Я не достоин

Глава 1

Черная громадина Исполнителя бесшумно скользнула сквозь раскаленную атмосферу Татуин. Лорд ситхов, Дарт Вейдер, вышел на охоту. А жертва даже и не думала скрываться, крича и плача в Силе так, что этот рёв было слышно на другом конце галактики.

Если бы это не мешало работать, он бы пустил всё на самотёк. В первый раз ему что ли? Но беззвучный вой какого-то недобитого джедая ввинчивался в голову, заставляя бросать всё и хвататься за шлем. Это было БОЛЬНО! Как же это было БОЛЬНО! Ситх бы её побрал, эту гиперчувствительность к Силе!

Он летел сюда с твёрдым намерением поквитаться. Ликвидировать источник раздражения. И, да, убить. Он ненавидел эту планету за то, сколько боли он там испытал. За то, сколько он её там причинил. И жаждал поскорее отсюда убраться и забыть про этот шарик, как минимум, на всю оставшуюся жизнь.

Песок скрипел меж протезов. Жара плавила двигатели замершего истребителя, доставившего Дарта Вейдера на поверхность. Охота началась.

.............................................


Люк Скайуокер никогда не считал свою семью обычной. Даже фамилия вызывала в нём трепет. Кроме того, были ещё тётя Беру - добрейший человек по эту сторону хребта - и дядя Оуэн - самый процветающий фермер Татуина. Был ещё Бен Кеноби. Старый отшельник понимал Люка лучше всех. Он знал, что такое быть ненормальным, но оставаться собой. Люку пока это умение не давалось.

На этой планете одинаково не любили и Республику и Империю. Мальчику иногда казалось, что местные просто привыкли ненавидеть всех без причины, в том числе и официальные власти. И в этом вопросе они с Беном тоже сходились, ведь оба это чувствовали. Старик учил Люка слушать. Учил видеть. Мальчика дразнили в школе за его способности, и однажды Кеноби научил его защищаться. Камни, пущенные задирами, застывали в воздухе, подчиняясь неведомой силе, и летели в обидчиков. Больше к нему никто никогда открыто не приставал.

Так что, да. Его семью нельзя было назвать обычной. И это только живая её часть. Был ведь ещё отец - Энакин Скайуокер, генерал армии клонов, джедай и друг Бена. Была ведь ещё мать - Падме Амидала, Королева Набу и сенатор сектора Чоммейль. Их сейчас нет. Бен рассказывал, что мама погибла при родах, а отец даже раньше. Но они же были! И Люк мечтал о том, чтобы однажды с гордостью сказать кому-нибудь, что он Скайуокер.

Дядя с тётей не понимали его чувства. Он и не требовал. Будь он на их месте, тоже бы себя так вёл. Поэтому быть до конца честным Люк мог только с Беном. Но Беру и Оуэна он от этого меньше не любил. Они, все трое, были лучшими взрослыми из всех, кого он знал!

И вдруг это закончилось.

Хатты давно хотели выкупить богатую ферму. Но Оуэн упирался, и Люк его в этом понимал. Ферма была их детищем. На ней покоились бабушка Шми и дедушка Клигг. На ней всё было сделано своим трудом. И мерзким хаттам это было ни к чему! За день до этого Оуэн отправил премянника в Мос-Эйсли с деньгами и списком продуктов. Он уже был мрачный, и Люк не хотел идти, предчувствуя беду. Но Беру смогла убедить его. Когда он пришёл на следующий день, в доме шла перестрелка. Где-то рядом ощущалась и Сила Кеноби. Люк побежал, поднимая песок и камни в воздух. Лишь бы успеть! Только бы не опоздать!

Но он опоздал. Единым криком в Силе раздались голоса Беру и Оуэна. Затем тихим стоном - старого Бена. Это оглушило его. Хотя длилось всего пару секунд, но Люку показалось вечностью.

Когда-то отшельник предупреждал мальчика не привязываться к людям. Но ребёнок не мог этого понять и всё равно образовал связь со всеми, кто ему был дорог. Теперь Люк понял, почему Бен советовал не делать этого. Когда лопнули перерезанные разом все 3 нити, он, кажется ослеп. И оглох. И не мог вдохнуть. Их боль давно стала его болью. Но раньше это доходило, максимум, до царапин, а сейчас это были смертельные ранения. И на подростка обрушилось всё в троекратном размере.

Он даже не понял, что кричит. Просто сорвал голос. И ушёл. Непонятно зачем. Наверное, проще было бы остаться там. Но что-то не дало. Люк ушёл в пустыню. Он прекрасно охотился и умел выживать. Вода всегда у него под ногами, стоит лишь позвать. Еда всегда вокруг, стоит лишь поймать. Всё есть. Всё, кроме них.

Люк не видел смысла в таком существовании, но продолжал ходить, дышать, охотиться. Пока однажды не увидел на пороге временного убежища чёрную фигуру.