Глава 6Через 3 дня после праздника юному Люку Скайуокеру впервые с Большого Краха приснился кошмар. Раньше он просто "выключался" с наступлением ночи, а теперь сознание, у которого появилось время и силы для размышлений, вызвало чудовищный образ. На самом деле, Люк знал, что видит. Ему рассказывали эту историю. Хотя по просьбе Беру в ней не было такой жестокости, татуинец был относительно готов к чему-то подобному.
Алая планета скорби и боли встретила его тело неприветливо. Женщина в положении, глазами которой Люк смотрел, безумно нервничала. Она пыталась в чём-то переубедить высокого юношу в джедайской робе. Подростку хотелось закричать, но тело ему не принадлежало, и самое ужасное, что татуинец это прекрасно понимал. И знал, что будет.
Юноша (возможно, девушки посчитали бы его красавчиком. Люк слабо представлял подобные стандарты - на его родной планете даже шрамы в пол-лица не были критерием уродства) кричал обидные слова про предательство. Девушка отвечала, волнуясь всё больше, заикаясь и стискивая кулаки. Они повышали и повышали тон, пока джедай с горящими жёлтым глазами не вытянул руку вперёд, сжимая пальцы. Женщина (и Люк в её теле) не смогла вдохнуть. Неведомая сила приподняла её над раскалённой поверхностью. Её рыдания слились с хрипом подростка. Тело хваталось за шею, пытаясь разжать невидимую удавку, и судорожно изгибалось.
Люк не знал, сколько продолжалась эта пытка. Бен Кеноби как-то рассказывал маленькому впечатлительному ребёнку, что в кошмарах всегда так: ты смотришь "предисловие", а затем сознание замыкает на одном бесконечно страшном эпизоде. Самое ужасное, что выскользнуть из подобной ловушки очень трудно, почти невозможно. Сам отшельник, например, мучался чем-то подобным на протяжении более 10 лет, возможно до самой смерти.
Однако Люку он всегда помогал разобраться. Детям вообще легче избавиться от кошмаров - достаточно одного понимающего взрослого джедая и группы поддержки из парочки заинтересованных в твоём горе родственников.
В какой-то момент у него или у женщины кончились силы для крика. Тело безвольно упало. Скорее всего, сознание бедняжки померкло, но подросток такой поблажки не удостоился. Его сон продолжался. Оби-Ван Кеноби фехтовал с Энакином - его отцом. Люк знал и этот эпизод жизни Бена. Знал, но упрекать отца не получалось, ровно как и мастера-джедая. Он знал, и чем это кончится. Вот только не ожидал, что во сне можно испытывать такую боль. Причем сначала душевную (с точки зрения Оби-Вана), а потом физическую (в теле Энакина).
...
Дарт Вейдер встретил тот вечер в медитационной камере: приближался День Империи, а он всегда провоцировал воспоминания, от которых ситху требовалось избавиться в такой момент. Поэтому за месяц до события Лорд улетал на флагман и не вылезал из своей барокамеры. Сегодня был 1 день его добровольного заключения, и Вейдер как раз обдумывал, как объяснить Люку своё отсутствие рядом. Нужно привлечь астромеха: в прошлый раз R2 справился на ура. Лорд до сих пор любуется царапинами от фейерверков на потолке и видеороликом, снятым в тайне от виновника торжества.
Кроме того, нужно было узаконить ребёнка на корабле, и для этого мало было удушающего захвата на шее представителя опеки. Для этого нужно было согласие Императора. А это куда труднее...
Да и Искадрилье нужны новые машины... А Пиетту - приказ об отпуске...
Всё это занимало его мозг ровно до момента, когда в Силе послышался жуткий крик. В смысле, ещё более жуткий, чем обычно. Вейдер подскочил и рванул в знакомую каюту. Кажется, добровольного заключения не будет...
...
- Ненавижу тебя!!!
Люк проснулся весь мокрый как мышь, хрипящий и трясущийся. Вокруг горели зелёные и красные огоньки, над головой сипел вокодер. Подросток точно бы подпрыгнул от неожиданности и по привычке, если бы конечности менее напоминали желе. Вместо этого он начал надрывно кашлять, пока не понял, что, вообще-то, рыдает. Резко стало очень неловко перед Лордом. Мало ли зачем он зашёл в каюту так поздно? Может ЧП какое-нибудь, а Люк тут сырость разводит!
Подросток уже почти задавил всхлипы, когда рука в чёрной перчатке загребла его прямо в одеяле, усаживая на колени к самому Лорду ситху, а другая - приобняла, посылая иголки тепла по замёрзшим пальцам.
- Тшшш... Не бойся - плачь... Станет легче. Это просто сон. Он никогда не сбудется, всё это просто игра воображения. А ты на Исполнителе. Я рядом, R2 тоже...
- О-он у-уже сбылся! - выкашлял Люк, прижимаясь лбом к чёрным пластинам, чтобы не смотреть в визоры. - О-он...
- Прошлое должно оставаться в прошлом, Люк.
Вейдер специально выделил последнее слово голосом, ведь он считал, что мальчик выдумал себе другое имя на корабле, чтобы не вспоминать лишний раз о жизни на Татуине. Вот только он не знал, что Люк никогда не отречётся от этого, потому что всё что досталось ему от родителей можно было пересчитать по пальцам, а имя и фамилия как раз относились к таким вещам.
- Почему?.. - всхлипнул подросток.
Он не уточнил вопроса, но Энакин Скайуокер посмотрел достаточное количество кошмаров, чтобы знать ответ.
- Потому что это так. Несправедливо, страшно, горько, но... Так.
- Но почему?! - снова сорвался на крик Люк.
Вейдер продолжал монотонно бухтеть какую-то успокаивающую чушь, проводя ладонью по спине мальчика и отсчитывая мгновения. Его чёрствое сердце выло вместе с ребёнком, но ситх был взрослее и умел это терпеть. Ему было безумно жаль, что такой юный человек уже несёт такое тяжёлое бремя форсъюзера. Но всё, что Энакин мог сделать - это аккуратно стабилизировать подопечного через Силу и физически. Если бы Лорд только мог забрать его боль... Он бы сделал это в тот же миг, когда впервые ощутил адский рёв в голове!
Люк, не вслушиваясь в слова, понимая только равномерный ритм вдохов и выдохов вокодера, начинал возвращаться в реальность. Он на Исполнителе. Не на страшной огненной планете. Он Люк Скайуокер. Не Энакин, не Падме, не Оби-Ван - Люк. И всё это действительно в прошлом. А в настоящем только тёплый доспех, мягкое покрывало и красивые огоньки, разгоняющие тьму. Не так уж и плохо, верно?
