезапно похолодало. А затем ещё раз перевёл дыхание и определил причину. Приближались дементоры. Юный маг вытащил палочку и оглянулся, готовый их отогнать. Нетушки, огромное спасибо, неохота ему переживать заново своё худшее воспоминание. И вообще, он даже не был уверен, какое его воспоминание теперь самое ужасное. И выяснять не было никакого желания.
Вдруг его словно что-то окутало, и холод исчез. Мальчик осмотрел себя, но ничего не заметил. Он взглянул на своего охранника/тюремщика, который лишь хмыкнул:
- Просто чуть-чуть нашей магии, Гарри Поттер, – самодовольно произнёс кентавр.
«Пленник» наблюдал, как дементоры подплыли, поприветствовали Джичена и отошли в ту сторону, куда им указали. Кажется, магия распространялась и туда, поскольку оборотням такое соседство ничуть не повредило.
Наконец последние магические существа устроились с комфортом. Гарри едва не усмехнулся. Это собрание стоило провести на квиддичном поле. Он переключился на Джичена, который встал перед толпой и поднял руку, привлекая всеобщее внимание.
- Спасибо всем, что прибыли в столь короткий срок. Для меня честь увидеть, что все вы появились менее, чем за два дня.
Поттер прищурился. Держу пари, они заставили меня спать так долго, как только могли, просто чтобы удержать здесь!
- Наш почётный гость здесь. Он вернулся, чтобы выполнить своё предназначение.
Мальчик ещё успел удивиться, о ком это он толкует.
- Гарри Поттер, пожалуйста, встань и подойди.
Юный волшебник в изумлении широко распахнул глаза. Но всё-таки справился с потрясением и заставил себя выполнить приказ. Он догадался, что от него на собрании что-то понадобится, и именно он и будет главной темой, но не думал, что к этой теме будет такое пристальное внимание. Ему было очень неуютно, и хотелось провалиться сквозь землю.
- Друзья и собратья, вы видите проблему? – спросил Джичен, обводя взглядом собрание.
Закивали все, от оборотней до драконов.
- Что за проблема? – шипящим шёпотом спросил у него Мальчик-Который-Стал-Центром-Внимания.
- У тебя два разума, Гарри Поттер, и они воюют друг с другом. Мы можем тебе помочь и прекратить это, – сообщил ему Джичен.
- Я не понимаю, – заявил мальчик.
Джичен подал кому-то знак. А затем подвинулся так, чтобы юный маг мог видеть только его, и улыбнулся.
- Не видеть снов, которые заставляют просыпаться среди ночи, Гарри Поттер. Не кричать от кошмаров и не вздрагивать от малейших шорохов. Больше никаких трудностей. Просто Гарри Поттер.
Он отодвинулся, и вампир, которого звали Эйденом, промолвил, глядя мальчику прямо в глаза:
- Пожалуйста, расслабьтесь, мастер Поттер, наш Избранный. Вам не будет больно.
У Гарри хватило времени только на то, чтобы осознать, что это не то положение, в котором ему хотелось находиться, и его глаза широко раскрылись. Но на него тут же накатила необоримая волна сна. Он ослабел и упал кому-то на руки.
Они устроили мальчика на подушкостуле. Его там удерживало какое-то заклинание, а тем временем начало происходить что-то. Поттер не спал и был в сознании, но не мог даже пальцем пошевелить или произнести хоть слово. Представитель каждой группы в тот или иной момент подходил к нему и что-то делал.
Гарри не мог объяснить, что же всё-таки они творили – разум просто не поспевал за скоростью их действий. За ночь его лицо несколько раз омыли, а к его рту поднесли чашу с лёгким и благоуханным напитком. Ничего подобного он раньше не пробовал. Мальчик просто сидел на своём стуле и боролся за то, чтобы в голове окончательно прояснилось. Каждый раз, когда ему это почти удавалось, подходил Эйден и снова погружал Избранного в блаженную дремоту.
Все это очень походило на то, как Пожиратели Смерти накормили его галлюциногеном, прежде чем «повеселиться». Они смеялись над ним, играли с ним и делали его совершенно несчастным, пока парень пытался бороться с отравой. Да, было похоже, но всё же это другое. Гарри ощущал безопасность, защиту и облегчение. Он почти ненавидел это состояние, но в то же время оно ему нравилось. Мальчик уже и не помнил, когда последний раз чувствовал себя так замечательно.
А когда сам Ремус опустился перед ним на колено и положил руку ему на лоб, юный маг попытался улыбнуться. Вообще-то он хотел обнять Люпина и крепко к нему прижаться, но тело лишь дёрнулось. Ремус что-то пробормотал, улыбнулся, потрепал его по щеке и отошёл. Сердце мальчика на миг болезненно сжалось: прямо перед своей гибелью бывший Мародёр сделал то же самое.
Боль тут же ушла, и Гарри увидел перед собой дементора. Тот лишь опустил руку ему на макушку, а затем отступил. Было странно, но к радости Поттера, за этим не последовало ничего.
Кентавры столпились на краю поляны, что-то окружив. Юному волшебнику не было видно, что там происходит, но он понял, что телу всё равно. На его коленях, сладко посапывая, клубочком свернулся крап. Усталый взгляд мальчика перешёл на дракона, вставшего перед ним. Он обнаружил, что это его совершенно не волнует, и только мигнул, когда великолепное магическое существо на мгновение легонько дотронулось когтем до его головы и отошло. И даже не почувствовал этого прикосновения.
Гарри задремал. Время от времени открывая глаза он всякий раз видел перед собой новое существо, и каждый раз снова опускал ресницы. Интуитивно мальчик знал, что ему здесь ничего не грозит. Поттер умудрился слегка улыбнуться следующему посетителю (гоблин выглядел каким-то знакомым) и снова уплыл в сон.
Проснулся он оттого, что кто-то легонько сжал руками его голову. Юный волшебник встретился взглядом с Эйденом и почувствовал, как все окклюментивные щиты, один за другим, пали. Вампир копался в его разуме, что-то там настраивая. Должно быть, это было самое странное чувство, которое Гарри испытал за всю свою жизнь. Ночь открытий, не так ли, малыш?
Эти слова раздались прямо в голове, а за ними последовал взрыв смеха. Совместные действия магических существ. Похоже на сказку. Вампир вновь рассмеялся, продолжая копаться в его голове. Ощущения изменились. Чем дольше Эйден оставался в его мыслях, тем легче становилось мальчику. Вот так. Вампир оставил его разум и улыбнулся Гарри.
- Больше не будет воспоминаний, а? – поинтересовался он, снова укладывая голову «пациента» на спинку подушкостула. – Отдыхай, малыш. Больше от тебя ничего не требуется, а мы должны поспешить, не то нас застигнет рассвет.
Вампиры заторопились к кентаврам, которые по-прежнему толпились на краю поляны. Гарри ещё немного их поразглядывал, а потом снова провалился в сон.
Он проснулся от птичьих трелей в кронах деревьев. Тут же огляделся и обнаружил, что снова одет в школьную форму, а его мантии и остальные личные вещи исчезли. Рядом стоял Джичен.
- Как ты чувствуешь себя, Гарри Поттер?
- Слегка не по себе, – честно признался тот. – Что вы со мной сделали?
Он всё еще чувствовал себя уставшим и хотел спать, но разум требовал ответов.
- Твои рассудок и тело не справлялись с избытком имеющихся знаний и воспоминаний, – спокойно ответил кентавр. – Мы, магические существа, сразу узнали о твоём возвращении и заметили тревожные признаки постоянного вреда. Домовые эльфы рассказали нам, как ты себя ведешь и как чувствуешь себя в школе. Мы лишь желали помочь тебе, Гарри Поттер. Разве мы не помогли?
Мальчик замер, закрыл глаза и проверил окклюментивные щиты. Рассудок казался не таким переполненным, швы – менее напряжёнными. Он почувствовал, как поднимается и корчится, чтобы вывернуться из захвата. Глаза распахнулись.
Джичен улыбнулся.
- Ты больше не станешь действовать как солдат, если только не будешь в опасности. Все знания здесь, равно как навыки и воспоминания. Они появятся, только если в них будет нужда, а не на контрольной или за едой. Так гораздо удобнее, правда?
- И всё же вы могли хотя бы предупредить меня, – Гарри поёжился от утреннего холода.
- Тогда бы ты не позволил нам помочь, – Джичен поставил его на ноги и завернул в толстое одеяло. – Нам всем известно о твоей гордости и силе, Избранный. Мы лишь хотели помочь.
Кентавр раскрыл маленький свёрток и извлёк из него невинный на первый взгляд амулет.
– Его сделали для тебя все магические существа, которых ты видел. Он защитит тебя. Где бы ты ни был, мы узнаем и защитим тебя от любого, кто захочет причинить тебе вред.
- Вы не должны были этого делать, – запротестовал юный волшебник.
- Попробуй их остановить. – Джичен надел шнурок на шею мальчика и завязал узел. Он пробормотал какое-то слово, и шнур исчез. – Или снять амулет. Его не уничтожить. И он твой.
- Спасибо, – Гарри попытался опустить взгляд на маленький сгусток чар, висящий в ямке между ключиц, но обнаружил, что не может его увидеть.
- Тебе пора вернуться в школу. Ты предпочитаешь ехать верхом или мне понести тебя?
- Вы хотите меня прокатить? – удивился мальчик.
Он знал, какого мнения кентавры о людях и верховой езде.
- Мм, да, – Джичен нагнулся и поднял Избранного.
Довольно необычно, пронеслось у того в голове, ехать на ком-то, похожем на лошадь, когда не за что держаться. Особенно, если так устал. Он моргал, чтобы не дать себе заснуть, и это почти помогало. Наконец Джичен остановился и взял Гарри на руки.
- Отдыхай. Я чувствую, кто-то из твоих преподавателей находится неподалёку.
- Только не Квиррелл, – в руках кентавра мальчик расслабился.
- Нет, не тот одержимый, – отозвался Джичен. – Не он.
Снейп готов был палить по окружающим его деревьям. Или предать всё огню. Он был почти убеждён, что Запретный лес изо всех сил мешает им искать мальчишку Поттера. Если он когда-нибудь обнаружит, что это правда, то щепки на щепке здесь не оставит. Ни веточки. Он чуть не начал ругаться по-английски, а не по-французски, как обычно, когда заметил кентавра. Зельевар сощурился, заметив кое-кого на руках кентавра, и понял, что лес спасся от уничтожения… покамест.
- С Гарри Поттером всё в порядке, – сообщил Джичен.
- Зачем вы его унесли? – профессор принял из рук кентавра спящего мальчика.
- Целесообразность, – просто ответил обитатель Запретного леса. – Следующую неделю он будет очень усталым. Пускай спит столько, сколько захочет, а когда проснётся, накормите его. За неделю он полностью придёт в себя.
- Что вы с ним сделали? – Снейп рассматривал спящего на его руках мальчишку. Поттер определённо выглядел умиротворённым.
- Вернули ему жизнь, – кентавр пошёл прочь. – Мы лишь помогли ему.
Мужчина оглянулся, но ничто не указывало, куда исчез кентавр. Возможно, Запретный лес спасся ненадолго…


Глава 15


ЗдравствуйтЕ, сразу хочу извиниться за долгое отсутствие обновления. у меня не было выхода в Инет.Вот новая глава, спасибо Серому Коту за правку глав.
И кто тут на самом деле главный?

- И после этого люди будут говорить, что это вампиры – манипуляторы? – поинтересовался Эйден, небрежно развалившись на ветке рядом с головой Джичена.
- Не имею ни малейшего понятия, что ты этим хочешь сказать, – тот наблюдал, как человек-профессор покидает лес.
- Да? – вампир спрыгнул с ветки и встал перед кентавром. – То есть всё это «поиграть с его разумом так, чтобы он тебя не видел, пока его приятель не улепетнёт» - не манипулирование? Вот этот фокус с рассудком, который ты попросил меня проделать, тоже не манипулирование? Или?..
- Благодарю, Эйден. Довольно, – решительно перебил Джичен, направляясь обратно к остальным. – Признаю, что использовал против его разума магию, пока мы не свалились ему прямо на голову, и мальчику уже некуда было деваться. Остальное было необходимо только для того, чтобы гарантировать, что до конца учебного года он себя не убьёт.
Эйден, шагавший рядом с кентавром, на мгновение задумался над последней фразой.
- Думаешь, он может попытаться покончить с собой?
Джичен лишь приподнял бровь и кивнул.
- Почему он так важен? Как он вернулся? – разочарованно спросил Эйден. – Ты всем нам расписал, что он – Великая Последняя Надежда, но не потрудился объяснить, что это означает для всех собравшихся, – воскликнул вампир, раздосадованный тем, как мало он знал. – Зачем всех созвали? Почему сейчас? Почему для него?
- В его руках будущее. Что же до того, как он вернулся… мы не знаем, – Джичен отвёл в сторону ветку и перепрыгнул через поваленный ствол. – Звёзды сказали нам, когда он умер и когда вернулся, – кентавр вздохнул и пристально посмотрел на собеседника. – Это почти всё, что я могу тебе рассказать, поскольку сам многого не знаю.
- Надеюсь, ты и остальные понимаете: то, что мы сотрудничали сейчас, вовсе не означает, что Совет вампиров стал союзником магов, – серьёзно сказал Эйден. – Этого мы хотим меньше всего. Да, нас интригует его случай, но мы не желаем стать марионетками или игрушками какого бы то ни было волшебника. Мы не можем забыть прошлых несправедливостей и гонений лишь потому, что какой-то маг вызывает наше любопытство.
- Мы вас об этом и не просим. Как и он. На самом деле, я думаю, Гарри Поттер был бы в ужасе от того, что вы чувствуете себя обязанными как-то его защищать. Единственная причина, по которой мы созвали всех – нам была необходима сила. Мы не могли создать защиту без той мощи, которую, объединившись, способны обеспечить магические существа, – Джичен чуть усмехнулся. – Полагаю, самим волшебникам было бы больно слышать, что каждое существо поделилось с Гарри Поттером крупицей своей силы, чтобы помочь установить защиту.
- Защиту от не-людей, то есть, можно сказать, от нас! – яростно выплюнул Эйден.
- И да, и нет, – отозвался кентавр. – Ни одно существо не причинит ему вреда. Они не будут за него сражаться, но и нападать не станут. Все мы нейтральны, пока не выберем иное. Это тебя устраивает, Эйден?
- Да, конечно. Последнее, чего хочет Совет – это соглашение с Мальчиком-Который- Выжил.
- Тебе известно, что появляется в лесу по ночам? – мрачно поинтересовался Джичен.
- До меня доходили слухи о его возвращении… все слышали. Убивает единорогов, если я не ошибаюсь, – Эйден заложил руки за спину и искоса посмотрел на собеседника.
- Ты не ошибаешься. Он здесь, и не остановится, пока не вернёт себе тело и силу, – заметил Джичен. – Он не человек и не существо. Он – причина установить защиту, а ничто и никто иной. Мы должны позаботиться, чтобы Гарри Поттер дожил до падения Того-кого-нельзя-называть.
- Не могу обещать, что сделаю более того, что уже сделал. Полагаю, всё зависит от Совета и от того, что они решат сделать для Гарри Поттера. Я уже знаю, что Совет презирает волшебников, особенно тех, кто презирает нас. Нас преследуют из-за английских законов и обычаев, но как только Тот-кого-не-называют обретёт силу, он нас просто уничтожит.
- Ты понимаешь, как обстоят дела, не так ли? – Джичен протянул вампиру руку.
- Ясно и чётко, – угрюмо отозвался тот. – Но что с остальными? Насколько они задействованы в плане?
- Гоблины и домовые эльфы уже несколько месяцев говорят о нём, наблюдают и должным образом заботятся. Гоблины стоят на страже его денежных интересов, а домовики чуть не задушили его своей заботливостью по просьбе Фоукса… ах, да, – он остановился и поднял руку: – Фоукс!
Эйден подскочил: на руку кентавра опустился феникс.
– Позёр! – пробормотал вампир, когда птица пропела приветствие.
- Приветствую, друг, – Джичен почесал феникса под клювом. Тебе понравилось собрание?
Ответом стала серия трелей и щебета.
- Ты же не можешь всё это понимать? – взгляд, которым кентавр наградил Эйдена, поколебал недоверие вампира. – Или можешь?
- Могу, – коротко ответил Джичен и вернулся к разговору с фениксом. – Присматривай за нашим другом, Фоукс. Хоть ему и не причинили вреда, может понадобиться поддержка.
Феникс коротко прощебетал и исчез в пламени.
- О, так ты и птичкой манипулируешь? – заметил Эйден.
Прежде чем двинуться дальше, Джичен сухо усмехнулся:
- Да ведь Фоукс это и придумал!
Ошарашенное лицо вампира превратило усмешку кентавра во взрыв хохота.
* * *
- Давай, Поттер! Поднимайся! – рявкнул наставник с платформы над головой Гарри.
Тот повис на верёвке, пытаясь восстановить дыхание. Шёл второй месяц тренировок, и каждый шаг давался потом и кровью. Учитель бил его, использовал принуждающую магию, путы, защиты и несколько магических артефактов, о которых парень никогда и не слыхивал и, тем не менее, обнаружил, что способен их разрушить. Он постоянно не высыпался (спасибо садисту, орущему наверху), весь в синяках от «тренировок», устал до мозга костей и серьёзно подумывал со всем этим покончить.
Конечно, учителю он не говорил ничего. Это было бы глупо, да и инстинкт самосохранения не позволит высказать такие мысли вслух. Ему закатят нотацию, которая посрамит даже миссис Уизли, и нагрузят ещё больше, чем сейчас. Не думай о ней. Её нет в твоей жизни, Поттер. И никогда не было. Он помотал головой, чтобы заставить внутренний голос замолчать. Даже подсознание раз за разом прокручивало картины изматывающих тренировок.
- Поттер, шевелись, или пожалеешь!
Гарри упёрся ногами в верёвку и, переставляя руки, стал медленно подниматься.
– Быстрее! Это тебе не воскресная прогулка!
Такие маленькие намёки подсказали Поттеру, что наставник хорошо знал и магический мир, и маггловский… хотя это вовсе не добавляло любви к нему. И вообще, его это мало волновало.
Он раздумывал, когда же ему удастся от всего этого избавиться. Парень уже начал бриться, хотя учиться пришлось методом проб и ошибок. Он никогда не обратился бы за помощью к этому человеку… да нет, он бы, скорее, перерезал себе глотку, чем попросил наставника научить его бриться. Просто однажды в ванной комнате появилась бритва, и с тех пор Гарри каждое утро находил новую. Ни палочки, ни волшебства, но бритва есть. Магглам удалось покончить с этой каторгой, ведь так? Руки соскользнули по верёвке, да и ноги начали подводить. Ладони жгло так, что ползти вверх пришлось, стиснув зубы.
- Я теряю терпение, Поттер!
Гарри не обратил на крик никакого внимания. Ему было по барабану, что думает наставник, чего хочет или ждёт. Хотелось только заснуть и никогда не просыпаться.
Верхнюю часть тела уже стало трясти от напряжения, хотя он по-прежнему пытался лезть вверх. Оставалось ещё много, а двигаться быстрее не получалось. Парень посмотрел вниз и попытался снова обхватить верёвку ногами. Всё-таки он уже забрался очень высоко. Ну да, хотелось поскорей со всем покончить, но не разбиваться же в лепёшку! Он справится, гравитация там или не гравитация.
- Поттер!!!
Гарри вынырнул из своих мыслей и попытался разжать руку, обхватившую верёвку. Пальцы начало сводить судорогой – они желали вцепиться покрепче, а вовсе не отпускать опору.
– Давай, Поттер!
Парень посмотрел вверх. Наставник глядел на него с неодобрением, достойным дяди Вернона. Гарри снова протянул руку: голову повело, а в глазах потемнело. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и попытался удержать верёвку. Не надо! Я не хочу, чтобы так!
- Поттер? – голос звучал не так, как обычно.
Это было настолько странно и неожиданно, что только через несколько секунд до парня дошло, что именно он слышит. Беспокойство. Удивлённый, он заставил себя поднять голову. Руки ослабли, и Гарри заскользил вниз. Задохнувшись, он попытался покрепче ухватиться за верёвку. Парень почти успел запаниковать, прежде чем понял, что всё ещё цепляется за неё трясущимися руками. Ноги болтались в воздухе.
Рядом раздался странный звук, и вниз опустилась ещё одна верёвка. Гарри снова посмотрел вверх. Пока он наблюдал, как наставник скользит по ней к нему, перед глазами всё плыло. Щелчок на талии заставил его опустить взгляд, голова слегка мотнулась, и парень попытался удержать равновесие.
К страховке, которую он всегда носил на тренировках, но ещё никогда не видел в действии, пристегнули карабин. Гарри проследил взглядом присоединённую к карабину верёвку и обнаружил, что другой её конец закреплён на втором карабине, а тот пристёгнут к страховке наставника. Он уставился на учителя, недоумевая, что же происходит. Губы того двигались. Чтобы понять, что именно говорит наставник, парню пришлось сосредоточиться.
- Отпусти верёвку, сынок.
Гарри удивлённо смотрел на учителя. Зачем её отпускать? Он же упадёт.
- Я не смогу тебе помочь, пока ты её не отпустишь.
Ничего страшного, Гарри не привык, что ему помогают. Он и сам прекрасно справляется. Ему не нужна помощь.
- Просто отпусти, Поттер.
Руки снова начали скользить, и парень заметил, что они пятнают верёвку красным. Он задумался, что бы это значило, но сознание снова затуманилось. Гарри почувствовал, как его обхватывают за талию и к кому-то прижимают. Несколько быстрых щелчков, и парня надёжно пристегнули ко второй страховке, а затем твёрдая рука занялась его сжатыми пальцами.
- Отпусти её, Поттер. Я тебя держу. Уже можешь отпустить, – раздался над ухом суровый, но обеспокоенный голос. – Просто отпусти.
- Не могу, – прохрипел Гарри, пытаясь заставить пальцы послушаться. - Я не могу, – прошептал он, а по запястьям заструилась кровь.
- Просто расслабься. Я тебя держу, – голос звучал ободряюще, но так, словно боялся выдать слишком много чувств за один раз.
- Я не вижу, – парень был на грани потери сознания. – Я не могу…
- Просто отпусти. Закрой глаза. Я не дам тебе упасть, – быстро отозвался голос, а рука по-прежнему пыталась разжать его пальцы.
- Уже закрыл.
Гарри позволил векам опуститься. Из того, кем он привык быть, превратился в кого-то, с кем постыдился бы иметь дело. Руки наконец-то отпустили верёвку, тело повисло на страховке, и Гарри поддался изнеможению. Пока они спускались, кто-то громко звал медика.
Он очнулся на своей койке. Попытался пошевелиться – и обнаружил, что его удерживает обездвиживающее заклятие. Гарри чуть не начал бороться с чарами, поскольку из того, что проделывал с ним учитель, их он ненавидел больше всего, но вдруг заметил повязки на ладонях. Уставившись на лежащие поверх одеяла руки, он задумался, почему его не исцелили и не вернули на тренировку. С тех пор, как он первый раз очнулся в этом личном аду, такой сценарий стал закономерностью. Стандартная схема действий: Гарри быстренько заживляли раны и тут же пинком отправляли снова тренироваться. Бессмыслица какая-то.
Дверь его жилища открылась, и в комнату вошёл медик в белом.
- Ага, хорошо. Ты очнулся, – обрадовался он, увидев, что пациент таращится на него. – Как самочувствие? – Гарри продолжал сверлить его взглядом, и мужчина нервно засмеялся. – Извини за чары. Тебе приснился чудовищный кошмар, сынок. Нам пришлось наложить заклинание, чтобы ты оставался в постели.
Медик взмахнул палочкой, и удерживающие чары исчезли, но Гарри слишком сильно устал, чтобы воспользоваться свободой.
- Так как ты себя чувствуешь?
- Кто? – проскрежетал парень.
Услышав, на что сейчас способно горло Поттера, целитель поморщился и призвал кувшин с водой и стакан. Он налил немного, вынул из кармана соломинку, вставил её в стакан и поднёс к губам парня. Тот набрал в рот немного воды и медленно проглотил.
- Меня зовут доктор Доусон. Теперь, пожалуйста, ответь мне: как ты себя чувствуешь?
Поттеру не понадобилось много времени, чтобы оценить своё состояние и выразить его одним словом:
- Растерян.
Врач искренне улыбнулся.
- Я разве об этом спросил? – сказал он скорее себе, нежели своему пациенту. – Физическое состояние, пожалуйста.
- Слабость. Дрожь. Жар, – Гарри намеренно отвечал кратко. По прошлому опыту общения со здешними целителями он знал, что лучше всего срабатывала рациональность.
- В слабости и дрожи ничего удивительного. Последние три дня тебя лихорадило, так что жар – это тоже в порядке вещей. Есть хочешь?
- Нет.
От мысли о еде желудок чуть не вывернуло наизнанку.
- Пить хочешь?
Казалось, врач хочет, чтобы Гарри хоть с чем-то согласился, и парень кивнул. И получил ещё один глоток воды.
- Не тошнит?
- Немного. Что со мной? – прохрипел Поттер.
За старание ему дали ещё воды.
- Физическое и психологическое истощение плюс довольно тяжелый грипп, - произнёс медик почти расстроено. – А ещё возможно эмоциональное истощение, – добавил он так тихо, словно не хотел, чтобы пациент его услышал. – У тебя постельный режим до дальнейшего уведомления, рядовой. Будешь есть, что дают, слушаться всех указаний врача, и вернёшься к тренировкам, только когда я лично тебе разрешу. Ясно?
Последний вопрос прозвучал, словно приказ, и Гарри ответил так, как в него вдолбили:
- Так точно!
Отрывистый ответ вызвал приступ кашля. Медик выругался и быстро усадил парня. Тот скривился – затёкшие и измученные мышцы начали протестовать. Целитель влил в него какое-то зелье, и кашель сначала стал реже, а потом и вовсе сошёл на нет. Гарри немного отдышался, и врач снова уложил его на кровать.
- Теперь отдыхай, а я расскажу твоему учителю, как ты.
Парень кивнул, и медик вышел из комнаты. Какое-то время Гарри пялился в потолок, а потом глаза закрылись. Пускай чуток отдохнут…
От приснившегося затем кошмара Гарри едва не свалился с кровати. Хуже кошмаров у него здесь ещё не было. Он уже начал привыкать сомневаться, будут ли ещё живы его друзья, когда, нет, если он к ним вернётся. Наставник уже говорил ему, что не знает, когда это произойдёт, и произойдёт ли вообще. Парня затрясло; он уже привык, что после каждого кошмара его бьёт неконтролируемая дрожь. Просто хотелось, чтобы её не было.
Гарри решил немного пройтись – только по коридору и обратно, чтобы успокоиться. Сбросив одеяло, он с трудом сел. Так, будь паинькой, Поттер. Он поднялся на ноги и подождал, пока голова перестанет кружиться. Ладно, теперь ставим одну ногу перед другой. Парень поплёлся к выходу из спальни, гадая, сколько сейчас времени. Вовсе не хотелось, чтобы его застукали за нарушением предписаний врача – ему и так несладко.
Он выбрался в коридор и двинулся в его противоположный конец. Самое удивительное во всём этом – когда он висел на верёвке, то не чувствовал себя плохо. Усталым – да, но не больным. Почему же он ничего не замечал, пока не отключился? Погодите, что ещё тогда случилось? В памяти билось какое-то воспоминание. Гарри едва удержался на ногах, когда, наконец, осознал, что наставник – тот самый человек, которого он привык презирать, практически вытащил его на себе. Как он говорил? «Я не дам тебе упасть».
- Не думаю, что этот принцип обучения ему подходит.
Голос из общей комнаты заставил Поттера буквально примёрзнуть к полу.
– Мне кажется, что он не такой неумёха, каким вы его расписали.
Простите, что такое? Гарри подобрался поближе к двери и старательно прислушался.
Второй голос звучал как-то неестественно.
- Я получаю информацию из первых рук. С этим мальчишкой Поттером почти всю его жизнь нянчились все преподаватели Хогвартса, кроме, пожалуй, одного-двух. Его надо закалить.
- Но не так же.
Парень не мог поверить в то, что сейчас слышал. Его личный мучитель от кого-то (кто бы это ни был) его защищал.
- Вы хоть раз видели, какие у него бывают кошмары?
- Не могу сказать, что удостоился подобной чести, – фыркнул второй.
- Взгляните в его глаза, когда он просыпается…
Гарри поморщился. Парень терпеть не мог, когда его видели прежде, чем он окончательно проснётся.
- Всё равно, что заглянуть в бездну.
- Не говорите ерунды.
Гарри только сейчас сообразил, что второй голос доносился из камина. Ему захотелось ворваться в общую комнату и выкрикнуть пункт назначения, но он не стал испытывать судьбу.
- Я серьёзно, друг мой. Мне кажется, ваше представление о Поттере в корне неверно. Врач прописал ему постельный режим. Когда его допустят к тренировкам, я сам займусь его воспитанием. Нянчиться с ним никто не станет, а вот заниматься он будет.
- Док, вы получили распоряжения, – произнёс странный голос.
- Эти распоряжения действуют до тех пор, пока они эффективны. А так как от них никакого толку, я могу внести в них любые изменения, какие сочту нужным. Всё, что я собираюсь предпринять, находится в пределах моих полномочий. Я сообщу вам, как пойдут дела.
- Через три дня вы меня вызовете, умоляя забрать у вас мальчишку, – усмехнулся второй голос.
Эй, не так уж я и плох!
- Почему-то я в этом сомневаюсь, дружище, – парень почти увидел ухмылку наставника. – Только один вопрос: ты знал, что Поттера в детстве били?
- Невозможно, – отозвался голос из камина.
- У него есть шрамы, да и поведение... Ты замечал, что он терпеть не может, когда кто-то или что-то находится между ним и выходом из помещения? Он отстраняется, когда его кто-то неожиданно трогает, и любой ценой защищает жизненно важные органы – инстинктивно.
- У него были хорошие преподаватели Защиты от Тёмных сил, – в конце фразы прозвучало что-то странное – наверняка ругательство. – Я ведь не мог так сказать, верно?
- Нет, не мог. Да, и в кошмарах его избивают ремнём, розгой и чем-то, что он называет школьной тростью Дадли. Мольбы к кому-то по имени «дядя Вернон». Вам ведь об этом ничего неизвестно?
- Полагаю, речь идёт о муже его тёти, сестры матери, – мгновение спустя добавил голос. – Это правда, Док?
- Я бы не стал о чём-то таком лгать. Боюсь, мы подобрали к нему неправильный подход и могли нанести непоправимый вред, – Док вздохнул и забарабанил пальцами по каминной полке. – Я сообщу вам, что с ним происходит. И прошу вас, во имя всего магического и мирского, прекратите называть его «мальчишкой».
- Не могу обещать, – резко отозвался голос из камина. – Удачи, она вам понадобится.
- О да, ты умеешь утешить, приятель. Просто луч света в тёмном царстве, Донелли.
- Уж от тебя услышать это дурацкое прозвище!.. – рявкнул голос.
- А как меня называл ты? Ах, да, Док. Славное имя. По крайней мере, у твоего есть смысл.
- Гмм, хватит о школьных прозвищах… Мне пора. Буду на связи.
Сеанс каминной связи окончился, и парень понял, что оставаться сейчас в коридоре ему хочется меньше всего. Он поспешил обратно в комнату и упал на постель. Подслушанный разговор означал, что ему, определённо, будет о чём подумать, пока он валяется в кровати.
Гарри перевернулся и повыше натянул одеяло. Ему было необычайно уютно, и меньше всего хотелось вставать на тренировку и слушать… погодите. Он высвободил руку и пошарил вокруг. На нём не та пижама. И знакомые запахи, и ощущение от комнаты пропали. Он не в своей койке. Ох, ему всё это приснилось!
Точно, и что произошло? Гарри решил подумать про сон попозже и попытался вспомнить, что случилось. Кентавры. Да, верно, кентавры, и ещё там были вампиры, и КТО-ТО МЕНЯ ТРОГАЕТ!
Мальчик напрягся. Рука замерла.
- Гарри, ты не спишь?
Что она здесь делает? И почему ей обязательно надо гладить меня по волосам? Поттер выпростал голову из-под одеяла и уставился на миссис Малфой.
- Привет, – тихо отозвался он.
«Привет»? И это всё, на что я сейчас способен? Жалкое зрелище.
- Слава Богу, с тобой всё в порядке! Я сейчас позову мадам Помфри.
Мальчику совершенно не хотелось, чтобы она звала школьную медсестру. По отдельности он мог терпеть и ту, и другую, но только не обеих вместе. Гарри дотронулся до руки женщины.
- Побудь здесь, дорогой. Я сразу вернусь.
Интересно, куда, она думает, я пойду?
Нарцисса сразу вернулась, ведя за собой мадам Помфри. Гарри только и мог, что бессильно наблюдать, как та размахивает палочкой и что-то бормочет.
- Вы скоро поправитесь, мистер Поттер. Вам просто нужно отдохнуть. Как следует отдохнуть и хорошо поесть.
Не прошло и пяти минут, как перед ним появился заставленный тарелками поднос. Ему велели съесть всё. Он огляделся, совершенно сбитый с толку и донельзя усталый.
- Съешь, сколько сможешь, Гарри, - Нарцисса снова уселась рядом с кроватью.
Мальчик едва не скривился и взял вилку. Ел он механически, поскольку ещё не совсем пришёл в себя и мог думать только о том, как бы выполнить полученные указания и снова уснуть. К тому времени, как миссис Малфой разрешила ему остановиться и убрала поднос, ему уже стало нехорошо. Гарри откинулся на груду подушек, вздохнул и закрыл глаза. Завтра он выяснит, что произошло. Сейчас хотелось лишь спать. Он почувствовал, как ему подоткнули одеяло, а головы легко коснулась рука.
- Спи спокойно, Гарри.
Рука пригладила ему волосы, и мальчик снова вздохнул. Завтра он найдёт ответы. Но не сейчас.


Глава 16


Несломленный.

Снейп стоял в полутёмной палате Больничного крыла и размышлял. Небольшое приключение с кентаврами для Поттера закончилось, но остальные сотрудники Хогвартса, кажется, никак не могли успокоиться. За последние три дня и Дамблдор, и Макгонагалл не раз возвращались в лес, чтобы поговорить с главными, как многие считали, виновниками переполоха. Но никого не нашли. Даже Хагрид не смог их отыскать. Такому странному исчезновению было лишь одно объяснение – кентавры прятались.
Снейп подошёл к кровати и уставился на мальчика. От него в этих поисках пользы оказалось мало. На самом деле, если б мадам Помфри не сообщила, что мальчишка страдает от истощения, можно было бы подумать, что Поттер нарочно отгораживается от мира. Колдомедик утверждала, что в очень похожем состоянии тот пребывал в начале рождественских каникул. Только слова мадам Помфри заставили зельевара поверить, что Поттер никого не избегает. Он уже вторую ночь присматривал за Гарри, пока медсестра уходила пить чай. Мальчишка просыпался, осматривался, переворачивался и снова засыпал. Что крайне раздражало, особенно если учесть, что все профессора едва ли землю не роют, пытаясь выяснить то, что Поттер уже знает.

Так и прошли шесть дней – к сожалению многих, безо всякого участия Гарри. Мальчик спал, ел то, что давали, и снова засыпал. На самом деле он ничего не имел против того, чтобы поспать, потому что это позволяло не обращать никакого внимания на всех тех, кто бродил по Хогвартсу, и на посетителей. В их число, разумеется, входила мадам Помфри, а также миссис Малфой, навещавшая его почти каждый день. А ещё Гарри видел Снейпа, которому, вроде бы, делать в Больничном крыле абсолютно нечего, так что мальчик мог только предположить, что зельевар зашёл узнать, как у него дела. Драко практически поселился здесь, пока мадам Помфри не воспротивилась. Пока мальчик бодрствовал, на какое-то время компанию ему составил профессор Флитвик. Однажды даже мистер Малфой заглянул (узнав, что этот визит он проспал, Гарри очень обрадовался). Он не знал, приходил ли Дамблдор, но был доволен, что с директором разговаривать не пришлось. Щиты окклюменции Гарри оставались крепкими, но не хотелось, чтобы их на прочность проверял Дамблдор. Частенько навещала его и Гермиона – с Роном Уизли «на хвосте».
С тем происходило что-то странное. За те десять минут, которые он проводил рядом с приятелем, Гарри не мог вычислить, в чём дело. Рыжий выглядел усталым, и Поттера не покидало ощущение, будто Уизли что-то беспокоит. И мальчик никак не мог понять, что именно. В конце концов, последние несколько дней он провёл, не обращая внимания на окружающий мир, потому что спал, избавляясь от воспоминаний обо всём, что случилось в Запретном лесу. Из-за того, что Гермиона никогда не появлялась одна, Гарри никак не мог расспросить её о загадочном поведении Рона.
Конечно, существовало очень простое объяснение: нынешний Рон отличается от того, которого помнил Поттер. В любом случае, когда его отпустят из Больничного крыла, он будет присматривать за Уизли. Конечно, если удастся улизнуть от Драко Малфоя.
Мадам Помфри, казалось, была счастлива, как кошка, заполучив Гарри в свои когти больше, чем на несколько дней. Всякий раз, как только мальчик просыпался, она тут же впихивала в него еду, и, глядя, как он целыми подносами поглощает то, к чему обычно не притрагивался, тихонько хмыкала. На самом деле угроза Снейпа снизить оценку по зельеварению Поттера не волновала, но от него не ускользнуло, что профессор время от времени заглядывал в лазарет. Видимо проверял, как дела у пациента, а заодно выяснял, как тот ест.
Гарри тихонько вздохнул и вынул дневник. Профессор Флитвик принёс кое-что из вещей своего студента, в том числе и дневник Снейпа. Естественно, вместе с другими учебниками. Вероятно, Флитвик и понятия не имел, что это такое.
Гарри быстренько огляделся, убеждаясь, что за ним никто не следит. Приближался вечер. Все ушли обедать, и даже мадам Помфри «ненадолго отошла» и должна была скоро вернуться. Так что никто не увидит, что он собирается сделать. Мальчик выудил палочку из прикроватной тумбочки и произнёс заклинание, которое сохранит его тайны от всего остального мира.
«Я точно не знаю, что они со мной сделали. Я чувствую себя по-прежнему, но при этом кажется, что во мне обязательно должны быть какие-то изменения. Ничего не понимаю. Я и правда стал спокойнее… не такой нервный. Можно было бы сказать – менее бдительный, но я бдителен, как всегда. Не такой израненный и напряжённый, наверно. Определённо не такой измученный, но думаю, это нормально, учитывая, что последние несколько дней я только и делаю, что сплю. Однако я обязательно должен узнать, что они со мной сделали. Не уверен, что смогу вот так это оставить. Мне надо знать. Пойду вечером».

Гарри слышал, как мадам Помфри закрывает на ночь Больничное крыло. Он подождал, пока та запрёт дверь своего кабинета, и лишь тогда задвигался. Мальчик встал с кровати и пробрался в башню Ровенкло. Сейчас полночь, так что у него есть время до шести утра, когда медсестра придёт его проверять. Он переоделся в тёмное и произнёс быстрое заклинание, чтобы спрятать открытые участки кожи. От узкоспециального заклинания третьего уровня в глаза словно песка насыпали, но оно того стоило: следующие четыре часа ему не понадобятся очки.
Покинуть Хогвартс оказалось до нелепого просто. Наверно, у профессоров собрание, поэтому абсолютно никто не патрулировал коридоры, даже Филч и миссис Норрис. Пришлось поломать голову, что обсуждается на собрании. Его неожиданно осенило. Наверно, кентавры. Мальчик почти услышал спор о том, стоит ли разрешать таким «жестоким» существам оставаться так близко к школе, полной беззащитных детей.
Лунный свет заливал окрестности, и пока он пробирался к Запретному лесу, в воздухе можно было увидеть пар от его дыхания. Когда Гарри вступил под сень деревьев, в голове послышался голос Гермионы, которая его отчитывала: «Нарушаешь, наверно, миллион школьных правил». Да плевать. Его не хватятся.
Пока он пробирался через подлесок, Запретный лес хорошо его скрывал. Охота на кентавров уже началась, но результатов пока не было – лес молчал. Он найдёт ответы… и неважно, захотят они с ним говорить или нет. Высматривая хоть какие-нибудь следы кентавров, мальчик нахмурился. Куда они подевались? Устроили беспорядок в его голове и ушли? Если они мигрировали прежде, чем я найду ответы… Он составлял разнообразные и неопределённые планы мести, продолжая скользить по лесу.
- Здравствуй, Гарри Поттер.
Мальчик мгновенно развернулся вправо и поднял палочку, потому что из-за деревьев вышел Джичен.
– Слышал, ты меня разыскиваешь.
- Можно и так сказать, – палочка по-прежнему была нацелена на кентавра – Я хочу знать, что произошло. Да, ты объяснил, но это какая-то бессмыслица. Что на самом деле вы со мной сделали?
- Сделали с тобой? – изумился Джичен. – Какое странное определение, – кентавр указал на поваленное дерево. – Садись, Гарри Поттер, и мы всё обсудим.
Мальчика начало охватывать умиротворение, и он замотал головой.
- Ты опять это делаешь, – юный волшебник отступил.
Теперь затея с ночной вылазкой казалась глупой, и он был уже готов сбежать под защиту стен замка. Наставник умер бы от стыда, узнай он, что его ученик жаждет покинуть поле боя.
- Я ничего не делаю – отозвался кентавр. – Но знаю, кто это, и сейчас его позову.
Гарри прислонился спиной к дереву, пытаясь бороться со странным ощущением в голове. Джичен поднял руку и произнёс слово, которое мальчик не разобрал. Вспышка пламени застала Поттера врасплох, и он широко раскрыл глаза, когда появился Фоукс.
- Приветствую, маленький друг, – сказал Джичен. Он почесал у птицы под клювом. – Гарри Поттер здесь и жаждет ответов.
Послышалась трель. Фоукс взлетел с руки кентавра и устремился к Гарри. Мальчик машинально поднял руку, и феникс сел на неё и пристально на него уставился.
- Не понимаю, – признался Гарри.
Фоукс перебрался на плечо и принялся приглаживать волосы мальчика.
- Всё придумал Фоукс, Гарри Поттер, – Джичен почти улыбнулся. – Он знает, с чем ты борешься, и ЧТО охотится по ночам в лесу, выпивая кровь единорогов. И созвал всех магических существ, чтобы защитить тебя от него.
Гарри не мог не погладить феникса, а потом подошёл к бревну и сел. Внезапно он почувствовал усталость.
- Ты ещё не до конца выздоровел, – Джичен встал рядом.
- Мне нужны ответы, – не хватает ещё из-за кентавра чувствовать себя виноватым за то, что улизнул из Больничного крыла. Кроме того, мадам Помфри всё равно собиралась завтра его отпустить, естественно, взяв обещание побольше отдыхать. – Что вы сделали с моим разумом?
Фоукс что-то прощебетал и боднул Гарри. Кентавр лишь улыбнулся:
- Мы, или, точнее сказать, Эйден, замедлили твою реакцию на панику.
- Что-что?
- Отдел твоего мозга, отвечающий за обработку соответствующих импульсов, был перевозбужден, и реагировал на раздражитель слишком резко. Иными словами, в ответ на то, на что обращать внимания не следует, твой разум теперь паникует. Например, на прикосновения. Мы просто замедлили эту реакцию. Если будет нужно, ты сможешь сражаться, но теперь тебя не будет захлёстывать паника. Немного сложно объяснить. Мы не хотели ждать, пока ты подрастёшь, поскольку детский рассудок гибче и гораздо быстрее приспосабливается.
- То есть, вы замедлили мою боевую и лётную реакцию? – уточнил мальчик.
- Вот ты как это называешь, – отозвался Джичен. – Полагаю, да. На две-три секунды. Как раз достаточно, чтобы сообразить, настоящая это угроза или нет.
Гарри переваривал информацию, а Фоукс по-прежнему занимался его волосами. Мальчик раздумывал, как это будет здорово – не пугаться громких звуков и не отпрыгивать, когда кто-нибудь из сокурсников дружески хлопнет его по плечу.
- Я буду больше спать? Эйден сказал: «не кричать от кошмаров». Было бы замечательно.
- Да, – подтвердил кентавр. – Так и будет. Ты будешь способен отделить прошлое от будущего за несколько секунд, а не минут. Почувствуешь себя спокойнее и не таким загнанным. Более нормальным.
Размышляя над этими словами, Гарри погладил Фоукса. Мысль ему понравилась. Отчасти. Пока феникс продолжал приглаживать ему волосы, мальчик вздохнул. Гораздо проще смириться.
- Что сделано, то сделано, – заключил он. – Мне не понравился способ, но я… ценю ваши усилия.
Гарри зевнул и смущённо улыбнулся.
- Нам следует вернуть тебя в школу, – сказал Джичен. А на лице у него было написано: «Ты должен быть в постели». - Если понадобится место, чтобы спрятаться от волшебников, кентавры тебе помогут.
Поттер встал, но тут Джичен добавил:
- Нам известны твои секреты.
- О.
Гарри удивился. Кентавры обычно замкнуты и общаются с другими ровно настолько, насколько нужно, да и то, если этого заслуживают обстоятельства. Ну, думаю, они хотят убедиться, что я выживу, и кто знает, сколько времени пройдёт, прежде чем я захочу направить палочку на ближайшего, кто станет мне досаждать.
- Спасибо.
- Не за что.

Гарри выпустили из Больничного крыла на следующий день. Однокурсники были рады его видеть, и многие предложили конспекты и помощь с уроками. Однако стоило произнести имя Гермионы Грейнджер, как его тут же оставили в покое. Он встретил Терри Бута и направился в Большой зал на завтрак. Когда Гермиона обнаружила, что Гарри встал на ноги всего за неделю с лишним, то почти потрясла его своей радостью.
Мальчик отбился от поздравлений друзей только когда заявил, что голоден. Большинству этого хватило, и ему позволили, наконец, добраться до факультетского стола, так что можно было без дальнейших задержек позавтракать. А когда перед ним появилась тарелка, и стало ясно, что Сэрри опять на дежурстве, мальчик улыбнулся. Он не мог винить домашних эльфов за то, что произошло в Запретном лесу, поскольку они всегда были счастливы угодить тем, кто отдавал им приказы. Именно этим они и отличались.
- Почта пришла! – обрадовался Терри. – Интересно, мама прислала своего печенья?
Гарри поднял голову и, увидев, как к нему подлетает Хедвиг, немного удивился. «Наверно, письмо от миссис Малфой», - подумал Поттер, когда сова опустилась ему на руку.
- Привет, Хедвиг, – он предложил ей кусочек бекона из своей тарелки. – Что тут у тебя?
Гарри принял у неё письмо, погладил по перьям, скормил ещё кусочек бекона и отправил назад в совятню.
Он повертел конверт в руках, изучая смутно знакомый почерк на лицевой стороне и голубую восковую печать. Никакой магии. Мальчик пожал плечами, сломал печать и вытащил сложенный пергамент.

Дорогой мистер Поттер,
Боюсь, Вы меня не знаете (а может, знаете?), но я знаю Вас. Я близко дружил с Вашими родителями, Джеймсом и Лили. Мы учились в Хогвартсе на одном факультете, и оба они были мне очень дороги. Простите, конечно же, мне стоит представиться, не так ли? Меня зовут Ремус Люпин.
Вы, должно быть, удивлены, что я обращаюсь к Вам сейчас, а не раньше. Тому есть две причины. Первая – я был за границей и не знал Вашего домашнего адреса, а вторая – полагаю, недавно Вы провели некоторое время в Запретном лесу.
Я бы хотел встретиться с Вами, если Вы сможете уделить мне время. Просто сообщите мне с совой удобные для Вас день и час. С нетерпением жду от Вас ответа.
Искренне Ваш
Ремус Люпин.

Уважаемый мистер Люпин,
Давайте встретимся в эту субботу, в два часа пополудни, «Три метлы», восьмой кабинет.
Искренне Ваш
Гарри Поттер

Ремус сложил письмо и спрятал в карман мантии. Ему показалось странным, что Гарри сам назначил место их встречи. Мужчина рассматривал несколько разных мест на территории Хогвартса, но, похоже, парнишка решительно не желал встречаться с ним в школе. Оборотень не знал, как Гарри собирается покинуть школьную территорию, будучи всего лишь первокурсником, но решил не задавать лишних вопросов. Тот казался весьма целеустремлённым ребёнком…если он вообще ребёнок.
Проходя через общий зал, Ремус кивнул Розмерте, после чего направился к восьмому кабинету. Он несильно постучал в дверь, ожидая, пока её откроют.
Щёлкнула задвижка, и мужчина приоткрыл дверь.
- Мистер Поттер? – вполголоса спросил он.
Дверь открылась, и маленькая, но сильная рука схватила его за запястье. Его втащили в комнату, и дверь мгновенно захлопнулась. Как только Ремус отошёл от порога, в неё короткой пулемётной очередью ударили несколько заглушающих заклятий подряд.
- Что нужно сказать, чтобы отключить карту? – раздался напряжённый голос из пустоты.
- Шалость удалась, – коротко ответил оборотень, зная, где стоит мальчик, и тут же погрустнел, потому что тот, кажется, никому просто так не доверяет.
- Правильно, – голос Гарри прозвучал прямо за спиной, и Ремус обернулся. – Я прошу прощения за эту хитрость, мистер Люпин. Мне надо было убедиться, что это действительно вы.
- Всё в порядке, мистер Поттер. Что это за заклинания на двери?
- Узкоспециальные заклятия второго уровня, – отозвался мальчик, снимая мантию-невидимку. – Чтобы никто не подслушал.
- Ясно, – улыбнулся Ремус. – И откуда только вы о них узнали?
- Это случилось ещё до того, как меня захватил Волдеморт, – мальчик сложил мантию и указал на стол и стулья. – Пожалуйста, садитесь. Я заказал еду, – сообщил Гарри, когда та появилась, и поблагодарил в пространство: – Спасибо, Сэрри.
- Сэрри?
Поттер слегка улыбнулся.
- У домовых эльфов Хогвартса относительно меня тайный заговор. Ко мне приставлено пятеро домовиков, которые следят, чтобы у меня было всё необходимое по первому требованию.
- Тайный заговор? – переспросил оборотень, наливая чаю им обоим.
- Да, один следит за питанием, другой заботится об одежде, третий помогает мне в библиотеке, и ещё один – с вещами. По сути, сам я могу ничего не делать. По крайней мере, они не скрываются. Другие магические существа, однако, гораздо скрытнее, – Гарри многозначительно посмотрел на Ремуса.
- Да, полагаю, так и есть, – согласился оборотень. – Однако же, вы должны признать, что у нас была причина.
- Я в курсе, – кивнул мальчик. – Кентавры объяснили. Теперь я понимаю, хотя и не в восторге.
- Мистер Поттер, могу я спросить…
Собеседник поднял руку.
- Прошу вас, мистер Люпин, зовите меня Гарри. Я знал вас раньше, и когда слышу «мистер Поттер», мне кажется, что я сделал что-то не то.
- Договорились, Гарри. Как ты звал меня прежде?
- Ты просил звать тебя Ремусом.
- Пожалуйста, так и продолжай…мистером Люпином называют моего отца, – когда мальчишка фыркнул, Ремус улыбнулся. – Я так понимаю, мы были близки.
- Насколько нам позволял Дамблдор.
- Боюсь, не понимаю.
- Это долгая история.
- Предпочитаю услышать её целиком, – решительно сказал оборотень.
Гарри оторвался от кекса и увидел, с каким выражением на него смотрит Ремус.
- Не знаю, смогу ли.
- Попытайся, - настойчиво попросил Люпин.
Поттер пару секунд на него смотрел. Ремус глядел так открыто и понимающе. Прямо как раньше. Это всё тот же Ремус, он в этом почти уверен. Его Ремус Люпин, его наставник. Ближайший друг после смерти Сириуса. Медленно-медленно Гарри глубоко вдохнул и выдохнул.
- После смерти родителей меня отправили жить к маггловским родственникам, Вернону и Петунии Дурслям. Там мне были не рады, но зато я был защищён от Тёмного Лорда и его приспешников. Не могу утверждать, что мне было хорошо, но, в конце концов, я остался жив. Я жил там до одиннадцати лет, пока весьма громадный и волосатый человек по имени Хагрид не явился представить меня магическому миру.
Стоило Гарри начать рассказ о своей жизни, как он уже не мог остановиться. Несколько раз даже пришлось ненадолго прерваться, чтобы справиться с эмоциями и не заплакать. Он закончил на решении вернуться.
- Он сломал меня, Ремус – с трудом произнёс мальчик. – Я был для него вроде забавной зверушки… комнатная собачка Тёмного Лорда. Только этим я могу объяснить то, что он так долго меня не убивал.
Он сжал кулаки, пытаясь справиться с гневом.
Ремус медленно встал, подошёл к мальчику и отодвинул его стул от стола, развернув к себе, а потом положил руки на подлокотники и опустился перед Гарри на колени.
- Пожалуйста, посмотри на меня, Гарри, – попросил мужчина.
Тот медленно встретился взглядом с оборотнем.
- Волдеморт – тебя – не – сломал, – раздельно произнёс Люпин и поднял руку, чтобы не дать парнишке возразить. – Если бы он тебя сломал, ты не смог бы принять такое решение, когда тебе предложили выбор.
Гарри уставился на него, чувствуя, как внутри что-то ломается. Нечто такое, о существовании чего он и не подозревал.
- Я… - мальчик сумел лишь помотать головой, когда приступ самобичевания стал рассыпаться в пыль.
- Он не сломал тебя, Гарри. Совсем нет, – Ремус некоторое время рассматривал сына лучших друзей, прежде чем выражение лица оборотня изменилось. – Я знаю, ты не любишь, когда тебя трогают, но если нужно… - мужчина, по-прежнему стоя на коленях, раскрыл объятия, ожидая, что парнишка сделает первый шаг.
Тот медленно встал, словно не ощущая под собой пола. Оборотень ждал. А потом Гарри сделал маленький шажок вперёд и обвил его руками.
- Добро пожаловать домой, Гарри, – Ремус крепко обнял мальчика.
Парнишка не проронил ни слова. И не нужно было. Его объятие, страстное и сильное, всё сказало Люпину. Теперь Гарри знал, что больше не одинок.


Глава 17


Приветствую, уважаемые любители поттерианы. Хочу принести искренние извинения за столь долгое отсутствик обновления.
Причин нет, просто не могла заставить себя сесть за перевод. Но, фанфик будет допереведён. Еще раз простите. Спасибо бете за его труд.
Приятного прочтения.
Чёртова сова!
«Дорогой Ремус,
Даже не знаю, радоваться или сердиться по поводу того, что со мной сделали. Я больше не боюсь. Я по-прежнему подпрыгиваю, но так, как это делают все одиннадцатилетние дети. До сих пор не переношу, когда меня трогают (сомневаюсь, что когда-нибудь смогу в себе это побороть), но мне это не мешает. Ну, то есть, на самом деле мешает, но я могу делать вид, что нет. Даже мои кошмары из чего-то мучительного (как раньше) превратились в смутные неприятные сны. Я могу спать ночь напролёт. Одно это стоило того, чтобы тебя похитили кентавры. Пожалуйста, не говори им, что я так сказал! Их мышление в стиле «что лучше для стада» меня пугает.
Я должен спросить…с кем это ты был? Знаю, с оборотнями. Но почему вы были вместе? Береги себя, Ремус.
Гарри.»
«Дорогой Гарри,
Это был союз – опытная группа, созданная на базе идеи развития прав и интересов оборотней. Она даёт образование тем, у кого нет возможности его получить, и занимается трудоустройством безработных, организуя для них гибкий график. Я ответил на твой вопрос? Если нет, просто спроси, и я объясню.
Рад, что тебе лучше. Пожалуйста, сообщи, если захочешь поговорить…или ещё что-нибудь. Я всегда к твоим услугам, и неважно, одиннадцать тебе или двадцать. Сейчас я работаю репетитором – преподаю латынь, так что график у меня гибкий донельзя. Не знаю, сколько времени смогу сдерживать желание отодрать за уши моего нынешнего ученика… он совершенно тупоголовый и учиться не хочет. Не понимаю, почему школа Смелтингс так за него волнуется… в этом году он ни за что не сможет сдать экзамен. Возможно, придётся наложить на него заклинание. Может, стоит надеяться на чудо?
Знаю, что ты уже учился в Хогвартсе, но каково тебе сейчас? Есть трудности? Узнал что-нибудь новое? Расскажи. Береги себя, и не забывай, что домовые эльфы всегда готовы тебе помочь.
Ремус.
P.S. Я не скажу кентаврам.
Р.»
«Дорогой Ремус,
Просто поразительно, как много я упустил, когда учился в первый раз. Опять же, меня снова пытается убить один сумасшедший псих. Я обнаружил, что большинство профессоров хотят от своих студентов только одного – чтобы те учились. Любого ученика, проявившего интерес к предмету, поощряют и даже продвигают к «новым горизонтам». Разве что к Квирреллу это не относится. Избегаю его, как могу. А на его лекциях просто жду, когда занятие закончится.
Я проявил «талант» в зельях. Снейп не знает, что я уже учился у очень хорошего зельевара. А то сначала умер бы от потрясения, а потом воскрес и убил бы меня – за то, что заставил его потерять самообладание. Мне кажется, он и в самом деле за меня переживает. Он расспрашивал меня о родственниках, интересовался здоровьем, и даже дошёл до того, что придрался (да, именно придрался!) к тому, что я ем. Честное слово, ко мне нарочно приставили домового эльфа, чтобы я получал сбалансированную здоровую еду. Так что с питанием у меня всё отлично.
Снейп даёт мне дополнительные уроки. Никому не говори. Он по-прежнему меня опекает, а после того, как меня похитил тот табун, стало только хуже. Он утверждает, что заботится обо мне только потому, что я уже сейчас неплохой зельевар. Правда, я думаю, он и в самом деле за меня беспокоится, а зельеварение – только прикрытие. Что думаешь?
Гарри.»
«Дорогой Гарри,
Я всегда знал, что в Снейпе есть мягкость. Боюсь, ты раскрыл его величайшую тайну: под маской скрывается чувствующий человек. Я очень рад, что он тобой «заинтересовался». Любому человеку нужно кем-нибудь интересоваться. Ты меня не одурачишь. Подозреваю, ты наслаждаешься временем, которое проводишь с ним. Очевидно, он бросает тебе вызов. Только не перетрудись. Иначе после всего, через что ты прошёл, это будет крайне безрассудно.
Помню, ты упоминал о столкновении с Квирреллом. Тебе обязательно всё делать самому? Разве нельзя сообщить о его одержимости кому-то ещё? Преподавателю? Декану? Прошу, прежде чем самому бросаться в бой, как следует всё взвесь. Береги себя.
Ремус.
P.S. Знаю, сейчас ты не любишь сладостей, но у любого мальчика в Хогвартсе найдётся коллекция карточек от шоколадных лягушек…и у тебя нет причин не завести такую же. Порадуйся им, Гарри. Ты заслужил немного детства.
Р.»
Гарри вложил письмо назад в конверт и осмотрел коробку, которую прислал Ремус. Там лежало шесть шоколадных лягушек. Мальчик достал одну, вскрыл упаковку и ловко поймал выпрыгнувшую оттуда лягушку. Он откусил ей голову и усмехнулся, поймав поражённый взгляд Терри.
- Ты ешь сладости!
- Ем, – согласился Гарри, убирая карточку от лягушки в сумку.
* * *
Утро у Снейпа не задалось. Да уж. Во-первых, он проспал. Потом Пивз пробрался в водопровод и как раз перед тем, как зельевар собирался сполоснуть голову, перекрыл горячую воду. Далее профессор обнаружил, что куда-то задевал конспекты для уроков и вечернего занятия с Поттером. Кофе за завтраком пришлось греть заклинанием, отчего тот стал горчить. И наконец, тайна, которую представлял из себя Поттер, практически над ним издевается. Сегодня факультетским баллам не поздоровится.
Сам Поттер на внимательный взгляд Снейпа не обращал никакого внимания. После похищения мальчишка изменился, но не так, как ожидал зельевар. Согласно психологии (которой, по мнению Снейпа, в магическом сообществе прискорбно пренебрегали), после такого «приключения» большинство детей становятся замкнутыми, и начинают цепляться за своих защитников. Часто за этим следуют кошмары и проверка, где теперь проходят границы дозволенного, поскольку ребёнок пытается заново обрести почву под ногами. В ожидании коренных перемен профессор собирался с духом и уже приготовился принести себя в жертву, став мальчику доверенным другом, но тот на контакт по-прежнему не шёл.
Поттер изменился, но совершенно в другую сторону. Стал умиротворённым, а прежде был напряжённым; теперь он жизнерадостный, а был замкнутым. Сейчас мальчишка спал крепче и не просыпался от очередного кошмара. Да, поведение Поттера оставалось для Снейпа загадкой, а разгадывать головоломки профессор любил. Но не такие. В этой не было логики. Факты и опыт подсказывали Снейпу, чего стоило ожидать, но ни одно из его предсказаний пока не сбылось.
ОПЯТЬ ЭТА ЧЁРТОВА СОВА! Зельевар бросил сердитый взгляд на полярную сову, подлетавшую к мальчику. Вот ещё одна часть головоломки под названием «Поттер». Где-то и как-то тот нашёл себе друга по переписке. Профессор некоторое время наблюдал/следил за Гарри и знал, что за прошедшую неделю мальчишка посетил совятню как минимум трижды. Более того, этот друг по переписке Снейпу был незнаком.
И что ещё хуже, Поттеру всё же пришлось рассказать об этом зельевару. Кажется, мальчишка нашёл-таки…гмм, как бы его назвать? Близкого друга. Профессор с удивлением обнаружил, что немного выбит из колеи. Что позволило Поттеру найти утешение у кого-то ещё? Гмм…пора взяться за мальчишку всерьёз. Ради его же безопасности. Снейп снова взглянул на предмет своих размышлений и от изумления едва не раскрыл рот. ПОТТЕР ЕСТ НА ЗАВТРАК ШОКОЛАД?!
* * *
В коридорах Хогвартса царила тишина. В окна лилась ночь, навевая дремоту. Тихий храп портретов и доспехов создавали атмосферу всеобщей неги. Звёздный свет пробивался через стекло и добавлял мерцающие штрихи к почти непроглядной темени ночи. В эту пору, когда ночь клонится к концу, и ей на смену вот-вот придёт день, все должны уже спать. Но не Гарри Поттер.
А тот развлекался. И не просто развлекался – это была игра «я слежу за кое-кем, а он совсем не в курсе». Он крался по коридору за Роном Уизли. Мантия-невидимка отлично скрывала Поттера, а тренировки обеспечивали незаметность и тишину. В общем, и в самом деле забавно!
Рон Уизли – другое дело. Гарри пришлось гадать, почему профессор Макгонагалл так мало интересуется жизнью своих учеников. Похоже, она и не замечала, что с одним из её первокурсников творится что-то непонятное. Рыжий побледнел, плохо спал, почти не ел (поистине чудо) и совершенно не мог ни на чём сосредоточиться. Последние две недели Гарри постоянно следил за Роном Уизли, а увидев, как тот посреди ночи покидает гриффиндорскую башню, сделал только один вывод – что-то происходит.
Когда Рон повернул к кабинету Защиты от Тёмных Сил, у Поттера глаза на лоб полезли. Что он там забыл? Гарри шёл следом за рыжим так близко, как только мог, не рискуя при этом выдать себя. Сначала нужно выяснить, что задумал Квиррелл. Ремус писал, что не худо бы поговорить с кем-нибудь ещё. Учителем, даже Дамблдором. Но Гарри не мог. Ведь если попытается, то наверняка привлечёт к себе внимание, а ему это совсем не нужно.
Он попробовал это представить.
- Здравствуйте, профессор. Послушайте, я думаю, что Квиррелл одержим бывшим Тёмным Лордом Волдемортом, и они что-то замышляют. Возможно, хотят украсть философский камень. Что-нибудь предпримете? Откуда я знаю? Хороший вопрос! Не могу на него ответить, но всё же, почему бы нам не заняться этой небольшой одержимостью?
Гарри вынырнул из раздумий и снова сосредоточился на Роне. Рыжий поднял руку и приложил её к двери. Поттер услышал щелчок, и дверь распахнулась. Гарри бесшумно бросился вперед и проскользнул в кабинет до того, как дверь закрылась. Быстро переведя дух, он забился в угол, откуда мог наблюдать, оставаясь невидимым.
- И снова здравствуйте, юный Уизли.
От этого голоса у Гарри прямо мурашки по коже поползли. Нет, это не Квиррелл. Это Волдеморт скрежетал с затылка Квирелла. Ты можешь, Поттер. Сейчас он не сумеет тебе навредить. Мальчик взял себя в руки и отогнал все панические мысли. Ему необходимо быть здесь и сейчас. А прошлое пусть останется в прошлом.
Рука Квиррелла потрепала Рона по голове. Гарри передёрнуло: он припомнил, как Волдеморт делал то же самое с ним. Фу.
- Подойди, дитя.
В руках Квиррелла появилась палочка, и он пробормотал заклинание, которое Поттер никогда раньше не слышал. Рона окружило сияние, а Квиррелл/Волдеморт откупорил маленький пузырёк с серебристой жидкостью.
Кровь единорога. Квиррелл/Волдеморт вылил кровь в кубок, а затем повернулся к жертве. Подняв палочку, он повёл ею сквозь туманное золотистое сияние, окружавшее Рона. От сияния оторвался маленький клочок, который Квиррелл/Волдеморт перенёс в кубок. Он перемешал кончиком палочки и выпил то, что создал, чем бы оно ни было, после чего сначала болезненно вздрогнул, а затем с глубоким удовлетворением вздохнул.
- Хорошо получилось, мистер Уизли.
Тот безучастно кивнул.
Наверняка дело в заклятии Империус и, очевидно, каком-то ритуале. Он ворует у Рона жизненную энергию? Магическую силу? Гарри напомнил себе, что не знает и половины того, что знал Волдеморт. А потом начал корить себя за то, что когда Тёмный Лорд предлагал свои книги, не согласился их читать. Он мог чему-нибудь научиться. Прошлое – в прошлом, Поттер.
Когда Рон повернулся и открыл дверь, Гарри осторожно двинулся за ним. И не заметил, как внимательно Квиррелл/Волдеморт смотрел на дверь, когда Поттер выскользнул вслед за рыжим, чтобы проводить того до самой гриффиндорской башни. Когда Рон безопасно добрался до спальни, Гарри быстренько произнёс заклинание невидимости, свернул мантию-невидимку и затолкал её во взятую с собой маленькую сумку. Мантия замечательно помогает, когда нет нужды торопиться, но сейчас нужно действовать быстро: следует добраться до василиска и убить его, пока Волдеморт не придумал, как использовать чудовище.
* * *
Гарри протёр меч Гриффиндора носовым платком, прежде чем вернуть его заботам Дамблдора.
- Спасибо, что принёс мне его, Фоукс, – поблагодарил он феникса, вложив меч обратно в ножны. – Мы неплохо сработались, а?
Феникс издал трель и потёрся о висок.
- Да, глупая птица. Я знаю, что твой. Ни один другой феникс никогда не попытается на меня претендовать, – рассмеялся мальчик, а Фоукс продолжал щедро расточать ему свою любовь, щебеча и ласкаясь. – Пока Дамблдор не хватился, тебе нужно вернуться в кабинет.
Фоукс чирикнул и подмигнул Гарри. А потом подвигал хвостовыми перьями, и мальчик догадался.
- Хочешь, чтобы я вернулся в постель, да?
Феникс защебетал и начал перебирать волосы Гарри.
- Прекрати, Фоукс. Только магия домовых эльфов да Нарцисса Малфой способны заставить их лежать правильно.
Фоукс издал забавный звук, напоминающий рычание, а затем вернулся к миссии по приведению волос мальчика в порядок. Гарри ухватился за хвост, и мир вокруг него закружился: феникс переправлял его в спальню Ровенкло.
- Это намёк, птица? – прошептал мальчик.
Они с Фоуксом оказались там, где нужно. Все сокурсники спали. Фоукс не стал шуметь, а лишь погладил Гарри по плечу, после чего исчез вместе с мечом Гриффиндора. Мальчик потёр плечо, взглянул на часы и обнаружил, что уже далеко за два часа ночи.
- Гмм, хорошо бы поспать.
Он уложил сумку назад в сундук и вынул оттуда футболку и пижамные штаны. Короткое путешествие в ванную, и Гарри рухнул на кровать. Утром он не будет тренироваться. В конце концов, можно найти время позже, например днём. Может, как раз перед обедом? Нет, у него занятие со Снейпом… Не успев додумать, мальчик заснул.
* * *
Когда распахнулась дверь в его палату, Гарри открыл глаза. На пороге стоял наставник с подносом в руках. Обычно это обязанность сестры, в крайнем случае – стажёра. С чего бы учителю заморачиваться?
- Здравствуй, Поттер. Почему бы тебе не сесть?
Парень с усилием поднялся, и тренер опустил ему на колени поднос.
– Врач заверил меня, что ты уже в состоянии такое есть, и способен действовать руками даже несмотря на повязки.
Гарри окинул мужчину коротким взглядом.
- Да, сэр.
Ему не хватило воздуха это прорычать, но он ответил так резко, как мог.
- Расслабься. Сейчас я здесь не как твой командир, Поттер.
Гарри снова на него уставился, осторожно очистив разум. Так, на всякий случай. Прежние занятия окклюменцией сослужили ему здесь хорошую службу, и теперь он мог изгнать из своего сознания кого угодно. Иначе давно бы в ярости задушил наставника.
- Как самочувствие?
- Соответствующее, сэр, – коротко ответил ученик.
Мужчина подал ему знак приступить к еде, и парень потянулся к тарелке с бульоном. Гарри давно привык к подобной пище. Когда он страдал от ночных видений, которые насылал Волдеморт, его часто так кормила мадам Помфри.
- Врач говорит, что ты быстро поправляешься.
Гарри поставил тарелку, украдкой разглядывая учителя. Он что, пытается завести разговор? Устрашающая мысль. Парень не ответил, подумав, а не пытается ли «Док» изменить подход к обучению.
- Если ты достаточно хорошо себя чувствуешь для чтения, у меня есть для тебя несколько новых книг. Принесу их позже.
Гарри кивнул.
- А ещё есть магическое радио. Я подумал, что пока ты прикован к постели, тебе не повредит немного музыки.
Поттер и на этот раз промолчал. Он уже далеко не впервые был «прикован к постели», и каждый раз это было наказанием за попытку избежать тренировок. Конечно, когда нет связывающих заклинаний, жизнь становится несколько приятнее. Однако, как известно, и на солнце бывают пятна: например, когда врач поймал его по возвращении из санузла, куда он ушёл, никого не уведомив, что ему нужно встать.
Теперь же на койку было наложено заклинание, подающее тревожный сигнал, стоит только больному попытаться самостоятельно выбраться из постели. Врач с удовольствием сообщил ему, что на самом деле это – вариант заклинания для присмотра за детьми. Это подействовало. Гарри больше не покидал кровать, если за ним не присматривал сотрудник госпиталя. Плохо уже то, что они считают такие чары необходимыми.
- Прошлой ночью у тебя был очередной кошмар, – невозмутимо сообщил наставник.
Ученик кивнул. В ту ночь одним кошмаром дело не ограничилось.
- Врач утверждает, что ты отдыхаешь недостаточно, но при этом упорно отказываешься от зелья-без-снов. Не хочешь объяснить, почему?
Парень прикинул, может ли избежать ответа, если притворится, что заснул.
- Поттер?
- Я не могу больше принимать зелье-без-снов, сэр, – ответил тот. – Я выпил его уже столько, что у меня почти выработалась зависимость. Мадам Помфри, медсестра в Хогвартсе, должна была написать об этом в моей медицинской карточке, сэр.
- Ага, ясно. Но у нас пока нет доступа к тем сведениям, – отозвался наставник.
Странно. Гарри был убеждён, что Дамблдор такой информацией поделится обязательно.
– Мы работаем в этом направлении. Есть что-нибудь ещё в плане медицины, о чём я должен знать?
Парень сам с собой обсудил, что бы такое сочинить, чтобы все отстали, но не смог заставить себя лгать. Всё равно, как и сказал учитель, рано или поздно эти данные они получат.
- Успокаивающие зелья на меня не действуют. Можете даже не пытаться. Все кости в правой руке когда-то пришлось растить заново из-за идиота-преподавателя в Хогвартсе. Несколько растяжений связок, переломы, два вывиха, которые вылечила мадам Помфри, а вдобавок к прочим травмам – несколько порезов, царапин и синяков. Однажды я был одержим. Больше Волдеморт не пытался.
Наставник на миг замер, а потом поднял голову и одарил парня изучающим взглядом.
- А перед Хогвартсом?
- Не задокументировано, сэр, – коротко бросил Гарри.
Не хотелось рассказывать о родственниках.
- Не знаю, почему не настаивал на этом раньше… - пробормотал мужчина, поднимаясь и направляясь к двери. А потом сделал непонятный жест, после чего повернулся. – Мы собираемся вас полностью обследовать, мистер Поттер.
От подобного обращения Гарри немного опешил. К нему здесь всегда обращались «Поттер», и никак иначе. В комнату вошли лечащий врач и две сестры в униформе хирургов. Парень попытался сглотнуть. Сёстры выглядели так, словно собирались без лишних усилий переломить его пополам.
То, что за этим последовало, смутило парня так, как никогда раньше. Врач настоял, что осмотрит абсолютно всё. И что ещё хуже – во время осмотра наставник никуда из палаты не отлучался. Даже кровь на анализ взяли, хотя пациент считал, что такой метод практикуют только маглы. Но врач ему сообщил, что так они смогут подкорректировать зелья.
Перо записало абсолютно всё, что во время обследования сказал или обнаружил врач. В какой-то момент Гарри попытался посопротивляться, но тут сёстры сделали шаг вперёд… Строгие взгляды врача и наставника заставили парня сдаться. Ему не хотелось, чтобы они узнали о его родственниках, а особенно – о том, что сотворил Вернон как раз перед тем, как Гарри сбежал в «Нору» на свадьбу Билла и Флёр. Он считал, что об этом не должен знать НИКТО и НИКОГДА. А теперь врач был в курсе, а вместе с ним и учитель. Поттер возненавидел свою жизнь.
Когда всё закончилось, и гордость Гарри была окончательно растоптана, врач объявил, что удовлетворён, и что медицинский отчёт появится на столе наставника в течение суток. Засим удалился, прихватив своих гигантских помощниц. Парень был не в силах посмотреть на тренера. Хотелось провалиться сквозь землю. А вот чего совсем не хотелось – обсуждать всё это прямо сейчас.
- Так я и думал, – тихо произнёс мужчина. – У меня были подозрения.
Парень решил: оттого, что столь резкое вторжение в его личное пространство вызвано не чьим-то нездоровым любопытством, а чем-то другим, легче ему не станет.
- Почему ты никому не рассказал? – наставник подвинул единственный в палате стул поближе к кровати.
Гарри взглянул на него и решил не отвечать. Учитель твёрдо встретил этот взгляд и смотрел до тех пор, пока парень не отвёл глаза.
- Неоднократно в шесть, семь, восемь. Регулярно – в десять. Не единожды – в одиннадцать, двенадцать, тринадцать и четырнадцать. Ну, и, наконец, в пятнадцать. После этого я прекратил попытки кому-то об этом рассказать. Никто не слушал. В то время люди погибали на войне. И мне вполне справедливо указали бы на то, что я ещё жив. – Парень пожал плечами и отвернулся.
- Ты пытался рассказать Дамблдору?
- А к кому, вы думаете, я чаще всего обращался? Когда мне исполнилось пятнадцать, я перестал ему доверять. Он бы мне не помог. Мало того: как мне сообщила МакГонагалл, когда я попытался с ней поговорить, все преподаватели плясали под его дудку. Так что я перестал рассчитывать на их поддержку. Проще было выжить. Я и правда не хочу говорить об этом. Сэр.
В палате повисло молчание. Гарри на мгновение стиснул зубы. Больше всего на свете сейчас хотелось врезать собеседнику. Теперь тот раскрыл все его секреты. Выжал ученика досуха.
- Как бы то ни было, Поттер, прости. Я не знал. И совершенно не так представлял твою жизнь, – каким-то странным тоном произнёс мужчина.
«Не только вы, но и все вокруг, сэр», - подумал парень. Но лишь пожал плечами.
- Теперь ситуация изменится, Поттер. До сего момента я следовал приказам. Теперь я буду действовать по своему усмотрению, но для того, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки, мне необходимо твоё сотрудничество. Я не ожидаю, что ты внезапно начнёшь доверять мне или изливать душу. Я знаю, что никогда этого не заслужу. Но даже ты должен признать, что тебе нужна тренировка. Мы поговорим завтра. Поразмысли обо всём. Теперь всё будет проще, чем прежде.
Мужчина похлопал ученика по плечу и отошёл от кровати.
- Отдыхай, Поттер, – и с этими словами наставник вышел.
Парень оказался наедине со своими мыслями, но тут на прикроватном столике появились стопка книг и магический радиоприёмник. Наверху лежала «Квиддич сквозь века». Едва начав её читать, Гарри заснул.
* * *
Гарри закончил эссе и положил пергамент в сумку. Перед ним на столе появилось яблоко, и мальчик ухмыльнулся.
- Спасибо, Сэрри, – прошептал он, взяв спелый плод.
Мальчик собирался в кабинет зельеварения на урок с профессором Снейпом. Несмотря на то, что ночью он лёг поздно и не выспался, дела сегодня шли хорошо. Закинув сумку на плечо, Поттер вгрызся в яблоко. Выйдя из библиотеки, он направился в сторону подземелий. Сегодня они с профессором планировали варить сложное исцеляющее зелье. Большинство из них Гарри знал, но из этого не следовало, что он не хотел попрактиковаться ещё. Наоборот, был рад. Нужно было пополнить запасы кое-каких зелий, которые Добби у него стащил во время визита к Малфоям.
А у него элементарно не хватало на это времени. Кроме того, мадам Помфри чуть ли не умоляла обращаться к ней, если ему понадобится хоть малейшая медпомощь или зелья. Можно было надеяться, что после того, как Поттер пробыл в её когтях целых семь дней, она немного успокоится, но медсестра по-прежнему настаивала на еженедельных осмотрах. Казалось, она была твёрдо убеждена, что у него слабое здоровье.
- Чему усмехаешься? – поинтересовался Снейп, едва Гарри зашёл в класс.
- Стремлению мадам Помфри к гиперопёке, – отозвался мальчик, доев яблоко и выбросив огрызок. - Как вы сегодня, сэр? – он снял мантию, повесил её на обычное место, а затем взял рабочий фартук.
- Отлично, Поттер. Только вот голова слегка болит.
- Так вот почему мы готавим эти зелья! У вас кончились личные запасы! – улыбнулся Гарри, скрестив руки на груди.
- Постарайся не выглядеть таким самодовольным, Поттер. Будь так добр, займись вон теми ингредиентами. Сварить зелье от мигрени тебе по зубам, – пробормотал профессор.
Мальчик спрятал улыбку и направился, куда было велено. Двадцать минут спустя он уже колдовал над зельем под неусыпным наблюдением Снейпа. После заключительного помешивания тот взял ложечку из руки ученика, зачерпнул зелье и вылил его в кубок. А затем охладил заклинанием и выпил.
- Должно быть, голова у вас действительно болит сильно, сэр, - сказал Гарри, когда кубок отправился в раковину.
- Да, довольно сильно, – согласился хозяин кабинета. – Кстати о головной боли… не расскажешь, почему утром ты ел на завтрак шоколадную лягушку?
- Я съел её после завтрака, – возразил начинающий зельевар.
- Мистер Поттер, вам не кажется, что вы рискуете превратиться в обычного одиннадцатилетнего мальчишку? – поинтересовался профессор, начиная готовить другой котёл.
Гарри взглянул на него и лишь затем усмехнулся.
- Может быть, – отозвался он. – Очень может быть.
- Сохрани нас от этого Небо, – тихо сказал Снейп.
Следующие два часа в лаборатории царило молчание.
- Ужин, Поттер, – наконец сказал преподаватель, когда Гарри закончил переливать в бутылку кровоостанавливающее зелье.
- Да, сэр.
Мальчик прибрал своё рабочее место, пожелал Снейпу спокойной ночи и отправился на ужин. Они с Терри поговорили про урок трансфигурации и про то, что Макгонагалл очень их удивила внезапной проверочной работой. Гарри задумался, а не сделала ли та это специально, чтобы добавить баллов всем ровенкловцам. Ведь профессор знала, что они дополнительно занимались вместе, потому как в тот момент, когда они вникали в тонкости превращения насекомых в предметы одежды, проходила мимо них в библиотеке.
После ужина Гарри отправился погулять по коридорам. Он знал, что должен заниматься, или писать заданное Снейпом эссе о свойствах исцеляющих зелий, или делать ещё что-нибудь... Но сейчас хотелось просто побродить. Ему казалось, что развязка близка. Квиррелл/Волдеморт определённо что-то затевал, причём так, чтобы никто не заметил. Мальчик решил, что скоро настанет и его черёд действовать.
- Вот ты где!
В спину ударило заклинание Stupefy, и Гарри упал.






Оставить отзыв:
Я зарегистрирован(а) в Архиве
Имя:
E-mail:


Подписаться на фанфик

Top.Mail.Ru